Закалённые в пламени (джен)

Голова лейтенанта Роуза раскололась на две части, забрызгав кровью и мозгами китель Рузского. Премьер-майор не обратил на это никакого внимания, будучи больше озабоченным ходом боя. 20 корпус смог окапаться на небольшой территории, всего в десять километров. Штаб, наскоро вырытые склады и полевые госпиталя были смешаны и со стороны представляли большой врытый в землю городок с редкими палатками, в которых размещались операционные. Границы этого импровизированного городка очерчивали наскоро вырытые траншеи и окопы. На этом пяточке размещалось тридцать тысяч человек вместе с артиллерией, техникой и машинами снабжения. К ним стекались отстающие полки и на клочке земли становилось тесно. Несмотря на все старания солдат 20 корпуса расширить занимаемую территорию, успеха они не добились. Как и опасался майор Хейл, заслышав о появлении в тылу людей, орки не растерялись и контратаковали со всей свирепостью. В это же время отряды зеленокожих, шедших в Каваль, стали молотом, раз за разом обрушивающийся на 20 корпус. Надежда же Рузского на дивизию Лоудча себя не оправдала. Тот смог отбросить ксеносов к городу, но отбить его ему не удалось.

Капитан Аксман смотрел на изображение битвы на поверхности транслируемой со спутников и слушал голос магоса-домину Дане Нод о событиях на планете. Его рота могла и сама вести наблюдение за планетой, но раз сеть спутников была раскинута Нод, то он и оставил наблюдение за техножрецами Механикум.

— «Примерная численность орков достигает сорок-пятьдесят тысяч. Армия сил планетарной обороны примерно такая же. Однако орки превосходят защитников планеты в тяжёлой технике. Их орды пробили брешь и теперь занимаются её расширением. Для этого они используют шагоходы. Прочие виды техники следуют непрерывным потоком вглубь человеческой территории. Сейчас битва разгорается за местный город, захваченной орками. Исходя из анализа имеющихся данных, город был логистическим узлом, падение которого создало угрозу крушения части, а затем и всего фронта. Теперь город является тем рубежом, удержание которого позволит оркам выйти на оперативный простор».

— «Благодарю магос. Ваш Легио готов к высадке?».

— «В любой момент».

Аксман ещё раз просмотрел данные и принял решение.

— «Моя рота высадится на капсулах прямо на головы орков и уничтожит их в городе. Это позволит продемонстрировать нашу силу, а заодно и объединиться с местными СПО. Вы высаживайтесь вслед за нами, на окраине города. Как только мы перебьём орков в городе, выстроим новую линию обороны. Дальше будем действовать по обстоятельствам, но было бы неплохо восстановить положение».

Дана Нод кивнула и изображение исчезло. Аксман поднялся с кресла и проследовал в арсенал. По всему кораблю уже раздавались сирены боевой тревоги и космодесантники спешили к десантным капсулам. Различные сценарии высадки были разработаны заранее и были известны всему имперскому флоту. Оставалось только подать сигнал и вот он наконец-то прозвучал.

Фрегат «Плеяда» сошёл на низкую орбиту и выпустил над целью десантные капсулы. Наружный корпус раскалился до красна, когда капсулы на большой скорости вошли в плотные слои атмосферы. Внутри бронированного кокона из пластали и керамита находилось отделение космодесантников. Спуск на поверхность был так стремителен, что перепады давления, турбулентность и гравитация могли размолоть кости и превратить в труху органы обычного человека. Генетически улучшенные космодесантники, закованные в броню легко переносили эти опасности. Люди и орки не могли не заметить появление ревущих точек на небосклоне. На один долгий момент Лоудч и его свита застыли в ожидании чего-то. Орки же слишком увлечённые битвой не обратили особого внимания, пока не стало слишком поздно. Зажглись тормозные двигатели и капсулы приземлились в городе. Створки капсулы отстрелили замки и рухнули на землю. Из капсулы тут же выскочили Саламандры и обрушили огонь болтеров на орков. В отличии от винтовок местных защитников планеты, болтеры космодесантников насмерть разили орков с одного удара. Верные себе, основная масса орков билась за чертой города, отбивая самоотверженные атаки солдат Лоудча и Рузского. В самом городе осталась различная артиллерия, обслуживаемая гретчинами. Саламандры пронеслись по городу подобно вихрю, оставив после себя груды трупов и горящей техники. Космодесантники смогли быстро сориентироваться и собраться в единый кулак. Как только рота была в сборе, Аксман повёл своих братьев на соединение с силами СПО.

Лоудч наблюдал как солдаты в очередной раз поднялись в атаку. Всё поле боя было усеяно трупами, большая часть которых была одета в серые шинели. По железной дороге прибывали всё новые и новые батальоны пехоты и траншейной артиллерии. К его сожалению, полки самоходных орудий и тяжёлой артиллерии должны были добираться сами. Боеприпасы приходилось выгружать в ручную, силами прибывших вместе с ними частей. Но даже несмотря на все принятые меры и помощь 17 авиадивизии, постоянно бомбардирующую Каваль, город пока взять не удалось. Зеленокожие смогли доставить подкрепления на странных, но смертоносных машинах. На них были установлены тяжёлые пулемёты или ракетницы. Водители носились по полю боя, расстреливая пехоту и бронетехнику Союза. Сведённые в особые группы стрелки, вооружённые противотанковыми ружьями, охотились на эти лёгкие машины, но пока не добились заметных успехов. Внезапно обстановка моментально изменилась. Сначала с неба рухнули непонятные объекты. Лоудч сначала подумал о новых бомбах, однако он не смог вспомнить ничего похожего из книжек-памяток о новых вооружениях, поставленных в армию Союза. Потом с неба нырнули неизвестные типы самолётов. Они прошлись над позициями ксеносов и земля подними сотряслась от взрывов. Вслед за ними к земле опустились десантные корабли, увенчанные черепами. Их сопровождали летательные аппараты, как чуть позже догадался Лоудч, бывшие штурмовиками. Они принялись охотиться за любым транспортом, способным хоть как-то помешать высадке. Огневой мощи подмоги хватило для очищения место высадки и вскоре отсеки десантных кораблей начали покидать отряды бронированных гренадеров в красных мантиях.

Столь внезапное и эффектное появление неизвестных союзников ввергло солдат Союза в ступор. На их глазах то чего они добивались многие часы кровавой битвы, было достигнуто подавляющей огневой мощью чужаков в считанные минуты. Пока солдаты и офицеры неуверенно переглядывались, Лоудч уже успел телеграфировать Саррайлю о новом повороте судьбы. Разослав посыльных по батальонам с приказом отойди на исходные позиции, премьер-майор решил первым подойти к пришельцам и установить с ними контакт. С собой он взял отделение охраны и связиста сержанта Жерве Рауль. Как только они приблизились к охранению места высадки, к ним вышел один из гренадеров. Он отличался от остальных наличием гребня на шлеме. Лоудч прикинул в уме, что это мог быть один из младших офицеров, ответственный за безопасность зоны высадки до прибытия вышестоящего командования.

— «Премьер-майор Оррен Лоудч, командующий дивизией «Матодор», представляю Священную Лигу Независимых Государств»- представился Лоудч, как только оказался на расстоянии вытянутой руки от офицера союзников.

— «Трибун Альфа 17 Кайл. Легио Кибернетика, когорта «Лантан» под руководством магоса-доминус Даны Нод, в составе имперской оперативной группы «Плеяда» под общим командованием капитана Аксмана легиона Саламандр Адептус Астартес».

Лоудч опешил от такого обилия информации, но быстро подобрался и произнёс:

— «Так где и когда я могу встретиться с кем-нибудь из них?»

— «Капитан Аксман сейчас ведёт бой в городе».

Лоудч кивнул и ответил:

— «Я понял вас. До встречи».

Командующий отсалютовал и направился обратно. Весть о прибытии подкреплений из далёкого Империума немного выбило из колеи. Порабощение его страны ксеносами заставило верить, что принятие Согласия было ошибкой и что для далёкой Терры, они были всего лишь ещё одной недоразвитой планетой, судьбу которой можно было проигнорировать ради более великих целей. И вот они наконец-то прибыли,преодолев невообразимые космические пространства. Через пятнадцать минут мимо высаживающихся имперский войск в город проследовали свежие батальоны гренадер, возглавляемые самим премьер-майором, прибывшие на помощь дивизии «Матодор». Вместе с ними шествовали лёгкие броневики, чьи пулемёты могли остановить любую атакующую волну зелёной пехоты. Дивизия «Матодор» потеряла в кровопролитном штурме большую часть своего состава и перестала представлять эффективную боевую единицу, её существование продлевали вливания свежей крови в виде людей и техники.

Город Каваль, насчитывающий до захвата его орками сто тридцать тысяч домов, был наполовину разрушен. Больше всего пострадали кварталы в районе места высадки. Пилоты Астартес и Механикум, разрушили все строения в районе бомбардировки, обратив орков в пыль и пепел. Руины встретили пехотинцев Лоудча тошнотворным запахом жареного мяса. Но несмотря на увиденное опустошение, люди всё равно с опаской входили в город помня насколько живучи их враги. Лоудч шёл в передовом отряде и краем уха слышал перешёптывания окружающих его солдат. Позже, в разговоре с курфюстом Дитерихсом, он отмечал необычное воодушевление, окрылившее каждого солдата и офицера. На их лицах читалась надежда на скорое изгнание ксеносов, поработивших их Родину.

Взвод сержанта Родерика Литтла первым увидел воинов Астартес. Небольшое количество низкорослых зеленокожих бросилось им навстречу, но были быстро изрешечены. Пройдя до конца улицы они вышли на перекрёсток и увидели гигантов в доспехах тёмно-зелёного цвета. На их наплечниках красовалась эмблема головы неизвестного зверя. Гиганты бились с крупными ксеносами в рукопашной, используя цепные мечи. Размахивая различными грубо сделанными мечами и топорами, ксеносы смело сражались с неизвестными рыцарями, но проигрывали в искусстве фехтования. Гиганты успешно парировали удары и отвечали выпадами. Ксеносы замертво падали к их ногам, истекая кровью. Родерик с товарищами стояли разинув рты. Убить ксеноса было тяжело даже расстреливая в упор, не говоря уже о рукопашном бое. Сейчас же они увидели силу, способную не только на равных противостоять им, но и превосходила в искусстве боя. От внезапно раздавшегося воя на противоположной улице, Родерик вздрогнул. К месту схватки спешил другой отряд ксеносов. С их стороны не было сделано ни одного выстрела и Родерик заключил, что у ксеносов закончились патроны. Сбросив наваждение, он велел подчинённым рассредоточиться и открыть встречный огонь. Пехотинцы быстро рассыпались и вскинули винтовки, но поприветствовать захватчиков свинцом им не удалось. К моменту появлению новых ксеносов, гиганты уже расправились со своими оппонентами и как только первые звуки рёва дошли до их слуха, резко выхватили свои винтовки и точными очередями прервали атаку. Пули гигантов легко пробивали нательную броню ксеносов и прошивали их тела. Ксеносы падали и уже не поднимались. Через минуту всё было кончено и тогда гиганты обратили внимание на людей. Один из них безошибочно распознал Родерика как командира и направился к нему. Его же собратья, гиганты, выстроились так, чтобы контролировать перекрёсток. Гигант подошёл к сержанту и снял шлем. Голова гиганта поразительно напоминала человеческую, но угольно-пламенные глаза на фоне чёрной кожи,смотрелись жутко. Родерик почувствовал как капля пота спустилась по спине, с шеи, глубоко вниз. Чтобы избавиться от ощущения превосходства пришельца, Родерик отвёл взгляд и осмотрелся.

— «Да я бы и сам так расставил бы своих подчинённых»- пришло на ум Родерику, после того как его мозг анализировал положение космодесантников. Но подивиться в полной мере слаженности и боевой выучке Родерику не удалось. Над ним нависла тень командира гигантов.

— «Капитан Аксман, легион Саламандр. Мне необходимо срочно установить связь с вашим командованием».

Глядя на гиганта, Родерик онемел. Его голос отличался властностью и достоинством. Такой темпр голоса был слышен только у знати. Родерик ощутил как внутри что-то сжалось и, несмотря на зону боевых действий, встал по стойке «смирно», словно он был на параде. По-военному чётко Родерик ответил:

— «Сержант Родерик Литтл. Сейчас откомандированы в дивизию «Матодор». Премьер-майор дивизии Оррен Лоудч возглавляет авангард. С вашего разрешения , я направлю с вами сопровождающих до командного пункта».

Гигант кивнул в ответ и коротко ответил:

— «Буду благодарен».

Родерик махнул рукой двум своим помощникам, ефрейторам, и как только они подошли к нему, приказал сопроводить капитана Аксмана и его отделение к командующему. Инструктируя их, Родерик перешёл на шёпот и тихо велел им присматривать за гигантами, и в случае чего быть готовыми защитить командира дивизии. Впрочем ни он, ни его подчинённые не верили, что смогут сделать это. Вид поверженных зеленокожих, среди которых были довольно крупные особи, явственно дал понять всю мощь прибывших Саламандр.

Капитан Аксман усмехнулся, услышав распоряжения сержантов. Хотя они и перешли на шёпот, генетически усиленный слух космодесантника прекрасно слышал перешёптывания местных. Эти солдаты хоть и были храбры, раз сражались против орков, но всё же были обычными людьми и никак не смогли бы противостоять Ангелам Императора. Аксман смотрел как сопровождающие отсалютовали капитану и выразили готовность немедленно отвести к командиру дивизии. Премьер-майор Лоудч на вид был худощав, взглянув в его глаза Аксман не увидел ни капли страха или подобострастие, которое обычные смертные испытывали при взгляде на элиту Империума. Только холодный оценочный взгляд, что очень понравилось капитану. Лоудч сухо представился и дипломатично потребовал доклада о боевой обстановки.

— «Орки концентрируются в северных районах города. У них не осталось боеприпасов. Разведка предполагает возможность прорыва через вашу блокаду на встречу своим собратьям. Моя рота не понесла никаких потерь. Высадка остальных имперских сил завершена на семьдесят процентов. Необходимо срочно зачистить город и соединится с окружёнными силами СПО»- проинформировал Лоудча Аксман.

Лоудч кивнул:

— «20 корпус наверняка уже обескровлен, поэтому я предлагаю немедленно атаковать и восстановить линию снабжения».

— «Будет лучше закрепиться в городе и встретить здесь основные силы противника. Имперские силы зачистят город от ксеносов. Вам же стоит уделить внимание на обустройство оборонительных позиций».

— «Наши товарищи долго не протянут».

— «Авиация прикроет отступление. Корпус же пока пусть держится. Как только высадка закончится мы сможем контратаковать и сменить солдат 20 корпуса».

Лоудч не стал возражать. Из донесений авиаразведки, он знал насколько большая орда зеленокожих давит на 20 корпус. Встреча их на обустроенных позициях облегчит отражение любых атак и снизит потери, уже и так значительных. Согласовав свои действия, командиры разошлись.

Рузский изучал поле боя через траншейный бинокль и испытывал глубокое отчаяние от складывающейся ситуации. Последняя атака ксеносов была остановлена внезапной опустошительной бомбардировкой. Ни командующий, ни его офицеры не заметили в небе ни одного самолёта, списав её на дальнобойную артиллерию. Сейчас ксеносы прекратили атаку и теперь сосредотачивали свою артиллерию для того чтобы смести остатки корпуса ураганным огнём. Всех кто мог держать оружие, не важно раненые это были или нет, были на передовых линиях. Весь пятачок, занимаемый 20 корпусом, был залит кровью. Мёртвые и умирающие лежали вповалку.

— «Ещё одна бы атака и нам бы пришёл конец»- думал Рузский. Ксеноса не раз врывались в расположение корпуса, устраивая ужасную резню. Только общими усилиями их удавалось истребить. Врачи, санитары, снабженцы и прочие солдаты тыловых служб превратились в закалённых солдат. Они также, как и ксеносы сражались насмерть. Но если последние испытывали непонятное радостно-кровавое возбуждение, то первые держались со стойкостью обречённых. Внезапно ксеносы прекратили атаки и теперь, как видел Рузский, выстраивались в стройые ряды для последнего штурма.

— «Премьер-майор»- услышал он голос. Рузский обернулся и увидел солдата в чистой форме. Солдат откозырнул и продолжил:

— «Премьер-майор Лоудч передаёт разрешение об отходе корпуса за город. Дорога свободна. Остатки вражеского сопротивления полностью уничтожено. Город наш. Прибыли терранские силы».

Рузский пропустил последнюю фразу, вздохнув с облегчением.

— «Ну наконец-то»- произнёс он- «Вот что голубчик. У меня не осталось лишних адъютантов. Будь добр, пробегись и сообщи всем об отступлении. Первыми пусть уходят медицинский персонал и раненые. Остальные удерживают фронт». В небе раздался шум пролетающих на низкой высоте самолётов. Рузский автоматически задрал голову, но не узнал их. Они прошли достаточно низко, чтобы их можно было увидеть и пролетели в сторону вражеской орды.

— «Поспеши»- сказал Рузский посыльному и посмотрел в бинокль. Ряды противника были сметены мстительным огнём авиации, ещё до того как достигли их местоположения, а затем прошлись над ними, оставив только ослепительное пламя. Рузский выпрямился и промолвил:

— «Это должно их задержать».

Отступление корпуса больше напоминало паническое бегство. Люди бросали ставшее обременительным вооружение. Все кто мог несли раненых, которых был ещё шанс спасти. Кто мог, ковыляли сами. Рузский наблюдал за этим шествием и думал:

— «Как мало осталось».

Он последним оставил так долго удерживаемые корпусом позиции. В его душе закралась нотка обиды за оставляемых товарищей, но выбирать не приходилось. Дальнейшее сопротивление здесь означало только смерть. Ксеносы не преследовали их и арьергард корпуса смог отойти, не потеряв больше ни одного человека.

Тонкой струйкой искалеченных и смертельно-уставших людей, 20 корпус вошёл в город. Он застал спешно выстраиваемый новый рубеж обороны. Свежие батальоны копали окопы и траншеи. Дома оборудовались под огневые точки. Дороги и руины домов разбирались на стройматериалы. Между ними прокладывали ходы сообщений. Каждый человек был занят делом. Среди обычных людей находились странные полумеханические люди. Одни из них участвовали в строительстве, другие просто стояли под прикрытием стен. Глядя на них, Рузский заметил что оружие было соединено с телами имперских солдат. Все они были облачены в броню, на нагрудниках каждого красовалась эмблема странного черепа. Отдельные отряды терранцев были закутаны в красные мантии. Полевые машины терранцев быстро и эффективно строили укрепления. От созерцания подкреплений Рузского отвлёк Хейл:

— «Устрашающе выглядят. Надеюсь ксеносов они тоже напугают».

— «Вряд ли. Скорее ещё больше разожгут жажду битвы. Зеленокожие любят сложности»- ответил Рузский и перевёл взгляд на своего адъютанта. Френк Хейл напоминал мертвеца. Бледное лицо было измазано кровью, а левая рука заканчивалась у локтя. Бинт уже был промокший от крови и капли крови падали на землю:

— «А тебе, мой друг, надо срочно в госпиталь».

— «Туда и следуем. Я только что переговорил с майором Толем. У вокзала развёрнут пункт приёма раненых».

С неба упала тень приземлявшегося транспорта. Оба офицера проводили его взглядом.

— «Мне надо на КП, а ты иди. Не хватало ещё потерять сознание перед инопланетными союзниками»- приказал Рузский. Хейл махнул рукой в сторону незнакомого офицера, терпеливо ожидавшего пока закончится разговор, и произнёс:

— «Это за тобой. Увидимся».

Рузский приложил руку к козырьку шлема:

— «Не вздумай помереть. Первый акт войны окончен, дальше спектакль будет интереснее»

И рассмеявшись, офицеры разошлись.

Командный пункт обустроили в здании вокзала. Титаническими усилиями инженерного батальона железнодорожные пути были восстановлены. Каждые полчаса прибывал новый состав. На него тут же накидывались и растаскивали. Рядом с вокзалом уже стоял передвижной госпиталь. Туда медленно стекался 20 корпус. Раненым оказывали первую помощь, многих везли в операционные, где врачи пытались спасти людей от смерти. Кого могли тут же грузили в вагоны и вывозили. Вся территория, окружавшая вокзал была наполнена суматохой и шумом. Запах крови и смерти висел над окружающим пространством. Судьба оказалась благосклонна к Рузскому и, не считая пары царапин, он остался единственным кому не понадобилась помощь врачей. Охрана штаба не стала задерживать командующего 20 корпуса у входа. Его внешний вид говорил им за него кем он был и откуда пришёл. Только имперские солдаты, как показалось премьер-майору, с неодобрением смотрели на него. Помещение штаба приятно удивило Рузского. Оно было заставлено оборудованием связи и столами с картами. У стен помещения расположили стойки с винтовками. Офицеры армии Священного Союза переговаривались с имперскими и наносили на карты тактическую обстановку. Командира дивизии «Матодор» Рузский нашёл в компании гиганта Астартес и женщины в красной мантии с серебряной окантовкой, пронизанной микросхемами и проводниками, одетой поверх брони серебристого цвета. Её чёрные волосы были заплетены в косу. У ног женщины лежал огромный пёс, обёрнутый в гибкие броневые пластины. Внешне могло показаться что пёс скучал у ног своей хозяйки, но от проницательного взгляда Рузского не укрылась терпеливая поза охотника, готового броситься на добычу. Командир 20 корпуса успел повидать не мало ужасов войны, а последние сутки с лихвой окатили его кровью и страданиями подчинённых и товарищей, вид металлического пса вызвал в нём нотку страха. Рузский перевёл взгляд на Астартес. Он производил такое же ощущение превосходства и опасности, как и пёс женщины. Двухметровый черноликий воин с глазами демона тихо излагал премьер-майору Лоудчу свой план боевых действий. Последний его молча слушал и изредка кивал головой, соглашаясь со всеми предложениями гиганта. Рузский собирался подойти к ним и доложиться, но не успел приблизиться как гигант умолк и развернулся к Рузскому на встречу:

— «Премьер-майор Эдуард Рузский, командующий 20 корпусом армии Священного Союза, рад вас увидеть и поздравляю с победой».

Голос имперца был подобен грому, перекрывший шум штаба. Рузский растерялся и молча застыл. К счастью ему на помощь пришёл Лоудч, быстро сориентировавшийся в обстановке. Он подскочил к Рузскому и схватил его за руку, сжав ладонь в крепкой рукопожатии.

— «Премьер-майор, вы выжили! Ваш героизм не будет забыт. Только благодаря отваге вашего корпуса нам удалось вернуть город! Но почему вы здесь? Вы не ранены? Я послал своего офицера для того чтобы он переговорил с вами в госпитале. Мне говорили о большом количестве раненых. Мы всех эвакуируем в тыл»- затараторил Лоудч.

Рузский посмотрел в глаза Лоудчу и растеряно ответил:

— «Со мной всё в порядке. Пара царапин и только».

Оррена Лоудча он знал с военной школы. Это был смелый и хвастливый курсант, позднее ставший одним из самых инициативных командиров, не боявшийся брать на себя ответственность. Сейчас Рузский не узнавал своего боевого товарища. В глазах Лоудча читалась небывалая доселе радость и облегчение и, как догадывался Эдуард, они были вызваны не в последнюю очередь его появлением в штабе.

— «Позволь представить наших долгожданных друзей»- между тем произнёс Лоудч и подвёл Рузского к имперцам:

— «Эдуарда Рузского вы знаете. Знакомься, капитан Аксман легион Саламандр и его помощница магос-доминус Дана Нод».

— «Мне приятно с вами познакомиться»- сказал Рузский, сделав короткий поклон в сторону командиров имперцев.

— «Кто-нибудь принесите стул премьер-майору»- воскликнул Лоудч и снова обратился к Рузскому: «Раз уж вы здесь, то расскажите о состоянии вверенного корпуса».

— «Корпус понёс катастрофические потери. Погибла большая часть личного состава. И речь идёт не только о боевых частях. Санитарные и тыловые части. Все кто состоял в корпусе участвовали в боях»- сдавлено начал доклад Эдуард- «Вся техника, орудия были уничтожены. Всё оставшееся имущество корпуса брошено при отступлении. Подразделения, оставленные на старых позициях, так и не прорвались к нам. Нет ни одного человека в корпусе не познавшего ран или лишений. И вы всё называете это победой?!»- вдруг сорвался голос Рузского. Он замолчал, чувствуя тяжесть на сердце и произнёс:

— «Прошу простить».

— «Ваши эмоции понятны, премьер-майор. Ответственность за смерть солдат и офицеров корпуса давит на вас. Ваше дело сделано и вам следует направится в госпиталь и дать осмотреть себя врачам»- раздался холодный голос магоса-доминуса Даны Нод. Рузский посмотрел ей в глаза. Они были также холодны.

— «В каких войнах она участвовала? С какие ужасы космоса успела повидать?»- пришло на ум Рузскому, но его мысли прервал капитан Аксман:

— «Ваши люди сдержали наступление орков. Из-за этого их авангард оказался без боеприпасов, что облегчило захват города. Кроме того высадка прошла успешно во многом благодаря жертве ваших солдат. Теперь орки встретятся с объединёнными силами и познают наш гнев в полной мере».

Рузский молча выслушал капитана и почувствовал на своём плече руку Оррена:

— «Тебе надо последовать совету магоса-доминус. Война для тебя и твоего корпуса окончена».

Рузский кивнул и отдав честь, покинул помещение штаба. Как только кскрылся за дверью, Аксман, Лоудч и Нод вернулись к обсуждению дальнейших действий. Аксман указал на линии передвижения отрядов орков и заговорил:

— «Орки понесли большие потери, но изучив останки уничтоженных вами отрядов, я пришёл к следующему выводу: основную часть орочих войск составляли пехотные подразделения с лёгкой техникой. В противном случае, орки уже были бы в ста километрах отсюда. Возможно что проведение операции по прорыву фронта была частной инициативой какого-то воеводы, почти обернувшейся победой. По нашим данным первоначальный успех не был не замечен остальными вождями орков. Резня на прежних оборонительных позициях закончилась и теперь к нам выдвинулось большое количество банков-убийц, а также другой тяжёлой техники».

Лоудч недоумённо спросил:

— «Банков-убийц? Это что-то новенькое».

Дана Нод пояснила:

— «Эти машины представляют из себя бочки на гидравлических ногах, увешенные различным вооружением, вроде циркуляционных пил и тяжёлых стабберов. Управляют ими гретчины. Их главная опасность заключается в простоте конструкции и огромного числа пилотов. Орки способны в кратчайшие сроки выставить огромное число этих машин. И раз уж они появились, значит среди орков появился механик, способный их собрать. Как итог, надо готовиться к скорому появлению смертодредов».

— «Смертодредов?! Я вижу у вас большие знания о зеленокожих»- поражённо ответил Лоудч.

— «Человечество воюет с орками ещё с тех времён как начало расселяться по галактике. Но похоже не везде сохранились знания. Мои слуги изучили ваши памятки и вот что я скажу: у вас большие пробелы»- снисходительно объяснила Нод. Лоудч не нашёлся что возразить магосу и просто согласился с ней. Хотя речь имперки была оскорбительной, Оррен был вынужден признать насколько его планета отстала в развитии. Лоудч нехотя спросил:

— «Чем смертодреды отличаются от банок-убийц?»

Нод будто ожидала этого вопроса и незамедлительно ответила:

— «Размерами и огневой мощью. Смертодреды управляются орками».

Лоудч ощутил себя курсантом на первом курсе училища и поспешил вернуться к началу разговора:

— «Наша держава будет благодарна любой имеющийся у вас информации о враге».

— «Я предоставлю всю информацию об орках»- пообещала Нод.

— «Слуги Омниссии владеют богатыми инфохранилищами»- добавил Аксман- «Но вернёмся к нашим планам. Орки теперь будут настороже и прикроют небо зенитными орудиями».

— «А что с их авиацией? В каждом крупном наступлении она служила кулаком, сметавшим наши оборонительные порядки»- поинтересовался Лоудч.

Глаза магоса загорелись неестественным светом и она ответила:

— «Орочий властелин войны перегруппировывает авиацию, распределяя её так чтобы прикрыть центры производства оружия и техники. Это вызвало хаос, поскольку обычные орки не отличаются дисциплинированностью. Прежде чем прийти вам на помощь капитан Аксман произвёл нападение на территорию космопорта и ближайшие заводы, попутно освободив из плена восемнадцать тысяч сто сорок два человека. Орки потерпели сокрушительное поражение».

Лоудч испытал мстительное удовлетворение, услышав эту новость. А весть об освобождении соотечественников из плена воодушевила его. Он с благодарностью сказал:

— «Это замечательная новость, но я отвлёк вас. Капитан Аксман, простите меня за невежество. Прошу вас, продолжайте».

— «Ничего страшного. Все мы постоянно сталкиваемся с чем-то новым, а война оставляет мало времени для спокойных исследований. Мы позволим оркам атаковать город. Как только они втянутся моя рота обрушиться на их тыл. Главной нашей задачей будет определить местоположение вождя и его уничтожение. Легио Кибернетика станет мобильным резервом. Силы Легио будет достаточно для отражения любой атаки».

Аксман закончил излагать свой план и уставился на Лоудча, ожидая возражений. Но последний предпочёл согласиться.

Движение штурмовых колонн орков началось только после того как к ним прибыло значительное количество машин с противовоздушными орудиями. Всё это время спутники Механикум передавали передвижения орочих орд и места их сосредоточения. Между Даной Нод и Аксманом было достигнуто соглашение о проведении бомбардировки крейсером «Огмиос». Капитану оставалось только гадать причину игнорирования вождями орков возможности орбитальной бомбардировки. Воздушная армада по прежнему находилась в состоянии хаоса и каких-либо значительных групп авгуры не засекли. Впрочем магосы и офицеры роты ожидали любого подвоха. Атака сопровождалась грохотом тяжёлых орудий, открывших огонь как только первые же машины сорвались с места. На позиции дивизии «Матодор» обрушился град стали. Многие снаряды не взорвались, а просто воткнулись в землю, тем не менее вызвав значительные разрушения так и недостроенной оборонительной линии. Капитан Аксман предвидел такую возможность, поэтому на первой линии оставил только отряды наблюдателей, спешно отступивших при первых же грохотах орудий. Вскоре командованию имперских сил стала понятна стратегия орков. В передних рядах неслись караваны мотоциклистов и грузавозов. Грузавозы были построены с упором на скорость и были слабо бронированы. Большинство было выкрашено в красный цвет и украшено людскими черепами. Орки оснастили их оглушительными динамиками и дымящимися трубами. На поручнях грузавозов висели ватаги, нескладно орущие песни или выкрикивающие «Ваагх». При первых же признаках крушения орки спрыгивали с грузавозов и неслись дальше будто так и было задумано. Как только они достигли первой линии заговорила полевая артиллерия людей. Прямое попадание превращало машины в пылающие обломки. На место каждого грузавоза, разлетевшегося градом обломков и зеленокожих тел, из урагана огня тут же выскакивали ещё три, желающие вонзиться во вражеские порядки. Орочьи мотоциклы напоминали кучу разваливающегося хлама, на котором были установлены различные типы огнестрельного оружия, из которого невозможно было вести прицельную стрельбу. Но орков это не волновало. Пыль, поднятая орочей техникой, была видна за милю и на неподготовленного человека производило удручающее впечатление. Вслед за ними неслись бронефуры. Они состояли из танков и бронетранспортёров.Эти массивные механические зверюги ползли среди полчищ на огромных лязгающих гусеницах. Одни фуры напоминали передвижные бастионы, переполненные орочьими воинами, другие щетинились тяжёлыми пушками. Между ними проносились четырёхколёсные варбагги, вооружённые ракетницами, тяжёлыми пулемётами и огнемётами. По указанию магоса Даны Нод заговорили, молчащие до поры, тяжёлые артиллерийские дивизионы Союза. Благодаря парящим в небе сервочерепам, они единым точным обстрелом проредили железный кулак зеленокожих. Техножрецы передавали вектора движения тяжёлой техники и артиллерийским офицерам оставалось только изменять наклоны орудий для более эффективной стрельбы. Позднее многие из них сравнивали бомбардировку со стрельбой на учениях. Настолько информация техножрецов была точна и своевременна. Как только орки достигли позиции людей, то тут же спрыгнули с машин и рассыпались в поисках солдат. Но были жестоко разочарованы и остаток пути до города бежали на своих ногах. Тактика человеческой армии изменилась. Если раньше армии Союза отстаивали каждый метр своей земли, то теперь первая линия была просто отдана. Орки захватили окраины и углубились в город, ставший для них ловушкой. Лёгкая техника утратила своё главное преимущество — скорость, и стала лёгкой добычей для стрелков. Каждое окно, подвал и угол здания превратилось в амбразуру. Техножрецы вынули кирпичи из стен зданий и стен разрушенных домов, увеличив углы обстрела. Перекрёстный огонь выкашивал отряды орков, нанося им значительный урон. Проходы были заминированы и в пылу битвы орки подрывались на растяжках и минах. Однако живучесть орков дала о себе знать и город быстро превратился в место кровавой битвы на истощение. Дана Нод находилась в своём лендрейдере и с помощью спутников контролировала ход битвы. Благодаря техномагии Механикум, она направляла истребительные команды скитариев на наиболее угрожаемые участки. Неоднократно скитарии приходили на помощь солдатам Союза в последний момент и оборачивали очередную отчаянную схватку в пользу людей, после чего переходили на другой участок обороны.

Сержант сапёрного взвода Азиайс разрядил магазин в ворвашегося в дом двух метрового орка, но так и не смог свалить противника. Орк завопил, предчувствуя кровь своей жертвы и сбил Азиайса ударом ладони с ног. Спасая своего командира, со штыком наперевес на орка кинулся рядовой Руссо. Он вонзил зазубренный клинок в бок орка и повернул лезвие. Орк ударил Руссо кулаком в голову и голова рядового треснула как переспелый фрукт. Злобный взгляд орка пробежался по помещению и остановился на Азиайся. Кроме них двоих в помещении живых не осталось. Слюна орка стекала по подбородку зеленокожего и, как показалось Азиайсу, орк победительно ухмыльнулся. Солдата скрутил панический страх и он обречённо прошептал:

— «Не надо».

Орк размахнулся и развалился на две части. Азиайса окатил поток горячей крови. Пару раз моргнув, сержант увидел как обе части рухнули на пол. Позади же орка стоял имперский солдат в заляпанном кровью доспехе. Бездумный взгляд солдата прошёлся по помещению, так же как секунду назад пробегал взгляд орка. Вид спасителя был не менее удручающий. Вместо рук у него были тяжёлый пулемёт и цепной меч. Имперец не стал задерживаться и покинул ошарашенного неожиданным спасением сержанта. Азиайс продолжал лежать пока в дом не забежали солдаты Союза. Один из них склонился над Азиайсом и достал бинты.

— «Нет. Не нужно. Помоги подняться»- проговорил сержант и через секунду уже стоял на ногах. Остальные уже заняли бойницы и вели обстрел.

— «Я в порядке»- уверил он рядового и оба вернулись к своим обязанностям.

Нод разглядела разрыв между лёгкой и тяжёлой ордами орков и приказала эскадрилиям «Археоптеров» показать танковым бригадам очистительный гнев Омниссии. Вместе с ними в небо поднялись штурмовики 17 авиадивизии. К началу боя секунд-майор Сэмуэль Кинкед расположил все силы дивизии как можно ближе к фронту. С вестью о начале сражения, пилоты заняли места в своих машинах и были готовы взлететь в любой момент. Они воспарили в небо как только «Археоптеры» оторвались от земли и последовали вслед за ними. Завидя в небе авиакрылья людей, орки приветствовали их огнём зенитных пушек. Имперские силы ответили им не менее яростно и в воздух заполнился тучей снарядов и лазеров. «Археоптеры» целились тяжеловооружённые машины и каждая попавшая в прицел вспыхивала фосфорным огнём или рассыпалась от смертоносных лазеров. «Археоптеры» ловко маневрировали, избегая ракет и трассеров. Отстрелявшись по целям, они взмыли как можно выше и скрылись. Штурмовики 17 авиадивизии набирали предельную для себя высоту и сваливались в пике. Они не могли стрелять также прицельно, но брали количеством. Лавина пулемётного огня проходила по орочьим рядам, сея опустошение. Отстрелявшись, пилот набирали высоту и на прощанье скидывали бомбы. В отличие от техники Механикум, самолёты Союза не могли похвастаться технологичностью и многие были сбиты. Если штурмовики не разваливались в воздухе, то пилоты направляли свои машины прямо на танки орков. Столкнувшись друг с другом корпуса машин смешивались в единое целое, становясь могильниками для экипажей. Орки понесли ощутимые потери, но от этого пришли в ещё большую ярость. Тяжелобронированные танки и бронетранспортёры наконец-то достигли города. Их гусеницы давили своих убитых и раненых, упорно продвигаясь в город. Там где техника не могла пройти, водители орков разворачивали танки и проламывали стены. Дома, служившие людям крепостями, сметались залпами пушек. Некоторые из них сложились как карточные домики, похоронив сидевших там солдат. Тогда на поле боя вышли танки Механикум. Действуя в паре, они выскакивали на улицы и расстреливали грубую технику орков и тут же скрывались. На улицах образовались заторы из горящей орочей техники, препятствующие дальнейшему продвижению. Орки попытались растащить машины в стороны, но скитарии отстреливали каждого кто смел к ним приблизиться.

Старшина Клюк загнал снаряд в казённую часть орудия и кивнул наводчику. Тот сразу прильнул к прицелу и нажал на кнопку. Орудие выстрелило и попал точно в цель. Танк ксеносов содрогнулся от попадания, но остался цел. О удачном выстреле экипажа свидетельствовала вмятина на броне. Ксеносы тут же развернули главную башню. Глядя в жерло пушки, Клюк мысленно попрощался с жизнью, как краем глаза заметил ослепительно-белый луч, точно туда куда ударил снаряд Клюка. Орочья машина взорвалась изнутри. Под действием титанической силы, башня танка оторвалась от корпуса и подлетела на два метра ввысь. Глаза Клюка заметили вылетевшие из корпуса зеленокожие тела. Экипаж самоходки оглянулся и увидел машину странной конструкции. Она напоминала паука. Её пушку покрывала слабая дымка. Танк взял на себя роль отведённую Клюку и его товарищам и продолжил вести огонь вдоль улицы, испепелив ещё пять машин орков вместе с пехотой. Вся улица теперь была завалена останками горящей техники и трупами. Выполнив свою задачу имперская машина развернулась и посеменила дальше.

Несмотря на все усилия людей отряды орков всё же смогли проломить оборону в нескольких местах и выйти в тыл второй линии обороны. Постепенно линия стала разваливаться на изолированные очаги. Как только скитарии не старались, они не могли поспеть повсюду. Примитивное стрелковое оружие солдат Союза не могло быстро сразить крупных зеленокожих, составляющих ударные отряды. Разорванные гранатами и минами, израненные винтовочными пулями, орки продолжали вести бой. Вместе с танками в город хлынули и штурмовые отряды. В отличии от авангарда, орки второго эшелона были одеты в панцири, оказавшиеся не по зубам для винтовок. Единственным спасением от них были противотанковые ружья. Бронебойщики стали ценится на вес золота. Для их охраны, офицеры выделяли целые отделения. Нод просматривала тактические данные в режиме реального времени и видела как вся оборона разваливается. Использовать свой последний резерв она пока не собиралась, предпочтя держать его пока обстановка не станет критической. Основные силы орочьей орды шли на штурм города. Воевода правильно оценил призовую стоимость города Каваль, поэтому и рвался его захватить. Магос на миг отвлеклась:

— «Так же возможно, что вырвав из рук воеводы лёгкую победу, Саламандры подорвали его репутацию, восстановить которую можно было только с помощью пролитой крови».

Она решила отложить анализ врага на более спокойное время и вернулась к контролю за полем боя. У орочьей орды оставался резерв в виде банок-убийц, подходивших к городу. И пока они не вступят в бой, Легио останется на месте. В войне на истощение выигрывал тот кто сохранял резерв. Пакет свежих данных показал отступление скитариев на запасные позиции согласно графику. Они уходили по заранее проложенным маршрутам, увлекая за собой солдат Союза. С гибелью офицеров, потерявшие многих своих братьев по оружию убитыми, обескровленные отряды дивизии «Матодор» предпочитали собираться вокруг альф скитариев, молчаливо отдавая им право распоряжаться своими жизнями. Заново собираясь в отделения и взводы, они стали вспомогательной силой войск Механикум. Солдаты видели, что оружие Механикум было гораздо эффективнее, чем их собственное и там где стояли скитарии, отряды орков ждала только гибель, без шанса на победу. Дополнительно ко всему скитарии всегда оказывались у складов с оружием и боеприпасами. Для отвлечения внимания орки провели ряд фланговых атак, бывшие не менее упорными и кровавыми. Огромную роль в отражении нападений оказал Минийский полк, чья мобильность и выучка спасла полки Священного Союза от истребления.

С остатками взвода Азиайс смог добраться до руин бывшего универмага. По слухам в нём окапались остатки подразделений и теперь стойко держали оборону. Ему пришлось приказать оставить так долго удерживаемый дом, после того как закончились патроны. К этому времени от дома остались одни лишь изрешечённые стены. Взвод медленно крался среди развалин и подбитой техники, попутно собирая патроны и гранаты у мёртвых. В пути им встречались те немногие, что выжили в хаосе боя. Они вливались в отряд и делились новостями. От них Азиайс и узнал местоположение союзных сил. Взвод где ползком, где перебежками, шёл на соединение с ними. И вот когда до ближайшей опорной точки оставалось пятьдесят метров, Азиайс увидел, слева от себя, бронированную фуру ксеносов. Он моментально приказал солдатам залечь. Фура медленно ехала по улице в сопровождении тридцати орков в панцирной броне. Фура остановилась и штурмовики рассредоточились. К счастью для взвода Азиайса, они смотрели совсем в другую сторону и не заметили присутствие ещё одного отряда людей. Выкрикнув «Ваагх», они побежали вперёд по улице, пали впереди себя. Пулемёты фуры тоже заговорили, поддерживая штурмовиков. От стен универмага отлетали куски камня и бетона. Из руин вылетели сгустки энергии. Достигнув фуры, они в мгновение ока превратили её в расплавленный кусок металлолома. Среди царившего шума, Азиайс смог различить глухие выстрелы винтовок. Пули щёлкали о панцири, не причиняя не малейшего вреда штурмовикам. Но достигнуть пехотинцев штурмовикам не удалось. Как только они приблизились их осыпали лучи красного цвета. Броня оказалась не способной противостоять лазерному огню и штурмовики один за другим падали замертво. Один из них выхватил из-за пояса гранату, сорвал чеку и замахнулся, намереваясь забросить ей в здание. Лазер угодил ему в локоть и рука оторвалась и упала позади ксеноса. Орк недоумённо посмотрел на культю и в этот миг граната взорвалась у его ног. Зеленокожий рухнул на брусчатку. Панцирь спас ему жизнь, но ноги не были ничем защищены. Бритвенно-острые осколки отрезали их и орку оставалось беспомощно реветь, пока его не прикончили. Бой длился не более пяти минут. Увидев что путь свободен, Азиайс поднял взвод и побежал навстречу союзникам. Солдаты бегом пересекли улицу и вбежали на опорный пункт. Его возглавлял имперский офицер с головы до ног закованый в панцирны доспех. Красные линзы шлема пробежались по вошедшим, после чего терранский офицер потерял к пехотинцам интерес. Оказавшись среди своих, солдаты устало повалились на пол. Азиайс нашёл в себе силы подняться и хотел доложиться, как был прерван офицером:

— «Боеприпасы там, медикаменты в том углу. Раненых сложить в складском помещении, там найдёте продукты питания»- указал он и отвернулся. Азиайс понял, что офицер потерял всякий интерес к нему и только сделал короткий поклон. Бой окончательно вымотал его. Единственное чего хотелось Азиайсу, так это немного покоя и тишины. Поэтому он проигнорировал оскорбительное поведение терранского офицера.

В это же время сервочерепа Механикум нашли цель для космодесантников. Большая группа орков следовала по главной улице, сметая всё на своём пути. Во главе них шёл самый крупный и высокий зеленокожий. В своём боевом облачении вождь выглядел грозно и устрашающе. Боевые пластины были отшлифованы и украшены рунами. На поясе свисали человеческие головы, а на плечах висел плащ из человеческой кожи. Голову вождя венчала костяная корона. В одной руке он держал плазменный пистолет, а на другой была одета силовые когти. Вокруг него роились орки поменьше, нёсшие переносное вокс-оборудование. Время от времени орки обращались к своему вождю и тогда тот громко ревел приказы. Это сборище окружали вооружённые до зубов телохранители. Капитан Аксман улыбнулся. Долгое ожидание терзало его, а сейчас настала его очередь вступить в бой. Он надел шлем и вызвал Нод:

— «Магос, мы установили местоположение вождя, но нам нужна помощь. Он находиться достаточно далеко для наших прыжковых ранцев».

Она тут же ответила:

— «За это не беспокойтесь. Расстояние рассчитано, высланы две когорты сикарийцев. Они немного расчистят путь».

— «Благодарю магос».

— «Удачи капитан».

Аксман по вокс-связи отдал приказ о подготовке роты к выходу. Космодесантники выстроились на площади и ожидали своего командира. Каждый из них был экипирован прыжковым ранцем. Перед тем как отдать приказ Аксман посмотрел на закат. Уже наступил глубокий вечер. Капитан восхитился красоте заходящего солнца. Хотя орки от природы прекрасно видели в темноте, наступившая ночь могла скрыть перелёт роты от увлечённых боем зеленокожих. Капитан обернулся к своим братьям и сказал: «Активировать ранцы».