Повелитель Тайн (джен)

Одри всегда подсознательно представляла себе цепочку: радужная саламандра = гипофиз радужной саламандры = размер с ладонь. Для неё это был мягкий, бороздчатый Потусторонний ингредиент, постоянно меняющий цвет.

И какое отношение это имело к трёхметровым громадинам высотой почти до колена перед ней?

На миг Одри растерялась, но, услышав тявканье Сьюзи, пришла в себя. Она сделала вид, что довольна результатом, и сказала дворецкому:

— Да, это именно тот образец животного, который мне был нужен.

— Хм… Оно всего лишь немного больше, чем я думала. Всего лишь немного.

— Возьмите слуг и перенесите их на склад. Я изучу их, когда освобожусь.

— Да, мисс!

Затем дворецкий немедленно проинструктировал слуг, которые украдкой поглядывали на хозяйку.

Одри огляделась и, не говоря больше ни слова, повела Сьюзи в кабинет главного дома. Воспользовавшись предлогом, что ей нужно было сосредоточиться на написании ответного письма брату, она выпроводила горничных за дверь.

«После вскрытия получится два комплекта гипофизов радужной саламандры… Один можно обменять на спинномозговую жидкость кролика Фарсмана; этого как раз хватит, чтобы приготовить один флакон зелья Телепата…»

Одри постепенно приходила в себя от изумления и растерянности и уже начала думать о продвижении Сьюзи. В этот момент она осознала серьёзную проблему. Она понятия не имела, переварила Сьюзи зелье или нет!

«Если прошлое зелье не было полностью переварено, употребление зелья Телепата легко может привести к потере контроля… Она же не человек, который способен это выдержать. Постойте, а как она выдержала в первый раз?! К тому же сейчас её интеллект примерно на уровне десятилетнего ребёнка… Она уже учит лоэнские слова, говорит, что хочет читать газеты, журналы и книги…»

Одри помолчала несколько секунд и взглянула на растерянного большого золотистого ретривера, сидевшего рядом с ней.

— Сьюзи, ты полностью переварила своё зелье?

— Переварила? — чётко произнесла Сьюзи, выражая недоумение.

Одри уже рассказывала ей, что то, что она выпила, было зельем. Она предупредила Сьюзи никому об этом не говорить, даже разумным животным, которые умеют лаять или мяукать.

Одри медленно и тяжело кивнула.

— Это очень странное и особенное чувство. Будто что-то иллюзорное внутри твоего тела распадается и сливается с разумом. Ты смутно видишь одну иллюзорную звезду за другой и сама становишься одной из них. Эти звёзды притягиваются друг к другу, стараясь слиться воедино.

Сьюзи тихо всё выслушала, а затем лёгким и бодрым голосом ответила:

— Тогда я, наверное, полностью его переварила. У меня уже было похожее чувство.

«А? Сьюзи полностью переварила зелье Зрителя? Н-но её никто не учил Методу Действия! Самое большее, я иногда напоминала ей больше наблюдать и сохранять спокойствие…»

— И когда ты его переварила? — потрясённо спросила Одри.

— В прошлом месяце, позапрошлом или, может быть, ещё раньше… — Сьюзи изо всех сил пыталась вспомнить, когда именно это произошло.

Видя, что выражение лица её хозяйки становилось всё более и более странным, она поспешно завиляла хвостиком и робко добавила:

— Не помню… Я всего лишь собака. Я не буду специально запоминать такие вещи. Гав.

«„Всего лишь собака“… Но ты справилась лишь немного медленнее меня… Неужели, общаясь с другими Потусторонними, я буду говорить, что в переваривании зелий я чуть лучше собаки…

Тьфу! Одри, о чём ты только думаешь?!» Одри сохранила элегантную улыбку и вежливо похвалила:

— Очень хорошо. Я имею в виду, в вопросе переваривания зелья ты справилась очень хорошо.

* * *

Вернувшись от Леппарда, Клейн неторопливо вздремнул.

Но вскоре его разбудили иллюзорные, наслаивающиеся друг на друга и раздражающие мольбы.

«Мужской голос? Повешенный или маленькое Солнце? Один из последних основных ингредиентов моего зелья уже готов?»

Клейн несколько секунд тщательно пытался различить, кому принадлежит голос, и вскоре забыл раздражение от внезапного пробуждения. Он быстро поднялся, сделал четыре шага против часовой стрелки и оказался над Серым Туманом.

Он заметил, что алая звезда, символизировавшая Повешенного, то сжималась, то расширялась. Поэтому он протянул руку, распространил духовность и коснулся её.

Назвав привычные почётные имена Шута, Повешенный взмолился:

— Я уже собрал спинномозговую жидкость узорчатой чёрной пантеры и кристалл из Эльфийских Родников. Прошу разрешить мне провести жертвенный ритуал и прибегнуть к вашей помощи, чтобы передать их Мистеру Миру.

«Довольно быстро… Повешенный говорил, что у пиратов скоро будет крупное событие. Похоже, не „скоро“, а уже сейчас… Он всегда что-то недоговаривает и привирает…»

Клейн едва заметно кивнул и ответил:

— Конечно.

После простого жертвенного ритуала Элджер едва удержался от желания спросить мистера Шута, имеет ли астролябия Адмирала Звёзд Каттлеи какое-то отношение к «Нему».

К тому моменту Клейн уже забыл об Элджере и любовался двумя Потусторонними ингредиентами на поверхности длинного бронзового стола.

Спинномозговая жидкость узорчатой чёрной пантеры казалась полупрозрачной, но, если присмотреться, можно было заметить, что её прозрачность разделена на отчётливые слои: чем ниже, тем прозрачнее. Такая вещь полностью удовлетворила бы человека с обсессивно-компульсивным расстройством.

Кристалл из Эльфийских Родников был похож на выцветшее яйцо. Его оболочка казалась очень тонкой и хрупкой, словно могла разбиться от одного неосторожного прикосновения. Даже не встряхивая кристалл, можно было услышать плеск воды внутри.

«У Аптекаря за это можно будет получить 300 фунтов наличными и подсказку к формуле… Моему Фокуснику не хватает только истинного корня и сока Туманного Древа. Интересно, когда маленькое Солнце завершит свою миссию…»

Клейн был весь в предвкушении.

Что касается остальных вспомогательных ингредиентов, он уже купил их в разных магазинах. Например, каплевидный самоцвет он приобрёл в ювелирной лавке и растёр в порошок; пять граммов стоили около 2,5 фунта.

Солнце не заставил Клейна долго ждать. Уже вечером в среду он прошептал молитву мистеру Шуту, сообщив, что подготовил истинный корень и сок Туманного Древа, и попросил передать их Миру.

Истинный корень Туманного Древа был сердцевидным, коричневым, морщинистым и размером с ладонь. Он выглядел как кожа старика, но обратная сторона была гладкой и изящной, словно драгоценный камень. Корень слегка расширялся и сжимался, будто в нём была какая-то жизненная сила.

Его сок был светло-зелёным и искрящимся, от чего выглядел удивительно аппетитно.

Клейн просто смотрел на них и чувствовал лёгкое самодовольство.

В нынешнюю эпоху Последовательность 7 была порогом Потустороннего средней Последовательности.

Это означало, что Потусторонний наконец мог распрощаться с состоянием, когда он лишь немного превосходил обычных людей в отдельных аспектах. Теперь ему был доступен сравнительно богатый набор Потусторонних сил.

Фух…

Клейн медленно выдохнул, вернулся в спальню и призвал самого себя, чтобы перенести Потусторонние ингредиенты в реальный мир.

Он не стал готовить никаких дополнительных сосудов. Клейн несколько раз вымыл на кухне железный горшок и принялся составлять зелье в порядке «сперва вспомогательные ингредиенты, затем основные».

Благодаря способности Клоуна контролировать тело, он быстро завершил первый этап и один за другим добавил спинномозговую жидкость узорчатой чёрной пантеры и истинный корень Туманного Древа.

Шшш!

Под звук, от которого сводило зубы, взвился бледно-белый туман — и тут же был с силой втянут обратно в горшок чем-то незримым.

Когда всё успокоилось, Клейн быстро перелил каждую каплю жидкости в заранее приготовленную прозрачную бутылочку.

Получившаяся жидкость была довольно необычной на вид: будто внутри стеклянного сосуда без остановки вспыхивали фейерверки. Красный, оранжевый, жёлтый, зелёный и другие цвета то рассыпались, то исчезали, то появлялись вновь.

Это было зелье Фокусника!

Клейн зажал однофунтовую монету между большим и указательным пальцами левой руки, подбросил её и раскрыл ладонь, чтобы поймать.

Так он гаданием подтверждал, успешно ли сварил зелье.

Шлёп!

Золотая монета упала портретом вверх, показывая положительный ответ.

Клейн без раздумий спрятал монету, взял зелье и вышел прочь из кухни.

К тому моменту уже стемнело. Газовые лампы в комнате ещё не зажгли, поэтому вокруг царила полная темнота. Лишь свет у эркерного окна вырисовывал мрачный пейзаж.

Клейн сел на диван и начал Когитацию, чтобы успокоить взволнованное сердце и временно отрешиться от всех эмоций.

Сделав всё это, он поднял стеклянную бутылочку, запрокинул голову и выпил зелье Фокусника.

Глоть! Глоть!

Ледяное зелье потекло по горлу, и каждое мгновение казалось, будто в нём лопается бесчисленное множество пузырьков.

Пока Клейн ощущал это странное возбуждение, в его разум внезапно хлынул огромный поток информации, расцветая фейерверками.

Вены на лбу вздулись, голова набухла и, казалось, вот-вот лопнет!

Однако для Клейна это было не так уж трудно вынести. Ужасающий бред перед входом в Серый Туман и злобный рык Истинного Творца были куда страшнее.

— Хорнакис… Флегрея… Хорнакис… Флегрея… Хорнакис… Флегрея…

Эфемерное искушение вновь отозвалось эхом. Голова Клейна снова и снова расширялась и сжималась, прежде чем он постепенно восстановил мысли. Он начал сознательно сдерживать поток мыслей, очерчивать сферический свет и медленно погружаться в состояние Когитации.

Через неизвестное время его зрение восстановилось. Одновременно он почувствовал зуд по всему телу, сильнее всего в руках.

Клейн закатал рукава и с удивлением увидел, что одна его рука покрылась глубокими морщинами, как у столетнего старика. Другая рука потеряла цвет и стала полупрозрачной. Он мог напрямую видеть свои кровеносные сосуды, мышцы и вены.

«Это… Я чуть не потерял контроль? Нет, не должно быть. Скорее всего, это остаточное влияние…»

Клейн сидел на диване в темноте, подавшись вперёд и настороженно наблюдая за аномалией в руках, словно те были рассадником чудовищ.

Он слышал доносившиеся снаружи шаги прохожих, слышал, как миссис Саммер встречает задержавшегося больше чем на полчаса мужа, слышал, как мистер Саммер жалуется, что на улице слишком много повозок, а мостовая слишком узка, отчего возникают заторы.

Словно отстранившись от всего происходящего, он тихо смотрел, как сморщенная кожа и полупрозрачное состояние рук медленно исчезают. Через пять-шесть минут Клейн беззвучно вздохнул: всё наконец вернулось в норму.

«Хорошо, что никто не постучал в дверь и не позвонил… Я выбрал продвижение только после того, как полностью переварил зелье Последовательности 8. Даже так последствия были настолько серьёзными. Трудно представить, как приходится Потусторонним, которые полагаются на время, чтобы медленно переваривать зелье. Этот этап действительно трудно пройти.

Неудивительно, что капитану понадобилось девять лет…

Неудивительно, что Суэйн, бывший капитан отряда Уполномоченных Карателей и владелец бара „Злой Дракон“, так и не осмелился употребить зелье Мореплавателя Последовательности 7…»

Посидев молча больше десяти секунд, Клейн медленно поднялся с дивана.

В этот миг он уже был Потусторонним средней Последовательности.

В этот миг он уже был Фокусником.