История повторяется (гет)

Новое тело нашли в Гринвичском парке. Снова нет крови, снова убит в другом месте, снова буквы.

Лестрейд прислал фото руки, и Шерлок только зло поджал губы, рассматривая изображение.

ты ответишь.

Пожалуй, ему стоило искренне признаться хотя бы самому себе в том, что он совершенно не понимал, что это значит, как предотвратить все эти смерти и кто поистине стоит за этими жуткими убийствами.

Но он молчал, не привыкший быть честным даже с самим собой.

Он то обессиленно падал на диван прямо в ботинках, то лихорадочно печатал что-то на нотбуке, то метался по комнате, то переходил к бурному черчению карт в полкомнаты и лихорадочному съеданию карандаша.

Джон снова поджал губы, наблюдая за нервными шагами Шерлока и испытывая совсем не легкий укол вины за то, что даже не мог оказать ему никакой поддержки и помощи.

Он знал, что для Шерлока Холмса такое состояние — это нормально. Это нормально, когда Шерлок Холмс поглощен делом, это нормально, когда Шерлок Холмс не спит несколько ночей и палит в стену, но это ненормально, когда глаза Шерлока Холмса не горят от радости и предвосхищения близкой разгадки, а потухли и таят в себе только следы какой-то глубокой, беспросветной безнадежности.

Что хорошего в вечере пятницы? Исключительно то, что скоро ты окажешься дома, сбросишь надоедливые шпильки и вытянешься на диване во всю длину, позволяя уставшим ногам наконец прийти в себя. Долгая и бесконечно занудная офисная волокита, которой, не стесняясь, заваливали талантливую начинающую журналистку, наконец закончилась, и Китти Райт поспешила домой.

Проехав несколько остановок в намертво забитом людьми автобусе, она вышла на своей остановке и поспешила сквозь парк к себе домой.

Рядом с ней резко остановилась затонированная машина, скрипнув по дороге черными покрышками.

Из нее вышел высокий, стройный мужчина в безупречном черном костюме. Внимательным ко всяким мелочам взглядом журналистка отметила несколько седеющих прядок в его темных волосах, которые были небрежно зачесаны на пробор вправо. Но, несмотря на это обстоятельство, в его глазах играл по-прежнему озорной, живой блеск деятельного и неугомонного человека.

Следом за ним из машины показалась невысокая девушка в изящном, темно-зеленом костюме с акцентной водолазкой апельсинового цвета под пиджаком. Рыжие волосы, слегка завивающиеся на концах, она аккуратно поправила небрежным, почти манерным движением, и они изящно рассыпались на ее плечах.

Красивая незнакомка направилась прямиком к ней, попутно снимая коричневые солнцезащитные очки.

Вот тут ей стало совершенно ясно, что эти люди пришли непосредственно к ней, правда, все еще было неясно, какая их при этом преследовала цель.

Но, похоже, импозантная загадочная девушка решила прояснить ей все непонятные детали, потому что, подойдя еще ближе, протянула руку для приветственного пожатия.

— Я Лилит. Вы, вероятно, вспомните Ричарда Брука? С кем я имею честь говорить, не напомните?

Китти отмерла и, пожимая протянутую ладонь, представилась:

— Китти Райт, журналистка. А кем вам приходится Ричард Брук?

— Это не так важно, мисс Райт. Я лишь хочу, чтобы вы немного помогли мне. Мне нужна скандальная статья о мистере Холмсе-младшем, а это ведь как раз по Вашей части, так?

Китти старательно подавила свое недовольство от сказанного и неопределенно кивнула.

— Ну вот и замечательно, — ее собеседница протянула ей сложенные десять купюр по сто долларов, — Здесь тысяча. Если напишете разгромную скандальную статью, получите столько же, а дальше посмотрим. Вот, если возникнут вопросы, — она небрежно протянула ей зажатую между пальцев визитную карточку, которую Китти заторможено приняла.

Когда машина скрылась за ближайшим поворотом, Китти Райт наконец пришла в себя и опустила так невероятно заработанную сумму в кошелек.

Скандал, как гром, разразился в Лондоне, заставив его гудеть, словно улей. Детектив был чуть ли не в опале, Лестрейд молчал, новых дел не поступало.

Шерлок, однако, был до невозмутимого спокоен, а Джона это выводило лишь сильнее, хотя он изо всех сил старался сохранять видимое спокойствие.

Шерлок же привычно меланхолил, пил кофе по шесть кружек в день, создавал хаос на каждом шагу и раздражал Джона даже тем, что дышал невпопад его мыслям.

Когда детектив, весь день пробегавший по городу в поисках улик по делу о Мориарти, уже подходил к выходу из метрополитена, в переходе его чуть не сбил с ног какой-то парень, видимо, куда-то ужасно спешащий.

Детектив уже было развернулся, чтобы высказать все свое недовольство, но незнакомца и след простыл.

Только на бетонном полу рядом с носком ботинка Шерлока белело нечто, очень напоминающее визитную карточку. Он наклонился и взял ее в руки.

На плотной белой бумаге аккуратным, изящным почерком было выведено:

Соскучился?

Бартс, 11, завтра.

Шерлок только поджал губы и со злостью смял визитку.