Вне компетенции: неучтенные переменные (джен)

— Протего! — закричал Невилл, сжав свою волшебную палочку двумя руками.

Щит вышел на удивление крепким, и голем, что атаковал гриффиндорцев, бессильно ткнулся в него. Я же был наготове. Бросив световой меч в того, что был позади, я ударил огненным заклинанием в голема, который пытался атаковать Рона и Невилла. Меч тем временем уже возвращался ко мне, и я, поймав его, нанес три удара по предполагаемой полусожженной «голове», довершив уничтожение голема. Затем снова повернулся к первому и сначала грохнул в него цепной молнией, а затем, в два прыжка оказавшись у него и достав «Бич Драконов», тремя ударами рассек его пополам. Все это заняло секунд десять.

Пораженные Рон и Невилл смотрели на меня так, будто перед ними явился сам Мерлин.

— Гарри... — проговорил Рон. — Что это?..

Но я уже прикосновением к пуговице снял маскировку с тактического костюма, повесил «Драконобой» за спину, световой меч — на пояс, и достал Карту Мародеров. В коридоре рядом с туалетом Плаксы Миртл вовсю шло сражение. Кайнэ и Драко Малфой дрались в коридоре аж с тремя вопросительными знаками. Недалеко от них пряталась Астория Гринграсс. В самом же туалете были Луна, Гермиона, Дафна Гринграсс, один вопросительный знак и, внезапно, Билл Уизли. Что? Этот-то что тут забыл? Пришел на помощь Ордену? Сражалась, судя по всему, только Луна, причем с Биллом. А вот в другом коридоре был один вопросительный знак, вокруг которого сгрудились близнецы Уизли и Джинни.

— Так, бежим! Держитесь за мной, если хотите жить! Понятно?

Гриффиндорцы кивнули и побежали за мной, хотя было видно, что им трудно держать мой темп. Но бросать их не хотелось — они были явно одними из целей, и отдавать Ордену хотя бы одного я не собирался. Вдруг сработали все сигналки из Тайной комнаты — браслет буквально весь засветился.

Наконец мы оказались в искомом коридоре. Там я, уже успев надеть тактические очки, издалека заметил голема, и тут рефлекс сработал быстрее мозга — я выхватил световой меч и на ходу, обежав уже убитого голема, запустил меч в того, который находился впереди. И только потом я понял, что это было зря: тот голем был недвижим, а возле него мелькнули две фигуры в черном и активировали световые мечи. Луна и Кайнэ, видимо, уже закончили сражение, а голем либо мертв, либо подчинен. Я было потянул меч Силой назад, но падаваны его успели блокировать.

— Гарри! — послышался голос Кайнэ.

— Это вы?

— Да! Я взял под контроль одного из големов! — крикнул Кайнэ. — Он не опасен.

— Гарри… — тут Луна, до этого напряженно сжимавшая световой меч, вдруг деактивировала его и бросилась мне в объятия.

Я почувствовал сильное волнение, шедшее от нее. Видимо, бой был непростым.

— Что тут произошло? — спросил я.

Заговорили все одновременно. Но больше я обратил внимание на слова Кайнэ, который сообщил, наверное, самое важное:

— Они в Тайной комнате. Флетчер, Тонкс, Джинни. Причем открыла Джинни, и парсельтангом. Видимо, дневник у нее и уже промыл ей мозги.

— Так, а что с этим?

Луна уже успокоилась, и я беспрепятственно вошел в туалет и посмотрел на связанного Билла Уизли.

— Оглушен, — сказала Луна. — Он жив. Гарри... он какой-то одержимый. Мне... было так жутко... У него такие мысли...

— Неудивительно, — буркнул Рон, осматривая брата.

— Кто это такой? — Дафна даже всплеснула руками. — Вы все его знаете, что ли? Грейнджер, Лавгуд, Уиз... то есть Пруэтт, — может, скажете, кто это и что ему было нужно? И вообще всем им?

— Это мой... бывший родственник, — проговорил Рон. — Билл.

— Ну... можно догадаться, — хмыкнула Дафна. — Такой же рыжий, только еще более ненормальный, чем все остальные. Он такое говорил... И мне, и Лавгуд...

— У него малость мозги повернуты на светловолосых девчонках, — Рон покрутил пальцем у виска. — Еще когда учился, он втюрился в одну пуффендуйку, а она его отшила и потом еще и смеялась над ним. Вот у него крыша и поехала. Как увидит блондинку — так больной делается.

— Ну и родственники у тебя, Рон, — передернула плечами Дафна.

— Бывшие! — повысил голос Рон. — Я больше не Уизли! Я Пруэтт! Не надо меня к ним причислять!

— Так! — тут уже встрял Драко. — Поскольку первый раз мой вопрос был проигнорирован, я его повторю! Что здесь происходит? Нас всех чуть не грохнули! Как я понял, это приспешники Дамблдора? Что им от нас нужно? Поттер! Ты точно знаешь!

— Да, — тут Дафна тоже вышла вперед. — И, ребята... У вас какой-то закрытый клуб? Эти костюмы ваши, палки эти светящиеся?

— Это световые мечи! — поправил ее Драко.

— Одежда как у спецназа! — вставила Гермиона. — Я в кино такое только видела.

— Что? Что такое спецназ? — обернулся на нее Драко.

Я же сначала, пока шел этот диалог, осмотрел Билла и обыскал его, найдя волшебную палочку, порт-ключ Дамблдора и какой-то жезл, видимо, для управления големом, а затем осмотрел открытый вход в Тайную комнату. Повернулся к остальным.

— Да, у нас клуб под названием «Не сдохни от гениальных идей Дамблдора». Послушайте, рассказывать долго. Но если очень коротко: Дамблдор хочет вернуть меня под свой контроль, а вы все должны быть случайными жертвами, чтобы я как «герой» мог себя проявить. Кроме того — он хочет выйти из тюрьмы и вернуть себе авторитет. И вся эта ситуация — в его пользу, чтобы он в Хогвартсе случилось что-то из ряда вон, а он помог это преодолеть. Больше я пока рассказать не могу, и времени нет. Нужно закончить с этим. Я могу рассказать вам больше, но позже и если вы все мне поможете прямо сейчас.

Все переглянулись, кроме падаванов, которые выжидающе смотрели на меня.

— Ну ладно, — первым сказал Драко. — Говори, что делать.

— Только потом не забудь рассказать, раз уж пообещал, — таки вставила свои пять кнатов Дафна.

— Хорошо. Значит, так. Я... точнее мы, — поправился я, увидев вопросительные взгляды Кайнэ и Луны, — спустимся туда, в этот туннель. От вас всех требуется вот что: забаррикадироваться здесь и следить, чтобы этот, — я указал на связанного бессознательного Билла, — не сбежал. Понятно задание?

— А почему ты только их берешь? — впервые тут подала голос Астория.

— Ты видела, как они этими мечами светящимися размахивают? Ты думаешь, им помощь нужна? — усмехнулся Драко.

Тут я заметил, что Дафна с какой-то завистью посмотрела на Луну. Бывшее сине-красное трио — Рон, Гермиона и Невилл — вообще стояли молча и участия в разговоре не принимали. Рон даже отошел назад, будто не желал, чтобы его тут вообще замечали, Невилл переводил взгляд с меня на слизеринцев и обратно. Гермиона же смотрела как-то печально, будто что-то для себя приняв.

— В их подготовке я уверен. Кроме того, здесь тоже нужно оставить тех, кто сможет дать отпор в случае чего. Драко! Ты почти чемпион дуэльного клуба среди младших курсов. Я назначаю тебя главным. На тебе дверь — заблокируй и никого не впускай, кроме Флитвика или Снейпа. Дафна, — я повернулся к слизеринке, — тебя как лучшую дуэлянтку среди девчонок я назначаю лейтенантом. На тебе — Билл Уизли. Чтобы был связан, и желательно не приходил в сознание. Кто его оглушил?

— Я, — впервые подала голос Гермиона.

— Помогаешь Дафне. Дафна — не спорь, — я повернулся к слизеринке. — Сейчас важно работать вместе, если хотите, чтобы этот подонок получил по заслугам.

Тут лицо Дафны изменилось с возмущенного на злое, она с ненавистью посмотрела на связанного Билла.

— Конечно!

— Значит, с Гермионой глаз с него не спускайте! И ради Мерлина! — тут я уже повысил голос, обращаясь ко всем. — Не вздумайте тут перессориться! Мы все оказались в одной лодке, все этим замазались — нет времени на эти детские игры!

Тут же все как-то с опаской на меня посмотрели, поскольку это произнесено было уж совсем в духе Шепарда, когда пришлось примирять очередной конфликт вроде того, что был с Рексом на Вермайре, или в очередной раз мирить Миранду и Джек.

— Да ладно тебе, — как-то обиженно посмотрел Драко.

— Это на всякий случай, — тут я посмотрел уже в сторону Рона, который сначала посмотрел на меня как на дурака, но все же кивнул.

— Ладно, не переживай. Удачи там!

Вообще, было видно, что слизеринец явно не горел желанием лезть в темную трубу, поэтому рад был остаться тут.

— Кто-нибудь знает, что такое лейтенант? — осмотрела окружающих Дафна.

Я уже повернулся к падаванам.

— Вы готовы? Если...

— Я с тобой, — не дал договорить Кайнэ, — зря, что ли, тренировались?

— Я тоже. Сколь бы ты ни был силен, одному туда, — Луна указала на темный проход, — лучше не идти.

— Хорошо. Я просил вас выучить «откройся» и «закройся» на парсельтанге. У кого лучше получается?

— У... него, — Луна указала на Кайнэ.

— Да, у меня вроде получше, — согласился Кайнэ.

— Значит, я спускаюсь первым, Луна за мной, — инструктировал я падаванов. — Луна, ждешь пятнадцать секунд после меня, только потом начинаешь спускаться. Кайнэ — как только начнешь спускаться, затормози и закрой проход, не оставляй открытым, а то эти полезут еще...

Падаваны, как и я, уже надевали перчатки с шершавым покрытием, чтобы не слишком быстро скользить по трубе. Я уже совершал с ними один раз спуск в Тайную комнату, но мы лишь осмотрели ее и вернулись.

— Мы уходим. Последняя инструкция: если нас не будет больше, чем час, идете к Флитвику или Снейпу и рассказываете все. Только к Флитвику или Снейпу, не к Макгонагалл, понятно? — Понятно, — понимающе кивнул Драко.

— Почему не к директору? — спросила Астория.

— Я расскажу, — вполголоса проговорил Драко.

— Удачи вам там.

— Спасибо, — сказал я и первым скользнул в трубу.

Оказавшись внизу, я первым делом выхватил «Лансер», занял позицию и просмотрел пещеру через тепловизионный прицел. Впереди было чисто, сигналок и ловушек не было. Спустилась Луна, затем, с некоторой задержкой, — Кайнэ.

— Держи, будет у тебя, — я передал ему автомат, сам же достал еще и снайперку, но сразу повесил ее за спину, на второе крепление. Затем повернулся к Луне:

— У тебя твои веревки еще остались?

— Да! — кивнула девочка.

— Ну, — я взял световой меч, активировал его и поднял вверх. — Да пребудет с нами Сила! — Да пребудет с нами Сила! — вместе повторили падаваны и тоже активировали и подняли свои мечи, скрестив их так же, как тогда на церемонии в Австрии.

У всех было одно и то же предчувствие — сейчас будет тяжелый бой. Мы осторожно двинулись вперед, активировав чары ночного видения в тактических очках. Прошли мимо остатков кожи василиска и остановились перед знакомой дверью с изображением двух сплетенных змей с изумрудными глазами. И вот тут уже была сигналка, явно поставленная наспех. Не пересекая ее, мы все втроем прислушались, и каждый активировал свои способности Чувства Силы.

— Три человека. Двое впереди, рядом. За каким-то явно наколдованным укрытием. Чувствую магию... тут ловушки есть, — проговорил я вслух свои ощущения.

— Джинни далеко, у стены. Она... кажется, даже лежит. И что-то темное... — проговорила Луна.

— Явно засада, — сделал вывод Кайнэ.

— Ага. Они и правда настолько глупы, даже после того, что увидели? Но не суть. Они ждут, что я просто войду. Но... они явно не знают, что у меня военная подготовка, а такой человек не будет просто входить, зная, что его ждет засада. И они точно не ожидают ничего похожего на то, как спецназ штурмует закрытые помещения. Значит, так, слушайте план действий.

Падаваны повернулись ко мне.

— Кайнэ, возьми автомат и встань слева от двери. Луна, ты справа. Возьмите это, — я достал из сумки и дал падаванам по две самодельные светошумовые гранаты, которые я сделал, используя местные магические приемы и компоненты.

— Порядок действий такой: как только открывается дверь, вы тут же бросаете их в помещение, желательно в центр. После того как они взорвутся, ты, Кайнэ, открываешь огонь на подавление. Вот так, — я встал у стены и показал как. — Не высовывайся, не целься, главное — просто пали. Пока ты будешь стрелять на подавление, я открою прицельный огонь из винтовки. Через тепловизор я увижу их даже в дыму. Как только у тебя случается перегрев — захожу я и драконьим криком снимаю все их ловушки. И только потом заходите вы со световыми мечами. Задача — обездвижить ближайшую к вам цель. Визоры защитят глаза от дыма, если что, такие чары на них тоже есть. Всем понятно?

Кайнэ и Луна кивнули и заняли позиции. Хоть я с ними такое и не тренировал, но они, к счастью, поняли, как нужно делать — встали правильно. Я встал рядом с Луной, разложил винтовку, опустился на одно колено. В этом положении я мог худо-бедно вести прицельный огонь.

— Готовы?

Падаваны кивнули.

— Начали. Откройся, — прошипел я на парсельтанге, и дверь открылась.

Кайнэ, Луна и я тут же бросили свои гранаты, а я направил их силовым телекинезом. Тонкс и Флетчер действительно стояли за големом, спрятавшись за ним. Тут же раздалось пять хлопков со вспышками, помещение заволокло дымом. Послышался кашель, вскрики и ругань. Кайнэ тут же открыл огонь на подавление, я же прильнул к прицелу.

Через тепловизор было видно, как Тонкс в очередной раз не удержалась на ногах, но я успел в нее выстрелить, судя по всему, в плечо. Флетчер оказался проворнее и прятался за големом, зачем-то дав ему приказ двигаться. Но он поднял руку из-за голема с каким-то жезлом — и тут же схватился за нее и упал, поскольку я пальнул в нее. Тем временем автомат у Кайнэ затих, и запищали детекторы перегрева.

— Я захожу! — сказал я и, одним движением отправив за спину винтовку, схватил световой меч и вбежал в комнату.

— FUS RO DAH!

Ту’ум снес поставленные на пути ловушки, и я бросился вперед. Падаваны вошли, одновременно активировав мечи. Оказавшись первым, я рубанул по голему, но тут же закашлялся — не от дыма, а от последствий ту’ума. Падаваны среагировали получше: Кайнэ навалился на стонущего Флетчера и приставил ему световой меч к горлу, Луна же, не обращая внимания на то, что Тонкс направила на нее палочку, успела коснуться ее световым мечом, отчего Тонкс забилась в судорогах. Затем она набросила на нее веревку, которая сама обвилась вокруг метаморфки.

— Гарри! Джинни! — крикнула Луна мне, и я обернулся.

Джинни полулежала перед статуей Салазара Слизерина, из последних сил пытаясь встать. Над ней уже начинала формироваться высокая фигура темноволосого юноши. Дневник лежал перед ней.

В этот момент я ощутил ток Силы — последствия ту’ума прошли. И, вложив Силу в ноги, в какие-то секунды преодолел расстояние от места боя до Джинни, и едва образ Тома Реддла сформировался и успел открыть рот, как плазменное лезвие опустилось на кожаный дневник, разрубив его пополам. Призрак заорал, стал извиваться и исчез. Из разрубленного дневника вытекала черная жидкость, похожая на чернила. Но тут сзади послышался шум и вскрик — Флетчер пытался сбросить с себя Кайнэ, который придавливал его грудь коленом.

— Успокойся! Это бесполезно! Он... Гарри! — Кайнэ вскрикнул: — Голем! У него сзади тоже есть...

И тут, переведя взгляд на голема, я заметил, что на втором конце его червеобразного тела тоже начинают светиться две точки. Они загорелись сильнее, но я закрыл глаза. Знакомое неприятное чувство появилось — и тут же пропало. Я открыл глаза: Кайнэ же что-то отнимал у Флетчера.

— Идиот! Ты не понял, что это не сработает против нас?

Я же, не медля, отправил световой меч в бросок и рассек вторую «голову» голема. И тут что-то меня заставило обернуться: я посмотрел на Джинни — она застыла, и стеклянные глаза смотрели вперед. Я посмотрел магическим зрением: жива, но парализована. Точно так же, как миссис Норрис осенью.

— И правда идиот, — сказал я, поймав вернувшийся меч. — Только свою же сообщницу парализовал.

Наконец пленники дергаться перестали. Связанная Тонкс ненавидяще смотрела на меня, Флетчер бегал глазами и уже не пытался сбросить с себя Кайнэ.

— Ну здравствуйте, даже не знаю, как вас назвать. А ну брось! — я заметил, что Тонкс пытается дотянуться до кармана, и врезал ей по пальцам.

Она снова заорала. Луна снова коснулась ее мечом, и та задергалась от удара током. Я же начал ее обыскивать.

— Руки убрал, извращенец! Меня женщина должна... А-а-а! — я двинул ей локтем по носу.

— Ты совсем дура, Нимфадора?

— Не назы... А-а-а! — второй удар заставил ее замолчать, кровь из разбитого носа залила ей губы. Пожалуй, это уже лишнее. Но она сама напросилась.

— Заткнись уже. Будешь говорить тогда, когда я разрешу!

Даже Луна вздрогнула от моего крика, поскольку он сопровождался выбросом Темной Стороны Силы. Тонкс, видимо, тоже почувствовала что-то подобное и наконец успокоилась. Я нашел у нее волшебную палочку, порт-ключ Дамблдора, еще один обычный порт-ключ, обычные ключи, кошелек. Два браслета и кулон на цепочке были зачарованы — я срезал их световым мечом. Но самое удивительное — я нашел у нее такую же Карту Мародеров, как и у меня.

Она была не в мантии, а в джинсах и куртке. И вот в куртке у нее были явно зачарованные пространственные карманы. Пришлось снова аккуратно разрезать мечом куртку, вырезав части с карманами. Это она пережила уже молча. Я проверил магическим зрением — больше чар на ней не было.

Потом я повернулся к Флетчеру, обыскал и его. Жезл для управления големом Кайнэ у него уже отобрал. Но у Флетчера оказались аж две волшебные палочки, какой-то зачарованный мешочек с кровной привязкой, трое золотых часов на цепочке, пять разных кошельков, внушительная связка ключей, среди которых были и ключи от машины. Ну и знакомый порт-ключ Дамблдора. Я совсем не удивился, когда и у него тоже обнаружилась Карта Мародеров.

Обе карты активировались одним и тем же знакомым заклинанием: «Торжественно клянусь, что замышляю шалость». Я протянул обе карты падаванам.

— Трофеи, ребята. Теперь у вас тоже будут. Не все же одну на троих делить.

— А, ну понятно, почему он знаком вопроса был. А мы-то башку ломали, — ухмыльнулся Флетчер.

— Ты урод, Поттер! Мордредов предатель! Что бы ни задумывали те, кто за тобой стоит, они не смогут тягаться с Дамблдором, — снова подала голос Тонкс. — Дамблдор хоть и в тюрьме, но он по-прежнему Дамблдор!

— Скажи, Нимфадора, ты дура? — повернулся я к ней. — Ты видишь кого-то кроме нас? Кто мне помогал? О каких «тех» ты говоришь? У вас там совсем уже мозги поехали в вашем Ордене Жареной Курицы?

Тонкс, на удивление, ничего не ответила, видимо, снова хотев сказать что-то вроде «не называй меня Нимфадорой», но посмотрела на меня, а потом куда-то мне за спину.

— Кого вы ждете? Что появится Люциус Малфой? Я один против вас. Один, со своими друзьями. Вас сделали двенадцатилетки.

— Двенадцатилетки, ага! А что я базарил! — тут уже наконец подал голос Флетчер. — Я ж втирал этим идиотам: не прост он! Не было никого тогда! Они и тогда тебя подранили, и сейчас, Дора! Так что кончай пургу гнать! Слышь, Поттер! Мы это... мы тут не при делах! Мы только выполняли, чо приказано!

— Флетчер, предатель! Не вздумай ему ничего говорить! Поттер, ты тварь! Жаль, тебя прибить нельзя! Ты предал все, что можно! Своих родителей, правильную сторону! Продался злу! Ты...

Я схватил ее за голову. Язык у нее начал заплетаться, взгляд стал бессмысленным, а потом и вовсе глаза закрылись, и голова опустилась.

— Задолбала. Чувствую, ничего внятного она не скажет, — сказал я. Луна с опаской посмотрела на меня. — Я в сон ее погрузил.

Повернувшись к Флетчеру, я продолжил:

— Я же не изверг, в конце концов, чтобы убивать из-за такого. А вот ты, видимо, можешь сообщить мне что-то внятное.

— Э! Я не крыса! Дамблдор мне порядком подсобил, и я не собираюсь его ссучивать! Вот хрен я тебе чо скажу! Что ты мне сделаешь? Пытать будешь?

— Больно надо время тратить. Я поступлю проще! У меня и другие свидетели есть. Например, Тонкс или Билл, с которым я поговорить не успел. И пытать я их не буду — я к каждому найду ключ. Я уверен, Биллу достаточно пригрозить раскрытием одной его постыдной тайны, а Тонкс просто сдам аврорам — пусть они помучаются. А тебя я просто брошу тут и запру дверь. Выбраться ты отсюда не сможешь, трансгрессировать из Тайной комнаты тоже нельзя, и ты просто будешь несколько дней медленно умирать от голода и жажды. Не думаю, что кто-то вообще искать тебя будет. Особенно те, чье барахло ты толкал. Пойдем, ребята.

— Эй! Поттер... ты серьезно? — тут было видно, что перспектива его испугала.

— Совершенно. Думаешь, я не способен? Как видишь, я и мои друзья, хоть нам и по двенадцать, не побоялись выйти против вас троих и быстро вас скрутили. Ты еще в нас сомневаешься? Так, ладно, не хочу я тут время на тебя тратить! Кайнэ, Луна, поднимите эту... — Погодь! Подыхать я тут не собираюсь! Слушай... Всегда же договориться можно! Так что давай перетрем, Поттер! Я все выкладываю, а ты замолвишь словечко наверху, что я пошел на сотрудничество, лады? Дамблдор, конечно, Дамблдор, но ласты клеить за него неохота! Тем более вряд ли он уже из Азкабана-то выйдет после такого кипиша! Эй, ну слезь ты с меня уже! — последнее было обращено к Кайнэ, который по-прежнему прижимал его к полу. — Только без фокусов, — кивнул я.

Кайнэ встал, но меч не деактивировал. Флетчер кое-как сел, потирая руки, но я тут же связал их Инкарцеро.

— Э-э-э! Больно же! И так шмальнули по руке, а тут еще это...

— Извините, ваш комфорт в сделку не входил. Итак, — я сел на каменный пол, — ну, выкладывай, что за план был у вас? И сколько вас вообще в школе?

— Ну это... Нас только трое, хотя поначалу двое было — я и Дора. Билл только сейчас нарисовался, потому что работка в банке его тю-тю, после того как родичей замели. Ушастые не любят, когда их сотрудники, особенно люди, в темных делишках замазаны. Блюдут репутацию! Вот и погнали его под зад ногой. Уизли — они и в Африке Уизли. А сделать... Ну, нападение василиска устроить.

— Зачем это нужно?

— Ну... Эта... Я... не знаю толком. Дамблдор общую идею не светил никому. Только то, что каждому делать. Но мы покумекали и вот чо решили: сделать вроде как нападение василиска, чтобы все к Дамблдору прибежали, дескать, такое в школе творится, помогите, вы же всё разрулите! Тем более был василиск в сороковых годах, да убили его тогда по-тихому. Ну а ты, Поттер, должен был рыжую спасти. Ей и дневник этот всучили, чтобы он силу с нее тянул. Ты бы ее спас, дневник раздолбал, она бы к тебе прилипла, да и ты гнать ее от себя не стал бы. А то треплются — с полоумной дружишь, не по масти это.

— Эй, полегче, — предупредил я, увидев, как Луна явно хотела что-то сказать, и положил ей руку на плечо.

— Не обращай внимания.

— Ничего, все хорошо, — кивнула она.

— Ты это, девчуля, не обижайся, как они чешут, так и я. Я-то вообще про тебя не слышал. Только про журнальчик родителя твоего. Забавный журнал, кстати, я почитываю...

— К делу, Флетчер, — прервал я его. — Что дальше?

— Ну а чо? Мы должны, как сказано, ждать, пасти по карте и окаменить. Рыжая и братья должны были надписи малевать и слухи распускать. Сначала на кошке потренировались, потом уже на человеке. Но первый раз не проканало — вылечили быстро. Дамблдор сказал поло... ну, то есть, подругу твою того... надо окаменить. Мы сунулись — и Тонкс ранили. То вы были, а я не вкурил — чо за знаки вопроса на карте? Потом Дамблдор сказал — не лезть, лечь на дно. Ну, мы еще этих змеюк наделали, пока ждали. А сейчас прислал маляву — говорит: нападайте, пора, Уизли закрыли и до других доберутся.

— Кто доберется?

— Дык не знаю. Этот... Кингсли говорит — молчит Дамблдор, только твердит: опасные люди за Гарри стоят, против которых Малфои — тля. Кумекать надо побольше. А, и статью Дож завтра даст, снова что Дамблдор про школу знает то, про что остальные не секут. Ну, это все. Слышь, Поттер, ну ты это... не забудь! Я все как на духу выложил...

— Где вы чаще собираетесь? Ты клятвы на это не давал?

— Не, чисто уговор с Дамблдором был, никаких клятв. А где собираемся... В Плакли чаще всего, это в Кенте...

— А в Гластонбери и Девоншире? — спросил я, вспомнив два других адреса, куда трансгрессировал Диггл помимо Плакли.

— Ты знаешь? Ого... Не, там почти нет. Там маскировки практически нет, и нельзя набросить. А в Плакли халупа дрянь, но там Фиделиус хороший стоит. Я это... покажу. Только ты ж замолви! Я ж помог! Все сдал! И...

— Гарри! — вдруг встрепенулся Кайнэ. — Что-то... идет.

— Гарри! — тут уже Луна сначала сжала мое плечо, а потом схватила и активировала световой меч. — Что-то страшное! Оно...

— Ты звал кого-то?

— Да никого я не звал! И чего вы? Нет никого... Эй! Что за шум?!

— Гарри! — лицо Луны было перекошено от ужаса, но и мое Чувство Силы било набатом. Кайнэ тоже активировал меч и развернулся в сторону статуи Салазара Слизерина.

— Щиты! — скомандовал я и активировал все, что можно: палочковый Протего, кольцо и кулон, и силовой щит Тутаминис, чтобы закрыть всех.

С жутким грохотом голова у статуи Слизерина взорвалась осколками, и из нее выползло что-то огромное и длинное.

— Глаза! — скомандовал я и тут же провел руками по тактическим очкам, активируя режим полного затемнения.

В магическом зрении я мог видеть лишь ауры и плетения. Но даже в этом виде оно впечатляло. Змея длиной двадцать метров и диаметром не меньше полутора метров. И два горящих особыми сложными плетениями глаза. Это был василиск, причем настоящий. Не состряпанный голем, а именно опасный зверь, причем, судя по размерам, старый.

— Да что за ё... — только и произнес Флетчер, но василиск бросился на него — Кайнэ едва успел отскочить назад. Василиск схватил Флетчера за ноги и проскользнул между мной и Кайнэ.

— Гарри, это... настоящий? — услышал я голос Кайнэ.

— Более чем. — Я повернулся к Тонкс и хлопнул ее ладонью по лбу, выводя из сна. Она быстро пришла в себя и, увидев василиска, как-то уж совсем по-девичьи завизжала.

Я же схватил ее за волосы и приставил к горлу световой меч.

— Ваша работа? Это вы его призвали?!

— Нет! — скорее выкрикнула она.

— Правду говори! А то...

— Нет! — уже истерично завопила она. — Дамблдор говорил, его нет уже лет шестьдесят. И быть не может! Развяжи, Мордред тебя подери, нам бежать надо! Да пошла ты, мелкая! — тут она связанными руками грубо толкнула Луну, но сама наткнулась на световой меч. Даже от прикосновения она вскрикнула, почувствовав кроме боли еще и удар током, но это ее не остановило, и она со связанными руками побежала в сторону двери.

— Оставьте ее, далеко не убежит.

Она и правда далеко не убежала. Добежав до двери, она как-то дернулась, упала и осталась лежать.

Василиск тем временем продолжал свое движение. Но Флетчер, схваченный за ноги, каким-то образом сопротивлялся. Я увидел магическую вспышку — и василиск издал явно недовольное шипение. Он будто выплюнул Флетчера и задергал головой, потеряв к нему интерес. Все, что я увидел, — плетение в одном из его глаз стало тусклее. Видимо, Флетчер каким-то образом повредил ему один глаз, хотя и не до конца.

Я схватил Кайнэ за руку и дернул его к себе, чтобы он оказался позади меня. Я попытался закрыть собой падаванов, которые не могли так хорошо видеть в магическом спектре, как я. Василиск, будто придя в себя, обратил внимание на нас — но я был наготове. Сначала я бросил перцово-дымную гранату в его направлении — ту самую, которой когда-то вывел из строя Макгонагалл, после чего она месяц кашляла. Затем я бросил световой меч в направлении его целого глаза. Со второй руки я ударил цепной молнией. Но в магическом спектре я увидел то, чего боялся: он был магически защищен.

— Дело дрянь, ребята, он магически устойчив.

— И что делать? — спросил Кайнэ.

Пользуясь заминкой и тем, что граната заставила василиска немного задержаться, я на ходу придумал план.

— Так, ребята, вы хоть немного его видите?

— Я вижу ауру, но плохо. Могу определить направление, но не более, — ответил Кайнэ. — Я вижу структуру. Он как... переплетение света, но четкое, — ответила Луна.

Я мысленно выдохнул: падаваны явно не были парализованы страхом.

— Нужно снять магическую защиту, чтобы нанести ему рану. Я смогу, но на минуту он будет на вас. Вслепую. Справитесь? Только тогда мы сможем лишить его зрения, а потом убить. Убежать мы не сможем — он сможет выползти через дверь в ту пещеру.

— Я смогу! — сказал Кайнэ.

— Я тоже! — проговорила Луна.

— Тогда бери! — я протянул Кайнэ второй световой меч. — Форма Джар’кай! Я применяю ту’ум — вы атакуете. До ту’ума бить его чем-либо бессмысленно. Понятно?

— А ты? — переспросила Луна.

— Минуту я буду бесполезен, тем более слепой. А глаза открывать нельзя, пока он не ослеплен. Готовы?

Василиск уже пришел в себя и начал постепенно приближаться к нам.

— KRII LUN AUS!

В магическом зрении я увидел, как ударная волна Ту’ума настигает василиска и как пропадает его магическая защита. И мир заполонила тьма. После Ту’ума даже магическое зрение отключалось, а снимать полное затемнение с визора я остерегался. Все, что мне оставалось, — это лишь слушать.

Шипение, шорох, шаги, гудение световых мечей, тяжелое дыхание падаванов, звук удара светового меча о что-то твердое, треск...

— Луна, справа заходи!

— Да!

Это была, наверное, одна из самых долгих минут в моей жизни. Я ничем не мог помочь падаванам и только по звукам определял, что происходит. Я точно различал быстрые взмахи двух мечей Кайнэ, особый гул и удары с электрическим треском от меча Луны. Значит, падаваны на ногах. Криков боли не было — значит, не задели. Тут я услышал частые удары, будто кто-то закрутил мечами в бешеном темпе. И в этот момент меня взяли за плечо.

— Гарри! — послышался голос Луны. — Ты как?

— Сейчас... Скоро... Вот-вот... — говорил я.

Вот оно: ток Силы, пульсация маны, тепло местной магии...

Вернувшееся магическое зрение показало, как Кайнэ заканчивал каскад ударов формы Джар’Кай. Но было видно, что он на пределе, и василиск отступает, чтобы контратаковать.

— Назад! — крикнул я и, придав ногам ускорение Силы, бросился вперед.

Сначала я ударил с левой руки огненным заклинанием прямо в центр предполагаемого глаза василиска, где было особенно сложное магическое плетение. Поскольку голова была повернута к Кайнэ, я попал. Плетение начало пульсировать и нарушаться. Затем вытянул левую руку в сторону Кайнэ:

— Меч! — и воздействовал Силой, почувствовав брошенную рукоять.

В это время я уже подбежал прямо к василиску и рубанул по плетению один раз, а затем, выхватив левой рукой из-за спины катану «Бич Драконов», рубанул во второй раз. Плетение вспыхнуло, но потухло. Василиск дернул головой в мою сторону, но я сделал кувырок под ней и оказался у его второго глаза. Сначала ударил цепной молнией, потом снова два удара — плазмой и зачарованной сталью — и сделал кувырок назад. Вовремя: василиск развернулся ко мне мордой. Но... поздно. Плетения в его глазах потухли, и я не видел никакого магического воздействия от него.

— Он ослеплен! Затемнение снять! — крикнул я, одновременно снимая затемнение со своего визора.

Ослепший василиск, тем не менее, раскрывая пасть, начал движение ко мне, явно намереваясь проглотить. Вряд ли больше метра разделяло меня и его отвратительную раскрытую пасть с длинными, как кинжалы, зубами, из которой несло зловонием.

— YOL TOOR SHUL! — грохнул я огненным Ту’умом прямо в его раскрытую пасть.

И тут василиск взвился, издав что-то, одновременно напоминающее рев и шипение, и отступил назад, щелкая пастью и пытаясь затушить огонь.

Я же отбежал к падаванам, которые, как и требовалось, отступили, дав мне свободу действий. Мне тут же вспомнился тот странный летний сон, где мне уже снилась Тайная комната и василиск, но волей видения там были Гаррус и Бастилла, а я не был ограничен детским телом. Впрочем... там была вполне рабочая тактика по убийству василиска.

Полностью ее повторить не получится, а вот частично... Я попытался начать говорить, но, как всегда, издал лишь хрип и кашель. Луна как-то резко схватила меня за шею, будто намереваясь начать душить, но от ее руки пошло тепло. Уж не знаю, откуда она это узнала — может, Сила подсказала на адреналине. Но через десять секунд я мог говорить.

— Спасибо, Луна! Значит так, действуем по плану: как он успокоится и будет снова заходить на атаку: подбегаем как можно ближе и по команде одновременно используем Силовой толчок, чтобы заставить его перевернуться и открыть подбрюшье. Потом мечами прорезаем как можно более глубокую рану — и я отправляю в эту рану особую штуку. Понятно?

Падаваны кивнули. Василиск заканчивал биться в истерике и начал прислушиваться, вертя головой. Я схватил падаванов за плечи и как мог воззвал к Силе для начала боевой медитации.

Бастилла могла боевой медитацией направлять армии, причем обычных людей, не джедаев. Это был уникальный дар, каких не было уже последние лет триста в Старой Республике. Обычный мастер-джедай мог Боевой Медитацией направить одного, максимум двух падаванов, чтобы быстрее и дольше держать общий боевой поток Силы. Мастер, который посвятил годы изучению данного навыка и имеющий способности к концентрации и большой природный резерв, — максимум 10 человек поблизости от себя, и желательно тоже адептов Силы. Бастилла как могла научила меня простейшей боевой медитации, чтобы я мог направить хотя бы одного или двух человек. И я постарался это сделать — сейчас общий боевой поток был крайне необходим. И мне удалось — момент единения почувствовали все. Дальше и слова не потребовались.

Мы одновременно бросились к василиску, который начал ползти в нашем направлении. За три метра от него мы одновременно остановились и, как только он чуть повернул голову, одновременно вскинули руки и ударили силовым телекинезом. Голову василиска откинуло, и он, завалившись набок, открыл подбрюшье. Синхронно активировав световые мечи и в один прыжок сократив расстояние, ударили по тонкой коже. Но не одновременно, а по очереди, с идеальным таймингом и так, как нужно: я рубанул сверху вниз слева направо, Луна — снизу вверх справа налево, Кайнэ, схватив меч двумя руками, сделал вертикальный разрез. Таким образом разрезы образовали правильную шестиконечную звезду. Едва закончив свои разрезы, они тут же развернулись и бросились обратно, а я уже погрузил руку в пространственную сумку и вытаскивал оттуда мое очередное изобретение в артефакторике.

Понятное дело, газовыми, перцовыми и дымовыми гранатами мои эксперименты не ограничились. Разумеется, я пытался создать из местных магических компонентов самую настоящую бомбу. И у меня получилось: долго мучился с корпусом и вариантами детонации — слишком чувствительно и хрупко получалось, когда начинка состояла из взрывчатых веществ. Но кое-что у меня получилось, хотя и приходилось ее хранить в особом взрывопоглощающем мешке, который был рассчитан на перевозку рога взрывопотама. И сейчас я вынимал именно это — гладкий алюминиевый шар с составом страшной взрывной силы. Я даже не брал его в руки, а держал телекинезом — и так же, телекинезом, отправил его в центр прорезанной нами звездчатой раны, после чего тут же бросился назад, к падаванам.

И опять же, без команды, мы снова начали активировать все щиты, которые умели: палочковые Протего, артефактные, щит Силы Тутаминис. И выставив все это, мы уже в самый момент взрыва зажмурили глаза. Все это заняло меньше минуты, и мы действовали так, будто это был заранее отрепетированный эпизод.

Вспышка была неяркой. А вот звук достаточно громким, как и ударная волна, обдавшая нас еще и ошметками змеиной крови и плоти, но все они с шипением испарялись о многослойный щит. Когда дым рассеялся, перед нами открылась одновременно отвратительная и успокаивающая картина — голова у василиска была наполовину оторвана и, держась на оставшейся сверху коже, лежала под неестественным углом к телу.

Щиты нехотя развеивались. И вот тут я наконец-то облегченно выдохнул.

— Победили, — прошептал я.

— О-о-ох... — Кайнэ даже на ногах не удержался и опустился на колени.

Луна же осталась стоять, но спрятала лицо в ладонях. Я же просто сел на каменный пол. Некоторое время мы так стояли молча. Наконец Луна убрала руки от лица. На лице было спокойствие. Кайнэ же, напротив, резко встал, взволнованно завертел головой.

— Они ушли! Флетчер и Тонкс...

— Успокойся, недалеко они ушли.

Я махнул рукой, и мы направились ко входной двери. Тонкс по-прежнему лежала в полуметре от нее. Поза не изменилась. Рядом был окровавленный камень.

— Она... — Луна испуганно прижала руки к груди.

— Мертва. Споткнулась и упала головой на камень. Ее сгубила собственная неуклюжесть.

Флетчера видно не было. Я посмотрел в туннель, потом магическим зрением, потом Чувством Жизни. На полдороги что-то было... Мы прошли и увидели его. Он тоже был мертв. На ногах были многочисленные кровоподтеки, особенно на бедрах и у ступней. В руках он сжимал волшебную палочку.

— Яд василиска. Василиск схватил его зубами. Остается только гадать, как он столько протянул, да еще и частично смог повредить глаз василиску, когда был в его пасти.

— Плохо. Много бы они рассказать могли, если бы в аврорат их, — разочарованно проговорил Кайнэ.

— Есть еще Билл. Кстати... — Я вынул Карту Мародеров, посмотрел — нет, все на месте, вроде даже не двигаются, сидят каждый в своем углу. Билл с ними, Дафна и Гермиона рядом. — Что теперь? — спросил Кайнэ.

— Есть еще кое-кто.

Мы вернулись в Тайную комнату и подошли к статуе Слизерина. У ее подножия по-прежнему лежала окаменелая Джинни, которую бой вообще не задел. Снова проверил магическим зрением — жива, парализована. Разрубленный дневник лежал рядом.

Я повернулся к падаванам:

— Значит так. Флетчер говорил, что завтра выйдет статья от Дамблдора. Возможно, снова про Тайную комнату, и, наверное, слухи про ночные окаменения должны были-таки стараниями Джинни распространиться за пределы школы. Поэтому существование Тайной комнаты надо скрыть. Как и следы василиска. Не хватало еще, чтобы выяснилось, что и правда тут василиск был.

— Как он вообще тут оказался? — задал очевидный вопрос Кайнэ. Меня это тоже интересовало, ведь раньше даже его следов не было, хотя в туннеле были ошметки шкуры.

— Даже не представляю. Может, туннель за статуей вел в Запретный Лес, а тут у него было что-то вроде места зимовки... хотя зимой тут его не было вроде... короче, не знаю и знать не хочу. Но... от него надо избавиться.

— Но как? — спросила Луна. — Как такое вытащить отсюда...

Я подошел к василиску:

— Фиби!

Домовичка тут же появилась, но, едва посмотрев на василиска, вскрикнула.

— Фиби! Фиби! Успокойся, смотри на меня! Он мертв! Он мертв, убит, он не опасен!

— Да? — Фиби уже без страха, сначала с любопытством, а потом с отвращением посмотрела на змея.

— Зачем вы пришли в такое ужасное место, хозяин Гарри? Вы могли пораниться! Или... — спросила домовичка дрожащим голосом.

— Я жив, и со мной все в порядке. А вот это надо отсюда убрать, иначе будут проблемы. Фиби, нужна твоя помощь!

— Фиби поможет!

— Значит так: отправляйся в общее хранилище и принеси чемодан под номером три. Помнишь, я летом их пронумеровал? Те, которые с расширением пространства?

— Фиби помнит! Фиби сделает!

Домовичка исчезла и тут же вернулась с чемоданом, который был ненамного меньше ее. Я взял чемодан, подошел к морде василиска, раскрыл его и положил рядом.

— Кайнэ... Ты же в своем мире до четвертого курса доучился, так? Вы заклинание Уменьшения проходили?

— Да, но... сильно мы эту тварь не уменьшим, да и вряд ли больше чем на 10 секунд...

— Больше и не надо. Хотя бы в два или три раза, чтобы в горловину чемодана влезла. Там расширение пространства. Давай одновременно: — Редуцио!

Только со второй попытки истерзанный василиск уменьшился в два раза. Еще после одной — еще немного, став не больше анаконды. Я повернулся к Луне:

— Луна, давай с нами! Одновременно поднимаем и в чемодан его! На счет три: раз, два, три! — Вингардиум Левиоса!

— Фиби поможет! — тут домовичка сама проявила инициативу, и мы все вчетвером магией подняли уменьшенного василиска и аккуратно подвели его к раскрытому чемодану.

Затем отпустили — и он рухнул внутрь. Я захлопнул крышку, запер, отдал чемодан Фиби.

— В стазис-хранилище для особо опасных компонентов животного происхождения. Я вроде дал тебе туда доступ.

— Фиби сможет. Фиби отнесет. Вернуться обратно и перенести вас домой? Вы устали и грязны. И друзья ваши... — Фиби осмотрела нас.

— Нет, нам нельзя отсюда надолго уходить. Но жди — в ближайшие дни я появлюсь.

— Фиби будет ждать. Берегите себя, хозяин Гарри!

— Спасибо.

Домовичка с чемоданом исчезла в хлопке аппарации.

— А если он в чемодане увеличится... — выразил сомнение Кайнэ.

— Ничего не будет. Там пространство в чемодане больше этой комнаты раза в два. Это работа моего прадеда, Генри Поттера, в сотрудничестве с пространственным магом Оуэном Уайлдом. У Скамандера был такой же чемодан, где он свой зоопарк держал. Правда, неаккуратный он был... Прадед его такими словами крыл, когда Скамандер не обращался к нему из-за проблем с замком. И в Нью-Йорке в тридцатых натворили дел из-за его того что он починку замка откладывал. Ну да ладно. — Я указал на Джинни: — Берем ее и тащим к выходу. Не бросать же ее тут...

Мы перетащили окаменевшую Джинни к трубе, потом вернулись и уборочными заклинаниями убрали ошметки василиска. Потом пришлось сделать неприятное — перетащить труп Тонкс на середину туннеля, не очень далеко от трупа Флетчера. Туда же перетащили и камень, о который она разбила голову. Затем туда же перетащили и уничтоженного голема, который тоже на удивление не пострадал в битве с василиском, разве что обгорел немного.

— Зачем все это? — все же спросила Луна, видимо, так и не до конца понимая наши манипуляции.

— Ближе к комнате туннель становится из каменистого земляным. Устрою обвал — и завалю вход в Тайную комнату. Ее не должны найти. Не нужно, чтобы хоть что-то из того, что будет рассказывать Дамблдор, оказалось правдой. Тем более что они говорили, будто в сороковых годах василиск-таки был и его тайно уничтожили. Хотя одна ученица тогда погибла.

— Элизабет? — переспросила Луна.

— Да, Миртл. Ты знаешь ее?

— Я иногда прихожу к ней. Ей одиноко.

— Кстати, странно, что ее сегодня нет.

— Она иногда спит на дне озера, у русалок и тритонов.

— Ладно, оставайтесь здесь.

Я снова вернулся ко входу, закрыл дверь, прошипев на парсельтанге, и, достав на всякий случай палочку Лили Поттер, а не свою, выстрелил несколькими слабыми Бомбардами по потолку пещеры. Снова отбежал, снова выстрелил. Обвал оказался сильнее, чем я думал. И пришлось довольно быстро бежать, чтобы не попасть под него. Но, к счастью, он не завалил тела Тонкс и Флетчера.

— Луна, давай особую веревку.

Луна достала из своей пространственной поясной сумки веревку и коснулась одного из ее концов палочкой. Веревка взлетела вверх и зацепилась за метку у входа. Это придумала Луна, чтобы облегчить подъем из комнаты. Даже лезть по веревке не надо — она сама тебя поднимает, хоть и с небольшой скоростью.

— Кайнэ, ты первый. Луна — вторая. Я последний, потому что еще ее поднимать, — я указал на окаменелую Джинни. — Оставим ее наверху — быстрее помощь окажут.

— А мы ничего не можем сделать? — проговорила Луна, глядя на бывшую подругу.

— Нет. Там и воздействие крестража долговременное, тут спецы должны заниматься.

Остатки дневника я положил в карман мантии Джинни еще раньше. Раз уж она его таскала с собой — пусть и найдут у нее.

Кайнэ схватился за веревку и стал подниматься. Через некоторое время веревка вернулась — и поднялась Луна. Когда веревка упала в третий раз, я сначала обвязал веревку вокруг талии Джинни, потом взялся за веревку сам. Мой подъем занял много времени. Наконец я поднялся. Кайнэ помог втащить окаменелую Джинни. Все встретили нас в молчании.

— Что это с ней? — наверное, первым нарушил общее молчание Драко.

— То, что должно было быть с большинством из вас, если бы эти, — я указал на голема рядом с Биллом, который по-прежнему валялся без сознания, — сработали как надо. Но, к счастью... у них не получилось.

— Так, Гарри, — тут вышла вперед Дафна, — ты обещал все рассказать. Мы тут честно сидели и сторожили этого рыжего, но...

— И что вы там нашли? — бесцеремонно перебил ее Драко. — Ну, кроме...

Драко брезгливо посмотрел в сторону окаменевшей Джинни. Все остальные тоже собрались вокруг.

— Может, лучше сообщить кому-нибудь? — внезапно сказала до этого молчавшая Гермиона.

Дафна было посмотрела неодобрительно на когтевранку, но все же согласилась:

— Вообще-то да! Это же проникновение в школу и покушение на учеников! Надо...

— Вот тут тонкий момент. Вы понимаете, что начнется, если все узнают, что в школу проникли три злоумышленника и атаковали младшекурсников? И не просто случайных людей: жертвами могли оказаться и Драко, и Гермиона, чье имя сейчас на слуху по делу Уизли. Еще тут же оказались и сын дипломатов Арройо, и дочка издателя «Придиры» — тоже известного человека. Не говоря обо мне. Вы представляете, что начнется?

Все переглянулись.

— Это будет скандал похуже прошлогоднего, — хмыкнул Драко.

— И Хогвартсу придет конец. Всех уволят... — вполголоса проговорила Гермиона.

— Именно. Я не думаю, что все тут хотят, чтобы Хогвартс закрыли. И уволили Флитвика или Спраут, которые никому ничего плохого не сделали.

— Но... что ты предлагаешь? — заговорила Астория. — Не говорить никому ничего? Просто разойтись, чтобы их утром нашли?

— Почти, но так не получится. Билл Уизли точно видел трех человек из присутствующих. И если его начнут допрашивать под Сывороткой правды — все вскроется.

— А остальные? — спросила Дафна. — Там же еще мужик тот был и красноволосая...

— Они ничего не расскажут. Они мертвы. Мы их нашли в туннеле, когда спускались туда, — я указал на все еще открытый проход за умывальником. — Там небольшая пещера, которая закончилась обвалом. Там лежали мертвые мужчина и женщина, которые были вместе с Джинни. Это люди Дамблдора. Я не знаю, почему они умерли. У женщины разбита голова, у мужчины следы отравления. Рядом с ними был голем, который, видимо, и окаменил Джинни. Больше ничего мы там не нашли. Поэтому вот мое предложение.

Я сделал паузу.

— Билл, судя по всему, видел только троих — Дафну, Луну и Гермиону. Поэтому именно вы трое сейчас идете к Снейпу. К нему ближе всего — это во-первых. Во-вторых, он точно не скроет какие-либо улики, как Макгонагалл, которая верна Дамблдору. Остальные — Драко, Астория, Рон, Невилл, Кайнэ и я — вообще здесь не были. На вас троих, — я поочередно посмотрел на Дафну, Луну и Гермиону, — напал Билл с големом. Вы спрятались в комнате неподалеку и забаррикадировались. Когда услышали, что все затихло, решили побежать за помощью. Никаких боев, ничего — вы испугались, спрятались, слышали странный шум. Снейп пусть увидит все это, вызывает авроров — и пусть они сами разбираются. То, что было в туалете, вы не видели. Окаменелую Джинни — тоже.

Разумеется, это мало кому понравилось: и Драко хотел похвастаться героизмом, когда дрался вместе с Кайнэ и спасал Асторию, и Дафна хотела в подробностях расписать нападение, — так что пришлось довольно долго убеждать всех в том, что моя версия лучше. На мою сторону встал Кайнэ, который тоже вескими доводами доказал: чем менее значительной будет шумиха, тем лучше, а Билл все равно от ответственности не уйдет, как и Джинни с близнецами, поскольку обязательно выяснится, что они были сообщниками. Поддержали меня и Рон с Невиллом, которые вообще не хотели, чтобы их имена всплывали в этой истории. Наконец Дафна, Астория и Драко вняли моим аргументам и согласились. Я же пообещал позже рассказать им про «план Дамблдора». Это их, как ни странно, устроило: мои короткие пересказы явно не устраивали слизеринцев, они хотели быть в курсе всего.

Еще раз согласовав все детали версии, я сначала отправил Кайнэ проследить, чтобы гриффиндорцы и слизеринцы добрались до гостиных. Потом, в последний раз проинструктировав девчонок, отправил их к Снейпу.

Сам же нашел в коридоре нишу за полуколонной и сел там, накрывшись мантией-невидимкой. По карте я увидел, что девчонки дошли до Снейпа, который не спал, а что-то делал в своей личной лаборатории. К счастью, он не стал вести их сюда и, видимо, запер в кабинете. Сначала он увидел двух големов в коридоре — разрубленного и того, которого Кайнэ держал под контролем, — потом зашел в туалет. Оттуда я услышал лишь приглушенное: «Мерлин...» Он вышел и собрался было отправить Патронуса, но я выступил из тени так, чтобы меня немного освещал факел.

— Профессор?

— Поттер? Что вы тут... Хотя я мог бы догадаться, — он не показал, что удивлен.

— Официально меня тут нет. Свидетели только девчонки.

— Что здесь произошло? Почему тут Билл Уизли? — В этот раз Снейп скрывал удивление с трудом, переводя взгляд с меня на голема и обратно.

— Произошло то, что задумывалось осенью, но с большим масштабом. Чтобы уже точно всем стало известно, что в школе ползает «чудовище Салазара Слизерина». Кое-как удалось сохранить все в тайне и уговорить остальных молчать. Только скрыть участие в этом девчонок не получилось: их видел Билл Уизли, который единственный из троих остался в живых.

— Вы хотите сказать, что... остальные...

— Мертвы. Но не я их убил. Если видели — в туалете открыт вход рядом с раковиной. Там подземелье. Я спустился туда и нашел их трупы. Тонкс проломили голову, Флетчера отравили. Джинни окаменела и лежала рядом с големом. Я ее вытащил. Не бросать же ее там среди трупов?

— Что с Биллом случилось?

— Я не в курсе, — я продолжал озвучивать заготовленную версию, — как и в том, что произошло внизу. Может, друг друга перебили, может, кто-то другой. Я слышал, на Орден уже было нападение зимой. Может, это продолжение истории. Кого вы там разозлили?

— Я знаю не больше вашего, Поттер. Но зачем вы мне все это рассказываете, если сами хотите скрыть свое участие? Кстати, вы как тут оказались?

— Грейнджер побежал спасать. Зря я ее избавлял от влияния ваших зелий и раскручивал историю, которая в итоге стоила Уизли свободы? Нет уж, назад я ее не отдам. Это важный свидетель. Но я опоздал и увидел то же, что и вы. А рассказал я это вам потому, что у меня к вам просьба.

— И какая же?

— Проследите, чтобы Макгонагалл не скрыла ни одной улики. Тут замешаны оставшиеся Уизли — она обязательно их отмажет. Ну или будет пытаться.

Снейп задумался.

— Я... не буду ставить в известность и. о. директора сейчас. Ей сегодня нездоровилось. Я поставлю в известность заместителя директора, профессора Флитвика, который имеет полномочия вызвать Аврорат, — медленно проговорил Снейп.

— Спасибо, профессор, — кивнул я.

— Вы... неважно выглядите, Поттер. Сможете незаметно добраться до башни Когтеврана?

— Смогу.

— Тогда идите. Я все сделаю как надо.

«Все-таки хорошо, что я не грохнул тебя прошлой весной», — подумал я, возвращаясь в башню.

Кайнэ не спал. Луна пришла через полчаса, рассказала, как все прошло. Мы еще некоторое время сидели, приходя в себя и обсуждая события. После, обессилевшие, разошлись по своим комнатам.

Разумеется, на следующий день началась буря. С утра отменили все занятия, учеников не выпускали из гостиной, завтрак подали туда, кое-как с помощью домовиков накрыв временные столы. Из окон нашей башни было видно, как прибыла целая толпа авроров и людей из министерства.

После завтрака пришел Люциус и забрал меня на заседание попечительского совета, куда, как в штаб во время войны, приходили сводки. Сначала о находках, потом обсуждали показания девчонок, имена которых не фигурировали, поскольку они «пожелали остаться анонимными». К обеду появились первые новости про допрос Билла Уизли, показания которого были путаными, поскольку он был не в себе и нес какой-то бред про «белокурую воительницу с огненным мечом». Сыворотка правды только усугубила все, заставив его употреблять все больше красочных эпитетов про белокурых валькирий, но удалось выведать, что действовал он по указке Дамблдора, что ему помогали близнецы и сестра. Больше он ничего сказать не мог, поскольку его сдерживали клятвы.

К вечеру взяли под стражу близнецов. Джинни привели в чувство тоже к вечеру, но выглядела и вела она себя совершенно безумно — сказались последствия воздействия «фальшивого глаза василиска», который был во всех обнаруженных големах, и некоего темного артефакта, который обнаружили у нее в кармане. Хотя артефакт был уничтожен, все же его отдали на изучение в Отдел тайн. До вечера никого из гостиных так и не выпустили. Вечером вышел экстренный номер «Пророка», но только с общей информацией: стало известно о проникновении в Хогвартс злоумышленников, ведется расследование.

На следующий день буря усилилась. Утренний «Пророк» привел подробности: в Хогвартс при пособничестве Джинни, Фреда и Джорджа Уизли проникли злоумышленники и собирались выпустить големов, имитирующих василисков. Однако им это не удалось — двое из троих нападавших погибли вследствие неустановленных причин, а из пострадавших оказались только сами участники — Уильям и Джинерва Уизли. Нападавших заметили три ученицы, пожелавшие остаться анонимными, которые не пострадали. Там же были опубликованы и фото нападавших — Уильяма Уизли, Наземникуса Флетчера и Нимфадоры Тонкс. Статья Дамблдора и Дожа вышла, но только на пятой странице и вряд ли кто-то обратил на нее внимание.

Целый день совы от разъяренных родителей атаковали Хогвартс. Много семей аппарировало в Хогсмид и, собравшись у ворот, разве что не начали штурмовать замок. В конце концов их попыталась успокоить Макгонагалл, но ей срочно пришлось ретироваться обратно, потому что родители были готовы растерзать ее на месте. Но поскольку дети, внуки или племянники попечителей тоже учились в Хогвартсе, совсем уйти от общения с родителями ей не удалось. Как не удалось и отказаться принять чету Арройо, которые экстренно прибыли в Британию и которых в замок провел сам начальник Отдела международного магического сотрудничества Барти Крауч. Неизвестно, в каком тоне прошел разговор дипломатов и Макгонагалл, но ее после разговора увели в медблок с истерикой.

Все это я узнавал, второй день сидя среди попечителей, поскольку сам состоял в совете. Настроение там было не очень. Дело было серьезным и шло к закрытию школы или к капитальному укреплению системы безопасности. Уже точно было решено устроить внеплановые каникулы и отправить детей под домам, пока идет расследование. Впрочем, я так и не узнал, чем закончилось заседание: меня вызвали в кабинет Макгонагалл.

Но Макгонагалл в кабинете не было. Там сидели мистер и миссис Арройо, сам Кайнэ и Луна, которая, видимо, тоже только что сюда пришла.

— Это ужасно. Что при Дамблдоре, что при Макгонагалл — Хогвартс продолжает оказываться в центре скандала, — сетовал Кайдан Арройо.

— Да, она... плохой директор, если допустила подобное, — согласился я.

— Благо ее пребывание на этом посту с сегодняшнего дня окончено, — продолжил Кайдан. — Она будет отдана под суд, и Азкабана ей уже не избежать. Впрочем, это уже дело Визенгамота. Мы же хотели поговорить о другом. Гарольд, насколько мне известно, на время расследования школа будет закрыта, уроки проводиться не будут, а ученики отпущены по домам?

— Да, это решение уже принято, — кивнул я. — Его попечительский совет совместно с Боунс утвердил еще утром. В обед уже начали готовить «Хогвартс-экспресс».

— Конечно, кто живет один или в приюте, может остаться, хотя сидеть две недели в гостиной — довольно скучное времяпрепровождение. Поэтому у нас есть предложение. Точнее... у Кайнэ.

Кайнэ, до этого молчавший, встал:

— Я собирался поехать на этих внезапных каникулах в Японию. И хочу пригласить вас. Условия те же, как и на Рождество в Австрии. Луна, твой отец тоже может поехать.

И тут Кайнэ — что случалось совсем редко — улыбнулся:

— Соглашайтесь. Сейчас третья неделя марта. Вот-вот начнет цвести сакура. Лучшего времени для посещения Японии просто не придумать. Поверьте. Я уже молчу что Япония — сама по себе прекрасная страна, в которой нужно побывать хотя бы раз в жизни.

— Я тоже очень рекомендую, — сказала миссис Арройо. — Я почти всю жизнь прожила в Японии, и каждый год период цветения сакуры дарит новые впечатления.

Было видно, что у Луны загорелись глаза.

— Я... с радостью. Если папа...

— Думаю, мистер Лавгуд будет не против. Опять же — он тоже может поехать, — подтвердил мистер Арройо и повернулся ко мне.

— Я согласен. Я, конечно, сейчас занят в попечительском совете, но...

— Я поговорю с Люциусом, — сказал мистер Арройо. — Думаю, можно сделать небольшую поблажку самому юному попечителю.

— Тогда я с радостью принимаю приглашение, — кивнул я.

— Прекрасно, — Милен Арройо встала с кресла. — Тогда собирайте вещи. Мы отправимся сегодня поздно вечером, в полночь.

— В полночь? — переспросила Луна.

— Разница с Японией девять часов, поэтому если мы перенесемся в полночь, то в Японии будет девять утра, — сказал Кайнэ.

И в этот момент у меня завибрировал один из браслетов. Я извинился и вышел из кабинета.

Это был браслет, настроенный на счетчик аппараций возле дома Ордена Феникса в деревне Плакли. Все эти дни он молчал. Но сейчас пять звеньев горели зеленым — пять входных аппараций. Я вернулся в кабинет.

— Господа, у меня проблема.

Дипломаты, Луна и Кайнэ обернулись ко мне.

— У меня одно срочное дело, и, возможно, я... не смогу отправиться в Японию именно в полночь. Я... возможно, задержусь.

— Это не проблема, — сказал Кайдан. — Мы договоримся с Агентством международных порталов. Приходите, когда закончите с делами.

— А это надолго? — спросил Кайнэ.

— Нет, может быть, на несколько часов. Прошу прощения, это очень срочно.

Едва я выбежал из кабинета, как за мной выскочила Луна и довольно сильно схватила за руку. Ее взгляд был беспокойным и каким-то... умоляющим?

— Гарри... — проговорила она шепотом. — Будь осторожен. Пожалуйста.

— Обязательно. Ждите меня, — ободрил я девчонку, и она отпустила мою руку.

Я же не стал далеко убегать: забежал в ближайшее безлюдное место и проверил браслет — пять зеленых звеньев, ни одного красного. Значит они еще там.

— Фиби! — позвал я домовичку.

Едва она появилась, я схватил ее за руку, не дав ничего сказать:

— Домой и сразу в гараж!