Не проверялось на грамотность 
338 год до н.э.
— Не того я ждал от наших подопечных, Веста, — вздохнул Вентус, ознакомившись с очередным отчётом сомнаморфа. — Кто бы мог подумать, что, пока мы были заняты наблюдением за событиями в Элладе, это племя, которому мы передали особенности нашего языка, посвятили в основы нашей культуры и политической системы, даже алфавит для них разработали — кто мог подумать, что они начнут захватывать земли своих ближайших соседей, по сути, таких же латинских племён, как они сами?
— Ну… начали они вполне прогрессивно, — заметила Веста. — Выгнали царя Тарквиния, провозгласили республику, отбились от нападения этрусского войска царя Порсены, образовали Латинский союз из окрестных племён.
— Ну да, а потом мы отвлеклись на события в Аттике и Ионии, а латинские племена в это время перессорились между собой из-за желания римлян полностью подмять под себя Латинский союз и подчинить его собственным интересам, — заметил Вере Фолиум. — Они довольно долго воевали с этрусскими городами Вейи и Фидены за соляные месторождения, в итоге захватили сначала Фидены, а затем и Вейи тоже разгромили.
— Мы слишком увлеклись поддержкой антро, — покачал головой Вентус. — Нам нужно уделять больше времени собственному развитию.
— Феликс, Витис, Канелла и Тримения уже добились немалых успехов, учитывая, как мало ресурсов мы могли им выделить, — отметил Левис Алес. — У нас теперь есть система глобальной радиосвязи, телевидение, спутники фоторазведки. Феликс вышел с предложением разработать глобальную спутниковую систему радионавигации. Она и нам самим пригодится, нам приходится летать на всё более дальние расстояния, и будет полезна, к примеру, для отслеживания торговых путей антро, их кораблей и караванов.
— Кстати, хорошая мысль, — одобрил Вентус. — Можно будет проследить, насколько далеко расходятся продаваемые ими товары, если, например, встроить в них радиомаяк. Передай Феликсу, пусть начинает работы по этому направлению.
— Работы он уже начал, иначе бы не предлагал, — ответил Левис Алес. — Феликс всегда предлагает что-то, уже имея предварительные наработки. Он уже лет пятнадцать работает с целым коллективом младших над прибором для точного измерения времени. Феликс называет его «атомные часы». Это важнейший компонент навигационной системы, он обеспечивает синхронизацию спутников между собой, без неё не будет точности измерений.
— Точная навигация будет тем более кстати, так как севернее Эллады македонский царь Филипп взялся за покорение городов на северном побережье Эгейского моря, и мы сейчас наблюдаем за его действиями, — напомнила Фулгур. — Филипп разгромил афинские и фиванские войска в сражении при Херонее. До этого Филипп воевал постоянно то с одним, то с другим полисом. Уже лет двадцать он каждый год проводит военный поход против одного из соседних народов, плёмен или против греческих полисов.
— Он не всегда побеждает на поле боя, — добавил Вере Фолиум. — Часто Филипп действует обманом или подкупом. Сомнаморф сообщает, что царь Македонии как-то сказал: «Осёл, гружёный золотом, может взять любую крепость». В прошлом году он устроил поход против скифских племён на берегах Истра(1), но ни золота, ни серебра захватить не получилось. Скифы отдали ему двадцать тысяч лошадей в качестве дани. На обратном пути при нападении местного племени Филипп был ранен в ногу брошенным копьём. Он выжил, но остался хромым.
Сомнаморф пишет также, что Филипп часто ведёт себя как варвар. Злоупотребляет вином, даже послов часто принимает пьяным. Однако он нанял греческого философа Аристотеля для воспитания своего сына Александра. Сын, скорее всего, станет не менее удачливым завоевателем, чем отец, но хотя бы будет получше воспитан.
В Афинах против Филиппа и македонской гегемонии сформировалась оппозиция во главе с политиком Демосфеном. Но Филипп поступил хитро, — рассказывал Вере Фолиум. — Даже победив афинян в сражении при Херонее, он понимает, что Афины с их опытом войны с персами и флотом из трёхсот шестидесяти кораблей лучше иметь в союзниках, чем среди врагов. Он предложил им вполне мягкие условия мира, возвратил пленных, передал тела убитых для погребения в гробницах предков и даже передал им укреплённый город Ороп на границе с Беотией. Филипп не стал размещать македонский гарнизон в Аттике. Афинский морской союз он распустил, но оставил Афинам острова Лемнос, Имброс и Скирос. Острова Самос и Делос получили автономию, но они тоже остаются под контролем Афин. В результате Филиппа и Александра хорошо приняли в Афинах, даже предоставили им афинское гражданство, а Филиппу поставили конную статую на агоре.
— Хитрый лис, — покачал головой Вентус.
— Ещё какой, — согласился Вере Фолиум. — В общем и целом нам было бы спокойнее, если бы его сын Александр царство не унаследовал. Филипп уже в возрасте, и едва ли он со своей армией выйдет за пределы Эллады. А вот Александр молод и честолюбив, завоеватель по характеру. Он обязательно захочет создать собственную империю. Если при этом он поведёт войска на запад, я не дам гарантии, что республиканские легионы, с их сегодняшним уровнем подготовки и боевого опыта, справятся с македонской фалангой. Если же нам удастся либо, в идеале, не допустить его на место Филиппа, либо, если это не получится, хотя бы развернуть его устремления на восток, против Персии, для нас это будет лучше. В Азии он рано или поздно завязнет.
— Обычно мы не вмешиваемся в династические дрязги местных царьков, — напомнил Вентус.
— Да. Но Филипп и его сын Александр — не просто рядовые царьки из местных, — возразила Веста. — Особенно Александр.
— Хорошо, — согласился Вентус. — Фолиум, поговори с сомнаморфами. Это задача для «Приората».
—=W=—
336 год до н.э.
«Нам удалось в прошлом году подвести к Филиппу молодую девушку из знатного македонского рода, по имени Клеопатра, племянницу военачальника Аттала, — сообщил сомнаморф. — Филипп уже был женат неоднократно, македонские цари практикуют полигамию. Но в этот раз Филипп, видимо, захотел ещё наследников, потому что старший сын Филиппа Арридей — слабоумный, а со стороны Александра, младшего сына, Филипп опасается заговора. В этот раз он развёлся с матерью Александра, Олимпиадой. На свадьбе Филипп сильно напился, между ним и Александром случилась ссора, в результате Александр и Олимпиада вынуждены были бежать из Македонии, Олимпиада — в Эпир, где правит её брат, также Александр, именуемый Молосским, а Александр — в Иллирию.
Филипп в итоге одумался и решил помириться с сыном, понимая, что наследники от Клеопатры вырастут ещё не скоро. Ему удалось договориться с Александром Молосским и выдать за него свою дочь от жены Олимпиады, сестру Александра, по совпадению её тоже зовут Клеопатра. Александр, царь Эпира, и разведённая жена Филиппа Олимпиада прибыли в Пеллу, столицу Македонии, на свадьбу. На этой свадьбе Филипп был убит своим телохранителем Павсанием. Организаторами заговора при дворе считают Олимпиаду и её сына Александра. Почти сразу после убийства Филиппа его молодая жена Клеопатра была тоже убита, вместе с ребёнком. Александр, сын Филиппа, взошёл на престол Македонии.»
— Ну как они могли так облажаться? — Вентус неодобрительно покачал головой.
— Идея-то была вполне годная, и поначалу даже сработала, — заметил Вере Фолиум. — Но никто не ожидал, что Филипп захочет помириться с сыном. Олимпиада вполне могла стать организатором заговора. Царя Эпира, своего брата, она могла просто использовать, воспользовавшись его свадьбой.
— А телохранитель сказал что-нибудь? — спросила Фулгур. — Его задержали?
— Убийцу Филиппа тоже убили другие телохранители, — пояснил Вере Фолиум. — Он уже ничего не расскажет.
— Одно хорошо, незадолго до этой свадьбы Филипп переправил в Азию десятитысячную армию под командованием Пармениона и Аттала, — доложила Фулгур. — Мы сейчас наблюдаем за ними с дирижабля и со спутников. С большой вероятностью Александр всё же направится на восток, в Персию, а не на запад.
— Ну, уже хорошо, — кивнул Вентус. — А что у Феликса, Канеллы и остальных с навигационными спутниками? Сможем ли мы отслеживать его походы и перемещения флотов с их помощью?
— В этом году они запустят первые четыре спутника, — ответила Фулгур. — В следующем, возможно, запустят ещё четыре. Всего нужно иметь на орбите не менее двадцати четырёх спутников для определения местоположения объекта. Стелла сейчас работает над клиентскими терминалами системы, артефактами, которые будут у пользователей.
— То есть на развёртывание системы уйдёт примерно лет шесть, — сразу прикинул Вентус.
— Да, больше четырёх навигационных спутников в год запускать не выйдет, — подтвердил Левис Алес. — Учитывая, что придётся ещё запускать и спутники фоторазведки и связи.
— Жаль. Ну, ничего не поделаешь, — кивнул Вентус. — Столько спутников мы ещё никогда не запускали. Придётся пока обходиться прежними средствами.
—=W=—
2022 год н. э.
На следующее утро Андрей Петрович за завтраком хотел было ещё раз открыть тот форум, ссылку на который прислал ему антиквар. Страницу входа он сохранил в закладках. Однако, когда он щёлкнул по закладке, браузер показал ошибку 404. Инженер удивился. Открыв Телеграм, он хотел было ещё раз скопировать ссылку из переписки с антикваром. Но коммент со ссылками, логином и паролем исчез.
— Интересно… — пробормотал Андрей Петрович.
Он открыл журнал браузера и нашёл сохранённые ссылки, по которым ходил вчера. Логин и пароль он, конечно, не помнил, они были явно сгенерённые каким-то менеджером паролей. Однако и при попытке зайти по ссылке из журнала появилась ошибка 404.
В журнале сохранились ссылки и на страницы форума. Инженер попробовал перейти по ним, но вместо страниц форума открывалась страница хостинга на английском с надписью «Domain for sale».
Крепко озадаченный Андрей Петрович написал антиквару:
«А куда форум пропал? Вчера читал его, а сегодня его нет.»
«Наверное, админ закрыл доступ, — ответил Арон Моисеевич. — Я же предупреждал, что форум закрытый, админ дал доступ на один раз, временно.»
«Да тут не админ закрыл, тут хостинг пишет, что домен продаётся», — написал инженер.
«Я в этом не очень разбираюсь, — признался антиквар. — Сейчас админу напишу. У меня работает.»
Через несколько минут он прислал ещё одно сообщение:
«Да, админ ответил, что доступ был временный, только на чтение, к зеркалу части форума. Чтобы подтвердить мой рассказ о переводе. Вы вчера успели ту тему почитать?»
«Не всю, но сообщения по вашей ссылке прочёл, — ответил Андрей Петрович. — К чему такие сложности?»
«Андрей Петрович, дорогой, простите, не я решаю, — ответил Арон Моисеевич. — Я там всего лишь рядовой пользователь. Я вообще не ожидал, что вам туда доступ дадут. Сообщество там закрытое и достаточно специфичное. Мне разрешили дать вам ссылку, логин и пароль только с условием, что я удалю их после вашего входа на форум.»
«Ну… Гм…», — инженер не знал, что и сказать.
Он скинул Дмитрию условный знак вызова и включил защищённый мессенджер. Когда Дмитрий появился онлайн, Андрей Петрович коротко описал ему ситуацию.
«Погоди, погоди… Домен продаётся?» — переспросил Дмитрий.
«Да.»
«То есть чтобы на один вечер пустить тебя на форум, они на каком-то домене подняли реверс-прокси и ещё где-то арендовали сервер, купили домен и подняли на нём зеркало форума? А потом домен продали? — написал Дмитрий. — Чё-то я очкую, Петрович…»
«Думаешь, ловушка? Погоны?»
«Не уверен, что погоны… Уж очень изощрённо, — усомнился программист. — Не, они, конечно, могут и не такое. Но, понимаешь, уж прости, ты не тот случай, чтобы погоны ради тебя шли на такие ухищрения.»
«Вот и я так думаю, — ответил Андрей Петрович. — Думаешь, мошенники?»
«Ну… Они же тебе про "безопасный счёт" не втирали? Код из СМС не спрашивали? Ответы "да", "нет" ты им голосом не давал?»
«Нет, не было такого», — подтвердил инженер.
«Похоже, им книга нужна, — предположил Дмитрий. — Храни её у меня в квартире. Дома не держи.»
«Ага. Так мне их послать?»
«А вот тут подумать надо. Этот дед у тебя саму книгу не просил же?» — уточнил программист.
«Нет, только фотки.»
«Дед тебя нашёл. Вполне возможно, он знает, где ты живёшь, — пояснил программист. — Допустим, ты ему откажешь. Где гарантия, что квартиру не грабанут?»
«Блин… Действительно», — Андрей Петрович задумался.
«Может, безопаснее отослать им фотки той части книги, что на инитиумнарском? Чтобы отстали? Оригинал же они не просят.»
«А может, они хотят фотки посмотреть, чтобы убедиться, что оригинал существует, и он у меня? — спросил инженер. — Хотя тема на форуме действительно похожа на обсуждение лингвистов.»
«Да меня больше смутила секретность, что они вокруг форума навертели, — пояснил Дмитрий. — Хотя, с другой стороны, их понять тоже можно, они с антиквариатом работают.»
«Мне надо им что-то ответить», — написал инженер.
«Договорённость была, что они покажут тебе форум, типа в обмен на фото?» — уточнил программист.
«Нет, что покажут, а там я решу, посылать фото или нет.»
«Ну вот, ты посмотрел, теперь можешь им отказать, типа, передумал, — предложил Дмитрий. — Но тогда есть теоретическая опасность, что могут обнести квартиру. Или послать им фотки и надеяться, что они не захотят получить оригинал. Этот дед хоть ведёт себя прилично?»
«Да, вполне интеллигентный. Не настаивал на том, чтобы увидеть оригинал книги. Сказал, что его интересует только текст», — припомнил Андрей Петрович.
«Так и отправь ему только текст!» — Дмитрий поставил смайлик.
«То есть как?»
«Поставь на смартфон прогу-сканер документов в PDF, — пояснил программист. — В них обычно есть фильтры для улучшения читаемости изображения. Пересними этой прогой страницы книги и прогони через фильтр, чтобы убрать фон. Останутся чёрные буквы на белом фоне, не будет видно, что это старинная книга. Ни один коллекционер не поверит, что снято с оригинала, не видно будет деталей, по которым можно определить возраст и ценность книги. Если дед действительно лингвист, текста ему будет достаточно. Заодно и проверим, действительно ли его интересует только текст.»
«Гм… Хитро… Ну, может быть, кстати», — инженер, поразмыслив, решил, что такой «финт ушами» вполне возможен.
Программу он нашёл легко. Погуглив её возможности, убедился, что в ней есть набор фильтров для улучшения изображения. Установил, закрепил смартфон на фотоштативе для устойчивости. Положил раскрытый фолиант на две поставленные рядом табуретки. Сделал пробный снимок.
Программа позволяла не только высветлить и очистить изображение, но и кадрировать с выравниванием по углам, если смартфон стоял не совсем ровно. Фильтры оказались достаточно действенными. Старый, пожелтевший пергамент на фото они высветляли почти до состояния белой бумаги, при этом буквы на изображении были контрастными и резкими.
Провозившись пару часов, Андрей Петрович переснял все страницы на инитиумнарском и собрал на компьютере в общий pdf-файл. Затем поехал в банк, ему нужно было переоформить вклад на следующий срок. Побеседовал с менеджером, а на обратном пути из банка зашёл в ломбард.
Арон Моисеевич явно не ожидал его увидеть, судя по удивлению на лице. Инженер вручил ему флешку с pdf-файлом.
— Держите. Отправлять через интернет не рискнул.
Пожилой антиквар вздрогнул, потом вдруг просиял от радости. Вставил флешку в порт и скопировал файл к себе на компьютер. Отдал флешку гостю и тут же открыл файл:
— О-о! Андрей Петрович, дорогой! Спасибо огромное! Вы не представляете, какое сокровище вы нам подарили! Тут на несколько лет интереснейших исследований!
— Изучайте на здоровье, — ответил инженер. — Мне тоже интересно узнать, о каких артефактах там идёт речь.
— Конечно, как только переведём текст, я напишу, — заулыбался антиквар. — Но и вы пишите, не пропадайте.
Андрей Петрович вежливо распрощался, пообещав написать, а приехав домой, снова вызвал Дмитрия. Когда тот появился онлайн и ответил через защищённый мессенджер, инженер передал ему свой разговор с антикваром.
«Вроде нормально он ответил, — написал Дмитрий. — Никаких криков, типа "это не фото оригинала", даже обрадовался и поблагодарил. Может, мы и напрасно его подозревали.»
«Посмотрим, пришлёт ли он хоть что-то, когда переведут», — Андрей Петрович не был склонен к излишнему оптимизму, скорее, был реалистом и в норматив сборки-разборки АКМ укладывался.
«Я тут прикидываю, как реализовать нашу задумку, — написал Дмитрий. — Петрович, ты же как радиолюбитель, с паяльником работать умеешь?»
«Ну, да… конечно.»
«Я тогда тебе примерную схему пришлю. У тебя есть старая клавиатура?» — спросил программист.
«Найдём.»
«В общем, тебе надо будет подпаять провода к плате, к строкам и столбцам матрицы, на пересечении которых находятся те кнопки, нажатия которых нужно будет эмулировать, — Дмитрий расписывал не то что бы сильно подробно, но Андрей Петрович его понимал. — К этим проводам надо припаять оптроны. Тогда если на оптрон попадёт свет, это будет восприниматься контроллером клавиатуры как нажатие клавиши. Понял идею?»
«Понял! Отлично придумано, — ответил инженер. — Клавиатура старая есть. Оптроны тоже в закромах были. Попробую сегодня спаять для пробы.»
«Тогда как испытаешь, напиши, получилось или нет», — попросил Дмитрий.
«Напишу обязательно.»
Не откладывая дело надолго, Андрей Петрович нашёл на шкафу старую клавиатуру, разобрал её и попробовал припаять проводки и оптрон сначала к одной цифровой клавише. Переткнув клавиатуру к своему компьютеру, он попробовал посветить на оптрон светодиодом, открыв «Блокнот». В окне программы напечатались несколько одинаковых цифр. Он сообразил, что длительная засветка равносильна долгому нажатию клавиши. Короткими вспышками получилось добиться печати одного символа.
Добившись нормальной работы одного оптрона, инженер попробовал нарисовать схему той части, что должна быть на стороне пони. Там получалась простейшая схема с механическими контактами и источниками света. Вычислив, какие кнопки нужны для навигации и открытия ссылок, он продолжил паять проводки с оптронами. Подпаяв все, он промаркировал оптроны по названиям клавиш и собрал в линейку. Теперь нужно было передать схему Саншайн.
—=W=—
Понивилль, Эквестрия.
Год 1004 от Восстания Найтмер Мун.
Утром, вскоре после того, как Саншайн сняла показания приборов и передала их в штаб Погодной службы, пришла телеграмма из Мэйнхеттена, от Доктора Хувса.
«ГОТОВЫ ДЕТАЛИ ВАКУУМНОЙ КАМЕРЫ ТЧК НУЖНЫ САНБЕРСТ И СТАРЛАЙТ».
Единороги, получив телеграмму, тут же начали собираться в дорогу. Саншайн слетала на вокзал и купила для них билеты на поезд. Подошедшая Лира помогла пегаске проводить друзей. Затем Саншайн занялась пайкой схемы, которую прислал человек.
— Теперь хоть с деталями проблем нет, — метеоролог поделилась радостью с Лирой и Трикси. — Из Кантерлота и Сталлионграда привозят всё, что нужно.
Трикси, узнав от Саншайн, что в новом лабораторном здании есть хорошо оснащённая химическая лаборатория, отправилась туда после завтрака посмотреть оборудование и имеющиеся в наличии реактивы и пришла в восторг, обнаружив среди них немаленькую банку перхлората калия и порошок магния. В отличие от алюминия, магний можно было получать химическим путём, поэтому в Эквестрии магниевые сплавы использовали, хотя и в небольших количествах. Также порошок магния использовался для фейерверков. Единорожка тут же отправилась в строительный магазин и приволокла оттуда здоровенный брикет битума.
Когда Саншайн зашла в химлабораторию позвать Трикси на обед, она обнаружила, что единорожка уже экспериментирует с разными рецептурами топливной смеси. На столе стояло десятка два свёрнутых из нескольких слоёв пропитанной клеем бумаги цилиндриков, в которые Трикси залила смесь битума, магниевого порошка и перхлората калия.
— Вау! А зачем тебе столько? — удивилась Саншайн.
— Битум — это сложная смесь углеводородов, — пояснила фокусница. — Рассчитать для него и перхлората стехиометрическое соотношение сложно. Трикси наделала топливных зарядов с разным содержанием перхлората, потом Трикси сделает с ними фейерверки и замерит тягу динамометром. Какой состав покажет большее значение тяги, тот и будем использовать.
После обеда Трикси попросила Лиру помочь ей с фейерверками. Как оказалось, единорожка использовала керамические сопла, и ей нужно было их отформовать. У фокусницы были металлические формы, которые она заполняла глиной с минеральными добавками. Осторожно вынув отформованные сопла из форм, Трикси поставила их в печь и развела огонь.
— После обжига сопла будут твёрдые как кирпич. Они держат высокую температуру, — пояснила фокусница. — Фейерверк обычно летит всего несколько секунд, так что таких сопел обычно достаточно. Вот для большой ракеты, наверное, понадобится что-то более сложное.
— А ты всё же хочешь сделать ракету? — спросила Саншайн. — Я думала, мы будем делать планирующую бомбу?
— Бомбу нужно как-то поднять на большую высоту, — пояснила Трикси. — После того что Трикси услышала про этого Тирека, приближаться к нему даже на дирижабле у Трикси нет никакого желания. Ракету можно запустить издалека, из укрытия, просто вверх и примерно в его направлении, а дальше уже наводить её на цель, когда она будет падать.
— Но ведь бомбу можно телепортировать на высоту? — предложила Лира.
— Бомба будет тяжёлая. Ты можешь её телепортировать? — спросила фокусница. — Трикси не может в телепортацию.
— Но Старлайт может, — возразила Лира.
— Нашим противником будет Тирек. Что, если Старлайт вместе с другими единорогами к тому времени будет лежать без сознания, лишившись магии? Нельзя полагаться только на магию, — пояснила Трикси. — Ракета от магии не зависит. Надо подстраховаться.
До сеанса связи Трикси успела не только обжечь сопла, но и свернуть из длинных лент пропитанной клеем бумаги корпуса двигателей, в которые и вклеила керамические сопла. Единорожка оставила их полимеризоваться на ночь, заложив в трубки подготовленные заряды топлива, запечатав их с переднего конца и тщательно пронумеровав согласно составленной таблице с указанием соотношения компонентов.
Саншайн закончила паять схему с парой кристаллов, один из которых мог мигать, модулируемый сигналами от телеграфного аппарата, а второй реагировал на свет и посылал сигналы на телеграф. Она склеила несколько небольших зеркал, собрав уголковый отражатель, и проверила работоспособность устройства, посылая сигналы на мигающий кристалл телеграфным ключом. Символы исправно печатались.
Метеоролог ещё успела повозиться с опытными образцами новой радиостанции для дирижаблей, которые делала по контракту с «Apple Airship Co», до того как настало время вечернего сеанса связи. На сеанс вновь пришла Голден Харвест, ей нужно было напечатать фотографии, а фотолаборатория в новом здании была оборудована намного лучше, чем её домашняя. Земная пони принесла фотоаппарат со штативом. Трикси и Лира сели по бокам от стола, за столом с радиоаппаратурой теперь все пони не умещались. Бон-Бон, как и в прошлый раз, пришла и тихо уселась в уголке.
Человек ответил сразу, голосом, как только Саншайн вызвала его по радио. Зеркало осветилось, и в нём появилось изображение. Метеоролог с облегчением выдохнула. Половина единорогов, причём именно тех, кто разбирался в магии зеркала, отсутствовала, и, случись что с зеркалом, разобраться с неполадками было бы некому.
Пегаска сразу показала человеку схему, собранную днём и подключённую к телеграфному аппарату:
— Я собрала схему, смотрите! — она поднесла плату к зеркалу.
— Прекрасно, — ответил Андрей. — А сейчас я вам ещё информацию подготовил, но лучше её передать как раньше.
Пегаска повернулась к Голден Харвест:
— Голден, у тебя хватит плёнки? В лаборатории есть ещё.
— Да не вопрос, я затем и пришла, — фермерша встала к фотоаппарату.
Человек придвинул вплотную к своему зеркалу ту табличку на ножке, на которой он до поломки зеркала показывал поням книги для пересъёмки. Пони вгляделись в зеркало. На табличке сейчас был изображён красивый пейзаж. Внизу шла чёрная полоска с множеством мелких разноцветных значков.
На табличке вдруг открылся чёрный прямоугольник, на котором лист за листом появлялись чертежи, радиосхемы и текст. Прочитав начало текста, Саншайн поняла, что это подробное описание системы радиокомандного управления. Голден Харвест перефотографировала всё. Ей пришлось менять плёнку, информации было много, особенно чертежей и схем сборки, изображённых в аксонометрии. На одну плёнку всё не влезло.
— О-о, спасибо! Это нам очень поможет, — обрадовалась Саншайн. — И я могу это спаять!
— И ещё кое-что.
Поверх чёрного окна вдруг открылся ещё один прямоугольник, белый, поменьше с парой абзацев текста. На синей полоске вверху прямоугольника Саншайн увидела надпись «Блокнот» на сталлионградском.
Саншайн и Трикси привстали, чтобы прочитать:
«Некоторую информацию, вроде той, что вы пересняли сейчас, мне небезопасно передавать по радио в открытом виде. Лучше, если вы будете её фотографировать через зеркало. Этот канал безопасен, его невозможно прослушать. Мы при переписке между собой используем шифрование, но у вас нет компьютеров, способных работать с нашими криптографическими алгоритмами. Я обдумываю способ перейти от разговоров по радио к передаче звука через зеркало с помощью оптической развязки, по типу той же схемы, только нужно будет модулированный сигнал с оптрона передавать на динамик, как в киноаппарате.»
Пегаска и единорожки переглянулись. Потом Трикси спросила:
— Андрей, у вас неприятности? Мы понимаем. Трикси очень хорошо знает, какие бывают неприятности.
— Нет, пока нет, — ответил человек, а затем в белом прямоугольнике с текстом буква за буквой появились ещё слова:
«Но могут случиться с большой вероятностью, поэтому я не могу обсуждать некоторые вещи. Небезопасно обсуждать в открытом радиоканале составы взрывчатых веществ, ракетного топлива, системы управления и автоматического наведения. Такую информацию спецслужбы могут посчитать за переписку террористов. Они никогда не поверят в контакт с другим миром, которому угрожает опасность. Сейчас я покажу схемы и чертежи устройства, которое вам нужно будет сделать для обмена информацией через зеркало.»
Человек вывел на экран изображения. Голден Харвест перефотографировала всё, картинку за картинкой. Там была не только схема, но и чертежи механической части. Затем Андрей показал поням свою часть устройства. Оно выглядело как клавиатура со множеством мелких клавиш, с буквами и цифрами, из которой торчал пучок проводов. На его конце была линейка каких-то деталей, которые человек назвал «оптронами».
«Вам надо будет поставить свою линейку мигающих кристаллов на своей стороне зеркала, напротив линейки оптронов, которые я поставлю у своего зеркала, вплотную к стеклу, — напечатал человек. — И подключить её к тому пульту, который вы соберёте. Тогда вы сможете управлять со своей стороны компьютером на моей стороне. Вы будете видеть изображение источников информации прямо на мониторе, стоящем напротив зеркала, и сможете сфотографировать его, как сейчас. Способ передачи информации через зеркало не упоминайте в разговорах по радио.»
Саншайн, Трикси, Лира и Голден Харвест переглянулись:
— Вау, — коротко произнесла Трикси.
— Мы поняли, — сказала метеоролог, убавила до нуля регулятор сигнала микрофона и повернулась к земной пони. — Голден, можешь сфотографировать пульт Андрея?
— Да, конечно, — ответила Голден Харвест.
Человек поднёс свою клавиатуру с выносной линейкой оптронов ближе к зеркалу, и земная пони сделала несколько снимков.
«Ваш телеграфный аппарат работает довольно медленно, из-за того, что нужно каждый раз проворачивать диск с буквами в поисках нужной, — напечатал Андрей. — Если сделать отдельный пульт с кнопками, рассчитанными под ваши копытца, будет намного удобнее. Если вам нужно будет спросить что-то на секретные темы у меня — пишите вопросы на бумаге и показывайте мне в зеркале. В открытом радиоканале будем обсуждать только безобидную бытовую тематику и устройства гражданского назначения, вроде всяких железнодорожных улучшений, то, что я вам присылал раньше.»
— Мы поняли, — ответила Саншайн, вновь прибавив сигнал микрофона до обычного уровня. Потом она взяла карандаш и лист бумаги, и кое-как написала сталлионградскими буквами:
«НАС ТОЖЕ КУРИРУЮТ СПЕЦСЛУЖБЫ, НО ОНИ НАМ ПОМОГАЮТ. ТИРЕКА ИЩУТ ВСЕ. СОЛНЕЧНАЯ И НОЧНАЯ ГВАРДИЯ, ВОЗДУШНАЯ КАВАЛЕРИЯ, РАЗВЕДКА. ВСЕ ПОДНЯТЫ ПО ТРЕВОГЕ.»
Пегаска показала записку человеку через зеркало.
«Молодец. Вы правильно поняли ситуацию, — написал Андрей. — Нам придётся быть осторожными. Наш прошлый разговор с Трикси наверняка насторожил наши спецслужбы.»
«ЗА ВАМИ СЛЕДЯТ?» — следующую записку написала уже Лира.
«Следят за всеми. Специальная аппаратура автоматически записывает все переговоры и реагирует на ключевые слова, — написал человек. — Пока мы обсуждаем бытовые вопросы и технику мирного назначения, мы им не интересны. Но обсуждать в открытом эфире взрывчатку и ракетное топливо точно не стоит.»
— Кстати, а где Доктор, Санбёрст и Старлайт? — спросил Андрей.
— Они уехали в Мэйнхеттен, собирать вакуумную камеру, — ответила Саншайн.
— А-а, понял! Её уже сделали? — спросил человек.
— Сделали только детали, теперь её надо собрать, — пояснила Лира.
— Я вам как раз подготовил информацию по технологии вакуум-плазменного напыления металлов, то, что вы будете делать в вакуумной камере. Включите запись, Саншайн.
— О, спасибо! Сейчас, — метеоролог включила записывающее устройство. — Готово, передавайте.
Андрей передал несколько страниц, судя по времени передачи. Саншайн и Лира записали информацию и сразу запустили на печать. Сеанс связи на этом завершили.
Распечатанные листы в отсутствие Старлайт скопировала Лира, сумевшая освоить заклинание копирования. Трикси обратила внимание на неизвестное ей заклинание и попросила научить и её.
— Копию надо будет утром отправить Хувсу, Санбёрсту и Старлайт в Мэйнхеттен, — метеоролог положила листы на стол возле рации, чтобы не забыть с утра.
—=W=—
Мэйнхеттен.
Год 1004 от Восстания Найтмер Мун.
Детали вакуумной камеры были заказаны на Мэйнхеттенском заводе металлоконструкций. Сборку проводили там же, на случай, если при изготовлении где-то ошиблись, чтобы можно было оперативно переделать. Приехавший в Мэйнхеттен раньше Доктор Хувс сам принимал каждую деталь, тщательно сравнивая с чертежами. Ошибок почти не было, только мелкие недочёты, не повлиявшие на собираемость. К приезду Санбёрста и Старлайт камера была уже собрана.
Старлайт выгравировала на латунном опорном кольце вращающегося столика внутри камеры рунную печать и влила в неё магию, превратив деталь в артефакт, телепортирующий из камеры молекулы газа. Первоначальную откачку всё равно приходилось делать форвакуумным насосом, а уже остатки воздуха из камеры удалялись с помощью артефакта телепортации.
После этого камеру собрали окончательно. К ней также был изготовлен комплект анодов, медных, золотых и серебряных, для проведения экспериментов. Лейтенант Дип Шедоу также заказала два ящика кристаллов кварца для магических аккумуляторов разного размера. Кристаллы были уже обработанные. На них предстояло попробовать напылить металл.
Технологию подготовки изделий к обработке и режимы напыления исследователи первоначально предполагали подбирать самостоятельно. Поэтому появление почтальона, доставившего копию распечатки, присланной человеком, оказалось для них приятным сюрпризом. Старлайт тут же села изучать технологию:
— Ой, ничего себе! Санбёрст, ты посмотри! Напыляемые предметы надо тщательно вымыть горячей водой и пропарить, чтобы убрать все следы жировых загрязнений…
— Ну… это выглядит логично, — констатировал Санбёрст. — К жирной поверхности металл не прилипнет, адгезия плохая.
Поням пришлось организовывать прямо на заводе импровизированный производственный участок. Полдня ушло на организационно-подготовительную суету. Наконец, несколько кристаллов вымыли, пропарили, подсушили в сушильном шкафу, покрыли экранирующей смесью на основе прокалённой охры, оставив незакрытыми только контактные площадки, ещё раз высушили, и Старлайт телекинезом перенесла первый кристалл в вакуумную камеру, уже подключённую к источнику электромагии.
Санбёрст закрыл массивную крышку и включил форвакуумный насос. Давление в камере начало постепенно уменьшаться. Минут через пять насос остановили. Стрелка манометра медленно пошла обратно.
— Где-то травит, — констатировал Доктор Хувс.
Кристалл из камеры вынули и начали проверять и пересобирать все уплотнения. Помимо основного уплотнения в двери, как оказалось, травило ещё и по электрическим вводам, там, где в камеру входили провода, идущие к анодам. Доктор заменил твёрдые прокладки из чёрной резины на самодельные из мягкой вакуумной резины. Уплотнение в двери вынули, тщательно исследовали и обнаружили неглубокий порез на резиновом шнуре. Заменили уплотнение, поставили кристалл в камеру и попробовали откачать воздух снова. Пока насос работал, Старлайт подготовила к напылению ещё несколько кристаллов разного размера и поставила их в сушильный шкаф.
— Эм-м… Вроде держит, — Санбёрст с нескрываемым подозрением смотрел на манометр, невольно ожидая подвоха.
— Оставьте насос включённым, — посоветовал Хувс. — Старлайт, активируйте заклинание.
Единорожка запустила артефакт, и стрелка манометра уверенно двинулась ниже.
— Ага-а, работает! — обрадовался Санбёрст.
Ждать пришлось минут двадцать. Наконец давление внутри камеры снизилось до расчётного.
— Ну, что, включаем? — Санбёрст щёлкнул тумблером, подавая ток на аноды.
Камера осветилась изнутри мерцающим светом электрического разряда.
— Стар, крути столик потихоньку.
Глядя внутрь камеры через иллюминатор в двери, сделанный из стекла толщиной в дюйм, Старлайт начала вращать телекинезом столик с кристаллом. Санбёрст засёк время по часам. Выждав положенные минуты, экспериментаторы отключили ток, выключили насос и осторожно выровняли давление в камере с атмосферным.
Старлайт открыла дверь и вынула кристалл. Его контактные площадки сверкали как зеркала, покрытые тонким слоем серебра.
— Вау! Получилось! — единорожка обрадовалась, увидев, что кристалл посеребрён в нужных местах.
— Давайте теперь попробуем напылить сразу несколько кристаллов? — предложил Доктор Хувс.
Старлайт загрузила в камеру пять кристаллов поменьше. Пока форвакуумный насос откачивал воздух, она смыла охристое покрытие с уже напылённого кристалла. Доктор и Санбёрст стояли рядом, вытянув шеи и буквально заглядывая ей через плечо.
Серебряное напыление осталось на кристалле после того, как единорожка вынула его из кастрюли с водой, в которой смывала охру. Доктор попробовал поцарапать покрытие отвёрткой, но оно держалось вполне надёжно.
— Если царапать сильно, оно, конечно, сдерётся, — заметил Санбёрст. — Давайте завернём кристалл в мягкую ткань.
Насос откачал бо́льшую часть воздуха из камеры, и Старлайт запустила артефакт, выполнявший роль турбомолекулярного насоса. Пришлось снова ждать около двадцати минут.
— У нас есть одна проблема, — сообщил коллегам Доктор Хувс. — Электромагия. В Понивилле нет промышленного источника электромагии высокого напряжения, такого, как здесь. Конечно, Понивилльская ГЭС там недалеко. Если мы сообщим Её высочеству, что нам нужна электромагия, уверен, что нам и подстанцию построят, и кабель от ГЭС протянут. Но на это нужно немало времени. А со временем у нас не очень.
— Мы можем попробовать на время передать камеру в MIT, — предложил Санбёрст. — Ректор Веридан принял меня достаточно радушно, хотя и лишь после того, как я предъявил мандат Её высочества. Полагаю, тамошним учёным и самим будет интересно попробовать провести различные опыты на вакуумной камере. В любом случае, оставлять камеру на заводе мы не можем. Это частное предприятие, нам ещё повезло, что они согласились на проведение испытаний на их территории.
— На мой взгляд, идея годная, — согласился Хувс.
Старлайт тоже кивнула:
— Если ты уверен, что они потом согласятся вернуть камеру.
— У меня мандат от Её высочества, — напомнил Санбёрст.
— Ну… да. Наверное.
— Доктор, камеру нужно разбирать для перевозки? — спросил единорог.
— Нет, достаточно только отсоединить кабели, — ответил Хувс. — Даже насос смонтирован на той же раме, что и сама камера.
Цикл напыления завершился, Старлайт отключила электромагию, впустила в камеру воздух и открыла дверь. Все пять кристаллов сверкали серебром. Единорожка достала их из камеры и отнесла в раковину, чтобы смыть охристую маску.
— Тогда я отправляюсь в MIT договариваться, а вы готовьте камеру к перевозке, — решил Санбёрст.
—=W=—
Профессор Веллум Эмбервуд принял Санбёрста на кафедре физики MIT вполне доброжелательно:
— Мистер Санбёрст! Рад вас видеть в добром здравии! Удалось ли вам провести ваш эксперимент с вакуумом?
— Удалось, более того, мы, похоже, достигли цели, — поделился радостью от успеха Санбёрст.
— Поздравляю! Искренне рад за вас! — светло-красный единорог широко улыбнулся, выразительно тряхнув белой гривой. — Кстати, а нельзя ли взглянуть на ваше оборудование?
— Собственно, в связи с этим я здесь, — ответил Санбёрст. — Сейчас вакуумная установка стоит в цеху Мэйнхеттенского завода металлоконструкций, где её изготовили. Но занимать производственные площади частного предприятия мы не можем, а забирать установку в Понивилль бесполезно, там нет электромагической подстанции высокого напряжения. Нельзя ли временно разместить установку в MIT? Вы могли бы проводить на ней собственные эксперименты.
— Не может быть! Какая удача! — просиял Эмбервуд. — Идёмте к ректору, он должен дать разрешение. Но сначала заглянем в лаборатории, присмотрим место. Установка большая? Какая нужна площадь для её размещения?
— Квадрата примерно полтора на полтора селестиала будет достаточно и для размещения установки, и для обслуживания, — ответил Санбёрст.
— Столько места, полагаю, найдём, — Эмбервуд провёл гостя в лабораторию, осмотрелся. — Так, если вынести отсюда вот эти два шкафа, то ваша установка как раз сюда и встанет. Или вам нужен подход со всех сторон?
— Достаточно с трёх сторон, профессор, — заверил Санбёрст. — Это место вполне подойдёт.
Ректор Веридан, услышав об успешном проведении небывалого эксперимента и намерении Санбёрста временно передать вакуумную установку в MIT, дал разрешение на её размещение и подключение без лишних вопросов. Прямо из кабинета ректора Санбёрст позвонил на завод и попросил передать Старлайт и Доктору, что вопрос согласован. Затем он позвонил в транспортную компанию и заказал грузовую телегу к заводу.
— Да, иметь телефон в кабинете — очень удобно, — слегка позавидовал Санбёрст. — У нас в Понивилле телефон есть только в почтовом отделении. Правда, рядом на метеостанции есть радиотелеграф.
Обсудив детали, единороги составили и подписали контракт на использование вакуумной установки. Учёные MIT получали право на пользование установкой и проведение собственных экспериментов в обмен на выполнение срочных заказов от «Лаборатории технологий связи». Учитывая наличие почтовых колонн в отделениях связи Понивилля и Мэйнхеттена, способных телепортировать небольшие посылки, контракт давал исследователям возможность получать обработанные кристаллы с напылением быстро, да ещё и почти бесплатно.
Двое дюжих жеребцов-земнопони перевезли установку на грузовой телеге в MIT. Здесь её поставили на низкую тележку, грузовым лифтом подняли на третий этаж и объединёнными усилиями грузчиков и лаборантов отвезли в лабораторию. Старлайт сделала копию описания технологии и схемы подключения для мэйнхеттенских учёных. С несколькими посеребрёнными кристаллами исследователи вернулись в Понивилль. Половина из этих кристаллов были обработаны по схеме, присланной человеком, для того, чтобы сделать из них кварцевый генератор частоты. Из остальных Старлайт собиралась сделать аккумуляторы.
—=W=—
Понивилль.
Год 1004 от Восстания Найтмер Мун.
Подготовленные Трикси образцы ракетного топлива благополучно застыли уже к вечеру, поэтому следующее утро единорожка начала с экспериментов. Сразу после завтрака Трикси вынесла на улицу динамометр и ящик с двигателями. Испытательный стенд она поставила на лужайке позади нового здания лаборатории. Муниципальная земля заканчивалась, не доходя пары десятков селестиалов до метеостанции, и лаборатория была построена уже за административной границей Понивилля. Лужайка была, по сути, краем поросшего травами поля, с редкими купами деревьев, которое простиралось до горизонта.
В каждый двигатель фокусница добавила небольшую навеску дымного пороха, чтобы гарантированно разжечь заряд смесевого топлива. Единорожка сделала запальные устройства в виде «лесенок» из спичек, и установила первый заряд в динамометр. Саншайн и Лира предложили было свою помощь, но Трикси покачала головой:
— Вы не умеете обращаться с фейерверками. Трикси умеет. Смотреть можно, но лучше не трогать. Для вашей же безопасности. И берегите глаза. В смеси присутствует магний. Пламя будет яркое.
Как оказалось, Трикси даже преуменьшила проблему. Первый же топливный заряд выдал такую ослепительно белую струю пламени, что пони поспешили отвернуться. Даже густой чёрный дым не спасал от сияния. Трикси предусмотрительно загородила пламя со стороны шкалы динамометра листом железа. Её не слепило, и единорожка тщательно записала показания тяги в таблицу.
Дождавшись, пока заряд выгорел до конца, Трикси вытащила опустевшую трубку телекинезом, осмотрела сопло и убедилась, что истекающая струя продуктов сгорания, насыщенная каплями жидкого металла, хотя и изнашивает критическое сечение, но оно не успевает увеличиться слишком сильно.
Фокусница установила в динамометр следующий заряд и подожгла. У неё было заготовлено два десятка зарядов, поэтому утро прошло весело.
К счастью, метеостанция располагалась на окраине Понивилля. Тем не менее облака чёрного дыма переполошили местных пони. Первой на место происшествия примчалась Рэйнбоу Дэш:
— Что случилось? Где пожар?
— Нет никакого пожара, — ответила Саншайн. — Мы проводим научный эксперимент по заданию Её высочества принцессы Лу́ны.
— А эта что здесь делает? — не слишком приветливо спросила Дэш.
— Трикси — не «эта», — спокойно ответила единорожка. — Трикси работает на правительство.
По Цветочной улице уже спешила толпа пони, в числе которых несвойственной ей рысью скакала мадам Мэйр. Трикси тем временем с ледяным спокойствием вставляла в динамометр очередной двигатель. Забор вокруг здания лаборатории ещё не поставили. Столбы были уже вкопаны, но жерди и штакетник ещё лежали несколькими аккуратными клетками перед зданием, поэтому прибежавшие пони просто прошли между столбами и, обогнув здание, высыпали на лужайку.
— Что здесь происходит? — строго спросила слегка запыхавшаяся мэр.
— Научный эксперимент по заданию Её высочества принцессы Лу́ны, — повторила Саншайн.
— Эта пони опасна! — заявила мадам Мэйр, указывая на Трикси. — В прошлом году она захватила Понивилль! Если она будет творить тут опасную магию, мне придётся вызвать стражу и выдворить её из города!
В этот момент Трикси невозмутимо подожгла запал у следующего заряда. Вначале появилось небольшое облако белого дыма, когда загорелась инициирующая пороховая навеска, а затем струя пламени, бьющая из картонного цилиндрика, внезапно для зрителей полыхнула ослепительно ярким белым светом, и повалил густой чёрный дым. Пони дружно отвернулись, единым движением отшатнувшись назад. Фокусница всё так же невозмутимо зафиксировала показания динамометра.
— Да что за чёрную магию она тут творит? — возмущённо спросила мэр, прикрывая передней ногой глаза от слепящего света. — Вы мне обещали, что не будет никаких шумных и опасных опытов! Стража-а!
Саншайн, будучи не местной, слегка растерялась. Всё же мадам Мэйр была представителем власти, пусть и муниципальной. Как назло, Санбёрст и Старлайт, роговодившие лабораторией официально, были в Мэйнхеттене. В этот момент вперёд неожиданно выступила Лира.
— Именем Лунного Трона! Мисс Луламун зачислена в штат лаборатории по личному приказу Её высочества принцессы Лу́ны Эквестрийской! Работа, которую проводит мисс Луламун, крайне важна для обороноспособности Эквестрии! Попрошу не мешать!
— Стража уже здесь! — из-за угла здания лаборатории появился сержант Сторм Клауд и с ним отделение бэтпони в форме Ночной гвардии.
— Сержант, уберите посторонних с охраняемой территории, — Лира произнесла это настолько безапелляционным тоном, что сержант тут же отсалютовал:
— Есть, мэм! — и, повернувшись к толпе поней, сделал знак гвардейцам.
— Проходите, проходите, всё в порядке, здесь не на что смотреть, всё под контролем.
Гвардейцы-бэтпони вежливо, но настойчиво выпроводили зевак с недоогороженного участка. Однако от мадам Мэйр было не так просто избавиться.
— Я — мэр этого города! — заявила она подошедшему к ней сержанту. — Я отвечаю за безопасность и благополучие его жителей! И я никуда не уйду, пока не получу ответы на свои вопросы!
— Трикси, расскажи ей какую-нибудь сказку, — прошептала Саншайн, подойдя ближе к единорожке.
— Чтобы она тут и уснула? — усмехнулась фокусница. — Ла-адно…
Трикси зашла в здание лаборатории и через пару минут вернулась, левитируя перед собой небольшой столик и картонную коробку с какими-то пакетами. Поставив столик прямо перед мэром — та слегка отшатнулась, но попыталась изобразить спокойствие — фокусница спросила:
— Вы слышали о пожаре девятьсот девяносто восьмого года в Балтимэйре?
— Да-а, конечно! — кивнула мадам Мэйр. — Тогда горела фабрика фейерверков.
— Именно. Пони любят фейерверки, особенно жеребята, — продолжила Трикси. — Но фейерверочные ракеты заряжаются дымным порохом. А он очень опасен и загорается от любой искры.
Единорожка высыпала на кусок жести немного дымного пороха из пакета и скастовала небольшую искорку. Порох вспыхнул и сгорел ярким пламенем, выбросив облачко серовато-белого дыма.
— Видите? А сейчас Трикси работает над безопасным ракетным топливом, которое намного труднее поджечь.
Фокусница взяла из коробки заряд, отформованный из битума с добавками, и скастовала на него целый сноп искр. Чёрный битумный цилиндрик остался лежать совершенно индифферентно, всем своим видом демонстрируя полное презрение к попыткам единорожки его поджечь.
— Как видите, новое топливо на искры вообще не реагирует, — пояснила Трикси. — Чтобы его зажечь, нужно ещё постараться. Эта смесь намного безопаснее, и с ней можно делать более красивые фейерверки, взлетающие выше.
— Эм-м… — праведное негодование мадам Мэйр заметно сдулось. — Ну, хорошо… а почему столько чёрного дыма?
— Потому что другой состав топлива, — ответила единорожка. — Новое топливо делается на основе битума, а он горит, выделяя чёрный дым, как всё, что делается на основе чёрного земляного масла. Битум — это смесь твёрдых фракций чёрного земляного масла, если вы не в курсе. Трикси выполняет задание Её высочества принцессы Лу́ны, которое, в числе прочего, включает разработку новых, более безопасных пиротехнических составов.
— Поня-атно… — услышав, что работа ведётся по заданию самой принцессы, мадам Мэйр успокоилась. — Я — не алхимик, увидела чёрный дым и паникующих пони, и, разумеется, мой долг был проверить.
— Пони часто склонны паниковать на ровном месте, вы же сами знаете, — успокоила её фокусница.
Удовлетворившись объяснениями, мэр покинула территорию, а следом разошлись и зеваки, немного поглазев на горение ещё двух или трёх зарядов.
— А ты здорово сориентировалась, спасибо! — пегаска от души поблагодарила Лиру. — Я что-то стормозила, мэр всё-таки…
— Да она — обычная сельская пони, так-то… — махнула копытцем зелёная единорожка. — Из тех, кто чувствует себя лучше всего, когда ничего не происходит. У нас тут рядом Вечнодикий лес, полный всяких чудовищ, которые периодически оттуда вылезают. Поэтому всепони немного нервничают, когда случается что-то неожиданное.
К полудню Трикси определилась с необходимым стехиометрическим соотношением.
— Конечно, это будет не совсем идеально, но теперь хотя бы по составу Трикси достаточно близка к подходящему, чтобы эта штука хорошо полетела, — сообщила фокусница Саншайн и Лире.
Закончив с испытаниями топливных зарядов, Трикси, Саншайн и Лира занялись изготовлением пульта управления по схеме, присланной человеком. Электрическую схему с кристаллами, выполнявшими функции светодиодов и фотодиодов, Саншайн спаяла без особого труда.
Заклинания, превращавшие кристалл в импульсный источник света или светочувствительный элемент, были довольно простые. Старлайт взяла за правило зарисовывать каждую из применяемых в аппаратуре рунных схем в лабораторный журнал и записывала достаточно подробные описания к ним, что делает каждая руна.
Лира, прочитав пояснения Старлайт, попыталась сама зачаровать несколько кристаллов по готовой инструкции, и у неё вполне получилось. Мощности её магического источника оказалось маловато, чтобы создать печать непосредственно в воздухе, и Саншайн предложила попробовать нарисовать печать токопроводящей краской на листе картона.
Лира нарисовала печать и попыталась влить в неё магию, положив кристалл в середину схемы. К её удивлению, печать засветилась, а следом вспыхнул магией и сам кристалл. Саншайн проверила его, зажав в держатель с подпаянными проводами и подав на кристалл нужное напряжение. Кристалл засветился.
— Лира! У тебя получилось! — обрадовалась метеоролог.
— Опа… — Лира явно была удивлена. — Сама не ожидала. Давай тогда и вторую печать попробуем.
Единорожка нарисовала на другой картонке вторую печать, и ей удалось таким образом зачаровать кристалл, реагирующий на свет. В течение получаса на двух картонках Лира сделала для Саншайн полный набор необходимых кристаллов.
Трикси с большим интересом следила за их работой.
— Получается, Лира, ты сейчас сделала артефакты, которые могут сами выполнять магические функции, — заметила фокусница. — Трикси очень заинтересована. Можно Трикси попользоваться твоей серебряной краской, Саншайн?
— Конечно, краска ещё есть, — пегаска пододвинула Трикси бутылочку с краской. — В Кантерлоте она много где продаётся, ещё закажем, когда кончится.
Трикси тоже попробовала нарисовать печать и влить в неё магию. Печать у неё была довольно сложная. Когда единорожка подала магию в нарисованную рунную схему, над картонкой появилось трёхмерное изображение пони.
— Ого! У тебя тоже здорово получается! — обрадовались Саншайн и Лира.
Фокусница с её обширными навыками изготовления реквизита, по сути и сделала всю механическую часть пульта управления, Лира и Саншайн ей только помогали. Изучив чертежи, единорожка нашла у себя в фургоне подходящий лист фанеры, рейки, брусочки, шурупы, клей и лак. У неё был и неплохой набор инструментов, которыми Трикси, как оказалось, отлично умела пользоваться.
— Ого, сколько у тебя инструментов! — удивилась Саншайн, когда единорожка с явным усилием вытащила из багажника под фургоном немаленький плоский ящик.
— Трикси сама делает себе реквизит, — пояснила фокусница. — Никто не помогает Трикси, а кушать хочется каждый день по три раза.
Разметив на листе фанеры квадраты размером примерно с копытце, Трикси выпилила их один за другим, и написала на них обозначения, присланные человеком.
— Нам будут нужны пружины, чтобы возвращать клавиши в исходное положение, — фокусница задумчиво изучала чертежи. — Саншайн, в Понивилле пружины сжатия можно купить?
— Э-э… не уверена, что они тут продаются, — метеоролог обоснованно засомневалась. — Кому в Понивилле, кроме нас, могут потребоваться пружины?
— Логично. А бельевую резинку у вас продают?
— Да, конечно! — кивнула пегаска. — У меня даже есть моток, — она достала моток резинки и положила на стол.
— Тогда без пружин обойдёмся, — решила Трикси. — Вот эти рычаги сделаем подлиннее, с осью качания не на конце, как у человека нарисовано, а вот тут, ближе к клавише, и на противоположный конец наденем резинки. Они будут работать вместо пружин под клавишами.
Готовый пульт выглядел как рама с выстроенными в ряд несколькими большими клавишами. Он получился большим, во всю ширину стола. После проверки работоспособности механической части Трикси разобрала пульт и покрыла лаком каждую деревянную и фанерную деталь.
— Это чтобы пульт от изменений атмосферной влажности не рассыхался, а то детали могут деформироваться, — пояснила единорожка.
Перед сеансом связи пони снова собрали пульт, Саншайн пристроила контакты под клавишами и проверила срабатывание каждой. Кристаллы послушно мигали огоньками при нажатии на клавишу. Линейку с закреплёнными на ней кристаллами Трикси сделала подвижной, она могла смещаться по направляющим вверх-вниз и влево-вправо.
Пони собрались на сеанс связи. Голден Харвест снова пришла с фотоаппаратом. Бон-Бон пристроилась в уголке, как обычно, внимательно и молча наблюдая за происходящим.
Как только Саншайн установила связь, человек ответил голосом, и зеркало осветилось. На нём появилось изображение. Андрей помахал рукой:
— Здравствуйте, всепони!
— Здравствуйте! — сидевшие перед зеркалом за столом с передатчиком Саншайн, Лира и Трикси помахали в ответ.
Саншайн написала записку: «Пульт готов» — и показала её человеку в зеркале. Писать на сталлионградском у неё получалось пока довольно коряво, и только печатными буквами, но человек понял и одобрительно кивнул.
— Давайте попробуем.
Он поставил оптронную линейку вплотную к своему зеркалу:
— Выровняйте свои кристаллы точно напротив.
Трикси выставила линейку кристаллов напротив оптронной линейки. Человек подвигал по столу чёрную обтекаемую коробочку с проводом, на которой лежала его правая рука, что-то на ней нажал, и на табличке, стоящей перед зеркалом, «мониторе», как он её назвал, появился прямоугольник с картинкой и текстом на сталлионградском. Некоторые слова в тексте были выделены синим цветом. На цветной вертикальной панели слева, напоминающей панель кнопок, тоже были какие-то слова.
Поверх текста вдруг открылся ещё один прямоугольник, белый, поменьше, тот самый, с синей полоской вверху и надписью «Блокнот» на сталлионградском.
«Попробуйте понажимать кнопки на своём пульте, — написал человек во втором прямоугольнике. — Посмотрим, будет ли выделение перемещаться по кнопкам и ссылкам. Tab перемещает вправо или вниз, Shift+Tab перемещает обратно. Нажмите Enter на любой ссылке или пункте.»
Саншайн попробовала понажимать клавиши на пульте и увидела, что рамочка скачет по кнопкам и словам, выделенным синим цветом. Она нажала Enter, и изображение в прямоугольнике изменилось — появилась другая картинка и другой текст.
— Работает! — обрадовалась Саншайн. — А как обратно вернуться?
«Нажмите кнопку с вертикальным прямоугольником, — написал человек. — Появится меню, у него на самом верху будет такая стрелочка влево. Она уже будет выделена, нажмите на ней Enter.»
Пегаска попробовала нажать, как он написал, и в прямоугольнике появилась предыдущая страница, она узнала её по картинке.
— YAY! — восторженно пискнула метеоролог, обнимая Лиру и Трикси. — Мы сделали это!
«Теперь ещё надо дождаться, когда привезут заказанный компьютер, и я установлю на нём программу, которую пишет Дмитрий, — написал человек. — Тогда вы сможете посылать запросы на компьютер со своего телеграфа.»
— Хорошо, — сказал Андрей уже голосом. — Включите запись, Саншайн, я вам ещё кое-какую информацию по машиностроению нашёл.
Они записали и затем распечатали ещё десяток страниц, прежде чем контакт прервался.
—=W=—
Филлидельфия.
Год 1004 от Восстания Найтмер Мун.
Улочки Филлидельфии, относительно узкие и извилистые, с часто попадающимися тканевыми навесами перед кафе и магазинчиками, выбрали для проведения учений намеренно. В этих условиях пегасам Эквестрийском воздушной кавалерии действовать было особенно сложно. Выполнение миссии было поручено лучшим из лучших, эскадрилье «Вондерболтс», и даже для них это задание было нелёгким.
Пегасы способны летать медленно и даже могут ненадолго зависать в воздухе, хотя на узкой улице им чисто психологически было трудно. Но медленный полёт для этой миссии не годился. Сам характер задания требовал стремительной атаки с точным расчётом дистанции и времени.
Как всегда при появлении «Вондерболтов», улица была заполнена множеством поней. Стражники из Солнечной гвардии пытались оттеснить толпу, но получалось у них не очень. Пони, вытесненные стражниками с улицы, толпились в арках въездов во дворы, стояли в дверях подъездов, выглядывали из окон всех этажей. Все крыши вокруг места учений были заняты пегасами, слетевшимися посмотреть на своих кумиров.
— Дискорд побери этих олухов, — проворчал Соарин. — Неужели нельзя хотя бы убрать отсюда зевак?
— Так сам, что ли, не видишь? Всё как обычно. Мы их в дверь, они в окно, — усмехнулась Флитфут.
— Отставить разговорчики! — скомандовала Спитфайр. — Стройся!
Пегасы выстроились в шеренгу, командир эскадрильи прошла вдоль строя, тщательно осматривая снаряжение каждого из подчинённых. Устройства были экспериментальные, никто не знал, сработают они или нет. По слухам, их разработал некий часовщик из Понивилля, что само по себе не внушало пегасам из элитной эскадрильи особого доверия. Что мог сделать путного какой-то провинциальный часовщик, при том даже не единорог?
Тем не менее Спитфайр осталась довольна результатом осмотра. Насколько бы сомнительными не выглядели неказистые устройства, пегасы её эскадрильи были готовы к их применению.
— Эскадрилья! Слушай мою команду! Взлёт!
«Вондерболты» единым движением взвились в воздух, сорвавшись с террасы на крыше самого высокого в этом районе, четырёхэтажного здания «Пратт Тауэр».
Они уже раз шесть за утро пролетели над районом, изучая подходы к «полигону», поэтому действовали уверенно, слаженно и чётко.
По середине вымощенной брусчаткой улицы неспешно топал осёл Крэнки, нанятый чтобы изображать Тирека. Ему даже надели на голову обруч с бутафорскими рогами. Рога были деревянные, лёгкие, но длинные, и изрядно мешали.
Задачу ослу поставили несложную. Пройти по улице, чтобы пегасы могли потренироваться в набрасывании сетей на движущуюся цель. Первый проход Крэнки должен был сделать, не уворачиваясь и не прячась под навесами.
На опустевшей улице осла было видно издалека. Эскадрилья уверенно заходила на цель.
Спитфайр первой сбросила свой контейнер с упакованной внутри него сетью. Натянувшаяся леска выдернула чеку, запустив последовательность действий боеприпаса. Его оперение развернулось под действием пружин, полёт стабилизировался.
Следом за командиром свои контейнеры сбросили и остальные «Вондерболты». Освободившись от груза, пегасы выполнили противозенитный манёвр, сохраняя строй и следя за падающими на цель контейнерами.
После многодневных тренировок на полигоне в Клаудсдэйле никто из них не ошибся и не промахнулся. Контейнеры точно накрыли цель. Один за другим они раскрылись, как только внутри отработали таймеры. Головные обтекатели отлетели, освободив планки, составлявшие разъёмный корпус. Разлетевшиеся в стороны под действием набегающего потока планки развернули сети. Сопротивление воздуха их затормозило, и сети точно накрыли цель.
Крэнки почувствовал, что что-то повисло на его бутафорских рогах. Потом ещё и ещё. Сделав ещё пару шагов, осёл запутался в сетях и упал. Подбежавшие гвардейцы помогли ему подняться и выпутали из сетей.
— Отличная работа, коммандер Спитфайр! — услышала она в наушниках голос полковника Винд Райдера. — Есть накрытие! Следуйте на перезарядку.
— Есть следовать на перезарядку.
«Вондерболты», сделав круг, приземлились на плоскую крышу «Пратт Тауэр». Техники-единороги, действуя слаженно и быстро, подвесили на прикреплённые к боевой сбруе держатели новые контейнеры. В это время гвардейцы уже убрали с мостовой сетки и части отработавших контейнеров.
— Отлично сработано, мистер Дудл, — похвалил осла коммодор Найт Лайт. — Теперь немного усложним пегасам задачу. Попробуйте при их приближении спрятаться под навесом.
Крэнки молча кивнул. Осёл вообще был флегматичен и неразговорчив.
Как только новые контейнеры были подвешены, Спитфайр снова подняла эскадрилью. Второй заход должен был стать куда более сложным испытанием.
В этот раз пегасы заходили на цель спереди, чтобы осёл мог их видеть. Заметив пикирующих на него «Вондерболтов», Крэнки чуть ускорил шаг, а затем, поравнявшись с навесом, шагнул под него, спутав пегасам расчёты.
Пытаясь скорректировать траекторию, Спитфайр затянула пикирование и сброс. Избавившись от контейнера слишком поздно, она поняла, что не успевает увернуться от летящего на неё контейнера, сброшенного Соарином. Он раскрылся, накрыв её сетью и запутав крылья. Командир эскадрильи в этот момент выходила из пике. Ей повезло упасть хотя бы не на камни мостовой. Пегаска рухнула на тканевый навес соседнего кафе, в паре селестиалов от Крэнки. Сброшенный ею контейнер раскрылся, но сеть повисла на навесе, под которым спрятался осёл. Флитфут и Сюрпрайз тоже попали сетями в навес. Блейз, Мисти Флай, Сильвер Зум, Хай Виндс и Файр Стрик и вовсе промахнулись. Их сети упали на брусчатку в нескольких селестиалах от цели.
— Как я и полагал, обычные уличные навесы оказались непреодолимым препятствием для пегасов, — заметил коммодор Найт Лайт, внимательно наблюдавший за ходом учений вместе с другими командующими.
Техники выпутали Спитфайр из окутавшей её ткани. Пегаска не пострадала, успев вовремя сложить крылья, лишь потеряла несколько перьев, даже не маховых. Она была зла и разочарована неудачей.
— План с сетями может стать успешным только если мы подловим Тирека на открытой местности и атакуем неожиданно с задней полусферы, — констатировал начальник разведки. — «Вондерболты» сделали всё, что могли. В таких условиях даже лучшие из лучших не могут прыгнуть выше головы.
—=W=—
Кристальная Империя.
Год 1004 от Восстания Найтмер Мун.
Как и ожидал доктор Циннамон, академик Олд Скрипт очнулся последним. Пробуждение заняло у пожилого учёного бо́льшую часть дня. Первые признаки его пробуждения медсестра заметила утром. Она сразу позвала доктора. Опыт с пожилыми пациентами у него уже был, но с академиком пришлось повозиться. Как и Пёрпл Бесом, он то просыпался, то снова проваливался в беспокойный сон. Но постепенно промежутки сна становились короче, а периоды бодрствования — длиннее.
Около четырёх часов дня академик очнулся и продержался в сознании пятнадцать минут. Медсестра успела его покормить, не безвкусной больничной пищей через трубочку, как все последние дни, а вкусным домашним овощным супчиком — отдала собственный обед. После этого Олд Скрипт снова заснул, ещё часа на два, а вечером очнулся уже окончательно. Вставать с постели академик пока не рискнул. Осмотревший его доктор Циннамон рекомендовал ему поспать ещё одну ночь, но уже не в коме, а нормально.
— Скорее всего, утром вы сможете встать и как следует поесть, — заверил пациента врач. — Пока у вас все реакции выглядят неплохо.
Доктор взял у академика кровь на анализ. Результаты были неплохие, учитывая возраст, о чём он и доложил дежурному офицеру в замке, попросив передать Её высочеству и остальным археологам.
Марбл Абакулус, а за ней и все остальные, примчались в больницу сразу же с цветами и фруктами, как только узнали что их старший коллега очнулся. Хотя время для посещения было неурочное, медсёстры не стали им препятствовать. Они сидели в палате до девяти вечера, пока дежурная медсестра их всё-таки не выгнала, заявив, что больному пора отдыхать.
—=W=—
Кристальные гвардейцы завершили операцию по зачистке четвёртого и пятого контуров, подгадав к вечеру, чтобы выгнать пауков наружу в тёмное время суток. Как и планировал Шайнинг Армор, они согнали пауков к северной винтовой лестнице, по которой, как выяснилось, в подземелье проникли грифоны и алмазные псы. Некоторую часть пауков заблокировали в западном лифтовом зале на четвёртом контуре.
Наверху, в тоннеле, где стоял бронепоезд, тоже заняли позиции гвардейцы, в том числе единороги, прикомандированные из Солнечной Гвардии. Паукам нельзя было дать разбежаться по уцелевшим тоннелям третьего контура.
— И не давайте им залезать в вагоны бронепоезда, иначе их придётся ещё и оттуда выковыривать, — распорядился принц-консорт.
Единороги скастовали световые шары, перекрыв паукам доступ в тоннели, ведущие вглубь комплекса.
— Подразделения в третьем контуре готовы, сэр! — доложил вестовой-бэтпони, прилетевший кружным путём через половину города, подвал замка и уже зачищенную южную лестницу.
— Начинаем! — скомандовал принц-консорт. — Гоните пауков по северной лестнице наверх.
Вытесненные на лестницу пауки разбежались и вверх, и вниз. Чтобы выгнать их снизу, гвардейцы запустили вниз по ступеням ярко светящийся кристальный шар. Через минуту множество пауков, перепуганных его сиянием, сплошной массой ринулись вверх по лестнице. В пятый и четвёртый контуры их не впустили, повесив в проёмах дверей светящиеся шары. Пауки поднялись в третий контур и выбежали в тоннель с бронепоездом, где их тоже встретили гвардейцы-единороги со световыми заклинаниями. Ища укрытия от яркого света, пауки пытались забиться под вагоны. Гвардейцам пришлось выковыривать их, подталкивая копьями и пугая светом. Пауки злились, шипели, но вынуждены были покидать укрытия под вагонами и отступать дальше по тоннелю.
У места стыка двух тоннелей тоже стоял блокпост с сияющим световым заграждением. Испугавшись света, пауки побежали по туннелю к выходу. Вход в угольную шахту тоже был перекрыт гвардейцами у самой развилки. Пауков направили к выходу наружу. Их было множество, волосатые туши заполнили всё сечение тоннеля, насекомые бежали по телам тех пауков, кому не повезло оказаться внизу.
Толпа пауков выплеснулась из выхода тоннеля. Снаружи для них подготовили световое заграждение, чтобы пауки ушли в горы, а не разбегались по окрестностям Кристальной Империи. Единороги метали световые шары, направляя толпу и отпугивая тех пауков, что пытались прорваться через заграждение.
Операция завершилась изгнанием пауков в горы севернее Кристальной Империи. Теперь предстояло завершить очистку помещений от паутины, которой там накопилось очень много, и тщательно исследовать зачищенные помещения.
Секироголовый автоматон, которого «одомашнила» Эйелинн, так и следовал за ней и гвардейцами, поднявшись с пятого контура на четвёртый. Вёл он себя мирно и даже тихо, насколько может вести себя тихо четвероногий механизм массой не меньше пары тысяч фунтов.
— Леди Эйелинн! «Секироголового Стража» нужно же показать нашим механикам! — Шайнинг Армор оглянулся на механического попутчика. — Его можно доставить на поверхность?
— Не уверена, что он туда пойдёт, Ваше высочество, — ответила Эйелинн. — В его печати, скорее всего, заложен приказ патрулировать внутри комплекса. Наверное, лучше привести его в подвал замка, а завтра утром попросить механиков осмотреть его. Я буду их сопровождать, чтобы Страж на них не напал. Меня он вроде бы слушается.
— Хорошо. Завтра попрошу их, пусть его осмотрят и попробуют починить, — решил принц. — Напомните мне, пожалуйста, чтобы за прочими делами не забыть.
Секироголового привели по южной лестнице в третий контур, а оттуда по радиальному тоннелю через сектор химических лабораторий вывели в подвал. Там Эйелинн приказала ему ждать до утра. Механизм послушно встал к стене, чтобы не мешать проходу и замер в неподвижности.
—=W=—
Гвардейцы вернулись из подземелья поздно ночью, поэтому Шайнинг Армор объявил следующие два дня внеплановыми выходными. Помывшись и отоспавшись почти до следующего полудня, принц-консорт чувствовал себя прекрасно.
На свой поздний завтрак с Кэйденс он также пригласил Твайлайт и Марбл Абакулус. За завтраком Шайнинг сообщил исследователям о каменной арке, обнаруженной в пятом контуре.
— Она огромная, не меньше пяти селестиалов в высоту, — рассказал принц. — На ней светятся руны, то есть, скорее всего, магия, заложенная в арку, до сих пор работает. В том же зале, где расположена арка, стоят ещё какие-то артефакты. Их много, они похожи на прозрачные колонны с каменным основанием. Внутри них бесконечно бегут сверху вниз рунные символы. Я думаю, эти артефакты тоже работают. Эйелинн пробовала подключиться к «терминалу» в этом зале, как она это называет, но не смогла пока разобраться в надписях. Там всё написано теми же извилистыми рунами, которые мы видели на приборах.
— И-и-и! — Твайлайт не смогла сдержать свой восторг и нетерпение. — Это, наверное, и есть портал! Во всяком случае, очень похоже. Мы должны всё там исследовать! Брат, ты дашь нам гвардейцев для охраны?
— Конечно, но не прямо сейчас, — покачал головой Шайнинг. — Гвардейцам нужен отдых после боевой операции. Я дал им пару дней выходных.
— У-у… — Твайлайт надулась. — Сколько уже можно ждать!
— Потерпи, Твай, — успокоила её Кэйденс. — Мы не можем гонять гвардейцев без передышки. Тем более, ещё предстоит паутину убирать.
— Сестрёнка, я понимаю, что вы уже там бьёте копытами от нетерпения, — улыбнулся принц, — Но моим бойцам нужен отдых. Мы два дня подряд гоняли пауков по подземельям.
— Что ж, придётся ещё подождать, — грустно сказала Марбл.
— Кстати, мисс Абакулус, как дела у ваших коллег? — поинтересовался принц.
— Спасибо, Ваше высочество. Все уже пришли в себя. Сегодня утром академик Олд Скрипт тоже поднялся с постели, — Марбл улыбнулась.
— Очень рад за них, — кивнул Шайнинг. — И да, вот ещё что, Твай. Мы встретили в пятом контуре ещё один действующий механизм. Это охранный автоматон. Эйелинн сумела установить с ним контакт. Ему требуется техобслуживание. Он сейчас стоит в подвале замка. Сходите вместе с Эйелинн и механиками, я думаю, его можно починить. Раз уж сумели починить Эйелинн, которая пострадала сильнее, то и его починят.
— Ещё один автоматон? Да ещё и охранный? — Твайлайт и Марбл заинтересовались, но после неудачной встречи со Стражем под завалом исследователи стали намного осторожнее. — А он не опасен?
— Пусть Эйелинн подойдёт к нему первой, — посоветовал принц-консорт. — Тогда он будет вести себя мирно.
Закончив с завтраком, Твайлайт и Марбл откланялись и побежали искать Эйелинн.
— С ремонтом автоматона ты хорошо придумал, — похвалила мужа Кэйденс. — Это отвлечёт их на два-три дня, пока гвардейцы отдохнут.
—=W=—
Разыскав Эйелинн, Твайлайт и Марбл договорились с ней о походе в подвал для осмотра секироголового Стража, а затем подошли к пришедшему на обед механику Грип Спаннеру с просьбой осмотреть находку. Грип Спаннер обедал вместе с Пёрпл Бесомом. Археолог и механик подружились ещё во время ремонта Эйелинн, и теперь Бесом с удовольствием помогал Спаннеру восстанавливать оборудование в цехах.
Все вместе они отправились в подвал замка. Эйелинн вошла в подвал первой:
— Ждите здесь, — сказала механическая пони. — Я подойду к Стражу одна. Если всё будет нормально — позову вас.
— Спасибо, леди Эйелинн, — поблагодарила Твайлайт. — Мы подождём.
Автоматон осторожно приблизилась к Стражу:
— Я — модель «Наставник», номер двенадцать. Ты должен меня помнить, я привела тебя сюда.
Потухшие глаза Стража вспыхнули жёлтым, но цвет огоньков почти сразу сменился на зелёный.
— Я привела механиков и учёных, чтобы тебя починить, — произнесла Эйелинн. — Веди себя хорошо. Они пришли тебе помочь.
Механизм мигнул зелёными огоньками в глазах и слегка кивнул, скрежетнув шарнирами шеи. Он сделал пару шагов от стены, чтобы дать поням подход со всех сторон.
— Подходите! — окликнула специалистов Эйелинн. — Он понял, что вы пришли помочь.
Грип Спаннер осторожно подошёл к Стражу. Следом приблизились и остальные. Механик обошёл вокруг механизма, подсвечивая фонарём.
— Если ему что-то сказать, он поймёт? — спросил механик.
— Он понимает речь, но не может ответить, — пояснила Эйелинн. — У него повреждён путовый шарнир задней правой ноги, возможно, есть и другие повреждения.
Пёрпл Бесом, Твайлайт и Марбл тоже с интересом разглядывали секироголового Стража, освещая его фонариками. Археолог наклонился к повреждённому суставу. Спаннер тоже подошёл, и два жеребца внимательно осмотрели ногу механизма. Бесом сразу смочил шарнир зельем для удаления ржавчины и затем взялся обрабатывать зельем все остальные шарниры и головки всех болтов, которые замечал на корпусе Стража.
— Похоже, шарнир не повреждён, а просто заржавел и клинит, — заметил механик. — А вот повреждения на панцире надо заваривать. Ему, похоже, несколько раз довольно сильно досталось. Вообще желательно бы сделать ему полную диагностику с разборкой, как делали вам, леди Эйелинн, но как ему это объяснить? Чтобы он не вообразил, что его хотят разобрать на запчасти?
— Я помогу, — ответила механическая пони. — У него не настолько развитое воображение. Тебе нужен серьёзный ремонт, — сказала она, обращаясь уже к Стражу. — Нужно будет снять панцирь и осмотреть внутренние механизмы. Возможно, придётся что-то разобрать внутри и заменить некоторые детали. Эти пони — специалисты. Они помогут. Ты меня понимаешь?
Страж снова мигнул зелёными огоньками в глазах и со скрипом кивнул. Пёрпл Бесом аккуратно накапал масла в шарниры его ног.
— Чтобы снять панцирь, нужен кран, — заметил Грип Спаннер. — Спросите его, может ли он выйти наружу и пройти до башни на северной окраине? Мы починили кран-балки в цехах артефактория, там снять панцирь будет проще.
— Я могу помочь снять с него панцирь, — предложила Твайлайт. — Я всё-таки аликорн, силы телекинеза у меня хватит.
— Ни секунды не сомневаюсь, Ваше высочество, — механик учтиво поклонился. — Но разборка может занять несколько дней. Болты крепления заржавели, открутить их быстро вряд ли получится. Мы не можем отнимать столько времени у Вашего высочества на бесполезное ожидание. Внутренние детали такого большого механизма тоже, скорее всего, тяжёлые и заржавевшие. Нам придётся отмачивать зельем каждый болт. Это будет долго, потому что не до всего крепежа легко добраться. Лучше бы доставить его туда, где есть кран. К тому же здесь темновато для ремонта, а в цеху мы уже организовали своё освещение.
— Я поняла, — кивнула Твайлайт. — Но если что, я готова помочь.
— Спасибо, Ваше высочество, — поблагодарил Спаннер. Зайдя спереди, он помахал Стражу, чтобы привлечь его внимание. — Мы смазали твои шарниры ног. Попробуй немного пройтись.
Страж мигнул зелёными огоньками. Спаннер посторонился, и тяжёлая махина осторожно сделала шаг вперёд. Спаннер шёл справа от него, светя фонариком на шарнир задней ноги. Пройдя несколько шагов, секироголовый остановился. Потом сделал несколько медленных, аккуратных шагов назад, вернувшись туда же, где стоял. Со скрипом повернул голову к Спаннеру и снова мигнул зелёными огоньками в глазах.
— Похоже, шарнир разработался, — сказал механик. — Но перебрать все шарниры всё равно стоит. Могут быть повреждения на трущихся поверхностях, да и смазка могла не затечь во все места. Ты меня понимаешь? — спросил он Стража.
Механизм опять мигнул огоньками в глазах и со скрежетом кивнул.
— Пойдёшь с нами через улицу в цех артефактория? — спросил Спаннер. — Под землёй туда не пройти, часть тоннелей третьего контура обрушилась. Тебе надо обязательно почистить и смазать шейные шарниры, они скрипят жутко.
Страж вновь мигнул и повернулся к грузовым воротам, через которые в подвал замка завозили продукты и прочие припасы.
— А он сообразительнее, чем кажется поначалу, — одобрил механик.
Вместе с Пёрпл Бесомом они открыли ворота. Спаннер пошёл впереди, за ним послушно топал Страж, рядом его сопровождала Эйелинн, опасавшаяся, что механизм может выйти из-под контроля на улице. Бесом, Марбл и Твайлайт шли следом.
На улице Стража ещё раз осмотрели и подробно сфотографировали с головы до ног. При ярком солнечном свете выявили ещё несколько десятков вмятин и царапин в дополнение к нескольким ранее замеченным пробоинам и вмятинам в панцире. Вокруг быстро собралась толпа кристальных пони, заметивших невиданный механизм и прибежавших поглазеть. Страж вёл себя спокойно, явно не воспринимая зевак как угрозу.
Следуя за механиком, он неторопливо дотопал до башни на окраине города и осторожно зашёл в клеть подъёмника. Его спустили на нижний этаж и через лабиринт проходов провели в цех артефактория.
Здесь Грип Спаннер и ещё несколько помогавших ему кристальных пони из бригады, занимавшейся ремонтом парового молота, не без труда отвернули болты крепления панциря и осторожно сняли его детали. Спаннер и остальные долго разглядывали механизм, состоявший, как и у Эйелинн, из зубчатых колёс, кривошипов, шатунов и цилиндров с поршнями, только намного более массивных и заметно поржавевших.
— Да-а, приятель, грязи и ржавчины на твоих шестерёнках многовато, придётся разбирать и чистить, — вздохнул механик. — Мистер Бесом, могу ли я попросить вас сделать ещё зелья для удаления ржавчины, да побольше?
— Конечно, мистер Спаннер, для этого я здесь, — улыбнулся учёный. — Но мне нужно будет подняться наверх, в аптеку, за ингредиентами.
— Вы двое, — Спаннер повернулся к кристальным пони из своей бригады. — Сходите с мистером Бесомом до аптеки, помогите ему донести покупки. А вы, мистер Бесом, берите сразу большие упаковки.
—=W=—
Пока гвардейцы гоняли пауков по тоннелям четвертого контура, а затем отдыхали после боевой операции, в одном из самых глубоких помещений подземного этажа Кристального замка, перестроенном во времена Сомбры в тюрьму, в отдельных камерах сидели двое алмазных псов и пятеро грифонов. По приказу принца их разделили и разместили так, чтобы они не могли ни переговариваться, ни перестукиваться. Тюремный комплекс, построенный Сомброй под замком, состоял из десятка подземных тоннелей, по каждой из сторон которых располагалось по десять камер. Разместить здесь семерых было несложно.
Алмазные псы, по своей природе жители подземные, особого дискомфорта не испытывали. Кормить их не забывали, пусть Шайнинг Армор и высказал такую угрозу. Камеры, разумеется, не были сколько-нибудь комфортными, но в них хотя бы были деревянные нары, то есть спать можно было не на холодном камне. Джемми лежала, вытянувшись на нарах во всю длину и в который уже раз прокручивала в голове ситуацию, ища возможные варианты для освобождения.
Побег очевидным образом исключался. Дверь камеры даже для кормёжки не открывалась. Миску просовывали через узкое окошечко, поднимая перекрывающую его решётку. Расшатать один из камней кладки и затем сделать подкоп, как часто пишут в приключенческих романах, тоже было невозможно. Вся камера была вырублена в скальном массиве, никакой кладки здесь вообще не было. Отхожее место было сделано в виде небольшой дырки в углу. Судя по тому, что там постоянно текла вода, под камерами пролегал какой-то узкий жёлоб, в который был отведён то ли ручей, то ли родник. Разумеется, Джемми не побрезговала сунуть туда лапу и ощупала стенки дно жёлоба. Результаты были неутешительные. Жёлоб оказался узкий, и неглубокий. Даже если бы удалось расширить дыру в полу, что без инструментов сделать было бы нереально, протиснуться по нему не получилось бы.
«Да, но как тогда был сделан этот жёлоб? — задалась очевидным вопросом Джемми. — Будь это обычная тюремная камера, сложенная из кирпича или камней, строители могли бы сначала сделать жёлоб, а потом построить над ним пол и стены камеры. Но если камеру вырубали в скале целиком, как они сделали узкий жёлоб под ней?»
Единственное, что приходило ей в голову — что под камерами должен быть технический тоннель, а жёлоб канализации является частью его стены или потолка, и был встроен туда для возможности чистки.
С сожалением Джемми была вынуждена признать, что сбежать из камеры едва ли удастся, и сосредоточилась на других вариантах. Она попробовала завязать разговор с охранником, но он, или они, молча ставили миску на полочку, приделанную к двери изнутри, и уходили, не отвечая ни слова. Джемми попробовала попроситься на допрос. Это была возможность осмотреться, возможно, поговорить со следователем и узнать хотя бы что-то о своём будущем. Стражник молчал, ничего не отвечая.
Пони были слишком добрыми, чтобы казнить даже явных преступников. Джемми и Штерн никаких серьёзных нарушений не совершили. «Незаконное проникновение», в Эквестрии, как правило, заканчивалось выдворением из страны и запретом на вьезд.
Но то в Эквестрии. В современной Эквестрии, где правили добрые и просвещённые Сёстры. А здесь была Кристальная Империя, отставшая от Эквестрии на тысячу лет. Со своими средневековыми законами. Тут в стене камеры даже торчал крюк, на котором висела цепь с массивными железными кандалами. Перед водворением Джемми в камеру один из охранников эту цепь снял и забрал с собой, видимо, чтобы алмазная собака не смогла использовать её как инструмент или оружие. Но увидеть цепь Джемми успела.
Разумеется, она понимала, что Шайнинг Армор и Кэйденс — далеко не те средневековые правители, что построили этот тюремный комплекс. Это было понятно уже по достаточно неплохой тюремной еде, разумеется, без мяса, но не тухлой и даже имевшей вкус, не сказать чтобы неприятный. Больше того, вечером охранник просунул в щель двери стёганую подстилку, хотя и тонкую, но всё же спала Джемми не на голых досках. На средние века это было уже мало похоже.
В итоге Джемми пришла к решению предложить Кристальной империи свои услуги в любом качестве. Может быть, шпиона. Или даже простой работницы. Дискорд подери, она готова была работать хоть уборщицей или посудомойкой, лишь бы выбраться из холодной тюремной камеры. В ней от одного только холода можно загнуться за несколько дней. Алмазная собака решила, что как только её вызовут на допрос, она чистосердечно расскажет всё что знает и выскажет готовность сотрудничать.
-=W=-
Грифонам под землёй было куда менее комфортно, чем алмазным псам. Да, их тёплая шерсть и плотное оперение неплохо защищали от холода. Привычные к полётам в горах, в холодном воздухе, грифоны переносили холод достаточно хорошо, как и пегасы. Одиночное заключение в этих условиях на них повлияло не сильно — грифоны, как большинство хищников, существа не социальные, в отличие от пони. Но сам факт заключения в тесном замкнутом пространстве, взаперти, сильно давил им на психику. Однако, раздельное содержание не позволило им хоть как-то координировать свои действия и планировать побег. Да и возможностей для побега пока не просматривалось.
Гуннар то нетерпеливо вскакивал с нар и, гремя кандалами, мерил шагами тесную камеру — три шага до отхожего места, и три шага обратно к нарам, то снова забирался на жёсткие доски и замирал, пытаясь размышлять и спланировать свои действия. Что произошло с остальными наёмниками, он не знал, да и ему, по большому счёту было на них плевать, как любому грифону обычно безразличны все остальные. Хищники по натуре, отличающиеся патологической жадностью, грифоны были антисоциальным народом. У них были кланы, где царила жёсткая иерархия, они были способны действовать сообща, но только под чьим-то командованием, и собирались вместе в основном для того, чтобы пограбить.
Командир наёмников заботился исключительно о себе, прикидывая, как бы сбежать. Но пока приемлемых вариантов видно не было. Стражники в камеры не заходили, кормёжку просовывали в окошечко на двери, приподняв решётку. Ходили при этом, судя по стуку копыт, по двое. Миску ставили на полочку в двери и осторожно задвигали внутрь камеры тупым концом копья. На допросы Гуннара не водили, кандалы не снимали. Напасть на стражников в таких условиях никак не получалось. Другие варианты освобождения ему даже в голову не приходили. Поэтому Гуннар был вынужден ждать шанса, который, как он понимал, мог и не предоставиться.
Наёмники чувствовали себя примерно так же, за исключением Гисля, который сориентировался быстро и предложил свои услуги Шайнингу Армору в качестве инструктора для тренировок Кристальной гвардии. Ни для кого не было секретом, что основными врагами, а позднее и геополитическими противниками пони на протяжении тысячелетий являлись именно грифоны, поэтому иметь грифона-инструктора в составе Кристальной гвардии для Шайнинга было бы весьма полезно. Поэтому Гисля не стали сажать в камеру, его поместили во вполне приличную комнату на этаже, где размещался обслуживающий персонал замка, хотя и под охраной. Следователи допросили его пару раз, но убедились, что грифон ничего толком не знает, и всё, что ему можно инкриминировать — это незаконное проникновение через границу в составе враждебного вооружённого формирования. Каких-либо преступлений против гражданского населения он не совершил, сопротивления при задержании не оказывал, всем своим поведением старательно демонстрировал деятельное раскаяние и готовность к сотрудничеству. Пока что его держали под замком и охраной, однако во вполне комфортабельных условиях, кормили три раза в день и даже выводили на прогулку, хотя, разумеется, летать не давали.
Археолога Гоззо тоже поместили в более комфортных условиях. Он сразу заявил, что не имеет никакого отношения к наёмникам, что его силой заставили идти с отрядом, после того как он получил отказ. Гоззо частично раскрыл план Гуннара:
— Предполагалось, что если мы получим разрешение, наёмники должны будут изображать моих помощников. Псы к нам не прибились по дороге, как они говорят. Они присоединились к отряду в Северных горах, мы их ждали два дня, пока они добирались до места встречи. Кобель — неплохой взломщик, это он открыл замок наружной решётки тоннеля. Про собаку — не знаю, при мне она ничего достойного упоминания не делала.
Мы пробрались в подземелье по тому тоннелю, что ведёт к Северным горам. Нашли бронепоезд, стали осматривать всё вокруг и случайно обнаружили лифт и лестницу вниз. Гуннар закинул Гисля в лифт, и Гисль там застрял. Гуннар приказал его бросить, и мы пошли вниз по лестнице. Четвёртый контур Гуннара не заинтересовал, мы спустились в пятый. Там мы наткнулись на пауков. Гуннар и остальные нанюхались спор мираж-грибов и начали гонять пауков. Я воспользовался моментом, чтобы от них сбежать. Хотел просто выбраться на поверхность и улететь, но не получилось.
— Что искал в подземелье Гуннар? — спросил следователь.
— Не знаю! — честно ответил Гоззо. — Знает только Гуннар и, возможно, ещё псы. Но ни он, ни псы ни разу о цели похода при мне не говорили. Я рассказал всё, что знаю.
Записав показания археолога, следователь приказал его увести. Его поместили в одной из комнат первого этажа замка, посадив под домашний арест.
-=W=-
Кантерлот
Год 1004 от Восстания Найтмер Мун.
Встретиться ночью у Кантерлотских водопадов предложил Спарклснейк. Грифона Гримора это вполне устроило. Ему было всё равно куда лететь.
Полкан, резидент алмазных псов, был недоволен. Он предпочитал передвигаться под землёй, а добраться до водопадов по катакомбам и канализационным тоннелям было невозможно. Ему пришлось прятаться в грузовой телеге, в узкой «норе», образованной составленными вместе ящиками с сухофруктами, потом пробираться тёмными переулками и, наконец, лавировать в тенях деревьев, стараясь не наткнуться на обнимающиеся парочки пони. Но он всё же пришёл на место встречи вовремя.
Спарклснейка ещё не было. Полкан спрятался в тени раскидистого дерева. Полная луна давала достаточно света, чтобы вся площадка хорошо просматривалась. Грифона пока тоже не было.
Через несколько минут чуть левее послышался шелест крыльев, и между деревьями приземлился Гримор. Он осмотрелся, видимо, почуял пса, и шагнул к нему.
— Где этот таракан?
— Пока что не пришёл, — спокойно ответил пёс.
— Мы ещё и ждать его должны? — грифон издал возмущённый клёкот.
— Он сказал, что у него есть важная информация, — пожал плечами Полкан.
— Есть, — прошелестел тихий голос. — И я уже давно здесь. Не моя вина, что вы такие тупые.
От ствола соседнего дерева отделилась неясная фигура. Спарклснейк не вышел на освещённое место, оставшись в тени.
— Говори, — прорычал грифон.
— Ваших в Кристальной повязали. Пришло сообщение.
— А ваших? — с лёгкой ехидцей спросил Полкан.
— А наши чуть поумнее ваших оказались, — так же ехидно ответил пепельный единорог.
— Всех повязали? — спросил Гримор, не склонный к словесным пикировкам. — Как это случилось?
— Они напоролись в подземелье на отряд Кристальной гвардии. Повязали всех.
— Так и знал, — пёс с досадой шлёпнул передней лапой по бедру. — Вот ведь Дискорд. И ведь послал лучших…
— В подземельях не так просто спрятаться, как кажется, — прошелестел Спарклснейк. — Кристальным гвардейцам помогали бэтпони из Ночной гвардии и единороги из Солнечной. Ваших, — он взглянул на пса, — повязали именно бэтпони. Устроили засаду. Твои олухи, — он перевёл взгляд на грифона, — попёрли на прорыв в тоннеле. Их сбили копейщики. Один из твоих идиотов застрял в каком-то лифте. Недоархеолог Гоззо сбежал от вашего отряда, но его поймали едва ли не первым.
— Копейщики сбили? — нахмурился Гримор. — Мои наёмники живы?
— Живы все. Никто не пострадал.
— Ваши агенты не могут их вытащить? — спросил грифон.
— Мы не всесильны, — холодно ответил единорог. — Если им удастся сбежать от гвардейцев и найти кого-то из наших агентов, возможно, нам удастся их спрятать. На время. И потом тайно вывести за пределы купола. Но сбежать они должны сами. Рисковать подготовленными инфильтраторами ради чужаков мы не можем и не будем.
— Дискордовы тараканы, что с них возьмёшь, — ругнулся Гримор.
— Я пришёл чтобы вас предупредить, а не выслушивать оскорбления, — ледяным тоном прошипел Спарклснейк.
— И зачем было для этого тащить нас к водопадам? — спросил пёс. — Встретились бы в таверне или в гостинице.
— Затем, — ответил единорог. — Прислушайся.
Полкан недоумённо пошевелил ушами.
— Ничего не слышу, — ответил он. — Только шум водопада.
— Вот именно, придурок. Вот именно, — криво усмехнулся Спарклскнейк. — И прослушка мистера «Н» тоже услышит только шум водопада.
— Нас слушают? — взвился Гримор. — Давно? Откуда узнал?
— Давно, — ответил единорог. — Слушают всех. Откуда узнал — не твоё дело. КСИ только кажется что ничего не умеет и не может. На самом деле, там профессионалы работают.
— К Дискорду всё это! — выругался пёс. — Я сваливаю, — и он бесшумно растворился в тенях.
1) Дуная
Популярное
VKontakte
WhatsApp
Telegram
Отключить рекламу