Личные интересы (джен)

Харперу было даже не плохо. Изнуряющая жара, вонь паленой проводки и постоянная близость ницшеанцев — как вражеских, так и условно дружественных — сводила скулы. И пленение Тира окончательно добила остатки самообладания.

Картина вообще рисовалась мрачнее некуда, так что столкнувшись за очередным поворотом с четырьмя вооруженными юруками, Харпер лишь нервно хихикнул.

Телемах, даже если тот снизойдет до спасения клуджа, был слишком далеко, а Тиру сейчас не до него. Похоже, счастливая звезда, приведшая его на "Эврику", а после и на «Андромеду», устала светить и взяла отгул...

Впрочем, направленный ему прямо в лоб пистолет так и не дождался своего часа.

— Этого к альфе, — скомандовал один из охранников. — Он понадобится для переговоров. Если те вообще будут.

За время, проведенное на станции, Харпер успел оценить гостеприимность Юруков. Эти ребята вели себя так, словно вселенная — их шведский стол, а остальные — лишь блюда в меню. Выстрел в голову сейчас казался не самым плохим вариантом десерта. Нет, умирать он не хотел, но если выбирать способ смерти, то уж лучше откинуть коньки быстро, чем растягивать это удовольствие на неопределенный срок.

— Может, не стоит? Уверен, альфа — человек занятой, зачем его отвлекать...

Ответом ему был удар под дых, едва не выбивший из тщедушного техника дух.

— Ладно, как скажете, — прохрипел он, согнувшись пополам.

Юрук открыл рот, но что именно он собирался сказать, так и осталось тайной — энергетический заряд угодил ему прямо в спину. Его спутники отреагировали мгновенно, двое открыли огонь, а последний подскочил к Харперу и рывком заставил его выпрямиться, чтобы использовать как щит. Хотя как именно он собирался это делать, оставалось для техника загадкой — Юрук был минимум на голову выше его.

Когда головокружение от резкого движения прошло, Харпер, протерев слезящиеся глаза, с удивление и облегчением понял, что на выручку ему пришел не Раде, а Тир. То, что Анасази удалось сбежать, резко повышало шансы всей команды на выживание.

Плохой новостью было то, что огонь Юруков загнал Тира за угол. А вот громила, державший Харпера, начал отступать к переборке. Шеймус хотел крикнуть, предупредить, но рука ницшеанца сдавливала горло так, что перед глазами плясали круги.

В какой-то момент ницшеанец надавил с такой силой, что Харпер решил было, что тот передумал вести его к вожаку и собирается прикончить его прямо сейчас. Но спустя мгновение рука ослабла, и туша за спиной грузно рухнула на пол. Остальные юруки, как и положено сверхлюдям, слух имели отменный и резко обернулись. Но недостаточно быстро.

Вспышки выстрелов слились в одну. Все-таки скорострельность копья Звёздной Гвардии впечатляла.

Раде прошло мимо закашлявшегося техника и, не опуская оружия, навел его на вышедшего из укрытия Тира.

— Забавно, я слышал, тебя взяли в плен, — заметил Раде. Голос его был ледяным

— Да, взяли, — не стал пререкаться Тир, — Но мне удалось убедить их в нецелесообразности моего содержания. Забавно другое: перед уходом я видел вас обоих на мониторах, и ты был в другом секторе. И как же ты очутился здесь раньше меня?

Ницшеанцы смерили друг друга долгими взглядами, оценивая скрытый в словах другого смысл, и Харпер понял, что ни за что не согласится играть с ними в покер. Если кто-то из них и блефовал, ни один мускул не выдавал этого.

— Я бывал на подобных кораблях и хорошо изучил их, — наконец ответил Раде, опуская ствол копья на пару дюймов, но не убирая палец со спусковой скобы. — Вентиляция помогает сократить путь.

— А как добраться через вентиляцию до выхода знаешь? — спросил Тир.

Раде в ответ лишь усмехнулся абсурдности вопроса.

Анасази склонил голову набок и прищурился — этакое: «Веди, но помни — я за тобой слежу».

Харпер, только начавший дышать, снова поперхнулся.

— Стойте-стойте-стойте! Вы ведь не собираетесь лезть в местную вентиляцию? Ну, то есть, вы-то можете, вас и в вулкан засунь — хоть бы хны, но я человек, и если здесь мне грозит только легкая обжарка, то там полная кремация!

Раде с рычанием дернул его за руку, пресекая панику:

— Идиот! Ты бы еще по громкой связи это объявил!

Харпер на всякий случай отстранился от разъяренного ницшеанца и заскулил:

— Но я серьезно! Ты хоть представляешь, какая температура в кальдеранской вентиляционной системе? — он с мольбой взглянул на Тира, но тот лишь криво усмехнулся.

— Потерпишь.

— И ты, Брут, — обиженно буркнул техник.

Низкий, чуть слышный смех Анасази немного разрядил обстановку, что, впрочем, не слишком помогало.

* * *

Пробираясь по обжигающим трубам, Харпер вновь и вновь вспоминал тот злосчастный день, когда «Андромеде» пришлось прятаться от неизвестного инопланетного корабля в короне звезды. Радовало хотя бы отсутствие радиации — в тот раз, в короне звезды, он чуть не отправился к праотцам. Впрочем, сдохнуть хотелось и без неё.

— Через пять метров направо, — послышался из-за спины голос Раде.

Если Тир как-то и ответил сородичу, Харпер этого не видел. Он вообще не понимал, как ницшеанцы ориентируются в этом аду и даже переговариваются. В кромешной тьме, где он лишь слышал скребущий за собой шелест их движений, это казалось почти мистическим. А они явно как-то переговаривались, хотя темнота была хоть глаз выколи, а говорить вот так, вслух, Раде решался не всегда. Он не врал, когда говорил, что знает подобные корабли — в вентиляции он и впрямь ориентировался отлично, и в участках, прилегающих к палубам, предпочитал молчать. Значит, они уже в служебной части корабля, отсюда до выхода рукой подать. Останется только обезвредить охрану и молиться, чтобы Юруки не запечатали входной шлюз во избежание других незваных гостей. Нет, так-то открыть его не проблема, но Харперу даже думать не хотелось, как он будет делать это обожженными руками. Он намотал на ладони лоскуты от рубахи убитого юрука, но металл все равно жег кожу, словно он полз по раскаленной сковороде. Колени горели огнем. Если они выберутся, он неделю не вылезет из медотсека.

Путь занял не больше пятнадцати минут, но Харперу они показались вечностью, так что, не будь перед ним Тира, он ринулся бы к выходу, презрев любую опасность. Но ницшеанец, как всегда, страдал излишней осторожностью, и еще битый час (ну ладно, минуту!) вслушивался в тишину коридора. Выйти они решили не у самого выхода, хотя шахт там было хоть отбавляй, но и вероятность попасть в засаду многократно возрастало.

— Ну наконец-то, — Харпер глубоко вздохнул. После вентиляционной шахты температура на борту казалась почти освежающей. Впрочем, насладиться свежим воздухом в полной мере ему не дал Тир, грубо заткнув рот. Раде тоже зло зыркнул на техника. Ну надо же, спелись!

К счастью, предосторожности ницшеанцев оказались излишними ни на пути, ни у самого шлюза (который, к слову, оказался запечатан) им не встретилось ни одного Юрука.

— Что-то здесь не так, — Раде напряженно оглядывался.

Харпер и сам уже ожидал любой гадости — Юруки вполне могли собрать своих в изолированных отсеках, и просто выпустить из коридоров воздух. Эта мысль заставила Харперу поторопиться к шлюзу. Его спутники могли протянуть без воздуха минут десять, а вот самого его подобная перспектива не прельщала. Впрочем, как только он добрался до вожделенного выхода и взглянул на экран панели управления, перспектива погибнуть от кислородного голодания заиграла новыми красками.

— Э... парни, у нас проблема... В общем, мы отстыковались от станции...

Повисла тишина. Тир подошёл к панели и сам взглянул на экран, словно не доверяя технику.

— Андромеда бы заметила это, — бросил Раде, но в голосе не было уверенности.

— Она создает помехи, чтобы прикрыть нас, но и сами ничего не видят через них, — напомнил Тир, — а станция достаточно велика, чтобы скрывать нас от визуального наблюдения.

Раде выругался сквозь зубы — коротко, по-ницшеански. Потом взял себя в руки:

— Есть способ отсюда заблокировать слип-стрим?

— Нет, конечно! — Харпер чуть ли не лопался от осознания собственного превосходства над сверхчеловеком, пусть только по части взломов компьютеров и банального понимания, как те работают. — Управление только с мостика или из инженерного, а туда я не сунусь — жара это мелочи по сравнению с радиацией, которую чешуйчатые ребята, построившие этот корабль, считают безопасной.

— А как насчет других систем? Можно организовать поломку, при которой корабль не сможет сбежать?

Харпер задумчиво оглядке шахту, из которой они вылезли. Насколько он знал, кальдеранцы очень чувствительны к температуре, понижение оной делает их, как любых хладнокровных существ, вялыми и полусонными, а для слип-стрима нужен живой, и желательно, здравомыслящий пилот. Идея, как говаривал его папаша, шита белыми нитками, но ящерицы просто обязаны были вставить предохранитель от подобного, а поскольку Юруки не потрудились перенастроить систему жизнеобеспечения, то и о предохранителе подумают далеко не сразу.

— Теоретически, если удастся понизить температуру до нормальной. Хотя не знаю, как надолго — они могут разобраться с системой довольно быстро.

— Сомневаюсь, — Тир усмехнулся чему-то своему. — Специалистов у них сейчас негусто.

— Выбраться нам это не поможет, — Раде уже шагал вдоль переборки, осматривая шлюз. — Зато «Андромеда» не потеряет нас из виду. Сделай это. А пока…

— Пока что они даже не знают, что мы отстыковались, — напомнил Тир.

Раде зарычал было, не тут же переключился на новый план.

— На кальдеранских кораблях есть истребители. Можно попытаться улететь на них.

— Если Юруки не сочли их ненужным хламом, — отозвался Тир. — Или если нас не собьют сразу после вылета.

Раде перевел взгляд на Харпера.

— Сможешь обезвредить их орудия?

— Не отсюда, оружие тоже управляется только с мостика.

Харпер сжался под пристальными взглядами ницшеанцев. Если он и дальше будет приносить им плохие новости, смерть в инженерном отсеке покажется цветочками.

— И это не всё, — выдавил он. — Истребитель остался один. Как трофей.

Харпер мог бы поклясться, что мозг обоих сверхчеловеков начал усиленно продумывать план как избавиться от спутников и улететь отсюда подобру, поздорову.

— Должны быть другие корабли, — в конце концов вступил Тир. — Я не верю, что племя, живущее в космосе, обходится без малых судов.

— Согласен, — поддержал его Раде. — Уверен, что в базе не было ничего про другие корабли?

— Я вам что, квантовый компьютер? — огрызнулся Харпер. — Я не могу смотреть во все стороны! Если системы наблюдения и охватывают другие ангары, наши ницшеанские друзья спугнули меня раньше, чем я сумел добраться до него.

— Если этот корабль идентичен тому, что нападал на Теразед, то ангар здесь один, остальные отсеки для неуправляемых снарядов и дронов, закачка воздуха туда не предусмотрена, — Раде задумчиво постукивал пальцами по переборке. — Но Юруки могли переоборудовать отсеки и не вносить изменения в план. Чужаков здесь не ждут, а свои и так знают каждый угол. Но это должно было оставить след в судовом журнале. Сможешь посмотреть?

Харпер поморщился.

— Кальдеранцы — те еще параноики! Доступ к журналу только в рубке, где, если вы забыли, полно злобных ницшеанцев, мечтающих убить очередного клуджа.

— Может, и нет, — отозвался Тир, и, поймав на себе два озадаченных взгляда, пояснил: — Когда Альфа меня схватил, мы видели вас на мониторе. Я постарался обезопасить Харпера, сказал, что ты очень важен для "Андромеды". Так что тебя не убьют, ты их пропуск на волю в случае, если Дилан поймет неладное.

— Очень мило с твоей стороны, — Харпер скорчил кислую мину. Кто бы мог подумать, что день может стать еще хуже...

А вот Раде был не расположен к шуткам.

— Зачем ты нас выдал? Знаю, моего лица на камерах видно не было, но ты не мог меня не узнать и должен был понимать, что к Альфе на поклон мы не собирались.

— Неужели?! — Тир ответил адмиралу красноречивым прищуром. — А что должен был подумать я, да и Дилан тоже, когда потомок предателя ни с того ни с сего очень захотел участвовать в миссии, до которой ему не должно было быть никакого дела?

Молот и наковальня раскалялись на глазах. Воздух между ними, казалось, загустел. Харпер видел, как медленно напряглись плечи Раде, как чуть сместился центр тяжести Тира. Они вот-вот сцепятся, и тогда ему точно конец. Шум драки привлечет охрану за секунду. Нужно было что-то делать. Что-то безумное.

— Парни, — робко подал он голос, — если Альфа меня не тронет, может и впрямь о других кораблях спросить прямо у него? Ну, если я теперь такой ценный заложник...

Оба ницшеанца уставились на него. В их взглядах не было ни одобрения, ни благодарности — лишь оценка нового, неожиданного фактора в уравнении.

Харпер сглотнул. Кажется, он только что вызвался добровольцем.