От ненависти до любви лишь один выстрел (гет)

У мамы, темно-серой кошки, собралась целая копошащаяся кучка малышей. Они толкались лапками, расчищая себе путь к еде, каждый стремился первым добраться до материнского тепла. Среди них было много, очень много крошечных котят.

В этот момент дети, завороженно глядя сквозь витрину, радостно перешептывались. Но их внимание не привлек один маленький, светло-серый котенок. Он был единственным, кто не спешил к маме. Стоя у стекла, он смотрел на улицу. Его желтый взгляд скользил по прохожим, от машины к машине, словно измеряя асфальт.

Если бы кто-то присмотрелся, то заметил бы, как котенок ритмично перебирает лапками, будто под какую-то неведомую музыку. Что-то похожее на "We Will Rock You". Левой, правой, и хвост в такт. Левой, правой, и хвост. Если бы коты умели петь, он бы наверняка процитировал что-нибудь на английском. Но ведь коты не умеют говорить, правда?

Он всегда подходил к матери последним, и ему часто не доставалось молока, поэтому его приходилось кормить из бутылочки. Он был самым маленьким, самым хилым и неказистым из всех. Почти не издавал звуков.

А самое странное — он почти всегда смотрел на улицу, словно что-то неудержимо влекло его туда. Он внимательно разглядывал асфальт и ближайшие магазины... Работники питомника шутили, что он разрабатывает план побега.

* * *

Взрыв раздался внезапно. Стекло разлетелось на тысячи осколков. Все спали — в питомнике был только охранник. Он погиб: один из осколков пробил ему сердце. Кошка с детёнышами оказались погребены под завалами из стекла и камней.

Тяжелые шаги прорезали тишину — в помещение вошла темная фигура, словно из фильма. Взгляд незнакомца упал на маленькое, серое существо, дрожащее и истекающее кровью. Он пригнулся, внимательно рассматривая его.

— Какое оно безжизненное... почти не дышит, — прошептал он.

Подняв кроху на руки, незнакомец заметил рану на шее.

— Нет уж, так тебя я не оставлю, — тихо сказал он, поддев животное за воротник и продолжая путь дальше.

* * *

Кай сидел, застыв в одной точке, его маленькое тельце напряглось, а лапки неуверенно перебирали воздух, словно пытаясь ухватиться за ускользающую реальность. Левая, потом правая, легкий, почти незаметный взмах пушистого хвоста, и снова этот бесконечный, унылый круг. Скука, густая и липкая, обволакивала его, лишая сил и желания. Рэя не было. Не с кем было разделить шаловливые игры, некого было дразнить до визга, не с кем было делиться своими кошачьими мыслями, которые роились в его маленькой головке. Рэй ушел, оставив после себя лишь пустую миску и этот гнетущий вакуум. И, как всегда, Рэй оказался прав. Кай перевел взгляд на кровать, под которой таился его недавний "подарок" — тухло пахнущий, желтоватый сюрприз, который требовал немедленного внимания. Но даже эта неприятная обязанность не могла вырвать его из плена меланхолии.

Он снова погрузился в свои мысли, в этот бесконечный лабиринт "если бы". Если бы он тогда, в тот роковой вечер, не испугался и не убежал, а пошел к маме... Если бы то злосчастное стекло не разлетелось на осколки, не оставив на его нежной шее этот уродливый, напоминающий о себе шрам... Тогда, возможно, все сложилось бы иначе. Тогда он не оказался бы в лапах "Призрака", не стал бы подопытным кроликом в его жутких экспериментах, не был бы отвергнут собственной стаей, не стал бы изгоем, обреченным на вечное одиночество.

Он был бы просто обычным котенком.