Настойка полыни (гет)

Джейн засела на крыше универмага на улице Уайтхолл. Ее обострившиеся слух и зрение в образе хищной птицы помогали улавливать все, что происходило на тротуарах многолюдной лондонской улицы. Шепот волшебников, работающих в Министерстве магии, короткие беседы с оглядкой за спину, косые взгляды друг на друга — каждая мелочь интересовала Джейн. Она летала с места на место среди бесстрашных и нагловатых голубей, сливаясь с толпами уличных птиц.

И сегодня, второго сентября, на первый взгляд не происходило ничего необычного: все по-прежнему ищут Гарри Поттера, а у маглорожденных волшебников после Комиссии по учету магловских выродков во главе с Амбридж отбирают волшебные палочки. Азкабан переполнен, на всех заключенных не хватает камер — ходят страшные слухи, что от особо неугодных избавляются жестокой расправой через поцелуй дементора. Джейн и сама была неугодным лицом: в одной из свежих газет девушка нашла свое имя в списках — ее искали, чтобы строго судить за то, что родилась на этот свет с магическим даром в самой обычной магловской семье.

«Второе сентября», — Джейн тряхнула крыльями: «Я должна сидеть в Большом зале и спешить на уроки». Абсурдность ситуации была невыносима, и девушка ждала, когда же дежурство подойдет к концу. Силы ее покидали, животная часть брала верх — Джейн чувствовала это по тем непроизвольным птичьим движениям, которые пробивались сквозь ее тотальный контроль над маленьким тельцем.

Но странное движение за углом здания заставило ее замереть на месте: Гермиона Грейнджер тащила за плечи обмякшее тело Муфалды Хмелкирк — судебного секретаря Министерства — и заносила его в темный подъезд. Затем из этого же подъезда вышло три абсолютно разных человека: Муфалда в строгом костюме и с кислым выражением лица, низкорослый мужчина с залысиной, в квадратных очках и густыми усами, а также высокий мужчина в черном кожаном плаще с туповатым, но внушающим страх взглядом.

Гарри, Рон и Гермиона под другими личинами. Что же могло им понадобиться в Министерстве?

Джейн пришлось обратиться в человека прямо на крыше. Она лежала на бетонной плите и смотрела в белое дымчатое небо. Скоро начнется сезон дождей, и слежка будет даваться сложнее: мокрые крылья слишком тяжелы, чтобы летать. А проникнуть в Министерство в образе какого-нибудь грызуна было возможно, но требовало хорошей подготовки.

Спустя несколько томительных часов неподвижного сидения над входом в Министерство, Джейн узнала, что Гарри Поттер и его подельники едва не попались в лапы мракоборцев, а их убежищем оказался дом Сириуса Блэка. Оттуда они и сбежали в неизвестном направлении.

Джейн вернулась в квартиру ближе к вечеру: просто рухнула от бессилия прямо на коврик в коридоре — она до последнего выведывала и собирала по крупицам интересные факты. Стараясь удержать это все в голове, она переползла на кухню, где села записывать все с подробностями. Легкая лихорадка мешала сосредоточиться: строчки скакали, слова едва читались, а глаза болели. На кухне тихо тикали часы: скоро вернутся близнецы.

Девушка отодвинула от себя исписанные листы, легла головой прямо на стол и сразу провалилась в глубокий сон.

— Ты как? — кто-то тряс ее за плечо. — Что-то случилось?

Джейн сонно промычала что-то неопределенное в ответ, сладко зевнула. За окном уже стояла ночь, в гостиной горел свет. Джордж сел рядом, в пальцах он крутил кусочек пергамента.

— Слишком долго в теле птицы. Устала, — девушка вытерла опухшее лицо. — Сегодня было много интересного, я все записала, как могла. А что это у тебя в руках?

— Это? Список пропавших без вести. Отец передал.

Джейн не успела ответить, в комнату заглянул Фред — он улыбнулся, схватил рассказ Джейн со стола и вышел. Из гостиной слышался голос Ли Джордана и копошение в аппаратуре радиостанции.

Джордж сделал для Джейн чай, поставив перед ней целую гору домашних пирожков — запах свежей выпечки и жареного лука заполнил комнату. Девушка, не веря своим глазам, потянулась к нежному тесту и откусила первый кусочек. Глаза сами закрылись от удовольствия — пряное сочное мясо, лук и масло таяли на языке. Джейн не могла остановиться: такой вкусной еды она не ела уже целый месяц.

— Мама испекла, просила довезти. Переживает за тебя.

— Спасибо ей, — тихо шепнула Джейн. — Мне нужно научиться нормально готовить.

— Нам всем это нужно, — усмехнулся Джордж.

Из гостиной вдруг полился знакомый голос:

— Всем доброго вечера! В эфире «Поттеровский дозор», и начнем мы с невероятного переполоха в Министерстве…

Они слушали, как Ли и Фред бодрыми голосами пересказывали новости, о которых не напишут в «Ежедневном пророке»: о пропавших без вести, о егерях в лесах Англии, которые набирают в свои ряды отпетых оборотней, о мародерах, обворовывающих покинутые дома в Косом переулке. Джейн слушала это все с потерянным лицом: ее чай остыл, она скребла ноготком по керамической кружке и вздыхала, когда слышала особенно неприятные факты.

— Как тебе удается говорить так долго? — спросила Джейн у Ли, когда эфир закончился. Фред складывал наушники, а Джордан разминал уставшие плечи.

— Профессионализм, детка, — подмигнул он. — У меня завтра выходной, может посидим, выпьем? Я там сливочного пива принес. А дома скучно.

— Почему вы все на меня так смотрите? — девушка огляделась: парни ждали именно ее ответа. — Я не против.

Они расположились вчетвером в маленькой гостиной. Джейн после первого же глотка клевала носом: Джордж любезно подставлял ей свое плечо всякий раз, когда она почти засыпала. И вдруг Ли громко хлопнул в ладоши, заставив девушку вздрогнуть.

— У меня же есть гитара. Такой улов в магловском магазине, обалдеете.

Девушка оживилась и отодвинулась от Джорджа с неловкой улыбкой. Ли вернулся в комнату с чехлом, в котором лежала красивая акустическая гитара, совсем новехонькая. Парень сел в кресло и сыграл им парочку мелодий, чтобы они оценили ее гармоничное звучание.

— Так вот что ты таскал весь день в этом чехле, — удивился Фред.

— Кто-нибудь хочет спеть? Джейн?

— Я? — девушка захлопала глазами, поставив свою едва начатую бутылку сливочного пива на стол. — Одна песня, да и та не в тему. Я пас.

— Да тут все свои, сейчас любая песня в тему.

— Мы уже напились, строго оценивать не будем.

Девушка зевнула и потянулась за гитарой. Одна единственная песня, несколько аккордов с простым перебором — вот и все, что осталось в ее голове после неудачной попытки учиться музыке у соседа. Он покинул Эддингтон, едва ей исполнилось десять лет. Строчки, раньше казавшиеся просто красивым набором слов, вдруг начали приобретать смысл.

— Дайте мне время, — девушка немного нервно вспоминала положение пальцев, ритм, мелодию — такую легкую, почти воздушную, погружающую в легкий транс.

За моим сердцем приходила полночь,

Обещала бессчетно серебра пригоршни,

Обещала хранить его в бархатном футляре,

Между звезд и сапфиров, рубинов, алмазов.

Только были фальшивы ее обещанья,

Серебро луны ничего не стоит,

Я сказала: «Полночь, возвращайся обратно,

Не отдам я тебе свое бедное сердце».⁽¹⁾

Голос Джейн слегка дрожал, но пела она от всей души, которая уже покрылась порослью скуки и отчаяния, которые она испытывала в четырех стенах этой квартиры. Последние строчки она пропела тихо, медленно, с закрытыми глазами. Да, слова эти определённо имели особый смысл.

Я возьму своё сердце и брошу в море.

Пусть оно упадёт за край горизонта.

Пусть оно утонет в пучине водной.

Пусть его унесёт далёким теченьем.

Пусть над ним проплывают дельфины и рыбы.

Пусть оно никогда не узнает печали.

Пусть его возьмет русалка морская,

У которой сроду не было сердца.⁽²⁾

Когда она закончила, то первым делом посмотрела на Джорджа. Он улыбался ей одними глазами — и его молчаливое одобрение было приятнее тысячи цветастых комплиментов, которыми рассыпались Фред и Ли Джордан. Она с трудом отвела взгляд и бережно отдала гитару хозяину.

Остаток вечера они хором пропели гимн Хогвартса, а потом и несколько популярных песен из радиоэфира волшебников. В конце концов, парни принялись сочинять балладу о Гарри Поттере и Безносом Придурке — Джейн задыхалась от смеха, мечтая лишь о том, чтобы они когда-нибудь все же закончили этот шедевр.

* * *

Всю осень Джейн занималась тем, что оказывала помощь пострадавшим от нового режима Министерства магии. Волан-де-Морт казался не таким уж и страшным злодеем, ведь его почти не было видно и слышно. Но бюрократия влияла на жизнь тысяч волшебников, которые не успели или не могли покинуть страну. «Магловские выродки» — газеты, официальные радио не гнушались использовать эти ужасные слова.

Девушка в образе сокола обладала огромной скоростью полета, но беркуты как вид не могут летать бесконечно долго. Но Джейн все равно старалась, покидая дом на несколько дней, найти хоть кого-то из беглецов и оказать им помощь. Если они были без сил, помогала трансгрессировать в безопасное место; если они были ранены или покалечены — определяла в те немногие убежища, которые организовали остатки Ордена Феникса; голодных — кормила, помогала добраться до магловских городов, чтобы они могли затеряться там. У многих бежавших либо не было волшебных палочек, либо они боялись колдовать, чтобы не оставить следов для егерей, среди которых были и оборотни, легко выискивающих жертв по запаху.

Но силы были ограничены. И в конце ноября Джейн больше не могла летать — ветра были настолько порывисты и холодны, что птичья форма оказалась бесполезна: беркуты неспроста мигрируют в жаркие страны.

Джейн вернулась в квартиру, скинула с себя опустевший рюкзак — все припасы и зелья она истратила полностью. Перед глазами стояла пелена. Даже мертвецы нуждались в упокоении, а за эти несколько месяцев Джейн начинала привыкать к смерти.

Подавив приступ тошноты, она отправилась в ванную — смыть с себя грязь, пот, кровь. Одежду невозможно было отстирать, сколько бы она ни пыталась. Бросив это дело, Джейн просто выбросила ее в мусор. В доме никого не было — близнецы работали из «Норы», распродавая остатки товаров, которые они успели вывезти из закрытого магазина. Но скоро запасы кончатся, и нужно будет придумывать, как выживать.

Когда Джейн пила на кухне пустой чай без сахара, хлопнула входная дверь.

— Это я, Джордж.

— Ваш подарок Поттеру?

— Карта Мародеров.

— Принято, — Джейн нахмурилась. — А где Фред?

— Остался у Анджелины. Утром вернется, — парень сказал это очень спокойно, почти буднично. А у девушки внутри все сжалось: целый вечер с Джорджем один на один.

Он ходил по дому, что-то делал — она прислушивалась к его движениям, а сама боялась пошевелиться. Поправив на груди халат да потуже завязав пояс на талии, Джейн быстро оглядела себя через отражение в окне.

— Давно вернулась? — Джордж зашел на кухню, от него приятно пахло шампунем, и волосы его приобрели медный оттенок после мытья.

— Нет, пару часов назад, — девушка нервно заерзала на стуле. — Больше не полечу, потому что не могу. Крылья не держат.

— Я хотел попросить тебя переждать зиму. Отдохни, ты и так много сделала, — он сел рядом и весело посмотрел на Джейн. — Поедем в «Нору» на Рождество? Джинни приедет.

— Как можно бросить вылазки?

— Ты не одна, кто ходит по лесам. Все из Ордена стараются, но сейчас для тебя там опасно. Теперь я буду ходить, Фред. Мы справимся. Сейчас важнее контролировать движения в Министерстве, потому что все, кто мог сбежать, уже должны были покинуть страну. А тем, кому повезло меньше, — Джордж сделал паузу, Джейн опустила глаза. — Тем мы старались помогать все это время.

Девушка впилась в свои волосы и помассировала кожу — усталость давила на нее бетонной плитой. Джордж попробовал перевести внимание Джейн на более бытовые вопросы и так, слово за слово, они уже похихикивали с очередного анекдота.

— Такое чувство, что ты это все на ходу придумываешь.

— Не совсем, так, по вечерам накидываю варианты, чтобы тебя повеселить, — Джордж ждал от нее реакции, глядя прямо в лицо, но девушка улыбнулась в стол, тихонечко хмыкнув — она не собиралась играть в его игры. Тогда Джордж предложил следующее. — А давай побесимся здесь и сломаем что-нибудь? Тут так скучно.

— Ну, ломать тут особо нечего. Давай потанцуем? Для меня это лучший отдых.

— Как прикажете.

Когда Джейн вышла из своей комнаты, куда отправилась переодеться, а парень уже отодвинул диван к окну, расчистив место для танцев. Волшебное радио уже было настроено на музыкальную волну, а свет приглушен. Джейн и Джордж стояли друг напротив друга, не спеша предпринимать что-либо.

— И что дальше? — парень неуверенно улыбнулся.

— Не знаю, может, наконец-то, пригласишь меня потанцевать?

— Ты мне до конца жизни будешь припоминать ту глупость на балу?

— Я бы так далеко не загадывала. Но да.

— Вашу руку, леди?

Джейн согласно кивнула. Они кружили по комнате под медленные, нежные мелодии, прыгали под рок-н-ролл, старались уловить телом ритмы хип-хопа. За окном пошел первый снег с дождем, предвещая лишь промозглый холод, но внутри квартиры было жарко.

Когда музыка сменилась скучными программами, они рухнули на диван. Девушка случайно завалилась на Джорджа и так и осталась в его объятиях. Он прижал ее к себе, и она слышала, как быстро забилось его сердце. Замерла, вопросительно посмотрев на него: что он предпримет? В голове было пусто, легко, и сознание улетало к потолку, оставляя девушку один на один с ее обострившимися чувствами.

Когда он наклонился к ней — Джейн не отвела лица, когда его губы неуверенно коснулись ее — она позволила этому случиться. Его рука скользнула под ее кофту, и Джейн не возразила. Весь карточный домик дружбы разрушился в один миг.

Он потянул ее за собой, но Джейн уже испуганно оторвалась от него: в ее бедро упирался результат его возбуждения. Она пыталась прийти в себя, пробормотав:

— Мы слишком торопимся.

— А может, мы слишком долго тянули? — Джордж прерывисто дышал, его лицо покраснело, а зрачки расширились, сделав глаза черными. Девушка медленно выпуталась из его рук.

— Не надо, — ее голос был слаб, она встала и сделала несколько шагов по комнате, закрыв лицо руками. Джордж опустил руки на колени и схватился за голову. Джейн видела, как ему сложно сейчас успокоиться, поэтому попробовала объясниться. — Мне страшно. Я не знаю, как это объяснить, обстановка не та, что ли. Прости.

Он молчал, и она уже хотела запереться в комнате, чтобы как-то прожить этот угнетающий миг, но Джордж вдруг поднял на нее взгляд. Это приковало ее к месту.

— Ты не виновата. Это я позволил себе лишнего.

— Но и я не сопротивлялась, — девушка посмотрела в потолок. — Как же завтра будет неловко! Как забыть?

— Я не смогу, — Джордж ухмыльнулся. — Ты мне с каждым разом нравишься все сильнее, Джейн.

Девушка заламывала пальцы и неуверенно поглядывала на парня, не зная, как реагировать. Он вдруг разговорился:

— Когда ты уходишь отсюда, я не нахожу себе места. Мне больше нет покоя. Как ты двигаешься, говоришь, улыбаешься — в тебе прекрасно все. Как ты думаешь, сколько в тебе энергии. Мне никогда не забыть тебя.

— Что с тобой? — Джейн насторожилась, словно раненый зверь, загнанный в угол. — Куда делся Джордж, которого так пугала ответственность?

— Сейчас просит у тебя прощения за все прошлое.

— Зачем? — Джейн осознала, что сейчас от ее ответа зависят все их отношения. Да, он всегда говорил красивые слова, но последнее время они поддерживались не менее красивыми поступками. — Я не в обиде, мы многое прошли вместе. И ты тоже мне нравишься.

— Приятно знать.

— Но есть одна проблема.

— Какая?

— Мы просто друзья. Для всех, кто нас знает. А друзья не спят друг с другом, мы не должны заходить так далеко. Мы уже проходили подобное, ничего не вышло.

Джордж поднялся с места и подошел к Джейн, а она смело, даже дерзко смотрела ему в лицо, не отступая ни на шаг. Внутри нее поднялась вся боль, что он когда-то причинил ей — и в этот раз она не сдастся. По крайней мере, без боя.

— Что ты хочешь сказать? — парень серьезно посмотрел на нее. — Тогда будь моей девушкой, не вижу проблемы.

— А хочу ли я быть твоей девушкой? — Джейн пожала плечами. — Подумай над этим. У тебя много времени.

— Ты издеваешься?

— Может быть, когда-то ты также поиздевался надо мной? Доброй ночи.

Джейн ушла к себе в комнату, хлопнув дверью. Заперла замок. И сползла вниз, трясясь от беззвучных рыданий. «Что я сейчас наговорила? Зачем?»

Ответа не было. Она слышала, как Джордж возвращает гостиной прежний вид, ходит по кухне, выключает свет, запирается у себя. Завтра они не смогут даже смотреть друг на друга, а в маленькой квартире им не избежать встреч.

«Мне просто не нужно оставаться с ним один на один, вот и все», — Джейн казалось, что она нашла решение. Но всю ночь ее мучил лишь один вопрос: правильно ли она поступила, сказав ему правду?

1) Песня Rosa Alba "Сердце", советую послушать для атмосферы)

Вернуться к тексту

2) Там же.

Вернуться к тексту