Связь (джен)

Избушка Олега

11 сентября | 9:38

2015 год

Красное небо за окном не исчезло — оно стало светлее, но не вернулось к нормальному цвету. Багровый оттенок висел над лесом, делая снег розовым, а тени — длинными и пугающими. Птицы молчали. Даже ветер стих, будто боялся привлечь внимание демонов. Тишина была такой плотной, что казалось, её можно было потрогать руками.

Артём проснулся первым. Он сидел на лавке у печи, глядя на огонь. Пламя плясало, бросая жёлтые блики на стены, освещая потрескавшуюся штукатурку и старые иконы в углу. Рядом спала Лиза, укрытая старым пледом, её тёмные волосы рассыпались по подушке, лицо было бледным, но спокойным. Данил свернулся на полу, подложив под голову рюкзак, его дыхание было ровным, но иногда он вздрагивал во сне — ему снились кошмары. Павел сидел в углу, не спал. Он смотрел на свою металлическую ногу и что-то шептал.

— Не спится? — спросил Артём.

— Не могу, — ответил Павел. — Слишком много мыслей.

— Каких?

Павел поднял голову. Его глаза были красными — не от силы, от бессонницы. Под ними залегли тёмные круги, лицо казалось осунувшимся. Он выглядел так, будто не спал несколько ночей подряд.

— О том, что я узнал, — сказал он. — Но я не могу рассказать тебе всего.

— Почему?

— Потому что Олег наложил на меня заклятие, — ответил Павел. — Я не могу разглашать всё, что узнал. Если попытаюсь — потеряю дар речи. Или хуже.

— Что значит «хуже»?

— Не знаю, — честно сказал Павел. — И не хочу проверять.

Он замолчал, опустив взгляд на свою металлическую ногу. Синие огоньки на ней мерно пульсировали, как живое сердце. Артём не стал спрашивать дальше.

11 сентября | 11:24

Олег приготовил кашу из топора. Буквально. Он достал из печи чугунок, в котором плавал небольшой топорик, и разлил кашу по мискам. Топорик был старым, с зазубринами на лезвии, но Олег обращался с ним так, будто это была драгоценность.

— Не бойтесь, топор чистый, — сказал он, заметив удивлённые взгляды. — Это моя маленькая традиция.

— Вы маг или повар? — спросил Данил, всё ещё почёсывая затылок после сна.

— И то, и другое, — усмехнулся Олег.

Он разлил кашу по глиняным мискам. Каша была густой, наваристой, с маслом и мёдом. Пар поднимался над ней, смешиваясь с ароматом топлёного молока и корицы.

Они ели молча. Ложки звенели о края мисок, за окном всё так же висело красное небо. Каша была вкусной, горячей, и после неё стало теплее на душе.

— Теперь к делу, — сказал Олег, убирая посуду в деревянный шкафчик. — Артём, твоя сила — ключ. Но ты не умеешь ею пользоваться.

— Я знаю, — ответил Артём, ставя пустую миску на стол.

— Я научу тебя контролировать её, — сказал Олег. — Но для этого нужно время. А у нас его мало.

— Сколько? — спросила Лиза, отодвигая от себя кружку с чаем.

— Дня три-четыре, — ответил Олег, задумчиво поглаживая бороду. — Потом Влад откроет портал окончательно. И тогда мир изменится навсегда.

— Как мы можем остановить его? — спросил Данил, напряжённо глядя на старика.

Олег посмотрел на него долгим взглядом. Его голубые глаза, прозрачные, как лёд, будто видели что-то, скрытое от остальных.

— Есть способ, — сказал он. — Но он опасен. И требует жертв.

— Каких? — спросил Артём.

— Я скажу, когда вы будете готовы, — ответил Олег. — А пока — тренировки.

13:45

Олег вывел Артёма во двор. Снег скрипел под ногами, красное небо давило на психику, но старик, казалось, не замечал этого. Он был одет в тот же тёмный плащ, расшитый странными символами, которые мерцали в багровом свете. Двор избушки был маленьким, занесённым снегом по самые окна. Вокруг стояли старые сосны, их ветви низко склонялись под тяжестью снега.

— Закрой глаза, — сказал Олег.

Артём закрыл.

— Почувствуй силу внутри себя. Она там. Она ждёт.

Артём попытался. Сначала ничего — только холод, ветер, далёкий крик птицы. Потом — слабый импульс, будто кто-то тронул его за плечо. Потом — тепло, разлившееся по груди, как глоток горячего чая в морозный день.

— Я чувствую, — сказал он.

— Открой глаза.

Артём открыл. Его зрачки стали белыми — не обычного голубого цвета, а белыми, как снег вокруг. Чёрная энергия заструилась вокруг рук, искрясь и потрескивая, будто вокруг пальцев обвились молнии.

— Хорошо, — сказал Олег, внимательно наблюдая за ним. — А теперь попробуй направить её в одну точку. Сделай шар.

Артём попытался. Энергия слушалась, но не полностью. Она пульсировала, вырывалась из-под контроля, оставляя на снегу чёрные подпалины. Шар получился неровным, дрожащим, пульсирующим, как больное сердце.

— Плохо, — сказал Олег, качая головой. — Ещё раз.

Они тренировались несколько часов. Артём падал в снег, вставал, падал снова. Его руки дрожали от напряжения, лоб покрылся испариной, но он не сдавался. К концу занятия он мог удерживать небольшой шар чёрной энергии в ладонях несколько секунд — ровный, пульсирующий, но уже не такой нестабильный, как в начале.

— Достаточно на сегодня, — сказал Олег. — Завтра продолжим.

15:28

Пока Артём отдыхал, прислонившись к стене избушки и тяжело дыша, Олег занялся Павлом и Данилом.

— Павел, твой протез — не просто нога, — сказал Олег, указывая на металлическую конструкцию, мерцающую синим светом. — Это оружие. Ты можешь управлять им. Можешь делать удары в десять раз сильнее обычных.

Он показал Павлу несколько упражнений. Павел учился быстро — его металлическая нога слушалась, искрила, била с такой силой, что снег разлетался в стороны, обнажая мёрзлую землю. Каждый удар сопровождался глухим гулким звуком, который разносился по лесу, пугая птиц.

— Хорошо, — сказал Олег, поправляя плащ. — Но помни о заклятии. Ты не можешь рассказать им всё, что знаешь. Если попытаешься — потеряешь дар речи.

— Я помню, — ответил Павел, вытирая пот со лба рукавом куртки.

Данил тренировался отдельно. Он учился бегать по снегу бесшумно, прятаться в тени, исчезать из виду. Олег показывал ему, как сливаться с деревьями, как задерживать дыхание, как становиться невидимым для врага. Данил двигался легко, почти не касаясь земли — его шагов не было слышно, он исчезал за одним деревом и появлялся из-за другого, будто его и не было.

— Ты не воин, — сказал ему Олег. — Ты разведчик. Твоя задача — быть незаметным. Быстрым. Смертоносным, когда нужно.

Данил кивал и тренировался. Он хотел быть полезным. Хотел доказать, что он не обуза. Его лицо было сосредоточенным, глаза блестели в красном свете, и в них горела решимость.

18:26

Лиза стояла в стороне, глядя на тренировки. Её руки были скрещены на груди, она кусала губу, наблюдая за Артёмом, Павлом и Данилом.

— А я? — спросила она Олега, когда тот подошёл к ней. — Что я буду делать?

— Ты будешь учиться видеть, — ответил Олег.

— Что значит «видеть»?

— Демоны оставляют следы, — сказал Олег. — Невидимые для обычных глаз. Ты сможешь их видеть. Сможешь чувствовать. И сможешь предсказывать их движения.

Лиза закрыла глаза. Олег положил руку ей на лоб. Его пальцы были холодными, как лёд, но в них чувствовалась сила — древняя, тягучая, пугающая.

— Открой глаза, — сказал он.

Лиза открыла. Мир изменился. В воздухе висели алые нити — следы демонов. Они тянулись от избушки в сторону города, переплетались, расходились, сходились в одной точке — там, где был Влад. Нити пульсировали, дышали, будто живые.

— Я вижу, — прошептала Лиза, и в её голосе звучало благоговение.

— Это только начало, — сказал Олег, убирая руку. — Ты научишься видеть больше. И дальше.

Лиза кивнула, не в силах оторвать взгляд от алых нитей, которые тянулись через лес, через поле, через весь мир.

Избушка Олега

11 сентября | 22:12

Они сидели у печи. За окном всё ещё было красное небо. Павел молчал, глядя в огонь. Пламя отражалось в его глазах, делая их почти красными.

— Ты можешь рассказать нам хоть что-то? — спросил Артём, нарушая тишину.

Павел покачал головой.

— Не могу, — сказал он. — Но я могу сказать одно: Влад не главный враг.

— Кто тогда? — спросил Данил, подаваясь вперёд.

Павел открыл рот, но не издал ни звука. Его лицо исказилось от боли. Он схватился за горло и закашлял — сухо, надрывно, будто пытался вытолкнуть из себя что-то, что не хотело выходить.

— Хватит, — сказал Олег, появляясь в дверях. — Ты знаешь правила.

Павел кивнул и отвернулся, сжимая горло руками. Его лицо было бледным, как снег за окном.

Артём посмотрел на Олега.

— Что он хотел сказать?

— Не сейчас, — ответил Олег. — Когда придёт время — узнаешь.

Он встал и подошёл к окну. За стеклом всё так же висело красное небо, пульсирующее, дышащее, будто живое.

— Завтра будет новый день, — сказал он, не оборачиваясь. — Отдыхайте. Завтра продолжим.

Они легли спать — кто на лавках, кто на полу, укрываясь пледами и куртками. В избушке было тепло, печь гудела, разгоняя тьму по углам.

Артём долго не мог заснуть. Он смотрел на огонь и думал о словах Павла. «Влад не главный враг». Кто тогда? Кто стоит за всем этим?

Он закрыл глаза.

Завтра будет новый день.