Остров таких далеких сокровищ! (джен)

Когда Элуис отчалила от берега, отлив уже начинался. Она смотрела перед собой, усердно работая веслом, как вдруг услышала позади жалобное мяуканье.

Она тотчас его узнала.

Обернувшись, она увидела, как к челноку, перебирая лапками в воде, высунув на поверхность мордочку, плывёт Скелет.

— Скелет! — воскликнула Элуис с гневом, страхом и удивлением одновременно.

Тотчас же поменяв курс, она направила лодочку к котёнку — и через несколько секунд дрожащий комочек сжался в её руках.

— Глупый... — пробормотала Элуис — Что же ты делаешь?

Но отправлять котёнка обратно было уже поздно. Элуис, посадив его к себе на колени, продолжила курс.

Девушка очень боялась, что котёнок может утонуть, если лодочка пойдёт ко дну, — но одновременно на душе у неё стало спокойнее от осознания, что она не одна в этом маленьком челноке посреди тёмного моря.

Небо уже темнело — солнце закатилось за горизонт, и его последние алые пятна на небе уже начинали заволакиваться тёмными тучами.

На самом деле, это сыграло только на руку Элуис. Её челнок плыл вперёд под занавесом темноты и тумана, скрывая её от чужих глаз. В темноте мрака впереди она видела огонёк — одно из окон на кормовой части «Испаньолы». Элуис ориентировалась на этот свет.

С корабля уже не доносилось звуков пальбы — вероятно, пираты устали стрелять по блокгаузу день напролёт.

Челнок Беллы Ганн оказался подходящим для человека её роста и веса и был лёгок и проворен. Но из-за необычайной кривобокости и вертлявости маленькая лодочка управлялась с невероятным трудом. Вскоре она поняла, что челнок идёт в любом направлении — только не на свет огней «Испаньолы». Он то и дело поворачивал к берегу, и, не будь в это время отлива, до корабля она бы ни за что не добралась.

Но, на счастье девушки, вода сама подхватила её лодочку и понесла к шхуне.

В темноте она могла ориентироваться только на свет с корабля, но вскоре в темноте она увидела его смутные, чёрные очертания корпуса и мачт. Через несколько минут Элуис уже оказалась возле якорного каната.

Он был натянут, словно тетива, — даже в темноте Элуис увидела это и поняла: один удар её ножа — и канат ударит её с невероятной силой, и хрупкий челнок, перевернувшись, пойдёт ко дну.

Девушка остановилась и принялась ждать. Лёгкий юго-восточный ветер с наступлением ночи мало-помалу превращался в юго-западный. Пока Элуис медлила, в задумчивости глядя на якорный канат перед собой, налетевший внезапно шквал двинул корабль против течения. Канат, к её великой радости, сразу ослабел, и рука, за которую она его держала, погрузилась в воду. Поняв, что нельзя терять ни секунды, девушка выхватила из-за пояса свой нож и стала резать одно за другим волокна каната.

Когда она уже преодолела половину работы, канат снова натянулся, и Элуис заново пришлось ждать порыва ветра.

Из каюты над ней доносились голоса матросов. Они были негромкими и усталыми — видно, устали после целого дня пальбы. Она ждала в тишине, нарушаемой только голосами разбойников. Скелет сидел, прижавшись к её ногам.

Прошло около десяти минут, прежде чем снова подул ветер. Шхуна двинулась вперёд, в темноту. Элуис почувствовала, как канат снова ослабел, и одним ударом перерезала оставшуюся часть волокон.

На челнок ветер не оказывал никакого влияния, и девушка почувствовала, что очутилась под самым бортом корабля. Шхуна медленно поворачивалась вокруг собственной оси, увлекаемая течением, несдерживаемая больше причалами.

Элуис поняла, что её в любой миг могло опрокинуть. Так и случилось. Но в тот миг, когда «Испаньола» толкнула её лодочку с такой силой, что та зачерпнула внутрь воду, Элуис схватила одной рукой Скелета и успела схватиться за обрывок каната и повиснуть над водой.

Она молча наблюдала, прижимая к себе котёнка, как челнок медленно погружается в воду, пропадая в её темноте.

Путь обратно ей был закрыт.

Элуис, перебирая руками, подтягиваясь на канате, поползла вверх. Через минуту усилий она, обессиленная, перевалилась через шпигаты и оказалась на палубе. Широко раскинув руки, она лежала несколько минут, глядя на небо. Скелет лежал у неё под боком.

Когда Элуис поднялась и заглянула за борт, «Испаньола», увлекаемая течением, уже плыла с приличной скоростью, рассекая воду по бортам.

Скелет тихо и жалобно мяукнул, и Элуис пришлось взять его на руки и крепко прижать к себе.

— Тише, дурачок — шикнула она и огляделась.

Густой туман опустился на палубу, и дальше шканцев девушка ничего не могла разглядеть.

«Вероятно, все пираты разошлись по каютам» — решила она и облегчённо вздохнула.

Сейчас ей нужно было найти место, чтобы спрятаться. Чуть ли не сгибаясь вдвое, Элуис пробежала вдоль планшира и спряталась в стоящей вплотную к гроту большой бочке, вероятно из-под пороха.

Залезнув внутрь, Элуис притянула ноги к телу, обхватив их, и стала ждать. Скелет уселся рядом с ней, прижимаясь к боку девушки.

Она достала из кармана последние два сухаря. Один надломила, отдала половину Скелету. Второй разломила сама и съела, запивая слюной.

--

Тем временем в капитанской каюте пятеро матросов пили ром и о чём-то разговаривали. Но их болтовню прервал голос вошедшего боцмана Израэля Хэндса.

— Вам ничего не кажется странным? — пробормотал он — Корабль словно качает.

Товарищи его удивлённо посмотрели на мужчину. Тучный пират в красном колпаке хмыкнул, разводя руками.

— Хватит тебе, Хэндс. Здесь мелководье — просто сильнее чувствуем волны, стариа, не разводи паники — и он сделал глоток из своей бутылки рома.

Израэль нахмурился от слов пирата.

— Не принимай меня за дурака, О'Браен! Думаешь, я не знаю своей работы? — прорычал он, но его перебил сидящий рядом пират

— Заткнись, Хэндс. Уши вянут от твоих обезьяньих криков.

Боцман издал глухой рёв, и вскоре оба пирата, выхватив кортики, бросились друг на друга.

Элуис вздрогнула, услышав доносящиеся снизу крики и пьяную ругань. Девушка так и вжалась в стенку бочки, услышав протяжный вопль и шум битого стекла.

— Они там что, с ума посходили? — в ужасе прошептала она, боясь пошевелиться.

Без всякого сомнения — пираты начинали ругаться, и причём очень и очень злобно.

«Испаньола» продолжала идти, увлекаемая течением, но в какой-то момент корабль сотрясло — и он снова остановился.

«Что такое?» — вздрогнула Элуис, поднимая голову. Она догадалась практически сразу.

Корабль, дрейфующий на мелководье, должно быть, уцепился килем за какой-то риф, который затормозил его движение.

Элуис еле смогла сдержать разочарованный стон.

«Нет, нет!»

Получается, она провалила свою миссию.

Итак, она осталась в море, на корабле, одна, окружённая пьяными, злобными пиратами.