Четыре болта (джен)

Птица.

Близко, за деревьями. Две ноты, пауза, две ноты. Настойчиво, будто проверяла: есть кто? Нунан лежал на боку, рюкзак под головой, автомат вдоль тела. Слушал. Детектор рядом, фоновый уровень, редкие щелчки с длинными паузами.

Сел. Колено хрустнуло, привычно, глухо. Покалывание в пальцах, тупое, ровное. Не отпускало.

Горелка. Чиркнул колёсико мокрое от росы, от земли, на которой спал. Щелчок без искры. Ещё. Третий: шипение, синий огонёк.

Вода из фляги в котелок. Лёгкая, последняя четверть. Крупы не было. Вчера последняя. Ждал, пока закипит. Пар тонкий, косой от ветра.

Достал миску. Одну.

Руки не полезли за остальными. Три лежали в кармане рюкзака, вложенные одна в другую. Ничьи.

Налил кипяток. Без ничего.

Пил медленно, мелкими глотками. Алюминий обжигал подушечки пальцев. Держал, пока жар стал терпимым. Привкус: металл, фляга, зубы.

Рюкзак. Боковой карман. Пальцы скользнули по дну, по швам, нашли. Болт. В складке ткани, у самого шва, закатился и лежал. День, неделю, с прошлой жизни. Тёплый. Грани стёртые.

Сунул в карман куртки.

Один.

Убрал миску. Свернул горелку. Затянул рюкзак, ремень на самодельную дырку. Лёгкий. Ни еды, ни артефактов. Котелок, горелка, фляга, четыре миски. Одна его. Три тех, чьи имена пальцы помнили, когда расставляли полукругом с промежутками в ладонь.

Кашлянул. Сухо, коротко.

Пошёл.

* * *

Шёл.

Медленно. Каждый шаг: детектор, слух, кожа. Детектор щёлкал ровно, лениво, с длинными паузами. Фон. Но фону Нунан не доверял. Фон менялся за секунду, вчера менялся, позавчера менялся, шесть лет менялся.

Деревья с корой, с листьями. Обычные. Трава зелёная, не рыжая, не мёртвая. Край Зоны, если край ещё существовал.

На запад. К периметру. Направление по солнцу за облаками, по мху на стволах, по памяти, которая держала карту шести лет. Карту, которую выброс перекроил.

Тишина. Шаги и детектор. Больше ничего.

Нормально всё будет. Мы же вместе.

Чужие слова, Лёхины, мёртвые два года. Пришли ниоткуда. Нунан не остановился. Ноги шли.

Вместе. Один.

Достал болт из кармана. Бросил вперёд, на пять метров, в траву.

Болт полетел по дуге. Упал. Лежал.

Чисто.

Подошёл. Подобрал. В карман. Дальше.

Бросок — подбор — шаг. Бросок — подбор — шаг. Один болт на весь путь. Привычка не спрашивала зачем. Руки бросали. Ноги шли.

* * *

Бетон.

Нунан увидел и остановился. Бетонные надолбы — серые, массивные, в рост человека, с арматурой из сколов. Ряд влево и вправо, теряющийся в деревьях. Мох в трещинах. Ржавая табличка на одном болте, буквы стёрлись, но Нунан помнил. «СТОЙ. ЗАПРЕТНАЯ ЗОНА.» Тысячу раз проходил мимо. Тысячу раз читал.

Старый периметр. Две тысячи седьмой. Тогда ставили быстро, бетон не успевал застыть, криво, с наплывами. Тогда казалось, граница. Конец Зоны. Дальше дороги, жизнь.

Детектор щёлкнул.

За надолбами. Там, где «снаружи». Там, где аномалий не было шесть лет.

Ещё щелчок. И ещё, чаще, настойчивее. Нота знакомая: предупреждение, не паника. Фоновое, но выше нормы.

Нунан подошёл к надолбу. Положил ладонь: бетон холодный, шершавый. По ту сторону поле. Трава, кусты, столбы линии электропередач с обрезанными проводами. Обычный пейзаж.

Детектор щёлкал за периметром.

Периметр сдвинулся.

Зона выросла. Тихо, без выброса, без объявления. Бетонные надолбы, которые ставили как границу, стояли теперь внутри.

Нунан убрал руку. Посмотрел на пальцы. Покалывание то же, глухое, ровное. Пальцы те же. Потрескавшиеся, жёлтые. Сталкерские. Шесть лет назад другие были. Не заметил, когда стали такими.

«Снаружи» кончилось.

Перешагнул. За надолбы, на ту сторону. Достал болт. Бросил.

Дуга. Упал. Лежал.

Чисто.

Подобрал. Пошёл.

* * *

Тишина.

Детектор щёлкнул раз и замолк. Надолго. Нунан стоял, слушал. Ветер в траве. Ничего больше.

Сел. На обломок надолба, расколотый пополам, холодный, мокрый.

Тетрадка.

Нагрудный карман, под молнией. Достал. Обложка в клетку, зелёная, выцветшая до серого. Загнутый угол. Пятно от воды.

Не открыл. Знал, что внутри. Координаты, частоты, маршрут. Слово «перехват» с вопросительным знаком. Мелкий аккуратный почерк, каждая буква отдельно.

Частота, подчёркнутая дважды. Рабочая. Если набрать, на том конце ответят. Чистые руки, которые не ходят в Зону.

Нунан сидел. Тетрадка на ладони. Лёгкая, тридцать граммов бумаги и пружины. Тяжелее, чем есть.

Позвонить. Стать Лёщом. Тем, кто ведёт следующих и сдаёт маршрут.

Порвать. Остаться никем. Пустой рюкзак. Один болт.

Не решать.

Если что-то не так, валим. Правило. Первое. Свалил. Выжил.

И что.

Нунан убрал тетрадку, которую не открывал. Пальцы держали обложку, не страницы. Убрал в карман. Молнию застегнул.

Не позвонил. Не порвал. Не решил. Тетрадка в кармане. Частота в голове.

Встал.

* * *

Шёл.

Час, или два. Детектор молчал. Покалывание в предплечье отпустило. В пальцах не отпустило.

Забор. Сетка-рабица, блестящая, с колючкой поверху. Новая, проволока не успела потемнеть. Вышка пустая. КПП, бетонная коробка с заколоченными окнами. Шлагбаум поднят, перекосившийся.

Новый периметр. Отодвинутый. Пустой.

Перелез. Сетка прогнулась, звякнула. Руки на рабице быстрые, точные. Как шесть лет назад, когда четверо лезли через забор ночью.

Дорога. Асфальт с травой в трещинах. Столб с указателем: стрелка, название, километры. Нормальные вещи.

Детектор замолчал. Тишина. Полная, ровная. Без давления в ушах, без привкуса металла на языке.

Нунан стоял на асфальте и слушал.

Сел на обочину. Рюкзак рядом. Автомат на коленях.

ПДА в руке. Экран целый. Батарея четверть. Связь две полоски.

Можно позвонить.

Номер знал наизусть. Семь цифр. Пальцы над клавишами: первая, вторая, третья.

Не нажал четвёртую.

Когда хватит, Дик?

Давно. Другая жизнь. Голос тёплый, усталый. Вопрос, на который не ответил тогда.

Не ответил сейчас.

Убрал ПДА.

Встал. Рюкзак на плечо. Автомат на ремень.

* * *

Шёл.

По обочине, по трещинам в асфальте. Солнце пробилось, косое, в спину. Тень Нунана шла впереди. Длинная, тонкая. Одна.

Рука скользнула в карман. Нашла болт. Гладкий, ржавый. Бросил вперёд, на асфальт. Болт звякнул, покатился. Лёг.

Дорога.

Подобрал.

Остановился.

Рюкзак лёгкий. Автомат тяжёлый. Тетрадка в кармане. Покалывание в пальцах тупое.

Открыл рот.

— Стой. Подожди. Давай подумаем.

Вслух. Голосом, которого не узнал. Хриплым, севшим. Не тем, которым шутил у костров. Не тем, которым торговался на барахолке. Другим.

Словами мёртвого.

Нунан стоял на дороге. Тень впереди. Болт в руке.

Пошёл.