Семь сверкающих граней души (джен)

Лететь на мотоцикле было и страшно, и восхитительно. Они плавно набрали высоту, осторожно петляя между строками линии электропередач, и нырнули в густые и низкие предрассветные облака. Странно: на такой высоте не чувствовалось ни холода, ни ветра, и только земля, вставая дыбом, немного манила очарованием падения.

Перекусить остановились на заброшенном маяке посреди бушующего моря. И здесь Гарри пристал к великану с расспросами. Он потребовал рассказать ему всё-всё-всё: опьянённому свободой мальчику казалось, что, раз уж волшебный мир берёт его к себе, теперь его жизнь будет похожа на сказку. Ну и, с другой стороны, любая информация будет полезной. И уж конечно не страшной и не печальной.

Он ошибся, потому что Хагрид, разумеется, начал свой рассказ с главного события за последние одиннадцать лет — исчезновения Сами-знаете-кого.

— Кого-кого? — недоумённо переспросил Гарри.

Об убийстве своих родителей он догадывался — несмотря на версию об аварии. Не просто же так ему снился тот сон про чужой и странный дом снова и снова. Великан сморкался и комкал платок, избегая смотреть на мальчика, но тот ничего не чувствовал ни по поводу мамы и папы, ни по поводу того, что Дурсли скрывали от него правду. А вот имя убийцы показалось ему в высшей степени необычным. «Тот-кого-нельзя-называть» — так кто же это такой?

— Волан-де-Морт его зовут, — зло и разборчиво проговорил великан. — Но обычно люди имени его не называют, особенно ближе к ночи… Гарри?

И вот тут Гарри вдруг заплакал и сам удивился тому, что у него из глаз вдруг льётся столько воды. Что-то кольнуло его в самое сердце, как будто бы там повернулся осколок стекла — мимолётно, но так больно. Ком подкатил к горлу, а теперь вот слёзы без причины, и горькие прозрачные лужицы собираются на стёклах очков.

— Ну-ну, — Хагрид ласково похлопал его по плечу. — Я вот тоже без родителей рос. Хотя в моём случае это, наверное, к лучшему. Ну-ну…

На следующий день, как следует выспавшись и позавтракав мятыми и чёрствыми, но самыми обыкновенными и очень вкусными пирогами с мясом, которые провожатый добыл из своих необъятных карманов, Гарри с Хагридом отправились в Косой переулок за школьными принадлежностями.

— Гарри, зайдём сейчас за одной девчонкой, тоже из неволшебной семьи. Нужно помочь ей купить учебники, ну и всё необходимое по списку.

Хагрид буквально тащил Гарри сквозь толпу маглов, которые, казалось, совершенно не замечали трёхметрового великана в старинной одежде. Нет, они видели их, но в основном отворачивались или равнодушно скользили взглядом и спокойно шли мимо по своим делам. Это становилось всё интереснее.

— Хагрид, они же нас не видят?!..

— Ну это… потом, всё потом. Нам сюда, — и он нырнул в переулок и остановился перед чудной готической вывеской.

Питейное заведение «Дырявый котёл», — гласила она. Судя по средневековому облику, харчевня имела явно волшебную природу.

Рядом с низкой старинной деревянной дверью, дико неуместной среди прочих аккуратных лавочек, неуверенно топталась семья из трёх человек, не решаясь войти.

— Мистер Гренджер! — заорал Хагрид и приветственно махнул смешным ярко-розовым зонтиком с оборками, заставив высокого мужчину нервно вздрогнуть. — Извините, опоздал. Думаю, мы часа за четыре управимся, а вам, наверное, лучше подождать здесь.

— Да-да, разумеется…

Девочка с копной густых каштановых кудрей решительно выдернула руку из материнской и направилась к Хагриду и заняла место рядом с Гарри.

— Я — Гермиона Гренджер, — казалось, она говорит с глухим собеседником, так она выделяла каждое слово.

«Ну что, детишки, вперёд за книжками, не отставать!..» — трубил Хагрид.

При слове «книжки» лицо девочки просияло. Такое вещественное доказательство того, что ты волшебник! По мнению Гарри, волшебная палочка была намного ценнее, но Хагрид объяснил: ей можно будет пользоваться только в школе, а книги можно начать читать прямо сейчас.

— Кстати, Хагрид, я не увидела в списке школьных предметов… У меня «превосходно» по естествознанию и похвальный лист с конкурса по английской литературе. Учебники для них мы будем получать в библиотеке?

— Гм… — бородач явно замялся.

— В Хогвартсе такое не изучают, — вклинился Гарри. Хоть что-то полезное ему сообщили приёмные родители…

Гермиона хотела возмутиться, но вид раздвигающихся и сворачивающихся внутрь себя кирпичей остановил её. Посмотреть было на что — дети будто попали на новогоднюю ёлку со сказочно большими золотыми монетами, гоблинами и светящимися печеньями, продающимися в лотках на развес.

Наследство, которое оставили родители, поразило Гарри. Золотые монеты, собранные в стопки, тускло сверкали во мраке сейфа, и мальчику казалось, что он слышит хор тоненьких голосков: «возьми меня», «трать меня», «покупай себе всё, что хочешь». Раньше у него, конечно, были карманные деньги, но только потому, что умный дяденька в книжке по воспитанию ребёнка обозначил личные средства обязательными для развития личности. Свои несколько пенсов в неделю Гарри уверенно спускал на мороженое — и на этом развитие личности заканчивалось.

— У меня тут ещё одно дело.

Хагрид подмигнул детям и вновь скрылся в банке, предоставив им топтаться на входе, разглядывая Косой переулок. Гарри и Гермиона пытались отыскать что-нибудь по-настоящему волшебное, но, как назло, покосившиеся прилавки, грязные вывески и пусть красивые, но совершенно не волшебные конфеты в уличном лотке не давали им такой возможности. В конце концов взгляд Гарри остановился на витрине, гораздо более чистой, чем остальные. За ней стояли метлы.

— Вряд ли это реклама средств для уборки.

— Пойдём посмотрим, Хагрид всё равно нас увидит с порога. Ну… мы его точно увидим.

Гарри потащил за собой Гермиону, то и дело нервно оглядывающуюся. Метлы для того, чтобы летать, — эхом мелькнула странная мысль в его голове. Ну конечно, ведьмы в сказках летают на метле. Вот он и догадался.

Несмотря на чудесный день, у Гарри на душе скребли кошки. Все волшебники, с которыми они успели пообщаться по пути в банк, при упоминании его фамилии приходили в восторг.

К витрине подошёл ещё один мальчик. Бледный, с прилизанными светлыми волосами, он показался Гарри не похожим на остальных обитателей Косого переулка тем, что был намного более опрятным.

— По-моему, то, что первокурсникам нельзя иметь метлы, — очень глупое правило.

Новый собеседник не потрудился поздороваться, но Гермиона с охотой подхватила:

— Как и то, что там не преподают литературу. Поверить не могу, что после стольких лет придётся всё бросить. Кстати, я — Гермиона Гренджер, — она снова сказала это по буквам. — А как тебя зовут?

— Я Малфой. Драко Малфой, — выдал тот, несколько опешив от такого напора.

— Гарри Поттер, — быстро вставил Гарри, не дожидаясь, пока Гермиона продолжит перечислять недостатки новой школы.

— Ого. Тоже идёшь в Хогвартс в этом году…

И всё. Никаких странных восторгов или стремления потрясти ему, Поттеру, руку. Хоть кто-то отреагировал… почти нормально.

Внезапно шрам отозвался резкой болью. Её причина обнаружилась почти мгновенно — молодой мужчина в фиолетовом тюрбане, не заметив исказившегося лица мальчика, жадно вглядывался в него.

— Конечно, вы ведь поступаете в этом году…

Крючковатые пальцы человека потянулись к Гарри — как ему показалось, к горлу. Где же Хагрид?! Но великан только появился на пороге банка и ещё не заметил их. И теперь, чтобы подойти к нему, Гарри пришлось бы кинуться прямо в объятия этого психа.

— Мистер Поттер?!

Человек в тюрбане надвигался всё ближе. Одна из его рук скользнула в карман мантии.

— О, профессор Квирелл, — Малфой сделал вид, как будто только заметил его… или действительно так и было? Уперев руки в бока и выпятив живот, он нахально разглядывал незнакомца, совершенно его не опасаясь. — Мой отец говорил, что вы повстречали вампира в лесах Албании. По вам не скажешь…

Кажется, Малфой хотел сказать ещё что-то, но его прервал Хагрид:

— Ах, вот ты где, Гарри! Скорее идём! У нас мало времени!

Вслед за банком и магазином мантий они зашли в книжный и аптеку. Список того, что требовалось купить, был довольно внушительный, но сами продавцы, очевидно собиравшие одни и те же товары из года в год, едва увидев название курса, вываливали нужное на прилавок. Гарри и Гермионе, конечно, хотелось рассмотреть всё, что лежало на полках — слишком много там было необычных и завораживающих вещиц, — но великан упрямо тянул за собой детей по Косому переулку, совершенно не давая времени оглядеться.

На то была причина. Казалось, у них оставался целый час перед тем, как они зашли в мастерскую волшебных палочек, но едва начался процесс примерки, стало понятно, что им не управиться.

Продавец этого магазинчика показался Гарри похожим на призрака, и, несмотря на то что он проворно скользил вдоль полок, доставая то одну продолговатую коробочку, то другую, палочки, которые перебирали дети, лишь разрушали помещение.

И ещё они не нравились Гарри — совершенно. Чужие, ненужные куски дерева. И если Гермиона довольно быстро подобрала себе палочку из лозы винограда с сердечной жилой дракона и вышла подождать снаружи, то Гарри всё с нарастающей злостью пробовал новые — до тех пор, пока Оливандер не извлёк откуда-то с антресолей палочку с пером феникса, в руках мальчика запустившую сноп искр.

Надо сказать, он почти не удивился, узнав, что её сестра принадлежала Волан-де-Морту.

— Но ведь он был убийцей! — Гарри показалось, что Хагрид хочет забрать у него палочку.

— Возможно, — категоричным жестом остановил его Оливандер, — он действительно совершил много ужасных дел, но и великих. Можете себе представить: много лет назад, когда он выбрал себе здесь такую же палочку, он был всего лишь ребёнком. У него даже имя было совершенно другое. Да… этого мальчика звали Том Реддл. Я помню всех, кто покупал у меня палочки…

Когда Косой переулок вновь закрылся за их спинами, родители Гермионы ещё отсутствовали, и Гарри решился задать Хагриду один вопрос.

— Вы сказали, что Волан-де-Морт исчез, когда попытался убить меня, — Гермиона, услышав это, ошарашенно взглянула на Гарри, но, к удивлению того, промолчала. — Он мёртв?

Хагрид оглянулся по сторонам, потом, видимо приняв какое-то решение, присел на корточки, подвёл детей к себе поближе и сказал:

— Конечно же нет. Он жив, наверняка где-то прячется и хочет вернуться. Но Альбус Дамблдор, директор школы, не допустит этого. Он великий человек, и Тот, кого нельзя называть, даже в момент своей наибольшей силы боялся его. Скажу вам по секрету: сегодня, по приказу Дамблдора, я уничтожил один очень могущественный предмет, который мог бы помочь ему вернуть силы. В Хогвартсе вы в безопасности, но за его пределами вам следует быть очень осторожными… У Волан-де-Морта было много последователей. И без крайней необходимости вам не следует посещать волшебные кварталы в одиночку.