Псевдореальность (джен)

— Джерри, я понимаю, что вчера ты ударился головой. Но пора бы уже прийти в себя, не думаешь? Прекрати валять дурака и покажи класс, как ты умеешь.

В этот момент Гриша понял, что они по-настоящему влипли. Дейв ничего не боялся не только потому, что он бесстрашен (или пытается таковым казаться, если верить Валери), а ещё и потому, что рядом с ним всегда был ещё более бесстрашный Джерри. Сейчас рядом с ним унылый задрот из другого мира.

— Конечно. Я… всех… победю? — Гриша вытащил палочку. Ну хоть рука не дрожала, и на том спасибо.

Какие заклинания в игре использовались? Флиппендо? Нет, Флиппендо в первой игре было боевым, во второй оно используется для толкания предметов… Какое было боевым во второй? А, точно, Риктусемпра! Он находил это странным, ведь согласно книжному канону Риктусемпра — заклинание щекотки.

— Риктусемпра!

Разумеется, он промазал. Он стал волшебником сегодня утром, а его уже просят бить по движущимся целям. Но кое-чего он добился — краб остановился, припал к полу и выпятил зад. Из игры Гриша помнил: огненные крабы стреляют из задницы.

— Он сейчас… — начал Дейв.

— Риктусемпра! — завопил Гриша. Красный луч ударил в задравшего зад краба, отрикошетил от алмазного панциря, но всё равно подействовал: краб передумал стрелять и мелко-мелко задрожал.

— Заклинание щекотки? Креативно. Давай на ту сторону, скорее! — поторопил Дейв.

Они пересекли помещение. Следующий зал был в три раза больше. Под потолком висели металлические платформы. По каменному полу ползали две оранжевые улитки. Каждая была размером с футбольный мяч. Каждая оставляла позади себя длинный, склизкий след из тошнотворно оранжевой ядовитой слизи. Джерри прислонился спиной к стене, чтобы перевести дух. Он вспотел и перепугался. Дейв, наоборот, взбодрился.

— Классный прикол с заклинанием щекотки! Признавайся: ты же нарочно промазал сначала, да? Решил нам обоим нервишки потрепать? Ишь, каков озорник!

Позади раздался чей-то вопль: остальные ученики сунулись в комнату с крабом, уверенные, что Дейв и Джерри его уже обезвредили, в то время как они его всего лишь пощекотали.

Кто-то из них орал «Аква Эрупто! (заклинание воды) снова и снова. Кто-то из девчонок визжал от ужаса высоким голосом. Симфония Моцарта, как есть. Гриша не смотрел назад, но мог предположить, что там происходит. Первый чел попал под удар. Второй чел пытался потушить первого Эруптой. Первый чел, наверное, бегал по кругу, обезумев от боли, из-за чего второй не мог в него попасть. А девчонка, скорее всего, просто перепугалось и находится пока вне опасности. Потерпевший продолжал орать. Спустя полминуты к хору присоединился и второй чел.

Уверенности в себе все эти визги не прибавляли.

Гриша постарался взять себя в руки. Усилием воли отлип от стены: пора быть бесстрашным сукиным сыном.

— Нам бы лучше поторопиться. Не хочется, чтобы они нас догнали. Они не будут нам рады, — заметил он.

— Я понял твой хитрый план. Они хотели нас использовать, чтобы мы им дорогу расчистили, а ты их подставил с тем крабом! Олухи решили, что мы с ним уже покончили! Молодчага! Узнаю своего друга!

Как удачно он перепутал заклинание… И всё же не помешает знать, какое тут боевое заклинание. Его называли на уроке, причём несколько раз. Что-то на «с»... Суп-вайфай? Нет, не то. Чёрт, надо же быть таким ТУПЫМ! Ну почему не Риктусемпра, как в играх? Зачем смешивать каноны? Создатель этой реальности — идиот!

В настоящей игре на платформах находились звёзды — в конце уровня собранные звёзды обменивались на факультетские баллы. Игрок попадал на платформы, используя деревянные блоки как ступеньки лестницы. Здесь же не было ни блоков, ни звёзд. Зачем тогда здесь висят эти платформы? Для красоты? Тут геймплея вообще нет? Видимо, нет.

Медленно, с палочками наготове, Дейв и Джерри подобрались к улиткам. Одна из них остановилась. Мгновение спустя она мчалась как торпеда в их направлении. Гриша знал из игры, что так будет, а для его друга Дейва это стало неожиданностью. Его глаза расширились, он сделал шаг назад, выставил перед собой палочку. Но почему-то медлил. Почему? Привык, что Джерри играет первую скрипку? Вторая улитка застыла, задумчиво шевеля рожками. Надо было действовать немедленно. Гриша направил палочку на первую улитку, которая уже покрыла две трети расстояния до Дейва.

— Риктусемпра! — красный луч ударил в пол перед улиткой. Улитка остановилась, раздумывая, а надо ли ей всё это. Тем временем, её подруга собралась с мыслями и пошла в атаку. Думали улитки медленно, а перемещались молниеносно.

— Разберись со второй! — крикнул Гриша приятелю. Дейв метнулся ко второй улитке. Гриша чувствовал прилив адреналина, кровь стучала в висках. — Риктусемпра! Сука… Риктусемпра!

Улитка шлёпнулась на бок у мысков Гришиных ботинок, забилась в конвульсиях. Сквозь штанину Гриша ощутил жжение. На него попали микроскопические частицы ядовитой слизи. Не хотелось представлять, что было бы, промажь он и в третий раз.

Дейв за это время прикончил вторую улитку и возвращался к другу. Плюсы: Дейв не видел, как его друг промазал во второй раз. Минусы: Гриша не слышал, как Дейв произносил боевое заклинание.

— Подпустил её к себе, и лишь потом прикончил? Ты в своём ре… — Дейв заметил, как улитка дёрнулась. — Она в сознании? Ты и эту решил приберечь для наших друзей? Какой ты жестокий! А я тоже свою Риктусемпрой уделал, прикинь? Чисто по приколу! Работает же! — Лицо Дейва вдруг озарилось. — А давай и дальше так будем? До конца испытания? А? Пятьдесят очков получим! И ещё тридцать, если придём первыми! Эти олухи оказали нам услугу, когда впереди себя отправили!

— Погоди, Дейв. Как мы получим пятьдесят? Профессор обещал их, если мы не будем привлекать внимание.

— А какая была точная формулировка, помнишь? — вкрадчиво поинтересовался Дейв и сам же себе ответил. — А я помню. Профессор Одли сказал, цитирую, «не применив ни одного боевого заклинания».

Теперь Гриша понял, что имел в виду его друг. И правда, если сказанное Одли трактовать буквально…

— А перед этим он говорил, чтобы мы не приближались и не провоцировали этих созданий.

— Сам виноват! Надо было точнее формулировать задание.

— Мне кажется, Риктусемпра считается за боевое.

— Пошли скорее! Олухи расправились с крабом, — перебил его Дейв.

Гриша оглянулся — около десяти человек, не побоявшихся выступить впереди остальных, уже вошли в зал и оценивали обстановку. Авангард. Самые сильные и смелые. А факультет какой, интересно? Гриша всмотрелся: мантии оторочены золотыми нитками. Гриффиндорцы, вестимо. Как предсказуемо.

Хотя Гриша и считал себя гриффиндорцем ещё до того, как попал в эту вселенную, он малодушно помышлял о том, чтобы вернуться под крыло толпы. Вместе со стадом оно как-то спокойнее. Нет, нельзя. Он же не Гриша, он — Джерри. Об этом нельзя забывать.

Дейв тянул его за рукав.

— Пошли, пока они нас не догнали! Лучше монстры, чем одноклассники!

— Они стоят на месте, — Гриша хотел хоть немного отдохнуть от пережитого ужаса. У него до сих пор кровь в висках стучала. Ещё бы миллиметр, и он испробовал бы на себе действие реанимирующих чар. А перед этим было бы очень больно.

— Тем более! Идём, пока они мнутся! И улитки тоже вот-вот очухаются, глянь!

Улитки всё ещё сотрясались от беззвучного смеха, но постепенно осознавали, что ничего смертельного с ними не сделали. Просто пока ещё обмозговывают, кого атаковать первым — Дейва с Джерри или новоприбывших.

Дейв и Джерри смело двинулись вперёд к маячившей в конце зала двери. Гриша, вошедший в образ, бесстрашно шагал впереди. Послышался неясный звук и сразу вслед за этим его друг Дейв рухнул ничком. Гриша, не понимая толком, что происходит, замер на месте. Прямо перед его носом, — в той точке, где он оказался бы, если бы сделал ещё хотя бы шаг, — воздух разрезала огненная комета. Инстинкты орали лечь на пол, но вот что делать потом? Вряд ли крабы следуют принципу «лежачего не бить» Гриша со всех ног бросился вперёд. По движущейся цели попасть тяжелее.

Уже у дверей, вне зоны обстрела (наверное), Гриша обернулся. Дейв лежал на полу без движения. На его раскинувшейся мантии как на погребальном кострище плясали языки пламени. Огненные кометы продолжали со свистом рассекать воздух. Реально не бьют лежачего, что ли? Или вслепую лупят? Походу, вслепую. Им же надо жопой повернуться, чтобы выстрелить.

Поодаль стояли десять гриффиндорцев — похоже, те уже разобрались с улитками. За спинами сильных и смелых скопились остальные ученики. Они не выглядели напуганными, так как уже имели возможность убедиться в действии реанимирующих чар, когда сражались с крабом в первой комнате. Про себя Гриша этого сказать не мог. Разумом он понимал, что его друг оживёт, а глаза и здравый смысл говорили обратное.

Дейв пришёл в себя. Заорал, скинул горящую мантию, вскакивая с пола. Повернулся, чтобы бежать. В этот момент в него ударили ещё две кометы: одна в плечо, вторая в грудь. Дейв снова очутился на полу.

Надо с этим что-то делать. Нехорошо как-то. Друг же всё-таки.

Крабы вели перекрёстный обстрел с двух сторон, каждый из своего загона, забранного решёткой. Ближе не подойти, опасно.

— Вингардиум Лавиоса!

У заклинания не было луча, из-за чего Джерри не мог определить, попал он или нет. Он ощутил исходящую из палочки невидимую энергию и мысленно сосредоточился на теле Дейва. Силы заклинания (или мастерства заклинателя?) хватало только на то, чтобы волочить тело Дейва по полу.

Оно и к лучшему. Пока Дейв «ехал» к двери, воздух над ним прорезало ещё несколько комет. Каждая огненная дуга покрывала ровно половину расстояния до другого загона с крабом. Ещё одна уязвимость врага: эти твари не умеют регулировать дальность и высоту залпов. Возьмём на заметку.

Гриффиндорцы не торопились обезвреживать крабов. Они смотрели на происходящее с любопытством как на шоу. На лицах застыли мстительные улыбки. Вот он, хвалёный гриффиндорский дух товарищества и взаимопомощи!

Последние метры очнувшийся Дейв проделал на своих ногах. Остатки пламени на нём потушило трением об пол, а ожоги затягивались мгновенно. Вингардиум Левиоса прекратило действие, как только Гриша ослабил ментальный контроль.

Для того, кто дважды за последние пять минут погиб мучительной смертью, Дейв держался неплохо. Немножко спал с лица.

— Проклятые твари! — злобно выплюнул он. — Ты чё стоишь?? Не тормози, блин!!

Он протолкнул друга в дверь и сам протолкнулся следом. Они вывалились из дверного проёма как два мешка с картошкой.

Гриша поднялся и отряхнулся. Облегчение сменилось новой тревогой, когда он увидел маленького, бледнокожего, лысого человечка у подножия каменной лестницы. Тут же рядом зияла нора, из которой тот вылез. Нора была проделана прямо в стене.

Человечек всеми фибрами души излучал безудержное счастье. Он прыгал и бегал кругами, издавая звуки, похожие на «йей» и «йуху».

Дейв и Джерри произнесли заклинание щекотки одновременно. Оба луча попали в цель. Спасибо близкому расстоянию, и тому, что человечек в этот миг как раз остановился.

Жаль, это оказалось бессмысленно. Глобальных изменений с человечком не произошло: он всё также вёл себя как счастливый дурачок, страдающий СДВГ. Заклинание щекотки попросту сделало его ещё счастливее.

— Что будем делать? — спросил Гриша.

— Дай подумать: защекотать его не выйдет. Ступефаем бить жалко. Попробуй…

Но договорить Дейв не успел. Описав очередной круг, человечек шустро засеменил в их направлении. Так шустро, что среагировать никто не успел.

— Аааа, — закричал Гриша, когда человечек впился зубами ему в ногу.

Дейв пришёл на помощь. Он от души пнул гнома ногой. Откатившись, тот сел на полу и стал с недоумением озираться, словно не понимал, где находится.

— Твою мать! — Гриша плотно сжал зубы. От боли на глаза навернулись слёзы.

— Терпи, терпилу бог бережёт, — подбодрил Дейв, помогая другу взбираться по лестнице.

— Чё? — не врубился Гриша.

— Говорю, терпение и труд один раз отрежь, а на седьмой… Чё ты пристал? Не помню я!

Интересно… Дейв знает русские поговорки. Это часть перевода игры?

Они преодолели первый пролёт лестницы. Дейв поддерживал хромающего Джерри.

— Почему я не исцеляюсь?

— Нет угрозы для жизни.

— Супер. В тебя три огненных шара попало, и на тебе ни царапины. А меня гномик в ножку укусил, и я калека! Просто супер!

— Ну хочешь, башку тебе сверну? Тогда чары активируются.

— Ты очень добр, но я, пожалуй, пас… ай, помедленее!

Они, наконец, добрались до вершины лестницы. Грише показалось, что прошла вечность. За лестничной площадкой начинался коридор с деревянным настилом вместо пола. Справа и слева — закрытые деревянными заслонками загоны. Впереди — дверь; недалеко, рукой подать.

Память Гриши на этот раз не подвела. Наверное, дело в том, что подобных ловушек в игре было не одна штука, вот и запомнилось. Они ступят на доски, и заслонки откроются. Даже сейчас, если прислушаться, из-за стенок доносилось урчание крабов, почуявших присутствие двух мерзких людишек, подлежащих уничтожению.

— Стой, это ловушка, — предупредил Гриша, хотя Дейв и так не двигался.

— Знаю. Я их слышу. Так себе ловушка.

Гриша решил проявить инициативу. Он же Джерри, в конце-то концов. А что сделал бы Джерри? Судя по словам Дейва, в духе Джерри было играться с огнём, нарочно промахиваясь. Гриша попытался вспомнить крутых плохишей из боевиков, для кого опасность — это игра. Первым на ум пришёл Джай из «Месть и закон». Точно, надо кинуть монетку! Орёл — Джерри пойдёт первым. Решка — Дейв пойдёт первым. Плевать на больную ногу. Джерри было бы плевать.

Он вытащил из кармана завалявшийся пятак. Дейв нежданно-негаданно ударил его снизу по руке. Пятак звякнул о камень у них под ногами, отскочил и приземлился на деревянный настил. Ловушка активировалась: мгновенно испарились заслонки на загонах. Крабы показали наружу свои злобные черепашьи морды.

Гриша подался назад, увлекая за собой друга. Отступить успели едва-едва. Крабы немедленно принялись палить с энтузиазмом конченых психопатов.

— Ты какого хрена творишь? — вскинулся Гриша. До сих пор у него создавалась впечатление, что из них двоих Джерри — главный, а Дейв следует его примеру. Или он ошибся?

— Смотри, они сейчас перестреляют друг друга! — хохотнул Дейв.

Спустя минуту непрерывной жопной пальбы, краб справа подбил краба слева. Удар, шлепок — краб перевернулся вверх тормашками. Выкуси. Будешь знать, как зубы на пацанов скалить. Осталось разобраться ещё с одним.

— План сработал наполовину, — подвёл итоги Дейв. — Ну ладно, сойдёт и так. Погнали! Как говорится, в жбан или пропан!

Он рванулся вперёд. Гриша схватил его за плечо.

— Подожди, ненормальный. У меня есть идея.

Дейв умерил героический пыл.

— Ладно, давай свою идею. Давай, говорю, идею. Чего молчишь?

Господи, этот тип вообще когда-нибудь затыкается?

— Тише! — Гриша поднял палец вверх и нахмурился, вслушиваясь.

Дейв ждал. На его лице читалось нетерпение.

— Интервалы между залпами одна секунда, но через каждые пять залпов он берёт паузу, чтобы перезарядиться, — сообщил Гриша результаты наблюдений.

— Ты же ранен. Ты не можешь бегать.

Гриша опустил глаза на свою порванную штанину. Боль накатывала волнами.

— Здесь бежать всего ничего. Справлюсь.

— Слабоумие и отвага, — расплылся в улыбке Дейв. — Наш новый девиз!

Может сказать ему, что это не комплимент? Нет, лучше потом.

Улучив нужный момент, Дейв и Джерри бросились вперёд. Гриша умудрился даже с больной ногой обогнать своего приятеля. Он определённо входил в роль.

На другой стороне ждал сюрприз — ещё одно маленькое помещение с двумя улитками. Гриша чуть было не повернул назад.

— Бежим-бежим-бежим! — подтолкнул его Дейв.

Твари не успели на них отреагировать. В живые торпеды они превращались только когда принимали решение атаковать, а чтобы решиться им требовалось, как минимум, секунд десять.

Следующая комната по величине не уступала залу с платформами. Она пустовала.

— Предышка, наконец то! — Дейв повалился на каменный пол, будто на мягкий диван. Гриша дохромал до уступа и сел на него. Боль в ноге усугубилась, но радость победы была сильнее.

Только сейчас Гриша как следует осмотрел помещение. Выход располагался под потолком. Чтобы добраться до него, они должны были каким-то образом преодолеть отвесную стену. Задачка будет не из лёгких. Но лучше пусть отвесная стена, чем какая-нибудь ползающая ублюдина.

Впрочем, ползающая ублюдина всё-таки была. После повторного осмотра Гриша заметил краба, лежащего в дальнем углу вверх тормашками. Краб не шевелился.

Как это так? Он увидел их двоих и сразу самоубился? Молодчага, если так.

— Эй, Дейв! — позвал Гриша.

— Отстань, я медитирую!

— Мы точно тут первые?

— Почему ты спрашиваешь?

Дейв приподнялся на полу, завертел головой. Заметил краба.

— Может он споткнулся обо что-то? — предположил Дейв тоном человека, который несёт чушь и сам понимает это.

Гриша собирался сказать: «Ты порешь какую-то чушь, Дейв». Открыл уже рот и вдруг почувствовал, как лёгкий ветерок приподнял на затылке волосы. Кто-то дышал ему в затылок!

Сердце едва не выскочило из груди. Забыв про всякую боль, Гриша резко крутанулся на месте.

В лохматом, грузном чудовище он узнал Валери. Девушка смеялась. То есть, ухала.

— Валери! — воскликнул подбежавший Дейв. Гриша встал. Валери спрыгнула с уступа.

— Как ты… — Дейв от удивления не находил слов.

— Как ты оказалась впереди всех? — сформулировал вместо него Гриша.

— Магия, — самодовольно ответила Валери. Она внимательно осмотрела Гришу. — Тебе досталось, я смотрю.

Дейв поглядел на свою ногу. Подсохшая было корка треснула, рана снова кровоточила. Тёплые струйки стекали в ботинок.

— Царапина, — отмахнулся он.

— Ну-ну, — скептически произнесла Валери. Затем достала палочку, присела и направила её на рану. Она произнесла шёпотом какое-то заклинание. Рана неохотно затянулась.

— Как новенький, — резюмировала Валери, убирая палочку.

— Спасибо.

— Валери, я серьёзно, как ты… — Дейв поднял и опустил руки, выражая свою растерянность.

Валери бросила на него презрительный взгляд.

— Не скажу. Мучайся.

— Гадина, — пробубнил Дейв, насупившись.

Гриша повернулся в направлении, откуда пришла Валери: в тени факела, если прищуриться, можно было разглядеть неприметную дверцу.

— Она нашла второй вход, смотри, — Гриша указал Дейву на дверь.

— В зале с платформами была ещё одна дверь, она вела на обходной путь, — выложила Валери. Видимо, ей самой хотелось поделиться. Её тусклые глаза устремились туда, откуда пришли Дейв и Джерри. Сейчас оттуда доносились голоса. Те, кто следовал за ними, стойко сражались со всеми тварями, которых Дейв и Джерри оставили в целости и сохранности, не считая того краба, что огрёб от собственного приятеля.

— Они вас ненавидят, — сказала Валери. Без участия в голосе. Просто как факт: солнце встаёт на востоке, небо голубое, трава зелёная, они вас ненавидят.

— Даже не знаю, что хуже, монстры или одноклассники, — вздохнул Дейв.

— Не будем медлить, — сказал Гриша и захромал к отвесной стене на другом краю помещения. Ему больше не требовалось время, чтобы прийти в себя. Безумие становилось для него нормой вещей.

Он был уверен, что Дейв или Валери вспомнят нужное заклинание. Они же волшебники.

Друзья его подвели. Скалолазанию в Хогвартсе не обучали. Мётл у них с собой не было. Чары левитации, если таковые существовали, не изучались на втором курсе. Была ещё Вингардиум Левиоса, вот только она с трудом поднимала в воздух крупные предметы, людей, например. Увы и ах. Все трое сгрудились возле стены, взирая с тоской на лаз под потолком, и подавленно молчали.

К ним очень скоро присоединились остальные. Как и предполагал Гриша, все проблемы решал «авангард», состоящий в основном из гриффиндорцев. Элитные бойцы Гриффиндора скучковались возле стены и обсуждали варианты дальнейших действий, пока рядовые были предоставлены сами себе. Их было уже не толпа как в начале, ряды заметно поредели.

Валери вступилась за Дейва и Джерри перед толпой, наврав, что они оба были тяжело ранены и мучились перед тем, как она их исцелила. Толпа согласилась, что «эти придурки» получили по заслугам, а два раза за одно и то же преступление не наказывают.

Из разговоров Дейв узнал, что часть испытуемых отправились своими путями по примеру Валери. Как выяснилось после расспросов, дорог существовало больше одной, но все они были замаскированы, чтобы не бросались в глаза. Два боковых выхода имелись в комнате с платформами (одним из них воспользовалась Валери), ещё один — за лестницей, у подножия которой веселился гномик. Один секретный ход обнаружился в ловушке с крабами, в загоне одного из них. Таким образом, итоговое число учеников, решивших идти основной дорогой, поубавилось. Остальные разбрелись кто куда. Сейчас в зале скопилось от силы двадцать человек.

Среди них Гриша узнал рыжего пацана по кличке Лис, встреченного им утром в туалете. Увидев его, Гриша решил кое-что спросить. Он не мог задавать вопросы своим друзьям, потому что опасался случайно задать вопрос, ответ на который Джерри уже знает. По-хорошему, никого нельзя ни о чём спрашивать, не рискуя при этом вызвать подозрения, но любопытство перевесило.

— Слушай, Лис, — поравнявшись с парнем, произнёс Гриша. Он повертел головой, убедившись, что другие их разговор не услышат. — Спросить у тебя кое-что хочу.

— Да, Джерри? — настороженно отозвался Лис. Судя по реакции окружающих на Гришу, Джерри был не самой любезной личностью.

— Ты утром в туалете сказал, что Испытания делают похожими на реальность, чтобы мы боялись, но всерьёз тут пострадать никто не может. Так ты сказал, верно?

— Да, я так сказал. И? — с вызовом ответил Лис. Он будто ожидал, что его сейчас начнут бить.

— Что ты имел в виду? Что значит «похожими на реальность»? Встреченные нами чудовища были не настоящими?

Лис приосанился, польщённый тем, что знает больше других. На его лице также читались радость и облегчение, что Джерри подошёл к нему не с агрессивными намерениями.

— Нет, они были настоящими, но лишь в рамках иллюзорного мира. Я думаю, это иллюзия четвёртого типа. Точно я не уверен, конечно. Но по всем признакам — она.

— И что такое иллюзия четвёртого типа? — неосторожно спросил Гриша. Бесит, когда ответ на вопрос вызывает ещё больше вопросов.

— Это проходят на старших курсах. Бывают иллюзии, которые, ну иллюзии, а бывают такие, которые… ээ, не совсем иллюзии.

— Спасибо, Лис. Мне стало намного понятнее.

— Правда?

— Нет, это сарказм.

— Окей. Давай присядем, — Лис указал на уступ, где уже сидели как птицы на карнизе с десяток человек. Таких террас тут было две, справа и слева. Валери и ещё четыре девчонки отправились их исследовать, нет ли ещё дверей и проходов. Несколько человек вернулись в предыдущую комнату, собираясь пройти через боковой ход. Самые упорные остались и ломали голову над тем, как достать до «вентиляции» (так Гриша мысленно прозвал лаз под потолком, хотя никакой вентиляции здесь, разумеется, не было). Никто не знал, какой путь тупиковый, какой делает круг, а какой ведёт к финишу, и стоит ли терять время на раздумья или лучше попытать счастье на другой дороге.

Усевшись на холодном камне на расстоянии от остальных, Лис и Гриша возобновили беседу.

— Это очень сложные чары. Их суть их в том, чтобы создать иллюзию, которая будет неотличима от реальности, а твоё тело будет находиться в беспамятстве. Это похоже на очень реалистичный сон.

Он говорит о симуляции. В их мире просто нет такого слова. Но ведь их мир — сам по себе симуляция. Так сколько уровней у этой матрёшки?

— Выходит, что всё нереально? — спросил Джерри.

— Я бы так не сказал. Видишь ли, иллюзии первых трёх типов существуют на базе реальности. В качестве расширения к ней, надстройки. Они искажают или дополняют существующую реальность. Иллюзия четвёртого типа создаёт самостоятельную реальность, независимую, существующую по своим собственным законам. Когда мы пригубили то зелье, мы все погрузились в сон. И сами не заметили этого.

Произнося это, Лис говорил тихо и загадочно, как шаман. Но закончив объяснять суть, тут же снова стал прежним беспечным мальчишкой и добавил уже обычным тоном:

— Вообще я не знаю, чувак. Это мои домыслы. Может я и ошибаюсь. В любом случае, они хотят, чтобы мы верили, будто всё по-настоящему.

— Если ты прав, то нам ничего не угрожает? Даже если кого-то разорвут на части?

Гриша спохватился — он забыл, что Джерри должен быть храбрым. К счастью, Лис не обратил внимания на нотки надежды в его голосе.

— Выходит, что так. До сих пор же никто не умер. Помнишь, в прошлом году мы проходили Испытание Инсендио? Большинство растений безопасны, но были и среди них и такие, что запросто могут оттяпать голову неосторожному зеваке. Мне сложно поверить, что за много лет этого ни разу не случилось.

— Логично. А что насчёт этого Испытания? На нём тоже никто никогда не умирал?

Лис повернулся к нему, подняв брови.

— Испытание Ступефай проходит впервые. Одли говорил об этом неоднократно. И другие учителя тоже. Джерри, ты с луны свалился?

Гриша прикусил язык. Он слишком расслабился, забыл об осторожности. Это одна из тех ситуаций, которых он старался избегать.

— Ну да, ну да, — пробормотал он будничным тоном, отводя взгляд, сосредоточившись на своих руках, лежащих на коленях. Попытался изобразить рассеянность.

— Ей богу, Джерри, слушай хоть иногда на уроках, — Лис укоризненно покачал головой.

— Джерри! Вот ты где! — к ним подскочил Дейв. Его глаза горели лихорадочным огнём. Впрочем, как всегда.

— Вы придумали, как победить стену? — поднял глаза Гриша.

— Они не хотят меня слушать! Считают, что нужно использовать заклинание Спанджифай, представляешь? Спанджифай! Это то, которое подбрасывает тебя как катапульту. Мы руки-ноги переломаем, а самые везучие шею свернут!

— Но мы же его ещё не проходили, — заметил Лис.

— Вот именно. Русалка говорит, что знает его. Никто не знает, а она знает. Умная самая что ли? Я ей не доверяю. Это заклинание из тех, что не прощают ошибки, — протараторил Дейв.

— А ты сам что предлагаешь? — вяло, без особого интереса спросил Лис.

— Я предлагаю объединить силы и разнести тут всё к ядрёной фени. Стены, потолок, вообще всё, — предложил Дейв с маниакальным блеском в глазах.

Молчание Лиса и Гриши было красноречивее слов.

— Хорошо, признаюсь, это тоже не самый безопасный вариант. И всё же лучше чем довериться дурынде с синими волосами!

— Дурынде?! Эй, ты вообще-то про мою девушку говоришь, — возмутился подошедший парень, которого Гриша ещё вчера шутливо прозвал мистер Бомж. Его настоящее имя или прозвище Гриша не знал.

Парень, конечно, бомжом не являлся. Просто он был неряшлив: туфли замызганы, мантия не по размеру, штаны порваны в нескольких местах.

Дейв обернулся. Посмотрел на обидчика с вызовом.

— Что ты там вякнул, Дырявый? Я не расслышал.

— Она дело предлагает. А ты просто языком мелешь. Такой бред несёшь, самому не стыдно?

— Мы ещё не проходили Спанджифай! Она что, самая умная? Без учителя взяла и освоила новое, опасное заклинание?

— Она точно умнее тебя и Джерри.

— А вот и неправда! Джерри очень умный! Давеча я хотел напролом переть, а Джерри говорит: «Погоди секундочку, Дейв. Тут надо с умом. Они делают паузу каждые пять залпов. Смекаешь, Дейви? Так он мне говорит».

Гриша приосанился, засунул большие пальцы рук за пряжку штанов как ковбой из американских фильмов. Вальяжно встал рядом с другом.

— Дейв тоже очень умный. Я хотел монетку кинуть. Орёл — я иду первым. Решка — он идёт первым. А он лучше придумал — он эту монетку кинул на настил, чтобы ловушка активировалась, и крабы начали палить друг в друга.

— Спасибо, Джерри! — расцвёл Дейв.

— Кукушка хвалит петуха, — пробубнил Мистер Бомж, отворачиваясь.

— Подождите, я не поняла. Драки не будет что ли? — разочарованно протянула Валери, успевшая вернуться из вылазки.

— Так ты поэтому монетку достал? — спросил Дейв, когда Бомж ушёл.

— А ты думал, у меня та же идея возникла, что и у тебя? Нет, Дейв, я не настолько умный.

— Да брось, ты тоже умняга, — Дейв взъерошил Гришины волосы. Гриша зарделся.

К ним подошла синевласая Крэддок по кличке Русалка с двумя подхалимками. На лице — снисходительная ухмылка. Эдакий Драко Малфой, если бы он был умным. Смесь Гермионы и Драко, если точнее.

— Хватит терять время. Если у вас нет идей получше…

Валери прокашлялась, напоминая о себе. Ещё четыре девчонки толкались рядом с важным видом. Раньше Гриша их вместе не видел. Кажется, они подружились полчаса назад. Их гордый вид говорил о том, что они что-то обнаружили.

— Горло болит? — осведомилась Крэддок.

Валери проигнорировала колкость.

— Когда я сюда, пришла, оба краба валялись без движения. Кто-то побывал здесь раньше нас. И он как-то прошёл. Здесь должен быть какой-нибудь рычаг, давайте лучше ещё раз все вместе…

Русалка показушно, шумно вздохнула, демонстрируя, с какими идиотами приходится иметь дело.

— Будь тут рычаг, мы бы его обнаружили. У тебя есть КОНКРЕТНЫЕ предложения? У меня — есть! Я — единственная, у кого они есть! Дейв не в счёт.

Пока Валери пыталась просверлить в Русалке дырку взглядом, к ним подошла ещё одна группа, тот самый авангард, самые сильные и смелые.

— Не единственная, — сказал парень с разорванной рубашкой и ожогом на правой щеке. Гриша видел его в комнате с платформами в числе передовиков. Какой у него мужественный у него вид, прям как у Невилла в седьмом фильме.

— Мы с ребятами обследовали помещение. Наверху, вон в том углу, — псевдо-Невилл указал на самый тёмный и мрачный угол, куда не доставал свет факелов — мы обнаружили плиту с изображением краба. — Мы попросили жирдяя на неё встать, чисто по приколу, посмотреть, а что будет…

— Неправда, я сам вызвался, потому что я самый храбрый! — возмутился стоящий рядом жирдяй.

— Да-да, мы знаем, Бен. Ты умница. Так вот, плита что-то активировала. Судя по звуку.

— И? — всплеснула руками Русалка. — Что это было?

— Мы не знаем. Но мы предполагаем. Нет, мы уверены, что есть ещё одна плита.

— Почему вы так уверены?

Тут слово взяла девушка. Та, кого учитель назвал мисс Чадбёрн. Она ещё возмущалась, почему они не должны использовать боевые заклинания. Она тоже была в числе «сильных и смелых», как их окрестил Гриша.

— Мы нашли второго краба, и он это,.. Мёртв. Ну вот. Как тот, первый. И ещё это… Мы думаем, это значит… — Она потеряла мысль. Снова нашла. — Есть ещё одна плита. Ну вот. У нашего Робина есть теория…

— Мы думаем, плиты нужны, чтобы класть на них крабов, — закончил за неё Робин. — Два краба, две плиты. Нужно активировать обе. Тогда что-то будет.

— Гениально. Плиты с изображениями крабов нужны чтобы класть на них крабов. Сколько времени тебе понадобилась, чтобы догадаться? — едко прокомментировала Русалка.

— Слышь, хлеборезку прикрой, ты задолбала всех, — вспылил чёрноволосый, кудрявый парень из авангарда, которого Гриша раньше не встречал.

Тут уже вскинулся Бомж.

— Слышь, сам прикрой. Это моя девушка!

Русалка опять показушно вздохнула. Покачала головой.

— Делайте что хотите. Я предложила быстрый и действенный способ. И что с того, что опасный? Мы же бессмертные! Алё!

Она повернулась к Бомжу.

— Мне просто было скучно, и я играла с тобой. Ты не думал об этом?

— Значит, решено! — вынес вердикт Робин. — На одну плиту мы уже водрузили краба. Сейчас пойдём искать вторую. Кто хочет, идёт с нами. Кто хочет, пусть убивается Спанджифаем.

После этой речи команда Робина, состоящая из самого Робина, мисс Чадбёрн, Бена и вспыльчивого кудряша ушла на поиски загадочной второй плиты, пока существовавшей лишь в теории.

Крэддок с двумя её подружками вернулась к своей группе.

Бомж был настолько шокирован, что не находил слов. Он простирал руки вслед Русалке в немой мольбе. Дейв сочувственно похлопал его по плечу.

— Не переживай. Найдёшь себе другую пассию. С зелёными волосами. Или оранжевыми.

Было сложно определить, говорит Дейв всерьёз или издевается. Возможно, в этой любовной драме всё было немного понарошку. Слишком уж отдавала она фарсом. Дети, играющие во взрослых, играющих в любовь.

— Мы знаем, где вторая плита, — как бы невзначай обронила Валери.

— А фиг ли вы молчали? — вылупился на них Дейв.

Девчонки захихикали.

— По приколу, — ответила Валери.

— Пускай сами найдут. Им же надо чувствовать себя крутыми, — объяснила одна из девчонок. Грин, кажется. Единственная когтевранка из новых подружек Валери.