Хроники преодоления себя. Принц Каспиан (гет)

Как оказалось, нет ничего вкуснее рыбы, печёной в золе. С нею даже картошка, отдающая мылом, стала очень даже съедобной и вполне вкусной, но, несмотря на вкуснейшую еду, разговор никак не вязался. Как ни старались Люси и Сьюзен, все молчали. Гном постоянно ворчал, Питера это до жути бесило, Эдмунд выглядел виноватым и одновременно расстроенным, а Джинни мысленно пребывала где-то не в Нарнии. Рон подозрительно смотрел на неё, будто чего-то боялся. Он даже пару раз что-то шёпотом спрашивал у сестры, но та пресекала все его попытки ледяным взглядом и злыми, резкими словами.

— Хорошо, значит, вы короли и королевы, а вы-то кто? — ни с того ни с сего нарушил тишину гном.

— Это придворный маг лорд Рональд и его сестра леди Джиневра, — представил друзей Питер.

— То есть вы тоже не миф?

— Как видишь, — слабо улыбнулся Рон. — Мы такие же настоящие, как ваши короли и королевы.

— Тогда какого лешего вы не воспользовались магией, чтобы вытащить нас отсюда?

— Мы… — начал волшебник.

— Такого же лешего, какого вы отдали Нарнию на растерзание тельмаринам! — резко отозвалась Джинни. — Так вот, почему вы так легко сдались?

— А как вы думаете, сложно ли справиться с армией без предводителей? — вскипел гном. — Тем более, что даже Аслан нас бросил!

— Ну и что? — пожала плечами волшебница. — Я знала фавна, который не побоялся с одной дубинкой выступить против полусотни до зубов вооружённых тархистанцев, минотавра, созвавшего самою дружную, но при этом разномастную команду, и кентавра, обучившего трёх мальчишек всего за несколько дней владеть мечами так, будто они родились с оружием в руках! Так как же вышло, что этот великий народ сдался тельмаринам?!

— Мы не сдались! Мы боремся! — зло отозвался гном. — Мы собрали целую армию!

Джинни явно хотела что-то ещё добавить, но Рон успокаивающе сжал её ладонь. Волшебница буквально почувствовала, как злость медленно, но верно покидает её.

— Отлично, ты же приведёшь нас к ним? — оживился Питер, кажется, понимая, для чего их вырвали из Англии.

— Не знаю, стоит ли, — недобро глядя на Джинни, которая вдруг снова потухла, смотря на тлеющие угли, ответил гном.

— Стоит, — уверенно проговорила Люси.

— К тому же было бы неплохо ввести нас в суть дела, — заметил Питер. — Что сейчас вообще происходит в Нарнии?

* * *

Принц Каспиан спокойно спал, даже не подозревая, что над головой его уже кружит чёрный, как душа его опекуна, ворон. Не подозревал он и о том, что происходило сейчас в одной из комнат дворца, где уже несколько часов мучилась его тётушка. У лорда Мираза в эту самую минуту родился первый сын, и через пару мгновений он уже напомнит генералу Глазелю об одном маленьком обещании, которое он ему дал много лет назад. Но юный принц спал, видел прекрасные, неомрачённые злом и жестокими интригами сны о далёких странах, об опасных приключениях, о прекрасной королеве, недосягаемой мечте…

В это время по коридору, ведущему в спальню молодого человека, заскользила невысокая тень, облачённая в чёрную мантию, украшенную маленькими серебряными звёздочками. Эта тень, подозрительно озираясь, бесшумно проникла в комнату юного принца. Годрик, любимый сокол наследника, беспокойно курлыкнул с платяного шкафа.

— Ш-ш-ш-ш… — прошипела тень, заставляя птицу послушно затихнуть.

Продолжая скользить, едва касаясь пола, незнакомец подкрался к кровати принца Каспиана и отодвинул полог. Юноша сморщился от лунного света, попавшего на привлекательное, совсем мальчишеское лицо. Тень высунула руку из-под мантии и закрыла парню рот. Сначала юный принц начал отчаянно сопротивляться, вырываться, но, признав в незнакомце своего учителя, успокоился.

— Ещё немного, — сонно пробормотал Каспиан, переворачиваясь на другой бок.

— Мы не будем сегодня смотреть на звёзды, мой принц, — серьёзно проговорил наставник. — Быстрее! Надо спешить!

С этими словами миниатюрный мужчина, обладавший, впрочем, недюжинной силой, выволок опешившего юношу из кровати.

— В чём дело, учитель? — сонно щуря глаза и силясь понять, что происходит, поинтересовался Каспиан.

— Твоя тётя родила… — волоча парня к высокому платяному шкафу, прошептал наставник, — …сына!

Спросонья Каспиан даже не понял, что в этом такого. Тётя родила? Это же прекрасно! У него появился маленький племянник, с которым весело будет играть. «А как тётя себя чувствует?» — хотел поинтересоваться молодой человек, но не успел вопрос вылететь из его рта, как за дверью спальни послышались громкие шаги. Наставник уже скрылся в тайном ходе, расположенном за задней стенкой шкафа, а юный принц нырнул следом, оставляя себе щёлку, чтобы видеть, что же происходит в комнате.

В комнату между тем прокрался генерал Глазель, а за ним десяток вооружённых арбалетами солдат. Все они окружили кровать, где пару минут назад принц непринуждённо спал и видел прекрасные сны, и направили оружие прямо на его ложе! По лёгкому взмаху руки генерала все одновременно начали стрелять, пока под напором арбалетных болтов не разорвался полог, являя ночным гостям пустую постель.

Больше Каспиан оставаться был не намерен, он кинулся за учителем вниз по винтовой лестнице. В его голове не укладывалось: неужели дядя хотел его убить ради трона?! Но почему?! Он же его воспитывал, после смерти отца фактически принял его в свою семью! Почему он пытался его убить?!

Дальше всё было как в тумане. Учитель привёл юношу в оружейную, снарядил в дорогу, посадил на коня. Только сидя верхом на верном скакуне, принц окончательно проснулся.

— Быстрее скачи в лес!

— В лес? — удивлённо переспросил Каспиан.

— Они боятся лесов, — уверенно ответил наставник.

Каспиан только хотел признаться, что леса и его пугают, особенно ночью, но наставник уже отвлёкся, доставая что-то из-за пазухи.

— Я много лет его разыскивал, — передавая ученику бережно завёрнутый в бархат предмет, произнёс мужчина. — Используй только в крайней нужде!

— Увижу ли я тебя ещё? — взволнованно спросил юноша.

— Очень надеюсь, мой принц, — мягко, будто отвечал маленькому несмышлёному мальчику, заметил наставник. — Я ещё столько не успел тебе рассказать… — и, воровато обернувшись на замок, добавил: — Всё не так, как ты думаешь! Забудь всё, что тебе говорили!

В этот момент во внутренний двор хлынула толпа стражников, вооружённых до зубов. Каспиан мгновенно среагировал и, пришпорив коня, кинулся прочь из родного замка, прочь от привычной жизни. Ясно было одно: теперь всё никогда не станет по-прежнему…

За спиной сбегающего принца громыхал великолепный салют в честь новорождённого виновника его побега, а перед ним простирался дремучий тёмный лес, которым его пугали с самого детства.

— Сын! Сын! — слышалось со всех сторон.

Но Каспиана сейчас больше волновали топот копыт и лязг доспехов его преследователей. Забыв внушённые с детства суеверия и страхи, он мчал навстречу неизвестному, новому.

Юноша даже не заметил, что пересёк лес, умудрился перебраться через канал или реку, он не мог точно сказать. Точно он знал одно: ему надо бежать, бежать как можно скорее от тех, кто охранял его жизнь последние семнадцать лет, от тех, кто тайком от дяди водил его в город, кто учил его основам боя на мечах… Сейчас им был дан приказ избавиться от препятствия дяди на пути к трону, и они бы не пожалели. Не вспомнили бы, как скрашивали его, в общем-то, безрадостные будни, просто выполнили бы приказ. Безжалостно, неотвратимо…

У самой кромки леса его преследователи помедлили. Именно это дало юному принцу неплохую фору, благодаря этому минутному промедлению шансов догнать Каспиана у солдат почти не было. Несмотря на это, молодой человек постоянно оборачивался, проверяя, как далеко он ушёл от преследователей, и это сыграло с ним злую шутку. Принц не заметил нависающей над дорогой коряги. Он и вскрикнуть не успел, как оказался вышибленным из седла. Кроме того, его нога намертво застряла в стремени, и теперь юный принц мешком волочился за собственным скакуном, летящим вперёд. Больших усилий ему стоило вырвать ногу из плена, но на этом злоключения не закончились.

Не успел парень даже дыхание выровнять, как совсем рядом раздалось шуршание поспешных шагов, и перед ним возникли… быть не может… два гнома и барсук, передвигающийся на задних лапах!

— Он нас видел! — пробормотал чернобородый неприятный гном. — Мы должны его прикончить!

Второй гном, рыжий и плешивый, уже кинулся на Каспиана, занося меч. Но расправы в лице двух озлобленных, вооружённых гномов помогли избежать, как ни странно, его же собственные преследователи. Вовремя вылетевшие на поляну стражники мгновенно привлекли внимание сказочных существ, про принца они уже позабыли.

— Разберись с ним! — бросил рыжий плешивый гном, выбегая навстречу тельмаринским воинам.

Чернобородый гном уже почти подбежал к Каспиану, но юноша перевернулся и оказался как раз рядом с белоснежным рогом, выкатившимся из свёртка. «Только в крайней нужде», — раздался в голове голос наставника. Наверно, всё-таки гном, занёсший над его головой меч, и есть крайняя нужда, во всяком случае, до следующей крайней нужды он рисковал не дожить. Не думая ни о чём, принц Каспиан поднёс рог к губам и отчаянно в него подул. Что было потом, парень не смог бы вспомнить, всё закончилось темнотой и резкой болью в затылке.

* * *

— Что было дальше, не имею понятия — меня уволокли в тельмаринское логово, и Мираз наболтал совету, что это нарнийцы похитили мальчишку, а потом вы всё видели своими глазами, — на том гном закончил своё повествование. — Чапельники-курятники, не спи там или потопишь всех нас!

Эдмунд и правда так глубоко ушёл в свои горестные мысли, что не заметил, как чуть не посадил лодку на камни.

— Эд, давай я поведу, — отозвался Рон, забирая у короля весло.

— Угу, — мальчик устроился напротив рыжеволосого мага рядом с братом, тихо переговаривающимся с гномом.

Девочки устроились сзади. Люси уже вовсю посапывала на плече у Сьюзен, которая с тоской осматривала окружающую их картину, пленительно красивую, но непривычно тихую. Джинни положила голову на сложенные на борту руки и пустым взглядом смотрела в кристально-чистую воду. Эдмунд посмотрел на неё и быстро отвернулся.

— Рон, — тихо позвал темноволосый король.

— М-да?

— А что с ней такое? — как бы невзначай поинтересовался мальчик. — В этот раз она какая-то неживая, что ли. Не, это не моё дело, конечно, но всё же…

Рон хмыкнул. Так он и поверил, что Эду всё равно. Конечно, настолько безразлично, что аж с сиденья привстал и к магу наклонился, чтобы ни слова не пропустить.

— Ну, если тебе так интересно, — хитро сверкнув голубыми глазами, начал рассказ волшебник, — когда мы вернулись, она почти неделю не выходила из комнаты. Никто из братьев или родителей тоже туда попасть не мог. Когда же она, наконец, показалась, будто снова стала прежней — улыбчивой, весёлой, но в улыбках и смехе чувствовался привкус полыни. Со мной она не разговаривала, просто избегала. Обычно перед сном она часто приходила в мою комнату, и мы говорили до ночи… да, у меня гостил друг, но я ночами выбирался в гостиную, зажигал камин, ставил шоколад и ждал. А она не приходила.

— Так, может, она не знала, что ты её ждёшь? — живо отозвался юный король.

— Нет, — уверенно возразил Рон. — Она это точно знала. Дом у нас очень странно построен, но суть в том, что дым каминной трубы ей отлично виден, да и запахом её любимого горячего шоколада наполнялся весь дом, так что меня просто игнорировали. Потом мы отправились в школу, там уже я не мог за ней постоянно следить — учёба, сам понимаешь. Но я видел, что с Джинни что-то происходит. Она буквально не вылезала из библиотеки, просила близнецов помочь ей пробраться в запретную секцию, даже как-то к Перси обратилась, а с ним у неё всегда плохие отношения были. Но самое страшное — она постоянно писала в дневнике. Хотя обычно её не хватает и на два вечера, а тут она ежедневно писала в нём.

Эдмунд удивлённо посмотрел на рыжеволосого, но перебивать не стал. Если Рон так говорит, значит, у него есть все основания, но что в этом такого, король не понимал. Его сёстры всегда обожали вести дневники, записывали каждый вечер всё, что с ними происходило. Он думал, это для всех девчонок нормально.

— Не удивляйся, потом поймёшь, — коротко отозвался волшебник, видя, как брови друга взлетели, и продолжил: — Тем временем в школе начали происходить страшные вещи. Нечистокровные маги под воздействием неизвестных чар обращались в каменные изваяния.

— Так она…

— Нет, — отрезал Рон. — Поверь, лучше бы она камнем стала, клянусь. К концу года школа была в шаге от закрытия, и моя лучшая подруга оказалась жертвой очередного нападения. Мы с Гарри, моим школьным другом, были в отчаянии. И вот мы узнаём, что Джинни попала логово чудовища! Это, без преувеличения, самый страшный день в моей жизни. Тогда мы уже знали, что люди каменеют именно от взгляда василиска, живущего в Хогвартсе. К тому моменту, как мы смогли пробраться в комнату, она уже была там часов двенадцать, не меньше. Я к тому времени уже не надеялся увидеть её живой, но мы с Гарри всё же рискнули. Что было потом, я знаю только со слов друга. Он убил василиска, уничтожил дневник, чуть не убивший Джинни, и они выбрались.

Эдмунд не знал даже, что ему спросить. Кто такой василиск и чем ещё он, кроме взгляда, опасен? Что было в том страшном месте с Джинни? Как друг Рона умудрился её спасти? И, чёрт, как справиться с желанием прижать к себе эту рыжую девчонку, которую опасно вообще из рук выпускать? Она, кажется, везде найдёт куда влипнуть…

— Но это всё не самое страшное, — тихо, чтобы сестра, не дай Мерлин, не услышала, продолжил маг. — Все эти нападения… выпустила чудовище именно Джинни. Помнишь, я говорил, что она постоянно писала? Так вот, через дневник с ней общался тёмный маг и сосал из неё жизненные силы, заставляя делать страшные вещи.

— Какие?

— Это она заставляла чудовище нападать на учеников и выбирала жертв, среди которых была наша лучшая подруга, её сосед по парте и девушка нашего старшего брата, — Рон мельком взглянул на Джинни и продолжил: — Мы с Гарри её еле в чувство привели. Она всё время винила себя. Даже когда окаменевших спасли, лучше ей не стало. Родители из-за этого в срочном порядке повезли всех нас на отдых в Египет, но это тоже не помогло. Да, мама и папа были уверены, что всё уже в порядке, ведь для них Джинни улыбалась, но не для меня. Со мной она не стеснялась показать своё истинное состояние.

Эдмунд молчал, переваривая информацию. Да, возможно, Джинни пришлось даже хуже, чем ему. Но оставался один волновавший его вопрос.

— Какого чёрта вы тогда так ушли? — срывающимся голосом поинтересовался юный король.

— Я не знаю, Эд, — пожал плечами Рон. — Я могу только догадываться, почему Джинни так сорвалась. Мне она так ничего и не рассказала. Может быть, тебе больше повезёт?

— Это вряд ли… — тяжело отозвался мальчик.