Империя Поттеров (джен)

Они не стали надолго откладывать запланированное интервью. Уже на следующий день ровно в десять часов утра двери Поттер-мэнора распахнулись, впуская внутрь клубок морозного тумана и яркое пятно в мантии лаймового цвета.

— Генри, дорогой! — Рита Скиттер ворвалась в холл с энергией урагана пятой категории. Самопишущее перо металось в сумочку, стремясь как можно скорее добраться до ближайшего чистого пергамента и настрочить сенсацию. — Какой чудесный дом! Просто сказка!

Она стремительно сократила дистанцию, оказавшись почти вплотную к Генри. От нее пахло приторными духами, но, к счастью, ей хватило ума не использовать духи-амортенцию.

Генри непринужденно отступил, возвращая дистанцию между ними, и слегка сжал протянутую руку.

— Доброе утро, Рита. Рад, что ты вовремя. Прошу, пройдем в чайную. — Он повел ее по коридору, по дороге напоминая обговоренные заранее правила: — Надеюсь, ты понимаешь, что для меня в первую очередь важен комфорт моего племянника. Никаких острых углов, вопросов про Дурслей и лишнего давления. Если я увижу, что ему что-то не нравится, интервью сразу закончится. Договорились?

Рита приложила ладонь к груди, изображая глубокую обиду, но в ее глазах плясали веселые искорки.

— Генри, ты принимаешь меня за монстра? — она сделала паузу, и ее тон стал удивительно серьезным, почти деловым. — Я профессионал и умею ладить с детьми. Это будет история о том, как герой обретает семью. Никакой грязи и провокаций! Обещаю вести себя как примерная тетя.

Бархатные портьеры чайной комнаты были раздвинуты, впуская свет из сада, где иней серебрил ветви поздних яблонь, на столе уже дымился любимый фарфоровый чайник Гарри с изображением летящих сов, рядом стояла корзина с горячими булочками и вазочка с засахаренными кусочками фруктов.

Они не успели сесть, как дверь открылась и Сайлас Уиллоуби привел Гарри. Мальчик был одет в новый темно-синий костюмчик, волосы, конечно, торчали во все стороны, но новые очки придавали ему вид серьезного маленького ученого. В руках он сжимал новую игрушку — плюшевого оленя, который при нажатии на рожки весело скакал по комнате, выбивая из-под копыт волшебные искорки. Гарри все еще приходил в восторг от таких милых мелочей.

Он с опаской оглядел ярко одетую женщину. Рита тут же сменила маску акулы пера на образ доброй немного эксцентричной тетушки. Ее лицо озарила такая добрая улыбка, что, участвуй она в конкурсе добрый улыбок, обошла бы и Дамблдора.

— Привет, Гарри! — сказала она мягко, без свойственной ей эпатажной резкости. — Какой у тебя замечательный олень! Это, наверное, дядя Генри тебе подарил?

Глаза Гарри распахнулись.

— Да, — тихо ответил он. — А вы правда работаете в газете?

— О да, — кивнула Рита, доставая свой блокнот. — Твой дядя сказал, что ты любишь волшебных существ. Расскажи мне, кого ты уже встретил в этом доме?

Лед мгновенно растаял. Гарри, забыв о скованности, уселся в кресло напротив и начал рассказывать о садовых лепреконах, о говорящей зубной пасте и о лошадях, которых дядя Генри поймал в парке. Рита внимательно слушала и тонко вставляла в разговор свои вопросы для будущей статьи.

Картина была идиллической. Рита действительно умела ладить с детьми, при этом не забывая о том, что сейчас она на работе.

Через полчаса Уиллоуби деликатно постучался, прервав их оживленную беседу о снитчах.

— Прошу прощения, лорд Поттер, но у нас занятие по геральдике.

— Конечно, — Рита тут же поднялась. — Было чудесно поболтать, Гарри. Ты просто молодец.

Гарри смущенно улыбнулся, попрощался и ушел с гувернером, бросив на дядю взгляд, полный вопроса: «Все прошло хорошо?». Генри подмигнул ему в ответ.

Когда дверь закрылась, атмосфера в комнате изменилась. Рита снова села, но теперь ближе к Генри, положив ногу на ногу так, что край ее мантии коснулся его колена.

— Ну что ж, — произнесла она, выпуская перо. Оно взмыло в воздух и зависло над блокнотом, готовое фиксировать каждое слово. — С ребенком мы справились на отлично. Теперь очередь для взрослых вопросов. Мои читательницы, Генри, просто сходят с ума. Они хотят знать: кто же он, этот таинственный лорд Поттер? Свободно ли его сердце? Планирует ли он продолжить древний род?

Перо замерло в ожидании. Рита смотрела на него поверх очков, и в ее взгляде читался немой вызов и ожидание.

Генри отставил чашку и спокойно встретил ее взгляд.

— Скажи своим читательницам, Рита, что сердце лорда Поттера сейчас полностью занято другим делом, — ответил он. — Моя главная задача — сделать так, чтобы жизнь Гарри стала нормальной, безопасной и счастливой. Ему понадобилось время, чтобы поверить, что он дома. Я не хочу тревожить мальчика внезапными романами. Пока что моя личная жизнь отходит на второй план.

Рита прищурилась, но улыбка не сошла с ее губ. Она медленно провела пальцем по краю своей чашки.

— Как благородно, — протянула она, и в ее голосе звучала легкая ирония, смешанная с восхищением. — Настоящий рыцарь. Но ведь рыцари нуждаются в дамe сердца, Генри. Неужели в огромном доме совсем нет места для женщины? Может быть, ты просто еще не встретил ту самую? — Она наклонилась чуть ближе, и ее голос стал ниже. — Или, может быть, встреча уже состоялась, но ты слишком осторожен?

Генри почувствовал, как внутри шевельнулось знакомое, щемящее чувство при воспоминании о женщине в голубом шелке. Он усилием воли загнал эту мысль в самый дальний угол сознания.

— Осторожность — добродетель главы рода, Рита, — парировал он с легкой улыбкой, уходя от прямого ответа, но не отвергая игру. — А насчет встречи... Кто знает, что готовит нам будущее? Но пока мои планы ограничены воспитанием племянника и восстановлением поместья.

Рита коротко и звонко рассмеялась.

— Ответ дипломата.

Она задала еще несколько вопросов — о его увлечениях, планах на бизнес, отношении к Дамблдору, — на все он отвечал деликатно и уклончиво, — затем кивнула перу, которое стремительно исписало половину страницы изящным почерком.

— Спасибо за интервью, Генри, — объявила Рита, убирая блокнот, но не торопясь вставать. — Я ценю твою открытость к сотрудничеству.

Генри кивнул и понизил голос, хотя в комнате не было никого, кроме них двоих.

— Скажу по секрету, Рита. Пока — только тебе. В обозримом будущем у нас с Джоном Гилбертом будет еще одно дело. Очень громкое. Оно всколыхнет весь Визенгамот, я тебе обещаю. И мне понадобится надежное перо, чтобы донести до публики правильную версию событий. Я буду счастлив продолжить тесное и приятное сотрудничество именно с тобой.

Глаза Риты за очками вспыхнули азартом. Запах большой сенсации действовал на нее сильнее любого флирта.

— О, Генри, ты умеешь делать предложения, от которых невозможно отказаться, — прошептала она с предвкушением. — Можешь считать меня своей. Я имею в виду — своей журналисткой. Я полностью в твоем распоряжении.

Она наконец поднялась, поправляя мантию. Генри проводил ее до прихожей. У самых дверей, когда морозный воздух уже коснулся их лиц, Рита внезапно развернулась. Генри сразу сообразил, что та собирается закончить встречу очередным любовным намеком или вовсе накинуться на него с поцелуями. И как бы ни была она привлекательна сейчас, в восемьдесят пятом, Генри не мог отделаться от того образа противной доставучей тетки, которая попортила ему немало крови своими статейками в будущем.

Он протянул ей руку, и Рита с той же игривой улыбкой на лице, но с разочарованием в глазах, вложила в нее свои пальцы для прощания.

— До скорого, Генри, — низким голосом сказала она. — Жду новостей о «громком деле».

Она вышла на крыльцо, и через мгновение в саду раздался хлопок аппарации.