Blank Slate (джен)

— Ваше величество, враг замечен в ближайших холмах! По подсчётам разведчиков, их втрое больше, чем нас. Они нас сметут! — сказал синий пегас Миднайт Шилд, облачённый в сияющий серебряный доспех и глядевший на меня тёмно-карими глазами. Несколько прядей багровой гривы выбились из-под его шлема, когда он вошёл в мою спальню, где я лежала на кровати. Комната была довольно элегантной: справа от меня стоял шкаф из чёрного дерева, а слева — туалетный столик с большим зеркалом.

— Понимаю… Сколько времени им понадобится, чтобы окружить город? — спросила я, обречённо вздохнув.

— Мы полагаем, им понадобится восемнадцать часов, прежде чем они полностью нас окружат, — ответил Миднайт.

— Тогда вот мои приказы: пусть стража выведет гражданских из города в безопасное место. Возьмите с собой столько припасов, сколько сможете, и скажите гражданам сделать то же самое, взяв только самое необходимое. Пятеро сравняют этот город с землёй, поэтому все рукописи и семейные реликвии следует спасти, если это не подвергнет понибудь опасности, — приказала я, и Миднайт ахнул от удивления.

— Но, ваше величество, если мы бросим город, пятеро всё равно продолжат нас преследовать! По крайней мере, за стена…

— Они не будут преследовать вас, потому что я останусь, — перебила я Миднайта, и он уставился на меня. Я сухо усмехнулась и подняла копыто, останавливая его от возражений, и продолжила: — После последней битвы я не в состоянии победить даже одну из них. И я не смогу долго бежать, прежде чем мои раны дадут о себе знать. Просто посмотри на меня, Миднайт, и скажи, что я ошибаюсь.

Миднайт посмотрел на меня и помрачнел, а я печально покачала головой, мельком взглянув в зеркало туалетного столика и увидев бинты, покрывающие мою некогда безупречную багровую шерсть; большая часть моей фиолетовой гривы была сожжена новым аликорном огня, от крыльев остались одни лишь небольшие культи, я же смотрела на место, где раньше была моя правая передняя нога. В общем, было большой удачей, что я не впала в кому, хотя, думаю, удача в последнее время была на стороне моих соперниц.

— Ваше величество, не стоит просто сдаваться. Десятки ваших личных стражников отдали свои жизни, чтобы спасти вас из копыт пятерых, — сказал Миднайт с сожалением.

— Прости, Миднайт, но я должна реально оценивать наши возможности. Мы проиграли войну, и сейчас нет смысла жертвовать ещё большим числом жизней. Лучшее, что мы можем сделать, — спасти как можно больше пони и надеяться на лучшее будущее. Но не переживай, гибель твоих товарищей не будет напрасной, ведь в перспективе они могут помочь обеспечить судьбу пони. А теперь иди и начинай эвакуацию, Миднайт, пока у нас ещё есть время, — произнесла я.

Миднайта явно раздирали противоречия, и, вероятно, он хотел отказаться, но в конце концов отсалютовал и сказал:

— Для меня было честью служить вам, ваше величество. Пока жив мой род, вас не забудут, королева Блад Рейвен.

После этого он развернулся, на мгновение замешкавшись, что заставило меня горько улыбнуться.

— Нет, это для меня было честью, Миднайт Шилд, иметь таких верных пони. А теперь иди, спаси жителей моего города и, пожалуйста, останься жив, — ответила я.

Миднайт шмыгнул носом, прежде чем выйти из моей комнаты. Вздохнув, я посмотрела в зеркало, глядя на своё отражение, поскольку знала, что осталось сделать ещё одно дело, прежде чем встретить неизбежный конец.

— Той, кто сейчас видит это воспоминание, — это послание для тебя. Да, некоторые из нас знают о полной природе нашей ретрокогниции, тогда как другие видят в ней лишь признак безумия. Надеюсь, ты не из вторых. Как бы то ни было, я здесь, чтобы рассказать тебе о своей неудаче — чтобы ты не повторила той же ошибки. Я победила пятерых из моего поколения и попыталась заключить мир с новым поколением, когда оно появилось пару столетий спустя. Однако, похоже, у цикла есть способы, чтобы обеспечить своё продолжение, поскольку наш…

* * *

— …жа, проснитесь, у нас проблема! — раздался голос, и кто-то тряс меня за плечо, пока я спала в своей повозке.

Застонав, я открыла глаза, уже собираясь выплеснуть раздражение из-за потерянной возможности узнать больше о цикле, но увидела, что меня разбудил Скараб.

— Что такое? Что случилось, Скараб?

— Моя госпожа, последний отвлекающий манёвр лазутчиков провалился. Аликорн Флэр преследовала замаскированного чейнджлинга куда эффективнее, чем в прошлые разы, и в итоге загнала агента в пещеру. Чтобы избежать боя, он устроил обвал, но не смог найти другой выход. Двое других агентов сообщают, что Флэр охраняет другой вход и собрала войска, чтобы установить периметр, — ответил Скараб.

Я стиснула зубы, сдерживая желание заорать от отчаяния.

— Блять! У Флэр, наверное, было ещё одно видение, и она использовала его, чтобы выследить агента! Скараб, собери…

— Уже сделано, моя госпожа, — перебил Скараб, и я увидела Торакса, Нерииду, Тиброна и Лунар, стоящих у моей повозки.

— О, хорошо. Лунар, Нериида, вы обе отвечаете за караван…

— Они отвечают? Только не говорите, что собираетесь отправиться туда, чтобы спасти одного чейнджлинга? Его жизнь куда менее важна, чем ваша собственная, моя госпожа. Я предлагаю просто приказать чейндж…

— Торакс, я не собираюсь просто бросить агента, особенно учитывая то, что это из-за моих приказов он оказался в подобной ситуации. К тому же это может быть шансом проверить предвидение пятёрки, — возразила я.

— Что вы имеете в виду, моя госпожа? — спросил Тиброн. Его рог мигнул, а затем погас — вероятно, он сдерживал желание начать делать заметки.

— Церковь Пяти считает видения своих аликорнов абсолютной истиной. Я сама видела такое у одного из их предводителей. Это уже привело к тому, что Флэр следует своему видению буквально, считая, что судьба предопределена. Но что, если они не абсолютны? Если мы докажем, что хотя бы одно из них ложно, значит, и остальные могут не быть абсолютными — и это заставит пятёрку и церковь усомниться, стоит ли вообще им следовать. Это может не только посеять сомнения, но и дать нам передышку. К тому же в этом мире так мало чейнджлингов, что я не собираюсь рисковать и терять одного, если могу хоть что-то сделать, — объяснила я.

— Я не могу заставить вас остаться, моя госпожа, но настаиваю, чтобы вы хотя бы взяли с собой сопровождение, — сказал Торакс, вздохнув.

— Я и собиралась, учитывая мою последнюю стычку с Систар и Флэр. Я возьму с собой Вивил и пару стражников, но они будут только для поддержки. Что бы ни случилось, они не должны вступать в бой, — приказала я.

Торакс молча кивнул в знак согласия.

— Я дам Вивил устройство связи, чтобы мы могли поддерживать контакт, — сказал Скараб.

— Хорошо, я как раз собиралась попросить об этом. Свяжись с двумя другими агентами, пусть они попробуют подслушать Флэр и её отряд. Если мы сможем узнать хоть что-нибудь о её видениях, это можно будет использовать в нашу пользу, — сказала я, и Скараб понимающе кивнул. Повернувшись к Нерииде, я спросила: — Можно ли перенести любовь из одного кристалла в другой?

— Это возможно, моя госпожа, — ответила Нериида, наклонив голову с любопытством. — Что вы собираетесь делать с кристаллом?

— Поскольку Ноктуоидей питается только моей любовью, я хочу, чтобы один из вас полностью заполнил кристалл, на тот случай, если меня не будет несколько недель или дольше, — объяснила я.

— Моя госпожа, один такой кристалл сравним с питанием от сотен пони. Я знаю, что вы аликорн с огромным запасом выносливости, но если попытаетесь его заполнить, то наверняка это истощит даже вас, — заметил Тиброн.

Я закусила губу в раздумьях, а затем сказала:

— Тогда вытяните из меня столько, чтобы заполнить треть кристалла, и я отдохну час. Этого должно хватить Вивил и её сопровождению, чтобы подготовиться к походу. Но начинать готовиться нужно сейчас — не знаю, сколько Флэр будет ждать, пока мой двойник выйдет наружу. Она не из самых терпеливых.

* * *

После дня пути мы с моей командой оказались неподалёку от места раскопок. В пути одному из лазутчиков удалось подобраться достаточно близко, чтобы выяснить, что войскам Флэр приказали постоянно следить за небом. А то, что вход в обрушенную пещеру почти не охранялся, ясно говорило: Флэр ждала, что я нападу на неё. Поэтому отряд поддержки отправился к этой пещере, чтобы помочь спасти чейнджлинга, как только я отвлеку их, напав на место раскопок. Наблюдая из кустов, укрытая тенями, я увидела, что место раскопок огромно: на западной стороне рядами стояли палатки вместе с припасами, а пони рыли огромную яму, которая уже достигла примерно трёх метров в глубину, а на её дне угадывались верхушки каких-то башен.

— Погребённый город… Думаю, это дело копыт предыдущего аликорна земли… — пробормотала я себе под нос, осматривая палатки и замечая пару слишком больших, которые, очевидно, принадлежали Флэр и Систар. — Пора устроить представление, — сказала я, снимая со спины алебарду и щит из теневой стали.

Я зажгла рог и выпрыгнула из кустов. Несколько пони в ужасе закричали при моём появлении, а я выпустила поток тёмного огня в ближайшие палатки, поджигая их чёрным пламенем. Я решила, что сожжение лагеря замедлит их работу, а Флэр не сможет развеять пламя, порождённое тьмой, что заодно ударит по её самолюбию. Стражники выставили копья, а единороги выпустили несколько заклинаний. Я подняла щит, блокируя чары, и пробежала сквозь строй копий, наконечники которых ломались, не причиняя мне вреда. Подумать только, ещё месяц назад я убегала от такого. Лагерь погрузился в хаос: пони пытались потушить пламя или остановить моё продвижение, а я просто поджигала всё вокруг, стараясь, чтобы огонь полностью охватил припасы. Именно тогда я услышала, как Систар заорала: «Какого хера здесь происходит?!».

Она выскочила из палатки в одном нагруднике, и я, воспользовавшись шансом, направилась прямиком к ней. Она растерянно оглядывалась, пока не заметила меня всего в полуметре от себя, и на её мордочке отразилось изумление. Увидев это, я усмехнулась: значит, такое она совсем не предвидела. Я высоко подняла алебарду, привлекая её внимание, и она зажгла рог, чтобы создать ледяной щит и заблокировать удар. Вместо этого я уронила алебарду, нырнула под её щит и подняла свой, впечатав его прямо ей в мордочку. Она вскрикнула, и я увидела, как из её носа потекла кровь, когда отдёрнула щит. К несчастью для неё, я не остановилась и продолжала бить снова и снова, нанеся ещё четыре удара, и почувствовала, как её нос ломается под ударами.

Затем я схватила её за нагрудник, притянула к себе и сказала: «Не волнуйся, в отличие от тебя, я не убийца», — после чего ударила её ребром щита прямо под рогом. Её глаза закатились, и она рухнула без сознания. Отшвырнув Систар, я увидела около двадцати пони, бросившихся ко мне, чтобы спасти аликорна. Я фыркнула, подхватила алебарду и взлетела. Пролетая над другой частью лагеря, я подожгла ещё несколько палаток, как вдруг в меня полетел огненный шар. Я рухнула на землю, и он пронёсся над головой. Посмотрев туда, откуда прилетел огненный шар, я увидела разъярённую Флэр, летящую ко мне вместе с тридцатью пегасами.

«Ага, она в бешенстве. Ну что ж, второй раунд».