Лунные Сонаты v2.0 (гет)

Читатель, мы уже узнали одну часть истории, произошедшей за время после концерта. А теперь, пожалуй, вернёмся немного назад и посмотрим на те же дни с другой стороны. И начнём мы с куда более спокойных вещей.

Едва мы успели перевести дух и привести себя в порядок после концерта, как Фрайхарт забрала нас с Гретой и повела за собой в мир высокой моды.

На улицах Кантерлота я то и дело ловила заинтересованные взгляды. Некоторые прохожие будто бы узнавали нас, кто-то из них даже слегка приветливо кивал. “Неужели это те, кто был утром на концерте?” — подумала я.

Фрайхарт уверенно толкнула дверь бутика “Блеск и Шик”, и мы зашли внутрь. Я уже бывала здесь раньше вместе с ней, поэтому несильно удивилась внутреннему убранству. А вот Грета застыла на пороге как вкопанная. Она медленно осматривала сверкающие витрины, бесконечные ряды вешалок с одеждой и манекены в изящных нарядах. Я невольно улыбнулась, следя за её реакцией.

Фрайхарт же не теряла время даром и уже нырнула в один из рядов, где преобладали красные тона. Особенные крылья помогали ей в процессе: она ловко перебирала платья, используя копыта, только если что-то приглянется. Я поспешила к ней. Грета тем временем очнулась от ступора и почему-то свернула в сторону костюмов для жеребцов.

— Так, так, так… — Фрайхарт остановилась и достала одно из платьев. — Ну-ка, посмотри.

Красная атласная ткань, кое-где ложащаяся складками, подобно волнам. Узорчатая кайма на груди и по краю юбки. Даже на вешалке оно смотрелось неплохо. Но всё же…

— Ну? — Фрайхарт чуть подалась ко мне. — Что скажешь? Свежая коллекция, стиль очень близкий к актуальному течению. Да и под цвет гривы должно подойти. Попробуешь?

— Не знаю, — замялась я. — Красный цвет, наверное, не моё…

— Давай хотя бы примеришь? Прошу прощения!

Последнюю фразу Фрайхарт адресовала в воздух, привлекая внимание консультантов. Вскоре к нам подошла пегаска. Подруга быстро перехватила инициативу в разговоре, попросив выделить нам примерочные. Затем она начала взглядом искать грифониху.

— Грета? — позвала она достаточно громко, чтобы та услышала. — Идём к нам.

Грета выглянула из-за рядов и кивнула головой. После чего быстро поднялась на крыло, пролетела несколько метров до нас и мягко приземлилась рядом. Несмотря на всю её грацию, потоки воздуха от крыльев сбили одну из туфелек со своего места, и та упала на пол.

— Ох, извините! — поспешно забормотала Грета. — Я сейчас поправлю.

— Не стоит, — тут же отозвалась консультант, беззлобно, но весьма жеманно улыбнувшись. После чего сама вернула туфельку на её подставку, забрала у Фрайхарт выбранное ею красное платье и направилась в сторону примерочных.

— Грета, — Фрайхарт строго посмотрела на грифониху. — У нас в магазинах не летают.

— Прости! — чуть опустив голову вниз, снова извинилась она. — Я не знала.

— Ладно, пустяки, — фракинайка отмахнулась от извинений и сменила тон. — Пойдём тебе тоже что-нибудь выбирать. Тебе самой что нравится? Может, подкинешь пару идей? Цвет, фасон, хоть что-нибудь?

Пока фракинайка расспрашивала её, мы все втроём двинулись вдоль ряда. Грета призадумалась и покачала головой.

— Не могу ничем помочь. У меня на родине грифонихи обычно не наряжаются.

— Прямо совсем не наряжаются? — Фрайхарт на ходу просматривала платья, активно перебирая вешалки своими гнущимися перьями. — Стоп, нашла что-то.

Она сняла платье и показала его грифонихе.

— Что скажешь?

— Эм… ничего? — тихо произнесла Грета. — Фрай, я правда ничего в этом не понимаю. Давай я полностью доверюсь тебе?

— Мелоди тоже ничего не понимает, поэтому я здесь. Тогда в оплату моих услуг подставляй спину, будем на тебя накидывать платья, — Фрайхарт поманила её копытом поближе.

Грета посмотрела на меня, я лишь склонила голову вбок, будто бы говоря, что в этом нет ничего такого.

Так мы и продолжили. Фрайхарт водила нас, выискивая интересующие её платья и кидая их поверх крыльев Греты. Та с нескрываемым интересом рассматривала наряды и слушала краткие комментарии фракинайки. А я лишь молча наблюдала, иногда отвечая подругам.

— Всё, — заключила Фрайхарт, пройдя мимо последнего ряда, даже не прикоснувшись к нему. — Больше я ничего для вас тут не вижу. Идём мерить?

Грета, которая уже начала немного теряться под грудой платьев, благодарно закивала.

В примерочной пахло корицей от нескольких палочек, поставленных в стакан на небольшой полочке, и духами, видимо оставшимися ощутимым шлейфом от предыдущей клиентки. Я повесила выбранные наряды на крючки и несколько секунд просто смотрела на них, не зная, с какого начать.

Красное платье. Фрайхарт настаивала на нём, значит, в благодарность можно начать с него.

Ткань приятно осела на мне, но пришлось помучиться, защёлкивая небольшие ремешки. Они стягивали ткань в нужных местах, прячась в складках: под грудью, под животом, ещё пара — где-то на боках. Закончив с ними, я посмотрелась в зеркало.

Платье выглядело хорошо. Дорого.

Вызывающе.

Слишком очевидные акценты на конкретные части фигуры, а блеск ткани лишь подчёркивал это. Я выглядела в нём как дорогая конфетка, которой место на вечерней сцене.

“Уголка Небес”

Я даже поёжилась от собственных мыслей. Но да, именно там оно было бы идеально. Мне резко захотелось снять его, но я замешкалась. Нет, сначала показаться Фрайхарт. Может, она скажет совсем другое, а я просто лишний раз надумала лишнего?

Я вышла к ней. Фракинайка задумчиво окинула меня взглядом.

— Пройдись, — попросила она. — И… покрутись? На месте.

Я выполнила её просьбы. Фрайхарт покачала головой.

— Я чувствовала, что оно неплохое, но не на вечер аликорнов. Слишком… — она попробовала подобрать слова. — Яркое. Да. Слишком яркое. Можно отложить для похода куда-нибудь потом.

По её слегка извиняющемуся взгляду я поняла, что мы говорим об одном и том же. Поэтому поспешила вернуться в примерочную и снять с себя наряд.

В это время вышла Грета, и Фрайхарт переключилась на неё. Я со спешкой сняла с себя платье, чуть ли не сдёрнув его под конец. По спине пробежались лёгкие мурашки.

Какая же я мнительная…

Следующим мне на глаза попалось зелёное платье. Простое на вид, без излишних украшений. Надеть его было куда проще предыдущего, поскольку оно не требовало стягивать ткань ремешками, а просто облегало тело насколько это было возможно для этого размера. Недолго посмотрев на себя в зеркале, я вышла к Фрайхарт.

— Пройдись, повернись. Ну… — она прищурила один глаз и помотала головой из стороны в сторону. Ей оно явно не нравилось. — Может быть. Если ничего лучше не найдём.

— Эм, Фрай? — раздался голос Греты из-за плотной шторы примерочной. — Нужна помощь.

— Иду, — подруга напоследок осмотрела меня, после чего махнула копытом, всей мимикой мордочки говоря, что это не мой вариант.

Я неспешно сняла с себя зелёное платье и вернула его на вешалку. И уже потянулась за третьим по порядку, кремово-жёлтым, как вдруг взгляд зацепился за тёмно-синий подол.

Фрайхарт показывала мне это платье, когда мы шли среди рядов, но тогда я не обратила на него должного внимания, слишком быстро оно отправилось к другим платьям на спину Греты. Но сейчас оно заинтересовало меня.

Я достала его и присмотрелась. После чего надела на себя, расправила несколько складок и посмотрелась в зеркало.

Лёгкая шёлковая ткань была глубокого, насыщенного синего цвета. Как ночное небо, когда солнце уже практически зашло за горизонт и одаривало мир последними лучами, а звёзды ещё не успели зажечься в полную силу. Платье не висело на мне, напротив, оно облегало грудь и бока, но при этом не выделяло, не заставляло задержать взгляд, как это делало красное платье. А от предплечий крой переходил в длинный волнистый лепесток до самых копыт. Они наверняка будут завораживающе колыхаться при ходьбе, я прямо чувствовала это, слегка двигая передними ногами. От крупа вниз ткань становилась чуть-чуть прозрачной, более воздушной, но при этом всё ещё скрывая за собой задние ноги и хвост.

Поворачиваясь, я подметила лёгкий блеск, и присмотрелась. Серебряные нити были вплетены в ткань и вспыхивали на свету при каждом движении, рассыпаясь лёгкими искрами. А у самого подола, где шёлк касался пола, они складывались в аккуратный небольшой ряд созвездий. Он не был заметен просто так, но стоило мне двинуться в сторону и пустить по подолу небольшую волну, как они засияли.

Я медленно двигалась перед зеркалом и пыталась найти хоть какой-то изъян. Но нет. Оно было прекрасным. Я точно возьму его, даже если Фрайхарт будет против.

Я вышла к ней. Как раз в тот момент, когда она оценивала очередной наряд Греты. Увидев движения у моей кабинки, Фрайхарт переключила внимание на меня.

И замерла. После чего и грифониха повернулась ко мне, и в её глазах застыло удивление.

— Девчат? — тихо спросила я у них, не ожидая такой реакции.

— Пройдись.

Тон Фрайхарт изменился, стал резко серьёзным.

Я прошлась. Подол колыхался в такт моих шагов, серебряные нити блестели под светом кристаллов, что висели в люстрах над нами, а лепестки двигались волнами, не попадая под копыта.

— Ещё раз.

Я развернулась, снова прошла несколько шагов. После чего остановилась перед подругами. Фрайхарт молчала, Грета ждала её реакции.

— Всё так плохо? — немного грустно пошутила я.

— Плохо? — Фрайхарт моргнула, будто бы очнулась. — Мелоди это…

Она вдруг сдвинулась с места и обошла меня.

— Это идеально! — она сорвалась на шёпот, чтобы не кричать на весь бутик. Даже подняла на пару секунд копыто ко рту. — Клянусь, мы будто бы сделали его под заказ. Это старая коллекция, очень старая, переиздание первой коллекции Рэрити, кажется, но как же оно тебе идёт!

Я невольно улыбнулась, а в груди у меня разлилось приятное тепло. Хорошо, что спорить не придётся.

— Мы берём его, мы определённо его берём. А ты что думаешь, Грета? — вдруг обратилась к ней Фрайхарт.

Грифониха тихо щёлкнула клювом.

— Ты видела эти звёздочки? Не знаю, как ты, но я от них взгляд оторвать не могу. Бери, Мелоди. Ты в нём прекрасно выглядишь.

— Значит, точно берём, — подытожив, Фрайхарт направилась в мою раздевалку, чтобы осмотреть оставшиеся наряды. Вскоре она вернулась. — Нет, всё, можно больше ничего не мерить. Я гарантирую, ничего лучше мы не найдём.

— А то красное? — с лёгкой ухмылкой подметила я.

Фрайхарт на мгновение опешила, после чего одарила меня хитрой улыбкой, а в её глазах блеснул очень нехороший огонёк.

— А то красное… — сначала её интонации были заигрывающими, но потом она задумалась. — А то красное… Грета, а примерь-ка его?

Пока она занималась грифонихой, я ещё раз осмотрела себя в платье. Прошлась, покрутилась. Звёзды, синий цвет, лёгкая ткань, идущая волнами. Интересно, Войсу понравится?

Грета справилась с платьем быстрее меня. Посмотрев на неё, я замерла в удивлении.

Потому что тот самый красный наряд сидел на грифонихе совсем иначе. Грета была выше меня, её статная грифонья фигура сильно отличалась от обычной фигуры пони и тем более от моей. Отчего платье подчёркивало совсем другие изгибы. Шик от красного атласа никуда не делся, но подруга не выглядела вульгарной.

— Ну вот, — Фрайхарт начала рассматривать Грету со всех сторон. — Хорошее сочетание цветов с твоим окрасом перьев, нигде не висит, ремешки чуть-чуть поправим и будет отлично. Как тебе?

— Неплохо? — неуверенно отозвалась Грета. — Я же говорю, я ничего не понимаю.

— Тогда просто поверь, — Фрайхарт тихо цокнула копытом по полу. — Всё, теперь я довольна. Идём на кассу? Снимайте, некультурно ходить в покупках до их оплаты.

Вскоре мы уже стояли у кассы. “Блеск и шик” был не простым бутиком, я ещё в прошлый раз с удивлением смотрела на голографический экран. Если они могут позволить себе технологии из Параллели, то страшно представить, на что готов владелец, чтобы выделиться среди похожих мест в столице.

— Раздельно, — первым делом сказала Фрайхарт скучающему единорогу по ту сторону прилавка.

Тот кивнул, я первой подала свою покупку. Он провёл небольшим ярлычком, висящим у воротника, по синему окошку на столе. Техника тихо пиликнула, на экране вспыхнула краткая информация о платье и цена.

— Девять сотен. Расписка, золотом?

— Распиской.

Грета рядом со мной заволновалась и подняла лапу к небольшому кошельку, что висел у неё на шее.

— А у меня, наверное, не хватит, — растерянно произнесла она. — Надо было сначала в банк зайти, обналичить расписку.

— Я заплачу, — произнесла я быстрее, чем Фрайхарт.

Грета вскинула голову и посмотрела на меня.

— Опять? Мне и за прошлый раз всё ещё стыдно…

— Ой, не прибедняйся, — встряла в разговор Фрайхарт. — Банк неподалёку отсюда, заскочим, ты всё ей отдашь.

Грифониха недовольно помотала головой, но покорно отдала свой наряд кассиру.

Вскоре передо мной легли два бланка на девять и на семь сотен битсов. Я начала заполнять их.

— Как-то у вас дороговато всё равно, — вдруг решила посетовать Грета, обращаясь к кассиру.

— Ну, миледи, — будничным тоном стал отвечать ей единорог. — Мы гарантируем качество нашего товара. Только воистину знаменитые работы модельеров попадают сюда. Ко всему прочему, наши платья защищены комплексом заклинаний…

В одно мгновение он магией достал из-под прилавка ножницы, раскрыл их, и под удивлённый вскрик Греты с усилием провёл лезвием прямо по её платью. После чего показательно приподнял его. Ткань была целой, на ней не осталось даже малейшей полоски.

— Гарантия на чары полгода, включая грязеотталкивающие свойства. Не бойтесь, в течении этого времени ни один пролитый на него напиток не оставит ни единого пятнышка.

— Вот как… — перепуганная Грета тихо вздохнула. — Л-ладно, я поняла.

Нам упаковали наши покупки, грифониха вновь услужливо предложила свою спину для двух небольших коробок, и мы покинули бутик.

Колокольчик над дверью проводил нас тихим переливчатым звоном. Я вдохнула свежий воздух и слегка прищурилась, привыкая к солнечному свету.

— Девчат, — вдруг обратила на себя внимание Фрайхарт.

Я проследила за направлением её взгляда. И быстро заметила в толпе прохожих одну знакомую парочку.

Дасты. Они тоже увидели нас, и решили подойти.

— Может, уйдём? — предложила Грета.

— Поздно, — слегка обречённо подметила я.

Первым же делом, как только подошли, они плавно кивнули нам, изображая тем самым уважительный поклон. Мы повторили за ними, и лишь после этого Голден заговорила с нами.

— Какая приятная встреча. Рады видеть вас, — заворковала единорожка. — Отдыхаете после концерта на Равноденствии?

— Вроде того, — коротко ответила Фрайхарт. Я почувствовала, как напряглась моя подруга.

— Это было великолепное выступление, — заговорил Рэд. — Особенно финал. Мисс Мелоди, уверен, вы завоевали сердца не только Великих принцесс, но и всех, кто был утром на площади.

— Благодарю, — тихо и растерянно сказала я.

— О да, у вас определённый талант, — добавила Голден. — Так точно передать и голос, и интонации принцессы Луны — это великолепная работа!

— Да, она у нас талантливая личность, — Фрайхарт снова переключила их внимание на себя.

Голден перевела на неё взгляд, и в глазах мелькнуло что-то быстрое, неуловимое. Но её доброжелательная лёгкая улыбка не дрогнула.

— Несомненно. Семья Дастов будет рада видеть вас на своих приёмах, после Гала, разумеется.

— Мы подумаем, — отрезала фракинайка.

Голден чуть прищурилась. Рэд поймал момент и закончил разговор.

— Будем благодарны. Но простите нас, нам надо спешить, — он плавно кивнул на прощание. — Приятного вам вечера, миледи.

— Простите за спешку, — единорожка также кивнула нам. — Но нам и вправду надо спешить. Приятного вечера.

Дасты направились дальше по улице, вскоре растворившись в потоке прохожих.

— И что это было? — выдохнула Грета.

— Понятия не имею, — ответила ей Фрайхарт. — Но ничего хорошего я от них не жду. Почему-то.

— Хотя они вроде ничего плохого не сказали, — подметила грифониха.

— Грета, — подруга повернулась к ней. — Они с нами показательно не общались, когда ловили аликорнов по пути к трапезной. А тут вдруг запели как птицы. “Какой у Мелоди талант, ах, мы рады видеть вас”. С чего это?

Я молчала. Их поведение действительно казалось мне странным, и в душе поселилось неприятное предчувствие. И я помнила, как о них отзывались Гринлэнды, когда я была в их поместье. Что нужно Дастам от нас? Или от меня?

— Ладно, — Фрайхарт тряхнула головой. — Забудьте, и без них у нас впереди насыщенный день. Идёмте в банк, а потом давайте заскочим в кафе? Я немного проголодалась. И знаю местечко по пути к Замку, где в том числе подают мясные блюда. Кто “за”?

— Я, — чуть повеселевшая Грета даже подняла лапу в воздух.

— И я.

— Значит, единогласно. Идём, девочки.

Фрайхарт первой направилась в нужную нам сторону, мы поспешили за ней.

---

Остаток дня пролетел незаметно: банк, уютное кафе, неспешная дорога к Замку и короткая передышка в номере.

Я сидела в кресле, наслаждаясь тишиной и практически засыпая. Ранний подъëм, концерт, а затем душ по возвращении с улочек столицы — всё это окончательно забрало у меня силы.

Но пора вставать. Я с неохотой поднялась и вышла в коридор, чтобы постучаться к Фрайхарт.

— С чистой шëрсткой, — встретила она меня обиходной фразой, заметив ещё слегка влажную гриву.

— Спасибо.

— Располагайся, я пока Грету позову.

Я осмотрела комнату подруги. Да, она совсем не стесняется делать всё так, как ей будет удобно. Пока я боялась лишний раз прикоснуться к чему-то в номере, Фрайхарт использовала помещение на все сто.

Приоткрытый ящик комода был заполнен небрежно кинутой одеждой, тут и там на различных поверхностях лежали мелкие вещи,а платье уже лежало в расправленном виде на кровати.

У ростового зеркала стоял журнальный столик и одно из кресел. Столик ломился от косметики: флакончики с духами, баночки с кремами, футляры с наборами кисточек. Маленькие зеркала с удобными ручками, гребни, расчëски. Накопытники с рядами грубых зубьев для шерсти, а рядом другие — с частыми изогнутыми иголками для более аккуратной работы. Назначение некоторых вещей и вовсе были для меня загадкой, и я с немалым интересом рассматривала их издалека.

Вскоре в номер зашли и Грета с Фрайхарт. Грифониха выглядела сонной, будто бы её только что подняли с постели.

— Давайте, девочки, завтра выспимся, — подбодрила нас Фрайхарт. — Кто будет первой?

— Давай я? — я подняла копыто в воздух.

— Тогда садись.

Я расположилась в кресле, смотря на своё отражение в зеркале.

— Грета, можешь приглушить свет в комнате?

Пока грифониха вращала специальный кристаллик, связанный заклинанием со световыми самородками в люстре, Фрайхарт зажгла подобным образом три кристалла в подставках на столе. Яркий свет немного ослепил меня, и я поспешила поднять глаза вверх. Подруга расставила подставки по трём сторонам, освещая меня со всех сторон.

— М-гм, — довольно промычала Фрайхарт, поправляя последний кристалл. — Какие-то пожелания?

— Да никаких, — я слегка наклонила голову вбок. — Только давай, ну… не ярко. Не надо сложного макияжа.

— Ты не доверяешь мне? — с лёгкой ухмылкой шёпотом спросила она.

— Я себе не доверяю, — в такт ей шёпотом призналась я.

— Как скажешь. Тогда могу немного подчеркнуть глаза и губы.

— Давай только глаза? — тут же попросила я.

Фрайхарт недовольно замычала.

— Давай только глаза. Но в следующий раз я точно на тебе отыграюсь.

Она одарила меня улыбкой и начала копаться в косметике на столе. Раскрыв одно крыло и протянув перья так, что они сложились в лодочку перед её грудью, она скидывала туда мелкие предметы. Маленькая щëточка для мордочки, вытянутый флакончик с тушью и ещё что-то, что я не успела посмотреть.

— Так, посмотри пожалуйста вон в тот угол, надо шëрстку тебе подправить после душа.

И фракинайка взялась за меня. Я терпеливо выполняла её просьбы, поворачивая голову так, как ей надо. Порой приходилось закрывать глаза и сдерживать себя, чтобы не подпрыгнуть от нервной щекотки, когда рядом с чувствительными местами проходилась металлическая щëточка, расчесывая короткую шëрстку у нижних век.

В один момент я всё же не удержалась, моя щека непроизвольно дёрнулась.

— Какая ты нежная у меня, — отреагировала Фрайхарт, убирая копыто с щёточкой в сторону. — Так щекотно? Я вроде стараюсь аккуратно.

— Прости, просто… Непривычно, — пока подруга отошла от меня, я поëрзала в кресле, сбрасывая это телесное напряжение где-то у позвоночника. Заметив это, Грета тихо хихикнула.

— Зря смеëшься, ты будешь следующей, — Фрайхарт снова наклонилась ко мне, разговаривая с Гретой. — Кстати, пока тебе нечего делать, можешь рассказать мне про косметику для перьев? Я читала кое-что про моду грифонов, но информации в тех книгах было мало.

— Не удивительно. Фрай, у нас нет такой моды, как у вас. Вообще. И мы почти не красимся.

— А как же клановые метки?

— Это другое. Вот вы, пони, зачем краситесь?

— Всё просто. Чтобы понравиться жеребчикам, — без лишних раздумий ответила Фрайхарт. — Косметика помогает подчеркнуть естественную красоту или скрыть небольшие изъяны, это привлекает их внимание. Плюс, это красиво. Осмелюсь сказать, это искусство.

— Вот. А для нас клановые метки — это клановые метки. Ну, буквально, — я увидела в отражении, как Грета развела передними лапами в воздухе. — Мы отличаем по ним представителей разных семей и их положение в собственном клане. Порой достаточно одного взгляда на грифона, чтобы определить, достоин ли он делового разговора, или лучше отправить его “позвать старших”. В моём случае со мной в целом никто разговаривать не будет, кстати.

— Почему же?

— А я не имею теперь права носить метки, — голос Греты заметно погрустнел. — Я же предательницей семьи считаюсь.

— Как всё у вас серьёзно, — посетовала Фрайхарт, после чего наклонилась прямо передо мной, привлекая внимание. — Мел, Мел, я сейчас начну с основы, придётся аккуратно работать кисточкой, поэтому потерпи.

— Хорошо, да я и так стараюсь, — слабо ответила я.

— Вод и ховожо — она взяла одну из кисточек в зубы, копытом и вторым крылом ловко откинула захлопывающуюся крышечку с небольшой баночки и макнула туда самый кончик. — Фсё, жакрой глажа и жамри.

Она приблизилась ко мне и стала наносить косметику. Такая близость к мордочке меня слегка пугала, и хотелось просто инстинктивно отпрянуть, но я терпела. А потом почти привыкла.

Затем настало время нанести тени. Пока Фрайхарт меняла кисточку, Грета успела задать вопрос:

— А почему не копытом?

— Ртом точнее получается. У нас же нет пальцев, как у вас, — фракинайка махнула копытом в воздухе. — Нет, себе-то я и копытами смогу сделать. Но другим я привыкла делать так. Ладно, Мелоди, закрой глаза.

И вновь я замерла, ощущая тёплое дыхание подруги и движение кисточки по веку и уголкам глаз.

— И… всё. Посмотрись, скажи, тебе такое нравится, или поменяем?

Я ожидала, что Фрайхарт накрасит меня тёмными однотонными тенями, как обычно делали себе кобылки в Уголке Небес. Все мои знания о макияже по большей части основывались на том, как они красились перед “работой”.

Но нет, я ошиблась. Светло-светло-серый цвет, светлее моей шëрстки, лёг по внутренним уголкам глаз и по подвижному веку, плавно переходя на более тёмный тон ко внешнему уголку. От этого мой взгляд стал выразительным, но при этом не выглядел ни пёстрым, ни затемнëнным. Идеально.

— Что скажешь? — поторопила меня подруга, устав ждать, пока я насмотрюсь на себя.

— Мне нравится, это просто идеально, — честно ответила я. — Я сначала подумала, что ты просто возьмёшь синие или чёрные тени.

— Я подумала так сделать, — Фрайхарт даже цокнула языком. — Но вовремя передумала. Тебе не идут тёмные тени, особенно синий.

— Почему? — поинтересовалась я.

— Дай мне твоë копыто? — попросила она вместо ответа.

Я выполнила просьбу, и она, взяв со столика другую палетку и кисточку, нанесла немного тëмно-синих теней на запястье. Затем провела поверх копытом, растирая косметику по шëрстке.

— На что похоже? — Фрайхарт задала наводящий вопрос.

— Не знаю, — я приглянулась к получившемуся цвету пятнышка.

— На болячку какую-то безобразную. Или на синяк, который сквозь шерсть проглядывает. Тебе нужны либо светлые тени, либо как я сделала, растянула цвет, — пояснила она. — Чтобы был переход от светлого к тёмному.

— Ладно, постараюсь запомнить, — я опустила копыто. — Спасибо большое.

— Рано благодаришь, я ещё не закончила.

Фрайхарт приподняла тушь для ресниц.

— Последний раз, и всё будет готово.

Я машинально закрыла глаза, но услышала лёгкий смешок от подруги.

— Открой, я как тебе ресницы-то красить буду?

Чтобы не пялиться на мордочку Фрайхарт, находящуюся сбоку от меня, и не смотреть на то, как щëточка проходит по моим ресницам, я постаралась опустить взгляд в пол, при этом стараясь не моргнуть и не помешать работе. Вскоре она отошла на пару шагов назад, закрыла тушь и положила её на столик.

— Всё. Ну, как?

Я проморгалась, едва не вызвав у себя слёзки на уголках глаз. После чего в который раз посмотрелась.

— А я и не знала, что у меня такие длинные ресницы, — тут же заметила я.

— У тебя в целом всё с глазами хорошо, если хочешь моё мнение услышать, — голос Фрайхарт повеселел. — Мне даже выправлять ничего не пришлось, так, сделать немного акцента тенями.

— Спасибо ещё раз. Ты просто мастер в этом деле.

— О, вы мне льстите. Грета, будь добра, включи свет обратно на всю, я хочу увидеть другое освещение.

Пока грифониха нехотя поднялась и медленно подошла к входной двери, Фрайхарт подошла ко мне сзади, наклонившись к самому уху.

— Ему понравится,— прошептала она мне.

Мои щёки тут же потеплели от волны стыда и волнения.

— Ты знаешь?

В ответ я получила тихий смешок.

— Это заметно, Нотка.

После этого она отстранилась от меня, оставляя в смешанных чувствах.

— Мелоди, встань к нам сюда, пожалуйста? — позвала она меня через пару мгновений. Собравшись с мыслями, я подошла к ним и встала под свет от люстры.

— Отлично, я довольна. Грета, ваше слово?

— Нашла у кого спросить.

— Ну не вредничай. Кстати, настало твоё время, — Фрайхарт показала на грифониху копытом, после чего махнула в сторону журнального столика. — Садись в кресло, сейчас и над тобой поколдуем.

— Спасите меня, — жалостливо, но шутливо произнесла Грета, снова приглушая основное освещение.

— Никто тебя не спасёт, — зловеще ответила на мольбу Фрайхарт. После чего обратилась ко мне. — Подожди пока здесь, тебе ещё с гривой надо поколдовать.

Кивнув, я заняла место, где раньше сидела Грета.

— Откуда у тебя вообще столько косметики? — спросила грифониха, окидывая лапой столик. — Это же целое состояние должно стоить. Тут наверное тысяч двадцать битсов, не меньше.

— М-м-м, поменьше. Что-то из этого мне дарили, что-то я покупала со скидкой. У меня же у мамы магазин есть, во Фракии, — призадумавшись, ответила Фрайхарт. — Садись, уж на тебя у меня есть отличные планы.

— Святая Селестия…

Пока подруга совершала свои чудеса, я погрузилась в мысли.

Значит, она знает. И Райз, скорее всего, тоже. Интересно, кто ещё? Наверняка принцесса Твайлайт. Очевидно, что Войс ушёл с вечера Дастов не просто так, а к кому-то. И что они обо всём этом подумают?

Я тихо вздохнула и постаралась развеять нахлынувшую грусть. Не надо думать об этом сейчас, не перед таким вечером.

Наконец, Фрайхарт отошла от Греты и также попросила встать под большой свет. Клюв грифонихи теперь покрывал золотистый лак, скрывая небольшие шероховатости. Чёрные стрелки делали её взгляд более острым и хищным. А лёгкие пятнышки румян, едва различимые на её естественном пятнистом оперении, делали подругу очаровательной.

— Идеально, — предугадала я вопрос фракинайки. Услышав меня, Грета тихо щёлкнула клювом, выражая одобрение.

— Эй, я даже не успела спросить, — Фрайхарт улыбнулась мне. — Всё, теперь моя совесть чиста. Мои подруги вооружены великолепными платьями и уникальным макияжем от знаменитейшей мисс Фрайхарт! Осталось только совсем простое, тебе причёску сообразить.

— Я думала просто в хвостик собрать.

Она впилась в меня взглядом, затем разочарованно помотала головой.

— Нет, порой ты просто невыносима. Ну какой хвостик? Слишком просто для такого вечера!

— Может, мы ей косу заплетём? — вдруг встряла Грета. После чего подняла лапу и поигралась в воздухе когтями. — А я помогу.

Фрайхарт прищурилась на лапу, после чего задумчиво помычала, а затем энергично кивнула.

— Да, ты гений. А умеешь?

— Ну, моя первая работа была в порту, — Грета проявила инициативу и подошла ко мне, потянулась к гриве. Я почувствовала, как она скользила когтями между прядей. — Плела верёвки. В целом, если подскажешь немного, то смогу.

— Девочки, порой я вас боюсь, — пошутила я.

— И правильно делаешь, — недобро улыбнулась Фрайхарт.

Я изобразила испуг, наигранно вздохнув и подняв копыто ко рту, тем самым вызвав ответный смешок у подруг.