Полукровка (джен)

Северус приподнял рукав и глянул на часы. Время обеда уже прошло, так где носило этих неугомонных братьев? Хотя с момента его выпуска из школы прошло уже шесть лет, казалось, будто вездесущий Сириус вовсе не изменился, только сыпал иногда более заумными фразочками, а Регулус со временем только перенял от него дурную привычку срываться по делам или из-за рождения какой-либо идеи в самый неподходящий момент.

Снегг вздохнул. На его седьмом курсе братья Блэк все каникулы проторчали в Хогвартсе, ещё и его каждый раз втягивали в какую-то авантюру. Старший слизеринец подзатыльники раздавал метко, напоминая, что у двоих из них грядут экзамены ЖАБА, а у третьего — СОВ, и бездельничать некогда, но те просто кивали и тащили его за собой. Северусу тогда казалось, что они отыгрываются в этот последний совместный школьный год за всё то время, когда даже смотреть друг на друга не могли. Однако Снегг постоянно возмущался, почему он-то должен участвовать в их приключениях, на что получил какой-то абстрактный ответ о том, что стал членом их семьи. Тогда несчастный парень ничего не понимал, осознание пришло с годами.

Происшествие перед концом шестого курса было забыто уже в начале седьмого: и профессора, и студенты верили в трагичную легенду, что четверо гриффиндорцев неудачно поэкспериментировали с зельем, вызвали галлюцинации у всей школы, а сами так пострадали, что были вынуждены отчислиться. С тех пор их никто не видел, а Блэки на расспросы о своей кузине и её друзьях только отворачивались и молчали, и эту тему вскоре замяли, да и выкинули из воспоминаний.

— Прости, задержались! — из-за угла резко вылетел Сириус. Его лицо слегка покраснело, волосы растрепались, а сам он дышал быстрее обычного.

— Ты — солидный профессор, а носишься по коридорам Хогвартса как заплутавший первачок, которого вот-вот накажут за опоздание, — фыркнул Снегг и закатил глаза. Что-то не менялось со временем, и, на самом деле, ему тоже не хотелось менять этот привычный формат их отношений, пусть они оба уже были взрослыми.

— Извини! — раздалось более взволнованное восклицание, и в спину старшего брата на полной скорости врезался Регулус и едва смог устоять на ногах.

— И чему я удивляюсь? — Северус воздел глаза к потолку, а потом усмехнулся и покачал головой. — И что на этот раз?

Старший Блэк похлопал себя по бокам и вытащил из кармана мантии небольшой конверт, который бережно ему передал. «От Поттеров», — значилось на нём. Снегг с интересом отогнул уголок и нашёл два сложенных листа: один полностью исписанный и другой с яркими каракулями. На рисунке криво были изображены пять человечков: в центре располагался маленький лохматый мальчик, напоминающий ежа, справа от него стояла не то берёза, не то девушка с огненно-рыжими волосами, слева — ёж на длинных ногах, едва похожий на фигурку мужчины, рядом с ним — обросший космами огурец на ножках-шпажках, а с другой стороны от девушки расположился большой чёрный колокольчик с ручками и маленьким лицом. «Дядям Сиривусу и Сивирусу, от Гарри»⁽¹⁾, — было подписано внизу неровными, но чёткими буквами.

— У нас с тобой различия только в перестановке мест двух букв, — по-доброму хмыкнул Северус.

— Задали вы задачку трёхлетнему сыночку Поттеров, — улыбнулся младший Блэк. — Не только именами похожи, но и причёсками.

— Завидуй молча, я приглашал тебя в нашу банду — ты отказался, — хмыкнул Сириус.

На секунду Снегг подумал, что Регулус сейчас по-детски покажет ему язык, но тот сдержался и только отрицательно помотал головой. Старший брат ещё раз хмыкнул и наконец отпер дверь своего кабинета, пропуская гостей внутрь.

Блэк вот уже как два года работал в Хогвартсе преподавателем Защиты от Тёмных искусств — Берин Борн в конце концов не выдержал краха иерархии чистокровных, полукровных и магглорожденных волшебников, которую всё больше попирал каждый первый курс, и даже Слизерин делился на лагеря, так что в конце концов вышел на пению, желая дожить свои годы в тишине и покое своего особняка. Сириус место преподавателя занял с радостью, тем более что в его обязанности входило и нечто иное.

— Как иномирцы адаптируются к разнице магии? — поинтересовался Северус, присаживаясь на кресло.

— Взрослые всё ещё не до конца освоились, — ответил младший Блэк, садясь напротив него за стол. — Однако дети Средины или других Миров привыкают быстрее, и чем младше ребёнок, тем быстрее его собственная магия диффундируется со здешней. Но, конечно, полукровкам проще всего, — прибавил он, вытаскивая из маленького чёрного кожаного портфеля папку с листами.

— В этом году как раз первые полукровки-межмирцы и иномирцы поступили в школу, — сказал старший Блэк, заняв третье кресло за столом, и, сделав пару взмахов волшебной палочкой, призвал чашки с чаем. — Пока что отклонений на уроках или во внеурочное время замечено не было.

— Это радует, — кивнул Снегг и вспомнил, как Джаграй случайно послал в него огненный шар на одном из уроков. Испугались тогда все они.

После выпуска, шесть лет назад, Сириус вдруг был назначен Хранителем Мира №27 и получил брошь в виде серебряной спирали. По правилам, такую должность должен был занимать именно местный житель, и выбор пал на него. Блэк не смог бы физически защитить свой Мир от сонтов, но знал его устройство, поэтому несколько желающих помочь иномирцев и прибыли сюда. А вот их регистрацией занялся Регулус, которого в таинства Вселенной посвятили, ведь, несмотря на свой возраст, он уже оброс множеством полезных связей, и, пользуясь репутацией наследника рода Блэк, смог организовать проживание десятков людей, для вида весь процесс называя благотворительностью. Сириус же отправился в Хогвартс контролировать адаптацию подрастающего поколения Стражей и помогать ему осваиваться, а заодно следить за запечатанным несколько лет назад порталом в лесу.

В этой схеме третьим влиятельным лицом оказался Северус, который, получив доступ к магическим артефактам Средины, разработал несколько зелий, успокаивающих у иномирцев диссонанс магии без постороннего вмешательства, так что взрослые закупались у него трижды в год, чтобы избежать приступов. На всякий случай Снегг и в Хогвартс привозил несколько флаконов, если вдруг у кого-то из детей случится магическое отторжение, но они пока что стояли у профессора Блэка на полке в кабинете и были готовы покрыться пылью.

— Так зачем вы меня вызвали сегодня? — поинтересовался Северус, делая глоток чая. — Директор Дамблдор хоть разрешил?

— Не думай, что я не уведомил его, — хмыкнул Сириус. — К слову, ещё разок тебя спрошу: точно не хочешь устроиться преподавателем Зельеварения?

— Чтобы лицезреть твою прекрасную рожу каждый день? Благодарю покорно, обойдусь, — покачал головой Снегг. — К тому же, я бы предпочёл устраиваться учителем ЗОТИ, если бы пришлось.

— М-м-м, за зелья мне вставать не вариант, сам понимаешь, — усмехнулся Блэк, а потом улыбнулся: — К тебе пришли с важным визитом.

Он сделал знак младшему брату, и они оба встали, захватили бумажки, которые Сириусу нужно было просмотреть как Хранителю, забрали чашки с чайником и вышли в другую часть кабинета. Затем молодой профессор ЗОТИ просунул голову обратно, пару раз взмахнул палочкой, отправляя другой чайник с двумя чашками на стол к гостю, и плотно затворил за собой дверь. Северус с удивлением посмотрел ему вслед и поправил ручку своей чашки. Гостеприимно старший Блэк вёл себя нечасто, и нынешнее его поведение значило, что ещё один его гость — действительно важная персона.

Входная дверь отворилась и плотно закрылась, а затем щёлкнул замок. Похоже, разговор был приватный. Пока Снегг думал, стоит ли ему встать и поприветствовать вошедшего, или лучше остаться сидеть, негромкие уверенные шаги быстро приблизились к нему и стихли. Парень повернулся и на мгновение зажмурил один глаз от вспыхнувшего рядом голубоватого блика. Перед его взором предстал серебряный кулон: кованая сова с туловищем из голубого опала, прикрытого металлическими крыльями, сидела на месяце с витиеватой ковкой, в который по концам были вставлены голубые турмалины, а самую толстую, центральную, часть украшал белый опал.

— Селес, — прошептал он неосознанно и поднял голову.

Карие глаза смотрели на него с теплотой из-под чёрной чёлки, заколотой назад полукругом, на горбинке носа играл солнечный лучик, а красные губы растянулись в нежной улыбке. Кулон переливался, покоясь на знакомом белом платье со странным узором синих фигур.

— Север, — тихо сказала девушка и села в кресло напротив него. — Давно не виделись.

— Слишком, — улыбнулся Северус, чувствуя, как радостно затрепетало сердце.

В тот ужасный весенний день шестого курса, который накрепко засел в его памяти и несколько месяцев вызывал кошмары, он думал, что потерял Мун навсегда. Её последние слова и последующее исчезновение так яро намекали лишь на один исход, что он даже не сомневался. Каково же было его удивление, когда в тот же вечер в опустевшем коридоре, по которому он шёл вместе с братьями Блэк, на него налетела так хорошо ему знакомая чёрная сова.

Оказалось, Селеста применила сразу два заклинания: сжигание для сонтов и забвение для почти всех волшебников Хогвартса и Хогсмита, и это сильно истощило её, так что она провалялась без сознания несколько часов. Поскольку портал был запечатан, а тёмные твари — уничтожены, Мун могла вернуться в Дэлнайтис к отцу, и в конце концов она со своими друзьями решила инсценировать заболевание, а директор, которому память специально оставили, согласился подписать бумаги об отчислении четверых студентов. Дальнейшее обучение в Хогвартсе для иномирцев уже было бесполезно, потому они воспользовались шансом.

Селеста в анимагической форме совы часто наведывалась к кузенам и парню, слушала об их делах, прекрасно изображая настоящую сову, а по выходным все четверо собирались в Выручай-комнате, и тогда уже приходил черёд девушки рассказывать о своих приключениях и показывать разные интересные вещи из Средины.

После того, как Снегг и старший Блэк выпустились из школы, Мун провела церемонию посвящения брата в Хранители, а затем стала объяснять ему и заинтересовавшемуся Регулусу принципы работы с иномирцами и их магией. Братья быстро во всём разобрались и с головой ушли в дела Стражей. Северус же получал от неё для изучения различные растения, камни, животных, которые не были известны в Мире №27, несколько раз даже посетил Энадас и познакомился с эльфами-целителями — совершенно отличающимися от домовых эльфов и внешне, и магически, благодаря чему и сумел создать свои чудодейственные спасительные зелья.

Однако со временем Селеста становилась всё больше занята делами своего королевства и приходила всё реже, так что в последний раз они виделись примерно год назад. За это время девушка лишь трижды ему писала, и Снегг ужасно по ней соскучился.

— Как мама? — поинтересовалась Мун, отпивая немного чая.

— Живёт полной жизнью, — улыбнулся Северус. — После развода она уже выглядела намного счастливее, и, знаешь, когда мы отправили все её вещи из того дома, она взяла в руки вазу, которую ей ещё до моего рождения подарил отец, — он на секунду прервался и, качая головой, прибавил со смехом: — Я думал, что поностальгировать о прошлом, — он весело хмыкнул, — повертела её в руках и со словами: «Какая же безвкусица, и что я в ней нашла?» — швырнула в — теперь уже — бывшего мужа. В тот момент она мне показалась гордой графиней.

— Я думала, она разобьёт её о его голову, — неловко засмеялась Селеста. — На новом месте уже обустроилась?

— Да, привыкла, — кивнул Снегг, всё ещё улыбаясь. — Спасибо твоей матери за гостеприимство и отдельный дом.

— Она часто жаловалась на одиночество, теперь две благородные дамы могут каждый день сплетничать, — хихикнула девушка.

— И не только они, — улыбка Северуса стала ещё шире. — Из-за твоих неугомонных братьев миссис Блэк возобновила связи с урождённой Принц, так что мама теперь часто появляется на светских мероприятиях. А ещё постоянно хвалится тем чайным сервизом, но использовала его лишь раз, на новоселье. Он ей нравится.

— Не зря выбрали, — Мун сделала глоток чая, а потом негромко промычала. — Кстати, как там Лили Эванс? Ой, то есть… — она хихикнула. — Никак не привыкну, что она уже Поттер.

— У нас с Сириусом катастрофа, — с притворной грустью покачал головой парень и подал ей свёрнутый детский рисунок. — Этот безобразник Гарри сделал из нас близнецов!

— Покажешь ему, когда вырастет, — улыбнулась Селеста, рассматривая детские каракули и первую длинную фразу. Улыбка застыла на её лице, а взгляд стал серьёзнее.

— Как твой отец? — спросил Снегг. Этот вопрос он уже давно хотел задать, однако позволил девушке вести разговор в весёлом направлении.

Причина столь длительного отсутствия Мун была в ухудшившемся здоровье короля, она, как наследная принцесса, брала на себя все дела, но также и переживания за здоровье родителя сильно её подкашивали. Обязанности валились на плечи девушки, однако разделить ей их было не с кем: правитель у Дэлнайтиса мог быть только один.

— Ему гораздо лучше, — тёплая искренняя улыбка Селесты разогнала печаль атмосферы. — Он отдыхает на специальных целебных источниках и уже маленько тиранит своего самого близкого слугу, порываясь что-то начать делать, — девушка негромко засмеялась, вспоминая разговоры отца и его друга.

— Я рад, — кивнул Северус, чувствуя облегчение. Ему не хотелось, чтобы его возлюбленная испытала боль потери родного человека.

Мун допила чай и поставила опустевшую чашку на блюдце, задумчиво глядя на неё. Парень чувствовал, что она хочет что-то сказать, но не решается. Возможно, тема была слишком тяжёлой. Он терпеливо ждал, не желая торопить её или давить на неё. Селеста по старой привычке потёрла переносицу большим пальцем правой руки.

— Я теперь являюсь королевой Дэлнайтиса, а также Верховным магом и Хранителем Средины и прилегающих миров, — наконец сказала она.

— Это… большая ответственность… Поздравляю, — улыбнулся Снегг.

— Знаешь, Север, я всё смотрела, как в разлуке живут мои родители, которые на самом деле очень сильно любят друг друга, и мне это ужасно не нравилось. Так что… я не хочу жить так же. Ты придумал прекрасные зелья, которые помогают магии разных миров не конфликтовать, и это… для каждого иномирца стало спасением…

Мун замолчала, неловко потирая пальцем ручку чашки.

— Мне бы хотелось забрать тебя в Дэлнайтис, — наконец сказала она. — Я хочу делить свои дни с тобой, каждый день. Я решила, что, как Верховный Хранитель, как один из представителей рода Мун, должна поискать в других мирах ветви моего рода, — Селеста подняла глаза, горящие решительностью. — Моя перва цель — Мир №11, нынешняя наследница рода там — Зандра, я хочу отыскать её и объединить наши знания и силы… Это значит, что я снова могу долго отсутствовать и вовсе не выходить на связь. А мне так не хочется… не хочется терять наше время…

Девушка снова замолчала, смущённая своей речью. Совмещать долг и любовь порой было трудно, и для неё, кто хотел наслаждаться каждой счастливой секундой, которая выпадала среди бесчисленных дней многовековой войны, разлука с возлюбленным была тяжёлой.

Северус встал и подошёл к её креслу. На самом деле он тоже думал о том, что мог бы поехать с Мун в Дэлнайтис, но напрашиваться и становиться обузой он не хотел. Парень не думал, что этот разговор настанет так быстро, потому толком и обдумать ничего не успел, и в итоге мог лишь ответить.

— Иди сюда, — Снегг развёл руки для объятий, нежно улыбаясь. Селеста юркнула в них, обнимая его в ответ, и прижалась подбородком к его плечу. — Если я женюсь на тебе, ты законно сможешь меня везде за собой таскать.

— Почему мне кажется, что это ты будешь таскать меня по лесам и горам в поисках ингредиентов для зелий? — засмеялась растроганная девушка, заставляя слёзы остаться в глазах.

— Всё в пределах разумного, — хмыкнул Северус, покачиваясь с ней из стороны в сторону. — У нас с тобой теперь куча времени, найдём место для всего и проживём каждый счастливый момент, впитав всё, что он даст.

1) For uncles Sirivus and Sivirus, from Harry.

Вернуться к тексту