Повелитель Тайн (джен)

Одри, заранее наладившая с Сио и Форс «срочный» способ связи, быстро передала двум дамам сообщение Мистера Шута через огромного золотистого ретривера Сьюзи, заявив, что получила сведения из других источников.

В углу старой церкви Сио размышляла, как подтвердить личность Ланевуса, как устроить хаос и, улучив шанс, отомстить за Уильямса, когда развернула комок бумаги.

…Подтверждение не требуется. Он Ланевус?

Глаза Сио расширились, и она быстро пробежала взглядом оставшееся содержимое бумаги. Там было ясно написано:

«Можно сообщить только Церкви Богини Вечной Ночи».

«Предупредите их, что Ланевус носит при себе божественность Истинного Творца».

— Божественность? Божественность Истинного Творца?!

Сио в потрясении выпалила это, глядя на стоявшего перед ней золотистого ретривера, и лишь затем обнаружила, что та была ошеломлена не меньше.

— Что?

Форс слушала, когда вдруг почувствовала неладное. Она резко выхватила бумагу и пробежала её глазами.

Через мгновение, не зная, смеяться ей или сердиться, она едва шевельнула губами:

— Это… Это шутка какая-то?!

— Как мы оказались втянуты в дело, связанное с божественностью злого бога?

«Это должно было быть просто поимкой хитрого мошенника за 200 фунтов!»

На вопрос Форс Сьюзи могла лишь выразить невинным взглядом мысль, что она всего лишь собака и тоже не знает, что происходит.

Не ожидая ответа от четвероногой, Форс повернулась к Сио и произнесла:

— Боюсь, мисс Одри не так наивна и невинна, как мы думали. У неё много секретов.

— Возможно, это борьба за власть между культом, знатью и Церковью.

— Однако очевидно, что раньше она сама не знала о божественности. Её тоже использовали. Хм… Может быть, её отец, граф Холл.

— К счастью, на этом дело заканчивается. Тебе больше не нужно рисковать. После того как ты найдёшь кого-нибудь, кто сообщит обо всём, останется только спокойно получить награду.

Сио опешила и сказала:

— И то верно…

— Надеюсь, эти Ночные Стражи смогут отомстить за Уильямса. Они такие сильные, что точно справятся. Точно…

Не договорив, она вдруг повернула голову в сторону и произнесла, словно разговаривая с собой:

— Я ещё слишком слаба.

«Слишком слаба…»

Сио резко подняла руку и прикрыла нос со ртом.

* * *

«Я всё ещё слишком слаб… Если бы не это, я бы сам выбрал отомстить, но сейчас могу лишь сделать шаг назад… Не говоря уже о том, что рядом с Ланевусом есть „Великан“ и скрытые помощники. Даже одна лишь обретённая им божественность, пожалуй, делает его тем, с кем мне не справиться… Учитывая скорость реакции Ночных Стражей, они, скорее всего, примут меры уже сегодня вечером, как только получат донесение. Баклундская епархия уступает только главному штабу Церкви. У них много Запечатанных Артефактов и множество могущественных Потусторонних. Им нет нужды ждать чьей-либо помощи…»

Проинформировав Одри, Клейн вернулся в реальный мир. Он наклеил бороду, сменил причёску и несколько минут смотрел в зеркало.

Он ощущал предвкушение и возбуждение, а вместе с ними подавленность и бессилие.

Ещё до наступления вечера он покинул клуб «Квилег» и вернулся на Минск-стрит. По дороге домой он заглянул на рынок, где подошёл к прилавку, за которым велась оживлённая торговля. Он купил несколько масок, в том числе клоунскую.

Клейн решил сегодня вечером со стороны посмотреть, как будут окружать и брать Ланевуса. Он хотел лично, своими глазами, увидеть расплату за те безумства!

Разумеется, с его нынешними силами он мог лишь наблюдать издалека и даже не имел права приближаться к ним.

К одиннадцати часам, когда большинство жителей уже спало, Клейн переоделся в свою серовато-синюю рабочую униформу, как и прошлой ночью. Надев кепку, он вышел из дома, прошёл несколько улиц и взял напрокат экипаж до района Баклундского моста.

Оказавшись на месте, он пошёл пешком и добрался до дока Восточного Балама.

Вчера среди вопросов интервью были такие, как «Где вы сейчас живёте?» и «Какая там обстановка вокруг?», так что Клейн точно знал, что ночью Ланевус остановится в общежитии, предоставленном портовым профсоюзом.

Однако Клейн не стал приближаться. Вместо этого он осторожно обошёл общежитие. Его целью была часовая башня дока Восточного Балама.

В Баклунде, помимо больших церквей с высокими узнаваемыми часовыми башнями, подобные башни стояли и на многих правительственных зданиях. Они не обязательно были высокими, величественными или украшенными: чаще их строили из практических соображений, как и эту башню дока Восточного Балама.

По сравнению с окружающими зданиями, достигавшими максимум трёх этажей, она была словно гигант, возвышавшийся в ночном небе и смотревший на весь район.

Клейн без труда проник внутрь часовой башни и быстро, в темноте, поднялся по бесконечным пролётам винтовой лестницы.

Наконец он добрался до цели: до вершины огромных настенных часов. Вокруг тянулась тёмно-жёлтая ограда, а над головой был шпиль, до которого можно было дотянуться рукой.

Сделав несколько шагов вперёд, Клейн спрятался в тенях, сориентировался и посмотрел в сторону общежития портового профсоюза.

Это было двухэтажное кирпично-красное здание, а случайные прохожие в глазах Клейна походили на чёрные точки.

Он смотрел на это здание несколько секунд, затем сделал шаг назад и полностью погрузился во тьму.

В то же время он достал недавно купленную маску и надел её.

Это был клоун с резко поднятыми уголками рта и нарисованным красным носом.

Этот клоун был счастлив.

* * *

Клейн стоял в густой темноте, с натянутой на лицо клоунской маской. Он терпеливо ждал предстоящего шоу.

И прождать пришлось целых два часа.

Когда стрелки больших часов перевалили за час ночи, он вдруг увидел, как что-то летит издалека.

Это был огромный дирижабль, покрытый чёрной краской!

Если бы не слабый лунный свет, он был бы неотличим от ночного неба. В отличие от описаний в газетах и журналах, где такие машины издавали преувеличенный механический шум, его лопасти вращались тихо, безмолвно, словно стервятник, который нашёл добычу, но ещё не дождался удобного случая.

Прочный лёгкий сплав поддерживал хлопковый каркас, а ниже висела гондола с пулемётными, сбросными и пушечными отверстиями. Одного взгляда хватало, чтобы почувствовать исходящую от неё явную угрозу.

«Тихо… Это временный результат Потусторонних средств?»

Клейн в клоунской маске смотрел на медленно снижающийся воздушный корабль и строил догадку.

Больше всего его озадачивало, что для небольшой Потусторонней битвы в густонаселённом городском районе отправили воздушный корабль!

«Они что, не боятся задеть множество горожан вокруг или вызвать панику?»

Очень скоро борт завис примерно в десяти метрах над землёй. Благодаря этому Клейн ещё меньше боялся, что его обнаружат: он находился гораздо выше них!

Наблюдая за происходящим внизу, он вдруг почувствовал: скорее всего, воздушный корабль не будет вступать в бой, а обеспечит наблюдение с воздуха, чтобы дать участникам операции лучший обзор и при любой неожиданности не позволить цели сбежать.

В этот момент перед кирпично-красным двухэтажным зданием внезапно появились три фигуры в чёрных тренчах. Мужчина впереди был без шляпы; были видны короткие золотисто-каштановые волосы и черновато-зелёные глаза, глубокие, как озеро без ветра и света.

Воротники его рубашки и тренча были высоко подняты, а ладони покрывал слой перчаток кроваво-красного цвета!

Серебристо-белый металлический чемоданчик был цепью обмотан вокруг его левой руки.

Это был один из девяти старших диаконов Церкви Богини Вечной Ночи, Крестет Цезимир. Он также был одним из трёх сильнейших Красных Перчаток и как раз находился в Баклунде.

Посмотрев прямо перед собой, Цезимир повернул голову вбок и приказал своему подчинённому:

— Используйте Запечатанный Артефакт 1-63.

— Да, Ваше Преподобие.

Ночной Страж присел и помог Цезимиру снять цепь с серебряного чемодана.

На протяжении всего процесса, мышцы Крестета Цезимира были очень напряжены, как будто он с чем-то боролся.

Ночной Страж слева глубоко вдохнул и резко нажал вниз, из-за чего иллюзорная рябь на поверхности серебряного ящика треснула.

Окружающий свет внезапно исчез, будто его полностью втянуло в ящик. Костяной меч длиной меньше метра, излучавший глянцевый чисто-белый свет, медленно всплыл вверх.

На клинке покоилось старинное посеребрённое зеркало. Сцены, отражённые в зеркале, накладывались друг на друга без конца.

Ночной Страж, следовавший по левую руку от Цезимира, взял в руки старинное зеркало и направил его на общежитие.

Здание ясно отразилось в нём, и, казалось, ничего не изменилось.

Однако Цезимир медленно выдохнул и протянул левую руку, чтобы схватить короткий костяной меч.

Окружающий ореол частично восстановился.

— Войдём внутрь, — сказал он и повёл своих соратников вперёд.

Трое Ночных Стражей открыли дверь, вошли в мрачное полутёмное здание и направились прямо к лестнице, ведущей на второй этаж.

В этот момент в угловой тени возникла высокая, но сухощавая фигура в чёрном священническом одеянии, со светло-жёлтыми вьющимися волосами и звериными тёмно-карими глазами.

— Ты и есть Меч Богини? — почти двухметровый «Великан» заговорил глубоким голосом.

Одновременно он сжал правую ладонь.

Бах! Бах! Бах!

Члены профсоюза в этом небольшом кирпично-красном здании один за другим взрывались во сне, даже не получая шанса закричать.

Их тела распадались на куски и превращались в густую липкую плоть. Одна половина устремилась к «Великану», сплетаясь в плащ, способный противостоять заклинаниям и уменьшать урон. Другая половина сгущалась в огромный длинноворсый ковёр, накрывавший трёх Ночных Стражей.

Крестет Цезимир лишь молча наблюдал за происходящим буйством, ничего не предпринимая в ответ.

Плоть и кровь беззвучно рассеялись, распались и посыпались вниз дождём, но капли не окрасили пол красным.

В каждой из комнат вновь образовались фигуры, всё ещё крепко спящие.

— Это Зеркальный мир, действующий только на Потусторонних. Бомбы из плоти и крови, которые ты заложил в тела обычных людей, здесь лишь иллюзии.

Цезимир переложил костяной меч Священного Артефакта в правую руку и поднял его, из-за чего свет вокруг него исчез.

— Хм! — «Великан» вдруг схватился правой рукой за левое плечо и вырвал всю руку. Затем, вместе с костью и кровью, он швырнул её прямо вперёд.

Бдыщ!

Его рука взорвалась, словно настоящая бомба. Кровавый дождь обрушился на Ночных Стражей.

В то же время плоть на левом плече Великана безумно зашевелилась, и у него медленно выросла новая рука — всё ещё кровавая, без кожи.

Чмок! Чмок! Чмок! Вщих!

Кровавые капли точно избегали Цезимира и остальных. Они падали на пол, быстро разъедая его и оставляя глубокие чёрные следы, но, как ни старались, каждый раз расходились с тремя Ночными Стражами на волосок, словно так было предопределено.

— Моим врагам обычно не хватает удачи, — уголки рта Цезимира поползли вверх, и, едва скользнув ногой, он мгновенно оказался перед «Великаном».

Глаза «Великана» сузились, а тело внезапно расплавилось, словно свеча, превращаясь в клейкую плоть и кровь, которая быстро просачивалась в пол. Цезимир тут же опустился на одно колено и вонзил священный костяной меч в пол.

— Нет!

В густой темноте мгновенно раздался рёв, полный боли и ужаса, и тут же был поглощён покоем и безмятежностью.

Цезимир встал и вытащил костяной меч. По его острию медленно стекала капля тёмно-красной крови, а на полу проступала плоть и кровь, сгущаясь в искажённое отчаянием лицо. Это был именно «Великан» со слегка опущенными уголками рта.

Тук! Тук! Тук!

Вокруг Цезимира одна за другой появились три тени. Однако все они загадочным образом рухнули на землю, будто множество невидимых вещей силой сбило их с ног!

Бах! Бах! Бах!

Другой Ночной Страж открыл огонь, и на серебряной поверхности пуль, казалось, была Священная Эмблема Вечной Ночи.

Трое нападавших, скрывавшихся в тенях, внезапно проявились, задёргались и лишились дыхания.

— Епископ Розы, Теневой аскет… Люди Ордена Авроры.

Цезимир нахмурился и, не оборачиваясь к спутникам, тихо сказал:

— Здесь что-то не так. Очень странно. Будьте осторожны.

Не успел он договорить, как по комнате раздались цокающие, частые шаги, эхом отдающиеся в полуночной тишине.

Он сразу увидел Ланевуса с высеченным лицом, в льняной рубашке, спускавшегося по тёмной лестнице. Тот выглядел спокойным и невозмутимым, без малейших признаков страха.

— Мне крайне любопытно. Для Ордена Авроры ты должен быть богохульником. Зачем им посылать людей, чтобы защищать тебя? — Цезимир, словно не замечая странности, бросил это вскользь.

Ланевус с фирменной насмешливой улыбкой сказал:

— Всё просто.

— Потому что я больше не просто Ланевус.

Он на мгновение замолчал, и его взгляд внезапно стал холодным.

— Теперь я, скорее, уже Истинный Творец!

Он рванул льняную рубашку, обнажая лишённую кожи тёмно-красную плоть между грудью и животом.

Плоть и кровь соединились, образуя фигуру повешенного вниз головой человека!

Внезапно пустота вокруг них разбилась, как стекло, и все окружающие сцены рухнули.

Это была аура божества.