Закалённые в пламени (джен)

О грядущей опасности было известно уже давно. Мощные телескопы, установленные в специальных сооружениях — обсерваториях, были направлены на далёкие звёзды, чтобы изучать их движение и открывать тайны бескрайнего космоса. Всматриваясь из далека в безбрежную пустоту учёные мужи заметили движение массивного тела в сторону их мира. Объединив свои силы, они вычислили что космическое тело грозит миру полным уничтожением. Тогда учёные собрали международную конференцию и представили правителям свои выводы. Правители серьёзно отнеслись к предостережениям и воззвали к своему новому господину Императору Человечества. Направив требование о помощи, правители посчитали свой долг выполненным и вернулись к прежним склокам и интригам. Но помощь не пришла. Астероид прибыл в солнечную систему и продолжил свой путь. Узнав об этом в мире поднялась паника. Многочисленные бунты содрогали государственные устои. Жрецы свергнутой религии восстали и в своих проповедях обличали правителей, склонившихся перед иномирцами с Терры. Имперская Истина была отвергнута, а её проповедники убиты. Пока астероид медленно приближался, правители попытались спасти хотя бы свои семьи, связавшись с близлежащими мирами. Но ответом им было молчание. Единственный космопорт на планете, построенный после приведения мира к Согласию, подвергся нападению неизвестными и разорению. По мере того как астероид приближался обстановка успокаивалась. Люди смирились и оставшиеся дни проводили в кругу своих семей и друзей. В час прибытия астероида все люди мира объединились в религиозном порыве и вышли на улицы, чтобы встретить смерть. Ожидая быструю гибель люди оказались не готовы к тому что их ждало. Выйдя на орбиту мира, астероид начал медленно снижать скорость, пока плавно не опустился на землю. Когда он вошёл в атмосферу, те кто нашёл в себе силы не отвернуть своего взора от вестника смерти, увидели мощные надстройки и бойницы, ощетинившиеся разнообразными пушками. Это был не просто астероид, а космическая крепость. Как только он тяжело опустился на землю, ворота отворились и из них выскочил на огромной скорости рой мотоциклов, выкрашенных в красный цвет. Ревя и улюлюкая, рой разделился на несколько копий и помчался вдаль. Вслед за ними из ворот показалась различная техника. Бронированные грузовики и танки были не похожи друг на друга, и представляли больше не грозную военную технику, а плод больной фантазии гения-инженера. В небо взлетели не менее уродливые самолёты, оставляя следы чёрного маслянистого дыма. Все машины были выкрашены в разноцветные цвета. Их окружала аура агрессии и жестокости . Орда машин веером разошлась в разные стороны и разожгла пожар войны.

Астропат Тарактий Нед прогуливался по своему небольшому саду. На орбитальной станции он был единственным разумным живым существом. Все работы по обслуживанию станции и астропата выполняли сервиторы. Раз в неделю к Тарактию прибывал техножрец и адепт Администратума. Техножрец был малоразговорчивым и всё своё время уделял сервиторам и системам станции. Главным и единственным собеседником для Тарактия оставался адепт Ланнер. Единственным утешением и увлечением астропата был его сад. В нём он выращивал цветы, запах которых напоминал о доме. Так было до недавних пор. В последнее время Ланнер приходил всё чаще и чаще. Он передавал сообщения в которых сначала требовал помощи, а затем уже и просил. От него Тарактий узнал о всё ухудшающейся обстановки на планете. В последнем разговоре Ланнер уже опасался за свою жизнь и был подавлен. Тарактий передал все его сообщения и даже на свой страх связался со своими братьями и сестрами по ордену и попросил их о помощи. Ему её обещали, но не сказали когда она прибудет. Внезапно мысли Тарактия смешались и он увидел метеор так будто он проходил мимо него на расстоянии вытянутой руки. Поверхность астероид покрывали многочисленные башни, из которых торчали жерла пушек. Вокруг астероида кружились грубо сделанные самолёты. От астероида исходила сильная светло-зелённая аура. Видение прекратилось также внезапно как и появилось. «Елена, немедленно свяжи меня с Флорианом»- велел он садовому сервитору. Каждому сервитору на станции он дал имя. Это немного скрашивало одиночество и создавало иллюзию что он не один. Сервитор Флориан был одним из трёх сервиторов наблюдающих за авгурами станции. В его обязанности было отслеживание космического движения в системе. «Слушаюсь, господин»- тихо ответила Елена. Все сервиторы станции были объединены в единую сеть. При желании Тарактий мог через одного из них связаться с другим. Глаза Елены засветились неестественным белым светом и астропат услышал голос Флориана: «Слушаю вас, Господин».

-«Немедленно доложить о прибытию в систему посторонних объектов»- потребовал Тарактий. Сервитор секунду помолчал, а затем начал монотонно говорить: «Продолжаю сканирование. В систему вошёл астероид. Продолжаю сканирование. Идентификация. Орочий корабль. Класс опасности альфа. Продолжаю сканирование. Замечено большое количество ударных кораблей. Продолжаю сканирование». Но Тарактий его уже не слушал. Он немедленно поспешил в свою обитель. Необходимо было сообщить Империуму о угрозе и затребовать помощь легионов Императора. Пока он бежал, в его голове всё чётче вырисовывалось слово «Ваагх!».

Гудок паровоза известил о прибытии поезда верховного главнокомандующего на станцию. В клубах пара, он медленно сбавлял скорость пока не остановился полностью. Раздался последний продолжительный гудок известивший об окончании пути. Генерал-адъютант Его Величества Гаспар де Сталь поднялся и поспешил в купе своего патрона. Постучав, он открыл дверь и произнёс: «Ваше превосходительство, всё готово. Лейб-гвардия ожидает вашего приказа». Младший брат императора Мегрен Вальмон тяжело вздохнул и поднялся с дивана: «Ну что ж. Пойдём мой друг, не будем заставлять людей ждать». Мегрен поднялся и покинул купе. В тамбуре ожидали офицеры его штаба. Бывшие выпускники кадетских аристократических корпусов, каждый из них был родом из дворянской семьи. Они представляли элиту офицерского корпуса империи. Как только они увидели Мегрена, то тут же вытянулись по стенке вагона. Мегрен прошёл мимо них и вышел на перон. Как только он спустился на перрон, то тут же грянул оркестр. Почётный караул лейб-гвардии вытянулся по струнке. Навстречу Мегрену чеканя шаг подошёл командарм 2 ранга Амад Альбер. Приложив руку к голове, он начал доклад: «Ваше превосходительство, от имени пятнадцатой армии приветствую на Аугсбурском фронте. Обстановка на передовой остаётся крайне напряжённой. Ксеносы продолжают яростное наступление, несмотря на тяжёлые потери. Сейчас они прорвали две линии обороны из трёх. Наши резервные корпуса под руководством командарма 1 ранга Анри Нивеля готовы начать контрнаступление. Доложил командарм 2 ранга Амад Альбер». Как только Альбер закончил доклад, Мегрен скомандовал «Вольно» и предложил немедленно отправиться в штаб фронта. Альбер не стал возражать и оба командующих и их свита направились к колонне бронеавтомобилей. Проходя мимо гвардейцев Мегрен испытал чувство лёгкого отвращения. До войны в лейб-гвардию вступали только члены дворянских фамилий. Большей частью они были из мелких дворян и служба в гвардии была для многих трамплином для карьеры. Сейчас же в гвардии присутствовали солдаты из низких сословий. Их избрали из тысяч других за смелость и мужество. Мегрен не отрицал их достоинства, но не мог смириться с решением императора пополнить ряды гвардии людьми низкого сословия. Люди расселись по автомобилям и тронулись в путь. Солдатам же пришлось разместиться в грузовиках. Бронеавтомобили высшего командования были изыскано отделаны изнутри и имели удобные кресла. Пока колонна двигалась к линии фронта Мегрен решил подробнее расспросить о ситуации на фронте:

— «Каково истинное положение дел?».

Альбер ожидал этого вопроса и немедленно ответил:

— «Критическое. Ксеносы слетаются на любое упорное сопротивление как пчёлы на мёд. Наибольшие потери наносит их авиация. К сожалению мы мало что можем ей противопоставить. Если фронт и будет прорван, то только благодаря ей. Мы уже четыре раза отбрасывали их пехоту, но они снова и снова бросаются в бой. Резервные корпуса уже исчерпали свои силы и если мы не получим подкреплений, то итог будет неутешителен».

Мегрен обнадёжил командарма:

— «Со мной прибыли 4 гвардейская железная дивизия и свежесформированный 8 пехотный корпус, в количестве двадцать тысяч штыков. Послезавтра прибудет кирасирский полк «Лунные клинки». Этих сил должно хватить для стабилизации фронта». Командарм кивнул, но было видно что он не особо надеется на них.

— «Я благодарен, что вы так быстро отреагировали. Есть новости с других фронтов?»- спросил Альбер. Мегрен поморщился:

— «Неутешительные. Обстановка везде тяжёлая. Новобранцы не успевают пройти обучающий курс, как их бросают затыкать дыры. Авиация остаётся нашим самым слабым местом. Мы уже полностью потеряли три призыва пилотов. Единственная хорошая новость, прибыл экспедиционный корпус тетийцев. Сейчас они проходят выгрузку. Правда остаётся вопрос насколько их хватит. Дорсет продолжает вести наступление. Однако потери вызывают тревогу. Боюсь в этом году изменить стратегическую ситуацию нам не удаться».

Между командующими повисло молчание. Каждый задумался о складывающейся обстановке. Оба понимали, что с каждым днём шанс проиграть войну становится всё больше. Мегрен постарался отвлечь своего собеседника от тяжёлых дум и перевёл разговор о семье.

Появление генералов на передовой было ознаменовано грохотом артиллерийских орудий. Альбер первым покинул бронированный автомобиль и подождал пока Мегрен присоединится к нему. Следуя к местоположению штаба фронта, Мегрен пристально разглядывал окружающую местность. Повсюду можно было увидеть солдат, которые несли боеприпасы или раненых. Вдали виднелась повреждённая военная техника, над которой работали инженеры. Среди техники были различные машины как по виду, так и по назначению. Одни были похожи на прямоугольники и обладали маленькой скоростью, но несли 75 мм орудия и толстую броню. По их бортам размещались крупнокалиберные пулемёты, для уничтожения вражеской пехоты. Они весили около 30 тонн и были предназначены для уничтожения любого возможного сопротивления. Рядом с такими массивными машинами войны стояли их более лёгкие братья. Это были новый тип техники, разработанной специально для поддержки кавалерии и, вырвавшейся вперёд пехоты. Новые боевые машины имели башню кругового вращения, которая имела автоматическую пушку, способную бороться и с авиацией, и лёгкой бронетехникой. Ещё до начала войны эти машины в среде военных получили название танков и вошли в порядки кавалерии. Стратеги рассудили, что в связи с быстрым продвижением по местности, ей понадобятся такая же скоростная и проходимая техника. Время показало их эффективность и теперь техникам-ремонтникам приходилось проявлять недюжие познания в технике и смекалку, чтобы быстро вернуть в строй различные типы повреждённых в боях машин.

Блиндаж, в котором размещался штаб фронта, был вкопан глубоко в землю. Только антенны на бревенчатой крыше намекали на центральный командный центр фронта. Блиндаж окружали кольца траншей, в которых через каждые пятнадцать метров находились замаскированные зенитные пулемёты. Офицеры спустились по траншейной лестнице на дно траншеи и последовали к входу в блиндаж. По пути им встречались пехотинцы, вытягивающиеся при приближении офицеров и бодро приветствуя своих командиров. Однако от пристального взгляда Мегрена не укрылась тщательно маскируемая усталость солдат. Он предпочёл не уделять этому внимания и просто кивал им и шёл дальше. У входа в блиндаж их встретил караул из двух человек. В отличии от встреченных ранее солдат, караульные не спешили приветствовать прибывших, а потребовали назвать себя. Альбер поспешил представить Мегрена и его свиту, и только после этого караульные пропустили их. Внутри штаба царила настоящая суматоха. Радисты поддерживали постоянную связь с боевыми подразделениями, собирая информацию о ситуации на поле боя. Они быстро записывали полученные данные на листах и передавали их офицерам штаба. Собравшись за столом, офицеры анализировали информацию, составляя подробный доклад. В нём они также предлагали контрдействия, которые могли бы обеспечить успешную оборону. Этот доклад затем попадал на стол командарма Анри Нивеля. Командарм сидел за столом, на котором была разложена карта местности. Карандашом он отмечал продвижение противника. Как только офицер штаба клал доклад перед ним, Нивель немедленно изучал его и отдавал приказы сидящему рядом связисту. Связист, в свою очередь, передавал приказы либо радистам, либо ординарцам, спешащими передать приказы дальше. Альбер первым прошёл в блиндаж и громко крикнул: «Главнокомандующий в штабе!». Люди тут же оставили свои дела и повернулись к входящему Мегрену. Анри Нивель вышел из-за стола и подошёл к нему, как только Мегрен со свитой вошли в помещение.

— «Господин главнокомандующий, противник ведёт наступление на позиции 24 пехотной дивизии. Силы ксеносов состоят из значительного числа пехоты, атакующей при поддержке техники. Артиллерия же противника на участке возможного прорыва полностью подавлена. Особую благодарность в этом заслуживает 101 тяжёлый полевой артиллерийский дивизион полковника Аазена. Несмотря на это обстановка остаётся критической. Для изменения обстановке мной намечен контрудар. Для этого сформирован штурмовой корпус из 307 пехотного полка, 41 самоходной артиллерийской бригады, 73 гренадёрского батальона и 5 роты гвардейского корпуса. Доложил командарм 1 ранга Анри Нивель» — без лишних предисловий и приветствий протараторил командарм. Мегрен выслушал его, не перебивая и как только Нивель закончил спросил:

-«Мне докладывали о вашем беспокойстве относительно противодействии вражеской авиации. К концу недели под ваше командование поступит 21 авиационная дивизия, кроме того все прибывающие части имеют в своём распоряжении зенитные орудия». Ответ Нивеля потонул в пронзительном вое сирены воздушной тревоги. На улице послышалось уханье зенитных пушек и треск пулемётов. Яков подошёл к Пьерру и достал сигарету:

— «Не угостишь огоньком?».

В отличии от Пьерра, уже прослужившего три месяца на фронте, Яков был из последнего пополнения и не успел принять участия в боях. Пьерр отвлёкся от созерцания горизонта и достал зажигалку. Яко поднёс сигарету к огню и затянулся.

— «Начальство приехало. Интересно что они там насовещают?»- попробовал завести разговор Яков.

— «Это уже не наше дело. Чтобы они не решили выполнять придётся нам»- ответил Пьерр. «А сложно убить ксеноса? Мне говорили они почти не убиваемые»- продолжил Яков.

-«Смотря куда стрелять. Целься в голову и рано или поздно он упадёт»- посоветовал Пьерр и тут же заметил:

— «У нас гости».

Яков взглянул на небо и увидел как по нему медленно плывут, оставляя за собой чёрный маслянистый след, красные самолёты ксеносов. Тут же разразилась криком сирена и солдаты поспешили встать за пулемёт. Пьерр передёрнул затвор и поймал в цель ближайший к нему машину врага. Облизнув пересохшие губы, он стал ждать когда враг окажется в зоне поражения. Долго ему не пришлось ждать. Ксеносы торопились так будто от этого зависела их жизнь. На них обрушили град пуль и снарядов. Некоторые самолёты взорвались в воздухе, в то время как другие лишились двигателей и устремились вниз. Но чтобы остановить мчащуюся волну этого оказалось недостаточно. Приблизившись к оборонительным позициям, ксеносы резко снизились, ничуть не заботясь о собственной безопасности, и на бреющем полёте излили на землю поток смертоносного огня. Мощные взрывы разрывали людей и орудия будто они были игрушечными. Вся линия траншей превратилась в сплошную стену из огня. Избавившись от груза, ксеносы обрушили металлический дождь из своих пушек и пулемётов на тех кого миновал шквал огня, после чего, резко набрав высоту, развернулись и полетели назад, оставив истерзанную землю после себя.

Альбер не стал дожидаться пока утихнет грохот взрывов и выскочил наружу, чтобы собрать оставшихся и попытаться реорганизовать оборону. Подняв глаза в небо он увидел что некоторые пилоты ксеносов не смогли выполнить разворот на большой скорости и столкнулись друг с другом. Командарм усмехнулся и поспешил на поиски живых. Спустя час он смог кое-как собрать из выживших и организовать работы по восстановлению траншей. Вскоре к ним стали стягиваться санитарные автобусы и части, стоявшие в тылу. Альбер стоял под навесом импровизированного штаба когда к нему присоединился Нивель.

— «Вот ты где! А я думал куда исчез мой заместитель»- произнёс он. Альбер устало улыбнулся и ответил:

— «Кто-то должен был заняться беспорядком».

— «Потери большие?»- поинтересовался Нивель.

— «125 дивизия перестала существовать. Погиб полковник Стессель вместе со всем своим штабом. Бомба угодила прямо в их блиндаж. Офицеров и сержантов можно пересчитать по пальцам. О рядовом составе даже говорить не хочется. Я уже отдал приказ оставшимся влиться в 3 резервный полк как только он подойдёт».

Нивель положил руку на плечо Альбера и сказал: «Ты правильно сделал. Как только полк подойдёт сдай командование и возвращайся».

— «Кстати, а как там главнокомандующий?»- поинтересовался Альбер.

— «Уехал как только всё утихло. Да и правильно. Делать здесь ему нечего. Связи нет, ординарцы мертвы. Пока всё восстановим пройдёт время, которого и так нет».

— «Амад, я пока оставляю тебя здесь, сам же отправлюсь к месту сбора штурмового корпуса. Посмотрю что от него осталось и выдвину на помощь 24 дивизии».

Альбер согласно кивнул: «Увидимся ещё, командарм». Офицеры пожали руки и разошлись.

Личный транспорт Нивеля была уничтожен при бомбардировке и теперь командарм трясся в легковушке, изъятой у какого-то гражданского. Водитель ловко объезжал воронки и Нивель посмел понадеяться прибыть на место сбора до выступления штурмовиков. Глянув в окно, Нивель увидел лунный пейзаж. Тогда командарм закрыл глаза и представил поля пшеницы, тянущиеся от горизонта до горизонта. Постепенно его мысли плавно вернулись к штурмовому корпусу. Нивель расположил его на значительном расстоянии от места возможного прорыва для того чтобы создать видимость атаки и уберечь корпус от налёта авиации. И как оказалось он был прав сделав это. Те немногие сведения что его подчинённым удалось собрать за короткое время говорили о полном разрушении оборонительных порядков и логистики. Несмотря ни на что бойцы 24 пехотной дивизии продолжали удерживать позиции, сражаясь на смерть с захватчиками. Погружённый в тягостные раздумья Нивель не заметил как прибыл в расположение штурмового корпуса. При въезде их остановили для проверки документов и выдали сопровождающего. К облегчению Нивеля, корпус не задело бомбардировкой. Куда бы ни упал взгляд командарма он видел как люди готовились к бою. Распределялись амуниция и боеприпасы, чинилась одежда, проходили дополнительное обучение бойцы. Все машины были укрыты под навесами, так чтобы с воздуха казалось будто на земле кроме траншей и пехоты больше ничего нет, между рядами механизированных отделений были вырыты ходы сообщений и траншеи. Легковушка остановилась у самоходного орудия, на котором возвышался штандарт артиллерийской бригады, которой командовал командующий корпусом майор Керри. Как только Нивель вышел из машины к нему подскочил молоденький лейтенант, дежуривший у импровизированного штаба.

— «Господин командарм 1 ранга, рад приветствовать вас в расположении штурмового корпуса. Смею доложить что мы готовы к выступлению. Майор Керри сейчас ставит задачи подчинённым. Доложил лейтенант Уайт».

Нивель кивнул ему и тут же потребовал встречи с майором. Уайт по военному развернулся на каблуках и повёл командарма к местоположению штаба корпуса. В отличии от штаба фронта, штаб корпуса представлял собой простой широкий окоп, прикрытый маскировочным пологом. В нём Керри стоял перед строем командиров и диклорировал планы операции. Нивель не захотел прерывать командира и остановился, не дойдя до выхода из траншеи и прислушался. Планы Керри были просты и понятны. Суть их заключалась в том чтобы отбить и занять оборонительные позиции одной мощной атакой, не взирая на возможные потери. О судьбе их защитников не было сказано ни слова, будто они уже были мертвы. Офицеры молча слушали его и делали заметки в своих блокнотах. Как только Керри закончил, Нивель вышел к офицерам корпуса.

«Смирно, командарм 1 ранга Нивель в штабе»- раздался голос Уайта. Все повернули головы на голос и увидя Нивеля подобрались. «Вольно»- поспешил сказать Нивель. Ему сейчас было не до устава. Единственное что его заботило так это контратака корпуса. Он подошёл к Керри и спросил: «Вижу ваши подчинённые уже проинструктированы. Когда вы сможете выдвинуться?». Керри не мешкая ответил: «Машины заправлены, боеприпасы распределены. Можем выходить хоть сейчас».

— «Тогда действуйте. Положение ухудшилось и вся надежда только на вас».

Керри кивнул: «Мы не подведём. Трубач сигналь выступление». Один из солдат достал горн и затрубил. Через несколько секунд ему ответило ещё несколько горнов и весь лагерь пришёл в движение. Взревели моторы,сержанты громогласными криками поторапливали подчинённых. Керри попрощался с Нивелем и поспешил в свою командную машину. Это была переделанная самоходная артиллерийская установка. Помимо мощной брони и орудий, на ней размещалась радиостанция. Для этого инженерам пришлось пожертвовать пространством для экипажа, но возможность управлять ходом боя ценилось больше. Через полчаса в поле остался только Нивель и его шофёр. Командующий фронтом прочитал короткую молитву и направился в расположение штаба фронта.

«Ваагх»- кричал ксенос, размахивая гигантским мачето. Вольт вскинул винтовку и разрядил в его голову всю обойму. Голова ксеноса лопнула как перезрелый фрукт, но тело успело сделать ещё пять шагов прежде чем упасть. Вольт торопливо перезарядил винтовку и огляделся. Позиции полка были изрыты воронками и усыпаны подбитой техникой вперемежку с мёртвыми людьми и ксеносами. Солдат не торопясь продолжил обход траншей, про себя молясь чтобы не встретить больше никого из чужих. Больше всего его сейчас волновал опустевший подсумок. Вольт осматривал каждого убитого товарища в надежде найти полную обойму или хотя бы патроны. Бой шёл не прекращаясь двое суток, а ксеносы всё шли и шли, волнами накатываясь на оборону людей. Временами Вольту казалось что он один остался из всего полка, но то тут то там вспыхивала пулемётная очередь и вслед за ней начинали трещать винтовки товарищей. Тогда Вольт спешил к своим братьям по оружию и вместе с ними отбивал очередную атаку. Убийство ксеносов было трудным делом. Многие из них превосходили людей ростом и силой. В бой они шли не жалея своих жизней, стремясь только бы быстрее добраться до врага. Их техника была грубой, но эффективной конструкции и бросала вызов всякой логике. При её изучении инженеры не могли понять принципов её действия. Собранная кое-как и скреплённая всем чем только возможно, она вообще не должна была двигаться или рассыпаться при первой возможности. Но тем не менее её можно было остановить только прямыми попаданиями. На секунду отвлёкшись Вольт чуть не угодил в пасть пса ксеносов. Больше похожий на огромный мяч, прыгающих на двух мощных лапах, пёс прыгнул на Вольта, намереваясь загрызть свою добычу. Солдат резко развернулся и успел проткнуть это порождение ужаса. Штык вошёл глубоко в глотку и ксенос заверещал и сомкнул челюсти. Вольт еле успел убрать руки и винтовка треснула пополам там где сошли зубы. Солдат выхватил топорик и обрушил град ударов на ксеноса. Его череп треснул и ксенос упал, а Вольт всё бил и бил пока адреналин не в крови не закончился. Тогда Вольт прекратил наносить удары и устало сел на дно окопа. Трясущимися руками Вольт достал сигарету и закурил. Ему потребовались несколько минут, чтобы прийти в себя. Тогда солдат поднялся, подобрал винтовку с павшего товарища и поплёлся дальше. Продвигаясь по разрушенной траншее, Вольт успел убить с дюжину более мелких ксеносов, которых солдаты окрестили гремлинами. По опыту Вольт знал что эти создания были трусливы, но сбившись в стаю становились крайне агрессивны и разумны. Оставлять их было опасно. В атаку они не шли, но окапавшись могли сдерживать целые подразделения. Для своих вожаков они служили пушечным мясом. Их гнали вперёд на пулемёты и колючую проволоку только для того чтобы расчистить путь. «Бернард»- услышал крик Вольт вдалеке и поторопился на звук голоса. Через пару минут Вольт наткнулся на отделение пехотинцев, так же как и он, прочёсывавших траншеи. «Не стреляйте. Это рядовой Атталь»- выкрикнул Вольт. Один из солдат махнул рукой и Вольт подбежал к ним. Среди солдат оказался его капитан Колло, молодой офицер недавно закончивший училище, но уже сумевший проявить себя на поле боя. «Господин капитан»- произнёс Вольт, отдавая честь офицеру. Капитан поморщился и промолвил: «Давай без лишних приветствий. Мы не на плацу». Вольт кивнул и присел рядом с ним.

— «Ты кого-нибудь ещё видел?»- спросил Колло.

— «Никак нет. Все позиции от пункта 327 и до опорной точки 99 пусты. Нет даже раненых».

Расспросы капитана были прерваны нарастающим гулом авиации ксеносов. «Воздух»- раздался чей-то крик и люди бросились в рассыпную. Упав в ближайший окоп, Вольт сжался в комок, ожидая начала бомбардировки. Его сердце отстукивало секунды, а бомбы всё не падали. Вольт поднял голову и посмотрел в небо. Летающая армада стремительно проплывала по небу, следуя куда-то в даль. После того как она ушла к горизонту, люди быстро собрались вокруг капитана.

— «Значит так парни. Полк уничтожен, так что здесь нам делать нечего. Отходим к третей линии. И если от неё что-нибудь останется, то примем бой там. А теперь уходим отсюда, быстро».

Люди встали и, соблюдая осторожность, пошли назад. Капитан решил идти к ближайшему эвакуационному пункту, в надежде найти там транспорт и связь. В пути они сталкивались с рыщущими по полю боя ксеносами. К их счастью больше крупных особей им не попадалось. Гретчины же растворялись среди разрушенных траншей после первых выстрелов, не вступая в перестрелку. Отряд шёл по линии траншеи, попутно обыскивая блиндажи. Обследуя их, они видели следы жёстких рукопашных схваток. Мёртвые рюди и ксеносы лежали вперемешку друг с другом. После очередного осмотра места схватки капитан отметил отсутствие оружия и амуниции.

-«Проклятье. Мы ещё не покинули позиции, а эта зелёная мелочь уже обкрадывает нас»- гневно воскликнул Колло.

Бойцы промолчали, прекрасно понимая куда оно пойдёт. Путешествие до ближайшего пункта эвакуации заняло у них больше часа и когда они добрались, то их встретила смерть. В большом окопе был разбит шатёр, в котором собирали раненых. Их сортировали по тяжести ранений и отправляли в тыл. Здесь работала небольшая команда военных санитаров под присмотром врача. Сейчас же шатёр больше напоминал склеп. Весь персонал и раненые были мертвы. Беглый осмотр показал что небольшой отряд ксеносов просочился сквозь поредевшие порядки полка и перебил всех. Среди убитых не оказалось ни одного зеленокожего. На солдат место гибели их товарищей произвёл удручающее впечатление и Колло поспешил увести их с эвакуационного пункта. Позади шатра нашлась пара, продырявленных насквозь, санитарных машин. Видно было что ксеносы расстреляли их ради смеха. Некоторое время отряд шёл в полном молчании, но постепенно люди начали оттаивать и перешёптываться. Главным образом их интересовало сколько им ещё придётся идти. После того как они оставили позиции им ещё не встретилась ни одна живая душа. Колло казалось, что все в один момент как будто вымерли. Только сгоревшие остовы машин и мертвые встречались на их пути.

-«Капитан,как думаете, впереди ещё кто-то есть или наши отступили?»- услышал голос рядового Вольта Колло. Капитан оглянулся на солдата и ответил:

-«Должны быть. Если бы ксеносы добрались бы до них, то здесь уже горела бы земля».

— «Странно что ксеносы перестали атаковать. Эти два дня были сущим адом. Ещё один рывок и они уничтожили бы нашу оборону»- попытался развить разговор Вольт.

Капитан ощутил нарастающее раздражение и желание осадить солдата. Но вместо этого он тяжело вздохнул и постарался взять в себя в руки. Всё время учёбы в кадетском корпусе учителя им вдалбливали в головы, что офицер обязан служить примером чести, хладнокровия и отваги для рядового состава. Ведь офицерами становились только члены дворянского сословия. Впрочем сейчас это уже было не важно. За первый год войны погиб весь цвет дворянского сословия Акадийской империи. Колло вспомнил как на последнем году учёбы был зачитан Высочайший указ Его Императорского Величества о приёме в кадетский корпус детей из других сословий. Тогда это вызвало сильный ропот и среди кадетов, и среди преподавательского состава. Но этим всё и закончилось. С фронта просачивались вести о чудовищных потерях императорской армии. В тот год сам Колло получил вести о гибели двух своих старших братьев. Кадровый кризис был настолько острым, что по прибытию на фронт Коло получил чин капитана не прослужив и месяца. Почувствовав что молчание затянулось, Колло спохватился и торопливо ответил: «Они и так это сделали. И похоже собираются теперь добиться своей окончательной цели. Нам надо поторопиться. Если ксеносы застанут нас посередине поля, нам конец. Отряд, рысью марш!». Люди ускорили марш и разговоры прекратились. Каждый из них старался сберечь дыхание. Через полчаса они наконец-то наткнулись на кавалерийский разъезд.

-«Кто такие?»- выкрикнул один из кавалеристов.

Колло прищурился и заметил лычки сержанта у говорившего.

-«Капитан Колло из 24 пехотного и мои люди»- представился Колло.

— «Далеко же вы забрались капитан. Ваши позиции находятся в 20 км от нас»- заметил сержант.

— «Они полностью разрушены, но ты и так это знаешь. Сержант»- сделав ударение на звание, ответил Колло.

— «Прошу прощение капитан. Сержант Макдон из 411 кавалерийского. Пятый эскадрон. Направлены майором Нилом для возвращения ... отступающих обратно на позиции».

— «Где место сбора?»

— «В местоположении третьего батальона вашего полка, капитан».

Колло про себя проклял себя за своё малодушие и повернулся к своим подчинённым.

-«Ну что парни, похоже я ошибся и нам необходимо срочно вернуться и дать такой отпор ксеносам, чтобы они раз и навсегда запомнили стойкость нашего полка!».

Солдаты слабо выкрикнули клич в поддержку речи капитана, но по их угрюмым лицам было видно, что возвращаться назад им сильно не хотелось.

Добравшись до места сбора, Колло заметил что оно больше напоминало импровизированный временный лагерь. Разрушенные траншеи и укрытия не были восстановлены, огневые точки не замаскированы. Приблизившись, они увидели полковую кухню, стоящую на открытом пространстве. Повар щедро раздавал еду всем кто подходил. Вокруг кухни собралась небольшая толпа. Солдаты воспользовались небольшим затишьем и спокойно ели, ведя не спешные разговоры. Некоторые тут же ложились и засыпали. Колло подошёл к кухне и обратился к повару:

— «Рядовой, откуда такое богатство?»

— «Приветствую вас, капитан. Командарм 3 ранга Альт фон Гинден приказал организовать пунк приёма пищи, как только узнал о месте сбора. К моему сожалению, количество порций было рассчитано на куда большее количество людей, чем есть. Так что приходится раздавать двойные порции. Берите и вы капитан. Еды на всех хватит».

После слов повара Колло только сейчас почувствовал насколько голоден, но он решил повременить с едой и сначала найти майора. Расспросив солдат о местонахождении майора, капитан оставил свой отряд у кухни и направился по указанному направлению. Майора Колло нашёл у разрушенного бомбой блиндажа. Лицо майора было полностью забинтовано, но говорить он всё же мог. Что сейчас и делал, докладывая по радиостанции обстановку на участке. Пока майор разговаривал Колло решил подождать и в ожидании принялся разглядывать окружение. Майор, как и окружавшие его солдаты, был одет в панцирную броню, но в отличии от него у каждого из пехотинцев на левой груди было выбито клеймо штурмовика «пронзённый мечом череп ксеноса». Колло сразу понял что перед ним новоиспечённый ударный корпус. В него отбирали людей только с боевым опытом из всех полков императорской армии. Ударников обеспечивали новейшим оружием и лучшей бронёй, какая только была в империи. Несмотря на то что Ударный корпус был сформирован недавно, он уже успел доказать свою эффективность и получить личное знамя, как говорили, из рук самого императора. Ударников бросали на самые тяжёлые участки фронта, но там где они появлялись победа не заставляла себя ждать.

Нил отдал трубку радисту и громко выругался. Колло по его поведению понял что обстановка складывается не в пользу дивизии и подошёл к майору для получения инструкций. Нил, погруженный в невесёлые думы, обратил внимание на капитана только после того как тот представился.

— «Возьми своих людей и следуй на позиции девятой роты и удерживай их до подхода подкреплений. Когда они прибудут, я не знаю. Но точно знаю, что позади нас никого нет. Поэтому необходимо выстоять любой ценой. Всех людей, что найдёшь по пути, собирай в свой отряд. Это всё. Иди».

Колло молча выслушал распоряжение и, откозырнув, вернулся к своему отряду. Бойцы к его возвращению успели набить себе животы горячей пищей и довольные ожидали своего командира. Вольт протянул котелок с едой, когда Колло подошёл к ним.

— «Спасибо»- кивнул он рядовому и обратился ко всем:

— «Солдаты вы сделали многое за короткий срок своей службы, но Империи нужно чтобы вы сделали ещё немного. Нам поступил приказ занять позиции девятой роты и удерживать до подхода подкреплений. Они уже выдвинулись к нам на выручку и скоро будут здесь. Парни, я знаю вы устали, но ради наших семей, мы должны выдержать чего бы этого не стоило».

Люди молча поднялись и в едином порыве выкрикнули: «За империю и Отечество». Отряд задержался только для того чтобы взять боезапас и сразу же поспешил занять позиции.

Весь горизонт был скрыт за орущей зелёной волной. Глядя на то как орды ксеносов спешат в атаку, у Колло невольно всплыло в памяти как он со своими товарищами по кадетскому корпусу торопился на выход из кампуса во время праздничных увольнений. Он сверился с картой местности погибшего лейтенанта девятой роты, переданной ему Нилом и поднял трубку телефона:

— «Говорит капитан Колло, 15 рота. Вижу противника. Прошу открыть огонь по квадрату 09-23».

Надежды на то что артиллерия ещё осталась, он не испытывал. Но всё же решил испытать удачу и запросил артобстрел. Первые минуты были слышен только гул машин ксеносов и их вопли. Но в следующие порядки врагов разорвались в ярких оглушительных взрывах, сметавших технику и ксеносов силой тяжёлой артиллерийской мощи. Люди закричали от радости, видя это. Артобстрел продлился пять минут, оставив после себя разорванные тела и пылающую технику. В небо поднялась туча пыли, теперь медленно оседавшая на землю. Вокруг воцарился минута тишины, оказавшейся краткой как миг человеческой жизни. Из тучи вынырнула вопящая от гнева орда зеленокожих. Они бежали так быстро как могли, щедро поливая брустверы свинцом. Рота Колло терпеливо ждала, пока чужаки приблизятся на прицельное расстояние. Как только они пересекли невидимую линию, солдаты встали и ответили им метким огнём. Затрещали пулемёты и винтовки. Заухал найденный целым бомбомёт. Однако огонь был слишком редким, чтобы остановить волну атакующих. Люди взялись за гранаты. Они дождались пока ксеносы приблизятся как можно ближе и метнули их в своих врагов. Результат превзошёл все ожидания защитников. Серия взрывов смела первые ряды атакующих. Вольт Атталь не услышал позади себя выстрелов пушек и гула работающих двигателей из-за воплей чужаков и шума выстрелов. Он жал на гашетку станкового пулемёта, не прекращая стрелять ни на секунду. Пулемётная лента быстро закончилась и Вольт быстро открыл гнездо патронных лент и поставил новую. Закрепив ленту, он закрыл патронник и тут рядом с ним что-то упало. Вольт оглянулся и увидел человеческое тело с огромной раной в груди. Мельком взглянув в лицо солдата, он заметил что он не из его отряда. Вольт поднял глаза. В траншеи запрыгивали пехотинцы и тут же занимали места у брустверов. Позади них стояли самоходки и отстреливали врагов.

— «Не стой на месте. Стреляй!- услышал рядовой возбуждённый голос, позади себя. Вольт снова взялся за гашетку и зажал её жо упора.

— «Вот теперь посмотрим кто кого»- подумал он и его лицо скривилось в оскале.

Бой продлился более двух часов. Несмотря на прибытие свежих сил, ксеносы ворвались в траншеи и захватили их. В ответ люди отступили и, быстро перегруппировавшись, контратаковали снова. На грубую силу и животную ярость пришельцев люди ответили жгучей ненавистью и безумным исступлением. Самоходные орудия людей шли в атаку вместе с пехотой, в упор расстреливая из своих орудий скопления ксеносов. Лейтенант Кирк навёл орудие на цель и крикнул:

-«Старшина, давай снаряд».

Заряжающий практически моментально загнал снаряд в казённую часть и закрыл затвор.

— «Готово».

Кирк нажал на кнопку и самоходку сильно качнуло от отдачи. Группа ксеносов разлетелась на куски, вызвав улыбку у лейтенанта.

— «А теперь дави их»- крикнул механику-водителю. Тяжёлая машина ворвалась в траншею и резко развернулась, пойдя вдоль неё. За несколько дней непрерывных боёв и недель артобстрелов и бомбардировок, переходящая из рук в руки, она была полностью разрушена и теперь только носила название «траншея». На деле это была серия полузасыпанных воронок, соединённые ходами сообщений. Экипаж собрал кровавый урожай из укрывавшихся ксеносов. Те не имея возможности остановить танк, выскакивали из укрытия и попадали под обстрел пехотинцев. Кирк снова развернул машину и повёл её дальше. В самоходку ударило две ракеты, но броня смогла выдержать.

— «Так и где же наши шутники?»- прошептал Кирк- «Ага, нашлись».

Он снова выстрелил и два зелёных ракетчика устремились на встречу к своим врагам. Порыскав ещё немного, Кирк нашёл новую цель из мелких ксеносов, тащивших что-то похожее на пушку.

— «Сейча-ас»- протянул Кирк. Орудие танка выстрелило и команда пушки забавно подлетела в воздух. Кирк радостно рассмеялся:

— «Так их».

Рядом с машиной Кирка шли его боевые друзья, прикрывая справа и слева. Троица карающей дланью сметала препятствия на пути, открывая проход пехоте.

— «Кирк, ты отрываешься. Сбавь обороты»- услышал он голос своего друга по рации.

— «Принял. Убавляю скорость. А то вам ещё ничего не останется».

Самоходка немного замедлилась и подождала пока с ней поравняются его товарищи. Ими управляли его друзья по училищу. Они вместе поступали на курсы управления техникой и вместе получали машины при выпуске. Чтобы не потеряться в хаосе битв, они дали своей технике имена. «Сокрушающая длань», «Указывающий перст» и «Шуйца». Имена они придумали обсуждая на картину, висящую в холле училища, во время учёбы. На ней был изображён древний рыцарь сражавшийся с мифическим драконом. Прикрыв себя щитом, он занёс меч, чтобы отрубить чудовищу голову. Поскольку Кирка назначили командиром отделения, то он выбрал имя «Указывающий перст». Восстановив строй, они продолжили путь дальше. Все вместе они стали клинком, несущий смерть врагам своего Отечества. Они стреляли и давили. Тяжёлобронированные корпуса машин покрылись вмятинами и гарью, а гусеницы приняли зелёный цвет и скрылись за плотью раздавленных бойцов пришельцев.

— «А это ещё что такое?»- удивился Кирк.

На их строй бежали щёлкающие клыкастые челюсти на мускулистых ножках. Кирк и раньше их видел. Для бронированной техники они не представляли угрозы, но сейчас эти создания несли в своих пастях, что-то что могло сойти за бомбы. Крик на вскидку насчитал их около сотни и передал товарищам сосредоточить огонь на них. Самоходные орудия остановились и принялись за новую угрозу.

— «Ришар, твой выход»- крикнул Кирк, приближающаяся угроза не на шутку его встревожила. Радист кивнул, снял наушники и вылез из кабины. На верхней части брони был закреплён крупнокалибреный пулемёт для борьбы с пехотой противника. Радист посмотрел на своих соседей. На броне самоходок тоже показались люди. Помахав им рукой, Ришар взялся за пулемёт и открыл прицельный огонь, стараясь стрелять как можно точнее. Всё внимание радиста было сосредоточено на бегущей угрозе, поэтому он и не заметил новую, как и все кто был рядом с самоходками. Позади наступающего отряда из ниоткуда появился зеленокожий солдат. Это был высокий широкоплечий ксенос с большим баллоном за плечами. На его лице была одета лицевой щиток, с намалёванной мордой чудовища, а в руках брандспойт, соединённый шлангом с баллоном. Он несколько секунд ошеломленно оглядывался, но увидев солдат и самоходки взревел «Ваагх» и окатил пехоту ревущим пламенем. Пехотинцы в миг превратились в вопящие факелы. Ришар растерянно оглянулся и его душу охватил страх. Последнее что он увидел это полубезумный восторженный взгляд ксеноса.

Кирк навёл орудие и был готов выкрикнуть команду огонь, когда в машину свалился объятый пламенем Ришар. Он резко отпрянул, прижавшись к корпусу и рефлекторно достал револьвер. К чести Ришара, он не стал метаться в кабине, а собрав остатки самообладания опустился на колени, крича от боли. В корпусе отвратительно запахло жаренным мясом. Крики радиста заглушили все звуки боя. Но пламя было слишком сильным и вслед за ним вспыхнул и заряжающий.

— «Покинуть машину»- крикнул Кирк и разрядил весь барабан в своих товарищей. Люди замертво упали. Тогда Кирк постарался быстро вылезти из самоходки прокрадываясь вдоль брони, вслед за водителем. Он не помнил как оказался снаружи. Вытерев пот со лба, Кирк ощутил как что-то ярко полыхнуло позади него. Раздался отчаянный звериный рёв боли. Мимо экипажа погибающей машины проехала «Сокрушающая длань». Она стремительно проскочила мимо них и поспешила назад, под прикрытие пехотинцев. «Шуйца». Кирк с водителем остались одни. Бежать через бушующее пламя было невозможно и Кирк смело посмотрел на приближавшихся к ним зверей ксеносов. Времени чтобы обойти пламя у них не было.

Колло вёл свою роту вслед за самоходками. Их задача была проста. Зачищать тылы от врагов. Благодаря экипажей машин, потери были невелики. Забрасывая гранатами и отстреливая стройными залпами ксеносов, пехотинцы успешно выполняли задание. Добравшись до переднего края Колло послал отделения вдоль траншей, выделив три из них для прикрытия самоходок. Он уже предчувствовал вкус победы когда с хлопком появился ксенос. С ужасом он понял, что перед ним стоит огнемётчик. Способные сжечь в мгновение ока целые роты, о них ходили ужасные рассказы. Колло вскинул винтовку и, прицелившись в баллон с жгучей смесью, выстрелил. Ему вторили подчинённые. Баллон вспыхнун и взорвался, убив ксеноса, но тому хватило времени чтобы одним выстрелом уничтожить целое отделение. Одна из самоходок осталась стоять на месте. Крайние же успели развернуться и отступить за спины пехотинцев. Слабая надежда на то что этим закончится расстаяла как только Колло увидел как за пламенем показались бегущие ручные чудовища. Некоторые из них кинулись на стоящую самоходку и та взорвалась. Остальные приблизились к роте и взорвались. Ударные волны опрокинули людей на землю. Ошмётки мяса и костей окатили людей. Хотя они и не причинили много вреда, солдаты были оглушены и растеряны. Колло поднялся с земли. И осмотрелся. Атака захлебнулась. Именно в этот момент с неба посыпался огненный дождь.

Магос Дана Нод занималась калибровкой новых автоматонов типа «Кастелакс», присланных ей с самого Марса. Вклад её когорты Легио Кибернетика во время кампании в системе Хорс и приведении местных человеческих колоний к согласию был отмечен и владыками Марса и повелителями Империума. Её осыпали почестями и наградами. С самого Марса прибыл посланник генерал-фабрикатора Кельбор-Хала и передал его обещание магосу Нод восстановить силы её когорты в ближайшее время. Своё слово Кельбор-Хал сдержал. Не прошло и полугода как в мир-кузницу Вейи прибыл конвой, доставивший новых автоматонов и марсианскую боевую технику. Потери скитариев был восполнен из жителей новообразованной Филатской республики. После того как Дана Нод сразила в бою Силика Анимус, марсианский культ приобрёл популярность среди местного населения. Многие из них примкнули к Механикум. Эти люди пополнили силы скитариев когорты. Несмотря на то что они подверглись обширной аугментации, секутор Нокс постоянно проводил учения, максимально приближённые к боевым. В глубине души Дана Нод ощущала глубокое моральное удовлетворение, близкое к горделивому самодовольству. От воспоминаний и размышлений её отвлёк трибун-инфокузнец Легио Парис Бойл.

-«Магос-доминус, вас просит о встрече архимагос Лехей. У него есть для вас срочное сообщение»- известил он её.

Нод ощутила лёгкий укол негодования от того что её прервали:

-«Хорошо. Как только закончу ритуал освящения, я приду».

Трибун поклонился и оставил её. Он, как и госпожа, не любил когда отвлекали от проведения священных ритуалов, в особенности когда дело касалось автоматонов Легио. Через инфоканал Нод убедилась в успешном завершении труда и только тогда передала через инфосферу о возможности прибыть немедленно на встречу. В ответ архимагос назначил время встречи. Отметив про себя, что у неё осталось немного свободного времени, магос направилась в свои покои, чтобы сменить мантию на более подобающую для встречи с владыкой мира-кузни.

Встреча проходила в зале совета верховных магосов мира-кузницы. Её уже ожидал как сам архимагос Лехей, так и капитан Астартес, облачённый в цвета легиона Саламандр. Рядом с Астартес стоял полковник имперской армии и адмирал флота.

-«Я приветствую всех присутствующих и извиняюсь за ожидание»- скромно сказала Дана Нод, подойдя ближе к собравшимся. Астартес только кивнул, в то время как полковник и адмирал сделали лёгкий поклон, приветствуя Нод. Архимагос ответил ей бинарным кантом:

— «Я рад что вы наконец-то присоединились к нам, магос Нод. Позвольте мне представить капитана Аксмана из легиона Саламандр и его помощника полковника имперской армии Стаута. Представитель командования Крестового похода адмирал флота Лефорт».

Скорпия поспешила поправить архимагоса:

— «Я предлагаю вести разговор на готике, архимагос. Так как присутствующие ваши гости не разговаривают на благословенном наречии Механикум».

Архимагос тут же спохватился и из его вокс-динамика раздался механический голос:

— «Да-да, вы правы. Прошу прощения».

Архимагос мало общался с обычными людьми и поэтому он постоянно забывал о необходимости переходить на готик. Обычно обязанности переговорщика выполнял его помощник магос-логис Калдер и его отсутствие на собрании удивило Дану Нод. Воспользовавшись случаем первым взять слово поспешил Аксман:

— «Встретиться с вами большая честь, магос доминус. Я рад буду, если вы присоединитесь к моему экспедиционному флоту, а пока позвольте рассказать о его целях».

Нод согласно кивнула и Аксман продолжил:

— «Мы получили приказ о проведении расследования на планете Экрон. Пять лет назад наземные астрономические обсерватории планеты заметили приближение метеора. Согласно расчётам инженеров Экрона, метеорит должен был в ближайшее время упасть на планету. Разрушения для местной цивилизации оказались бы катастрофичными и отбросили бы в развитии на тысячу лет. Местное правительство направило просьбу о помощи в Администратум, но эвакуировать такое огромное число людей не представлялось возможным и для решения проблемы магистр сектора Администратума переправил просьбу в штаб верховного командования Великого Крестового похода. Для предотвращения катастрофы, командованием была направлена небольшая эскадра, выведенных из рядов флота, старых кораблей с задачей огнём своих орудий сбить метеор с курса. Экипажи кораблей состояли из ветеранов флота, отслуживших свой срок, и курсантов под командованием старого адмирала Евродита. Последним сообщением от адмирала было то что эскадра благополучно вышла из варпа и движется к траектории полёта метеора. Из-за постоянного потока донесений и передислокаций армейских и флотских групп по многочисленным фронтам никто не обратил внимания об отсутствии донесений о успешном выполнении миссии. Пока не поступило отчаянное астропатическое сообщение о помощи. В нём говорилось о прибытии в систему орочьего флота. Лорд-командующий сектора Дуарте объявил о создании вспомогательного флота, состоящего из роты легиона Саламандр и полка минийцев, для отражения нападения на планету. Согласно разведданным, орочий флот состоит из остатков «Ваагх», разбитого в Датунском скоплении. Численность орочих сил в системе пока остаётся неизвестной».

Капитан Аксман закончил доклад и пристально посмотрел на магоса.

— «Какие ещё силы присоединятся к флоту и какова численность экспедиции на данный момент?»- спросила Нод.

— «Сто двадцать братьев-легионеров и три тысячи человек механизированной минийской пехоты. Флот включает фрегат легиона «Плеяда» и лёгкий крейсер имперского флота «Ранчеа».

— «По просьбе капитана Аксмана, я выделил три галеона типа «Каракк» с припасами и оборудованием для строительства храмов-кузниц с сотней технопровидцев для оказании помощи планетарному правительству в отражении нападения»- известил Лехей.

— «Однако я считаю, что этих сил может оказаться недостаточно, поэтому я прошу вас присоединиться к флоту, магос»- добавил Аксман.

— «Неужели у мира-кузницы больше нет никаких сил?»- поинтересовалась Нод.

— «К моему сожалению, нет. Мир-кузница Вейя никогда не могла выставить сильную тагмату, а после воссоединения с Марсом основные силы были направлены во флоты эксплораторов и клинья Великого Крестового похода»- огорчил её архимагос.

-«Достопочтимая магос-доминус Дана Нод, у командования Крестовым походом также сейчас нет лишних резервов. Ваша когорта единственное свободное подразделение в субсекторе. Если вы присоединитесь, то силы экспедиции значительно возрастут»- поспешно сказал адмирал Лефорт.

Видя что Нод задумалась, капитан Аксман так же добавил:

-«Ваше участие будет отмечено в архивах легиона».

Это предложение потешило самолюбие Даны Нод, но шанс присоединиться к легиону Саламандр, она упустить не могла:

— «Хорошо. Так каков план действий и структура командования экспедиции?».

Капитан Аксман кивнул, поняв что магос согласилась присоединиться и продолжил:

-«Главой экспедиции являюсь я. Поскольку вклад Механикум значителен, то вы займёте пост моего заместителя на планете. Полковник Стаут примет командование частями сил планетарной обороны, после того как мы прибудем на планету».

Дана Нод бросила оценивающий взгляд на полковника и по инфосфере запросила информацию о нём. По мере продвижения воинств Императора, его армии начинали всё больше рассредотачиваться по расширяющимся границам Империума. Легионов Астартес уже не хватало и всё чаще основной силой становилась Имперская Армия. Ряды Имперской Армии уже давно испытывали кризис личного состава. Когда-то состоящие из полков Солярной ауксилии, они всё чаще разбавлялись полками присоединённых миров. И если Солярная ауксилия имела разнообразное передовое вооружение, то вновь принятые полки могли не отличаться ни вооружением, ни боевым духом. Ответ пришёл быстро. На файле стояла пометка архимагоса.

— «А он подготовился»- подивилась про себя магос.

В файле было отмечено, что первый аэрокосмический полк с планеты Миний был собран и закреплён за легионом «Саламандра» тридцать лет назад. За время боевых действий смог проявить себя, за что отмечен наградами. Полковник Стаут только недавно вступил в должность, но уже показал что способен руководить полком. Между тем Аксман продолжал:

— «Экспедиция, в составе двух крейсеров, фрегата и трёх галеонов направится прямо к системе Паттин, в которой и расположена планета. Мы выйдем в точке Мандевиля и осторожно будем продвигаться к Экрону. В случае встречи со значительными силами флота орков, наша задача будет по возможности пробить коридор и высадиться на поверхность, не занятой противником. Если же планета пала, то мы отступим и запросим подкрепления».

— «Что мы знаем о планете?»- поинтересовалась Дана Нод.

Раздался голос архимагоса:

— «Планета Экрон. По имперской классификации относится к агромирам. Полезных ископаемых нет. Атмосфера похожа на терранскую. Приблизительно 61% занимают моря и океаны. Присутствуют реки и озера. На планете находится один материк и прилегающие к нему цепи островов. Материк пересекает экватор и имеет много климатических зон. Вдоль экватора находится горный пояс. Севернее и южнее него сосредоточено сельское хозяйство. Ближе к полюсам- добыча и переработка прометиума. Цивилизация слаборазвита. Численность населения составляет около восьми миллиардов. Основным типом оружия местных армий является стабберное. Лазерное оружие импортировалось в не значительных количествах для аристократии. На политической карте показано наличие 38 государств, состоящих в пяти блоках. После присоединения к Империуму, Администратум развернул изготовление современной сельскохозяйственной и промышленной техники. Построена орбитальная астропатическая станция и космопорт. Последний раз планета выходила на связь полгода назад. Для более подробной информации о планете, её политическом устройстве и экономике смотрите запись за номером 16е43пр».

— «Ничего особенного»- заметила Дана Нод, попутно просматривая указанную запись.

— «Это человеческая колония нуждающаяся в помощи, а значит этого достаточно. Поэтому я предлагаю не затягивать и завершить подготовку как можно скорее»- сказал Аксман.

— «Я уже распорядился предоставить вам всё необходимое. Погрузка галеонов уже началась»- сообщил архимагос.

— «Тогда и Легио приступит к погрузке. Моя когорта в вашем распоряжении, капитан»- подвела итог собранию Дана Нод.

На орбите Вейи царила оживление. Грузовые лихтёры сновали между миров-кузницей и флотом, доставляя грузы в ангары флота. Массивные танкеры выгружали топливо в вечно голодные недра кораблей. Бесчисленные потоки сообщений, запросов, докладов и подтверждений судов забивали эфир якорной стоянки и только бесперебойная работа магосов логистов и подчинённых им сервиторов не давала судам столкнуться друг с другом. Благодаря их работе боевой флот был быстро приготовлен к путешествию. Как только доклад о готовности поступил со всех кораблей, они выдвинулись к границе системы. Достигнув точки Мандевиля, они активировали варп-двигатели и в реальности открылась червоточина, из которых хлестали энергии эмпирей, и скрылись в ней.

Двери раскрылись и секутор Нокс вошёл в покои магоса. Его она встретила в приёмной. Она сидела на диване и что-то читала по инфопланшету. Она была одета в чёрную юбку и белую рубашку, на столике перед ней стоял до верху наполненный стакан с дорогим амасеком и тарелка с фруктами. Дана Нод оторвалась от чтения и перевела свой взор на Нокса:

— «Изучаете данные по планете?»- поинтересовался Нокс.

— «Нет. Имперские Истины. Тебе доводилось читать их?»

— «Мне достаточно учения Омниссии. А что вы думаете о учении Императора?»

— «В древности была поговорка: «Гладко было на бумаге, да забыли про овраги». Внешне всё выглядит благопристойно. Атеистическая философия, провозглашающая логику и рациональность как истину и отрицающая иррациональное, сверхъестественное и веру в богов. Вот только наша вселенная гораздо сложнее»- ответила магос, наливая амасек Ноксу.

— «Вы считаете что боги существуют?».

— «А что такое бог? Древние философы говорили что это могущественное сверхъестественное существо. И тут можно вспомнить о существах варпа. Они могущественны и сверхъестественны.Чем не боги?!»

Нокс на минуту задумался и ответил:

— «Но бог не только могуществен. Он должен обладать разумом. Думаете что в варпе может находится что-то разумное?».

— «Конечно»- согласилась магос- «Отрицать то, что по варпе могут существовать различные формы жизни, глупо. А там где есть жизнь, должен находиться и разум».

— «А где разум там и цивилизация»- добавил секутор.

— «Верно. Но давай отложим этот разговор на другое время. Сейчас мне интересно твоё мнение относительно похода. Каковы наши шансы на успех?»

— «Если планета захвачена орками, то их нет. Капитан Аксман предоставил все данные сразу же как получил запрос от меня».

— «Какая оперативность»- усмехнулась Нод.

Нокс кивнул:

— «Саламандры предусмотрительны. Местная армия в основном состоит из пехоты. Имеются самоходные орудия и лёгкие бмп. Стрелковое оружие представлено магазинными и полуавтоматическими винтовками и револьверами. Все государства имеют собственную авиацию в виде дирижаблей, наполненных водородом и поршневые самолёты. Общая численность планетарных войск насчитывает двадцать семь миллионов человек. Если принять условия, что войска были вовремя мобилизованы, то сопротивление всё ещё возможно».

— «А если нет?»

— «Согласно аналитическим данным штаба командования сектора, на астероиде могло находится около четырёх миллионов орков. Анализ выполнен исходя из размеров астероида, с расчётом на то что четвёртая часть полости была отдана под фабричные мастерские и ангары. Добавьте сюда гору оружия и воинственность орков. Планета пала, ещё до нашего выхода».

— «Саламандры так не считают»- заметила магос.

— «Их ведёт долг и воля примарха, магос».

— «И мы вместе с ними мчимся навстречу смерти».

— «Пока ещё рано об этом говорить. Слишком много неизвестных».

Дана Нод улыбнулась:

— «Надейся на лучшее. Звучит не логично. Не замечала раньше за тобой склонности к нелогичным решениям».

— «Это всё ваше влияние, магос».

Дана Нод подняла бокал и пригубила напиток.

Путешествие по эмпиреям прошло на удивление гладко, будто сама судьба благоволила имперскому флоту, спешащему на помощь. Через три недели корабли вынырнули из варпа на окраине системы и, соблюдая крайнюю осторожность, проследовали вглубь системы. Система Паттин не имела исследовательских или добывающих станций и колоний. Все планеты, кроме одной, были смертельны для человека. Авгуры кораблей пристально выискивали угрозы и ничего не находили. Пока не приблизились к той единственной, что населяли люди. Капитан Аксман не стал близко подходить к Экрону и предпочёл выслать разведывательные шаттлы. Первым делом они изучили окружающее пространство планеты. Не найдя угрозы для себя, пилоты пристально осмотрели поверхность планеты. Сразу же после их возвращения Аксман собрал военный совет, пригласив Дану Нод, как представителя союзнических сил. Хотя её присутствие не было обязательным, магос согласилась. Вместе с ней на фрегат Саламандр «Плеяда» отправились секутор Нокс и трибун Парис Бойл. В ангаре их встретил мастер флота Кадор Вилар с почётной стражей. Мастерами флота именовались только легионеры космодесанта, нашедшие своё призвание в управлении могучими космическими кораблями Доспех Кадора был изыскано отделан и отмечен наградами за умелое управление флотом в предыдущих кампаниях. Поприветствовав воинов Омниссии как союзников и друзей легиона, он проводил их на командную палубу. В зале совета уже находились офицеры роты и полковник Стаут, прибывший чуть позже магоса Нод, но из-за того что он служил вместе с Саламандрами не первый год, он миновал церемонии приветствия и сразу проследовал в стратегиум.

— «Магос доминус Дана Нод, рад что вы прибыли»- произнёс Аксман и затем обратился к остальным:

-«Теперь начнём».

Он махнул рукой и в центре зала зажёгся гололит. На нём была изображена планета, крутящееся вокруг своей оси. Захваченные орками территории были обозначены зелёным, а людей красным.

— «Согласно информации, собранной разведчиками, метеор приземлился в центре континента на территорию Священного союза».

Изображение на гололите увеличилось и показало бывшую территорию Священного союза. Сейчас она была почти полностью окрашена в зелёный цвет. Только на юге оставался небольшой кусок красного цвета. Между тем Аксман продолжал говорить:

— «Единственный космопорт на планете располагался в этом государстве. Примерно там же где приземлились орки. Возможно что их изначальной целью был захват космопорта или орки просто ориентировались на него при посадке. Сейчас же для нас космопорт представляет серьёзную опасность и вот почему».

На гололите зажглась территория космопорта.

— «До вторжения он служил символом власти Императора и принятия Согласия планетарных правительств. На территории космопорта размещались хранилища для хранения продуктов и элеваторы для доставки их на орбитальную станцию. С неё грузовые танкера вывозили продукты в соседние системы. Помимо них, были выстроена небольшая площадка взлёта и посадки космических шаттлов, использующихся для изучения космического пространства местными учёными и прогулок знати. Для обслуживания шаттлов был построен наземный обеспечивающий комплекс. В него входил монтажно-ремонтный комплекс. Персонал космопорта состоял из работников Администратума, охраняемый батальоном щитоносцев Атталеты. Сейчас же космопорт используется орками как база строительства и обслуживания стратегической авиации и, скорее всего и для ударных кораблей, способных действовать в космическом пространстве. Уникальное местоположение космопорта на континенте позволяет оркам перебрасывать авиацию по всем фронтам. Поэтому уничтожение космопорта должно быть нашей первой целью».

Аксман переключил изображение на гололите. Теперь гололит показывал метеорит. На пикт-записях был зафиксирован огромный космический камень похожий на муравейник. На нём копошились орды орков и казалось будто они облепили его. Аксман увеличил изображение и собравшиеся увидели крепость-мануфакторий. Поверхность метеорита была покрыта сетью сборочных конвейеров и мастерских, окружённых толстой стеной из различного рода артиллерийский и зенитных систем. Бывший метеорит теперь служил промышленной базой для орков, по прежнему сохранявшей свою оборонительную мощь.

— «Бывший корабль стал столицей орков, в ней расположен крупнейший завод по производству оружия и техники. Совокупной мощи наших кораблей хватит чтобы стереть эту мерзость. Однако нам неизвестно есть ли у них силовые щиты или нет. То же относится и к противокорабельному вооружению. Офицеры роты рассматривали возможность быстро выйти на низкую орбиту и расстрелять их. Однако анализ всех возможных развитий событий показали невозможность быстрого уничтожения столицы до подъёма в небо орочей авиации. Итог, пока я считаю уничтожение столицы орков невозможным».

Аксман кивнул легионному слуге и тот поднёс Дане Нод инфопланшет. Он поклонился когда она взяла его и тут же отошёл. Дана Нод подключилась к инфопланшету через запястный щуп. Она скопировала информацию в свои банки данных и передала их своим подчинённым. Капитан Саламандр замолчал, когда увидел как глаза техножрецов загорелись неестественным холодным светом. В зале воцарилась тишина, пока магос доминус изучал план капитана Саламандр и совещался со своими советниками. Спустя десять минут огонь в глазах техножрецов погас и Дана Нод произнесла:

— «Прошу прощения. Анализ вашего плана занял слишком много времени. Могу только добавить, что ваши выводы были совершенно правильными».

— «Ничего страшного. Затраченное время стоило этого. Хотя бы для того чтобы мои выводы были изучены талантливым командиром».

От Даны Нод не укрылась неприкрытая лесть и в ответ она сделала короткий поклон. Аксман улыбнулся в ответ и в миг посерьёзнел.

— «По всей территории бывшего Священного союза разбросаны мастерские и мануфактории орков. Население Союза порабощено. К чести местных правительств, война на Экроне продолжается. Оркам приходится вести войну на четырёх фронтах, разделённых по сторонам света. Наибольшая активность замечена в западных и восточных частях континента. В первом армии королевства Дорсет ведут наступление. Во-втором орды орков медленно движутся вглубь Акадийской империи. Я созвал всех, чтобы определить нашу стратегию в войне».

— «Вы уже разработали план действий, не так ли?»- спросила Нод.

— «Вы правы, магос»- подтвердил её предположение Аксман:

-«Как я и говорил, наша первостепенная задача: уничтожение космопорта. Затем необходимо уничтожить сеть второстепенных аэродромов и заводов, потом объединиться с местными вооружёнными силами. Я не сомневаюсь что орки наблюдают за космосом, поэтому наш успех будет возможным только благодаря скорости».

Аксман опять переключил изображение на гололите и теперь, перед взором собравшихся, предстал более подробный план космопорта.

— «Как вы видите на пиктах, после захвата космопорта орки установили внешние оборонительные сооружения. Они включают рвы, колючую проволоку и позицию ПВО, оборудованную тремя зенитными башнями, а также ангары для техники и склады. На юго-западной части базы, мы заметили ракетный комплекс, имеющего пять ракетных установок. Его изучение показало возможность обстрела околокосмического пространства планеты. Это значит, что они могут повредить наши корабли при спуске на низкую орбиту. Поэтому наши действия заключаются в следующем. Первым делом мы высадим отделение скаутов. Они проведут дополнительное изучение укреплений и уберут дозорных. Затем моя рота высадится в непосредственной близости от южной башни. Воспользовавшись тем что скауты снимут дозорных, мы уничтожаем её и следуем к ракетным установкам. Одновременно с этим наши штурмовики «Огненный хищник» и «Штормовые орлы» нападут на восточную башню. После подавления средств ПВО, будет произведена высадка остальных сил и совместное нападение на ракетный комплекс. В заключении, пока корабли флота будут выходить на низкую орбиту и бомбардировать космопорт, группа вторжения эвакуируются».

Дана Нод дождалась пока капитан изложит свой план и, как только он, закончил поинтересовалась:

— «Какие дополнительные силы вы хотите выделить для штурма?».

— «Я прошу вас включить своих воинов, магос. Минийцы превосходные воины, но, как вы наверняка смогли заметить, операция больше похожа на авантюру. Поэтому здесь нужны нечеловеческие точность и скорость. Мне доводилось сражаться плечом к плечу со скитариями и я знаю что ваши воины справятся гораздо лучше».

Глаза магоса Даны Нод снова засветились и через секунду она сказала:

— «Тогда штурмовая группа будет состоять из скитариев, а также автоматонов «Вултаракс» и «Сциллакс». Исходя из условий задачи, задействовать наземную технику мы не будем. Ещё предлагаю усилить вашу штурмовую авиацию кораблями тагматы и заняться западной башней. Высадку следует провести сразу всеми силами. Я сомневаюсь, что орки будут растерянно моргать, пока вы будете уничтожать их укрепления. Первые же звуки битвы быстро пробудят в них жажду крови».

— «Ваше предложение принято, магос. Тогда пусть ваши пилоты уничтожат западную башню».

— «Будет сделано».

— «Тогда как будете готовы, доложите и начнём»- кивнул Аксман, закончив совет.

Шаттл покинул ангар фрегата и взял курс обратно на крейсер Механикум. Она передала приказ о подготовке к вторжению магосу Менетию. Она не сомневалась что на корабле уже распространили приказ и назначенные для высадки подразделения Легио приступили к подготовке.

— «Совещание у Саламандр было больше похож на инструктаж»- нарушил молчание Нокс.

— «Оно им и было. Приглашение капитана Аксмана было простой вежливостью, для сохранения лица и дружеских отношений с нами. Всё-таки мы не находимся в подчинении у Саламандр как полк имперской армии».

— «Не слишком ли Саламандры торопятся? У нас есть и свои средства разведки. По-моему было бы лучше провести больше времени для сбора информации с планеты»- произнёс Парис Бойл.

— «Не стоит. Рота Аксмана участвует в боях уже около тридцати лет. Из них более сорока кампаний они провели сражаясь орками. Аксман и его офицеры прекрасно знают что делают»- ответила Нод.

— «Но разведданные были собраны в кратчайшие сроки. Я уверен, что орки могли построить подземные сооружения»- продолжал инфокузнец.

— «Я согласен с капитаном Саламандр. Необходимо атаковать сейчас, пока орки ещё не ведают о нашем присутствии. Стоит хоть одному из них посмотреть через телескоп и вся воздушная армада обратится против нас»- сказал Нокс.

— «А наличие авгуров ты не берёшь в расчёт?»- спросил Нокса Бойл.

— «Нет. Как правило их слишком много, а персонал слишком занят возможностью повоевать, чтобы смотреть за космическим пространством. Правда как только мы покажемся на орбите, они тут же это заметят. Именно поэтому вся авиация орков должна быть уничтожена».

— «Нокс возьмёшь командование на себя. Я же пробужу другие силы Легио. После уничтожения космопорта у нас будем мало времени, чтобы выполнить вторую часть плана Аксмана. Для того чтобы его реализовать нам придётся рассыпаться и напасть сразу на все объекты, которые будут в зоне досягаемости. Особое внимание обрати на возможные потери. В условиях тотального превосходства орков мы их себе не можем позволить».

— «Я учту это в своей тактике»

— «Парис, на тебе командование автоматонами. Не отрывайся от скитариев, твоя поддержка будет для них жизненно необходима. Нокс, эвакуируй всех повреждённых автоматонов».

Оба командира подтвердили инструкции магоса, после чего она перевела разговор на обсуждение дальнейших действий в разгорающейся войне.

Прежде чем начать высадку капитан Аксман высадил на поверхность планеты отделение скаутов. Штормовой орёл плавно вошёл в атмосферу планеты, а затем стремительно рухнул вниз, для чтобы как можно скорее высадить разведчиков. Удача сопутствовала им и после благополучного приземления бойцы в хамелеолиновых плащах направились к космопорту, неся тяжёлое оборудование для наблюдения, а также снайперские винтовки. Заняв позиции, скауты развернули оборудование и начали передачу зашифрованных данных в стратегиум фрегата «Плеяды». Оттуда данные непрерывным поток передавались жрецам Механикум. Предварительная разведка не ошиблась. Орки действительно построили три зенитные башни, но укрепить между ними сеть укреплений поленились. Ров оказался недостаточно глубоким, а проволока была слабо натянута и закреплена. Было видно что нападения десанта они не ожидали. Получив свежую информацию, Аксман скорректировал планы. Теперь ему необязательно было высаживаться непосредственно на территории космопорта. После внесения в план операции последних поправок Аксман поднялся на борт своего «Штормового орла», и за ним закрылась аппарель. Планирование закончилось — настало время сражаться. Корабли быстро вышли на орбиту планеты и из их ангаров к поверхности устремились десантно-штурмовые суда и бомбардировщики Механикум.

Несмотря на поздний час на космодроме кипела жизнь. Жизнерадостные и неряшливые механьяки сколачивали из железного мусора новые самолёты. Между ними сновали гретчины, выполняя различные указания своих старших собратьев. С аэродрома то и дело взлетали тяжёлые самолёты орков. Некоторые собирались в эскадрилии и улетали куда-то вдаль. Но основная масса оставалась на территории космопорта. Между мастерскими были разожжены костры. Вокруг них собирались лётчики и стрелки. Они делились смеялись, хвастались и планировали как можно быстрее подняться в воздух. Боссы орали на своих подчинённых, требуя держать строй в следующем вылете. За всей этой суматохой среди орков никто не заметил как с небес хлынул огненный ливень. Когда взорвалась одна из башен орки только рассмеялись, глядя на пламя. Но потом взревела сирена. Вслед за ней с неба посыпались пылающие самолёты орков и взорвалась вторая башня. Орки взревели, поняв что на них напали и что в небе идёт яростный бой, в котором их лётчики оказались в сильном меньшинстве и все бросились к своим машинам.

План Аксмана сработал идеально. Корабли вошли в атмосферу и, достигнув нужной высоты, опустили аппарели, впустив внутрь потоки горячего воздуха. Первые космодесантники подошли к краю, включая питание прыжковых ранцев. Когда по воксу в шлемах поступил приказ на прыжок, они, по двое, безо всяких колебаний шагнули в пустоту. В ста метрах над землёй двигатели прыжковых ранцев запустились и замедлили падение. Управляя рулевыми двигателями прыжковых ранцев, они спикировали прямо в район цели десантирования. С момента, когда штурмовики покинули «Штормового орла», вся планетарная высадка заняла не более шестидесяти секунд. Достигнув земли, космодесантники тут же устремились к зенитной башне. К этому моменту скауты убили дозорных точными выстрелами снайперских винтовок. Избавившись от десанта, штурмовики набросились на свои цели. Поток бронебойных ракет и лазерного огня уничтожили зенитную башню ещё до того как был сделан первый выстрел. Параллельно с ними пилоты Механикум сбросили на свою цель тектомагнитные бомбы. Башня затряслась и после сложилась внутрь себя, похоронив незадачливый персонал, после того как бомбы пробили броню башни и взорвались внутри неё. Расправившись с первоочередными целями, авиация союзников накинулась на своих противников, мирно спящих на земле. Истребители быстро расправились с теми орками, что были в воздухе. Очистив небо, истребители присоединились к избиению орочей авиации, находившейся на земле. Техножрецы первым делом обрушили свою ярость на ангары и склады, торопясь выжечь все следы присутствия на планете ксенотехнологий. Территория космопорты заполыхала, когда взорвались цистерны с прометием и склады с боеприпасами. В момент взрыва высвобождалась колоссальная разрушительная сила, которая разлеталась во все стороны, неся с собой осколки и пламя. Истребители уничтожали каждый пытавшийся подняться в небо самолёт. Орки ревели и стреляли по своим противникам из всего что у них было в бессильной злобе. Несмотря на то что небо полностью контролировалось противником лётчики орков упрямо пытались взлететь. Количество самолётов значительно превышало численность имперских машин. Время от времени в небеса прорывались единицы отчаянных лётчиков и быстро погибали, не в силах тягаться со своими врагами. Между тем увлечённые отражением воздушной атаки, они не заметили вторжения десанта. Как только Саламандры коснулись земли, они сбросили прыжковые ранцы с плеч и устремились к зенитной башне. Перерубив клинками заграждения из колючей проволоки, астартес установили мельта заряды на стены башни и подорвали их. Башня вспыхнула у основания. Расплавленный металл брызнул внутрь башни, воспламенив сложенные внизу боеприпасы и убив находящихся в башне орков еще до того, как сдетонировали боеприпасы. Части разорванной изнутри башни взметнулись высоко в воздух. Вслед за Саламандрами в точке высадки появились и скитарии. Взрыв башни отметил прибытие союзных сил. Саламандры сформировали клин, где встали на острие, а скитарии прикрыли фланги и выдвинулись в сторону ракетных установок. На базе разворачивался огненный ад. Пожары распространялись во все стороны, захватывая всё больше пространства. Штурмовые корабли взяли всё внимание орков на себя, поэтому десант практически не встречал серьёзного сопротивления. Оказавшиеся на пути клина, орки гибли под опустошительным огнём болтеров и лазерных винтовок. При планировании операции капитан Аксман наметил направление атаки через места стоянки гусенечной техники и жилищ орков, предвидя что основная их масса сразу же броситься к самолётам. Имперцы прорвались вглубь базы и поспешили к своей основной цели.

Ракетный комплекс был отделён от остальной базы тонкой линией неглубокого рва и невысокой насыпи. При приближении к ней Саламандрами были отмечено наличие площадок для установки зенитных пулемётов, так и отсутствие оных. Широкий въезд перекрывали ворота, сделанные из стальной сетки. По бокам от ворот, стоял небольшой блокпост, сделанный из простых мешков с землёй. Гарнизон блокпоста состоял из десятка крупных особей орков и служил только для того чтобы усмирять дикий нрав своих братьев. Завидя приближающихся космодесантников, они открыли огонь на поражение. Однако их примитивные укрепления не могли послужить препятствием для атакующих и блокпост был быстро уничтожен. Ворвавшись на территорию комплекса атакующая группа тут же разделилась. Скитарии рассредоточились вдоль насыпи и отстреливали каждого приближающегося к ракетному комплексу орка. Саламандры разделились на четыре группы и двинулись к своим целям. Размеры, находящегося здесь оборудования, поражало воображение. Самоходные пусковые установки стояли на домкратах, а их ракетные контейнеры были установлены вертикально. Глядя на них Аксман прикинул в уме, что длина контейнера составляла где-то пятьдесят метров и диаметром около шести. Он ощутил жгучее желание разобрать их и изучить. Рядом с ними стояли транспортно-заряжающие машины, в которых покоились две дополнительные ракеты. От пусковых установок шли плохо изолированные кабели в командную машину, больше похожею на контейнер с приделанными колёсами. Ворвавшись туда, Аксман увидел пост управления пуском ракет. От командной машины кабели шли дальше и присоединялись к вышке, сверху утыканной системами авгуров. Все пусковые установки были способны выпустить ракеты по первой прихоти хозяев. Орки, обслуживающие комплекс, схватились за оружие когда на их территорию ворвались космодесантники. Завязался ближний бой, в котором орки несмотря на превосходстве в численности оказались в проигрыше. Благодаря превосходному вооружению и неустанным тренировкам, Саламандры в совершенстве освоили сражения на близкой дистанции, в то время как орки были не более чем варвары рукопашного боя. Пустив в ход огнемёты и цепные мечи, Саламандры сокрушили орков в яростных схватках и по мере достижения намеченных целей, астартес устанавливали мельта бомбы и двигались дальше.

Битва за ракетный комплекс не прошла незамеченной. Сперва единицы поворачивали головы в сторону комплекса и бежали узнать о причинах стрельбы. Скитарии метко разили их, но чем дольше продолжался бой, тем больше орков интересовалось о странном шуме. После того как скитарии расстреляли небольшую группу зеленокожих, приблизившихся к блокпосту, среди орков распространилась весть о том что ракетный комплекс захвачен врагом. Все орки, бывшие рядом с комплексом моментально забыли о вражеской авиации и похватав всё оружие, которое находилось в зоне их досягаемости, помчались в новую драку.

Аугментированный мозг секутора практически моментально обрабатывал информацию, получаемую от офицеров скитариев, и разворачивающееся обстановка ему не понравилась. Он вызвал по вокс связи вызвал капитана Аксмана:

— «Слушаю»- коротко отозвался тот.

— «Обстановка стремительно ухудшается. За две минуты тридцать семь секунд количество контактов выросло на шестьдесят процентов и продолжает расти. Необходимо ускорить выполнение операции».

— «Принял секутор. Сбор в точке прорыва через две минуты. Прорыв в точку эвакуации через пять».

Подтвердив получение приказа, сектор передал свежую информацию своим офицерам. В этот момент обстановка начала стремительно ухудшаться. В один миг из немногочисленных отрядов выросла атакующая волна орд зеленокожих. Теперь скитарии не скрывали своего присутствия и использовали весь свой арсенал чтобы сдержать волну. Но орков это только раззадорило. Они узнали где находится враг с которым можно сразиться и весть об этом распространилась со скоростью пожара. Видя что обстановка ещё больше накаляется, секутор отдал приказ отступать к точке сбора. Оборона плохо укреплённых позиций быстро бы превратилась в бойню, о чём он немедленно известил капитана Саламандр. Аксман согласился с Ноксом, благо то что пусковые установки уже были заминированы. Скитарии оставили насыпь и отступили к месту сбора, сразу же сформировав терцию. Вскоре к ним присоединились космодесантники. И войско пошло на прорыв. Орки с исступлением бросались на боевые порядки своих врагов, погибая от вражеского огня. Бросаясь снова и снова в атаку, они палили из всего разнообразного оружия, каким они были вооружены. Среди космодесантников и скитариев появились первые убитые. Именно сейчас секутор Нокс приказал ввести в бой «Вултараксов». С самого начала сражения Нокс велел Бойлу укрыть их за спинами скитариев. Вид парящих роботов мог привлечь нежелательное внимание раньше времени и лишить эффекта внезапности. Повинуясь воле Парисса Бойла «Вултараксы» воспарили над головами Саламандр и первыми сразили тяжеловооруженных орков разрядами молний. Вторыми пали те из орков кто нёс броню. Оставшихся они осыпали градом ракет. На короткое время вокруг имперских войск не осталось зеленокожих и группа беспрепятственно покинула территорию комплекса. Но орки не собирались просто так выпускать врагов и в своей кровожадности быстро сбивались в новые ватаги и бросались вслед за имперцами.

Саламандры и скитарии пробились к пункту эвакуации во многом благодаря поддержке авиации, прореживающей ватаги орков, и «Вултараксам», чьи силовые щиты оказались непробиваемы для примитивного оружия орков. Как только группа прорвалась капитан Аксман передал приказ штурмовикам об отходе и активировал заряды. В ракетном комплексе раздался чудовищный взрыв. Его мощь была такова что взрывная волна опрокинула технику и разметала орков, которым не повезло оказаться неподалёку от комплекса. В небе над бывшем космопортом расцвёл фейерверк, когда начали рваться баллистические ракеты. Уничтожение ракетного комплекса было зафиксировано на кораблях флота и, как только было получено подтверждение от Аксмана, фрегат «Плеяда» завис над космопортом и подверг его опустошительной бомбардировке. Скитарии и астартес были эвакуированы сразу же как улеглась взрывная волна. Транспортные корабли прошли практически по поверхности, чтобы не быть задетыми взрывом и опустились рядом с десантом. «Вултараксы» прикрывали погрузку десанта, изжаривая орков молниями дуговых бластеров. Те в свою очередь не торопились сближаться с десантниками, предпочитая ожидать пока подойдёт подкрепление. После того как все взошли на корабли Парис Бойл велел «Вултараксам» возвращаться. Они развернулись и тихо жужжа залетели в десантный отсек транспорта. Астартес и скитарии покинули пылающий космопорт и вернулись на свои корабли.

Аксман увернулся от удара топором и вогнал цепной меч в грудь орка. Зубья меча разрубили грудную клетку и перемололи внутренние органы. Орк рухнул на землю и капитан накинулся на следующего. Орк размахивал двуручным мачето так как будто тот ничего не весил и, ревя, наступал на капитана. Клинки столкнулись, осыпав землю снопом искр. Аксман нанёс сначала отвлекающий колющий удар, а затем снизу рубящий. Первый орк легко отбил, купившись и тут же по касательной получил удар. Меч вспорол орку брюхо. Из нутра орка вывалились кишки, но он этого даже и не заметил. Орк только ещё больше рассвирепел и стал наносить грубые, но сильные удары мачето. Аксман с трудом отбивал их, медленно отступая назад. Орк уже предчувствовал победу, когда его ноги запутались в болтающихся кишках. Орк споткнулся и потерял равновесие, чем и воспользовался капитан. Меч Аксмана перерубил горло орка. Из раны фонтаном хлынула кровь и орк рухнул на пол, но даже умирая он пытался нанести последний удар. Капитан достал болт-пистолет и выстрелом добил орка. Оглядев ангар в поисках нового врага, Аксман не нашёл никого. Все орки были мертвы или уже умирали от рук его братьев по легиону.

-«Капитан, на подходе подкрепления орков. Расстояние сорок километров»- услышал он голос своего сержанта Оннора Воссана по вокс-связи.

— «Принято. Командирам отделений, доложить об обстановке»- велел он. На Аксмана тут же посыпался рой докладов, говорившие о выполнении задания. Капитан отдал приказ на отход. «Штормовые орлы» уже ждали космодесантников в точке эвакуации и устремились в небо как только все они оказались на борту. Транспортные корабли некоторое время поднимались в ввысь, пока не преодолели гравитацию и не оказались в открытом космосе. Пилоты проложили курс к «Плеяде» и корабли вскоре приземлились на её палубе. Саламандры вышли из десантных отсеков и направились в оружейные. Аксман оставил своих людей и направился в стратегиум. По пути его встретил мастер флота Кадор Вилар. В прошлом Вилар служил в штурмовом отделении, но предпочёл продолжить службу командуя кораблями. Постепенно он дослужился до звания мастера флота и получил назначение в роту Аксмана.

— «С возвращением на борт, капитан. Магос-доминус Дана Нод прислала вам сообщение, а также получены отчёты от секутора Нокса и лейтенанта Арезе Валлера»- известил Вилар, протягивая инфопланшет.

— «Ты просмотрел их?»

— «Да. Всё идёт согласно нашим расчётам»

Аксман углубился в чтение. Первым делом он изучил отчёты. После разгрома космопорта, Аксман планировал пронестись по ближайшим мануфакториям и городкам и спалить их, пока орки не подтянули бы крупные силы для охраны тыла. Успешно разгромив космопорт, Аксман разделил свои силы на четыре группы для широкого охвата территории орков. Отряды быстро определили цели, благодаря тому что корабли Механикум просканировали захваченную территорию и отметили возможные цели. Орки, работающие на мануфакториях ничего не смогли противопоставить неожиданным нападениям. Саламандры и скитарии проносились от цели к цели, оставляя за собой руины. Сопротивление орков везде было ожесточённым, однако все самые рослые и сильные их представители сражались на фронтах. В тылу же находились немногочисленные механьяки, собирающие новые орудия войны, и погонщики, наблюдающие за порядком в городках, а также их помощники- гретчены и снотлинги. Главной проблемой для Саламандр стала эвакуация освобождённых людей, взятых орками в рабство. Они выполняли самую тяжёлую и грязную работу, помыкаемые даже самыми слабейшими и презираемыми представителями орков. Чтобы их вывести Аксман задействовал посадочные челноки с галеонов Механикум и транспортные корабли с крейсера «Ранчеа». Люди были сильно утомлены, но вид огромных закованных в броню

воинов несущих возмездие и смерть зеленокожим за муки долгих месяцев рабства, наполняли их истощённые тела силой. Как только Саламандры сокрушали сопротивление, люди восставали и набрасывались на своих бывших хозяев. Зная как устроено общество орков, Аксман что-то такое предполагал и заранее подготовил транспорт. Нокс не брал в расчёт спасение людей и только присутствие второго лейтенанта роты Валлеона заставляло его задерживаться до полной эвакуации пленных. Валлеон старался как можно дипломатичнее убеждать секутора в целесообразности спасения людей. Аксман уже получил от него пару гневных сообщений с требованием снять его с этого задания. Капитан их проигнорировал, но в глубине души признал что секутор в чём-то был прав. Если бы Саламандры не отвлекались на пленных, то им бы удалось нанести куда больше ущерба оркам. Даже с учётом последних урон был нанесён значительный. Саламандры и скитарии разорили и уничтожили сорок семь заводов и городков. Сотни единиц различной военной техники превратилось в груды железа. И что самое главное, было истреблено несколько десятков механьяков.

-«Теперь оркам будет гораздо труднее собирать технику»- с удовлетворением подумал Аксман. Потери сначала боевых действий были не значительными. Саламандры не потеряли ни одного из братьев убитым. Эта новость вызывала в Аксмане гордость за своих подчинённых. Были раненые. Некоторые тяжело, но аптекарии обещали вернуть их в строй. Потери Механикум были тяжелее. Некоторые из них погибли в боях, но эти потери были быстро восполнены из резерва Легио. Закончив изучение отчётов, Аксман открыл сообщение магоса. Пока он проводил операцию на планете, магос раскинула сеть спутников над захваченной орками территорией. Теперь имперские силы были осведомлены о всех передвижениях врага. В сообщении говорилось, что орки развернули свою воздушную армаду и мчались на всех парах к силам вторжения. Целые орды были сняты с фронта и направлены в район космопорта. Аксман пробежался по строчкам сообщения и был вынужден отменить дальнейшие вылеты и отозвать отряды. Кто бы из орков не командовал бы ордами, он направил значительные силы в тыл, пожертвовав успехами на фронте.

— «Надо найти и покарать воеводу за дерзость»- сделал себе пометку на будущее Аксман.

Капитан созвал новое собрание офицеров и отослал приглашение к магосу Дане Нод. В отличии от полковника Стаута, магос Нод была вне командной структуры легиона и могла покинуть экспедицию, если бы нашла убедительную причину. Поэтому в отношении техножрецов приходилось соблюдать осторожность.

В этот раз магос прибыла одна, взяв с собой только телохранителей. В стратегиуме «Плеяды» собралось небольшое собрание. Вместе с Аксманом были его лейтенанты Тайбен Претек, Шендрим Валлеон. Магос Дана Нод, прибывшая в одиночестве на борт фрегата и полковник Стаут со своими штабными офицерами.

— «Мы добились успеха при выполнении первой части плана. Теперь нам надо определить правительство с которым свяжемся и начнём совместные действия против орков»- огласил цель собрания капитан — «Однако у меня возникло опасение что с гибелью представителей Империума, планета могла отринуть Имперские Истины и воскресить религиозные культы».

— «Не культы, а культ Бога-Спасителя. Количество верующих в него достигает двух миллиардов человек»- поправила Дана Нод.

— «Благодарю магос»- кивнул Аксман- «Правительство планеты может испугаться кары за неисполнение предписаний Администратума и обратить оружие против нас».

— «Вероятность такого развития событий вполне возможны, но по моему мнению мало вероятны. На планете бушует война. Согласно информации, собранной спутниками, местным армиям не удалось сокрушить орков. Территория орков медленно растёт, а значит правительство планеты не пойдёт на открытую конфронтацию с нами»- выразила своё мнение Нод.

— «Я согласен с выводами магоса, капитан Аксман»- произнёс Стаут- «Мои офицеры допросили освобождённых вами людей. В первые годы после принятия Согласия культ был действительно лишён всяческой государственной поддержки, конфискованы земли и доходные предприятия. Даже после вторжения орков правящие семьи не стали возрождать культ. Однако среди населения остаётся много верующих».

— «Это не важно. Главное мнение знати. Если они остаются верными своему слову, то настроение граждан будет направлено на отражение захватчиков. В этом случае наши действия против орков должны проходить в тесном сотрудничестве с местными силами обороны. Это укрепит влияние знати и покажет рядовым солдатам силу Империума.»- произнёс Претек.

— «Тогда с каким государством первым начать переговоры?»- спросил Аксман.

— «Я предлагаю объединиться со Священным союзом. У нас много их граждан. Их возвращение благотворно скажется на наше появление и позволит использовать их связи для переговоров с соседними государствами»- предложил Стаут.

— «У кого-нибудь есть другие предложения?»- спросил Аксман.

Собравшиеся посчитали предложение Стаута наилучшим и приняли его. Тогда Аксман зажёг гололит и перед собравшимися предстала южная часть континента.

— «Остатки армий Священного союза удерживают юг. По всей линии фронта зафиксированы бои разной тяжести. Мой план состоит в том чтобы найти слабое место в обороне Священного союза и вмешаться как только орки создадут угрозу прорыва. Это создаст условия для объединения с местной армией и заодно послужит демонстрацией нашей силы»- изложил свой план Аксман.

— «А если орки будут наступать в значительном количестве? Нас слишком мало, чтобы отразить полномасштабное наступление»- возразил Валлеон.

— «Кадор Вилар заверил меня в том что флот будет способен в кратчайшие сроки спуститься на низкую орбиту и произвести точечную бомбардировку. Нам же останется высадиться и перебить их авангард»- ответил на возражение Аксман. Мастер флота кивнул в подтверждение слов капитана.

— «Если в ближайшее время орки не предпримут никаких успешных наступательных действий, то мы обратим внимание на другие зоны боевых действий. Сейчас же мы займёмся сбором сведений о передвижениях орд и их логистике. В будущем нам они пригодятся».

— «Капитан, какие силы вы собираетесь задействовать?»- спросила Дана Нод.

— «Все, магос».

В стратегии капитана оставалось много пробелов, однако Аксман был уверен в успехе. В конце концов после долгих споров относительно высадки, противодействию авиации орков и многих других вопросов, сопровождающих военную кампанию, план Аксмана был одобрен, хоть и со скрипом, всеми участниками. Осталось только дождаться момента.

И события не заставили себя долго ждать.

Бронеавтомобиль мчался по ухабистой дороге не сбавляя скорости. Генерал Саррайль был в ярости. Накануне вечером он доложил главнокомандующему курфюсту Дитерихсу о том что оборона надёжна и фронт не будет прорван ни при каких обстоятельствах. А сегодня утром его разбудил адъютант с новостями о захвате зеленокожими города Каваль. Саррайль тут же вскочил и, наскоро одевшись, поспешил в свой штаб фронта. Там его уже ожидали. Саррайль отметил присутствие всех офицеров и адъютантов. Они вытянулись как только дежурный офицер объявил о прибытии командующего фронтом, но Саррайль только отмахнулся и потребовал доклада, как только подошёл к стене, на которой были развешаны карты. К нему тут же приблизился его старый боевой друг и по совместительству начальник штаба штабс-майор Эспере. Город Каваль имел стратегическое значение и его захват врагом грозил обрушить весь левый фланг фронта. Саррайль никак не мог взять в голову как в пятидесяти километрах от линии фронта оказался враг. Захватив Каваль, пришельцы решили сразу несколько задач. Первое- они контролировали все дороги, пролегающие через перевалы Монастирской горной гряды. Второе- перерезали пути доставки боеприпасов и подкреплений на фронт, попутно лишив войска возможности маневрировать. И третье- открывался путь к порту Вардак, куда прибывали корабли с амуницией и подкреплениями. Даже короткого взгляда на карту хватило Саррайлю чтобы понять всю тяжесть возникшего положения.

— «Откуда взялся противник?»- это был первый вопрос, который задал Саррайль Эспере.

— «Неизвестно. Доклады поступают от всех частей, расположенных на фронте. Я на всякий случай разослал посыльных, на случай если где-то враг использовал наших офицеров для того чтобы ввести нас в заблуждение. Но это маловероятно. Прорыв фронта нельзя было бы скрыть. Воздушных десантов тоже не было замечено. В последние дни авиация зеленокожих стала реже летать».

— «Не было замечено! Тогда откуда они взялись?! Разгильдяйство и безответственность! Как только мы решим эту проблему, я прикажу начать расследование. Все виновные будут найдены и отданы под суд военного трибунала! Сколько времени они уже в Кавале?»

— «Около шести часов. Сообщение о падении города было получено в три часа ночи. В три тридцать разъезд подтвердил захват города противником. Пока остаётся неизвестным судьба гарнизона».

— «В бездну гарнизон. Если они оказались не способными удержать город, то смерть достойная награда для них. Необходимо срочно отбить город. Какие силы у зеленокожих?».

— «Точно неизвестно. Как только весть о захвате Каваля подтвердилась, я поднял по тревоге 86 пехотный полк и велел отбить город. К сожалению это не удалось. Полк попал в засаду и понёс большие потери. Он отступил и окопался на подступах к городу. Сейчас его уже должна была сменить Особая бригада генерала Вардара».

— «Отлично. Какие ещё части были переброшены?»

— «Никаких. Резервов у нас нет. Я подготовил прошение на имя главнокомандующего о подкреплениях. Вам осталось только наложить резолюцию»- сказал Эспере, протягивая документ.

Саррайль взял бумагу и пробежал глазами по строкам. Эспер постарался как можно сухо изложить факты, не вдаваясь в подробности, и завуалированно попросить помощи. В душе генерала медленно начал закипать гнев. Расписаться в документе было всё равно признаться в бессилии и провале. С другой стороны, крах фронта навсегда оставил бы отпечаток на чести и репутации Саррайля. Генерал подписал бумагу и отдал её обратно Эсперу.

— «Отправить немедленно»- сквозь зубы велел Саррайль, после чего немедля сел в свой бронеавтомобиль и уехал в расположение Особой бригады. Запрыгнув в салон, он крикнул водителю, чтобы тот ехал как можно быстрей, после чего мрачно задумался. Поскольку асфальтированная дорога была вечно забита различным транспортом, водитель свернул на просёлочную. Хоть она и была разбитой, но позволяла сократить путь на полчаса. Из-за глуб пыли, поднимавшихся по мере движения колоны, часовые заметили её за два километра от лагеря и предупредили Вардара о прибытии высокопоставленного гостя.

Встреча командиров состоялась в наскоро собранном блиндаже пехотинцами 86 полка. До прибытия Особой бригады они успели выкопать траншеи и установить наблюдательные пункты как можно ближе к окраинам Каваля. Спустившись в блиндаж Саррайль увидел не только генерала Вардара, но и полковника Джорджа Милна. Те поприветствовали командующего, после чего Саррайль потребовал от них подробностей.

— «Мой полк был поднят по тревоге в четыре часа утра и сразу же выдвинулся к городу»- начал рассказ Милн- «Мы не имели ни малейшей информации о противнике, только весть о захвате города и приказ отбить его. В четыре сорок полк приблизился к окраинам города, здесь нам встретились городские жители, бегущие из города. Они рассказали, что после начала комендантского часа в город ворвались несколько отрядов зеленокожих. Они сразу захватили радио- и железнодорожные станции. Блокировали казармы и перебили патрули. Точное количество вражеских солдат никто не смог назвать. Исходя из их рассказов, я развернул полк в стрелковые цепи и стал медленно входить на окраины. Не дойдя до них буквально метров сто на наши порядки обрушился ураган огня. Сейчас можно смело сказать, что враг подпустил нас как можно ближе, а затем открыл прицельный огонь. Я приказал полку броситься в штыки, но эта попытка не увенчалась успехом. Как только мы ворвались в первые дома, зеленокожие отступили. Полк попытался ворваться в город на их плечах, но вместо этого попал в огневые мешки. После чего атака захлебнулась. Попытка укрепиться на захваченных рубежах провалилась. Как только зеленокожие перебили солдат, попавших в засады, они контратаковали и, под прикрытием снайперского огня, выбили нас из города. Могу отметить, что потеряв в бою половину своего состава, полк сохранил высокий боевой дух и дисциплину, позволившую быстро укрепиться на здешнем рубеже. Причиной поражения, я считаю отсутствие у полка поддержки техники и артиллерии, а также применение врагом новой тактики, выразившиеся в ложном отступлении и применении снайперских команд».

Саррайль молча выслушал Милна и, как только тот замолчал, обратился к Вардару:

— «Каково ваше мнение?»

— «Я полностью согласен с выводами полковника. Моя бригада прибыла к восьми утра и я сразу же выслал разведчиков. Они натолкнулись на прицельный снайперский огонь, кроме того были замечены минные заграждения и грубо сделанные закладки мин. Похоже зеленокожие тоже учатся, как и мы. По показаниям беженцев удалось установить примерную численность противника. Около тысячи без техники и тяжёлого вооружения».

Саррайль задумчиво кивнул и сказал:

— «Значит так. Штаб выяснил что никакого прорыва не было, как и воздушного десанта. Конечно проверка ещё не закончена. Если исходить из того что мы знаем, то получается перед нам отряд разведывательный отряд, просочившейся через наши порядки. Как это им удалось, мы выясним позже. Сейчас же нам необходимо как можно скорее отбить город и восстановить снабжение фронта. Если командование зеленокожих узнает об успехе своих солдат, то они моментально атакуют уязвимый участок всеми силами. Боеприпасов на линии соприкосновения хватит на пять часов боя».

— «Моя бригада вернёт город любой ценой»- клятвенно пообещал Вардар.

— «Мои солдаты жаждут отомстить за своих товарищей и помочь Особой бригаде выполнить долг»- горделиво произнёс Милн.

— «Тогда действуйте».

Царившая несколько дней тишина на фронте была нарушена грохотом сотен орудий, обрушивших град снарядов на весь левый фланг фронта. Начавшаяся артподготовка вызвала большой переполох в штабе Саррайля. Все надежды на то что захват города Каваль был выполнен отдельным отрядом умерли, оставив только обещание катастрофы. В это же время Особая бригада начала операцию по освобождению города. Получив весть о начале боёв на фронте, Вардан ощутил как тяжесть ответственности за будущее остатков его Родины опустилась ему на плечи. Его план был прост, но требовал кровавую жертву. Особая бригада должна была быстро ворваться в город и отбить его в кратчайшие сроки. Бои придётся вести на ближней дистанции, что, учитывая силу и живучесть ксеносов, приведёт к большим потерям личного состава. Солдаты Особой бригады были вооружены автоматическими винтовками и дробовиками. Каждый гренадёр нёс по семь гранат и был прикрыт панцирной бронёй. При захвате траншей, они использовали стальные щиты. Каждый взвод имел по два миномёта. Рядом с ними пошли в бой пехотинцы 86 полка. Несмотря на поражение в ночном бою, им удалось вынести большую часть своего тяжёлого вооружения и теперь оно могло послужить значительным подспорьем при штурме.

В небо не взлетели ракеты, не было громогласных свистков, просто кто-то крикнул «Вперёд». И тут же люди поднялись и пошли на штурм города. Навстречу им устремились пули, разившие наповал солдат. Разведчики отмечали местоположение пулемётных гнёзд и снайперских лежбищ. По ним тут же начинали отрабатывать миномёты, суля гибель. Бригада ворвалась на окраины, не встретив сильного сопротивления. Казалось будто ксеносы предпочли бежать, нежели принять бой. Но солдаты и офицеры Особой бригады считали иначе. Как только они вошли в городскую застройку, то тут же рассыпались и принялись обыскивать дома и участки в поисках скрытых проходах и минных ловушек. Их осторожность быстро окупилась, поскольку были найдены с десяток мин и тайных лазов. Последние были закиданы гранатами и кто бы в них не прятался, его ждала только гибель. По мере продвижения вглубь города у солдат Особой бригады возникло тревожное чувство. Город их встретил тишиной, прерываемой только бегущими в панике гражданскими, и мародёрствующими бандами. Казалось что в одночасье город лишился всякой власти и моральных устоев. Оставшиеся офицеры восемьдесят шестого полка уже начали ободрять солдат, обещая им лёгкую победу, как только из окон, окружающих домов, вспыхнули многочисленные всполохи огня. В момент окраина города Каваль превратилась в зону боевых действий. Ксеносы и люди в упор расстреливали друг друга. Многие солдаты были сражены внезапным огнём, но в ответ пулемётные отделения обрушивали не прекращаемый мстительный огонь. В окна летели гранаты, а уличные проходы, между зданиями, зачищали гренадёры, прикрывшись щитами. Пробежав до первых домов, гренадеры закинули в них гранаты и двинулись дальше, в то время как пехотинцы занялись их обыском на предмет ловушек. Зеленокожие повторили, уже доказавшую свою эффективность, ночную тактику. Обстреляв атакующих, они отступали на следующие позиции. Лейтенант Бюлов отметил про себя эффективность действий вражеских воинов. Движение атакующих замедлилось до черепашьей скорости. Снайперы зеленокожих вели удивительно прицельный огонь, а их позиции прикрывались несколькими огневыми точками, ведущие перекрёстный огонь. Гренадёры попытались обойти их, но натолкнулись на мины, срабатывающие от дистанционного управления.

— «Не иначе здесь элитный отряд»- подумал Бюлов.

Его отделение окружило один из домов, в котором засели ксеносы, и теперь вели с ними перестрелку. Бюлов оглядел улицу и крикнул подчинённым расположить пулемёты в соседних домах. Они тут же бросились выполнять приказ. Лейтенант заметил в окне чердака стрелка, вскинул винтовку и выстрелил. Голова вражеского снайпера взорвалась. Бюлов удовлетворённо хмыкнул и в этот момент позади него раздался взрыв. Разлетевшиеся камни побили многих гренадёров. Сам лейтенант получил удар по голове булыжником. В его глазах разцвели разноцветные круги, но Бюлов быстро пришёл в себя. Проморгавшись, он увидел что уже здания, куда он послал своих солдат, рассыпались под своим же весом, похоронив солдат. Бюлов грязно выругался, догадавшись, что ксеносы заложили заряды под опорные конструкции и подорвали их, стоило только в зданиях показаться людям. В его груди вспыхнул гнев и он вскочил, схватил связку гранат и бросился к дому, где засидели. В мгновение ока преодолев разделяющее врагов пространство, лейтенант сорвал чеку и бросил связку в окно второго этажа. Гранаты взорвались в комнате, убив пулемётчика. Но обрадоваться удачному броску лейтенанту было не суждено. Его грудь тут же разорвали две пули.

Вардар посмотрел на часы. Бой шёл два часа, а его бригаде ещё не удалось достичь своих целей. Не имея тяжёлой техники, гренадёрам приходилось выбивать врага из зданий с помощью подручных средств. Только за час боя солдаты израсходовали половину запасов гранат. Ксеносы удивительно быстро смогли сориентироваться в городе за короткое время и создать оборону на нужных улицах. Первому и третьему батальонам удалось достичь вокзала и депо, но пока что отбить их не смогли. Ксеносы ожесточённо бились за эти объекты. Имеющиеся на вооружении бригады бронеавтомобили не могли подавить огневые точки и скорее гибли сами. У ксеносов хватало бронебойного ручного оружия для уничтожения любой техники. Второй,четвёртый и пятый батальон застряли на пересечении улиц, идущих от горных перевалов и вливающихся в шоссе. Ксеносы смогли в рекордные сроки создать там укрепрайон. Их отряды старались маневрировать и нападать на гренадеров с тыла. Впрочем люди делали тоже самое и гораздо эффективней, благодаря городским жителям,подсказывающие местоположение ксеносов и пути обхода.

— «Фош и Френч, поднимайте свои батальоны и следуйте к вокзалу. Необходимо расчистить путь и восстановить железнодорожную связь с фронтом как можно скорее»- приказал Вардар своим офицерам. Те отдали честь и отбыли в свои части.

Сюррайль положил телефонную трубку. Только что он закончил разговор с генералом Найтом. Он просил командующего о боеприпасах и подкреплениях. И так свирепые в бою, не обращавшие внимания ни на какие потери ксеносы, теперь рвались в битву ещё более яростно, чем прежде. Найт докладывал о небывалом количестве бронетехнике. Ряды атакующих орд шли под прикрытием огненного вала так близко что артиллерийские снаряды убивали своих же. Оборона держалась только благодаря развлетвлённой сети укреплений и стойкости людей. Пока ещё оборона держалась. Саррайль несомневался и в людях. Они будут стоять до самого, но вот без патронов и снарядов им не выстоять. Командующий посмотрел на часы. Шёл уже третий час боя, а от Вардара не было вестей. Саррайль поднял трубку и позвонил в штаб Особой бригады.

Ещё в бытность молодым лейтенантом пехотного полка, Вардар понял все достоинства быстрой и надёжной связи на поле боя. Получив звание полковника, он ратовал за снабжение армии, получившими в то время популярность, телефонной связью. А в звании генерала покровительствовал радиоинженерам. После присоединения к молодому Империуму, Вардар смог настоять на закупке вокс-аппаратуры. И хотя его идея снабдить каждого солдата вокс-связью провалилась, штабы полков и выше имели каждый свою вокс-передатчики. Сейчас же армии всех испытывали недостаток этого оборудования, поскольку завод по их производству был захвачен ксеносами. Потеряв источник передовой связи, военные министерства вернулись к старому методу. Теперь за частями ездили подразделения телефонистов и тащили за собой массивные катушки с проводами. Главным недостатком этого метода был обрыв кабеля, что во время боя могло грозить потерей управления боем. От этих мыслей его отвлёк телефонист.

— «На связи командующий»- сообщил он протягивая трубку.

Вардар взял из рук телефонную трубку и приложил к уху:

— «Генерал Вардар. Слушаю»

— «На фронте складывается критическая ситуация. Каковы ваши успехи?»

— «Бригаде удалось отбить вокзал. В железнодорожном депо идёт тяжёлый бой. Ксеносы подорвали пути, но разведчики доложили, что их легко восстановить. Как только депо будет отбито, мы приступим к восстановлению рельсовой дороги. Параллельно с этим ведётся эвакуация мирного населения. Из числа горожан, мне удалось собрать ополчение. Оно помогает в изолировании очагов сопротивления».

— «Хорошо. Сколько времени вам ещё потребуется?»

— «Час. Может полтора и дорога будет под нашим полным контролем. Особо хочу отметить действия 86 полка. Благодаря их жертве, ксеносы не успели всё тут заминировать».

— «Полковник Милн будет награждён. К вам уже высланы подкрепления из стратегического резерва, а также переброшена 17 авиадивизия. Они прикроют небо от возможного десанта».

— «Благодарю вас, командующий».

— «Решайте вопрос как можно скорее. Конец связи».

Вардар вернул трубку телефонисту и велел перенести штаб непосредственно в город. Чаша весов начала складываться в пользу людей. Однако и пришельцы это прекрасно поняли. Пока Вардар разговаривал с Саррайлем на фронте зеленокожие применили новое оружие.

Всё пространство перед укреплениями было усеяно горящими танками и зеленокожими солдатами. Сами укрепления были разбиты артиллерией, но врытые в землю деревянные столбы или гранитные глыбы мешали проезду техники. Тогда в бой вступили огромные металлические бочки на гидравлических ногах, увешанные силовыми клещами, циркулярными пилами и крупнокалиберным огнестрелом. Вопя «Ваагх», они проскочили противотанковые заграждения и ворвались на позиции людей. В окопах и траншеях развернулась настоящая бойня. К сожалению у защитников не осталось противотанковой артиллерии к появлению новейшей техники врага и солдаты внезапно оказались беззащитными. Противотанковые ружья, с успехом применявшиеся для противодействия бронетехники ксеносов, оказались не эффективны. За полчаса боя фронт оказался прорван. Мелкие зеленокожие проделали бреши в укреплениях и в свободное пространство хлынула новая орда смертоносных машин. Она не стала задерживаться и понеслась в Каваль на полной скорости. Оставшимся защитникам оставалось только бессильно наблюдать, отбиваясь от штурмующих отрядов противника.

Особая бригада понесла тяжёлые потери, но вернула город. Вардар немедленно занялся организацией обороны и зачисткой города от недобитых врагов, когда ему доложили о появлении на горизонте туч пыли и выхлопного дыма. Генерал бегом поднялся на колокольню храма и увиденное его потрясло. Прикинув в уме примерное количество вражеских машин, он понял что все жертвы оказались напрасными. Его истекающей кровью бригаде ни за что бы не удалось остановить разрушительную волну, как и спастись от неё. Но сдаваться он не собирался. Вардар спустился вниз и отдал новые приказы посыльным. Теперь бригаде было жизненно необходимо задержать орду до прихода свежих сил. Сам город должен был стать тем препятствием, которая остановила бы волну ксеносов, независимо от цены.

Орда ворвалась в городскую застройку не сбавляя скорости. Оставшиеся солдаты успели только попрятаться в домах и открыли кинжальный огонь, еле замеченный ксеносами. Они не стали тратить время на их штурм, а просто выжигали огнём защитников. Вспыхивающие гигантские костры извещали Вардара о быстром продвижении врага. Все кто мог держать оружие встали у окон и дверей и старались не подпустить к себе гогочущих зеленокожих. Их отряды растеклись по городу, выискивая хорошую драку. Саррайль положил трубку. Последнее что он услышал от Вардара это крик заживо горящего человека. Устало опустившись на стул, он бросил взгляд на карту. Времени оказалось гораздо меньше чем он ожидал и теперь не было никакой возможности остановить катастрофу. К нему подошёл Эспер и положил руку на плечо:

— «Что там?»- тихо спросил он.

Сюррайль поднял глаза на помощника, а затем оглядел притихший штаб.

— «Прорыв. Город потерян»- произнёс командующий.

Эспер кивнул и также тихо спросил:

— «Стоит ли начать отступление?».

— «Нет. Пусть полки остаются там где и стоят. Их сопротивление задержит неприятеля. Передай 17 авиадивизии и следующим в Каваль подкреплению об организации контрудара. Извести штаб самообороны Вардака о подготовке к боям. Все корабли перенаправить в порт Монури. Выгрузку снабжения прекратить. Склады не эвакуировать. Пусть их заминируют. Все боеприпасы пойдут на снабжение контратакующих частей. Объявить полную мобилизацию. Все кто способен держать оружие должны встать в строй. И неважно кто это будет. Гражданские, раненые или, хм, женщины и дети. Мы должны задержать наступление врага любой ценой. Мобилизовать весь транспорт. Кто не может сражаться, тот пусть выбирается сам».

— «Поднимется паника. Тебя, извиняюсь, вас отдадут под суд»- возразил Эспер.

— «Пусть. Не справимся, рухнет весь фронт. Телефонист, немедленно связаться с Дитерихсом».

— «Я всё же рекомендую отдать приказ об отступлении корпусам 20 и 37. У них ещё есть шанс вырваться из ловушки. Если они останутся, то попадут в окружение и тогда катастрофа будет масштабнее»- настоятельно посоветовал Эспер.

Саррайль внезапно вскочил и зашагал по помещению, раздумывая. Затем также внезапно остановился и холодно произнёс:

— «37 корпусу отступать на запад в направлении Гондских болот и окапаться там. Доведите до сведения премьер-майора Клайва, орда ксеносов не должна продвинуться дальше. В противном случае нас ждёт крах всей линии фронта. Судьба Союза теперь в его руках. 20 корпусу оставить позиции и идти к Кавалю. Перерезать снабжение ударной группы противника и отбить город. Удерживать его до подхода подкреплений».

— «Это для них смертный приговор».

— «Как и для многих. Пусть все до конца исполнят свой долг».

Эспер молча кивнул и бросился к телефонисту. Весь штаб пришёл в движение и приказы понеслись во все стороны. Сюррайль тяжело вздохнул и связался с Дитерихсом.

Когда весть о надвигающейся катастрофе дошла до Вардака, в городе поднялась паника. Военной полиции и жандармерии пришлось приложить не мало сил для восстановления порядка. Не раз солдатам пришлось применять оружие, когда реквизировали транспорт у бегущего населения. В городе начались погромы и грабежи. Военные чины открыли склады и начали раздавать оружие всем желающим, здесь же формируя отряды самообороны. Их возглавили сержанты или те, кто прошёл краткосрочные курсы военной подготовки. Вооружившись и приняв хоть какое-то подобие порядка, отряды направлялись на окраины города, где тут же занимались строительством укреплений. Шныряющие по дорогам патрули задерживали всех мужчин в возрасте от 16 лет и отправляли под конвоем на пункты сбора. Но патрульных было слишком мало, чтобы задерживать всех. Отдать приказ о мобилизации женщин губернатор Эйшен не смог, как и запретить организацию эвакуации. Суда, стоявшие на рейде в ожидании разгрузки, подняли якоря и направились в порт Монури. Пришвартованные к причалам остановили разгрузку и занялись приёмом мирных жителей. Эйшен был вынужден направить батальон пехотинцев, когда до него дошли новости о беспорядках. Руководство порта смогло успокоить людей и организовать погрузку в первую очередь женщин и детей на суда. Для вывоза людей использовали любое плавучее средство, способное безопасно отвести людей до Монури. Но несмотря на принятые меры, количество мест на судах не хватало на всех и из города потянулся широкий поток людей, спешивших сбежать как можно дальше от города. В тоже время в самом городе начали строить баррикады, используя любые строительные материалы и даже предметы интерьера.

Пакет с приказами премьер-майору Лоудчу был доставлен пилотом 17 авиадивизии лейтенантом Томсоном. Истребитель пролетел низко над военной колонной, сигналами подавая просьбу остановиться. Лоудч нырнул в корпус самоходки и через минуту показался с сумкой сигнальных ракет. Первая ракета взмылась в воздух и остановила войско. Томсон посадил истребитель и, выбравшись из него, тут же поспешил к командиру. Лоудч терпеливо дождался пока пилот приблизиться к нему и только тогда вышел Томсону навстречу. Взяв пакет из рук лейтенанта, Лоудч тут же его вскрыл и принялся читать. К тому времени как он окончил чтение, вокруг командира собрались все офицеры. Лоудч передал приказы своему адъютанту и коротко сказал пилоту:

— «Будет сделано через три часа».

— «Мы прикроем вас»- пообещал Томсон и вернулся к самолёту.

Пока самолёт набирал разгон, Лоудч выстрелил из ракетницы и колонна пришла в движение. Солдаты спрыгивали с кузовов грузовиков и строились в стрелковые цепи, самоходные орудия разворачивались и занимали свои позиции впереди стрелков, готовые прикрыть их своей бронёй. Отдельная дивизия оперативного назначения «Матодор» была элитным подразделением армии Священного Союза, закалённые в многочисленных битвах, солдаты прекрасно знали свои обязанности и, не дожидаясь указаний, строились в боевые порядки. Томсон на прощанье помахал крыльями и скрылся в небесах.

Премьер-майор Уоран Клайв обедал, когда ему поднесли приказы. Командир 37 корпуса уже знал о крахе обороны, но никаких действий не предпринял, предпочтя дождаться указаний. Отложив в сторону столовые приборы, он взял из рук адъютанта пакет и вскрыл его. Пробежавшись взглядом по строкам, Клайв поднялся и покинул столовую. Несмотря на то что все офицеры знали о последнем событии, в штабе кипела рутинная работа, без какого либо намёка на нервозность. Офицеры штаба прервали свою работу как только фигура командира появилась в дверном проёме. Клайв с порога начал раздавать указания и приказы, следуя к общей карте района боевых действий, висящей на стене. Он быстро нашёл Гондские болота и потребовал от адъютанта подробного описания местности. Пока Клайв занимался изучением, штабные офицеры привели в движение части 37 корпуса. Через час первые полки снялись с позиций и направились для обустройства новой линии обороны.

Рузский наблюдал за снятием с позиции тяжёлых пушек. Как только ему доложили о неутешительной ситуации у соседей, он предпринял меры по созданию круговой обороны. В его сердце теплилась надежда, что командование быстро предпримет меры и спасёт линию фронта от краха. Хотя зеленокожие продолжали атаковать, солдаты 20 корпуса стойко держали оборону. От мыслей о разворачивающейся обстановке его отвлёк его адъютант майор Френк Хейл, приехавший за своим командиром из штаба корпуса:

— «Эдуард, нам пришёл приказ о организации удара в направлении города Каваль».

Рузский взял приказы и неторопясь прочитал их, вполуха слушая своего подчинённого:

— «Я уже отдал приказ резервам сформировать наступательный клин. Так же остановил передислокацию дивизионов тяжёлой артиллерии. Подготовил приказ об оставлении позиций».

Рузский закончил чтение и положил бумаги обратно в пакет. Офицеры направились к броневикам:

— «Молодец. Части, удерживающие наших не добрых друзей, пусть делают это и дальше. Заберём у них все передвижные подразделения и транспорт. Они будут переданы авангарду. Командовать арьергардом будет полковник Ламберт».

— «Эдуард. Если мы будем наступать на Каваль, то окажемся между молотом и наковальней. Войска ксеносов не нуждаются в снабжении так остро как мы. Благодаря своим размерам и силе, они будут убивать нас голыми руками».

— «Ты к чему это говоришь?»

— «Не правильней ли будет отступить к морю и окопаться там? У ксеносов нет флота и нас смогут эвакуировать».

— «Ты конечно прав. Нас приносят в жертву, но видать так складывается обстановка. Так или иначе, но мы военные и наша задача- защита Союза и его народа. А значит необходимо выполнить свой долг».

Рузский в короткое время смог развернуть свой корпус и сформировать кулак, состоящий из всех свободных полков. Для увеличения численности в части вернули раненых, способных сражаться. И пока дивизия «Матодор» безуспешно вела тяжёлые бои с орками, 20 корпус блокировал город Каваль с противоположной стороны, став тонкой преградой на пути зеленокожих орд и отрезав гарнизон ксеносов от снабжения и подкреплений. Разворачивающаяся борьба не осталась не замеченной и скоро третья сила должна была сделать свой ход.

Голова лейтенанта Роуза раскололась на две части, забрызгав кровью и мозгами китель Рузского. Премьер-майор не обратил на это никакого внимания, будучи больше озабоченным ходом боя. 20 корпус смог окапаться на небольшой территории, всего в десять километров. Штаб, наскоро вырытые склады и полевые госпиталя были смешаны и со стороны представляли большой врытый в землю городок с редкими палатками, в которых размещались операционные. Границы этого импровизированного городка очерчивали наскоро вырытые траншеи и окопы. На этом пяточке размещалось тридцать тысяч человек вместе с артиллерией, техникой и машинами снабжения. К ним стекались отстающие полки и на клочке земли становилось тесно. Несмотря на все старания солдат 20 корпуса расширить занимаемую территорию, успеха они не добились. Как и опасался майор Хейл, заслышав о появлении в тылу людей, орки не растерялись и контратаковали со всей свирепостью. В это же время отряды зеленокожих, шедших в Каваль, стали молотом, раз за разом обрушивающийся на 20 корпус. Надежда же Рузского на дивизию Лоудча себя не оправдала. Тот смог отбросить ксеносов к городу, но отбить его ему не удалось.

Капитан Аксман смотрел на изображение битвы на поверхности транслируемой со спутников и слушал голос магоса-домину Дане Нод о событиях на планете. Его рота могла и сама вести наблюдение за планетой, но раз сеть спутников была раскинута Нод, то он и оставил наблюдение за техножрецами Механикум.

— «Примерная численность орков достигает сорок-пятьдесят тысяч. Армия сил планетарной обороны примерно такая же. Однако орки превосходят защитников планеты в тяжёлой технике. Их орды пробили брешь и теперь занимаются её расширением. Для этого они используют шагоходы. Прочие виды техники следуют непрерывным потоком вглубь человеческой территории. Сейчас битва разгорается за местный город, захваченной орками. Исходя из анализа имеющихся данных, город был логистическим узлом, падение которого создало угрозу крушения части, а затем и всего фронта. Теперь город является тем рубежом, удержание которого позволит оркам выйти на оперативный простор».

— «Благодарю магос. Ваш Легио готов к высадке?».

— «В любой момент».

Аксман ещё раз просмотрел данные и принял решение.

— «Моя рота высадится на капсулах прямо на головы орков и уничтожит их в городе. Это позволит продемонстрировать нашу силу, а заодно и объединиться с местными СПО. Вы высаживайтесь вслед за нами, на окраине города. Как только мы перебьём орков в городе, выстроим новую линию обороны. Дальше будем действовать по обстоятельствам, но было бы неплохо восстановить положение».

Дана Нод кивнула и изображение исчезло. Аксман поднялся с кресла и проследовал в арсенал. По всему кораблю уже раздавались сирены боевой тревоги и космодесантники спешили к десантным капсулам. Различные сценарии высадки были разработаны заранее и были известны всему имперскому флоту. Оставалось только подать сигнал и вот он наконец-то прозвучал.

Фрегат «Плеяда» сошёл на низкую орбиту и выпустил над целью десантные капсулы. Наружный корпус раскалился до красна, когда капсулы на большой скорости вошли в плотные слои атмосферы. Внутри бронированного кокона из пластали и керамита находилось отделение космодесантников. Спуск на поверхность был так стремителен, что перепады давления, турбулентность и гравитация могли размолоть кости и превратить в труху органы обычного человека. Генетически улучшенные космодесантники, закованные в броню легко переносили эти опасности. Люди и орки не могли не заметить появление ревущих точек на небосклоне. На один долгий момент Лоудч и его свита застыли в ожидании чего-то. Орки же слишком увлечённые битвой не обратили особого внимания, пока не стало слишком поздно. Зажглись тормозные двигатели и капсулы приземлились в городе. Створки капсулы отстрелили замки и рухнули на землю. Из капсулы тут же выскочили Саламандры и обрушили огонь болтеров на орков. В отличии от винтовок местных защитников планеты, болтеры космодесантников насмерть разили орков с одного удара. Верные себе, основная масса орков билась за чертой города, отбивая самоотверженные атаки солдат Лоудча и Рузского. В самом городе осталась различная артиллерия, обслуживаемая гретчинами. Саламандры пронеслись по городу подобно вихрю, оставив после себя груды трупов и горящей техники. Космодесантники смогли быстро сориентироваться и собраться в единый кулак. Как только рота была в сборе, Аксман повёл своих братьев на соединение с силами СПО.

Лоудч наблюдал как солдаты в очередной раз поднялись в атаку. Всё поле боя было усеяно трупами, большая часть которых была одета в серые шинели. По железной дороге прибывали всё новые и новые батальоны пехоты и траншейной артиллерии. К его сожалению, полки самоходных орудий и тяжёлой артиллерии должны были добираться сами. Боеприпасы приходилось выгружать в ручную, силами прибывших вместе с ними частей. Но даже несмотря на все принятые меры и помощь 17 авиадивизии, постоянно бомбардирующую Каваль, город пока взять не удалось. Зеленокожие смогли доставить подкрепления на странных, но смертоносных машинах. На них были установлены тяжёлые пулемёты или ракетницы. Водители носились по полю боя, расстреливая пехоту и бронетехнику Союза. Сведённые в особые группы стрелки, вооружённые противотанковыми ружьями, охотились на эти лёгкие машины, но пока не добились заметных успехов. Внезапно обстановка моментально изменилась. Сначала с неба рухнули непонятные объекты. Лоудч сначала подумал о новых бомбах, однако он не смог вспомнить ничего похожего из книжек-памяток о новых вооружениях, поставленных в армию Союза. Потом с неба нырнули неизвестные типы самолётов. Они прошлись над позициями ксеносов и земля подними сотряслась от взрывов. Вслед за ними к земле опустились десантные корабли, увенчанные черепами. Их сопровождали летательные аппараты, как чуть позже догадался Лоудч, бывшие штурмовиками. Они принялись охотиться за любым транспортом, способным хоть как-то помешать высадке. Огневой мощи подмоги хватило для очищения место высадки и вскоре отсеки десантных кораблей начали покидать отряды бронированных гренадеров в красных мантиях.

Столь внезапное и эффектное появление неизвестных союзников ввергло солдат Союза в ступор. На их глазах то чего они добивались многие часы кровавой битвы, было достигнуто подавляющей огневой мощью чужаков в считанные минуты. Пока солдаты и офицеры неуверенно переглядывались, Лоудч уже успел телеграфировать Саррайлю о новом повороте судьбы. Разослав посыльных по батальонам с приказом отойди на исходные позиции, премьер-майор решил первым подойти к пришельцам и установить с ними контакт. С собой он взял отделение охраны и связиста сержанта Жерве Рауль. Как только они приблизились к охранению места высадки, к ним вышел один из гренадеров. Он отличался от остальных наличием гребня на шлеме. Лоудч прикинул в уме, что это мог быть один из младших офицеров, ответственный за безопасность зоны высадки до прибытия вышестоящего командования.

— «Премьер-майор Оррен Лоудч, командующий дивизией «Матодор», представляю Священную Лигу Независимых Государств»- представился Лоудч, как только оказался на расстоянии вытянутой руки от офицера союзников.

— «Трибун Альфа 17 Кайл. Легио Кибернетика, когорта «Лантан» под руководством магоса-доминус Даны Нод, в составе имперской оперативной группы «Плеяда» под общим командованием капитана Аксмана легиона Саламандр Адептус Астартес».

Лоудч опешил от такого обилия информации, но быстро подобрался и произнёс:

— «Так где и когда я могу встретиться с кем-нибудь из них?»

— «Капитан Аксман сейчас ведёт бой в городе».

Лоудч кивнул и ответил:

— «Я понял вас. До встречи».

Командующий отсалютовал и направился обратно. Весть о прибытии подкреплений из далёкого Империума немного выбило из колеи. Порабощение его страны ксеносами заставило верить, что принятие Согласия было ошибкой и что для далёкой Терры, они были всего лишь ещё одной недоразвитой планетой, судьбу которой можно было проигнорировать ради более великих целей. И вот они наконец-то прибыли,преодолев невообразимые космические пространства. Через пятнадцать минут мимо высаживающихся имперский войск в город проследовали свежие батальоны гренадер, возглавляемые самим премьер-майором, прибывшие на помощь дивизии «Матодор». Вместе с ними шествовали лёгкие броневики, чьи пулемёты могли остановить любую атакующую волну зелёной пехоты. Дивизия «Матодор» потеряла в кровопролитном штурме большую часть своего состава и перестала представлять эффективную боевую единицу, её существование продлевали вливания свежей крови в виде людей и техники.

Город Каваль, насчитывающий до захвата его орками сто тридцать тысяч домов, был наполовину разрушен. Больше всего пострадали кварталы в районе места высадки. Пилоты Астартес и Механикум, разрушили все строения в районе бомбардировки, обратив орков в пыль и пепел. Руины встретили пехотинцев Лоудча тошнотворным запахом жареного мяса. Но несмотря на увиденное опустошение, люди всё равно с опаской входили в город помня насколько живучи их враги. Лоудч шёл в передовом отряде и краем уха слышал перешёптывания окружающих его солдат. Позже, в разговоре с курфюстом Дитерихсом, он отмечал необычное воодушевление, окрылившее каждого солдата и офицера. На их лицах читалась надежда на скорое изгнание ксеносов, поработивших их Родину.

Взвод сержанта Родерика Литтла первым увидел воинов Астартес. Небольшое количество низкорослых зеленокожих бросилось им навстречу, но были быстро изрешечены. Пройдя до конца улицы они вышли на перекрёсток и увидели гигантов в доспехах тёмно-зелёного цвета. На их наплечниках красовалась эмблема головы неизвестного зверя. Гиганты бились с крупными ксеносами в рукопашной, используя цепные мечи. Размахивая различными грубо сделанными мечами и топорами, ксеносы смело сражались с неизвестными рыцарями, но проигрывали в искусстве фехтования. Гиганты успешно парировали удары и отвечали выпадами. Ксеносы замертво падали к их ногам, истекая кровью. Родерик с товарищами стояли разинув рты. Убить ксеноса было тяжело даже расстреливая в упор, не говоря уже о рукопашном бое. Сейчас же они увидели силу, способную не только на равных противостоять им, но и превосходила в искусстве боя. От внезапно раздавшегося воя на противоположной улице, Родерик вздрогнул. К месту схватки спешил другой отряд ксеносов. С их стороны не было сделано ни одного выстрела и Родерик заключил, что у ксеносов закончились патроны. Сбросив наваждение, он велел подчинённым рассредоточиться и открыть встречный огонь. Пехотинцы быстро рассыпались и вскинули винтовки, но поприветствовать захватчиков свинцом им не удалось. К моменту появлению новых ксеносов, гиганты уже расправились со своими оппонентами и как только первые звуки рёва дошли до их слуха, резко выхватили свои винтовки и точными очередями прервали атаку. Пули гигантов легко пробивали нательную броню ксеносов и прошивали их тела. Ксеносы падали и уже не поднимались. Через минуту всё было кончено и тогда гиганты обратили внимание на людей. Один из них безошибочно распознал Родерика как командира и направился к нему. Его же собратья, гиганты, выстроились так, чтобы контролировать перекрёсток. Гигант подошёл к сержанту и снял шлем. Голова гиганта поразительно напоминала человеческую, но угольно-пламенные глаза на фоне чёрной кожи,смотрелись жутко. Родерик почувствовал как капля пота спустилась по спине, с шеи, глубоко вниз. Чтобы избавиться от ощущения превосходства пришельца, Родерик отвёл взгляд и осмотрелся.

— «Да я бы и сам так расставил бы своих подчинённых»- пришло на ум Родерику, после того как его мозг анализировал положение космодесантников. Но подивиться в полной мере слаженности и боевой выучке Родерику не удалось. Над ним нависла тень командира гигантов.

— «Капитан Аксман, легион Саламандр. Мне необходимо срочно установить связь с вашим командованием».

Глядя на гиганта, Родерик онемел. Его голос отличался властностью и достоинством. Такой темпр голоса был слышен только у знати. Родерик ощутил как внутри что-то сжалось и, несмотря на зону боевых действий, встал по стойке «смирно», словно он был на параде. По-военному чётко Родерик ответил:

— «Сержант Родерик Литтл. Сейчас откомандированы в дивизию «Матодор». Премьер-майор дивизии Оррен Лоудч возглавляет авангард. С вашего разрешения , я направлю с вами сопровождающих до командного пункта».

Гигант кивнул в ответ и коротко ответил:

— «Буду благодарен».

Родерик махнул рукой двум своим помощникам, ефрейторам, и как только они подошли к нему, приказал сопроводить капитана Аксмана и его отделение к командующему. Инструктируя их, Родерик перешёл на шёпот и тихо велел им присматривать за гигантами, и в случае чего быть готовыми защитить командира дивизии. Впрочем ни он, ни его подчинённые не верили, что смогут сделать это. Вид поверженных зеленокожих, среди которых были довольно крупные особи, явственно дал понять всю мощь прибывших Саламандр.

Капитан Аксман усмехнулся, услышав распоряжения сержантов. Хотя они и перешли на шёпот, генетически усиленный слух космодесантника прекрасно слышал перешёптывания местных. Эти солдаты хоть и были храбры, раз сражались против орков, но всё же были обычными людьми и никак не смогли бы противостоять Ангелам Императора. Аксман смотрел как сопровождающие отсалютовали капитану и выразили готовность немедленно отвести к командиру дивизии. Премьер-майор Лоудч на вид был худощав, взглянув в его глаза Аксман не увидел ни капли страха или подобострастие, которое обычные смертные испытывали при взгляде на элиту Империума. Только холодный оценочный взгляд, что очень понравилось капитану. Лоудч сухо представился и дипломатично потребовал доклада о боевой обстановки.

— «Орки концентрируются в северных районах города. У них не осталось боеприпасов. Разведка предполагает возможность прорыва через вашу блокаду на встречу своим собратьям. Моя рота не понесла никаких потерь. Высадка остальных имперских сил завершена на семьдесят процентов. Необходимо срочно зачистить город и соединится с окружёнными силами СПО»- проинформировал Лоудча Аксман.

Лоудч кивнул:

— «20 корпус наверняка уже обескровлен, поэтому я предлагаю немедленно атаковать и восстановить линию снабжения».

— «Будет лучше закрепиться в городе и встретить здесь основные силы противника. Имперские силы зачистят город от ксеносов. Вам же стоит уделить внимание на обустройство оборонительных позиций».

— «Наши товарищи долго не протянут».

— «Авиация прикроет отступление. Корпус же пока пусть держится. Как только высадка закончится мы сможем контратаковать и сменить солдат 20 корпуса».

Лоудч не стал возражать. Из донесений авиаразведки, он знал насколько большая орда зеленокожих давит на 20 корпус. Встреча их на обустроенных позициях облегчит отражение любых атак и снизит потери, уже и так значительных. Согласовав свои действия, командиры разошлись.

Рузский изучал поле боя через траншейный бинокль и испытывал глубокое отчаяние от складывающейся ситуации. Последняя атака ксеносов была остановлена внезапной опустошительной бомбардировкой. Ни командующий, ни его офицеры не заметили в небе ни одного самолёта, списав её на дальнобойную артиллерию. Сейчас ксеносы прекратили атаку и теперь сосредотачивали свою артиллерию для того чтобы смести остатки корпуса ураганным огнём. Всех кто мог держать оружие, не важно раненые это были или нет, были на передовых линиях. Весь пятачок, занимаемый 20 корпусом, был залит кровью. Мёртвые и умирающие лежали вповалку.

— «Ещё одна бы атака и нам бы пришёл конец»- думал Рузский. Ксеноса не раз врывались в расположение корпуса, устраивая ужасную резню. Только общими усилиями их удавалось истребить. Врачи, санитары, снабженцы и прочие солдаты тыловых служб превратились в закалённых солдат. Они также, как и ксеносы сражались насмерть. Но если последние испытывали непонятное радостно-кровавое возбуждение, то первые держались со стойкостью обречённых. Внезапно ксеносы прекратили атаки и теперь, как видел Рузский, выстраивались в стройые ряды для последнего штурма.

— «Премьер-майор»- услышал он голос. Рузский обернулся и увидел солдата в чистой форме. Солдат откозырнул и продолжил:

— «Премьер-майор Лоудч передаёт разрешение об отходе корпуса за город. Дорога свободна. Остатки вражеского сопротивления полностью уничтожено. Город наш. Прибыли терранские силы».

Рузский пропустил последнюю фразу, вздохнув с облегчением.

— «Ну наконец-то»- произнёс он- «Вот что голубчик. У меня не осталось лишних адъютантов. Будь добр, пробегись и сообщи всем об отступлении. Первыми пусть уходят медицинский персонал и раненые. Остальные удерживают фронт». В небе раздался шум пролетающих на низкой высоте самолётов. Рузский автоматически задрал голову, но не узнал их. Они прошли достаточно низко, чтобы их можно было увидеть и пролетели в сторону вражеской орды.

— «Поспеши»- сказал Рузский посыльному и посмотрел в бинокль. Ряды противника были сметены мстительным огнём авиации, ещё до того как достигли их местоположения, а затем прошлись над ними, оставив только ослепительное пламя. Рузский выпрямился и промолвил:

— «Это должно их задержать».

Отступление корпуса больше напоминало паническое бегство. Люди бросали ставшее обременительным вооружение. Все кто мог несли раненых, которых был ещё шанс спасти. Кто мог, ковыляли сами. Рузский наблюдал за этим шествием и думал:

— «Как мало осталось».

Он последним оставил так долго удерживаемые корпусом позиции. В его душе закралась нотка обиды за оставляемых товарищей, но выбирать не приходилось. Дальнейшее сопротивление здесь означало только смерть. Ксеносы не преследовали их и арьергард корпуса смог отойти, не потеряв больше ни одного человека.

Тонкой струйкой искалеченных и смертельно-уставших людей, 20 корпус вошёл в город. Он застал спешно выстраиваемый новый рубеж обороны. Свежие батальоны копали окопы и траншеи. Дома оборудовались под огневые точки. Дороги и руины домов разбирались на стройматериалы. Между ними прокладывали ходы сообщений. Каждый человек был занят делом. Среди обычных людей находились странные полумеханические люди. Одни из них участвовали в строительстве, другие просто стояли под прикрытием стен. Глядя на них, Рузский заметил что оружие было соединено с телами имперских солдат. Все они были облачены в броню, на нагрудниках каждого красовалась эмблема странного черепа. Отдельные отряды терранцев были закутаны в красные мантии. Полевые машины терранцев быстро и эффективно строили укрепления. От созерцания подкреплений Рузского отвлёк Хейл:

— «Устрашающе выглядят. Надеюсь ксеносов они тоже напугают».

— «Вряд ли. Скорее ещё больше разожгут жажду битвы. Зеленокожие любят сложности»- ответил Рузский и перевёл взгляд на своего адъютанта. Френк Хейл напоминал мертвеца. Бледное лицо было измазано кровью, а левая рука заканчивалась у локтя. Бинт уже был промокший от крови и капли крови падали на землю:

— «А тебе, мой друг, надо срочно в госпиталь».

— «Туда и следуем. Я только что переговорил с майором Толем. У вокзала развёрнут пункт приёма раненых».

С неба упала тень приземлявшегося транспорта. Оба офицера проводили его взглядом.

— «Мне надо на КП, а ты иди. Не хватало ещё потерять сознание перед инопланетными союзниками»- приказал Рузский. Хейл махнул рукой в сторону незнакомого офицера, терпеливо ожидавшего пока закончится разговор, и произнёс:

— «Это за тобой. Увидимся».

Рузский приложил руку к козырьку шлема:

— «Не вздумай помереть. Первый акт войны окончен, дальше спектакль будет интереснее»

И рассмеявшись, офицеры разошлись.

Командный пункт обустроили в здании вокзала. Титаническими усилиями инженерного батальона железнодорожные пути были восстановлены. Каждые полчаса прибывал новый состав. На него тут же накидывались и растаскивали. Рядом с вокзалом уже стоял передвижной госпиталь. Туда медленно стекался 20 корпус. Раненым оказывали первую помощь, многих везли в операционные, где врачи пытались спасти людей от смерти. Кого могли тут же грузили в вагоны и вывозили. Вся территория, окружавшая вокзал была наполнена суматохой и шумом. Запах крови и смерти висел над окружающим пространством. Судьба оказалась благосклонна к Рузскому и, не считая пары царапин, он остался единственным кому не понадобилась помощь врачей. Охрана штаба не стала задерживать командующего 20 корпуса у входа. Его внешний вид говорил им за него кем он был и откуда пришёл. Только имперские солдаты, как показалось премьер-майору, с неодобрением смотрели на него. Помещение штаба приятно удивило Рузского. Оно было заставлено оборудованием связи и столами с картами. У стен помещения расположили стойки с винтовками. Офицеры армии Священного Союза переговаривались с имперскими и наносили на карты тактическую обстановку. Командира дивизии «Матодор» Рузский нашёл в компании гиганта Астартес и женщины в красной мантии с серебряной окантовкой, пронизанной микросхемами и проводниками, одетой поверх брони серебристого цвета. Её чёрные волосы были заплетены в косу. У ног женщины лежал огромный пёс, обёрнутый в гибкие броневые пластины. Внешне могло показаться что пёс скучал у ног своей хозяйки, но от проницательного взгляда Рузского не укрылась терпеливая поза охотника, готового броситься на добычу. Командир 20 корпуса успел повидать не мало ужасов войны, а последние сутки с лихвой окатили его кровью и страданиями подчинённых и товарищей, вид металлического пса вызвал в нём нотку страха. Рузский перевёл взгляд на Астартес. Он производил такое же ощущение превосходства и опасности, как и пёс женщины. Двухметровый черноликий воин с глазами демона тихо излагал премьер-майору Лоудчу свой план боевых действий. Последний его молча слушал и изредка кивал головой, соглашаясь со всеми предложениями гиганта. Рузский собирался подойти к ним и доложиться, но не успел приблизиться как гигант умолк и развернулся к Рузскому на встречу:

— «Премьер-майор Эдуард Рузский, командующий 20 корпусом армии Священного Союза, рад вас увидеть и поздравляю с победой».

Голос имперца был подобен грому, перекрывший шум штаба. Рузский растерялся и молча застыл. К счастью ему на помощь пришёл Лоудч, быстро сориентировавшийся в обстановке. Он подскочил к Рузскому и схватил его за руку, сжав ладонь в крепкой рукопожатии.

— «Премьер-майор, вы выжили! Ваш героизм не будет забыт. Только благодаря отваге вашего корпуса нам удалось вернуть город! Но почему вы здесь? Вы не ранены? Я послал своего офицера для того чтобы он переговорил с вами в госпитале. Мне говорили о большом количестве раненых. Мы всех эвакуируем в тыл»- затараторил Лоудч.

Рузский посмотрел в глаза Лоудчу и растеряно ответил:

— «Со мной всё в порядке. Пара царапин и только».

Оррена Лоудча он знал с военной школы. Это был смелый и хвастливый курсант, позднее ставший одним из самых инициативных командиров, не боявшийся брать на себя ответственность. Сейчас Рузский не узнавал своего боевого товарища. В глазах Лоудча читалась небывалая доселе радость и облегчение и, как догадывался Эдуард, они были вызваны не в последнюю очередь его появлением в штабе.

— «Позволь представить наших долгожданных друзей»- между тем произнёс Лоудч и подвёл Рузского к имперцам:

— «Эдуарда Рузского вы знаете. Знакомься, капитан Аксман легион Саламандр и его помощница магос-доминус Дана Нод».

— «Мне приятно с вами познакомиться»- сказал Рузский, сделав короткий поклон в сторону командиров имперцев.

— «Кто-нибудь принесите стул премьер-майору»- воскликнул Лоудч и снова обратился к Рузскому: «Раз уж вы здесь, то расскажите о состоянии вверенного корпуса».

— «Корпус понёс катастрофические потери. Погибла большая часть личного состава. И речь идёт не только о боевых частях. Санитарные и тыловые части. Все кто состоял в корпусе участвовали в боях»- сдавлено начал доклад Эдуард- «Вся техника, орудия были уничтожены. Всё оставшееся имущество корпуса брошено при отступлении. Подразделения, оставленные на старых позициях, так и не прорвались к нам. Нет ни одного человека в корпусе не познавшего ран или лишений. И вы всё называете это победой?!»- вдруг сорвался голос Рузского. Он замолчал, чувствуя тяжесть на сердце и произнёс:

— «Прошу простить».

— «Ваши эмоции понятны, премьер-майор. Ответственность за смерть солдат и офицеров корпуса давит на вас. Ваше дело сделано и вам следует направится в госпиталь и дать осмотреть себя врачам»- раздался холодный голос магоса-доминуса Даны Нод. Рузский посмотрел ей в глаза. Они были также холодны.

— «В каких войнах она участвовала? С какие ужасы космоса успела повидать?»- пришло на ум Рузскому, но его мысли прервал капитан Аксман:

— «Ваши люди сдержали наступление орков. Из-за этого их авангард оказался без боеприпасов, что облегчило захват города. Кроме того высадка прошла успешно во многом благодаря жертве ваших солдат. Теперь орки встретятся с объединёнными силами и познают наш гнев в полной мере».

Рузский молча выслушал капитана и почувствовал на своём плече руку Оррена:

— «Тебе надо последовать совету магоса-доминус. Война для тебя и твоего корпуса окончена».

Рузский кивнул и отдав честь, покинул помещение штаба. Как только кскрылся за дверью, Аксман, Лоудч и Нод вернулись к обсуждению дальнейших действий. Аксман указал на линии передвижения отрядов орков и заговорил:

— «Орки понесли большие потери, но изучив останки уничтоженных вами отрядов, я пришёл к следующему выводу: основную часть орочих войск составляли пехотные подразделения с лёгкой техникой. В противном случае, орки уже были бы в ста километрах отсюда. Возможно что проведение операции по прорыву фронта была частной инициативой какого-то воеводы, почти обернувшейся победой. По нашим данным первоначальный успех не был не замечен остальными вождями орков. Резня на прежних оборонительных позициях закончилась и теперь к нам выдвинулось большое количество банков-убийц, а также другой тяжёлой техники».

Лоудч недоумённо спросил:

— «Банков-убийц? Это что-то новенькое».

Дана Нод пояснила:

— «Эти машины представляют из себя бочки на гидравлических ногах, увешенные различным вооружением, вроде циркуляционных пил и тяжёлых стабберов. Управляют ими гретчины. Их главная опасность заключается в простоте конструкции и огромного числа пилотов. Орки способны в кратчайшие сроки выставить огромное число этих машин. И раз уж они появились, значит среди орков появился механик, способный их собрать. Как итог, надо готовиться к скорому появлению смертодредов».

— «Смертодредов?! Я вижу у вас большие знания о зеленокожих»- поражённо ответил Лоудч.

— «Человечество воюет с орками ещё с тех времён как начало расселяться по галактике. Но похоже не везде сохранились знания. Мои слуги изучили ваши памятки и вот что я скажу: у вас большие пробелы»- снисходительно объяснила Нод. Лоудч не нашёлся что возразить магосу и просто согласился с ней. Хотя речь имперки была оскорбительной, Оррен был вынужден признать насколько его планета отстала в развитии. Лоудч нехотя спросил:

— «Чем смертодреды отличаются от банок-убийц?»

Нод будто ожидала этого вопроса и незамедлительно ответила:

— «Размерами и огневой мощью. Смертодреды управляются орками».

Лоудч ощутил себя курсантом на первом курсе училища и поспешил вернуться к началу разговора:

— «Наша держава будет благодарна любой имеющийся у вас информации о враге».

— «Я предоставлю всю информацию об орках»- пообещала Нод.

— «Слуги Омниссии владеют богатыми инфохранилищами»- добавил Аксман- «Но вернёмся к нашим планам. Орки теперь будут настороже и прикроют небо зенитными орудиями».

— «А что с их авиацией? В каждом крупном наступлении она служила кулаком, сметавшим наши оборонительные порядки»- поинтересовался Лоудч.

Глаза магоса загорелись неестественным светом и она ответила:

— «Орочий властелин войны перегруппировывает авиацию, распределяя её так чтобы прикрыть центры производства оружия и техники. Это вызвало хаос, поскольку обычные орки не отличаются дисциплинированностью. Прежде чем прийти вам на помощь капитан Аксман произвёл нападение на территорию космопорта и ближайшие заводы, попутно освободив из плена восемнадцать тысяч сто сорок два человека. Орки потерпели сокрушительное поражение».

Лоудч испытал мстительное удовлетворение, услышав эту новость. А весть об освобождении соотечественников из плена воодушевила его. Он с благодарностью сказал:

— «Это замечательная новость, но я отвлёк вас. Капитан Аксман, простите меня за невежество. Прошу вас, продолжайте».

— «Ничего страшного. Все мы постоянно сталкиваемся с чем-то новым, а война оставляет мало времени для спокойных исследований. Мы позволим оркам атаковать город. Как только они втянутся моя рота обрушиться на их тыл. Главной нашей задачей будет определить местоположение вождя и его уничтожение. Легио Кибернетика станет мобильным резервом. Силы Легио будет достаточно для отражения любой атаки».

Аксман закончил излагать свой план и уставился на Лоудча, ожидая возражений. Но последний предпочёл согласиться.

Движение штурмовых колонн орков началось только после того как к ним прибыло значительное количество машин с противовоздушными орудиями. Всё это время спутники Механикум передавали передвижения орочих орд и места их сосредоточения. Между Даной Нод и Аксманом было достигнуто соглашение о проведении бомбардировки крейсером «Огмиос». Капитану оставалось только гадать причину игнорирования вождями орков возможности орбитальной бомбардировки. Воздушная армада по прежнему находилась в состоянии хаоса и каких-либо значительных групп авгуры не засекли. Впрочем магосы и офицеры роты ожидали любого подвоха. Атака сопровождалась грохотом тяжёлых орудий, открывших огонь как только первые же машины сорвались с места. На позиции дивизии «Матодор» обрушился град стали. Многие снаряды не взорвались, а просто воткнулись в землю, тем не менее вызвав значительные разрушения так и недостроенной оборонительной линии. Капитан Аксман предвидел такую возможность, поэтому на первой линии оставил только отряды наблюдателей, спешно отступивших при первых же грохотах орудий. Вскоре командованию имперских сил стала понятна стратегия орков. В передних рядах неслись караваны мотоциклистов и грузавозов. Грузавозы были построены с упором на скорость и были слабо бронированы. Большинство было выкрашено в красный цвет и украшено людскими черепами. Орки оснастили их оглушительными динамиками и дымящимися трубами. На поручнях грузавозов висели ватаги, нескладно орущие песни или выкрикивающие «Ваагх». При первых же признаках крушения орки спрыгивали с грузавозов и неслись дальше будто так и было задумано. Как только они достигли первой линии заговорила полевая артиллерия людей. Прямое попадание превращало машины в пылающие обломки. На место каждого грузавоза, разлетевшегося градом обломков и зеленокожих тел, из урагана огня тут же выскакивали ещё три, желающие вонзиться во вражеские порядки. Орочьи мотоциклы напоминали кучу разваливающегося хлама, на котором были установлены различные типы огнестрельного оружия, из которого невозможно было вести прицельную стрельбу. Но орков это не волновало. Пыль, поднятая орочей техникой, была видна за милю и на неподготовленного человека производило удручающее впечатление. Вслед за ними неслись бронефуры. Они состояли из танков и бронетранспортёров.Эти массивные механические зверюги ползли среди полчищ на огромных лязгающих гусеницах. Одни фуры напоминали передвижные бастионы, переполненные орочьими воинами, другие щетинились тяжёлыми пушками. Между ними проносились четырёхколёсные варбагги, вооружённые ракетницами, тяжёлыми пулемётами и огнемётами. По указанию магоса Даны Нод заговорили, молчащие до поры, тяжёлые артиллерийские дивизионы Союза. Благодаря парящим в небе сервочерепам, они единым точным обстрелом проредили железный кулак зеленокожих. Техножрецы передавали вектора движения тяжёлой техники и артиллерийским офицерам оставалось только изменять наклоны орудий для более эффективной стрельбы. Позднее многие из них сравнивали бомбардировку со стрельбой на учениях. Настолько информация техножрецов была точна и своевременна. Как только орки достигли позиции людей, то тут же спрыгнули с машин и рассыпались в поисках солдат. Но были жестоко разочарованы и остаток пути до города бежали на своих ногах. Тактика человеческой армии изменилась. Если раньше армии Союза отстаивали каждый метр своей земли, то теперь первая линия была просто отдана. Орки захватили окраины и углубились в город, ставший для них ловушкой. Лёгкая техника утратила своё главное преимущество — скорость, и стала лёгкой добычей для стрелков. Каждое окно, подвал и угол здания превратилось в амбразуру. Техножрецы вынули кирпичи из стен зданий и стен разрушенных домов, увеличив углы обстрела. Перекрёстный огонь выкашивал отряды орков, нанося им значительный урон. Проходы были заминированы и в пылу битвы орки подрывались на растяжках и минах. Однако живучесть орков дала о себе знать и город быстро превратился в место кровавой битвы на истощение. Дана Нод находилась в своём лендрейдере и с помощью спутников контролировала ход битвы. Благодаря техномагии Механикум, она направляла истребительные команды скитариев на наиболее угрожаемые участки. Неоднократно скитарии приходили на помощь солдатам Союза в последний момент и оборачивали очередную отчаянную схватку в пользу людей, после чего переходили на другой участок обороны.

Сержант сапёрного взвода Азиайс разрядил магазин в ворвашегося в дом двух метрового орка, но так и не смог свалить противника. Орк завопил, предчувствуя кровь своей жертвы и сбил Азиайса ударом ладони с ног. Спасая своего командира, со штыком наперевес на орка кинулся рядовой Руссо. Он вонзил зазубренный клинок в бок орка и повернул лезвие. Орк ударил Руссо кулаком в голову и голова рядового треснула как переспелый фрукт. Злобный взгляд орка пробежался по помещению и остановился на Азиайся. Кроме них двоих в помещении живых не осталось. Слюна орка стекала по подбородку зеленокожего и, как показалось Азиайсу, орк победительно ухмыльнулся. Солдата скрутил панический страх и он обречённо прошептал:

— «Не надо».

Орк размахнулся и развалился на две части. Азиайса окатил поток горячей крови. Пару раз моргнув, сержант увидел как обе части рухнули на пол. Позади же орка стоял имперский солдат в заляпанном кровью доспехе. Бездумный взгляд солдата прошёлся по помещению, так же как секунду назад пробегал взгляд орка. Вид спасителя был не менее удручающий. Вместо рук у него были тяжёлый пулемёт и цепной меч. Имперец не стал задерживаться и покинул ошарашенного неожиданным спасением сержанта. Азиайс продолжал лежать пока в дом не забежали солдаты Союза. Один из них склонился над Азиайсом и достал бинты.

— «Нет. Не нужно. Помоги подняться»- проговорил сержант и через секунду уже стоял на ногах. Остальные уже заняли бойницы и вели обстрел.

— «Я в порядке»- уверил он рядового и оба вернулись к своим обязанностям.

Нод разглядела разрыв между лёгкой и тяжёлой ордами орков и приказала эскадрилиям «Археоптеров» показать танковым бригадам очистительный гнев Омниссии. Вместе с ними в небо поднялись штурмовики 17 авиадивизии. К началу боя секунд-майор Сэмуэль Кинкед расположил все силы дивизии как можно ближе к фронту. С вестью о начале сражения, пилоты заняли места в своих машинах и были готовы взлететь в любой момент. Они воспарили в небо как только «Археоптеры» оторвались от земли и последовали вслед за ними. Завидя в небе авиакрылья людей, орки приветствовали их огнём зенитных пушек. Имперские силы ответили им не менее яростно и в воздух заполнился тучей снарядов и лазеров. «Археоптеры» целились тяжеловооружённые машины и каждая попавшая в прицел вспыхивала фосфорным огнём или рассыпалась от смертоносных лазеров. «Археоптеры» ловко маневрировали, избегая ракет и трассеров. Отстрелявшись по целям, они взмыли как можно выше и скрылись. Штурмовики 17 авиадивизии набирали предельную для себя высоту и сваливались в пике. Они не могли стрелять также прицельно, но брали количеством. Лавина пулемётного огня проходила по орочьим рядам, сея опустошение. Отстрелявшись, пилот набирали высоту и на прощанье скидывали бомбы. В отличие от техники Механикум, самолёты Союза не могли похвастаться технологичностью и многие были сбиты. Если штурмовики не разваливались в воздухе, то пилоты направляли свои машины прямо на танки орков. Столкнувшись друг с другом корпуса машин смешивались в единое целое, становясь могильниками для экипажей. Орки понесли ощутимые потери, но от этого пришли в ещё большую ярость. Тяжелобронированные танки и бронетранспортёры наконец-то достигли города. Их гусеницы давили своих убитых и раненых, упорно продвигаясь в город. Там где техника не могла пройти, водители орков разворачивали танки и проламывали стены. Дома, служившие людям крепостями, сметались залпами пушек. Некоторые из них сложились как карточные домики, похоронив сидевших там солдат. Тогда на поле боя вышли танки Механикум. Действуя в паре, они выскакивали на улицы и расстреливали грубую технику орков и тут же скрывались. На улицах образовались заторы из горящей орочей техники, препятствующие дальнейшему продвижению. Орки попытались растащить машины в стороны, но скитарии отстреливали каждого кто смел к ним приблизиться.

Старшина Клюк загнал снаряд в казённую часть орудия и кивнул наводчику. Тот сразу прильнул к прицелу и нажал на кнопку. Орудие выстрелило и попал точно в цель. Танк ксеносов содрогнулся от попадания, но остался цел. О удачном выстреле экипажа свидетельствовала вмятина на броне. Ксеносы тут же развернули главную башню. Глядя в жерло пушки, Клюк мысленно попрощался с жизнью, как краем глаза заметил ослепительно-белый луч, точно туда куда ударил снаряд Клюка. Орочья машина взорвалась изнутри. Под действием титанической силы, башня танка оторвалась от корпуса и подлетела на два метра ввысь. Глаза Клюка заметили вылетевшие из корпуса зеленокожие тела. Экипаж самоходки оглянулся и увидел машину странной конструкции. Она напоминала паука. Её пушку покрывала слабая дымка. Танк взял на себя роль отведённую Клюку и его товарищам и продолжил вести огонь вдоль улицы, испепелив ещё пять машин орков вместе с пехотой. Вся улица теперь была завалена останками горящей техники и трупами. Выполнив свою задачу имперская машина развернулась и посеменила дальше.

Несмотря на все усилия людей отряды орков всё же смогли проломить оборону в нескольких местах и выйти в тыл второй линии обороны. Постепенно линия стала разваливаться на изолированные очаги. Как только скитарии не старались, они не могли поспеть повсюду. Примитивное стрелковое оружие солдат Союза не могло быстро сразить крупных зеленокожих, составляющих ударные отряды. Разорванные гранатами и минами, израненные винтовочными пулями, орки продолжали вести бой. Вместе с танками в город хлынули и штурмовые отряды. В отличии от авангарда, орки второго эшелона были одеты в панцири, оказавшиеся не по зубам для винтовок. Единственным спасением от них были противотанковые ружья. Бронебойщики стали ценится на вес золота. Для их охраны, офицеры выделяли целые отделения. Нод просматривала тактические данные в режиме реального времени и видела как вся оборона разваливается. Использовать свой последний резерв она пока не собиралась, предпочтя держать его пока обстановка не станет критической. Основные силы орочьей орды шли на штурм города. Воевода правильно оценил призовую стоимость города Каваль, поэтому и рвался его захватить. Магос на миг отвлеклась:

— «Так же возможно, что вырвав из рук воеводы лёгкую победу, Саламандры подорвали его репутацию, восстановить которую можно было только с помощью пролитой крови».

Она решила отложить анализ врага на более спокойное время и вернулась к контролю за полем боя. У орочьей орды оставался резерв в виде банок-убийц, подходивших к городу. И пока они не вступят в бой, Легио останется на месте. В войне на истощение выигрывал тот кто сохранял резерв. Пакет свежих данных показал отступление скитариев на запасные позиции согласно графику. Они уходили по заранее проложенным маршрутам, увлекая за собой солдат Союза. С гибелью офицеров, потерявшие многих своих братьев по оружию убитыми, обескровленные отряды дивизии «Матодор» предпочитали собираться вокруг альф скитариев, молчаливо отдавая им право распоряжаться своими жизнями. Заново собираясь в отделения и взводы, они стали вспомогательной силой войск Механикум. Солдаты видели, что оружие Механикум было гораздо эффективнее, чем их собственное и там где стояли скитарии, отряды орков ждала только гибель, без шанса на победу. Дополнительно ко всему скитарии всегда оказывались у складов с оружием и боеприпасами. Для отвлечения внимания орки провели ряд фланговых атак, бывшие не менее упорными и кровавыми. Огромную роль в отражении нападений оказал Минийский полк, чья мобильность и выучка спасла полки Священного Союза от истребления.

С остатками взвода Азиайс смог добраться до руин бывшего универмага. По слухам в нём окапались остатки подразделений и теперь стойко держали оборону. Ему пришлось приказать оставить так долго удерживаемый дом, после того как закончились патроны. К этому времени от дома остались одни лишь изрешечённые стены. Взвод медленно крался среди развалин и подбитой техники, попутно собирая патроны и гранаты у мёртвых. В пути им встречались те немногие, что выжили в хаосе боя. Они вливались в отряд и делились новостями. От них Азиайс и узнал местоположение союзных сил. Взвод где ползком, где перебежками, шёл на соединение с ними. И вот когда до ближайшей опорной точки оставалось пятьдесят метров, Азиайс увидел, слева от себя, бронированную фуру ксеносов. Он моментально приказал солдатам залечь. Фура медленно ехала по улице в сопровождении тридцати орков в панцирной броне. Фура остановилась и штурмовики рассредоточились. К счастью для взвода Азиайса, они смотрели совсем в другую сторону и не заметили присутствие ещё одного отряда людей. Выкрикнув «Ваагх», они побежали вперёд по улице, пали впереди себя. Пулемёты фуры тоже заговорили, поддерживая штурмовиков. От стен универмага отлетали куски камня и бетона. Из руин вылетели сгустки энергии. Достигнув фуры, они в мгновение ока превратили её в расплавленный кусок металлолома. Среди царившего шума, Азиайс смог различить глухие выстрелы винтовок. Пули щёлкали о панцири, не причиняя не малейшего вреда штурмовикам. Но достигнуть пехотинцев штурмовикам не удалось. Как только они приблизились их осыпали лучи красного цвета. Броня оказалась не способной противостоять лазерному огню и штурмовики один за другим падали замертво. Один из них выхватил из-за пояса гранату, сорвал чеку и замахнулся, намереваясь забросить ей в здание. Лазер угодил ему в локоть и рука оторвалась и упала позади ксеноса. Орк недоумённо посмотрел на культю и в этот миг граната взорвалась у его ног. Зеленокожий рухнул на брусчатку. Панцирь спас ему жизнь, но ноги не были ничем защищены. Бритвенно-острые осколки отрезали их и орку оставалось беспомощно реветь, пока его не прикончили. Бой длился не более пяти минут. Увидев что путь свободен, Азиайс поднял взвод и побежал навстречу союзникам. Солдаты бегом пересекли улицу и вбежали на опорный пункт. Его возглавлял имперский офицер с головы до ног закованый в панцирны доспех. Красные линзы шлема пробежались по вошедшим, после чего терранский офицер потерял к пехотинцам интерес. Оказавшись среди своих, солдаты устало повалились на пол. Азиайс нашёл в себе силы подняться и хотел доложиться, как был прерван офицером:

— «Боеприпасы там, медикаменты в том углу. Раненых сложить в складском помещении, там найдёте продукты питания»- указал он и отвернулся. Азиайс понял, что офицер потерял всякий интерес к нему и только сделал короткий поклон. Бой окончательно вымотал его. Единственное чего хотелось Азиайсу, так это немного покоя и тишины. Поэтому он проигнорировал оскорбительное поведение терранского офицера.

В это же время сервочерепа Механикум нашли цель для космодесантников. Большая группа орков следовала по главной улице, сметая всё на своём пути. Во главе них шёл самый крупный и высокий зеленокожий. В своём боевом облачении вождь выглядел грозно и устрашающе. Боевые пластины были отшлифованы и украшены рунами. На поясе свисали человеческие головы, а на плечах висел плащ из человеческой кожи. Голову вождя венчала костяная корона. В одной руке он держал плазменный пистолет, а на другой была одета силовые когти. Вокруг него роились орки поменьше, нёсшие переносное вокс-оборудование. Время от времени орки обращались к своему вождю и тогда тот громко ревел приказы. Это сборище окружали вооружённые до зубов телохранители. Капитан Аксман улыбнулся. Долгое ожидание терзало его, а сейчас настала его очередь вступить в бой. Он надел шлем и вызвал Нод:

— «Магос, мы установили местоположение вождя, но нам нужна помощь. Он находиться достаточно далеко для наших прыжковых ранцев».

Она тут же ответила:

— «За это не беспокойтесь. Расстояние рассчитано, высланы две когорты сикарийцев. Они немного расчистят путь».

— «Благодарю магос».

— «Удачи капитан».

Аксман по вокс-связи отдал приказ о подготовке роты к выходу. Космодесантники выстроились на площади и ожидали своего командира. Каждый из них был экипирован прыжковым ранцем. Перед тем как отдать приказ Аксман посмотрел на закат. Уже наступил глубокий вечер. Капитан восхитился красоте заходящего солнца. Хотя орки от природы прекрасно видели в темноте, наступившая ночь могла скрыть перелёт роты от увлечённых боем зеленокожих. Капитан обернулся к своим братьям и сказал: «Активировать ранцы».

Секундная стрелка ручных часов мерно двигалась по своему кругу. Саррайль смотрел в окно и старался ни о чём не думать, однако ему это не удавалось. Мысли постоянно возвращались к событиям последнего дня, вынуждая его задумываться о поворотах судьбы. От катастрофы и до прибытия терранской армии, с ходу ворвавшейся в сражение и повернувшую ход истории в совершенно другое русло. Полдня он рассылал приказы об отступлении и получал гневные сообщения от курфюста Дитерихса. Премьер-майор Лоудч докладывал о высоких потерях и безуспешных атаках. В одночасье всё изменилось. Терранская армия высадилась, захватила город и объединилась с дивизией «Матодор». За короткое время терранские инженеры заново выстроили оборону, составили план боевых действий и предоставили весьма точные разведданные. Подтвердить их ценность военная разведка смогла только к вечеру, когда они уже безнадёжно устарели. Саррайль не стал дожидаться пока данные будут проверены и смог воспользоваться ими в полной мере. 37 корпус н

Секундная стрелка ручных часов мерно двигалась по своему кругу. Саррайль смотрел в окно и старался ни о чём не думать, однако ему это не удавалось. Мысли постоянно возвращались к событиям последнего дня, вынуждая его задумываться о поворотах судьбы. От катастрофы и до прибытия терранской армии, с ходу ворвавшейся в сражение и повернувшую ход истории в совершенно другое русло. Полдня он рассылал приказы об отступлении и получал гневные сообщения от курфюста Дитерихса. Премьер-майор Лоудч докладывал о высоких потерях и безуспешных атаках. В одночасье всё изменилось. Терранская армия высадилась, захватила город и объединилась с дивизией «Матодор». За короткое время терранские инженеры заново выстроили оборону, составили план боевых действий и предоставили весьма точные разведданные. Подтвердить их ценность военная разведка смогла только к вечеру, когда они уже безнадёжно устарели. Саррайль не стал дожидаться пока данные будут проверены и смог воспользоваться ими в полной мере. 37 корпус не только закрепился на новых рубежах, но смог ещё контратаковать, тем самым улучшив своё положение. Работы по устройству рубежа шли полным ходом. Генерал Галлиени обещал закончить работы к концу недели, что было слишком долго. Авиация сыграла большую роль в успешном контрнаступлении 37 корпуса. Дитерихс снял со всего фронта свободные авиаполки и направил в распоряжение Саррайля. Взяв на себя ответственность, Саррайль разрешил пилотам вести свободную охоту на ксеносов, что те с воодушевлением приняли. Любая воинская часть, независимо от назначения, и когорты стражей были переброшены в район прорыва. Осадная артиллерия уже была направлена к Лоудчу и прибыла как раз к началу сражения. Генерал артиллерии Макс Хаузен без конца требовал снаряды. Премьер-майор Оррен Лоудч- людей и боеприпасы. Перед тем как сесть в поезд, Саррайль позвонил губернатору Эйшену с просьбой о любой возможной помощи. Губернатор с облегчением услышал весть о развернувшимся сражении за Каваль и направил на помощь гарнизон и отряды самообороны, оставив свой город без какой-либо защиты. Все суда с военным имуществом были развёрнуты на полпути и направлены обратно в порт Вардак. Уже на перроне Саррайль получил секретный приказ от Дитерихса не распространять весть о прибытии терранской армии, во избежания не нужных волнений до окончания кризиса. Единственной хорошей новостью стал прорыв 20 корпуса из окружения. Появление премьер-майора Рузский в штабе фронта стало неожиданностью для всех. Его корпус уже давно списали в безвозвратные потери. По военному чётко, словно на параде, он подошёл к Саррайлю и доложился по всей форме. Когда он заговорил во всём штабе воцарилась тишина. Вести о состоянии корпуса не обрадовали командующего фронтом. Две трети всего личного состава осталась на полях сражений, остальная состояла только из раненных, которым вряд ли когда-нибудь смогут вернутся на фронт. Однако сама возможность видеть Рузского и привезённые им знамёна корпуса, вселило уверенность Саррайля в будущее. Командующий не сомневался в том что пропагандисты с полна используют этот подарок судьбы. От дальнейших размышлений Саррайля отвлёк крик одного из офицеров:

— «Смотрите, город горит!»

Вагоны поезда были набиты битком солдатами и офицерами частей, перебрасываемых на фронт. Саррайль заметил нашивки различных родов войск. Большая часть состояла из молодых людей, от шестнадцати лет. Меньшая из людей старших возрастов.

— «Да, мужчин осталось мало. Такими темпами Священную лигу независимых государств будет некому восстанавливать»- с грустью подумал Саррайль, и обратил свой взор на горизонт. В свете заходящего солнца, командующий увидел клубы дыма над пожарищем. В сгущающейся темноте всё чаще мелькали вспышки осадных орудий. Небо прочерчивали трассеры и пылающие самолёты. В пылающий город тянулась многокилометровая колонна солдат и техники. Кто пешком, кто на автомобилях, все торопились принять участие в отражении наступления. Генерал-интендант Франсуа Макензен от постоянных запросов в сердцах назвал битву «раскручивающейся мясорубкой».

— «Знал бы как он прав»- подумалось командующему. Саррайль опустился в кресло и достал сигару. Пока ещё оставалось немного времени, он решил отрешиться от всего.

Саламандры незамеченными для сражающихся пролетели над остатками города. И устремились вниз, как только приблизились к местоположению орочьего вождя. Его телохранители вовремя заприметили угрозу с неба и открыли подавляющий огонь. Некоторые из братьев космодесантников были сбиты и упали среди развалин. Саламандры ответили огнём болтеров и плазменных пистолетов. Сетки целеуказания, встроенные в шлемы силовых доспехов, захватывали орков-телохранителей и позволили космодесантникам ликвидировать противников точными выстрелами. Расчёт Аксмана на то что вождь орков примет внезапное появление среди своего окружения за вызов полностью оправдалось. Он угрожающе взревел и орки бросили свои вокс-приёмники на землю. Как только Саламандры коснулись земли, орки набросились на них. По сигналу ранцы космодесантников отстегнулись от силовых доспехов и упали на землю. Клинки враждующих сторон скрестились и обе стороны схлестнулись в жестоком рукопашном бою. Орки подавляли своей грубой силой и животной яростью. Саламандры противопоставили им искусство фехтования, оттачиваемое ими на тренировочных площадках, и холодную ненависть. Орки привыкли биться без всякой выучки по одному, в то время как Саламандры сформировали строй. Космодесантники бились так, чтобы один брат всегда прикрывал другого. Искры, высекаемые клинками, летели в разные стороны, доспехи и панцири покрывались вмятинами и царапинами, ревели болтеры и стабб-пистолеты. Израненные люди и ксеносы падали к ногам сражающихся, но всё равно продолжали пытаться друг друга убить, пока их окончательно не покидала жизнь. Саламандры оттеснили свиту от орочьего вождя, сформировав два круга. Внешний удерживал орков, а внутренний окружил от предводителя. Орк-босс выпотрошил космодесантника и устремил свой взор на следующего. Однако Саламандр не спешил к нему походить, а сделал два шага назад, целясь из своего болт-пистолета. От орка не укрылся уверенный шаг Астартес. Орк осмотрелся и увидел вокруг себя одних космодесантников. Каждый из них целился в орка и был готов расстрелять его. Между сторонами на краткий миг воцарилось молчание. Предчувствуя свою смерть, вождь широко улыбнулся довольный устроенной им бойней и выкрикнул «Ваагх», после чего дружный огонь Саламандр прервал его кровавый жизненный путь.

Капитан Аксман перезарядил обойму болт-пистолета и связался с магосом-доминус Нод:

— «Капитан, связь устойчива, можете говорить»- услышал он её голос.

— «Вождь мёртв, мы заканчиваем истребление его ближайшего окружения и будем отходить на соединение сил планетарной обороны»

— «По какому маршруту будете отходить?»

На тактическом дисплее Аксмана высветилась карта города. На ней были отображены прерывистые линии обороны и места сражений. Ближайший к Саламандрам отряд был отмечен черепом Механикум. Зато время что космодесантники бились с орками, сикарийцы очистили полквартала от присутсвия ксеносов.

— «По маршруту К2. Соединимся с сикарийцами и отправим в тыл раненых».

— «Я вышлю транспорт. Сикарийцы будут ожидать вас. Вам необходимо знать, что в город вошли банки-убийцы. Они понесли потери от огня осадной артиллерии и авиации СПО, но сохранили ударную силы. По моим расчётам, их в городе плюс-минус семьдесят три единицы».

— «Ещё какие-нибудь силы орков подходят?»

— «Нет. Ближайшие орочьи отряды занимаются рытьём окопов и траншей. Артиллерийские роты отступают на прежние позиции, после того как все полевые отряды вошли в город».

Аксман задумался над сложившейся ситуацией. Обстановка складывалась в пользу человеческой армии, оставалось только перебить последний резерв. Как шагоходы, банки-убийцы будут прекрасно себя чувствовать в городе. Лучшим выбором было отступить из города и сравнять с землёй то немногое оставшееся от города вместе с орками. Однако решение вождя за кратчайшее время достигнуть вражеский позиций и схлестнуться в ближнем бою, чтобы избежать орбитальной бомбардировки и налётов авиации, полностью себя оправдала. Попытка выйти из города вселило веру в победу в орочьи души и они бросились бы в преследование. Одним из пунктов плана Аксмана, после убийства вождя доказать оркам возможность полного поражения и гибели. А сам факт гибели командования должно было внести в их ряды раздор и шатания. Но на это требовалось время. Аксман закрыл тактический дисплей и обратил внимание на мониторы жизненных показателей. Одиннадцать братьев погибли, ещё двадцать два ранены. Для роты эти потери были чувствительными. Он зашагал к апотекарию Вервилию Аделиусу. Белая броня Вервилия была измазана кровью братьев и ксеносов. Вокруг ещё продолжала бушевать битва, но Вервилия этого будто не замечал. Он оказывал помощь раненому космодесантнику. Доспех Саламандра был пробит в нескольких местах. Вокруг апотекария выстроилось отделение сержанта Гриона, защищая его от возможного нападения. Аксман подошёл к апотекарию и спросил:

— «Как он?»

— «Жить будет. У нас только двое тяжело раненых, остальные способны идти сами и сражаться если потребуется»- сказал Вервилий, опередив вопрос Аксмана.

— «Хорошо. Валлеон. Возьми два отделения и соберите реактивные ранцы. Спрячь их так, чтобы никто не нашёл. Вместе с ними положи и тела наших павших братьев. Мы вернёмся за ними позже»- отдал приказ Аксман по вокс-связи. Истребление орков медленно подходило к концу. Лишённые связующего звена, орда зеленокожих скоро должна была рассыпаться.

— «Претек. Сформируй авангард. В городе объявились банки-убийцы. Учти это».

— «Слушаюсь».

Отдав необходимые распоряжения, капитан Аксман устремился в новую схватку.

Рота Саламандр шла по разрушенному городу. Небольшие ватаги орков пытались напасть на них, но находили лишь свою смерть. Гретчины предпочитали раствориться в темноте. Время от времени Саламандры натыкались на оборудованные блокпосты или огневые точки зеленокожих. Смертоносные для людей, для Астартес они были не значительной помехой. Убивая всех кто посмел бросить вывоз, Саламандры шли дальше. Единственной сложностью для космодесантников было отсутствие более крупного оружия, чем болт-пистолеты. Именно по этой причине Аксман решил отвести роту.

Отделению сержанта Васана была оказана честь идти впереди своих братьев. Боевые братья тщательно осматривали путь и сообщали о возможных угрозах лейтенанту Претеку. Лейтенант же вёл авангард в очередную битву. Если встречались крупные отряды орков, то в бой вступала вся рота. Обычно Саламандры рассредотачивались на местности и посылали вперёд авангардный отряд. Он вступал в перестрелку и отступал. Орки бросались в погоню и попадали в засаду. Астартес накидывались на них разных сторон. Техника забрасывалась гранатами, а пехота уничтожалась цепными мечами и огнём болтеров. Васан уловил движение впереди и предупредил своих братьев. Саламандры укрылись меж развалин и затаились. По разорённой улице ползло семь трёх метровых шагоходы орков. Васан хотел связаться с лейтенантом как вдруг между шагоходами рухнул снаряд. От мощного взрыва банки-убийцы разлетелись в стороны, будто были бумажными. Шлеме раздался голос Аксмана:

— «Внимание. Механикум начали вести точечный артиллерийский огонь из осадной артиллерии сил СПО. Всем офицерам, в случае необходимости разрешается запрашивать огонь»- услышал сержант голос своего капитана.

Прибытие банок-убийц изменило положение в пользу орков. Солдаты Союза оказались абсолютно беспомощны перед ними. Множество орудий было разбито или уничтожено в сражении. Оставшиеся приходилось оставлять, поскольку орки заметив передвижение техники тут же атаковали её. Многие экипажи погибли, оставив в качестве трофеев свои машины. Из-за смешения войск противников между собой, подвоз припасов стал затруднён. Пилоты шагоходов с радостью прочёсывали город в поисках врагов. Обнаружив опорные пункт, пилоты-гретчины направляли свои машины и гурьбой накидывались на него. Орки восторженно ревели. Хвала пилотам-гретчинам щедро сыпалась со всех сторон, приводя в буйный восторг последних, отчего те ещё целеустремлённее начинали действовать. Дана Нод в очередной раз разглядела кризисную ситуацию. Не желая задействовать оставшиеся силы, она согласовала с Орреном Лоудчем использование осадной артиллерии и послала группу техножрецов с офицерами штаба дивизии «Матодор». Макс Хаузен радушно принял гостей. Выслушав их, он принял предложение Нод из интереса к возможностям имперских сил. Он заменил офицеров Лоудча своими и предоставил техножрецам полную свободу действий, наказав своим подчинённым внимательно следить за пришельцами и замечать каждую мелочь. Позднее каждый из них написал подробные рапорты Хаузену, а тот самостоятельно изучил каждый из них и объединил уже в своём собственном. Этот труд был отослан командующему фронтом Сюррайлю, внимательно изучившим рапорт Хаузена и присоединивший его к своему. Свой отчёт Саррайль составил из собственных впечатлений и донесений тех кто непосредственно сражался с имперскими войсками на поле боя плечом к плечу и выжил. Этот обширный доклад был доставлен специальным поездом в ставку Объединённого командования вооружённых сил Священной лиги независимых государств и тут же лёг на стол курфюста-регента Дитерихса. Регент ознакомил с этим докладом всё своё окружение и высшие чины армии. В докладе было отражено превосходство имперских сил в области военной связи и технологиях. Особенно подчёркивались действия скитариев и их повелителей. Верный союзническому долгу Дитерихс передал доклад правителям союзных государств. В будущем этот доклад принёс свои плоды. По мере окончания войны знать конкурирующих друг с другом государств планеты станет искать возможности для сотрудничества с культом Механикум.

Получив разрешение, техножрецы с сопровождающими направились на командные пункты. Пункты являлись обычными наскоро вырытыми широкими окопами с расположенными в них радиостанциями. Провода тянулись от аппаратуры по земле во все стороны. От окопа отходила траншея, ведущая в соседний окоп. Там уже размещались отряды радистов и телеграфистов. Их обязанностью было в кратчайшие сроки найти обрыв линии и восстановить её. Техножрецам предоставили карты местности и артиллерийские справочники, но они проигнорировали их. Офицерам Союза оставалось только гадать откуда и как имперцы получали данные. Техножрецы диктовали координаты артиллерийским офицерам, а те передавали их командирам орудий. Иногда техножрецы сами брали управление орудием. Все их указания выполнялись беспрекословно. Пушки стреляли по очереди и только после тщательной наводки. Привыкшие к массированным обстрелам солдаты удивлялись неизвестному им способу стрельбы. Результаты стрельб первыми ощутили орки. Находясь в прямом соприкосновении с противником, они чувствовали себя в безопасности, пока на них не начали падать снаряды. Сервочерепа выискивали пути передвижения отрядов зеленокожих. Не раз и не два защитники города торжествовали, когда одним метким выстрелом осадная артиллерия прерывала, казалось уже, безудержанную атаку ксеносов. Особое внимание уделялось поиску банок-убийц. Пилоты-гретчины по привычке действовали группами, что упрощало поиски. Три-четыре выстрела из 280-ти мм орудий разносили любую технику на части. За ночь орки потеряли все банки-убийцы и тяжёлые танки. С рассветом им стало понятно, что штурм провалился и город станет их общей могилой. Саламандры быстро достигли места встречи со скитариями. Сикарийцы вырезали всех ксеносов по близости и обезопасили район. Сюда прибыли смертные слуги Саламандр, известные как сервы, с оружием своих господ. Внешне они напоминали солдат Солярной ауксилии и были прекрасно обучены, хотя и не обладали богатым боевым опытом. Предназначением сервов являлось выполнять работы по обслуживанию нужд тех Астартес, к которым были приписаны. По команде капитана, рота разделилась на две половины. Одни взяли периметр под контроль, вторые поспешили перевооружиться. В стандартное вооружение космодесантников входили болтеры. Этот тип ствольного огнестрельного оружия, стреляющего саморазгоняющимися активно-реактивными снарядами, которые с огромной силой взрываются при попадании в цель, разрывая её на части изнутри. В качестве оружия поддержки- плазмаганы и огнемёты. Как только рота закончила перевооружение, капитан в очередной раз связался с магосом-доминус для получения свежей тактической информации:

— «К нам прибыл генерал Сюррайль вместе со значительным контингентом войск. Я направила их на усиление ударной группы. К сожалению, это займёт дополнительные два часа, но зато это усилит наше наступление. Орочьи силы подвергаются точечным артиллерийским налётам. На наше счастье ксеносы до сих пор не обратили пристального внимания за воздушным пространством, хотя были случаи уничтожения сервочерепов. Пока потери остаются ниже ожидаемых. Ауксилия скитариев потеряла половину своего состава, сервиторов- 90 процентов, техники- 7 единиц не подлежат восстановлению, остальные требуют ремонта. Войсковая группа «Матодор» постоянно восполняет численность и сохраняет боеспособность в пределах низкого порога. Зарегистрированы случаи междоусобных разборок между боссами. С каждым часом их становится всё больше».

— «Превосходно, магос. Моя рота усилит оборону города. Продолжайте следовать плану. Наступление разрешаю отложить на час. Можете воспользоваться бронетехникой роты для усиления Легио Кибернетики».

— «Благодарю».

— «На этом всё. Держите меня в курсе».

— «Будет сделано».

Капитан Аксман окончил сеанс связи. Разделив роту на отделения, он разослал их в разные части города, наказав не терять друг с другом контакт и находится поблизости друг к другу. Получив новые приказы, рота разошлась по зонам ответственности. Вступление Саламандр в битву уравновесило силы людей с орочьей ордой.

Сюррайль со свитой вошёл в штаб дивизии «Матодор». Премьер-майор Лоудч обернулся как только услышал окрик дежурного офицера. Все люди прервали работу и приветствовали командующего.

— «Вольно»- выкрикнул Сюррайль и направился к Лоудчу. Премьер-майор остался единственным, кто не вернулся к работе. Встав на вытяжку, он доложился, как того требует форма общения в войсках.

— «Я смотрю у вас всё схвачено, Оррен»- произнёс Сюррайль.

Лоудч кивнул и шёпотом ответил:

— «Схвачено да только не у меня. Командование осуществляют терранские офицеры. Честно говоря, без их помощи мы бы не удержали не только город, но и фронт. Они знают где, когда и какие соединения использовать».

Сюррайль нахмурился и присмотрелся к офицерам Терры.

— «Это связисты. Магос-доминус Дана Нод находится в месте сосредоточения бригады прорыва и ведёт командование оттуда. Капитан легиона Саламандр ведёт бои в городе».

— «Чем же вы занимаетесь?»- недоумённо спросил Сюррайль.

— «Рисую на карте стрелки и линии, а также делаю всё что мне говорят. Контроль над ходом битвы полностью перешёл терранцам. Полный доклад будет возможен только после окончания боевых действий, как и встреча с нашими спасителями».

Сюррайль был страшно недоволен этими новостями, но предпочёл промолчать.

— «Ладно. Раз они взялись, то пусть доведут дело до конца».

Лоудч кивнул и подвёл Сюррайля к карте.

Как только солнце поднялось над горизонтом, раздался грохот осадных и дальнобойных артиллерийских орудий, обрушивших огненный вал на фланг ксеносов. Артиллерия десять минут вела огонь по позициям противника, сметая всё что попадало под её цель, после чего переносила стрельбу вглубь территории противника. Вслед за огненным валом последовали автоматоны Легио с пехотными частями Союза. Среди автоматонов следовали «Носороги» и танки «Хищник» Саламандр. Такой силе обескровленным оркам нечего было противопоставить. Клин союзной армии легко прорвал оборону и начал охват города. Разрозненные отряды орков тонким ручейком уже покидали город,ставшим кладбищем для большинства из них. Весть о обходе человеческих сил пронеслась среди остававшихся подобно лесному пожару и ручей превратился в поток. Однако вырваться удалось лишь немногим. По сигналу Даны Нод, крейсер «Огмиос» соскользнул на орбиту и выпустил карающий огонь по поверхности. Пламя спустилось к границе города и прошлось по выходящим из города зеленокожим ордам, и проследовало дальше. Застигнутые в поле, без какого-либо прикрытия, орки стали лёгкой добычей. Преследуемые небесным и наземным огнём и полками имперской армии, боссы орков пытались организовать сопротивление и контрудары, но лишённые связующего звена их усилия носили разобщённый характер и были обречены на неудачу. Но всё же усилия орков не пропадали понапрасну. Верные своей природе, они инстинктивно стягивались в каждую новую схватку, замедляя темп наступления. Легио и Астартес при поддержке солдат Союза завязывали бой и затем вызывали огонь артиллерии, после чего союзные силы истребляли их везде где только могли и шли всё дальше. К рассвету девятнадцатого дня армия людей достигла прежнего рубежа обороны. Армия Союза тут же принялась восстанавливать его. Дальнейшее наступление стало невозможным из-за крайней усталости солдат и прибытия на линию фронта крупных орочих воздушных соединений. Крейсер «Огмиос» подверг опустошительной бомбардировке аэродромы, но без наземных сил возможность полностью уничтожить их было невозможно. На фронте временно установилась тишина.

Шаттл Механикум плавно заходил на посадку, доставив бесценный груз. Сюррайль ощутил лёгкий толчок, когда шаттл наконец-то приземлился. Командующий первым вышел из него как только трап опустился. Вслед за ним вышли капитан Аксман, полковник Стаут и магос-доминус Дана Нод. С собой она взяла своего боевого пса и двух своих телохранителей. Последним из отсека шаттла вылетел сервочереп-страж. Он завис над правым плечом магоса и принялся осматривать территорию в поисках угроз. Ещё полчаса назад все они находились в городе Каваль. Сюррайль повысил премьер-майора Лоудча до генерала и вверил ему восстановление рубежа, отбитого столь кровавой ценой. На посадочную площадку уже бежали для встречи высокопоставленных гостей командиры 1027-го резервного авиаполка. Полк размещался недалеко от ставки курфюста-регента Дитерихса, но даже будучи извещёнными о вылете делегации они не ожидали столь быстрого прибытия гостей. Сюррайль смутился и извинился перед терранами за нерасторопность сослуживцев. Аксман попытался подбодрить его, но Сюррайль так и остался в смущении. И действительно, он приказал немедленно передать сообщение о отбытии, но ни он, ни кто-либо ещё не ожидал такого скорого путешествия. Делегаты терпеливо дождались пока полковник Зукко и офицеры полка отдышаться и подойдут к ним.

— «Полковник Зукко. Лейтенант Дормер и капитан Роксберг. Резервный 1027 авиаполк. Добро пожаловать на аэродром»- скоро проговорил Зукко, еле дыша.

— «Генерал Сюррайль»- ответил ему генерал и сделал шаг в сторону- «Капитан Аксман, легион Саламандр. полковник имперской армии Стаут и магос-доминус Дана Нод, Легио Кибернетика».

Встречающие офицеры тут же отдали честь:

— «Мы рады вашему... кхм, столь быстрому прибытия в расположение полка. Позвольте вас сопроводить к транспорту».

Сюррайль кивнул и делегация направилась к штабу полка. Пока они шли полковник Зукко пытался развлечь гостей разговором. Было видно, что он сильно нервничает и пока они шли, на аэродроме царило царило сильное оживление. Персонал аэродрома высыпал из казарм и ангаров и пытался принять подобающий строй, что удавалось ему крайне плохо. В учебных заведениях уделяли крайне мало строевой подготовке, занимаясь обучением личного состава военным наукам. Пилоты и офицеры имели расхлябанный вид, а техники были одеты в свои перемазанные маслом комбинезоны. Полковник бросил жалостливый взгляд на Сюррайля, но генерал предпочёл сохранять невозмутимый вид. О чём думали терране, полковнику оставалось только гадать. Второй возмутительной оплошностью стало то что автомобили полка, оказались неспособны перевезти главу космодесантников, облачённому в силовой доспех, и магоса Нод, о чём сама магос и проинформировала полковника. От её слов Зукко покраснел до кончиков волос и в крайнем смущении предложил грузовой транспорт. Саламандр действительно не поместился бы ни в один из автомобилей, о чём полковник не подумал. На женщину же Зукко посмотрел с удивлением и не нашёл в ней ничего необычного. Гибкий серебристый доспех скрывал стройную фигуру молодой женщины, а тяжёлая мантия подчёркивала её статус, о котором полковник мог только догадываться. В остальном, она ничем не отличалась от обычных людей.

— «Если не возражаете, мы поедем на своей машине»- промолвила она. Полковник посмотрел за её спину. Из шаттла выезжал гусеничный бронетранспортер. Что-то похожее он видел у ксеносов во время вылетов. Подавив желание расспросить подробнее о имперской технике, что бы не показать своё невежество и не замарать честь полка ещё больше, Зукко согласился с Нод:

— «Если вам будет удобно».

Бронетранспортёр подъехал к делегатам и опустил рампу. От Аксмана не укрылось то что магос специально задержала выезд «Носорога» для забавы. За годы службы Аксман понял, что как бы техножрецы не отрекались бы от плоти и чувств, в глубине души они остаются всё теми же людьми.

— «Проклятье! Вот мы обосрались перед иномирцами!»- воскликнул Зукко, как только транспорт выехал на дорогу. Его разочарованию не было предела.

— «Мы же не знали»- смущённо произнёс Дормер.

— «Знали, не знали, можно было бы и догадаться. Они преодолели космическое пространство, а значит у них в арсенале должно быть что-то по лучше наших самолётов. Да и разве такой гигант стал бы добираться сюда, если бы ему пришлось бы идти пешком»- отмахнулся Зукко и побежал звонить в ставку.

Ставка размещалась в единственном оставшемся крупном городе Священного Союза. В прошлом крупный торговый порт, он был расположен на стыке южных морских путей. Его многотысячное население в мирное время трудилось в порту и верфях. Здесь же находилась, теперь уже единственная, база военно-морского флота. В основной своей массе флот Союза стоял на рейде, с минимальным количеством экипажей. Ксеносы не имели морского флота и поэтому экипажи перевели в пехоту. Небольшие эскадры патрулировали морские пути, охраняя конвои снабжения от редких налётов авиации. За время войны, руководство страны смогло построить немногочисленные заводы по производству стрелкового оружия и боеприпасов. Город разросся ещё больше и из-за толп беженцев, хлынувших с разных частей империи. Беженцы восполнили недостаток рабочих рук, вызванным мобилизацией, но проблемы города по прежнему оставались головной болью городского совета. Еды не хватало, водоснабжение не справлялось, преступность из-за дефицита товаров возросла до невиданных в мирное время размеров. Зато расцвели бары и бордели. Контрабанда могла стала обыденным делом. Подпольные заводы по производству алкоголя процветали. Жизнь города не прекращалась ни днём ни ночью. Среди суеты густонаселённого города никто не заметил прибытия делегации.

Капитан Росберг ехал в автомобиле полковника во главе колонны. Вслед за ним ехала делегация и броневики с охраной. Капитан испытывал жгучий стыд и клял на чём свет стоит своего командира, откомандировавшего его для сопровождения иномирцев. Зукко так торопился, что даже безграмотно оформил бумаги на выезд в город. На каждом посту их останавливали и требовали разрешения. Никто из них ещё не был осведомлён о делегации и постовые постоянно ругались с капитаном, пока рампа бронетранспортёра не опускалась и перед взором солдат не появлялся Астартес или магос. Внушительный необычный вид Аксмана и экстравагантный наряд Скорпии моментально убеждали солдат в правдивости слов Росберга и они, отдав честь, пропускали машины, чтобы на следующем посту всё повторилось. Сюррайль пересел к капитану Росбергу, надеясь на своё звание. Но это не производило никакого впечатление на постовых. Сюррайль был вынужден извиниться перед терранцами, оправдывая вынужденные задержки отсутствием современной связи. Аксман посмотрел в светящиеся глаза Дана Нод и спросил:

— «Что-то интересное нашли, магос?»

— «Да. На восточном фронте. Как вы знаете орки ведут полномасштабное наступление на восточном фронте. Местные, аккадийцы ведут упорные оборонительные бои, но силы их на исходе»- Нод достала инфопланшет и дала его Аксману. Он взял его и посмотрел на экран.

— «Информация была обновлена перед взлётом. Теперь смотрите на отмеченный квадрат. Как видите на трёх сторонах в находятся три города. Если взять их как вершины и соединить, то получится треугольник в основанием которого станет линия фронта».

— «Вижу, но пока ещё не понимаю вашу задумку».

— «Обратите внимание на железные дороги. За пределами этого треугольника сеть крайне разветвлённая. Основные колеи идут как раз от города к городу и дальше за пределы квадрата. Моя идея заключается в том чтобы вывести войска с квадрата и заманить основную массу орков в треугольник».

— «У нас получается большой выступ. Отступив, мы удлиним линию фронта в три раза. Это скажется на логистике. Время переброски войск по всему фронту увеличится в два раза. И это если орки позволят нам перебрасывать войска, в чём я сильно сомневаюсь. Они будут постоянно проводить атаки по всей линии фронта, держа войска в напряжении. Для защиты общую группу армий придётся разбить на части, в то время как орки будут представлять один кулак».

— «Нам надо направить этот кулак в нужное нам место и развязать сражение не только на поверхности».

Аксман задумался, всматриваясь в планшет. Внимательно осмотрев указанный квадрат до Аксмана стала доходить задумка магоса.

— «В квадрате полно болот, рек и лесов. Тяжёлой промышленности нет. Основные производства региона это лесная и сельскохозяйственная промышленность. Поэтому основные магистрали идут в обход него. Сам регион пересекает только одна основная железнодорожная и шоссейная магистраль. От неё отходят пятьсот четыре километра второстепенных путей. Впрочем их легко разобрать. Дороги слабоасфальтированы за пределами населённых пунктов. А вот указанные вами города находятся на возвышенности. После них начинается равнина. То есть вы хотите заманить орков в треугольник и уничтожить там»- догадался Аксман.

— «Совершенно верно. Города станут крепостями и базами снабжения. У нас на орбите три галеона с промышленным оборудованием и куча оружия. Развернём производство, объединим его с промышленностью акадийцев и снарядим пятьдесятитысячную армию по имперским стандартам. Укрепим акадийскую армию бронированными поездами, имперскими машинами и вот перед орками стоит стальная плотина, о которую они разобьются. В подходящий для нас момент, мы начнём планомерное отступление и остановим орков там, где нам будет удобно».

— «И как только они поверят в свой успех и устремятся всей гурьбой, вы устроите орбитальную бомбардировку. Вот только ваша цель не наземные силы, а воздушный флот».

— «Верно. Наш главный противник — авиация. Она многочисленна и эффективна. Если подкрепления не прибудут вовремя, нас просто завалят числом. Кроме того, переключите карту».

Аксман нажал на экран и изображение сменилось. На экране высветилась информация по ксенозаражению. Орки размножаются испуская споры, которые развиваются в растениевидное подземное чрево, которое в свою очередь питает зародыши различных видов зеленокожих. Постепенно на месте ксенозаражения развивалась целая экосистема, которая создавала грибы, затем сквигов, снотлингов, которые ухаживали за грибами, гретчинов, строящие поселения и, в конце концов, самих орков. Такая система означала, что куда бы орки не попали, у них будет большое количество еды, рабов и других полезных ресурсов. Всё это всплыло в памяти Аксмана, когда он смотрел как зелёный цвет становиться шире и ярче.

— «Они не сжигали их»- догадался он.

— «И в этом проблема. Вы были слишком увлечены сражением и не заметили этого. Все костры, видимые вами, были организованы моими подчинёнными».

— «Значит единственный способ победить в этой войне взять под контроль небо».

— «И найти властелина войны и развязать гражданскую войну в стане врага. Как вы это сделали в последней битве».

— «План надо будет детально проработать. На какое время рассчитан план».

— «Полгода, может дольше. Целью весь операции выманить воздушную армаду и уничтожить её».

— «Для этого будут задействованы наши корабли. Властелин орков не сможет их проигнорировать и задействует все ресурсы для их уничтожения. Если наш флот справится, то орки окажутся в западне и одним ударом мы сломаем им хребет»- закончил Аксман.

Капитан покачал головой. План магоса был одновременно амбициозным и авантюрным. Если орки уничтожат или нанесут серьёзные повреждения кораблям, то планета будет потеряна. Экспедиционных сил слишком мало для искоренения угрозы. Но без значительных подкреплений планета и так падёт через год-два года, после того как её армии будут окончательно обескровлены, а споры орков прорастут, дав жизнь новому поколению. Аксман задумчиво закрыл глаза. Магос Нод предлагала вариант и в случае успеха продвижение орков будет остановлено, а ксенозаражение локализировано. Год или меньше, орки будут вариться в собственном котле. Аксман открыл глаза и спросил:

— «Почему вы не рассматриваете другие театры военных действий?»

— «Потому что основные орочьи силы сосредоточены на восточном фронте. Кроме того, Аккадийская империя самое густонаселённое государство на данный момент, а значит и проблем с пополнением не будет».

— «Хорошо. Я принимаю ваше предложение»- согласился Аксман.

Пока представители разных ветвей воинства Великого Крестового похода обсуждали свои планы, колонна добралась до города. Блокпост, охраняющий въезд в город, больше напоминал замок. Зубчатые округлые башни возвышались над проезжающими. На вершинах были установлены смотровые площадки и зенитные пулемёты. Из бойниц выглядывали жерла пушек и пулемётов. От башен очерчивая город пробегала сеть строящихся укреплений и фортов. Мобилизованные в трудовые бригады и добровольческие рабочие команды трудились по двенадцать и более часов за дополнительные продовольственные карточки. Согласно штату, бригады должны были состоять из мужчин, но война внесла свои коррективы. Ушедших заменили женщины и подростки. Новое веяние охватило в искусстве войны охватило все страны Экрона. С самого основания поселений во время расселения человечества среди звёзд, жители никогда не возводили стены вокруг городов. По воле судьбы или покровительства космических сил Экрон не знал вторжений извне до недавних пор. Истории о войнах среди звёзд переросли в легенды и были полузабыты поколениями колонистов. Не знавшие опустошительных войн и трагедий Эпохи Раздора, люди жили в блаженном неведении относительно космических угроз и сейчас рассматривали происходящие как великое бедствие, не зная что в будущем их ждёт только война.

Колона остановилась по приказу вышедшего навстречу солдата. Росберг с Сюррайлем вышли и уже готовы снова начать препирательства как на блокпост со стороны города влетел автомобиль с правительственными гербами Союза. Раздался пронзительный визг тормозов и машина резко остановилась. Из салона автомобиля моментально выскочил молодой человек с нашивками генеральского адъютанта. Он сразу заметил Сюррайля и подскочил к нему, забыв об этикете. Вслед за ним вышли начальник Генерального штаба и министр дипломатического корпуса. Обоих Сюррайль знал ещё до войны. Они занимали ответственные, но низшие должности в своих министерствах и только гибель высших чинов страны вознесла их по карьерной лестнице. Не дожидаясь своих патронов адъютант обратился к Сюррайлю:

— «Генерал Сюррайль, адъютант курфюста-регента главнокомандующего вооружёнными силами Огастес Моран, честь имею. Мне поручено встретить имперских послов. Со мной начальник генштаба Робер Петен и министр Арбир фон Сикс».

Петен и Сикс подошли и поприветствовали Сюррайля, прервав Морана.

— «Генерал нас прекрасно знает. Где послы?»- первым делом спросил Сикс

— «Сейчас выйдут к вам»- ответил Сюррайль и нажал на вокс-бусину, выданную ему Скорпией- «госпожа, извиняюсь, магос-доминус Дана Нод и капитан Аксман, не могли бы присоединиться ко мне?».

Он кивнул, получив ответ и кивнул в сторону «Носорога». Они быстрым шагом пошли навстречу с послами. Бронетранспортёр поразил их. Он гордо возвышался перед въездом. Деятельность на блокпосту прекратилась. Все присутствующие оставили дела и с интересом наблюдали за происходящим. Всем было понятно что происходит нечто важное. И вот из десантного отсека вышли послы. Первым заговорил Сикс:

— «Господа, позвольте приветствовать вас от имени курфюста-регента. Я министр дипломатического корпуса Арбир фон Сикс, уполномочен вести переговоры. Позвольте представить начальника генштаба Робера Петена и личного адъютанта курфюста Огастеса Морана. С этой минуты он в вашем полном распоряжении. Если что-то нужно обращайтесь к нему по любой просьбе».

Аксман ответил им как можно вежливее:

— «18 Легион Адептус Астартес «Саламандры» под началом примарха Вулкана капитан Аксман. Магос-доминус Легио Кибернетика Адепта Механикум Дана Нод. Прибыли на ваш зов».

Встречающие поклонились, после Петен произнёс:

— «Только прибыли и уже одержали грандиозную победу. Она войдёт в летописи нашего мира как первая из многих».

Обронив ещё пару восславляющих друг друга фраз, обе стороны направились на встречу с курфюстом.

Ставка Верховного Главнокомандующего заняла самый элитный отель города. Его окружал парк. В парке имелось всё что было необходимо для богатейших людей страны. Аксмана и Нод разместили на верхнем этаже отеля. Для обслуживания высокопоставленных гостей направили лучших горничных и стюардов из персонала. Швейцары на перебой вызывались отнести вещи, но их услуги выполнили сервиторы Нод. Пока они поднимались в свои номера, все пытались взглянуть на иномирцев, мелькая в коридорах отеля. Сама встреча с курфюстом состоялась только через два часа в огромном бальном зале, ставшим местом для совещаний генерального штаба. Помимо военных чинов в зале присутствовали и послы государств. Курфюст-регент Дитерихс обладал острым пронизывающим взглядом, а тонкий орлиный нос придавал его лицу выражение живой энергии и решимости. Квадратный, чуть выступающий вперед подбородок говорил о решительном характере. Ростом Дихтерис не отличался от прочих. Собравшиеся заняли места ближе к курфюсту, образовав небольшое пустое пространство вокруг Аксмана и Нод. После длинной торжественной речи, Дитерихс перешёл к вопросам дальнейших боевых действий, оставив инициативу за посланцами.

— «Дальнейшее наше присутствие на южном фронте бесполезно»- без лишних предисловий начал излагать Аксман- «Силы экспедиционных сил крайне ограничены и поэтому мы возьмём на себя роль мобильного резерва. Первостепенной задачей является уничтожение главных сил вторжения и высшего командования орков. По данным нашей разведки, южная группа орд не имеет нужной силы для проведения масштабного наступления, впрочем как и армия Священного Союза. Вашей задачей станет удержание фронта и восполнение потерь, до прибытия воинских контингентов имперской армии».

По толпе прошлась волна перешёптований, где-то возмущённых, где-то согласных. Все сказанные слова прекрасно услышали Аксман и Скорпия, но они никак не отреагировали на них.

— «Позвольте, тогда где вы собираетесь развернуть свои силы? И когда прибудут подкрепления?»- угрюмо спросил Дихтерикс.

— «На фронте Аккадийской империи. Полное развёртывание начнётся сразу же после согласования всех вопросов с императором Аккадии».

— «Что ж. Если таково ваше решение, то мы подчиняемся. Уверен посол Аккадии окажет вам любую помощь».

— «Раз мы так скоро пришли к согласию, предлагаю обсудить другие не менее важные проблемы и первая из них распространение ксенозаражения»- громкогласно произнесла Дана Нод.

Дитерихс был сильно огорчён планами терран, однако отказался от попыток убедить их остаться. Победа в сражении за Каваль обошлась дорогой ценой. Потери убитыми и ранеными в ходе сражения составили 220 тысяч человек, израсходован полугодичный запас снарядов. Это были тяжёлые потери, которые остатки его страны могли с трудом возместить.

Совещания происходили каждый день. Зная о решении покинуть Священный Союз, офицеры генерального штаба старались восполнить пробелы в тактике и биологии орков как можно быстрее. Магос отдала инфопланшет, содержащий всю необходимую информацию, но обоих всё равно засыпали вопросами. Помимо работы в генеральном штабе, Аксман инспектировал учебные лагеря, внося коррективы в обучение новобранцев, Скорпия заводы. За пять дней она посетила все местные заводы и фабрики и предложила ряд улучшений по оптимизации производства военной продукции, заключающиеся в организации поточного производства мин и снарядов, упрощении конструкций винтовок и пулемётов. Инженеры внимательно прислуживались к советам и вносили коррективы в планы производства. Для консультаций и контролем за перестройкой заводов с орбиты вызвали магоса Хром-91 из состава ауксилии техножрецов Вейи. Не зная отдыха, магос и астартес работали круглые сутки, чем вызывали удивление и восторг своей работоспособностью среди военных и инженеров Союза. Как только весть о победе разошлась по городу, количество желающих встретиться с ними выросло в геометрической прогрессии. К военным и инженерам присоединились торговцы и знатные люди города, приглашая на званные вечера и балы, устраиваемые в честь прибытия имперских сил. От этих приглашений Дана Нод и Аксман отказались, отговорившись недостатком времени. Единственный раз когда они поддались уговорам, в день своего отъезда. По просьбе Дитерихса в город ночью прибыли полурота Саламандр, Легио Кибернетика и минийский полк. На следующий день Дитерихс устроил парад, в честь Империума. По главной улице в сопровождении гарнизона стройными рядами прошлись имперские войска. Всю улицу от начала и до конца заполнили любопытные граждане. Для репортёров выделили на равном друг от друга отдалении отдельные площади на всё протяжении движения войск. Люди кидали цветы под ноги воинским частям. Первыми шли гарнизонные отряды, впрочем уже успевшие приесться обывателям, за ними следовал первый минийский аэрокосмический полк, чуть поодаль добровольцы из Священного Союза, вступившие в минийский полк. Перед взором публики предстали элитные войска Империума и Механикум. Исполинские Астартес в силовых доспехах произвели фурор, а могучие автоматоны в окружении скитариев привели в трепет жителей города. Техника Астартес и Механикум замыкала шествие, удивляя своей необычной конструкцией, вселяющей надежду в сердца людей. Горожане бросали цветы под ноги проходивших мимо войск и восторженно махали вслед. Полки прошли по маршруту своего следования и вышли на главную площадь города. Как только полки замерли на площади воцарилась тишина. С высоты трибуны курфюст-регент Дитерихс произнёс длинную воодушевляющую речь, встреченную аплодисментами публики. В ней он выразил чаяния всех народов Экрона на уничтожение захватчиков и укрепление единства с далёкой Террой и её Императором. Толпа взревела от восторга. Дитерихс дождался пока крики спадут и объявил о том что имперские силы покидают Священный Союз для следующей битвы, пожелав удачи и славной победы, Дитерихс позволил имперцам покинуть город.

Стюард открыл дверь перед Аксманом и впустил внутрь номера Даны Нод. Она стояла у окна и любовалась открывшемся видом города.

— «Магос»- произнёс Аксман- «Я удивился когда узнал, что вы до сих пор в отеле, а не на посадочной площадке».

Нод обернулась и устремила взгляд своих светящихся глаз на Аксмана. Магос была одета в ту же мантию магоса Кибернетики, но на лице был умело нанесён макияж, а в ушах висели серьги с красными алмазами, что только подчёркивало её искусственную красоту.

— «Я здесь и там, капитан. Омниссия щедро одарил меня, позволив немного вознестись»- ответила магос, сложив на груди знак шестерни и прикрыв веки.

Аксман кивнул:

— «Не сомневаюсь в его мудрости, однако вы просили о встрече».

Дана открыла глаза и свет медленно потух. Она устремила свой взгляд на командира Саламандр и ответила:

— «Конечно. Я только что закончила переговоры с послом Аккадийского государства Рененкамом. К сожалению он не дождался вас, хотя хотел ещё раз увидеться. Он отослал отчёт о нашем прибытии и уже получил ответ от императора Луи Вальмона. В ваше распоряжение передаётся третья резервная армия. Для строительства мануфакториев, земли рядом с уже имеющимися военными заводами. Кроме того по моей просьбе в ваше распоряжение будут переданы полки, сформированные из заключённых. Таким образом численность наших сил увеличиться на сто тысяч человек, из них сорок тысяч обученные солдаты».

— «Вы проделали большую работу»

— «Как и вы. Один ваш вид сделал больше, чем все слова и договоры».

— «Ваша внешность тоже повлияла. Многие очарованы вами».

— «В древности была поговорка: встречают по одёжке. Забавно, прошли тысячелетия, а она всё ещё актуальна».

Тут глаза Даны Нод снова зажглись. Она с минуту хранила молчание и затем сказала:

— «Легио готов к погрузке. Осталось только отдать приказ».

— «Тогда приказываю начать погрузку».

— «Подтверждено. Если у вас больше дел здесь нет, то буду рада если составите мне компанию»

Аксман утвердительно кивнул и они покинули апартаменты.

Магос Стронций восседал в колыбели контроля в своём мобильном командном центре. Его когнитивное сознание парило в инфосфере, осуществляя одновременное руководство и управление несколькими тысячами слуг Механикум. Его душа ликовала после долгого бессмысленного заточения на галеонах. Строительные машины рыли котлованы и закладывали прочный фундамент для будущих цехов, рабочие сервиторы вбивали в землю опоры, на которых будут зиждется стены и трубопроводы. Толстые кабеля змеились по земле питая Движущей Силой небольшие, но мощные электростанции. Работа разгоралась всё сильнее, по мере того как с орбиты доставлялись припасы и новые бригады сервиторов. Разум Стронция контролировал каждое действие, каким бы незначительным оно не было. Храм-кузница Омниссии постепенно обретал очертание. Среди потоков информации Стронций уловил лёгкий укол призыва. Отвлёкшись, магос увидел идентификационный код домини и отозвался:

— «Соединение установлено. Сигнал 100 %. Магос Стронций требует отзыва».

— «Принято. Чёткость сигнала 100 %. Приветствую. Статус мисии?».

— «Строительство казарм и складов выполнено на 58 %. Кузницы на 17,3 %. Ожидаемый выпуск первой продукции через стандартные 121 день 23 часа 15 минут. Запуск конвейера через стандартные 201 день 11 часов 34 минуты. Окончание выгрузки с орбиты стандартные 14 дней 2 часа 51 минуту».

— «Принято. Прибытие полков имперской армии через 2 дня. Первоочередная задача- перевооружение. Необходимо подготовить полигон для переподготовки. Высланы 10 космодесантников и минийский полк. Прибытие штрафных полков через 15 дней. Организуйте карантинную зону. Возможны мятежи и попытки побега. Перевооружение штрафных легионов имеет второстепенный приоритет. Разрешение получите от лейтенанта Тайбена Претека, легион Саламандр. Первостепенная задача- выпуск авиации для сил планетарной обороны. Схемы прилагаю. Первостепенная задача- выпуск бронепоездов. Первостепенная задача- выпуск стрелкового оружия. Приоритет определите сами. Второстепенная задача- выпуск тяжёлой техники и артиллерии».

— «Принято. Выполняется расчёт. Задержка строительства кузницы- стандартные 19 дней 10 часов 11 минут».

— «Принято. Сеанс связи окончен. Восславиться Омниссия и рассеет Его свет тьму невежества».

Анри Нивель спустился в штабной блиндаж. Его уже ожидали все командующие корпусов. Они обсуждали сложившееся положение. Вести с южного фронта взбодрили уставших офицеров, журналисты распространили новости среди рядового состава и граждан империи. Нивель передал адъютанту новые карты, полученные им в Ставке и кивнул на стену. Адъютант без слов понял задачу и принялся за её выполнение. Скоро карта висела перед взором собравшихся и Нивель молчаливо оглядел офицеров. Убедившись в присутствии всех командующих корпусами, командарм 1 ранга:

— «Принято решение о начале крупномасштабного отступления вглубь империи. Согласно стратегическим планам, Ставка приказывает начать поэтапное отступление на протяжении 8 месяцев не позднее 30 числа этого месяца . Отход сил будет происходить следующим образом. На заранее подготовленные позиции, первыми отводятся тыловые службы. Затем отступает осадная и тяжёлая артиллерия, за ней прочая тяжёлая бронетехника и полевые войска. Пехотные корпуса и авиации будут осуществлять прикрытие. Глубина отступления составит пятьсот километров. Для подготовки оборонительных линий будут сформированы трудовые армии из местного населения. Господа, армии предстоит отступать под давлением ксеносов. Наша задача- сдерживать их и затем снова отступать. При отступлении приказано применять стратегию «Выжженной земли». Ничего нельзя оставлять. Что нельзя вывезти, сжечь. Нельзя сжечь уничтожить любым другим способом. Решение одобрено нашим императором. Теперь если есть вопросы, задавайте?».

Первым взял слово Альт фон Гильден:

— «С глубиной всё понятно. А вот какую длину фронта захватит отступление?» .

— «Тысяча двести километров».

Среди офицеров прошёл ропот. Нивеля это не удивило. Сдерживание ксеносов дорого стоили Аккадийской империи и её подданным. Поэтому он не ожидал что решение Ставки будет единогласно принято в армии. Один из командармов 3 ранга воскликнул:

— «Нам придётся оставить 207 тысяч квадратных километров нашей земли! За что мы сражались! Разве терранские войска нам не помогут?».

Нивель резко прервал его, выкрикнув:

— «Больше!»

В помещении воцарилась тишина. Нивель уже спокойным тоном продолжил:

— «Общая территория, оставляемая врагу, составит около четырёхсот тысяч квадратных километров. Это необходимо для сохранения фронта. Будем откровенны друг с другом, господа. Мы проигрываем войну. Ксеносы превосходят нас в физиологически. На одного из них гибнет пятеро наших солдат. Они не нуждаются ни в еде ни в отдыхе. Технику способны создавать из любого хлама, одному Богу известно как. Единственное слабое место это тактика, но с учётом потерь скоро это станет не важно. Мы проигрываем. Промышленность не справляется с обеспечением фронта. Дефицит снарядов для полевой артиллерии составляет на двадцать два процента, тяжёлой на сорок три, патронов всех калибров- на тринадцать. Выучка солдат падает с каждым месяцем. Обучающие программы сокращены до минимума. Вы все прекрасно это знаете. Что касается терранцев, то их слишком мало для перелома в войне. Численность терранской армии невелика. Всего пять тысяч солдат. Да они превосходят нас во всём, но этого слишком мало. Сейчас, пока мы разговариваем, они развернули строительство заводов по производству техники. Свежесформированные корпуса проходят переобучение и перевооружение по имперским стандартам. К тому времени как мы закончим отступление, сто тысяч будет вооружено по терранским стандартам. Возможно прибудут ещё контингенты терранской армии. Тогда мы и встретим ксеносов во все оружии и сломаем им хребет».

Командиры не перебивая слушали Нивеля, постепенно масштаб мероприятий по укреплению обороноспособности стал доходить до них. Амад Альбер произнёс:

— «Значит нам надо выиграть время».

Нивель кивнул:

— «Верно. Время- вот источник нашей победы. Если мы выполним план Ставки. Нет, мы должны выполнить его, во чтобы то ни стало! Только так мы освободим нашу землю и спасём Отечество от уничтожения».

Он окинул взглядом собравшихся и продолжил:

— «А теперь, если вопросов нет, я продолжу. Я расскажу о терранских командирах и их роли в нашей командной структуре».

Двадцать первого числа месяца мерцедония войска Аккадии начали планомерное наступление по всему фронту. Оставив боевое охранение, корпуса отошли на выстроенную линию обороны и окопались. Орки пропустили момент отхода и когда начали движение, то обнаружили только пустые траншеи, что вызвало гнев от разочарования. Поняв что их обманули, они сломя голову бросились в погоню и угодили на заранее выложенные минные поля, не надолго задержавшие их. Орки быстро нашли бреши и поспешили дальше, уткнувшись в новую линию фронта. На всём протяжении тысячекилометрового фронта разгорелись новые кровопролитные бои. Аккадийские солдаты бились насмерть ещё месяц, прежде чем получили новый приказ об отступлении. Тогда всё повторилось. Аккадийцы отступили, вновь обманув командование орков и заняв следующую линию, опять превратившееся в кровавую мясорубку. Верховная Ставка не желала терять боеспособные части и высылало плохо обученных новобранцев, сохраняя костяк боеспособных войск. Основной сдерживающей силой стали ударные части. Ударники бесперебойно получали всё что требовали. Разбитые полки вливались в ударные части, в то время как их место занимали новобранцы. Несмотря на испытания боевой дух оставался высоким и люди смело шли на любые жертвы.

Колло устало привалился к стене блиндажа и устало закрыл глаза. Вот уже пятый день его отряд отбивал зеленокожий прилив, волну за волной. Капитан запустил руку под панцирь и достал сигарету.

— «Можно закурить?»- услышал он усталый хриплый голос Вольта Атталя. Колло махнул рукой и зажёг спичку. Вольт присел рядом и прикурил.

— «За последнее время парень сильно осунулся»- подумал Колло, сладостно затягиваясь. И в самом деле с тех пор как обоих перевели в Ударный корпус под командование своего прежнего командира — командарма 3 ранга Альта фон Гиндена, оба они сильно исхудали и осунулись. За время службы в корпусе, Вольт успел дослужиться до лейтенанта. Правда офицерские курсы прошёл за месяц и нужный уровень знаний подтягивал на фронте.

— «Ну как твоя рота? Много ветеранов осталось?»- спросил Колло.

— «Половина состава. Остальных собрали из разных частей. Тех кто пережил десять дней».

— «Да, ксеносы ни себя не щадят, ни нас. В 21 роте не осталось офицеров. Пришлось брать руководство в свои руки»- произнёс Колло, выпуская дым.

— «Не слышно, что там с терранцами? Может ещё прибыли? Помощь нам бы не помешала».

— «Ничего стоящего, только слухи»- разочаровал Вольта Колло.

Оба солдата замолчали. Сил думать у них уже не было. Спустя время Вольт нарушил молчание:

— «У меня стимуляторы закончились. Надо пополнить».

— «Давно сидишь на них?».

— «Уже две недели».

— «Хм. Долго. Это вредно. Получишь как только выведут в тыл».

Вольт не добро усмехнулся:

— «И когда же это будет?»

— «Как только ксеносы признают своё поражение и успокоятся».

Вольт истерично рассмеялся. Капитан терпеливо подождал пока Атталь успокоится и сказал: «Вот что. Бери своих парней и уходи. Вам всем нужен отдых».

— «А кто ж нас заменит?»

— «Вы не единственные»- ответил Колло- «Приказ отдан, выполняй лейтенант».

Капитан поднялся и пошёл по траншее, оставив Вольта одного. Пейзаж местности ничем не отличался от предыдущего. Подбитая техника, горы трупов, новобранцы заполняющие разбитые окопы. Мимо задумывавшегося капитана едва не пробежал посыльный, вовремя схваченный за локоть.

— «Куда спешишь?»- спросил Колло.

Посыльный развернулся и ответил:

— «К лейтенанту Вольту Атталю. Приказ следовать на позицию 63 пехотного».

— «Рота Атталя направлена на перегруппировку. Её приказ берёт на себя 21 рота под командованием капитана Колло. Всё беги».

Посыльный отдал честь и побежал в штаб батальона.

— «Последний бой, он трудный самый»- всплыли в голове слова фронтовой песни. Капитан закинул винтовку на плечо и поспешил к роте. Рота быстро запрыгнула на броню самоходных орудий и бронемашин. Те взревев покатились по бездорожью навстречу новой схватке.

Ударники подоспели вовремя. Зеленокожие лихо сокращали численность пехотинцев в рукопашном бою. Призывники не имели опыта и только крупицу знаний, и поэтому не смогли остановить свирепую атаку. Орки практически безнаказанно убивали молодёжь империи, при этом радостно смеясь. Колло метким выстрелом издалека прострелил одному голову и про себя выругался. Орк не заметил раны и продолжил разбивать головы новобранцев массивным молотом. Колло разрядил всю обойму в него и тут же вставил новую. Ксенос рухнул, но на его место выскочили ещё четверо. Ударники накрыли их гранатомётами и орки скрылись из виду.

— «Давайте парни, покажем им кто круче»- крикнул капитан. Ударники рассыпались цепью и пошли в контратаку. Первая цепь расстреливала боезапас и ложилась на землю, перезаряжая оружие. Вторая продолжала наступление и затем падала. Первая поднималась и принимала эстафету. Эта тактика была испытана во многих боях и стала визитной карточкой ударников. Приблизившись к ксеносам, ударники забрасывали ручными гранатами траншеи и продолжали поливать свинцом всех живых ксеносов, пока не оставались одни мёртвые. Рота Колло отбила траншею и заняла её.

— «Быстрее устанавливайте пулемёты! Ричард на тебе правый фланг. Отто- левый. Изолируйте ксеносов. Зачисткой займёмся потом. Укрепите фронт. Сейчас начнётся».

Договорить Колло не успел. Снаряд пронзительно визжа пронёсся мимо них и упал где-то сзади. Солдаты разбежались по траншее. Команды были излишни. Все и так знали что делать. Залогом успеха была выучка, быстро доходившая до автоматизма во время боёв. В противном случае рота несла большие потери. Свежая волна орков уже спешила на бронегрузовиках и багах. Вместе с ними бежали сквиги, разных цветов и размеров. На крупных восседали гретчины, бездумно стреляя в сторону людей.

— «Ну всё, попали. Похоже это конец»- решил Колло, глядя на них. Последний выводок сквигов оказался смертоноснее чем были предыдущие. Гораздо крупнее, выносливее и с кислотой вместо слюны. Их сопровождали парящие твари ксеносов, похожие на летучих мышей. Твари стали настоящим бичом для людей. По ночам они нападали на спящих и высасывали кровь несчастных. Из-за них приходилось утраивать караулы, лишая сна всё больше измотанных людей.

— «Пусть подойдут поближе. Беречь патроны. Стрелять наверняка»- крикнул Колло.

Орда ксеносов стремительно приближалась. С каждой минутой отвратительные рожи

ксеносов были лучше видны. Солдаты рассредоточились по огневым точкам и выбрали себе цели.

— «Семьсот метров, шестьсот»- считал про себя Колло. Толпа становилась всё ближе и ближе. Губы Колло пересохли и он провёл по ним языком. Земля вдоль окоп вздымалась, когда пули, выпущенные ксеносами, входили в неё. Ударники сохраняли выдержку и не сделали ни один выстрел.

-«Триста метров»- оценил расстояние Колло и крикнул: «Давай». Первый выстрел произвёл пулемётчик рядом с капитаном и тут же по всей траншее отозвались прочие пехотинцы и самоходные орудия. Бронегрузовики разлетелись на куски, ватаги зеленокожих проредили, танки загорелись, а багги остались без водителей. Атака захлебнулась к вящей радости людей.

— «Вот как надо!»- засмеялся Колло. Он продолжал стрелять до тех пор пока у него оставались патроны. Поток огня выкашивал всех ксеносов, разумных и нет, больших и маленьких. Колло потянулся за свежей обоймой, но не нашёл её. Чертыхнувшись, капитан достал гранаты и разложил перед собой. Только после этого он обратил внимание на небывалую эффективность огня. Ксеносы продолжали упорно идти вперёд, не обращая внимание на потери. В кровожадном безумстве сквиги неслись вперёд и гибли как только снаряды разрывали их тела. Колло в недоумении нахмурился. За всё время что он был на фронте, орки и их зверьё ещё никогда не гибли так стремительно. Капитан стал осмотрелся и увидел в своём тылу в километре от самоходных орудий и бронемашин высоких плечистых людей в зелёной броне. Они шли широкой цепью и вели прицельный огонь. Чуть позади них ехали бронетранспортёры и танки неизвестных ему моделей, поддерживающие огнём гигантов. Красные лучи вырвались из пушечных стволов танков и ударили в орочью технику, оставив куски расплавленного шлака. Гиганты медленно шли, не пригибаясь и не прячась за машинами. Зрелище атакующих терранцев очаровало капитана и он стоял, забыв о бое, и смотрел на воплощение военной мощи Терры. Когда они приблизились, Колло разглядел на зелёных нагрудниках терранских солдат рисунок двухглавой птицы, а на левом наплечнике драконий череп. В реальность его вернул сержант его роты. Подбежав к капитану, сержант больно ударил капитана по плечу и крикнул ему в лицо, как только Колло обернулся к нему:

— «Контужен?».

Колло замотал головой и громко ответил:

— «Нет. Просто усталость».

Сержант кивнул, подхватил ящик с патронами и побежал дальше. Колло снова обратил внимание на ксеносов. Пока Колло был в прострации, орки приблизились на расстояние броска гранаты, чем Колло немедленно воспользовался. Убив ближайших к нему, капитан побежал вслед за сержантом. Через тридцать метров, он наткнулся на окоп, в котором группа солдат, спешно заряжала обоймы блестящими от масла патронами. У бруствера стояло двое дозорных, следящих за округой. Колло прошёл в окоп и осмотрел всех. Раненые были сложены у одного из входов траншеи. Над ними корпела сестра милосердия. Группа людей не проронила ни слова, продолжая молча пополнять боезапас и только сестра взглянула на вошедшего. Встретившись с ней взглядом, Колло узнал её. Бывшая невеста погибшего товарища, после гибели которого добровольно отправилась на передовую. Убедившись что Колло не нуждается в помощи, девушка отвернулась к раненым. Колло присел рядом со своими людьми и тоже принялся заполнять опустевшие обоймы. Прошло минут десять до окрика дозорного. Все тут же поднялись и рассредоточились. Десяток сквигов с гретчинами на спинах прорвались сквозь ураганный огонь и неслись прямо на людей. Колло и его подчинённые открыли огонь на поражение. Первыми расстреляли гретчинов, но те всё же взяли кровавую плату. Пятеро солдат пали с прострелянными головами. Сквиги ускорились, после того как освободились от гретчинов и, сделав пару шагов, прыгнули на людей. Колло моментально прикинул траекторию прыжка и со страхом понял, что оно ведёт прямо в середину окопа. К его облегчению сквигам не суждено было завершить прыжок. Очередь прервала полёт. Встретившись с масс-реактивными снарядами, выпущенных из болтеров, сквиги рухнули на землю замертво. Капитан оглянулся и увидел терранских рыцарей, возвышающихся над полем боя. Они остановились на краю траншеи, продолжая в упор палить в орков. Пули зеленокожих бессильно бились о броню, оставляя сколы и трещины. В тех орков, что оказались в опасной близи, терранцы использовали невиданный Колло оружие. Сгустки тепловой энергии вырывались из стволов ружей и с одного единственного выстрела обращали свои цели в пепел. Орки не выдержали напора терранцев и бросились бежать. Ударники и пехотинцы вскричали от радости. Впервые с начала войны орки были обращены в бегство.

— «Капитан»- раздался громогласный голос терранца, прервавшем веселье. Колло встал смирно и отдал честь. Терранец не обратил на это внимание и продолжил:

— «Орки прорвали фронт в пятидесяти километрах севернее. Вам грозит окружение. Отводи своих людей к Гедову. Кого не можете спасти, даруйте «удар милосердия»».

Сказав это, терранец развернулся и направился к своему транспорту.

Колонна змеилась по дороге, уходя вдаль за горизонт. Машины проносились на большой скорости, стремясь умчаться как можно дальше от преследователей. Вдоль дороги тащили свой скраб беженцы. Сельские сложили своё немногочисленное имущество на телеги, запряжённые волами, завезённые на планету в век расселения человечества по Галактике. Мужчины провожали солдат угрюмыми взглядами, словно коря их за потерю своих домов. Не было ни криков ни причитаний со стороны мирных жителей, но солдаты всё равно стыдились посмотреть им в глаза, словно чувствуя вину за собой. Деревня Риверуд никогда не могла похвастаться многочисленностью жителей. Войны, болезни и жизнь в глуши не давали деревне воспрянуть. Младшие сыновья и дочери, оставшиеся без наследства, уезжали в города на заработки и там оставались навсегда. Старшие находили работу на единственной лесопилке или на немногочисленных полях. Жизнь незаметно проходила мимо, оставляя деревню таком же неизменном виде, какой она приняла в первые десятилетия своего существования. Железная дорога дала небольшой импульс для роста благосостояния деревни. Молодёжь нашла работу на станции, загружая доски и обработанные брёвна в вагоны приходящих каждые две недели старых паровозов. Древние локомотивы курсировали по богатому лесом региону Реции собирая продукцию лесопилок таких же деревень и более крупных городков. Сейчас же они метались без остановки, собирая беженцев в те же товарные вагоны. И пока жители собирались на станции для эвакуации, их дома заняли офицеры штаба фронта. В сельском клубе развернули временный штаб фронта для военного совета. Шаттл с символом Механикум пролетел над людьми и приземлился на краю деревни, перепугав местных своим неожиданным появлением. Солдаты же только подняли глаза из любопытства и вернулись к свои обязанностям как только он коснулся земли. Трап опустился и магос предстала перед взорами любопытных. Её встретил адъютант Мегрена Вальмона и проводил к своему патрону. Главнокомандующий стоял в окружении членов Военного совета и обсуждал складывающиеся положение. Нод не мешкая подошла к ним и поприветствовала. Мегрен высказал ряд дежурных фраз и попросил высказать свои соображения о последних событиях.

— «Наступление орков замедляется и скоро окончательно застопориться»- начала она- «По данным авгуров, основные соединения воздушных сил перебрасываются на западный фронт. Так же зафиксированы передвижения крупных танковых и мобильных артиллерийских соединений на участок семнадцатого корпуса. Скорее всего именно отсюда орки начнут наступление, как только армии Дорсета потерпят поражение. На южном фронте замечены скопления живой силы орков. Анализ передвижений даёт основание предполагать что стратегическим планом орков станет вывод Аккадии и Дорсета из войны на ближайший год. Основной целью в ближайшем будущем является Священный Союз из-за богатых месторождений прометия. Орочьи войска уже испытывают топливный голод. Эти сведения получены во время операций, проводимые сикарийцами в тылу».

— «Если у них не хватает топлива почему сразу не ударить по Священному Союзу и не прекратить его агонию?»- спросил Мегрен.

— «Дорсет и Акадия всё ещё обладают внушительными вооружёнными силами. Прибавьте к этому корабли на орбите. Орки уже ощутили наш гнев на себе. Пока они будут штурмовать укрепления Священного Союза, мы будем способны нанести два сильных удара по флангам. Основные работы по обслуживанию промышленной инфраструктуры на захваченной территории выполняются пленными, в то время как сами орки предпочитают участвовать в боях. В случае успеха фланговых ударов, мы сможем отодвинуть фронт от девяносто до ста сорока километров. Это может вызвать восстания и бунты среди порабощённого населения. Властелин войны это прекрасно понимает. Пока новое поколение не вырастет, ему придётся использовать рабов. Кроме того флот Тетийского блока уже стоит на якоре у месторождений и скорее не оставит ничего от них. На восстановление заводов уйдёт время, пока наши армии будут снабжаться топливом Саамской унией. Поэтому самым лучшим решением будет проведение двух быстрых масштабных наступлений. Численность воздушной армады на западном фронте составляет около пяти тысяч самолётов. Орки перепашут весь западный фронт бесконечными бомбардировками, разрушат логистику и обескровят Дорсет. После чего развернуться и обрушатся всеми силами на нас. В случае успеха никто не сможет им помешать покончить со Священным Союзом».

Озвученная численность самолётов шокировала всех. Люди зашептались, до конца не веря словам магоса.

— «Пять тысяч?! Как они смогли собрать такую армаду?»- воскликнул Вальмон.

— «Самолёты орков гораздо лучше ваших. Куча энергетического оружия, силовые поля, возможность таранить самолёты противника. Не забывайте, орки способны собрать любую технику из кучи металлического хлама. Ваши потери выше орочьих. Только безрассудность пилотов и отсутствие тактических знаний воздушного боя, низкая подготовленность пилотов мешает быстро одержать победу».

— «А что с вашими кораблями? Разве их мощи не хватит чтобы снести орды с лица земли?».

— «Орки обладают нужными техническими знаниями для строительства космической авиации. Вся повреждённая техника сейчас свозиться в астероид и переделывается . Отряды сикарийцев заметили развёртывание ракетных войск, способные запускать ракеты на орбиту. Хотя пусковых установок не хватает, они раскинуты по всей территории и тщательно маскируются. Корабли Имперского флота будут метаться с одного участка на другой, тратя боеприпасы. Это не эффективно. Гораздо лучше использовать когда они соберутся в одном месте. Нельзя игнорировать ещё и тот факт, что авиация сил планетарной обороны понесла тяжёлые потери. Вам необходимо время для обучения пилотов и освоение новых типов самолётов».

— «Сколько времени у них займёт осуществление планов?»

— «Два месяца. Может три. К сожалению оркам достались шахты по добыче угля. По воле властелина, всё топливо будет передано авиации, в то время как техника будет перестроена на использование угля?».

Мегрен недоверчиво переглянулся со своими советниками. По лицам генералов было понятно, что они слабо верят словам Даны Нод.

— «Перестройка двигателей на использование угля? Такое возможно?».

Скорпия снисходительно улыбнулась, игнорируя недовольство Вальмона и его офицеров.

— «Конечно возможно. Не сразу, но они сделают это. Вы ведь прекрасно знаете на что способны мехи»- ответила она и терпеливо принялась объяснять:

— «Видите ли орков окружает психическое энергетическое поле, с помощью которого и создаётся всё оружие и техника. Жрецы Механикум и учёные Империума давно пытаются понять принцип его действия. Единственное что нам удалось выяснить это то что они используют его бессознательно. Немногочисленные колдуны орков способны освобождать его разрушительную силу, к счастью для нас опасную и для них самих».

— «А мы можем использовать своих колдунов и ведьм?».

С давних времён государства Экрона признали использование психических сил опасным. Организации охотников на ведьм под контролем местных правителей выискивали псайкеров среди населения и казнили при малейших признаках психических сил. После присоединения к Империуму на территории космопорта была выстроена тюрьма, куда свозили псайкеров со всей планеты. Оттуда чёрные корабли Империума забирали их, отправляя на Терру. Такое решение удовлетворяло всех, но после вторжения не значительно число псайкеров вынужденно томилось в тюрьмах столиц.

— «Я не рекомендую этого делать. Псайкеры используют варп и могут прорвать ткань материи, вызвав оттуда тварей куда более чудовищных, чем орки».

Мегрен кивнул и сказал:

— «Хорошо. Я передам Его Величеству ваши замечания. Тогда нам остаётся придерживаться прежнего стратегического плана. Есть ли новости от Саламандр?».

— « У них всё прекрасно. Потери в рамках допустимых. В основном, они действуют по флангам и тылам наступающих орд, сковывая орков».

Говоря это магос слукавила. Рота потеряла треть своей численности убитыми и ранеными. Верные своему долгу, Саламандры вели тяжёлые изматывающие арьергардные бои, давая время отступающим войскам и гражданским для отхода в безопасное место. Такие потери вызывали беспокойство у магоса, поскольку ослабляли воинскую силу в будущем сражении и подвергали опасности её план по разгрому орков.

Прогнозы магоса-доминус сбылись полностью. Орки накинулись на западный фронт подобно волкам. Генералитет Дорсета проигнорировал предупреждение магоса-доминус и продолжал медленно ползущее наступление. В результате армии Дорсета и Тетийский экспедиционный корпус не успели окопаться и потерпели сокрушительное поражение. Орочий Властелин войны использовал все силы своей воздушной армады и ракетных войск по всей линии западного фронта. За сутки армада совершала по тысяче вылетов. Шквал ракет поднимались в воздух и пересекали атмосферу планеты, только чтобы рухнуть в сотнях километрах от пусковых установок. Орки игнорировали наступающие части людей, отдав предпочтение линиям снабжения и штабам корпусов и бригад. Пилоты западного фронта проявляли героизм, но не смогли защитить наземные войска от угрозы с неба. Через две недели ожесточённых боёв орки сначала расстроили снабжение, затем и вовсе прекратили его, оставив полтора миллионную армию без боеприпасов и еды. Затем они атаковали колоны бронетехники и люди откатились назад под злорадный смех зеленокожих. Покончив с наступлением властелин войны половину армады перевёл на восточный фронт, остальная часть вернулась под прикрытие астероида, где закипела работа по переделке самолётов для космического сражения. Между тем план магоса продолжал идти своим чередом. Акадийцы уходили всё дальше вглубь приглашая орков следовать за собой. Арьергардные бои сменялись отступлением, больше похожим на бегство. Уходя люди оставляли за собой сожжённые городки и сёла, разобранные дороги. Оркам приходилось восстанавливать пути, постоянно задерживаясь. Подвоз припасов и топлива осуществлялся по новым железнодорожным путям. Штаб предпочёл оставить в покое орочьи бригады, сохраняя авиацию для будущей битвы. И вот спустя долгих семи месяцев отступления люди достигли намеченного рубежа и встали, готовые к ожесточённому сражению. За долгие месяцы упорных арьергардных боёв, трудовые армии из мобилизованных гражданских перерыли тысячи кубометров земли, создав глубокоэшелонированную оборону, проложили новые дороги для возможности маневрирования резервами. Каждый рубеж достигал глубины в двадцать километров, окутанный колючей проволокой и минными полями. Армия людей пополнилась очередным призывом, прошедшего трёх месячное обучение. Семьдесят тысяч человек получили имперское вооружение и сформировали мобильный резерв. Два миллиона аккадийских солдат были разделены на три группы войск с задачей удержать фронт любой ценой. Ещё семьсот тысяч составили резервные корпуса. Мобилизация такого числа людей потребовала от правителя Аккадии и аристократии полной перестройки экономики, с чем они со скрипом, но справились. Благодаря дипломатическим усилиям магоса-доминус в преддверии грандиозного сражения, Тетийская держава сняла свои авиационные корпуса, защищавшие территорию государства и укрепила воздушный флот Акадии. На орбите терпеливо ждали своего часа крейсера и фрегат Имперского флота, Саламандр и Механикум. Всё внимание орбитальных авгуров Механикум было обращено на участок фронта, получившим название «Рецианского выступа» с единственной целью предвидеть направление главного удара. Потоки собранной информации струились в новообразованный штаб временного имперского командования. В него вошли члены Акадийского, Тетийского и имперского командования. Мегрен Вальмон вынуждено уступил место главнокомандующего капитану Аксману и магосу Нод, признав за ними главенство в имперской иерархии. С образованием штаба все силы получили название имперских. Анализируя авгурные данные, техножрецы примерно подсчитали что орочья орда составляет около двух миллионов, две с половиной тысячи атмосферных и тысячу двести самолётов, способных вести бои в космической пустоте, и сотни танковых и артиллерийских подразделений, нетерпеливо ждущие своего часа. Собранная в кулак, орда могла сокрушить любое сопротивление на своём пути.

С началом нового дня мир осветился не первыми солнечными лучами, а вспышками сотен артиллерийских орудий. Вслед за ними по всей длине Рецианского выступа зажглись миллионы вспышек ружей, превратившихся в сплошную стену огня. Это пламя горело два часа и только они истекли, пожар разошёлся во все стороны, разгоревшись ещё сильнее.

В штабе имперского командования у гололитного стола собрались все ответственные за управление войсками. Они устремили свой взор на линию соприкосновения, окрасившуюся в кроваво-красный цвет. По обоим сторонам линии стояли полки и дивизии в виде квадратов зелёного и синего цветов. На гололите отображалось передвижение войск, то отступающих, то вновь возвращающихся на место. Над синими квадратами то и дело вспыхивали цифры потерь личного состава имперских войск. Радисты у своей аппаратуры внимательно вслушивались в переговоры командиров и записывали информацию в своих блокнотах. На гололите зажглись новые огни, когда вражеская авиация поднялась в небо для поддержки своих наземных сил. В ответ Вальмон приказал зажечь огни собственной авиации. Первые сутки линия не сдвигалась с места, но к началу следующего дня она плавно начала сдвигаться на восток.

— «Судя по докладам с фронта орки совершили более двух тысяч самолёто-вылетов. Передовая линия полностью уничтожена по всему фронту. Корпуса отступили к первой линии обороны. События показали, что несмотря на полную боевую готовность 4, 17 и 31 воздушные армии не смогли принять адекватные меры по противодействию орокам. Потери составили около семидесяти трёх процентов»- не привычным для людей голосом говорил логис Механикум: «В рядах армий оказалось слишком много молодых лётчиков. План график вылетов нарушен. Орочья авиация полностью захватила инициативу в свои руки».

— «Вышлите на подмогу 2-ю резервную истребительную дивизию»- велел Вальмон.

— «Принято»- отозвался логис, внеся коррективы.

На аэродроме взвыла сирена тревоги. Все пилоты бросили свои дела и побежали к машинам. Младший лейтенант Гудро запрыгнул на крыло своего нового истребителя и залез в кабину. Истребитель новой имперской модели на реактивной тяге блестел в лучах солнца. Три долгих месяца Гудро осваивал управление им и был чрезвычайно горд оказанным ему доверием. Истребитель превосходил во всём его прежнюю машину. Скоростью, высотой, вооружением. Пара лазпушек вынуждала противника оставляя дымный след стремиться к земле. Первый бой оставил приятное впечатление и разогрел кровь в жилах молодого пилота. Это был рутинный патруль, столкнувшимся с тройкой развалюх орков. Пилоты накинулись на них как ястребы и распотрошили врагов ещё до того как те что-либо смогли понять. Гудро закрыл кабину и одел шлем, на лицевом щитке шлема моментально отобразились характеристики самолёта. Как только двигатели протяжно взревели, он подал знак о готовности к вылету своим товарищам. Они повторили его жест и в шлемофоне раздалась команда к вылету. Один за другим, истребители вывернули на взлётную полосы и покинули поверхность земли, поднявшись высоко в небо. Эскадрилья шла в идеальном порядке на предельной скорости. Время подлёта к месту боевых действий пролетело не заметно и вскоре пилоты увидели настоящий воздушный бой. Сотни самолётов маневрировали, охотясь друг за другом. Потоки трассеров и лазерных лучей рассекали воздух. Самолёты вспыхивали когда их настигал рок и превращались в падающие метеоры. Щиток шлема моргнул и Гудро увидел прицельную сетку. Ближайший вражеский самолёт немедленно попал в прицел и Гудро нажал на кнопку. Лазерные пушки разрезали орочий штурмовик пополам. Эскадрилья рассыпалась на пары, выстроив воздушную этажерку. Вступая в бой, пилоты орков сталкивались с имперскими истребителями и набирали высоту, где попадали под огонь пары, следующей выше. Впрочем многие орки предпочитали идти на таран. Имперским пилотам приходилось маневрировать, чтобы избежать столкновения. Если это удавалось самолёты пришельцев пролетали мимо и натыкались на следующий ряд истребителей. Новая тактика показала свою эффективность. Принцип тактики заключался в разделении эскадрильи на ударную и прикрывающую. Ударная поднималась на несколько километров выше и нападала на бомбардировщики и штурмовики орков. В это время прикрывающая группа сковывала истребители боем. Недостатком тактики являлось истребительное прикрытие оголяло другое направление. От имперских пилотов требовались умения действовать в коллективе и умелого использования авгурных систем. Основной целью тактики воздушной этажерки было уничтожение бомбардировочной авиации, охотившейся за наземными силами, чем пилоты с удовольствием занимались. В прицел попал самолёт больше похожий на шар с крыльями. Гудро нажал на кнопку и лазеры превратили шар-самолёт в пылающий шар. Следующей целью стал более совершенный самолёт. Две пушки уже познали вкус крови. Кабина орка-пилота была без стёкол. Гудро удивился как он способен управлять самолётом. Он на секунду увидел довольную улыбку орка и испепелил пилота. У Гудро возникла мысль, что орка не особо волновало управление техникой, только бой. Строй эскадрильи нарушился из-за обилия вражеских самолётов. Маневрируя среди боя, Гудро заметил что отсутствуют в бою отсутствуют тяжёлые бомбардировщики и мифические «истребители-крепости». Орки брали верх не своими смертоносными летающими машинами, а числом. Противостоящие эскадрильи самолёты орков мало отличались от поршневых самолётов Акадии. Новая реактивная авиация даже превосходила их. Размышляя об этом Гудро пропустил появление врага справа. Пули застучали по обшивке и только благодаря реактивным двигателям пилот остался жив. Истребитель проскочил район поражения и резко совершил поворот, срезав два самолёта врага. Гудро отбросил все мысли, полностью сосредоточившись на бое.

Гололит моргнул и тактическая информация полностью изменилась. Количество квадратов синих квадратов уменьшилось, а зелёных напротив увеличилось. Аксман наблюдал за обстановкой и начал подумывать о вступлении в бой роты Саламандр. Однако его приоритетом была миссия, которая и привела всех на этот театр боевых действий. Главный удар орков ещё не бы определён. Поток новых сообщений возрос и из всех вокс-передатчиков разносились голоса командующих:

— «Мы теряем позиции на участке М-13 и М-11».

— «Отступление корпуса 92 на северных участках фронта».

— «Направьте бронепоезда 76е и 76к в район населённого пункта Остий».

— «Первая линия потеряна полностью, авангард орков добрался до второй линии».

— «Орда вклинилась на участке Дубль 03 первой линии и расширяет плацдарм».

— «На участке эпсилон 4-0 отражено наступление крупных воздушных сил противника».

— «Замечено передвижение артиллерийских подразделений на дороге Сады — Педак».

Среди краткий сообщений Аксман уловил один взволнованный голос, сообщавший:

— «Орки подавляющими силами упорно атакуют и теснят части вверенной мне 10 армии, особенно на участке дубль 11-2. Войска обескровлены непрерывными боями. На крайне тесном пространстве узким клином наступают банки-убийцы и горконавты. Вслед за ними идут танки и самоходные орудия. Необходимо срочно прислать подкрепления. В противном случае крах фронта неизбежен».

Аксман нашёл на гололите названый участок фронта и прошептал магосу пару слов. Она кивнула и взмахнув рукой, как по волшебству, переключила гололит. Изображение моргнуло и перед взорами предстала более крупным планом зона ответственности 10 армии. Зелёные квадраты были равны по количеству синим, но парящий над ними тактический обзор говорил о наличии тяжёлых соединений орков. Аксман практически моментально изучил информацию. Орки превосходили и по огневой мощи и по количеству танков и прочей тяжёлой техники.

— «Похоже мы нашли место главного удара. Что скажете магос?»- промолвил капитан.

Дана Нод кивнула и взмахнула ещё раз рукой. Гололит несколько раз моргнул и высветил сразу несколько спектров сканирования. На всём театре боевых действий отображались линии боёв, количество частей и соединений, траффик инфопотоков. Все уставились на разноцветное изображение.

— «Вы совершенно правы. Всё указывает именно на это».

— «Тогда нам нужно направить подкрепления и вызвать флот. Пора переходить ко второй фазе»- сказал Мегрен Вальмон, но капитан Саламандр ему возразил:

— «Вы торопитесь командующий Вальмон. Если мы вышлем подкрепления, то битва превратиться в огромную мясорубку на истощение. Оркам нужно позволить совершить прорыв. Почувствовав запах победы, они устремятся к городу Аква Селек».

Мегрена Вальмона шокировали планы капитана. Он сначала уставился на гололит, но не найдя ответа, он снова обратился к капитану:

— «Я не понимаю. Почему вы уверены, что орки пойдут туда, а не накинуться на фланг Южной группы армий. Выйдя в тыл они перережут снабжение и возьмут в оперативное окружение треть наших войск? Это куда более логичное развитие событий».

— «Какая-то часть орков несомненно так и сделают, но в стратегической перспективе это не даст им ничего. Окружённые войска придётся ликвидировать, а армии отступят ещё на сто-двести километров на юг и всё продолжиться заново. Аква Селек же является основным транспортным узлом, захват которого даёт возможность проводить рейды вдоль всего фронта и вглубь Акадии. Тогда орки достигнут стратегической победы. Акадии придётся заново выстраивать фронт от моря до моря. Это займёт год и у орков будут развязаны руки для наступления на Священный Союз».

— «В ваших словах есть логика, но всё же позвольте высказать возражения?».

Капитан Аксман и магос Нод единогласно согласились дать высказаться Мегрену.

Мегрен подобрался и высказался: «Первое — откуда вы точно знаете планы властелина войны. Ошибка может стоить жизни двумстам тысячам солдат, оказавшимся в окружении. Второе — даже если вы правы, в любом случае для отражения флангового удара, южной группе придётся сражаться на открытой местности. Это приведёт к значительным потерям. Армия будет обескровлена и ликвидировать прорыв не сможет. Пока это всё».

Магос взглянула на Аксмана и попросила слово. Капитан жестом согласился и Дана Нод ответила: «По первому пункту — техножрецы смогли расшифровать коды вокс-передач. Это было не трудно, хотя и утомительно. Мои техножрецы прослушивают все переговоры командования орков. Прибавьте к ним сеть спутниковых авгуров. Нам известны все их перемещения. Второе — пусть Южная группа армий сосредоточиться на защите населённых пунктов. Согласно нашим планам, все они укреплены и представляют небольшие крепости. Если они проявят упорство, то орки, верные своей природе, не смогут пройти мимо них и будут штурмовать каждый. При правильном маневрировании, наступлении будет остановлено. Командованию Южной группы придётся забыть о создании сплошной линии фронта и вести манёвренную войну. Если им необходима помощь, то я могу направить секутора Нокса для помощи».

Мегрен молча выслушал магоса. Невооружённому взгляду было видно недовольство на лице, но Вальмон пересилил себя и принял доводы магоса-доминус Механикум, сочтя что командиры Великого Крестового похода имеют куда большую компетенцию в войнах с ксеносами. Так же он скрепя сердце принял предложение Даны Нод и попросил выслать секутора в штаб Южной группы армий.

Штаб Анри Нивеля был укрыт в подземном хранилище банка Имперской Южной компании в филиале города Аква Селек. Когда адъютанты Нивеля вошли в кабинет директора филиала, он и подумать не мог о тех требованиях, которые они выскажут. Позже он вышел к сотрудникам банка совершенно бледный и рассказал о будущем филиала. Сотрудники в течении недели аккуратно вывозили документы и содержимое сейфов, пока в банке не появился имперец. Своим жгучим угольно-красным взглядом и в испещрённой пулями броне, он привёл в ужас работников банка и громогласно потребовал немедленно освободить здание. К концу рабочего дня здание было освобождено, а все не нужные документы сожжены. В полночь в здание банка нагрянули жрецы Механикум со своими полумеханическими рабами. До рассвета Механикум расширили хранилища, укрепили здание и проложили коммуникации, заполонив подвалы банка вокс-оборудованием и когитаторами. С первыми лучами солнца покинули территорию банка. Отряд охраны прибыл через двадцать минут после ухода и нашёл полностью оборудованный штаб. Нивель до самого начала боёв не мог понять как они сделали за одну ночь и с первым разрывом вражеского снаряда выбросил эту идею из головы. Операторов набрали из лучшей молодёжи Акадии. Все как один отпрыски аристократов, они получили лучшее военное и техническое образование, но всё равно чувствовали себя не уверенно за оборудованием Механикум. Требования выдвинутые магосом Империума показали не состоятельность политической системы Аккадии. Недостаток специалистов в технических отраслях больно ударил по управлению армиями, разбросанными на тысячекилометровому фронту. Храм-фабрика Омниссии только начал выпуск продукции, а людей уже не хватало. Война, которую вели имперцы, сильно отличалась от тех что вели до этого на планете и требовала значительного числа техников и инженеров. Выделив один час своего времени, Нивель прочитал характеристики имперской техники и от осознания отсталости Отечества у командующего разболелась голова. Теперь Акадии пришлось наверствовать упущенное в кратчайшие сроки.

— «Командарм, пришёл приказ из имперского штаба»- голос одного из операторов прервал размышления Нивеля.

— «Что там?»- коротко спросил Нивель.

Оператор встал и обернулся к командарму, после чего зачитал сообщение:

— «Приказ об отходе 21 корпуса на запасные позиции. Подготовить Аква Селек к отражению штурма. Фаза 2 вступает в силу».

Нивель посмотрел на карту и прикинул в уме план переброски и время движения войск.

— «Отлично. Передайте по дивизиям приказ. Гарнизон поднять по тревоге. Включить сирену гражданского оповещения».

Оператор приложил руку к козырьку и вернулся на своё место. Начинался самый трудный этап сражения.

Как только приказ разошёлся по частям, полки и дивизии начали оставлять свои позиции. Орки наступали людям на «пятки», не позволяя оторваться. Многих товарищей солдатам пришлось бросить на произвол судьбы. Арьергарды удерживали позиции до последнего человека, жертвуя собой, но выигрывая время для отхода. Тяжёлая техника орков пересиливала упорное сопротивление героев, не щадя никого. Прорыв постепенно расширялся и наконец фронт был прорван. Орки вышли на оперативный простор и, как и предсказывала магос, разделились на на две части. Основные силы орков перестроились и направились вдоль железнодорожных путей на захват города. Властелин войны оценил важность главного транспортного узла, чем ещё раз доказал командованию Аккадии воинские таланты зеленокожих. От основных сил отделилась ударная группа. Авгуры Механикум передали штабу Южной группы армий примерный состав противостоящих зеленокожих войск. Во фланг устремились лёгкие быстроходные отряды вместе с большим числом пехоты, в то время как на штурм Аква Селек отправились ватаги штурмовиков вместе с киборгами и кучей танков и ракетомобилей. Колонны банок-убийц и горканавтов заполонили дороги. Гретчины снимали орудия с насиженных мест под крики удары хлыстов надсмотрщиков и тащили дальше по опустошённой земле. Бригады рабочих из людей-рабов и тех же гретчинов прокладывали новые железнодорожные пути с огромной скоростью. Бронепоезда, обвешенные самым различным вооружением, коптя небо вплотную следовали за ними, порой игнорируя рабочие бригады и давя рабов. Машинисты орков вопили торопя рабочих и от скуки отстреливая искалеченных ими же рабов. В это время три корабля имперского флота начали спуск на нижнюю орбиту. На всех кораблях выли сирены боевой тревоги. Палубные команды занимали свои места, отсеки изолировались друг от друга. В ангарах прогревали двигатели космические перехватчики Механикум «Ярость» и Астартес «Ксифон». Глаза орудийных сервиторов зашевелились, как только разумы кибернетических рабов обрели зрение через авгуры. В ответ на движение кораблей с земли в пустоту космического пространства поднялись угловатые самолёты орков. Они были гораздо крупнее тех, что терроризировали небо. Мощные двигатели гудели в унисон с силовыми полями. Бортовые орудия рыскали, выискивая цели. Экипажи орков жаждали крови и скоро нашли их, когда самолёты покинули атмосферу планеты.

Гололит очередной раз моргнул высветив обнаруженные позиции вражеской тяжёлой артиллерии. Расчёты зеленокожих старались как можно быстрее переместить орудия ближе к фронту и поддержать своих братьев на поле боя. Осадная и стратегическая артиллерия открыла огонь. До начала второй фазы она молчала, ожидая своего часа. В первой фазе основную роль играла траншейная артиллерия. Конечно она не могла соперничать с крупными калибрами и проигрывала в дуэлях. Благодаря этому орки нанесли тяжёлые потери корпусам Аккадии. Люди выплатили кровавую дань, но выявили местоположения орочьих ватаг. Обнаружив все угрозы, люди выместили всю горечь за своих убитых товарищей. Артиллеристы стреляли по заранее отмеченным квадратам и проведённым векторам. Тяжёлая техника орков гибла под прицельным огнём, но всё же этого было недостаточно. Не зная где будет нанесён главный удар, артиллерию рассредоточили равномерно по всему фронту. Наступая, орки попадали в огневые мешки. Потери росли в арифметической прогрессии. Но на направлении главного удара, усилий артиллеристов не хватало, чтобы орки умылись кровью. Властелин войны бросал танки и прочую технику на подавление артиллерии. Разогнав на полную скорость свои машины, орки спешили уничтожить орудия, приносившие смерть, но попадали в ловушки минных полей и истребительных человеческих команд. Тогда в небо воспарили тысячи штурмовиков орков. Им ответили зенитные батареи. Многие орки были сбиты и погибли на минах. Ватаги штурмовиков, не взирая на потери, всё же сохранили дисциплинированность и приземлялись среди позиций аккадийцев и вымещали на них свой гнев. Истребляя солдат, они спешили дальше. Всё ближе к орудиям, заставляя замолкать их. Аккадийцы предусмотрели такое развитие событий и заранее заминировали орудия. Не раз случалось так,что орки уничтожив расчёты, разворачивали артиллерийские орудия и открывали огонь по запасным позициям, и исчезали в ослепительных вспышках взрывов. Мало по малу, орки продвигались всё ближе к Аква Селек. Согласно планам имперского штаба, части акадийскй армии отступили к городу и пополнили ряды гарнизона. Командарм 1 ранга Нивель укрепил оборону, доведя гарнизон до четырнадцати пехотных дивизий и шести ста танков при поддержке двух с половиной артиллерийских стволов различных систем, включая семь сотен зенитных орудий. По железным дорогам курсировали двадцать бронепоездов оснащённые корабельными орудиями. Эти бронепоезда были построены техножречеством Марса. Сильно бронированные, на них разместили крупные калибры, снятые с кораблей Аккадии. С мощью корабельных орудий мало кто мог потягаться и целые ватаги орков оставались навсегда там, где орки познали сокрушающий гнев Омниссии. Аккадийцы не жалели никого. Ни наступающие ватаги, ни бригады рабов, зачастую даруя освобождение в смерти порабощённым людям. Бронепоезда делали пару-тройку залпов, стремительно уносились прочь, пока орки нацеливали на них свои орудия. У самого города орков встретили три линии обороны: поэтапная система фортификационных сооружений, противотанковых рвов и заграждений, связанная сетью пехотных траншей и бункеров. Последняя линия защиты пролегала через весь город. Каждая улица, каждый дом были превращены в замки. Перекрёстки стали огневыми мешками. Из стен вынули кирпичи, расширив обзор для пулемётных команд и снайперов. Мины заменили брусчатку, о местоположении которых знали только солдаты гарнизона. Для встречи врага всё было готово. Всё это вместе с решимостью защитников города представляло одну смертельную ловушку. Оркам предстояло умыться кровью, но это их не волновало. Обе стороны готовы были заплатить самую высокую цену за победу в войне.

Пока наземные силы испытывали друг друга на решимость стоять до конца в пустоте развернулось грандиозное сражение. Корабли имперского флота опустились на низкую орбиту и встретили лавину орочьего флота. Не дождавшись, пока вся космическая авиация покинет атмосферу, капитаны кораблей открыли огонь выпустили истребительную авиацию, приветствуя тем самым своих врагов. Высоко в небе расцвели новые светила, озарившие поверхность своим пламенем. Отступать было некуда. Преодолев гравитацию планеты, орки выпустили вееры ракет и потустороннего огня. Разразило-истребители и пустотные бомбардировщики орков, собранные полубезумными механами, напичканные разнообразным энергетическим оружием и прикрытые гудящими силовыми полями, показали неожиданную живучесть. Соревнуясь между собой, механы напичкали летающую технику самым лучшим хламом и хитроумными приспособлениями. Навороченные мегапушки изрыгали испепеляющие потоки энергии, а подвесные пушки окутывали цели локализованными силовыми полями, давя в их лепёшку. На некоторые разразилы установили телепортомегашмалялы, чьи мерцающие лучи хватали жертву и швыряли через варп, после чего те материализовались внутри кораблей имперского флота, или просто разрывали на куски. Ответный огонь безвредно молотил по толстой броне истребителя или просто отскакивал от колышущихся пузырей силового поля. Такие самолёты быстро стали первоочередными целями для экипажей кораблей. По команде канониров, сервиторы наводили лэнсы и ракеты на них. Попав под массивный огонь, силовые поля перегружались и схлопывались, оставляя истребители орков без прикрытия. Самолёты исчезали в мстительном огне, превращаясь в космический мусор. Больше всего злились техножрецы Механикум. Орочьи технологии считались оскорблением Омниссии и как только хитроумные самолёты мехов явили себя в околокосмическом пространстве, ведомые техномагией марсианского жречества, пилоты-сервиторы накидывались гурьбой, забывая обо всех остальных. Силовые поля кораблей мерцали, ловя снаряды орков. Всё же некоторые из них смогли миновать защиту кораблей и нарушили целостность корпусов флота, оставив зияющие пробойны. Члены экипажей, оказавшиеся в местах прорыва снарядов, уносились в холодную пустоту космоса, дополняя уже и так заваленное остовами и осколками самолётов орбиту планеты. Космический мусор стал ещё одной угрозой для сражающихся сторон. Остовы самолётов и их обломки на запредельной скорости разлетались во все стороны, неся смерть всякому кому не посчастливилось оказаться на его пути, а затем обрушивались вниз, сгорая в атмосфере или оставались кружиться вокруг планнеты. За штурвалами космической авиации имперского флота находились либо сервиторы Механикум, либо неофиты Саламандр. И те и другие обладали отточенными навыками пилотирования, и ловко обходили различные угрозы. Орки такими умениями похвастаться не могли. Лётчиками становились те орки, что обожали скорость, грохот, здоровенные пушки и большущие взрывы. О каких-либо навыках пилотирования речи не шло. Главное это добрая порция веселья и хорошая драка. Большего и не требовалось. За многими из пустотных самолётов сидели сами мехи. Они, как и прочие орки, любили поучаствовать в сражении, особенно если оно могло доказать превосходство над собратьями. Такое положение удовлетворяло желание магоса-доминус Даны Нод сократить численность механиков и изобретателей орков. Магос Менетий отслеживал каждый вектор каждого орудия крейсера «Огмиос». Часто он вмешивался в руководство канонира-техножреца, корректируя выстрел. «Огмиос» содрогнулся от серии цепных взрывов внутри корпуса. Одной мыслью-командой он прекратил подачу энергии в повреждённые отсеки и отсёк взрывозащитными дверьми. Своим решением, он обрёк на мучительную смерть три тысячи слуг Омниссии. Авгуры-целеуказатели передали местоположение двух самолётов орков, нанёсших повреждение крейсеру и поймал их в прицел орудий противокосмической обороны. Они подчинились воле магоса и открыли перекрёстный огонь. Лэнс-орудия заставили орочьи самолёты вспыхнуть зелёным светом силовых полей, а затем и светом светила, когда генераторы силовых полей отключились. В разуме магоса высветился список повреждений, но магос Менетий просто отмахнулся от него. Главные системы жизнеобеспечения оставались не повреждёнными, а значит крейсер продолжал бой. Прошёл первый час боя, за ним второй, в начале третьего часа крейсер имперского флота «Ранчеа» содрогнулся от цепных взрывов. По его корпусу пробежали трещины, ещё одно попадание и под гогот орков крейсер разломился на две части. Кадор Вилар в ответ изменил курс фрегата «Плеяда» и ворвался в стаю разразил, испепелив каждого орудиями своего корабля. Отомстив за гибель боевого товарища, «Плеяда» начала набирать высоту, постепенно отдаляясь от планеты. Вслед за ним последовал и «Омгиос». Сражение в космосе подходило к концу. Оставшиеся орочьи эскадрильи бросились в погоню, но встретили только свою смерть. Магом Менетий нарочно старался не оторваться от преследования. Каждое попадание в крейсер посылало импульсы боли в его мозг, однако он стоически терпел. Поднявшись на геостационарную орбиту «Огмиос» выпустил по широкой дуге электромагнитные бомбы. Орки легко увернулись от них, не подозревая об изначальной цели бомб. Магос Менетий расчитал нужное время и расстояние и активировал бомбы. Бомбы разорвались и мощные электромагнитные импульсные волны разошлись во все стороны, гася любую энергию питающую технику. Оставшиеся эскадрильи орков беспомощно зависли. Лётчики ревели и колотили по приборным панелям, желая пробудить свою технику. Механы орков оставили штурвалы и полезли копаться в двигателях. Между тем «Омгиос» и «Плеяда» развернулись и в упор расстреляли беззащитных орков. Космический флот зеленокожих перестал существовать. Победа досталась дорогой ценой. Погибла большая часть авиакрыльев Механикум и Саламандр. Сами корабли были тяжело повреждены и требовали ремонта. Магос Менетий прочёл перечень ремонтных работ и отметил первоочерёдность. Больше всего его взволновало попадание в мастерские Легио Кибернетика. Хотя весь Легио вёл войну на планете, магос Нод вряд ли бы обрадовалась такой новости. Менетий направил две ремонтные бригады для скорейшего восстановления мастерских. Отдавая указания своим техножрецам, магос Менетий забыл о войне на поверхности планеты. Сквозь мощного потока указаний и докладов, его разум ухватил сигнал входящего сообщения. Магос ненадолго оставил ремонт на своих техножпровидцев и открыл канал связи:

— «Мастер флота Кадор Вилар. Каковы ваши повреждения?»- без лишнего предисловия осведомился Менетий.

— «Критических повреждений нет. Но ремонт займёт достаточно времени. В более спокойное время я бы увёл фрегат к ближайшей верфи. Меня больше беспокоят главные орудия. Одна из торпед повредила питание орудий. На ликвидацию последствий уйдёт тринадцать часов. А это может нарушить планы по орбитальной бомбардировке».

— «Не волнуйтесь об этом. На орбите полно разбитых самолётов. Я направил команду для сбора остовов».

— «Мне кажется вы торопитесь, магос. Сражение ещё не окончено»- в голосе Вилара послышались нотки недовольства. Менетия это ничуть не задело.

— «Не торопитесь, мастер флота. Я предлагаю не тратить боеприпасы. Они нам ещё пригодятся. Вместо этого мы соберём уничтоженную технику и создадим инертные снаряды. Расчётное время для изготовления первых снарядов — восемь часов тридцать одна минута».

Кадор Вилар на секунду задумался, а потом кивнул:

— «Хорошо. Тогда я освобожу одну из ремонтных команд для сбора мусора. Все собранное будет направлено на «Огмиос».

— «Благодарю»- отозвался магос и сеанс связи был окончен.

Танки орков расчистили минное поле с помощью тралов и в образовавшуюся брешь хлынула орда машин. Следом за ордой медленно двигалась мобильная крепость. Издалека она казалось будто чей-то безумный гений выкопал замок и установил его на шасси. Вблизи её можно было счесть несокрушимой и в этом была доля правды. Крепость возвышалась над зеленокожим воинством. Вдоль бортов, сложенных из тяжёлых бронеплит , поглядывали орудийные башни, пушки которых могли сравниться с тяжёлыми самоходными орудиями. Почти у самого основания окружающие пространство контролировали стволы автопушек. Бронеплиты поднимались вверх, образуя наклон. Мех орков специально сделал это для увеличения стойкости и утолщения брони. Верхняя палуба имела зубцы с бойницами, венчающие парапет крепости. Орки расхаживали по верхней палубе, вглядываясь вдаль. Каждый держал противотанковое ружьё с оптическим прицелом. В руках зеленокожих их можно было ошибочно счесть за обычные винтовки. В воздушное пространство смотрели зенитно-пулемётные и ракетные установки. Переднюю часть колосса венчала башня с тремя мощными пушками, способных сравниться с главными калибрами морских линкоров планеты. Мощное шасси крепости укрывали бронепластины. Мины были совершенны бесполезны против крепости, но главный мех крепости предпочёл не испытывать судьбу и пустил вперёд авангардные части для разминирования. Он опасался возможного повреждения траков. Тогда бы пришлось остановиться и заняться трудоёмким процессом замены траков. Остановка крепости даже на небольшое время могло вызвать гнев Властелина войны, который мех не хотел испытать на себе. При движении воздух вокруг крепости потрескивал. Наблюдательный глаз мог ясно увидеть силовое поле, укрепившего и без того сильную броню крепости. Крепости ехала с небольшой скоростью, пропуская мимо себя рвущиеся в бой бесчисленные бронированные ватаги орков.

Брумовски ещё ни разу не участвовал в битве, даже в небольших перестрелках. Зато за три учебных месяца он научился отлично стрелять. В знак признания его меткости, его наградили перед строем роты значком егеря. В тот же день Брумовски написал матери о награждении. Личный состав полка от полковника и до рядового состоял из двадцати — двадцати семи летних людей. Молодые парни быстро нашли общий язык. За три месяца обучения иномирцы минийского полка гоняли их не оставляя ни малейшего часа на отдых. Поэтому когда полк отправили на фронт настроение в полку стало необъяснимо радостным. Как отличного стрелка его зачислили в бронебойный взвод. Прибытие на позиции тоже ничто не омрачило. Траншеи и окопы вырыли заранее и замаскировали. В бункерах уже ожидали пайки продовольствия. Брумовски и его сослуживцам осталось только расположиться. Дозоры, дежурство на кухне, физическая подготовка и отработка навыков рукопашного боя, дни ожидания потонули в рутинне. Единственным развлечением оставалось обсуждать слухи, курсирующими от части к части. Люди болтали всякое. От того что прибыли корабли Империума с миллионными подкреплениями до внешности имперских легионеров. Бруновски видел минийскую пехоту и они оказались такими же людьми как и он сам, чем вызвали разочарование. Поэтому он не верил в двух метровых рыцарей, крушащих черепа ксеносов как орехи. В последнюю ночь тишины, он заступил в дозор за три часа до рассвета. Смена проходила как и всегда, невообразимо долго и скучно. Бруновски протяжно зевнул и уже собирался пройтись вдоль траншеи когда горизонт осветили тысячи огней. Он недоумённо посмотрел на часы и встретился с таким же растерянными взглядами товарищей. Осознание пришло к ним одновременно. Война началась.

Следующие дни проходили в небывалом напряжении. Горизонт укутывал сплошной завесой дым, в небе сталкивались эскадрильи противоборствующих армий. Бруновски видел огромное число самолётов ксеносов и как его отважные соотечественники смело бросали им вызов. Спокойная размеренная окопная жизнь прерывалась поисками выживших лётчиков. Своим оказывали первую помощь и отправляли в тыл, ксеносов ожидала только смерть. Вести с фронта рисовали ожесточённые битвы и горы трупов. В один из дней им объявили о прорыве фронта и движении ксеносов к ним.Весь полк с молчаливой решимостью готовился погибнуть, но не опозориться перед павшими. Приближение ксеносов можно было отследить по грохоту орудий. С каждым часом грохот становился всё громче и вот перед взорами дозорных явилась орда разношёрстных танков. Полк поднялся по тревоге. Каждый знал своё место и роты быстро рассредоточились. Авангард орков резко выдвинулся вперёд и также резко остановился. Минут десять орки что-то пристально высматривали на земле и не найдя ничего и протяжно завыл на своём языке в рупор. Тогда орда начала движение. Бруновски видел в прицел как броневики и танки становятся всё ближе. Капля пота скатилась по спине вниз и Бруновски поёжился. Ладони вспотели и солдат постарался дышать как можно ровнее, чтобы первый выстрел был точным. Томительное ожидание прервали хлопки. Первыми заговорили миномёты. Мины разорвались прямо в толпе орков. Несколько машин загорелось, но на это никто из ксеносов не обратил внимания. Заревев «Ваагх», орки набрали скорость и бросились в атаку. Полк послал лавину свинца из всего наличного оружия. Полевые пушки, миномёты, бронебойные ружья и винтовки, всё пустили вход. Орки ответили им не менее яростно. Бруновски посылал патрон за патроном. Сначала он расстрелял бронетранспортёр. Пули пробили броню и убили водителя, а затем настала очередь и остального экипажа. Второй целью стал пулемётчик. Ксенос высунулся из башни танка и в беззаботной кровожадности палил без остановки. Пуля угодила ему в грудь и вышла из спины. Ксенос обмяк и опустился внутрь танка. Люк башни остался открытым и по счастливой случайности туда влетела мина. Танк разорвался на куски, убив и покалечив ближайших к нему орков. Бруновски удовлетворенно улыбнулся и оглянулся. Он собирался похвастаться, но увидел мёртвое тело своего сослуживца Базиля Ламота, подающего ему обоймы с бронебойными патронами. Ламот и Бруновски познакомились на призывном пункте и позднее попали в один полк. За время обучения они сдружились. Два товарища мечтали о том как вернутся домой героями и все девушки будут вешаться им на шею. Но судьба распорядилась иначе. Голова убитого напоминала расколотый фрукт. Каска, защищавшая голову, не смогла остановить кусок свинца. Бруновски охватил страх, а затем обида за то, что он вместо того чтобы работать писцом в заводской конторе, куда его устроил отец, и встречаться с девушками после рабочего дня, может погибнуть. Бруновски прильнул к прикладу и принялся стрелять без остановки. Рядом с позицией Бруновски разорвался снаряд. Парень запоздало пригнулся, но судьба оказалась благосклонной. Ксеносы стреляли в одну из полевых пушек. Когда дым развеялся, Бруновски увидел иссечённый осколками расчёт. Бронебойщик прикинул в уме траекторию выстрела и посмотрел в исходную точку. Трёх башенный танк орков медленно полз по полю бою тщательно высматривая цели. В учебке солдатам рассказывали о том, что ксеносы способны собирать машины любых форм и размеров и чем больше была машина, тем смертоноснее она была. Бруновски счёл своим долгом если не остановить танк, то нанести ему как можно больше повреждений. Первым делом бронебойщик накинул на плечо подсумок с запасными обоймами, подхватил ружьё и побежал по траншее. Сменив позицию, он прицелился в пулемётную башню. За секунду до выстрела, Бруновски увидел тонкую смотровую щель водителя. Резко переведя прицел на неё, Бруновски выстрелил. Танк продолжал ехать как ни в чём небывало. Бруновски выстрелил ещё раз, затем ещё и ещё пока танк не остановился. Затем настала очередь пулемётной башни. Пробить её броню оказалось труднее, но солдат упорно продолжал стрелять. Пулемётчик не оставил это без внимания и дал длинную очередь по позиции бронебойщика. Бруновски не стал дожидаться и успел в очередной раз сменить позицию. На новой позиции он увидел новую цель. Тяжёлый бронетранспортёр быстро сокращал дистанцию до траншей, стреляя сразу из пяти башенных пулемётов, цилиндрической формы, расположенных в два яруса. Бруновски забыл о танке и занялся бронетранспортёром. Только разрядив три обоймы в него, он заставил его остановиться. К бронетранспортёру не заметно для врага подполз пехотинец и кинул связку гранат. Раздался взрыв и левое шасси разлетелось на части. В бронетранспортёр полетела ещё одна связка гранат и только после него машина загорелась. Люки открылись и из машины показались оствшиеся члены экипажа. Пехотинцы расправились с ними. Бруновски мстительно кивнул и поспешил снова сменить позицию. Несмотря на все старания солдат, орки ворвались в траншеи. Многобашенные танки принялись стрелять вдоль траншей, скашивая пехотинцев. Кто успел нырнуть в блиндажи или укрыться в других линиях остались целы и продолжили бой. Орки не оставались в долгу. Танки расстреливали в упор из своих пушек укрепления, оставляя после себя разрушение и смерть. В ответ люди расползлись по траншеям как крысы, неоднократно заходя в тыл наступающим колоннам. Танки закидывались гранатами и бутылками с горючей смесью. Орочьи экипажи и шедшие за ними штурмовки попадали под перекрёстный обстрел. Орки смело бросались в атаки, оглушительно ревя, при любой возможности переходя в рукопашную. Нательная броня выдерживала лавину винтовочных пуль и стороны сходились в коротких кровавых схватках. Очень скоро Бруновски сменил танки на штурмовиков. Бронебойные патроны справлялись там где не могли винтовки. Орки гибли один за другим, но этого было мало. Топорами и мечами, а в некоторых местах и кулаками, они уничтожали аккадийцев, всё больше углубляясь в оборону. Страшнее всего оказались поджигатели. Неся большие баки на спинах, они заливали всё вокруг горящим топливом, состоящим из летучей смеси газов и жидкостей. Вопли сжигаемых заживо людей деморализующе действовали на защитников. Не сумев быстро прикончить поджигателей, солдаты бежали кто куда мог. Хуже всего были огнемётные танки. После того как с артиллеристами покончили остановить их было не кому. Орки пристально следили за тем чтобы к ним не подобрались с тыла. Бруновски заметил поджигателя беспечно шагающему по полю боя и послал последний оставшиеся патрон. Бак взорвался, превратив орка в факел. Аккуратно положив ставшим бесполезным ружьё, Бруновски достал из кобуры автопистолет. Лёгкое и компактное оружие собрали по схемам имперских инженеров или как они себя называли жрецами Механикум. Во время инструктажа по использованию нового вида личного оружия Бруновски успешно пропустил мимо ушей всё что не касалось оружия. Солдат передёрнул затвор на всякий случай и побежал. Бой постепенно затихал. Бруновски бежал что было сил, находя только мёртвых. Вражеские танки проезжали мимо, паля во все стороны. Штурмовики обыскивали каждый закоулок траншей, добивая выживших. Незаметно для себя бронебойщик оказался рядом со штабом полка. Точнее с тем что от него осталось. Снаряд пробил стену блиндажа и оставил после себя наполовину засыпанную яму. Бронебойщика охватило отчаяние от осознания тщетности всех усилий. Орки перебили полк и двинутся дальше. Он задумался о том что делать. Единственной здравой мыслью ему показалось бежать куда-нибудь подальше, но тут на глаза попалась неповреждённая полевая пушка. Снаряды и гильзы лежали вперемешку с артиллеристами. Бруновски тяжело вздохнул и решил отплатить ксеносам за пролитую кровь однополчан. Он направился к единственной уцелевшей пушке. Бронебойщик взял один из снарядов и загнал в казённую часть. Целится ему даже не пришлось. Бруновски просто навёл орудие и послал снаряд в ближайший четырёхбашенный танк орков. Одна из башен слетела со своего места. Из корпуса показалось пламя. Бруновски в последний раз в своей жизни радостно рассмеялся. Оставшиеся башни повернулись к нему и синхронно выстрелили в ответ.

Дана Нод смотрела на жирное зелёное пятно. Если бы в ней осталось хоть немного плоти, то она бы испытала сильное отвращение. Гололит в очередной раз моргнул и жирное зелёное пятно превратилось в паука, дёргающего за нити паутины. От подёргиваний зелёные клинья меняли свои направления, расползаясь как зараза в теле человека.

— «Хорошая новость. Властелина войны искать не пришлось. Плохая, добраться до него будет сложно»- проговорила она. Её логис имплант рассчитывал десятки схем и последствий действий и не находил ничего, чтобы её удовлетворило.

— «Моя рота возьмёт крепость штурмом, если только мы сможем избавиться от щитов» — заверил её капитан Саламандр.

— «Без поддержки флота это сделать невозможно. Боевых машин слишком много. Придётся пропустить её в город».

— «Я получил сообщение от Вилара. Флот будет готов к бомбардировке через четырнадцать часов, как только будет закончен аварийный ремонт».

— «Тоже самое сообщил и магос Менетий».

Полковник Стаут вгляделся в гололит и произнёс:

— «Орки опережают график наступления на три часа. За это время мобильный резерв перебросит только шестьдесят процентов своего состава. Этого должно будет хватить для прорыва к крепости».

— «Для прорыва, не для штурма. Потери составят восемьдесят — девяносто процентов. Легионеры смогут ворваться в крепость, но численность гарнизона, как и внутреннее строение крепости нам не известно. Мы просто погибнем, не добившись ничего»- отмёл предложение полковника Аксман.

— «А если поддержать прорыв резервом центральной группы? Пусть орки сначала измотаются в городском сражении, а затем мы всеми силами ударим по ним»- предложил Мегрен Вальмон.

— «Не получится. Солдаты не имеют боевого опыта. Вокс-связью обеспечено сорок процентов наземной техники. Командование младшего и среднего звена плохо знает методы ведения мобильной войны. Неизбежны ошибки, а с ними и излишние потери личного состава. Авиация разгромлена. Тяжёлая и осадная артиллерия рассредоточена по всему фронту. Плотность огня будет недостаточной»- Нод покачала головой — «Нас ждёт полное фиаско».

Мегрен Вальмон внимательно слушал имперских командующих, стараясь не упустить ничего, но он не понимал только одного и поэтому спросил:

— «Капитан Аксман, если ксеносы потерпели поражение в космосе и находятся под угрозой масштабной бормбардировки, то почему они не отступят и не рассредоточат свои войска? Ведь Властелину войны должно быть понятно. Время не на его стороне».

— «После уничтожения космического ударного флота ксеносов, жрецы Марса перехватили приказ об активации «атомных поездов». Пока мы в точности не знаем о чём именно идёт речь, но есть подозрения о наличии ракетных комплексов подвижного железнодорожного базирования. Сейчас мы пытаемся установить их местоположение и численность»- объяснил Аксман.

— «Что ж. В таком случае остаётся только ждать и надеяться на благоприятный исход событий»- подвёл итог Мегрен.

Бронепоезд протяжно завыл прежде чем остановиться. Инерция ещё заставляла его двигаться, а орки уже выпрыгивали для того чтобы размяться в поле. Между ними тут же завязывались драки или устраивались спарринги с холодным оружием. В обоих случаях места схваток тут же собирались толпы и зеленокожие на своём языке подбадривали бойцов. Бронепоезд мало чем отличался от остальных. Так же обвешенный различными пушками и выкрашенными в жёлтый цвет орудийными башнями. Броню бронепоезда украшали черепа людей и знамёна из человеческой кожи с написанными на них рунами. Бронепоезд служил одновременно и устрашением и смертельным оружием. Единственным отличием от прочих было то что бронепоезд передвигался по сверхширокой колеи железной дороги. Это намекало на скрытое оружие внутри вагонов. Технодесантник Саламандр Дронар Сток первым заметил это отличие и сразу же сообщил своему капитану. Орбитальные авгуры моментально перестроились на поиск железнодорожных путей и вскоре на тактическом гололите добавилась ещё одна карта. Имперскому штабу сразу стало понятно где искать атомные поезда. Капитан Аксман взял на себя ответственность за поиск и уничтожение. Магос с ним согласилась. Космодесант куда лучше подходил для рейда по тылам противника.

Рота быстро заняла свои места в транспортных отсеках и в небо поднялись «Огненные хищники» и «Штормовые орлы» Саламандр. Корабли шли на низкой высоте, чтобы не привлечь внимание фронтовой авиации. Встреченные по пути ватаги быстро уничтожались «Огненными хищниками». Саламандры стремительно пронеслись через линию фронта и разделились. «Огненные хищники» проследовали вдоль линии фронта в поисках крупных скоплений зеленокожих. Они нападали на аэродромы, ремонтные мастерские, склады и немногочисленные пункты связи, дезорганизовав и без того хаотичное управление ордами зеленокожих. «Штормовые орлы» углубились глубоко в тыл и смогли незаметно высадить космодесантников. Рота оставила отделение своих братьев для охраны «Штормовых орлов» поспешила к первой цели, а транспорт укрыться среди деревьев. Движение атомных бронепоездов постоянно отслеживалось. Зная время и скорость движения Саламандры смогли заблаговременно укрыться, организовав засады.

Орки не заметили присутствия воинов Императора и старались развлечь себя. Но несмотря на орочью беспечность, от взгляда скаутов не укрылись пристальное внимание авгурных систем бронепоезда. Орудийные башни тоже постоянно шарили в поисках целей. Аксман дождался пока поезд окончательно остановиться и активировал заряды. Впереди и позади поезда пути оказались разорваны . Вместе с взрывами поднялись Саламандры. В своей ярости орки не стали укрываться за бронёй поезда. Возмутительно заревев они накинулись на космодесантников, бездумно прикрыв тем самым Саламандр от собственных орудий. Космодесантники побежали навстречу оркам, стремясь быстрее добраться до бронепоезда. Орков расстреливали из болтеров, а как только они приблизились в ход пошли мельты и огнемёты. В толпе орков образовался разрыв и Саламандры, выставив щиты, бросились в него. В ответ заговорили башенные орудия, но за секунду до них из укрытий открыли огонь автоматические турели «Тарантул», оснащённые набором спаренных лазпушек. Единственный выстрел лучом испепеляющего света турели уничтожал бронированные орудийные башни орков. Воспользовавшись замешательст-вом, Саламандры добрались до вагонов поезда. В амбразуры влетели потоки плазмы и внутри вагонов послышались приглушённые крики боли. Двери расплавили мельта-зарядами и штурмовая группа космодесантников ворвались внутрь бронепоезда. В яростном ближнем бою в тесноте вагонов бронепоезда, орки не смогли противостоять элитным воинам Империума. Орки не предусмотрели возможность вторжения внутрь бронепоезда и поэтому оказались неспособны отразить вторжение. Пытаясь хоть как-то задержать Саламандр, орки баррикадировали переходы, спешно устраивали огневые точки, но всё было тщетно. Прикрываясь абордажными щитами, Саламандры неуклонно шли, очищая вагон за вагоном от орков. Щиты поглощали плотный вражеский огонь, позволяя космодесантникам прорываться дальше. Проходы расчищались огнём болтеров и осколочными гранатами. Применять внутри бронепоезда огнемёты и мельты Аксман поостерёгся. Несмотря на свой гений в создании различных машин, орки часто были крайне небрежны в их сборке. По неизолированным кабелям мог быть бежать ток, движущиеся части машин работать без защитных кожухов, а баки с прометием протекать. Пока внутри бронепоезда разворачивалась резня, снаружи бой принимал всё более ожесточённый характер. Орудия бронепоезда не могли поразить космодесант-ников и излили свой гнев на автоматические турели. Оставив команды сдерживания, орки высыпали из вагонов и попытались обойти Саламандр. Но и тут усилия ксеносов оказались тщетны. Саламандры выстроили из щитов импровизированную стену и вели прицельный огонь. Стаб-оружие орков не могло пробить щиты и доспехи. Не прошло и часа сначала боя как всё было кончено.

Дронар Сток возглавил штурмовую группу. Продвигаясь по вагонам он испытывал сильное отвращение от увиденных ксенотехнологий. Первыми вагонами от локомотива оказались вагоны-общежития. Они попадались и дальше, разбросанные по составу. Как правило обстановка в них была идентичной. Грубо сваренные койки и столы. Развешенное мясо. Куча сваленного вдоль стен мусора. Вагоны-общежития разделяли технологические вагоны. Дизель-электростанция, мастерская-аппаратная, полная всяких контрольно-измерительных приборов и станков, склад запчастей и командный пункт. Командный пункт был битком набит когитаторами систем боевого управления и пультами. Очистив помещение, Дронар Сток подошёл к когитаторам и, прошептав литанию защиты, подключился к ним. Дух ксеномашины возмутился наглому вторжению и попытался сжечь разум технодесантника. Но благословлённый Омниссией дух доспехов Стока отразил нападение и жёстко сокрушил злобную волю духа бронепоезда. Тот пал и смиренно покорился, предоставив полный доступ к системам бронепоезда. Технодесантник отключил все оружейные системы и потратил немного времени для изучения информационных хранилищ, после чего связался с капитаном. Аксман ответил незамедлительно:

— «Слушаю».

— «Бронепоезд захвачен, а его дух сокрушён. Обнаружена связь с другими атомными поездами и передвижной крепостью. Возможно использование ракетного вооружения».

— «Цель и назначение машины?»- моментально спросил Аксман.

— «Назначение — Боевой железнодорожный ракетный комплекс. Двигательная установка -локомотив с ядерной энергетической установкой. Боеприпасы — орбитальные стратегические ракеты с разделяющейся ядерной боеголовкой, мощность каждого блока — девять мегатонн. Число ракет — три единицы. Цель — уничтожение кораблей на орбите планеты. Анализ данных. Согласно данным на вооружении имеются двенадцать ракетных комплексов аналогичной конструкции»- безэмоциональным голосом ответил Дронар.

— «Вероятность перехвата управления ракет удалённым доступом?»- осведомился Аксман.

— «Минимальная, но возможно с вероятностью двадцать процентов»- тем же голосом ответил Дронар.

— «Скопируй данные инфохранилищ. Позже передадим Механикум для исследования. Наведи ракеты на остальные атомные поезда и затем уничтожь».

— «Выполняю» — коротко ответил технодесантник.

Сирены по всему бронепоезду взвыли. Загорелись лампы красного цвета и из динамиков раздался грубый голос ксеноса, орущим что-то на своём языке. Аксман отдал команду о эвакуации. Космодесантники установили заряды и поспешили к месту сбора. Дронар Сток остался один. Орки всегда собирали смертоносную технику как для врагов, так и для самих себя. По этой причине братья оставили Стока. Из всей роты только он один мог запустить ракеты, поскольку был обучен таинствам техноаркан на самом Марсе и принести ксеносам заслуженное возмездие за загубленные жизни. Люки пусковых установок открылись и гидравлика поставила ракеты вертикально вверх. Дронар сверился с координатами других атомных поездов, дождался пока закончится отсчёт и запустил ракеты. Пламя вырвалось из сопел ракет и они одновременно плавно поднялись над поверхностью. Вдруг пламя исчезло и в один краткий момент показалось что они рухнут, но, развеивая любые сомнения в орочьих инженерных умениях, пламя вновь вспыхнуло и ракеты устремились в небо. Аксман проводил взглядом ракеты, оставляющих яркие следы в закатном небе и велел всем грузиться в «Штормовые орлы».

Огромная волна цунами обрушилось на Аква Селек. Все линии обороны ощутили на себе тяжесть удара. В небе плыло неисчислимое количество самолётов. Проходя над укреплениями они сбрасывали тонны бомб и неуправляемых ракет. Зенитные расчёты посылали столько же снарядов в ответ. Самолёты ксеносов из небесных кораблей превращались в бомбы, неся смерть всем кому не посчастливилось оказаться внизу. Властелин войны испытал оборону на прочность и найдя её крепкой, сменил молот на рапиру. Ватаги танков и прочей тяжёлой техники перестроились и сформировали клинок, который наносил колющие удары и пробивал броню укреплений. Создав брешь орки веером расходились, расширяя место прорыва и тут же перестраивались для взлома следующей линии. За сутки орки смогли взломать оборону и ворваться в город. Отряды штурмовиков оставались для прикрытия флангов. Анри Нивель организовал ряд контратак в надежде сломать клинок наступления, но все они были отбиты с тяжёлыми потерями для обоих сторон. В самом городе клинок застрял, уткнувшись в мешанину домов. Орки сносили каждый дом. В танки и шагоходы медленно ползли среди щебня и сожжённых машин. Ксеносы обыскивали каждый закоулок и натыкались на многочисленные ловушки. Смерть собирала обильный урожай из душ погибших. Единственным действенным оружием в распоряжении Нивеля остались новые системы реактивной артиллерии, созданные техножрецами. Конструкция новых боевых машин была проста и эффективна. В сжатые сроки по требованию техножрецов правительство Акадии собрала со всей территории своей империи грузовые автомобили повышенной проходимости. Кузовы убрали и установили рельсовые направляющие и устройства наведения. В задней части машины находились два домкрата, обеспечивающие большую устойчивость при стрельбе. Главной боевой частью стали реактивные снаряды. Совместное применение десятков ракет одновременно также создавало интерференцию взрывных волн, что ещё более усиливало поражающий эффект. Когда две волны детонации встречались, газовое давление взрыва в месте встречи резко возрастало, вследствие чего осколки имели значительно большее ускорение и разогревались до восьмиста градусов и имели хорошее зажигающее действие. Металл плавился, сжигая заживо экипажи. Атакующие орки сгорали во всепоглощающем огне, но не могли остановить волны ксеносов. В места, где атакующие ватаги орки захлёбывались, Властелин войны отправил свой главный резерв, псайкеров-чудил. Чудилами служили сосредоточием психической силы орков, подсознательно генерируемой всеми зеленокожими, — энергией, что связывает их всех воедино. Вокруг голов чудил начинали сверкать вспышки, из глаз летели искры, а изо рта, носа и ушей сочились струйки чистой энергии. Зелёные молнии разрывали врагов в клочья и приводили зеленокожих в состояние неистовой агрессии. Здание банка содрогнулось и с потолка посыпалась штукатурка. Нивель снял фурашку и стряхнул с неё пыль, затем смахнул её с карты города. Амар Альбер прочертил новую линию на карте и произнёс:

— «Парковый район окончательно потерян. Контратака 239 полка отбита. Его остатки отошли на исходный рубеж».

— «Передай четвёртому реактивному дивизиону накрыть весь район»- бросил в ответ Нивель. В подвал незаметно для всех спустился незнакомый офицер. Он бросил короткий взгляд и найдя командарма, направился к нему.

— «Полковник Анатоль Сенешаль. 73 гвардейский пехотный из 2 резервного корпуса»- представился офицер.

Нивель посмотрел ему в глаза и в место традиционного приветствия подошёл и обнял Сенешаля.

— «Ты как раз вовремя. Оборона сыпется. Орки уже забрали себе вокзальную площадь и теперь тебе предстоит её вернуть. Берите как можно больше гранат. Бросил гранату и вперёд, залёг, снова бросил и снова вперёд. Крадитесь между развалинами и остовами танков как крысы, но отбейте. Вокзал должен функционировать во чтобы то ни стало. Не считайтесь с потерями. Судьба города, а может и всей битвы в ваших руках».

Сенешаль выслушал наставления Нивеля и откозырнув, покинул штаб. Нивель устало опустился на стул. Амар протянул флягу командующему:

— «Бурбон. Выпейте, вам не помешает снять напряжение».

Нивель благодарно кивнул и отхлебнул из фляги.

— «Спасибо, но вряд ли поможет. Неистовство ксеносов никак не удаётся погасить. Половина города в их руках, а первые сутки ещё не прошли».

— «Не обращайте внимания. Оборона города ещё крепка. Пусть ползают себе по развалинам и истекают кровью, легче будет скосить этот колос»- успокаивающе сказал Альбер. Нивель обратил внимание на карту. Ксеносы пробили себе дорогу внутрь Аква Селек, но эта дорога была похожа на тонкое бутылочное горлышко. Все три линии обороны оставались на месте и пусть они не представляли одну сплошную линию, полки продолжали сражаться, не позволяя расшириться прорыву.

Бронепоезд остановился у самого края развороченной железнодорожной колеи. Из вагона поднялся длинный ствол гаубицы и раздался первый выстрел. Снаряд попал в бывшую колокольню. Башня содрогнулась и рухнула, похоронив корректировщиков. Отряд оков перемахнул через неё и углубился в храмовый комплекс. Из окон собора заговорили пулемёты. Упали первые погибшие, но орки продолжали бежать. Гаубица снова выстрелила и крыша собора обрушилась. Пулемёты замолчали, к радости атакующих и орки ворвались в здание. Прикончив выживших, они тут же занялись восстановлением опорной точки. Через полчаса гарнизон контратаковал. Вручную выкатив полевые пушки, солдаты в упор обстреляли стены собора, проделав бреши и пехотинцы устремились в них. Артиллеристы поддержали атаку осколочными снарядами. В замкнутом помещении собора укрыться от шрапнели было негде и орки израненные, но ещё живые стали лёгкой добычей. Перебив ксеносов, солдаты заняли руины собора и занялись тем же, чем полчаса назад делали орки. Такое повторялось по всему городу. Руины переходили из рук в руки. Не редко враждующие стороны разделяла стена или лестничный пролёт. Всё что могло послужить укрытием занималось отрядами людей или ксеносов и превращалось в рубеж обороны. Ночь сменила день, а в городе было по прежнему светло. Многочисленные пожары освещали метр города, не оставляя теням ни шанса на существование. В дополнении к ним на горизонте расцвели грибы ядерных взрывов. Ударные волны вызвали сильные помехи в атмосфере и вокс-связь на время прекратила вещание. Дрожь ощутилась по всему региону. Орки, те кто был ближе всего к взрывам, упали на землю. С неба посыпались самолёты зеленокожих, когда их достигла ударная волна. Люди не знали что именно произошло, но всё равно воодушевились, поскольку взрывы виделись на территории ксеносов. Несмотря на разрушения, за пределами города продолжала без остановочно громыхать тяжёлая артиллерия. Отличить где свои, а где чужие не могла ни одна из сторон. Огонь открывался по первому требованию, часто накрывая залпами свои отряды. Нивель сстарался грамотно использовать дивизионны реактивной артиллерии. Машины опустошали боеприпас и уносились с места до того как туда прилетал ответ. В гуще сражения мало кто обратил внимание на ядерные взрывы. Обе стороны продолжали убивать друг друга, ни на что не обращая внимания.

Гололит померк и не зажёгся снова. В штабе воцарилось молчание, прерываемое только щёлканьем вокс-передатчиков. Мегрен Вальмон удивлённо посмотрел на него и спросил:

— «Что произошло?».

Магос какое-то время молчала, закрыв глаза и, только после того как гололит снова загорелся, ответила:

— «Идёт обновление данных. Капитан Аксман использовал оружие орков против них. Атомные поезда оказались ещё одним средством космической обороны. Интересно, откуда орки смогли взять материалы?».

Её холодный взгляд пронзил Мегрена. Вальмон поёжился и пожал плечами:

— «Не знаю. Очередные чудеса ксеносов?».

— «Надо будет разобраться. У них ещё осталось две ракетных установки. Уничтожить корабли у них теперь не удастся, но использовать для возмездия вполне».

— «Тогда их уничтожение — первостепенной важности».

— «Саламандры уже заняты этим»- успокоила Вальмона магос.

Взрывы на короткое время ослепили авгуры атомного поезда, чем незамедли-тельно воспользовался капитан Саламандр. Атмосфера ещё содрогалась, а «Штормовые орлы» космодесантников мчались на полной скорости к цели. Пилоты проявили недюжее мастерство в ручную наведя ракеты на атомный поезд. Ракеты отсоединились от крыльев и устремились к бронепоезду. Броня не выдержала и ракетный комплекс разодрало на части. По орудийным башням застучали болты. Орки открыли ответный огонь, но уже было поздно. «Штормовые орлы» активировали ракетные установки, установленные в корпусах транспортников. Новая волна ракет оставила кучу покорёженного металла. Космодесантники покинули десантные отсеки и побежали к вагонам с ядерными ракетами. Остановить их никто не пытался. Немногие выжившие предпочли бегство, Саламандры не дали им этого сделать. Безжалостно расстреляв беглецов, сыны Вулкана заминировали остатки ракетного комплекса и покинули поле боя.

— «Кадор Вилар»- позвал Аксман по вокс-связи.

Атмосферные колебания ещё создавали помехи, но через них уже можно было прорваться.

— «Капитан, слушаю вас»- услышал сильно искорёженный голос Аксман.

— «Необходимо срочно провести бомбардировку по координатам сорок градусов семнадцать минут пятьдесят минут северной широты и сорок девять градусов тридцать минут восточной долготы».

— «Слушаюсь. Бомбардировка через три минуты».

«Штормовые орлы» поднялись в небо и отправились в расположение Легио. В ту же минуту ракетная шахта фрегата «Плеяда» опустела. Когда транспортно-боевые корабли пересекали линию фронта далеко позади них расцвёл огненный цветок.

— «Отчёт. Крейсер «Огмиос» готов приступить к бомбардировке. Время выхода на нижнюю орбиту — две минуты».

— «Запрос. Орбитальная бомбардировка. Цели — согласно тактической информации. Файл е32фц. Запрос. Бомбардировка дополнительной цели — примечание «Мобильная крепость» — зарегистрировано наличие силовых щитов. Приоритет — бомбардировка основных целей».

— «Ответ. Расчёт произведён. Орбитальная бомбардировка по основным и дополнительным целям через одиннадцать минут двадцать семь секунд. Смерть врагам Бога-Машины».

Жители Экрона давно не помнили как выглядят атомные взрывы и орбитальная бомбардировка. В забытую эпоху восстания машин планета подверглась опустошению и затем восстановлена в последующие тысячелетия упорным трудом бесчисленных поколений людей. Но битва при Аква Селек напомнила жителям об этом. Атомное пламя разожгло огромный пожар в регионе. Леса горели, водоёмы и ручьи пересыхали от жара, местность отравлялась радиацией. Весь тыл фронта зеленокожих горел. Пытаясь спастись от неминуемой смерти из-за огня и радиации, зеленокожие по всему фронту накинулись на позиции людей, стремясь опрокинуть защитников во чтобы то ни стало. Утихший фронт вспыхнул с новой силой.

Корабли опустились на орбиту и на поверхность обрушился весь имеющийся арсенал. Лазеры и макроснаряды падали на головы орков, не оставляя ни малейшего шанса выжить. Броня бронетехники не была рассчитана сопротивлению такой разрушительной силы. Это была не точечная бомбардировка, применявшееся ранее. А опустошительное планомерное истребление. Нельзя было ни убежать, ни спрятаться. Орочьи ватаги, ведущие ожесточённые бои за город, миновала печальная судьба, постигшая зеленокожие орды за пределами города. Магос Менетий и мастер флота Саламандр Кадор Вилар стреляли по площадям, стремясь уничтожить как можно больше техники орков. Защитникам Аква Селек предстояло самим уничтожить орков.

Магос Дана Нод терпеливо изучила тактическую информацию и удовлетворившись результатами работы авгуров бросила пару прощальных слов Мегрену Вальмону. Тот просто кивнул ей в ответ и вернулся к управлению войсками. Полковник Стаут последовал вслед за магосом. Не сказав друг друга ни слова, они разошлись по ждущим их шаттлам. Несмотря на немногословность, все трое командующих знали что надо делать. Наступило время третьей фазы. Шаттлы поднялись в небо и как только они приземлились в местах назначения, в движение пришли свежие имперские резервы. Семьдесят тысяч акадийских солдат шли под знаменем Империума Человечества по опустошённой бомбардировкой земле, неся мщение за убитых соотечественников. Их тела прикрывала имперская броня, состоящая из нескольких слоёв композита абляционного и амортизирующего материала, способного поглотить и рассеять большую часть кинетической и термической энергии, и эффективно защищающего против пуль, лазерных лучей, осколков и близких взрывов. Избранные из тысяч солдат акадии гордились оказанной честью и готовы были оправдать возложенные на них ожидания.

Колло шёл в одном строю со своими солдатами. Танки «Леман Русс» двигались чуть впереди, прикрывая пехотинцев. Чуть позади строя пехоты следовали боевые машины пехоты «Химеры». Для Колло, как и для всех прочих акадийцев, имперская техника внушала уважение и надежду на выживание. Жрецы Механикум оснастили БМП «Химера» пакетами первой помощи и радиостанциями, позволяющими пехоте вызывать огонь артиллерии и быть в курсе общей ситуации на поле боя. Кроме этого, объёмный грузовой отсек «Химеры» перевозил большое количество боеприпасов, что во время боя могло оказаться очень кстати. В башнях большинства «Химер» установили мультилазеры. Никто из акадийцев не знал точно про это имперское вооружение, но на учениях показали как стволы мультилазеров обрушили на мишени поток испепеляющей энергии. Боевым офицерам сразу стала видна способность мультилазеров косить ряды лёгкой пехоты врага и уничтожать лёгкую бронетехнику. Помимо боевых моделей «Химер» в войска поставили командирские и санитарные машины. Командирские модели имели мало места для экипажа, зато битком набиты вокс-аппаратурой. Но больше всего солдат впечатляли санитарные машины. До них раненых с поле боя выносили на себе санитары. Тащить истекающих кровью людей через всё поля боя под огнём противника являлось трудной задачей. На плащ-палатках, собственных плечах, ползком, под постоянными обстрелами. И первую помощь раненым оказывали чаще всего под обстрелом. Сейчас же к раненому могла подскочить «Химера», прикрыть своей бронёй и вывезти человека прочь. В снаряжение санитара входили бинты и обезболивающий наркотик. В санитарной «Химере» можно было найти разное медицинское оборудование, от аптечки до реанимационных приборов.

— «Интересно, а как оснащены первые полки отправившиеся в космос по требованию Терры?»- промелькнула мысль у Колло.

Люди размеренно шли по опустошённой местности, выискивая выживших ксеносов. Удивительно, но они находились среди груд покорёженного металла, бывших недавно грозными машинами войны. В свирепых криках зеленокожих Колло слышал не прикрытое отчаяние. Они не просили о пощаде и не пытались убежать или спрятаться. Оставаясь верными своей природе, они бросались в бой и умирали. Имперская армия уничтожала всех на своём пути. В последних рядах наступающих колон следовали огнемётчики. Они сжигали ксеносов предотвращая ксенозаражение.

— «Ударный отряд «Гоплит», смените направление на юго-западное» — услышал Колло приказ в вокс-бусине.

— «Зачем?» — поинтересовался он.

— «Крепость орков ещё функционирует. Основные силы пойдут на штурм. Авангард продолжит зачистку местности» — объяснил вокс-оператор.

— «Приказ понял. Исполняю» — отозвался Колло. Колоны развернулись и последовали по указанному направлению. Авангард покинула большая часть танковых соединений и лязгая гусеницами покатились вперёд, обогнав пехоту.

Колло рассматривал крепость орков в бинокль, сидя на броне «Химеры». Удивительным образом она не пострадала при орбитальной бомбардировке. Медленно она катилась туда откуда пришла, но не могла сравниться со скоростью имперской бронетехники. Её обходили со всех сторон, держась на почтительном расстоянии, как стая волков преследующая добычу. Как только кольцо сомкнулось каждый солдат услышал голос полковника Стаута, передаваемый через все вокс-динамики.

— «Акадийцы перед вами находится пристанище того кто принёс войну в ваш мир. Властелин войны, как в своём высокомерии называет себя трусливый ксенос, прячется за стеной своей крепости. Он бросил своих сражающихся родичей и убегает прочь от вашего гнева. Не дайте ему сбежать. Пора вытащить его из логова и отомстить за погубленные жизни. Вперёд. В атаку. Не знайте жалости» — вещал полковник.

Его слова воодушевили солдат и они одновременно со всех сторон бросились на стены крепости. Танки послали град снарядов как только достигли эффективного расстояния дальности орудий. Наводчики не целились. Крепость была прекрасно видна среди выжженной пустыни. Остовы орочьей техники стали укрытием, а «Химеры» передвижными щитами для отрядов пехоты. Крепость тоже не осталась в долгу. Как только о её стены застучали первые снаряды, она ответила. Ураган ответного огня разорвал передовые танки. Появились первые убитые и раненые. Акадийцы шли на приступ сквозь завесу огня и стали, не обращая внимание на потери. Заплатив кровавую дань, акадийцы приблизились вплотную и увидели помятые, но не пробитые стены крепости. Небольшое число мелких башенок В «Химеру» влетел ослепительный шар сверхнагретой материи и она исчезла в пламени взрыва. Ударная волна опрокинула Колло на землю. Оглушённый капитан почувствовал как кто-то схватил его за ворот и потащил по земле.

— «Ты в порядке? Ран не видно» — услышал он голос своего друга Атталя.

— «Всё хорошо» — глухо отозвался Колло. Звон в ушах заглушал битву, движения вокруг казались замедленными. Колло постарался собраться и окинул поле боя. Сама крепость пострадала слабо, танкисты смогли повредить или уничтожить большинство автопушек и небольшое количество орудийных башен, а вот сами стены оказались не по зубам.

— «Проклятье! Атака захлебнулась. Нам нужна тяжёлая артиллерия» — гневно прошептал он. Капитан повернулся к Атталю и приказал:

— «Вольт, пробегись и собери всех кого сможешь, после дуйте со всех ног к основанию крепости. Я пойду в противоположную сторону и сделаю тоже самое. Если достигните стен, постарайтесь найти вход. Не важно где».

Атталь кивнул и оба офицера побежали собирать залёгших за укрытиями солдат. Капитан не был единственным кто решил во чтобы то ни стало достичь крепости орков. Мало по малу отделения пехотинцев под прикрытием своих танков и остовов орочьих достигли стен крепости. Они моментально рассредоточились и принялись искать возможность проникнуть внутрь. Первым делом установили мельта-заряды на бронированное шасси и сильно его повредили. К сильному неудовольствию главного меха крепость вынуждена была остановиться. Тогда пехотинцы подорвали мельта-зарядами стены и проделав небольшую брешь, устремились внутрь. Там уже их уже ждали. Первые пехотинцы прошедшие через брешь тут же пали, будучи расстрельными в упор. Орки предвидели такую возможность и укрепили нижнюю палубу пулемётными гнёздами и щитоносцами. Акадийцы оказались зажатыми с двух сторон. В проломе на укреплённых позициях людей ждали орки. Укрыться от их огня было негде, а с другой стороны, с высоты верхней палубы, орки радостно палили по снующим внизу людям. Капитан Колло отрядил половину солдат под командованием Вольта Атталя для уничтожения стрелков верхней палубы. Сделать это оказалось крайне трудно, если не невозможно. Орков укрывал от выстрелов зубчатый парапет и они могли прекрасно видеть что твориться внизу. Акадийцам же прятаться было негде. Стоило только отойти к подбитой или уничтоженной техники, как люди попали под обстрел орудийных башен и оставшихся автопушек. Оставаться у стены также было невозможно, люди были у орков как на ладони. Пробиться внутрь также невозможно. Из вокс-переговоров капитану стало ясно, что штурм провалился. Доклады от оставшихся батальонных и ротных командиров нарисовал картину полного поражения. Колло видел единственный выход из создавшегося положения. Отступление. Он активировал вокс-передатчик и вызвал штаб:

— «Гоплит один, говорит гоплит три. Приём».

— «Слушаю гоплит три»- услышал Колло голос Гиндена.

— «Мы застряли у бреши. Прорваться в крепость не представляется возможным, как и оставаться на месте. Для прорыва необходима поддержка тяжёлой артиллерии или разрешение на отход».

— «Гоплит три. Командованию прекрасно известно о положении. Окопайтесь и держите позицию. Подкрепления уже высланы».

— «Гоплит один. Приказ принял».

Колло плюнул на землю и зло подумал:

— «Окопайтесь. Командование вообще знает что скоро нас всех здесь перебьют?».

Командование не просто знало об этом. Холодный кибернетический разум Механикум учёл успехи и неудачи, потери в людях и технике, возможности исхода штурма и вероятности хода боя и свёл в единую формулу, в решении которой нашлось оптимальное решение.

Орки увлеклись истреблением акадийцев и на время забыли об экранах авгуров, что предупреждали о появлении в небе хищных птиц. Археоптеры Механикум спикировали с высоты и очистили верхнюю палубу залпами фосфорных и лазерных пушек от присутствия ксеносов. К окровавленной палубе опустились «штормовые орлы» и отряды космодесантников спрыгнули на неё. Как только сабатоны коснулись металлического настила Саламандры устремились к основной башне крепости. Расчёт орудий состоял из низкого роста, но мускулистых орков. Снаряды подавались элеватором из зарядного хранилища. Элеватор издавал страшный шум, с усилием поднимая снаряды. Из-за грохота орки не услышали как Астартес ворвались в башню. Бойня не заняла много времени и орудия башни умолкли. Аксман посмотрел на работающий элеватор и приказал брату-сержанту Гриону установить на нём заряды взрывчатки. Грион немедленно выполнил приказ, установив заряд между ставшими ненужными снаряды и взвёл таймер. Элеватор закончил круг и начал спускать груз в хранилище. Секунды медленно текли, Саламандры покинули башню и на короткое время покинули крепость, в ожидании взрыва. Время атаки, от нападения до отступления, заняло не более семи минут. Таймер закончил отсчёт в тот момент когда снаряды опустились в хранилище. Взрыв бомбы поддержали снаряды рядом лежащие снаряды. Возникла цепная реакция и всё хранилище сдетонировало. Взрыв разнёс все переборки и стены на своём пути. Огненная волна разошлась во все стороны, прошла через казематы и верхние уровни крепости, сжигая экипаж и гарнизон заживо. Проникнув в вентиляционные шахты, пламя прошло глубоко вниз в машинное отделение. Небрежно сложенные бочки с прометием вспыхнули от жара. Вспыхнувший пожар перекинулся на масленную систему крепости. Трубопроводы масленной системы имели множество небольших утечек, из-за чего палуба и трубопроводы были покрыты тонким слоем масленной смазки. Мех, отвечающий за машинное отделение, успел активировать грубую, но надёжную систему пожаротушения, прежде чем пламя сожрало его. Из оросителей хлынула пена, прекратившая распространение пожара. Но пламени хватило того отрезка времени, чтобы прикончить весь обслуживающий персонал. Взрыв разрушил несущие конструкции и палубы обрушились вниз, похоронив под собой всех кто был на нижней палубе. Мощь взрыва была такова что стены в месте взрыва вздулись, а верхняя палуба взлетела в воздух. Главная орудийная башня оторвалась от корпуса и рухнула вниз. В своей глупости орки не установили герметичные двери, способные сдержать разрушительную силу. Смяв переборки, огонь не встречая никакого сопротивления захватил командный мостик крепости, вокс-рубку, оружейный арсенал и генераторную крепости. Все кто там находился погибли.

Колло лихорадочно раздумывал о том как выйти выполнить приказ, а на ум ничего не приходило. В это время убитых становилось всё больше. Капитана уже начинала захватывать паника, как его размышления прервал властный голос раздавшийся по вокс-связи:

— «Гоплит три. Саламандр один».

— «Саламандр один. Гоплит три слушает».

— «Отойдите от стены. Через семь минут произойдёт взрыв».

— «Выполняю».

Колло подал знак подчинённым и вскинув лазерную винтовку попятился назад, не забывая вести подавляющий огонь по парапету. Солдаты последовали примеру капитана и отступили от подножья стен. Во время отступления акадийцев, орки успели убить и ранить не мало солдат, но на этом их удача закончилась. Акадийцы не видели как с небес в крепость опустились транспорты и как они покинули её. Поэтому все удивились когда крепость издала протяжный стон и деформировалась от внутреннего мощного взрыва. Акадийцы закричали от радости,смотря на разрушение твердыни, из-за этого незамеченными для всех на землю опустились «штормовые орлы». Солдаты забыли о орках и крепости и собрались в кучу чтобы воочию увидеть Ангелов Смерти Императора. Саламандры позволили простым смертным отвлечься от боя и не высказали никаких замечаний. Один из Саламандр подошёл к Колло и обратился:

— «Капитан, вы остались единственным старшим офицером. Окажите помощь раненым. Организуйте эвакуацию. Выставьте охранение вокруг крепости. Ни одному орку нельзя позволить сбежать. Я и мои братья зачистим остатки крепоти от ксеносов».

Отдав распоряжения Астартес направился по направлению к крепости. Колло выслушал Астартес с благоговением и сразу же принялся за выполнение приказов. Акадийцы с воодушевлением принялись за их выполнение. Все понимали — сражение закончилось и на короткое время война закончилась.

Когорта «Латан» Легио Кибернетики выстроился в идеальные боевые порядки глубоко в тылу орочьих позиций. Легио никто не препятствовал благодаря магосу Менетию и орудиям крейсера «Огмиос». В центре построения находились роботы Механикум и шагоходы «Онагр». «Онагры» и «Кастелаксы» сформировали переднюю линию. Над ними парили «Вултараксы». Во второй линии стояли «вораксы» и «сцилаксы». Между роботами прятались их поводыри-надзиратели дата-кузнецы Механикум. На флангах встали скитарии и сервиторы при поддержке танков «Скорпиус». Позади армии Механикум под защитой «Катафронов» расположился разум и воля когорты магос-доминус Дана Нод, в своём «Лендрейдере». Сознание каждого сервитора, скитария и робота были связаны с разумом магоса. Она могла наблюдать за полем боя через органы чувств своих подчинённых и подопечных, а равно и следить за их состоянием и вести чёткий контроль за их действиями. Прежде чем отдать приказ, магос обновила тактическую информацию. В её разуме появилась копия картины битвы в Аква Селек, отображаемой на гололите штаба имперской армии. После завершения обновления, она выбрала наиболее оптимальные решения, отобразила маршруты движения, составила обзор тактической обстановки, суммировала в цифровой контейнер и послала его альфам кладов. Те раскрыли контейнер и, на основе вложенной в него информации, разработали собственные решения и написали программы поведения подчинённым им кладов. Всё действие заняло не более минуты и как только подтверждающие коды достигли разума магоса, раздалось последнее указание.

— «Альфы кладов, ширина прорыва девять километров. Город полностью разрушен. Две третьи находится под контролем ксеносов. В городе присутствуют очаги сопротивления сил планетарной обороны. Первоочередная цель — полное уничтожение ксеносов. Второстепенное — оказание помощи силам планетарной обороны. Соблюдать построение. Начало операции «Очищение» через пять секунд».

Ровно через пять секунд каждый слуга Омниссии сделал первый шаг.

Ватаги орков повинуясь последнему приказу Властелину войны всё ещё вели бои за расширение коридора. Штурмовики планомерно уничтожали постоянно контратакующих акадийцев. Орбитальная бомбардировка ничуть не уменьшила энтузиазма орд. Сила «Ваагх» вела их только вперёд, навстречу доброй драки. Бронепоезда лишились возможности манёвра, но орки только обрадовались представленной возможности. Машинисты и охрана зеленокожих оставили бронепоезда и поспешили присоединиться к своим братьям. Люди-рабы пугливо собрались у бронепоездов, моля своего Бога смилостивиться над ними и спасти их от смерти. Долго ждать спасения им не пришлось. «Вултараксы» выявили слабые точки бронепоездов и автоматоны Механикум точно направили заключённую в них мощь Омниссии. Завидев на горизонте войска Механикум рабы не стали ждать первых выстрелов и несмотря на крики надсмотрщиков, принялись разбегаться в разные стороны. Обездвиженные бронепоезда стали лёгкими целями. Надсмотрщики успели сделать только один залп по рабам и пали замертво от метких выстрелов Механикум. Когорта миновала уничтоженные бронепоезда и углубилась в коридор прорыва. Боссы орков не ожидали появления в своём такой сокрушающей силы. Боссы орков разворачивали свои ватаги для отражения наступление, но мало что могли поделать. Панцирная броня защищавшая штурмовиков до этого момента оказалась бессильной. Танки и шагоходы являлись приоритетными целями и гибли в ослепительно-голубых лучах света. Лишившись поддержки тяжёлых орудий, штурмовики не могли сдержать наступление. Пули и ракеты штурмовиков разбивались о силовые поля «Онагров» и «Кастелаксов», не причиняя ни малейшего вреда когорте. Следующие по флангам улучшенные кибернетической техномагией клады Механикум прекрасно видели всех ксеносов в сфере своей ответственности. Первыми покарали орков, несущих на себе кибернетические импланты. Для скитариев грех использования кибернетики был куда более тяжким, чем опустошение человеческой цивилизации. Вторыми целями стали вожаки зеленокожих. Укрыться или спрятаться от вездесущего взора скитариев не представлялось никакой возможности. Карающая длань Механикум собирала свой урожай. Число захваченных в перекрестья прицелов и затем уничтоженных целей заполняла банки данных скитариев. Для акадийцев появление когорты «Латан» оказалось таким же сюрпизом. Скитарии, подобно косе, штабелями сваливали ксеносов на землю В местах где ксеносы погибли, немедленно заполнялись отделениями пехотинцев. Они занимали очищенные от присутствия орков окопы и, оставив небольшие отряды для прикрытия, присоединялись к наступлению. Численность наступающих постепенно увеличивалась. Магос через альф скитариев велела акадийским полкам укепить фланги и не допустить прорыва любой ценой. Разорванная линия фронта снова стала сплошной. Орда орков оказалась в окружении. Зеленокожие яростно сопротивлялись. Для них не имело никакого значения, в окружении они или нет. Битва получила новый импульс, сделавший битву только интереснее. Весть о появлении сильных механических людей распространилась со скоростью пожара в сухом зимнем лесу. Они прекратили истребление «слабых людишек» и бросились на когорту Механикум. Со всего города к движению наступления слуг Омниссии стекались потрепанные, но воинственные ватаги орков. К явной радости акадийцев из города бежали все штурмовики с остававшейся техникой и вскоре оставались только гретчины. Движение когорты замедлилось из-за возростшего сопротивления. Магос приказала когорте остановиться и придвинула вторую линию ближе к первой, позволив оркам добровольно нестись навстречу смерти. В узком коридоре бывшего пути наступления возникли свалки подбитой техники. Орда начинала рассыпаться, по мере того как орки лишались своих командиров. Ватаги пытались обойти препятствия, но наткнулись на ожесточённое сопротивление акадийцев. На наиболее слабых участках обороны в небе появлялись «Вулкараксы». Потушив яростный порыв орков прорваться через «слабых людишек» и обойти боевые порядки когорты, они отступали для перевооружения. Битва превратилась в бойню, в которой у зеленокожих не было ни малейшего шанса. Поняв всю бесперспективность контратаки, орки начали возвращаться в город. По указанию Нод когорта пришла в движение. Скитарии беспрепятственно обошли стороной свалку бронетехники и вошли на окраину города, продолжая истребление.

Анри Нивель скрепя сердце был вынужден оставить свой штаб, после того как штурмовики ворвались в здание банка. Охрана штаба сделала всё возможное, чтобы выбить орков, но не преуспела в своих усилиях. Нивель отправил в бой всех кого смог и при первой возможности эвакуировал наиболее ценные кадры. Вокс-аппаратуру разбили вдребезги, карты обороны города, ставшие уже не нужными, сожгли. Командарм покинул штаб одним из последних. Пробираться к своим пришлось через разрушенный город. Где ползком, где короткими перебежками. 897 полк пожертвовал собой для безопасного выхода персонала и командования штаба. Полковник Раус Скалин повёл своих солдат в последнюю атаку на стомпы орков. Шесть стомп стали погребальными кострами в окружении не менее чем четырёхста павших акадийцев. Оказавшись в относительной безопасности окраины города, Нивель развернул новый штаб в одном из разрушенных домов. По его приказу вокс-операторов погрузили в автомобили и вывезли из города. Сам он возглавил остатки обороны. Свежие резервы стекались в город, продолжая сопротивление. Новость о начале третьей фазы он получил от вестового. Выслушав его, он с облегчением выдохнул и принялся на ходу разрабатывать план возвращения города. Ударников вызвался возглавить его друг и помощник Амад Альбер.

— «Город никто лучше нас не знает, а ваша должность не позволяет оставить командование. Поэтому кому как не мне возглавить атаку за возвращение города»- сказал он. Нивель обнял Амара и ответил:

— «Будь осторожнее. Битва подходит к концу и будет обидно погибнуть в конце».

Альбер устало улыбнулся:

— «Как и многим, кто пойдёт в наступление. Но долг зовёт».

Друзья пожали руки и расстались. Ударники воспользовались моментом и отбили центр города, вернув здание банка. Единицы выживших защитников выползали из подвалов и присоединялись к ударникам. Гретчины самоотвержено сопротивлялись, но без своих старших собратьев не могли остановить людей. Командарм второго ранга Альбер увидел здание бывшего банка. В окнах то и дело мелькали гретчины спеша укрепить захваченный дом. Альбер поднялся во весь рост и воскликнул:

— «Вперёд. Вернём то что принадлежит нам».

Взмахнув, он первым устремился вперёд. Гретчины принялись отстреливаться. Ударный отряд побежал вслед за командиров. Забросав гранатами первый этаж, они ворвались в здание. Гретчины бросились в рукопашную. В ход пошли штыки и сапёрные лопатки. Опрокинув ксеносов, отряд разделился. Одних Нивель направил на верх, других возглавив сам и устремился в подвал. Альбер решил во чтобы то ни стало первым войти в подвальное помещение и смыть позор с защитников города за разбитое оборудование, подаренное иномирцами. Взрыв осколочной гранаты убил десяток ютившихся в подвале банка гретчинов, но оставил одного тяжело раненым. Альбер вбежал вниз и не обратил пристального внимания на ксеносов, сочтя всех мёртвыми. В краткий миг, когда пехотинцы не успели проследовать за своим командиров, безымянный гретчин из последних сил поднял револьвер и выстрелил командарма второго ранга Амада Альбера. Пуля попала в горло офицера, разорвав артерию. Амад Альбер бессильно упал и истёк кровью за одну секунду. Озлобившиеся солдаты вытащили ксеноса из груды мёртвых тел и изрубили его на куски.

Анри Нивель шёл с оставшимися офицерами своего штаба по полю боя на встречу с магосом-доминус. Бояться уже было нечего. Ударники вместе со скитариями очистили развалины от присутствия зеленокожих. Некоторые ещё продолжали трусливо прятаться, но опасности не представляли. Дана Нод терпеливо ожидала командарма у своего лендрейдера. Последние шаги на пути к ней Нивель прошёл чётким строевым шагом и отдал честь. Они кивнула и протянула руку.

— «Поздравляю вас и ваши войска с победой. Орда ксеносов полностью истреблена. Властелин повержен благодаря храбрости акадийцев. Армия планетарной обороны проявила чудеса храбрости. О вашей отваге и самопожертвении будет непременно доложено Императору, а сама операция войдёт в анналы когорты «Латан».

Нивель пожал руку магоса и измученно улыбнулся.

— «Спасибо. Спасибо. Ни я, ни кто-либо из акадийцев не забудет о вашей помощи».

Дана Нод обвела взглядом разрушенный город и сказала:

— «Битва ещё не окончена. Нас ждут на других участках, а вам предстоит закончить очищение и дать солдатам заняться ранами. Надеюсь в скором времени увидеть вас».

— «Удачи вам. Закончите как можно быстрее и сохраните силы для новой битвы».

Магос кивнула и направилась к своему транспорту.

У спешно обозначенной посадочной площадки штаба Южной группы армий собралась группа встречающих штабных офицеров. Секутор Нокс спустился по аппарели и направиля к ним.

— «Командарм первого ранга Флавье Марок и бывший командир Южной группы армий Акадии»- представился Марок.

— «Действующий» — поправил Нокс- «Моя задача отражение флангового наступления ксеносов».

— «Как прикажете»- согласился Марок и повернулся к группе за своей спиной — «А это мои офицеры». Он представил каждого из присутствующих и как только закончил, добавил:

— «Мы получили инструкции и смогли подготовить бригаду из самоходных артиллерийских установок и бронеавтомобилей согласно вашим требованиям».

— «Отлично, тогда не будем терять время. По дороге введите меня в курс дела».

Группа офицеров расступилась и пропустила секутора и командарма. Они быстрым шагом пошли в командный блиндаж. Марок уведомил о степени готовности дивизии и принятых мерах. Они быстро достигли штабного блиндажа и спустились вниз. Обстановка в блиндаже ничем не отличалась от прочих. Командующие подошли к карте и её моментально окружили.

— «Наша тактика заключается в манёвре»- начал инструктаж Нокс: «Большую роль будут играть конные части и технические средства. Броневики и бронепоезда. Большое значение имеет быстрое передвижение пехоты. Она должна была передвигаться редкими цепями, желательно иметь в последней цепи ветеранов и офицеров, которые будут поддерживать атаку или останавливать бегущих. Бои будут скоротечными, фронт неустойчив. Для отражения необходимо широкое применение полевой артиллерии. Лёгкой и самоходной. От своевременности информации передвижения противника зависят наши действия».

Акадийские офицеры достали планшеты и принялись записывать наставления секутора.

— «У вас есть офицеры обладающими знаниями в манёвренной войне»- спросил Нокс.

— «Не в том виде к какому вы привыкли, секутор»- ответил Макрон: «Наша армия в прошлом использовала кавалерию для рейдов, но никак для отражения масштабного наступления».

— «Поставьте во главе боевых групп командиров кавалерии и самоходной артиллерии» — приказа Нокс.

— «Уже сделано. Позвольте высказать предложение»- попросил командарм .

— «Говорите» — разрешил Нокс.

— «Личного автотранспорта у населения мало. Армия испытывает сильный недостаток в лёгкой бронетехнике и грузовиках. Поэтому для повышения манёвренности войск, мы решили реквизировать весь подвижной транспорт. А именно четырёх колёсные повозки на гужевой тяге. На повозках расположим станковые пулемёты, расчёт и боеприпасы. Теоретически тактика заключается в обходе с фланга и постоянном ослаблении перекрёстным огнём до тех пор, пока обстановка не позволит провести атаку пехотой или кавалерией. Можно использовать для быстрой смены пулемётных позиций. Ну или как то так».

— «В практике она будет мало эффективна, но за неимением лучшего решения используем. Данные орбитальных авгуров показали разрыв в рядах орков. Лёгкая бронетехника оторвалась от пехотных ватаг. С каждой минутой этот разрыв будет всё больше. Нашим главным противников станут варбагги, ракетомобили и мотоциклисты. Водители этих машин любят скорость и скоротечные манёвренные бои. Они способны обойти укрепрайоны и наносить удары везде где захотят. Они главная угроза для нас. Перебросьте всю авиацию для охоты за ними. Самолёты орков на время придётся игнорировать. Ватаги пехотинцев орков займутся уничтожением оставшегося сопротивления. Надо связать их боем во чтобы то ни стало. Наша единственная задача продержаться до уничтожения Властелина войны и его войска. После этого все силы будут брошены к нам на помощь».

Закончив инструктаж, Нокс умолк. Тут же со всех сторон на него посыпались уточняющие вопросы. За неимением времени он отвечал кратко, оставив офицеров додумывать ответы самим. Затем резко прервал совещание и удалился в приготовленную для него мобильную дивизию.

Носорог «Эвкид» на полной скорости ворвался в расположение 29 особой мобильной дивизии. Её собрали из разных подвижных частей Южной группы армий. Здесь были самоходные орудия, кавалеристы и грузовики с пулемётами или буксируемая полевая артиллерия. Никто не пытался остановить его. Люди разбегались в стороны, боясь быть раздавленными, но боялись они напрасно. Дух машины реагировал на препятствия гораздо быстрее, ловко обходя боевые машины и людей. «Эвкид» резко затормозил у командно-штабной машины из переделанной «Химеры». Курившие рядом с ней три офицера застыли от неожиданности. Из вокс-динамика раздался голос Нока, приказавший выдвигаться. Офицеры бросили сигареты на землю и кинулись внутрь своей машины. Скоро весь лагерь пришёл в движение и через двадцать минут дивизия снялась с места.

Облака пыли поднятые орками было видно из далека. Секутор приказал бригаде развернуться в боевой порядке. К чести акадийцев, приказ они выполнили быстро и беспрекословно. Орки также увидели своих врагов и бросились им навстречу. Реактивные снаряды и подвесные ракеты устремились к целям. В рядах акадийцев расцвели взрывы. Орки первыми открыли счёт. Как только акадийцы приблизились на расстояние прицельной стрельбы пламе вырвалось из жерл самоходных орудий. Орки рассыпались широким полукругом, люди же напротив выстроились в каре увеличив плотность огня и не позволяя оркам скрыться в мёртвой зоне. Из орочьих рядов выскочили мотоциклисты. На полной скорости они ворвались в ряды акадийцев, разбрасывая направо и налево взрывчатку. Затем принялись метаться между акадийцами размахивая мечами и пистолетами. Секутор предусмотрел такой ход и внутри каре орков ждал строй броневиков. Экипажи уничтожили всех прорвавшихся орков кинжальным огнём. Тем временем орки завершили окружение и нарезали круги вокруг каре. По сигналу Нокса бригада вырвалась из круга и выполнила крутой разворот. Орки ответили тем же, поставив цель снова окружить каре. Обе стороны кружили вокруг друг друга, бросая повреждённые машины и раненых на произвол судьбы. Так продолжалось до тех пор пока орочья орда не рассыпалась. Остатки орков быстро отступили. Нокс тоже отвёл бригаду для перегруппировки. Скоро обе стороны снова встретились и повторили бой сначала. Нокс атаковал и отступал и снова атаковал держа орков, не давая оркам рассыпаться по тылу Южной группы армий. Его стратегия заключалась в том чтобы заманить орков в разветвлённую сеть железнодорожных путей. И ему это удалось. Забыв о своей изначальной цели, обрадованные наличием умелого противника, орки попали в перекрестье орудий бронепоездов. Тут их накрыла волна артиллерийский выстрелов бронепоездов и запрятанной в наскоро вырытых окопах полевой артиллерии. Первая волна скоростных машин ксеносов погибла не успев вовремя отреагировать на новую угрозу. Остальные начали маневрировать между разрывами, стремясь уйти от возмездия. Осколочно-фугасные снаряды при контакте с землёй разрывались и освобождали тучи бритвенно-острых осколков срезавших не прикрытых бронёй ксеносов. С неба посыпалась шрапнель, не оставившая шанса оркам. Ватаги легкобронированных машин угодили в ловушку из которой нельзя было вырваться. Разбитые ватаги по одиночке или группами унеслись прочь к горизонту в поисках спасения и не нашли его. Авгуры «Эвкида» доложили секутору о полном уничтожении орды и Нокс остановил дивизию для сбора раненых и полевого ремонта машин. Из укрытий выскочили грузовики с боеприпасами и поспешили к бригаде. Нокс терпеливо выждал пока маины пополнят припасы и дал сигнал выступать. Численность дивизии сократилась на четверть, но эти потери секутор нашёл приемлемыми. Двигатели агрессивно взревели и дивизия сорвалась с места на встречу новой схватке. Отовсюду в «Эвкид» стекались доклады о обнаружении противника и секутор смело вёл в бой бригаду. Каждый бронепоезд получил новые приказы и зловеще пыхтя из труб локомотивов, они двинулись к новым целям. Разум секутора разделил многокилометровое пространство на квадраты. Пока войска выдвигались на новые позиции, он высчитав траектории выстрелов, выстраивая сеть перекрёстного огня. Ватаги орков выстроились широким полумесяцем, планируя захватить как можно больше пространства и загнать людей в окружение. В центре наступали пешие орки. Облачённые в кожаную броню, вооружённые примитивными стабберами, сжимая в руках каменные топоры и тяжёлые дубины, ксеносы напали на сёла и городки, каждый представлявший миниатюрное укрепление. Гарнизоны отчаянно сопротивлялись яростным безумным атакам орков, но не могли надолго сдерживать бесчисленных зеленокожих. Орки ворвались в железнодорожную сеть, питавшую всю линию фронта. Способность манёвра бронепоездов уменьшилось. Как только орки завидели на горизонте дым локомотивов, они со всех ног мчались к ним. Машинисты бронепоездов останавливались на короткое время и обстреливали зеленокожих, после чего стремились убраться подальше от них. В поредевшие расстроенные ряды пехоты зеленокожих врывалась мобильная бригада Нокса. Самоходные орудия безнаказанно давили орков, а броневики опустошали ряды ксеносов слаженными пулемётными залпами. Центр клина неизменно вёл «Эвкид». Его силовые поля трещали от пуль ксеносов, штормболтеры выплёвывали разрывающие болты в вожаков зеленокожих. Разогнав очередную орду, дивизия быстро уносилась для перевооружения. Движение орд замедлилось, но не остановилось. По ордам пронеслась весть о достойном быстроногом противнике и среди орков возникло соревнование, заключавшееся в том чтобы найти и уничтожить мобильную бригаду. Варбагги, ракетомобили и немногочисленные лёгкие бронефуры, сумевшие избегнуть гнева акадийцев, собирались в новые ватаги. Среди орков вспыхивали короткие ожесточённые схватки за право командования и как только новые вожаки были определены, ватаги на полной скорости мчались на поиски врага.

— «Секутор Нокс, говорит лейтенант Гудро из эскадрильи свободных охотников».

— «Принят сигнал, доложите».

— «По приказу командования фронтов переброшены в вашу зону ответственности для оказания помощи. Приём».

— «Доклад принят. Начинайте поиск и уничтожение бронетехники противника. Пешие части и авиационное прикрытие игнорировать. Особое внимание. Орки производят активные манёвры в зоне действия 29 мобильной дивизии».

— «Приказ принят. Приступаем к выполнению».

Пять эскадрилий имперских летающих машин разошлись веером по небосклону. Эскадрильи парили в небе охотясь на бронетанковые ватаги орков. Пикируя с безопасной высоты, пилоты истребителей и штурмовиков оставляли за собой разбитые машины зеленокожих. Нокс отметил на тактическом дисплее новые силы и связался с Мароком:

— «Командующий, каков статус на фронте?»

Ответ пришёл через долгие девять минут.

— «Орки теснят нас. Первая линия оставлена. Авиация ксеносов не даёт покоя, но сдерживается нашей. Как долго это продлиться неизвестно. Потери сухопутных сил тридцать шесть процентов, эскадрилий пятьдесят восемь. Постоянно приходят доклады о появлении в тылу групп противников».

— «Принято. Число групп немногочисленно. Потери приемлемы. Продолжайте исполнять свой долг».

Нокс продолжил игру в кошки-мышки с ксеносами. Бригада моталась из стороны в стороны по всей стокилометровой боевой зоне. Атака, отступление и атака в другом месте. Секутор старался отвечать на каждый зов о помощи, но с каждым прошедшим часом вынужден был игнорировать всё больше.

На узловой станции Касиб собралось столпотворение из санитарных и грузовых поездов. Капитан Логейн Хелус получил дюжину докладов о появлении орков в тылу и не знал куда направить поезда. Сидя в диспетчерской станции, он глядел на карту путей и искал надёжный путь.

— «Капитан, поступило сообщение из деревни Горд о нападении орков. Тридцать варбагг, сорок мотоциклистов и около сотни пехотинцев»- адъютант влетел в помещение и запыхавшимся голосом передал сообщение.

— «Горд в трёх километрах от нас. Численность гарнизона?»- помертвевшим голосом спросил Логейн.

— «Полроты новобранцев из четырёхсотого восемьдесят первого пехотного».

— «Проклятье. Надолго их не хватит. Остаёшься за старшего. Пусти поезда в направлении Ла-Флота».

Не дождавшись ответа, Логейн поднял трубку радиосвязи и сказал:

— «Всем начальникам поездов. Ксеносы в Горде. Всех кто может держать оружие пусть соберутся на четвёртом пероне. Движение поездов открыто в направлении Ла-Флота через семь минут. Поезда с боеприпасами идут в Омбур. Первыми уходят санитарные».

Логейн снял винтовку со стены и выскочил из помещения. Он бежал на четвёртый перон и видел как вагоны покидают раненые бойцы и санитары. К первому гудку уходящего поезда на четвёртом пероне собрался большой отряд бойцво.

— «Эх, нам бы хотя бы один вагон со свежим батальоном. Его бы хватило»- с досадой подумал Логейн. Капитан вскочил на скамью и выкрикнул:

— «Разделитесь на взвода. Определите командиров и айда за мной».

Логейн спрыгнул на перон и пошёл в направлении Горда. За ним направились солдаты. Пехотинцы залегли среди кустарников и терпеливо ждали противника. Орки торопливо двигались им навстречу. Водители кружили вокруг пеших, переругиваясь на своём гортанном грубом языке. Внезапно раздался крик и машины орков сорвались с места, оставив пеших и помчались вперёд. Люди взялись за гранаты и приготовились. Орки приблизились и в них полетели гранаты. Орки ответили, но большая часть снарядов и пуль ушла выше голов людей. Серия мощных взрывов разметала волну ксеносов. Логейн не успел удивиться, как услышал позади себя рёв двигателей. Он обернулся. Самоходные орудия на полной скорости шли на ксеносов. Передовой машиной оказался бронетранспортёр со странным черепом на броне. Его пушки первым делом уничтожили мотоциклистов ксеносов. Пять ракет выпущенные орками разорвались в метре от бронетранспортёра, не причинив тому вреда. Пушки автоматически навились на выжившие варбагги и превратили экипажи в мясной фарш. Варбагги ксеносов столкнулись друг с другом и затихли. Мотоциклисты постарались обойти с фланга угрозу, но натолкнулись на броневики.

— «Наши, наши»- радостно закричал Логейн: «Вперёд, в атаку».

Воодушевлённые солдаты поднялись во весь рост как один и бросились вперёд, держась за бронёй самоходок и броневиков. Водители акадийских машин сбавили скорость, прикрыв пехотинцев, но не остановились. Пешие орки продолжили безумную обречённую атаку и погибли под огнём и гусеницами акадийских машин. Нокс остановил движение и принялся изучать тактическую обстановку, отсеивая просьбы о подмогу. В этот момент на горизонте расцвели яркие ослепительные вспышки света. Секутор подал запрос на обновление информации и с орбитальных авгуров пришёл доклад о ядерных взрывах. Нокс немедленно вызвал Марока и тот также быстро отозвался. Вокс-передаче слышались сильные помехи.

— «Секутор, в тылу орков замечены неизвестные мощные взрывы. Половина солдат ослепла. Что происходит?»

— «Саламандры уничтожили противокорабельную защиту ксеносов. Чаша весов склонилась в нашу сторону. Удержите фронт любой ценой. Зафиксирован повышенный радиационный фон».

— «Какой фон?»

— «Радиация смертельна опасна для человека. Забудьте о первой линии. Стойте там где стоите»- пояснил Нокс.

— «Я понял. Сделаем всё возможное» услышал ответ секутор, но по тону понял что Марок в замешательстве.

— «Сделайте невозможное».

— «Приказ ясен. До связи».

В последующие дни сражения 29 мобильная дивизия стальным клинком прорывала боевые порядки врага или железным щитом вставала у оборонительных позициях. Никто из лучших командующих Акадии не мог похвалиться тем что смог бы повторить действия секутора Нокса. Бойцы 29 мобильной дивизии старались не отставать от загадочного терранского офицера. Бригада появлялась везде где возникала критическая обстановка. 29 мобильная понесла тяжёлые потери. Любая бронетанковая часть незамедлительно пополняла ряды. Совет данный секутором экипажам был прост: «Стреляй первым и не промахивайся». Волны зеленокожих накатывались одна за другой, захлёстывая фланг Южной группы армий. Всё меньше оставалось поселений, способных дать отпор захватчикам. Всё меньше становилось путей и дорог, по которым могли маневрировать бронепоезда. Разрушение этих передвижных орудий особой мощности, включавшие дальнобойные пушки и тяжёлые мортиры, считалось огромным достижением среди орков. И так обескровленная акадийская авиация столкнулась с угрозой на земле. Изначальным планом не было предусмотрена оборона аэродромов и они представляли лёгкие цели. В ответ на просьбы о помощи, секутор мог только посоветовал выстраивать незаправленные и повреждённые самолёты в линию и расстреливать орков из авиационных пушек. Тем что способны были взлететь предписывалось уходить на запасные аэродромы. Не лучше дело проходило на земле. Южная группа армий отбивалась с двух сторон, одна из которых была слабо укреплена. Резервы в первую очередь направлялись на локализацию прорыва, фронт получал лишь остатки, состоящие из пехотных подразделений. Акадийцы стояли насмерть, но несмотря на героизм защитников коллапс обороны неумолимо приближался.

«Эвкид» остановился у небольшого санитарного лагеря. Раненые лежали вповалку, ожидая эвакуации. Между ними метались санитары. Они пытались оказать всю возможную помощь, на какую были способны. Уставшие врачи безостановочно проводили операции. Нокс покинул «Эвкид» и решил пройтись по лагерю в поисках командира. Вид умирающих людей мало его волновал. Для него все они были неизбежной статистикой войны и если они не могли занять место в уравнении, то значит их можно отбросить. Нокс выстраивал всё новые и новые военные теории, но ни одну не мог использовать на практике. Секутор вынужден признать, что силы 29 мобильная бригада исчерпали себя. От самоходных артиллерийских установок осталось двадцать девять машин. Бронеавтомобили выбыли все. «Эвкид» также нёс на себе следы повреждений, а боезапас полностью израсходован. Число групп снабжения сократилось.Часть перехвачены орками, другие не успевали доставлять боеприпасы до того как бригада устремлялась вдаль. Не меньше его беспокоила крайняя усталость экипажей. Исходя из этих данных Нокс и остановился у лагеря в надежде пополнить боеприпасы. Найти командира лагеря не составило труда. Спросив первого попавшегося на глаза санитара, Нокс направился в самую большую палатку из всех. Секутора никто не останавливал и не расспрашивал, все были слишком заняты. Командира Нокс нашёл у входа и что-то записывал в блокнот. Нокс подошёл вплотную, привлекая к себе внимание и произнёс зловещим механическим голосом:

— «Полагаю вы и есть начальник лагеря?»

— «Совершенно верно»- испуганно кивнул тот в ответ и представился: «Майор де Вержи. С кем имею честь?»

Де Вержи уступал ростом и телосложением секутору, будучи маленьким тощим человеком с плешью на голове. Секутор посмотрел на него сверху вниз и потребовал:

— «Мне необходимо пополнить экипажи самоходных артиллерийских установок. Желательно часть заменить. У вас есть водители и наводчики?».

— «К сожалению годных нет. Пехотинцев и бронебойщиков ещё можно найти. Ксеносы не позволяют вывести раненых»- разочаровал секутора Де Вержи.

— «Они не подойдут»- отрезал секутор и поинтересовался: «Медикаментов хватает?».

— «Ни медикаментов, ни персонала. Охранение тоже слабое. Одного нападения хватит для того чтобы вырезать лагерь?» — пожаловался Де Вержи.

— «Надеюсь удача будет сопутствовать вам» — сказал секутор и умолк, получив сообщение.

Сообщение перенаправлено через вокс-передатчик «Эвкида» прямо в мозг секутору. Открыв его Нокс прочитал содержимое:

«Полковник Риволи, тридцать третий заградительный батальон. Орки подавляющими силами упорно атакуют и метами теснят роты вверенного мне батальона со стороны Нанта. Батальон до крайности утомлён беспрерывными боями. На крайне тесном пространстве между минным полем и рекой Сав. В моём непосредственном тылу скопились все обозы и беженцы, что до крайности стесняет маневрирование. Малейший неуспех может создать панику в тылу и привести к катастрофе. Необходимо не позднее завтрашнего дня перевести тыл на левый берег. Предвижу возможность и даже неизбежность отхода. Прошу подкреплений».

Аугментированый мозг секутора вызвал из банка памяти карту местности и анализировал возможные действия, после этого Нокс вновь обратил внимание на Де Вержи, ожидавшего ответа на неуслышанный вопрос.

— «Обстановка изменилась. Соберите всех кого сможете. Сбор у машин через пять минут»- велел Нокс и зашагал обратно к «Эвкиду». ровно через пять минут и сорок секунд у «Эвкида» собрались добровольцы из числа раненых и охраны.Нокс поднялся на броню и громогласно заявил:

— «Акадийцы, враг угрожает истреблением бегущему мирному населению. Женщинам, детям. Мы немедленно контратакуем ксеносов и спасём беженцев. Все на броню, исполним свой долг до конца».

Люди взревели и кинулись рассаживаться на броне самоходок.

Водители выжимали все силы из изнурённых двигателей, торопясь успеть к месту битвы. Солдаты цеплялись за все возможные выступы и поддерживали друг друга. Ксеносы как всегда беспечно атаковали противников ни чуть не заботясь о флангах. «Эвкид» резко сбросил скорость и водители машин, наученные горьким опытом, затормозили. Люди сидевшие на броне опасно качнулись, но удержались. Как только скорость самоходок понизилась, солдаты спрыгнули и выстроились в стрелковую цепь. Нокс улучил момент и перебрался на броню «Эвкида».

— «Всем наводчикам стрелять по готовности. Не отрываться от стрелков. По возможности прикрыть меня огнём»- передал по вокс-связи секутор и «Эвкид» устремился на полной скорости в толпу ксеносов.

«Эвкид» ворвался в орду безжалостно давя орков. Целеуказатель Нокса выхватил из толпы самого крупного ксеноса и хеллган выплюнул ярко-красный луч из ствола. Башка ксеноса разлетелась на части. Нокс моментально перевёл оружие на следующего и прервал его жизненный путь. Орки не ожидали появления в своём тылу врага и в гневе закричали от такой подлости. Часть варбанды развернулась и накинулась на «Эвкид», желая покарать секутора за низость. Штормболтеры молчали, но гусеницы «Эвкида» перемалывали плоть орков, оставляя после себя раздавленное мясо. Орки окружили машину Нокса и попытались взобраться на неё. Секутор сокрушал их черепа своей дуговой булавой. При каждом касании по булаве пробегали молнии и перепрыгивали на тела орков, а с них на ближайших. Тощие тщедушные оркоиды затесавшиеся среди более крупных собратьев содрогались от разрядов и парализованные падали на землю. На броню «Эвкида» запрыгнул сквиг пока секутор отвернулся чтобы размозжить очередную ксеносовскую башку. Он плюнул в Нокса сгустком едкой кислотной слюны попавшей на доспех секутора. Слюна зашипела растворив мантию Нокса, но бессильно сползла с панциря. Нокс развернулся в тот момент когда сквиг кинулся на секутора. Резко отшатнувшись, Нокс пропустил мимо себя сквига и опустил булаву прямо ему на темечко. Раздался хруст и сквиг свалился с «Эвкида». Вслед за упавшим сквигом на броню «Эвкида» упали две бомбы. Они зашипели и выпустили ядовитые споры, смертельные для всех существ галактики, но безопасные для самих орков. Респиратор встроенный в шлем секутора не пропустил споры внутрь , а бионические лёгкие наполнили тело чистым кислородом. Нокс перестроил хеллган на автоматический огонь и срезал ряд орков как коса колосья пшеницы. «Эвкид» опасно замедлился когда траки машины забились мяом и костями ксеносов. Орки победно заревели предчувствуя скорую расправу, но тут в их окружении разорвались осколочные снаряды. Двадцать девять орудий выстрелили почти одновременно принеся опустошение и смерть. Стрелки прикрыли Нокса дождём свинцовых пуль. Разум секутора моментально отреагировал на изменение обстановки. Хеллган выпустил длинный луч лазера в четырёх орков стоявших вдалеке и раскручивающих свои пращи. Нокс разглядел как из толпы вылетела граната и ловко сбил её в полёте. Граната взорвалась, осыпав орков спорами. Следующей жертвой стал метатель гранат. Секутор сосредоточился на уничтожении орков представляющих большую опасность для его группы. Часть орков бросилась на встречу стрелкам, но их срезали пулемёты расположенные на броне самоходных орудий. Среди орков тоже нашлись стрелки, но примитивные стабберы не смогли пробить крепкую броню секутора. Через двадцать минут всё было кончено. Самоходки поравнялись с «Эвкидом», а пехотинцы занялись добиванием зеленокожих всё ещё подающих признаки жизни.

— «Это было безумно смело»- произнёс лейтенант Эстре. Он приказал взводу заняться очисткой траков «Эвкида». Секутор спрыгнул на землю и ответил:

— «Простой отвлекающий манёвр. Главное он сработал. Потери есть?»

Эстре покачал головой.

— «Отлично. Это всего лишь арьергард. Продолжаем движение»- приказал Нокс.

«Эвкид» взревел как только почувствовал освобождение от плоти орков и отряд двинулся дальше. Линзы глаз секутора перенастроились на дальний взор. Секутор увидел ватаги зеленокожих штурмующих позиции тридцать третьего заградительного батальона. Нокс насчитал около двух сотен орков, повёрнутых спиной к нему. Атака не обещала лёгкой победы. Расчёт боя складывался не в пользу людей, но секутор всё равно отдал приказ.

— «Лейтенант Гудро вызывает секутора Нокса, приём» раздался далёкий голос по вокс-связи.

— «Секутор Гудро. Слышу вас»- немедленно отозвался Нокс.

— «Получил вашу просьбу о поддержке. Буду над вами через шесть минут».

— «Квадрат двадцать, пеленг один три семь. Приоритет техника».

— «Как и всегда»- отозвался Гудро.

Пара истребителей спикировала с неба вместе с наступлением отряда Нокса. Пушки разорвали варбагги и разогнали мотоциклистов, позволив группе ворваться в строй орков. Те, как и всегда, приняли вызов. Разгорелась жёсткая рукопашная схватка. Град пуль и снарядов сократили зеленокожих, но полные энтузиазма орки разделились для отражения нападения с тыла. Солдаты прикрывали друг друга. Штыки резали и кололи. Булава Нокса сокрушала кости и черепа. Топоры и мачето орков рубили и кромсали. Винтовки в упор выплёвывали пули в рожи ксеносов. Орки метали заострённые металлические или деревянные копья. Дротики пронзали тела солдат, смертельно раня. Истребители крушили над полем боя как стервятники собирая свой урожай. Некоторые орки в своей глупости безуспешно пытались сбить их. Тяжёлые самоходные орудия расстреляв боезапас вслед за «Эввкидом» въехали в свалку, сбивая и давя зеленокожих. Благодаря технике успех сопутствовал отряду Нокса, но этого оказалось мало. Орки отступили и перегруппировались. Зажатые с двух сторон, они оставили в покое заградительный батальон и теперь свирепо смотрели на атаковавшую в спину отряд, обещая месть. Но ей не суждено было свершиться. На бреющем полёте со стороны обороняющихся по небу проплыли три биплана-бомбардировщика акадийской авиации и сбросили тяжёлые авиабомбы прямо в центр сборища орков. Орки бросились бежать во все стороны, но времени разбежаться им не хватило. Мощные взрывы авиабомб разметали орков по полю боя. Заградительный батальон контратаковал, но не нашёл достойного соперника. Батальон достиг поредевший отряд Нокса и из передней линии батальона навстречу с секутором шатаясь вышел полковник Ривели. Его тело было полностью забинтовано окровавленными тряпками. По всем показателям полковник должен был лежать где-нибудь в сборном санитарном пункте, но он нашёл в себе силы повести солдат в атаку. Секутор отметил храбрость полковника в банке памяти для последующего доклада.

— «Простите. С кем имею честь говорить?» — слабым голосом еле выговорил Ривели, глядя на испещрённую броню секутора. Ривели пошатнулся, но был вовремя подхвачен своими солдатами. Он бережно опустили полковника на землю. Ривели хотел поднять взгляд, но Нокс опустился на корточки, поравнявшись со взглядом полковника.

— «Секутор Нокс, когорта «Латан» Легио Кибернетики Адепта Механикум»- представился Нокс.

— «А, секутор. Наслышан о ваших подвигах. Рад вашему прибытию»- скромно отозвался Ривели.

— «Моя слава блекнет рядом с вами, полковник. Какой статус вашего подразделения?».

— «Статус?»- удивился Ривели: «Потери большие. Половина ранена, убито около двух сотен солдат, в строю примерно семьсот человек. Из них, как вы видите, большая часть беженцы. В основном мальчишки».

Секутор перевёл взгляд на потрепанный батальон. Ривель не врал. Среди израненных перебинтованных солдат стояли гражданские. Судя по лицам возраст составлял от шестнадцати и до двадцати одного. Были и совсем юные. Мужчин оказалось слишком мало.

— «Слава каждому кто взялся за оружие. Я хотел бы взглянуть на список личного состава батальона. Каждый будет отмечен» — сказал секутор, но Ривель только улыбнулся.

— «Какой список. Каждый пришёл чтобы защитить родных. Да и времени не было. Парни подбирали оружие павших вставали в строй. Я не знаю ни их имён, ни фамилий, ни откуда они родом»- сообщил он.

— «Тогда пусть кто-нибудь их перепишет. Список передайте в штаб Южной группы, а сами отправляйтесь в госпиталь. Смелые офицеры нам нужны».

— «Я единственный оставшийся офицер в батальоне, может пара сержантов ещё найдётся. Дел много, оборону необходимо реорганизовать. Заняться эвакуацией гражданских. Я не могу»- отказался Ривель.

— «Не беспокойтесь. 29 мобильная бригада больше не представляет боевой ценности. До её реформирования командование над вашим батальоном принимаю я».

— «Спасибо, секутор»- отозвался Ривель и беспомощно повис на руках своих подчинённых.

Укрепления заградительного батальона встретили Нокса разрухой, павшими и пустотой. Секутор прошёлся вдоль них и отметил наиболее слабые участки. После он спустился в блиндаж полковника. Из всего персонала в нём остался только радист, сидевший у рации и постоянно твердивший просьбу о помощи. Нокс подошёл к нему и велел:

— «Сообщи в штаб о переходе тридцать третьего заградительного батальона под командование секутора Нокса. Собери сведения о статусе соседних частей. Доложи о разгроме врага и стабилизации фронта».

Отдав распоряжение радисту, Нокс повернулся к Эстре:

— «С этой минуты ты капитан. Займись эвакуацией раненых. Проведи ревизию боеприпасов, снаряжения и медикаментов. Составь список личного состава. Сформируй штаб батальона».

Отдавая распоряжения секутор подошёл к карте участка и скопировал в банк памяти. Убедившись, что Эстре понял все его распоряжения, Нокс покинул помещение и вернулся к остатками своего отряда.

— «Кто не спообен больше сражаться направляйтесь на эвакуационный пункт Остальные назовите свои звания и фамилии».

— «Челарий. Сержант. Ефрейтор Клаас. Рядовой Колом. Рядовой Кост»- донеслись голоса со всех сторон.

Секутор запоминал с первого раза и как только последний умолк, приказал:

— «Все вы повышаетесь в званиях. Рядовые и ефрейторы в сержанты. Сержанты в лейтенанты. Эстре — капитан. Теперь вы в тридцать третьем заградительном батальоне. Распределитесь по ротам и возглавьте. Восстановите укрепления. Составьте списки личного состава. Экипажи машин. Вы по прежнему состовляете 29 мобильную бригаду. Расставьте технику на позициях. Отремонтируйте машины. Пополните боекомплект и запас топлива. Будьте готовы к выдвижению».

Закончив Нокс направился к обозам. Уходя он отдал мысль-приказ «Эвкиду» встать у блиндажа и вызвал его тактико-технические характеристики. Дух машины отозвался незамедлительно. Отчёт тут же всплыл в разуме секутора. Повреждения, запас топлива и батарей, боезапас моментально было изучено и анализировано. К тому времени как Нокс добрался до первого обоза, его кибернетический разум составил план обороны, где каждая боевая единица занимала своё место, а траектории и линии огня просчитаны до малейших деталей. Обоз представлял скопление телег и грузовых машин с загруженным скрабом беженцев. Среди транспорта слонялись домашние животные, которые люди не смогли оставить. Беженцы с надеждой поглядывали на секутора, когда он проходил мимо них. Если бы секутор мог чувствовать, то он испытал досаду. По всюду он видел женщин, детей и стариков. Раненых находившихся в санитарных обозах он перевёл из разряда боевых в гражданские стоило только ему взглянуть на них. Вид воина в доспехах и изодранной мантии не остался не замеченным. Пока Нокс обходил обозы к нему стали подходить начальники обозов. По погонам секутор понял, что перед ним стояли офицеры от майора до полковника. Но их возраст давно перевалил за шестьдесят. Нокс остановился и дождался пока они все соберутся и известил о событиях на фронте. Старики с облегчением вздохнули и принялись докладывать о состоянии вверенных им обозов. Во время доклада в них чувствовалась военная выучка. Не задавая лишних вопросов, они по военному чётко и без прикрас обрисовали сложившуюся без радостную картину. Орда ксеносов была разбита, но в тылу действовали многочисленные банды орков, нападавшие на любого кого видели. Единственный железнодорожный путь пролегал через город Нант. В самом городе по слухам окопалось до тысячи зеленокожих, а само население города было полностью истреблено. Выслушав всех Нокс понял что отправлять обозы без прикрытия не имело никакого смысла. Пообещав в скором времени найти выход, он направился обратно к батальону. По пути он вызвал Марока на связь. Нокс успел дойти до блиндажа прежде чем услышал голос Марока.

— «Секутор приношу свои извинения. Проблемы на фронте. Что у вас?».

— «Я в расположении тридцать третьего заградительного батальона. Принял командование. 29 мобильная бригада насчитывает двадцать одну машину в боевой готовности. Экипажи исчерпали ресурс. Необходимо пополнение и прикрытие для скопившихся здесь обозов. Необходимо организовать наступление на Нант».

— «Вы там?! Браво вас потеряли среди всей этой кутерьмы. Радиосвязь Акадии не так совершенна как ваша, секутор. Ничем не могу помочь, к сожалению. Тыл полностью парализован. Войска массово отходят с линии фронта. Небо потеряно. Нам не хватает, да в принципе всего. Мы разбиты. Похоже мы потерпели поражение» — упавшим голосом сообщил Марок.

— «Не теряйте присутствие духа, командующий» — вклинился в разговор беспристрастный холодный женский голос, в котором Нокс узнал голос магоса-доминус Даны Нод: «Битва за Аква Селек завершилась. Властелин войны мёртв. Когорта «Латан» в полном составе направляется к вам. Чуть позже присоединятся части имперской группы. Секутор держите позицию. Нант будет возвращён через два часа сорок три минуты и будьте готовы к возвращению. Конец связи».

— «Слава Единому» — со вздохом облегчения сказал Марок: «Если у вас всё, то я вернусь к управлению войсками».

— «Конец связи» — ответил Нокс и прервал связь.

Штурм Нанта начался с воздушной бомбардировки. Штурмовики Механикум обрушили с небес огненный смерч из фосфора и лазера. Десантные корабли в идеальном порядке синхронно опустились на землю и выпустили томившиеся от без дела машины войны. Роботы Механикум сокрушили оборону, а скитарии вычистили город от кеносов. Сломленные ксеносы бросились в паническое бегство, но археоптеры выследили каждого. Оставив разрушенный город на попечение заградбатальона, скитарии рассыпались на отряды и занялись выслеживанием банд уже под руководством секутора Нокса. Сам Легио по воле магоса Нод обрушил свой гнев на лагеря орков. Истребление ксеносов набрало больший оборот с приходом бронетанковых частей. Небо вновь было взято под контроль людей. Летающие машины Механикум разбили без наказано летающие эскадрильи орков. За сутки воины Омнисии полностью изменили положение на южном фронте. И хотя разрозненные банды орков ещё представляли угрозу, логистика была частично восстановлена. Южная группа армий снова стала получать необходимые припасы, а поезда вывозить раненых и гражданских.

По всему многокилометровому фронту ещё долго не стихали ожесточённые бои. Орки лишились многих баз снабжения. В их тылу полыхали радиоактивные пожары. Склады с боеприпасами рвались от жара. Пепел забивал сопла орочьих самолётов. Несмотря на все сложности, орки ещё представляли угрозу. Их численность всё ещё была велика, а природная агрессия вела только вперёд. Но лишённые единой воли, некогда единая орда рассыпалась на меньшие. Каждый орочий вождь заявлял о себе как о новом властелине войны. Между орками вспыхнули междоусобные конфликты, подтачивающие и так поредевшие силы. С самого начала войны господствующая в небе авиация орков теперь рвала себя сама. С уменьшением количества орочьих эскадрилий небо постепенно возвращалось в руки тех, кто жил на планете уже многие тысячелетия.

У спешно обозначенной посадочной площадки штаба Южной группы армий собралась группа встречающих штабных офицеров. Секутор Нокс спустился по аппарели и направиля к ним.

— «Командарм первого ранга Флавье Марок и бывший командир Южной группы армий Акадии»- представился Марок.

— «Действующий» — поправил Нокс- «Моя задача отражение флангового наступления ксеносов».

— «Как прикажете»- согласился Марок и повернулся к группе за своей спиной — «А это мои офицеры». Он представил каждого из присутствующих и как только закончил, добавил:

— «Мы получили инструкции и смогли подготовить бригаду из самоходных артиллерийских установок и бронеавтомобилей согласно вашим требованиям».

— «Отлично, тогда не будем терять время. По дороге введите меня в курс дела».

Группа офицеров расступилась и пропустила секутора и командарма. Они быстрым шагом пошли в командный блиндаж. Марок уведомил о степени готовности дивизии и принятых мерах. Они быстро достигли штабного блиндажа и спустились вниз. Обстановка в блиндаже ничем не отличалась от прочих. Командующие подошли к карте и её моментально окружили.

— «Наша тактика заключается в манёвре»- начал инструктаж Нокс: «Большую роль будут играть конные части и технические средства. Броневики и бронепоезда. Большое значение имеет быстрое передвижение пехоты. Она должна была передвигаться редкими цепями, желательно иметь в последней цепи ветеранов и офицеров, которые будут поддерживать атаку или останавливать бегущих. Бои будут скоротечными, фронт неустойчив. Для отражения необходимо широкое применение полевой артиллерии. Лёгкой и самоходной. От своевременности информации передвижения противника зависят наши действия».

Акадийские офицеры достали планшеты и принялись записывать наставления секутора.

— «У вас есть офицеры обладающими знаниями в манёвренной войне»- спросил Нокс.

— «Не в том виде к какому вы привыкли, секутор»- ответил Макрон: «Наша армия в прошлом использовала кавалерию для рейдов, но никак для отражения масштабного наступления».

— «Поставьте во главе боевых групп командиров кавалерии и самоходной артиллерии» — приказа Нокс.

— «Уже сделано. Позвольте высказать предложение»- попросил командарм .

— «Говорите» — разрешил Нокс.

— «Личного автотранспорта у населения мало. Армия испытывает сильный недостаток в лёгкой бронетехнике и грузовиках. Поэтому для повышения манёвренности войск, мы решили реквизировать весь подвижной транспорт. А именно четырёх колёсные повозки на гужевой тяге. На повозках расположим станковые пулемёты, расчёт и боеприпасы. Теоретически тактика заключается в обходе с фланга и постоянном ослаблении перекрёстным огнём до тех пор, пока обстановка не позволит провести атаку пехотой или кавалерией. Можно использовать для быстрой смены пулемётных позиций. Ну или как то так».

— «В практике она будет мало эффективна, но за неимением лучшего решения используем. Данные орбитальных авгуров показали разрыв в рядах орков. Лёгкая бронетехника оторвалась от пехотных ватаг. С каждой минутой этот разрыв будет всё больше. Нашим главным противников станут варбагги, ракетомобили и мотоциклисты. Водители этих машин любят скорость и скоротечные манёвренные бои. Они способны обойти укрепрайоны и наносить удары везде где захотят. Они главная угроза для нас. Перебросьте всю авиацию для охоты за ними. Самолёты орков на время придётся игнорировать. Ватаги пехотинцев орков займутся уничтожением оставшегося сопротивления. Надо связать их боем во чтобы то ни стало. Наша единственная задача продержаться до уничтожения Властелина войны и его войска. После этого все силы будут брошены к нам на помощь».

Закончив инструктаж, Нокс умолк. Тут же со всех сторон на него посыпались уточняющие вопросы. За неимением времени он отвечал кратко, оставив офицеров додумывать ответы самим. Затем резко прервал совещание и удалился в приготовленную для него мобильную дивизию.

Носорог «Эвкид» на полной скорости ворвался в расположение 29 особой мобильной дивизии. Её собрали из разных подвижных частей Южной группы армий. Здесь были самоходные орудия, кавалеристы и грузовики с пулемётами или буксируемая полевая артиллерия. Никто не пытался остановить его. Люди разбегались в стороны, боясь быть раздавленными, но боялись они напрасно. Дух машины реагировал на препятствия гораздо быстрее, ловко обходя боевые машины и людей. «Эвкид» резко затормозил у командно-штабной машины из переделанной «Химеры». Курившие рядом с ней три офицера застыли от неожиданности. Из вокс-динамика раздался голос Нока, приказавший выдвигаться. Офицеры бросили сигареты на землю и кинулись внутрь своей машины. Скоро весь лагерь пришёл в движение и через двадцать минут дивизия снялась с места.

Облака пыли поднятые орками было видно из далека. Секутор приказал бригаде развернуться в боевой порядке. К чести акадийцев, приказ они выполнили быстро и беспрекословно. Орки также увидели своих врагов и бросились им навстречу. Реактивные снаряды и подвесные ракеты устремились к целям. В рядах акадийцев расцвели взрывы. Орки первыми открыли счёт. Как только акадийцы приблизились на расстояние прицельной стрельбы пламе вырвалось из жерл самоходных орудий. Орки рассыпались широким полукругом, люди же напротив выстроились в каре увеличив плотность огня и не позволяя оркам скрыться в мёртвой зоне. Из орочьих рядов выскочили мотоциклисты. На полной скорости они ворвались в ряды акадийцев, разбрасывая направо и налево взрывчатку. Затем принялись метаться между акадийцами размахивая мечами и пистолетами. Секутор предусмотрел такой ход и внутри каре орков ждал строй броневиков. Экипажи уничтожили всех прорвавшихся орков кинжальным огнём. Тем временем орки завершили окружение и нарезали круги вокруг каре. По сигналу Нокса бригада вырвалась из круга и выполнила крутой разворот. Орки ответили тем же, поставив цель снова окружить каре. Обе стороны кружили вокруг друг друга, бросая повреждённые машины и раненых на произвол судьбы. Так продолжалось до тех пор пока орочья орда не рассыпалась. Остатки орков быстро отступили. Нокс тоже отвёл бригаду для перегруппировки. Скоро обе стороны снова встретились и повторили бой сначала. Нокс атаковал и отступал и снова атаковал держа орков, не давая оркам рассыпаться по тылу Южной группы армий. Его стратегия заключалась в том чтобы заманить орков в разветвлённую сеть железнодорожных путей. И ему это удалось. Забыв о своей изначальной цели, обрадованные наличием умелого противника, орки попали в перекрестье орудий бронепоездов. Тут их накрыла волна артиллерийский выстрелов бронепоездов и запрятанной в наскоро вырытых окопах полевой артиллерии. Первая волна скоростных машин ксеносов погибла не успев вовремя отреагировать на новую угрозу. Остальные начали маневрировать между разрывами, стремясь уйти от возмездия. Осколочно-фугасные снаряды при контакте с землёй разрывались и освобождали тучи бритвенно-острых осколков срезавших не прикрытых бронёй ксеносов. С неба посыпалась шрапнель, не оставившая шанса оркам. Ватаги легкобронированных машин угодили в ловушку из которой нельзя было вырваться. Разбитые ватаги по одиночке или группами унеслись прочь к горизонту в поисках спасения и не нашли его. Авгуры «Эвкида» доложили секутору о полном уничтожении орды и Нокс остановил дивизию для сбора раненых и полевого ремонта машин. Из укрытий выскочили грузовики с боеприпасами и поспешили к бригаде. Нокс терпеливо выждал пока маины пополнят припасы и дал сигнал выступать. Численность дивизии сократилась на четверть, но эти потери секутор нашёл приемлемыми. Двигатели агрессивно взревели и дивизия сорвалась с места на встречу новой схватке. Отовсюду в «Эвкид» стекались доклады о обнаружении противника и секутор смело вёл в бой бригаду. Каждый бронепоезд получил новые приказы и зловеще пыхтя из труб локомотивов, они двинулись к новым целям. Разум секутора разделил многокилометровое пространство на квадраты. Пока войска выдвигались на новые позиции, он высчитав траектории выстрелов, выстраивая сеть перекрёстного огня. Ватаги орков выстроились широким полумесяцем, планируя захватить как можно больше пространства и загнать людей в окружение. В центре наступали пешие орки. Облачённые в кожаную броню, вооружённые примитивными стабберами, сжимая в руках каменные топоры и тяжёлые дубины, ксеносы напали на сёла и городки, каждый представлявший миниатюрное укрепление. Гарнизоны отчаянно сопротивлялись яростным безумным атакам орков, но не могли надолго сдерживать бесчисленных зеленокожих. Орки ворвались в железнодорожную сеть, питавшую всю линию фронта. Способность манёвра бронепоездов уменьшилось. Как только орки завидели на горизонте дым локомотивов, они со всех ног мчались к ним. Машинисты бронепоездов останавливались на короткое время и обстреливали зеленокожих, после чего стремились убраться подальше от них. В поредевшие расстроенные ряды пехоты зеленокожих врывалась мобильная бригада Нокса. Самоходные орудия безнаказанно давили орков, а броневики опустошали ряды ксеносов слаженными пулемётными залпами. Центр клина неизменно вёл «Эвкид». Его силовые поля трещали от пуль ксеносов, штормболтеры выплёвывали разрывающие болты в вожаков зеленокожих. Разогнав очередную орду, дивизия быстро уносилась для перевооружения. Движение орд замедлилось, но не остановилось. По ордам пронеслась весть о достойном быстроногом противнике и среди орков возникло соревнование, заключавшееся в том чтобы найти и уничтожить мобильную бригаду. Варбагги, ракетомобили и немногочисленные лёгкие бронефуры, сумевшие избегнуть гнева акадийцев, собирались в новые ватаги. Среди орков вспыхивали короткие ожесточённые схватки за право командования и как только новые вожаки были определены, ватаги на полной скорости мчались на поиски врага.

— «Секутор Нокс, говорит лейтенант Гудро из эскадрильи свободных охотников».

— «Принят сигнал, доложите».

— «По приказу командования фронтов переброшены в вашу зону ответственности для оказания помощи. Приём».

— «Доклад принят. Начинайте поиск и уничтожение бронетехники противника. Пешие части и авиационное прикрытие игнорировать. Особое внимание. Орки производят активные манёвры в зоне действия 29 мобильной дивизии».

— «Приказ принят. Приступаем к выполнению».

Пять эскадрилий имперских летающих машин разошлись веером по небосклону. Эскадрильи парили в небе охотясь на бронетанковые ватаги орков. Пикируя с безопасной высоты, пилоты истребителей и штурмовиков оставляли за собой разбитые машины зеленокожих. Нокс отметил на тактическом дисплее новые силы и связался с Мароком:

— «Командующий, каков статус на фронте?»

Ответ пришёл через долгие девять минут.

— «Орки теснят нас. Первая линия оставлена. Авиация ксеносов не даёт покоя, но сдерживается нашей. Как долго это продлиться неизвестно. Потери сухопутных сил тридцать шесть процентов, эскадрилий пятьдесят восемь. Постоянно приходят доклады о появлении в тылу групп противников».

— «Принято. Число групп немногочисленно. Потери приемлемы. Продолжайте исполнять свой долг».

Нокс продолжил игру в кошки-мышки с ксеносами. Бригада моталась из стороны в стороны по всей стокилометровой боевой зоне. Атака, отступление и атака в другом месте. Секутор старался отвечать на каждый зов о помощи, но с каждым прошедшим часом вынужден был игнорировать всё больше.

На узловой станции Касиб собралось столпотворение из санитарных и грузовых поездов. Капитан Логейн Хелус получил дюжину докладов о появлении орков в тылу и не знал куда направить поезда. Сидя в диспетчерской станции, он глядел на карту путей и искал надёжный путь.

— «Капитан, поступило сообщение из деревни Горд о нападении орков. Тридцать варбагг, сорок мотоциклистов и около сотни пехотинцев»- адъютант влетел в помещение и запыхавшимся голосом передал сообщение.

— «Горд в трёх километрах от нас. Численность гарнизона?»- помертвевшим голосом спросил Логейн.

— «Полроты новобранцев из четырёхсотого восемьдесят первого пехотного».

— «Проклятье. Надолго их не хватит. Остаёшься за старшего. Пусти поезда в направлении Ла-Флота».

Не дождавшись ответа, Логейн поднял трубку радиосвязи и сказал:

— «Всем начальникам поездов. Ксеносы в Горде. Всех кто может держать оружие пусть соберутся на четвёртом пероне. Движение поездов открыто в направлении Ла-Флота через семь минут. Поезда с боеприпасами идут в Омбур. Первыми уходят санитарные».

Логейн снял винтовку со стены и выскочил из помещения. Он бежал на четвёртый перон и видел как вагоны покидают раненые бойцы и санитары. К первому гудку уходящего поезда на четвёртом пероне собрался большой отряд бойцво.

— «Эх, нам бы хотя бы один вагон со свежим батальоном. Его бы хватило»- с досадой подумал Логейн. Капитан вскочил на скамью и выкрикнул:

— «Разделитесь на взвода. Определите командиров и айда за мной».

Логейн спрыгнул на перон и пошёл в направлении Горда. За ним направились солдаты. Пехотинцы залегли среди кустарников и терпеливо ждали противника. Орки торопливо двигались им навстречу. Водители кружили вокруг пеших, переругиваясь на своём гортанном грубом языке. Внезапно раздался крик и машины орков сорвались с места, оставив пеших и помчались вперёд. Люди взялись за гранаты и приготовились. Орки приблизились и в них полетели гранаты. Орки ответили, но большая часть снарядов и пуль ушла выше голов людей. Серия мощных взрывов разметала волну ксеносов. Логейн не успел удивиться, как услышал позади себя рёв двигателей. Он обернулся. Самоходные орудия на полной скорости шли на ксеносов. Передовой машиной оказался бронетранспортёр со странным черепом на броне. Его пушки первым делом уничтожили мотоциклистов ксеносов. Пять ракет выпущенные орками разорвались в метре от бронетранспортёра, не причинив тому вреда. Пушки автоматически навились на выжившие варбагги и превратили экипажи в мясной фарш. Варбагги ксеносов столкнулись друг с другом и затихли. Мотоциклисты постарались обойти с фланга угрозу, но натолкнулись на броневики.

— «Наши, наши»- радостно закричал Логейн: «Вперёд, в атаку».

Воодушевлённые солдаты поднялись во весь рост как один и бросились вперёд, держась за бронёй самоходок и броневиков. Водители акадийских машин сбавили скорость, прикрыв пехотинцев, но не остановились. Пешие орки продолжили безумную обречённую атаку и погибли под огнём и гусеницами акадийских машин. Нокс остановил движение и принялся изучать тактическую обстановку, отсеивая просьбы о подмогу. В этот момент на горизонте расцвели яркие ослепительные вспышки света. Секутор подал запрос на обновление информации и с орбитальных авгуров пришёл доклад о ядерных взрывах. Нокс немедленно вызвал Марока и тот также быстро отозвался. Вокс-передаче слышались сильные помехи.

— «Секутор, в тылу орков замечены неизвестные мощные взрывы. Половина солдат ослепла. Что происходит?»

— «Саламандры уничтожили противокорабельную защиту ксеносов. Чаша весов склонилась в нашу сторону. Удержите фронт любой ценой. Зафиксирован повышенный радиационный фон».

— «Какой фон?»

— «Радиация смертельна опасна для человека. Забудьте о первой линии. Стойте там где стоите»- пояснил Нокс.

— «Я понял. Сделаем всё возможное» услышал ответ секутор, но по тону понял что Марок в замешательстве.

— «Сделайте невозможное».

— «Приказ ясен. До связи».

В последующие дни сражения 29 мобильная дивизия стальным клинком прорывала боевые порядки врага или железным щитом вставала у оборонительных позициях. Никто из лучших командующих Акадии не мог похвалиться тем что смог бы повторить действия секутора Нокса. Бойцы 29 мобильной дивизии старались не отставать от загадочного терранского офицера. Бригада появлялась везде где возникала критическая обстановка. 29 мобильная понесла тяжёлые потери. Любая бронетанковая часть незамедлительно пополняла ряды. Совет данный секутором экипажам был прост: «Стреляй первым и не промахивайся». Волны зеленокожих накатывались одна за другой, захлёстывая фланг Южной группы армий. Всё меньше оставалось поселений, способных дать отпор захватчикам. Всё меньше становилось путей и дорог, по которым могли маневрировать бронепоезда. Разрушение этих передвижных орудий особой мощности, включавшие дальнобойные пушки и тяжёлые мортиры, считалось огромным достижением среди орков. И так обескровленная акадийская авиация столкнулась с угрозой на земле. Изначальным планом не было предусмотрена оборона аэродромов и они представляли лёгкие цели. В ответ на просьбы о помощи, секутор мог только посоветовал выстраивать незаправленные и повреждённые самолёты в линию и расстреливать орков из авиационных пушек. Тем что способны были взлететь предписывалось уходить на запасные аэродромы. Не лучше дело проходило на земле. Южная группа армий отбивалась с двух сторон, одна из которых была слабо укреплена. Резервы в первую очередь направлялись на локализацию прорыва, фронт получал лишь остатки, состоящие из пехотных подразделений. Акадийцы стояли насмерть, но несмотря на героизм защитников коллапс обороны неумолимо приближался.

«Эвкид» остановился у небольшого санитарного лагеря. Раненые лежали вповалку, ожидая эвакуации. Между ними метались санитары. Они пытались оказать всю возможную помощь, на какую были способны. Уставшие врачи безостановочно проводили операции. Нокс покинул «Эвкид» и решил пройтись по лагерю в поисках командира. Вид умирающих людей мало его волновал. Для него все они были неизбежной статистикой войны и если они не могли занять место в уравнении, то значит их можно отбросить. Нокс выстраивал всё новые и новые военные теории, но ни одну не мог использовать на практике. Секутор вынужден признать, что силы 29 мобильная бригада исчерпали себя. От самоходных артиллерийских установок осталось двадцать девять машин. Бронеавтомобили выбыли все. «Эвкид» также нёс на себе следы повреждений, а боезапас полностью израсходован. Число групп снабжения сократилось.Часть перехвачены орками, другие не успевали доставлять боеприпасы до того как бригада устремлялась вдаль. Не меньше его беспокоила крайняя усталость экипажей. Исходя из этих данных Нокс и остановился у лагеря в надежде пополнить боеприпасы. Найти командира лагеря не составило труда. Спросив первого попавшегося на глаза санитара, Нокс направился в самую большую палатку из всех. Секутора никто не останавливал и не расспрашивал, все были слишком заняты. Командира Нокс нашёл у входа и что-то записывал в блокнот. Нокс подошёл вплотную, привлекая к себе внимание и произнёс зловещим механическим голосом:

— «Полагаю вы и есть начальник лагеря?»

— «Совершенно верно»- испуганно кивнул тот в ответ и представился: «Майор де Вержи. С кем имею честь?»

Де Вержи уступал ростом и телосложением секутору, будучи маленьким тощим человеком с плешью на голове. Секутор посмотрел на него сверху вниз и потребовал:

— «Мне необходимо пополнить экипажи самоходных артиллерийских установок. Желательно часть заменить. У вас есть водители и наводчики?».

— «К сожалению годных нет. Пехотинцев и бронебойщиков ещё можно найти. Ксеносы не позволяют вывести раненых»- разочаровал секутора Де Вержи.

— «Они не подойдут»- отрезал секутор и поинтересовался: «Медикаментов хватает?».

— «Ни медикаментов, ни персонала. Охранение тоже слабое. Одного нападения хватит для того чтобы вырезать лагерь?» — пожаловался Де Вержи.

— «Надеюсь удача будет сопутствовать вам» — сказал секутор и умолк, получив сообщение.

Сообщение перенаправлено через вокс-передатчик «Эвкида» прямо в мозг секутору. Открыв его Нокс прочитал содержимое:

«Полковник Риволи, тридцать третий заградительный батальон. Орки подавляющими силами упорно атакуют и метами теснят роты вверенного мне батальона со стороны Нанта. Батальон до крайности утомлён беспрерывными боями. На крайне тесном пространстве между минным полем и рекой Сав. В моём непосредственном тылу скопились все обозы и беженцы, что до крайности стесняет маневрирование. Малейший неуспех может создать панику в тылу и привести к катастрофе. Необходимо не позднее завтрашнего дня перевести тыл на левый берег. Предвижу возможность и даже неизбежность отхода. Прошу подкреплений».

Аугментированый мозг секутора вызвал из банка памяти карту местности и анализировал возможные действия, после этого Нокс вновь обратил внимание на Де Вержи, ожидавшего ответа на неуслышанный вопрос.

— «Обстановка изменилась. Соберите всех кого сможете. Сбор у машин через пять минут»- велел Нокс и зашагал обратно к «Эвкиду». ровно через пять минут и сорок секунд у «Эвкида» собрались добровольцы из числа раненых и охраны.Нокс поднялся на броню и громогласно заявил:

— «Акадийцы, враг угрожает истреблением бегущему мирному населению. Женщинам, детям. Мы немедленно контратакуем ксеносов и спасём беженцев. Все на броню, исполним свой долг до конца».

Люди взревели и кинулись рассаживаться на броне самоходок.

Водители выжимали все силы из изнурённых двигателей, торопясь успеть к месту битвы. Солдаты цеплялись за все возможные выступы и поддерживали друг друга. Ксеносы как всегда беспечно атаковали противников ни чуть не заботясь о флангах. «Эвкид» резко сбросил скорость и водители машин, наученные горьким опытом, затормозили. Люди сидевшие на броне опасно качнулись, но удержались. Как только скорость самоходок понизилась, солдаты спрыгнули и выстроились в стрелковую цепь. Нокс улучил момент и перебрался на броню «Эвкида».

— «Всем наводчикам стрелять по готовности. Не отрываться от стрелков. По возможности прикрыть меня огнём»- передал по вокс-связи секутор и «Эвкид» устремился на полной скорости в толпу ксеносов.

«Эвкид» ворвался в орду безжалостно давя орков. Целеуказатель Нокса выхватил из толпы самого крупного ксеноса и хеллган выплюнул ярко-красный луч из ствола. Башка ксеноса разлетелась на части. Нокс моментально перевёл оружие на следующего и прервал его жизненный путь. Орки не ожидали появления в своём тылу врага и в гневе закричали от такой подлости. Часть варбанды развернулась и накинулась на «Эвкид», желая покарать секутора за низость. Штормболтеры молчали, но гусеницы «Эвкида» перемалывали плоть орков, оставляя после себя раздавленное мясо. Орки окружили машину Нокса и попытались взобраться на неё. Секутор сокрушал их черепа своей дуговой булавой. При каждом касании по булаве пробегали молнии и перепрыгивали на тела орков, а с них на ближайших. Тощие тщедушные оркоиды затесавшиеся среди более крупных собратьев содрогались от разрядов и парализованные падали на землю. На броню «Эвкида» запрыгнул сквиг пока секутор отвернулся чтобы размозжить очередную ксеносовскую башку. Он плюнул в Нокса сгустком едкой кислотной слюны попавшей на доспех секутора. Слюна зашипела растворив мантию Нокса, но бессильно сползла с панциря. Нокс развернулся в тот момент когда сквиг кинулся на секутора. Резко отшатнувшись, Нокс пропустил мимо себя сквига и опустил булаву прямо ему на темечко. Раздался хруст и сквиг свалился с «Эвкида». Вслед за упавшим сквигом на броню «Эвкида» упали две бомбы. Они зашипели и выпустили ядовитые споры, смертельные для всех существ галактики, но безопасные для самих орков. Респиратор встроенный в шлем секутора не пропустил споры внутрь , а бионические лёгкие наполнили тело чистым кислородом. Нокс перестроил хеллган на автоматический огонь и срезал ряд орков как коса колосья пшеницы. «Эвкид» опасно замедлился когда траки машины забились мяом и костями ксеносов. Орки победно заревели предчувствуя скорую расправу, но тут в их окружении разорвались осколочные снаряды. Двадцать девять орудий выстрелили почти одновременно принеся опустошение и смерть. Стрелки прикрыли Нокса дождём свинцовых пуль. Разум секутора моментально отреагировал на изменение обстановки. Хеллган выпустил длинный луч лазера в четырёх орков стоявших вдалеке и раскручивающих свои пращи. Нокс разглядел как из толпы вылетела граната и ловко сбил её в полёте. Граната взорвалась, осыпав орков спорами. Следующей жертвой стал метатель гранат. Секутор сосредоточился на уничтожении орков представляющих большую опасность для его группы. Часть орков бросилась на встречу стрелкам, но их срезали пулемёты расположенные на броне самоходных орудий. Среди орков тоже нашлись стрелки, но примитивные стабберы не смогли пробить крепкую броню секутора. Через двадцать минут всё было кончено. Самоходки поравнялись с «Эвкидом», а пехотинцы занялись добиванием зеленокожих всё ещё подающих признаки жизни.

— «Это было безумно смело»- произнёс лейтенант Эстре. Он приказал взводу заняться очисткой траков «Эвкида». Секутор спрыгнул на землю и ответил:

— «Простой отвлекающий манёвр. Главное он сработал. Потери есть?»

Эстре покачал головой.

— «Отлично. Это всего лишь арьергард. Продолжаем движение»- приказал Нокс.

«Эвкид» взревел как только почувствовал освобождение от плоти орков и отряд двинулся дальше. Линзы глаз секутора перенастроились на дальний взор. Секутор увидел ватаги зеленокожих штурмующих позиции тридцать третьего заградительного батальона. Нокс насчитал около двух сотен орков, повёрнутых спиной к нему. Атака не обещала лёгкой победы. Расчёт боя складывался не в пользу людей, но секутор всё равно отдал приказ.

— «Лейтенант Гудро вызывает секутора Нокса, приём» раздался далёкий голос по вокс-связи.

— «Секутор Гудро. Слышу вас»- немедленно отозвался Нокс.

— «Получил вашу просьбу о поддержке. Буду над вами через шесть минут».

— «Квадрат двадцать, пеленг один три семь. Приоритет техника».

— «Как и всегда»- отозвался Гудро.

Пара истребителей спикировала с неба вместе с наступлением отряда Нокса. Пушки разорвали варбагги и разогнали мотоциклистов, позволив группе ворваться в строй орков. Те, как и всегда, приняли вызов. Разгорелась жёсткая рукопашная схватка. Град пуль и снарядов сократили зеленокожих, но полные энтузиазма орки разделились для отражения нападения с тыла. Солдаты прикрывали друг друга. Штыки резали и кололи. Булава Нокса сокрушала кости и черепа. Топоры и мачето орков рубили и кромсали. Винтовки в упор выплёвывали пули в рожи ксеносов. Орки метали заострённые металлические или деревянные копья. Дротики пронзали тела солдат, смертельно раня. Истребители крушили над полем боя как стервятники собирая свой урожай. Некоторые орки в своей глупости безуспешно пытались сбить их. Тяжёлые самоходные орудия расстреляв боезапас вслед за «Эввкидом» въехали в свалку, сбивая и давя зеленокожих. Благодаря технике успех сопутствовал отряду Нокса, но этого оказалось мало. Орки отступили и перегруппировались. Зажатые с двух сторон, они оставили в покое заградительный батальон и теперь свирепо смотрели на атаковавшую в спину отряд, обещая месть. Но ей не суждено было свершиться. На бреющем полёте со стороны обороняющихся по небу проплыли три биплана-бомбардировщика акадийской авиации и сбросили тяжёлые авиабомбы прямо в центр сборища орков. Орки бросились бежать во все стороны, но времени разбежаться им не хватило. Мощные взрывы авиабомб разметали орков по полю боя. Заградительный батальон контратаковал, но не нашёл достойного соперника. Батальон достиг поредевший отряд Нокса и из передней линии батальона навстречу с секутором шатаясь вышел полковник Ривели. Его тело было полностью забинтовано окровавленными тряпками. По всем показателям полковник должен был лежать где-нибудь в сборном санитарном пункте, но он нашёл в себе силы повести солдат в атаку. Секутор отметил храбрость полковника в банке памяти для последующего доклада.

— «Простите. С кем имею честь говорить?» — слабым голосом еле выговорил Ривели, глядя на испещрённую броню секутора. Ривели пошатнулся, но был вовремя подхвачен своими солдатами. Он бережно опустили полковника на землю. Ривели хотел поднять взгляд, но Нокс опустился на корточки, поравнявшись со взглядом полковника.

— «Секутор Нокс, когорта «Латан» Легио Кибернетики Адепта Механикум»- представился Нокс.

— «А, секутор. Наслышан о ваших подвигах. Рад вашему прибытию»- скромно отозвался Ривели.

— «Моя слава блекнет рядом с вами, полковник. Какой статус вашего подразделения?».

— «Статус?»- удивился Ривели: «Потери большие. Половина ранена, убито около двух сотен солдат, в строю примерно семьсот человек. Из них, как вы видите, большая часть беженцы. В основном мальчишки».

Секутор перевёл взгляд на потрепанный батальон. Ривель не врал. Среди израненных перебинтованных солдат стояли гражданские. Судя по лицам возраст составлял от шестнадцати и до двадцати одного. Были и совсем юные. Мужчин оказалось слишком мало.

— «Слава каждому кто взялся за оружие. Я хотел бы взглянуть на список личного состава батальона. Каждый будет отмечен» — сказал секутор, но Ривель только улыбнулся.

— «Какой список. Каждый пришёл чтобы защитить родных. Да и времени не было. Парни подбирали оружие павших вставали в строй. Я не знаю ни их имён, ни фамилий, ни откуда они родом»- сообщил он.

— «Тогда пусть кто-нибудь их перепишет. Список передайте в штаб Южной группы, а сами отправляйтесь в госпиталь. Смелые офицеры нам нужны».

— «Я единственный оставшийся офицер в батальоне, может пара сержантов ещё найдётся. Дел много, оборону необходимо реорганизовать. Заняться эвакуацией гражданских. Я не могу»- отказался Ривель.

— «Не беспокойтесь. 29 мобильная бригада больше не представляет боевой ценности. До её реформирования командование над вашим батальоном принимаю я».

— «Спасибо, секутор»- отозвался Ривель и беспомощно повис на руках своих подчинённых.

Укрепления заградительного батальона встретили Нокса разрухой, павшими и пустотой. Секутор прошёлся вдоль них и отметил наиболее слабые участки. После он спустился в блиндаж полковника. Из всего персонала в нём остался только радист, сидевший у рации и постоянно твердивший просьбу о помощи. Нокс подошёл к нему и велел:

— «Сообщи в штаб о переходе тридцать третьего заградительного батальона под командование секутора Нокса. Собери сведения о статусе соседних частей. Доложи о разгроме врага и стабилизации фронта».

Отдав распоряжение радисту, Нокс повернулся к Эстре:

— «С этой минуты ты капитан. Займись эвакуацией раненых. Проведи ревизию боеприпасов, снаряжения и медикаментов. Составь список личного состава. Сформируй штаб батальона».

Отдавая распоряжения секутор подошёл к карте участка и скопировал в банк памяти. Убедившись, что Эстре понял все его распоряжения, Нокс покинул помещение и вернулся к остатками своего отряда.

— «Кто не спообен больше сражаться направляйтесь на эвакуационный пункт Остальные назовите свои звания и фамилии».

— «Челарий. Сержант. Ефрейтор Клаас. Рядовой Колом. Рядовой Кост»- донеслись голоса со всех сторон.

Секутор запоминал с первого раза и как только последний умолк, приказал:

— «Все вы повышаетесь в званиях. Рядовые и ефрейторы в сержанты. Сержанты в лейтенанты. Эстре — капитан. Теперь вы в тридцать третьем заградительном батальоне. Распределитесь по ротам и возглавьте. Восстановите укрепления. Составьте списки личного состава. Экипажи машин. Вы по прежнему состовляете 29 мобильную бригаду. Расставьте технику на позициях. Отремонтируйте машины. Пополните боекомплект и запас топлива. Будьте готовы к выдвижению».

Закончив Нокс направился к обозам. Уходя он отдал мысль-приказ «Эвкиду» встать у блиндажа и вызвал его тактико-технические характеристики. Дух машины отозвался незамедлительно. Отчёт тут же всплыл в разуме секутора. Повреждения, запас топлива и батарей, боезапас моментально было изучено и анализировано. К тому времени как Нокс добрался до первого обоза, его кибернетический разум составил план обороны, где каждая боевая единица занимала своё место, а траектории и линии огня просчитаны до малейших деталей. Обоз представлял скопление телег и грузовых машин с загруженным скрабом беженцев. Среди транспорта слонялись домашние животные, которые люди не смогли оставить. Беженцы с надеждой поглядывали на секутора, когда он проходил мимо них. Если бы секутор мог чувствовать, то он испытал досаду. По всюду он видел женщин, детей и стариков. Раненых находившихся в санитарных обозах он перевёл из разряда боевых в гражданские стоило только ему взглянуть на них. Вид воина в доспехах и изодранной мантии не остался не замеченным. Пока Нокс обходил обозы к нему стали подходить начальники обозов. По погонам секутор понял, что перед ним стояли офицеры от майора до полковника. Но их возраст давно перевалил за шестьдесят. Нокс остановился и дождался пока они все соберутся и известил о событиях на фронте. Старики с облегчением вздохнули и принялись докладывать о состоянии вверенных им обозов. Во время доклада в них чувствовалась военная выучка. Не задавая лишних вопросов, они по военному чётко и без прикрас обрисовали сложившуюся без радостную картину. Орда ксеносов была разбита, но в тылу действовали многочисленные банды орков, нападавшие на любого кого видели. Единственный железнодорожный путь пролегал через город Нант. В самом городе по слухам окопалось до тысячи зеленокожих, а само население города было полностью истреблено. Выслушав всех Нокс понял что отправлять обозы без прикрытия не имело никакого смысла. Пообещав в скором времени найти выход, он направился обратно к батальону. По пути он вызвал Марока на связь. Нокс успел дойти до блиндажа прежде чем услышал голос Марока.

— «Секутор приношу свои извинения. Проблемы на фронте. Что у вас?».

— «Я в расположении тридцать третьего заградительного батальона. Принял командование. 29 мобильная бригада насчитывает двадцать одну машину в боевой готовности. Экипажи исчерпали ресурс. Необходимо пополнение и прикрытие для скопившихся здесь обозов. Необходимо организовать наступление на Нант».

— «Вы там?! Браво вас потеряли среди всей этой кутерьмы. Радиосвязь Акадии не так совершенна как ваша, секутор. Ничем не могу помочь, к сожалению. Тыл полностью парализован. Войска массово отходят с линии фронта. Небо потеряно. Нам не хватает, да в принципе всего. Мы разбиты. Похоже мы потерпели поражение» — упавшим голосом сообщил Марок.

— «Не теряйте присутствие духа, командующий» — вклинился в разговор беспристрастный холодный женский голос, в котором Нокс узнал голос магоса-доминус Даны Нод: «Битва за Аква Селек завершилась. Властелин войны мёртв. Когорта «Латан» в полном составе направляется к вам. Чуть позже присоединятся части имперской группы. Секутор держите позицию. Нант будет возвращён через два часа сорок три минуты и будьте готовы к возвращению. Конец связи».

— «Слава Единому» — со вздохом облегчения сказал Марок: «Если у вас всё, то я вернусь к управлению войсками».

— «Конец связи» — ответил Нокс и прервал связь.

Штурм Нанта начался с воздушной бомбардировки. Штурмовики Механикум обрушили с небес огненный смерч из фосфора и лазера. Десантные корабли в идеальном порядке синхронно опустились на землю и выпустили томившиеся от без дела машины войны. Роботы Механикум сокрушили оборону, а скитарии вычистили город от кеносов. Сломленные ксеносы бросились в паническое бегство, но археоптеры выследили каждого. Оставив разрушенный город на попечение заградбатальона, скитарии рассыпались на отряды и занялись выслеживанием банд уже под руководством секутора Нокса. Сам Легио по воле магоса Нод обрушил свой гнев на лагеря орков. Истребление ксеносов набрало больший оборот с приходом бронетанковых частей. Небо вновь было взято под контроль людей. Летающие машины Механикум разбили без наказано летающие эскадрильи орков. За сутки воины Омнисии полностью изменили положение на южном фронте. И хотя разрозненные банды орков ещё представляли угрозу, логистика была частично восстановлена. Южная группа армий снова стала получать необходимые припасы, а поезда вывозить раненых и гражданских.

По всему многокилометровому фронту ещё долго не стихали ожесточённые бои. Орки лишились многих баз снабжения. В их тылу полыхали радиоактивные пожары. Склады с боеприпасами рвались от жара. Пепел забивал сопла орочьих самолётов. Несмотря на все сложности, орки ещё представляли угрозу. Их численность всё ещё была велика, а природная агрессия вела только вперёд. Но лишённые единой воли, некогда единая орда рассыпалась на меньшие. Каждый орочий вождь заявлял о себе как о новом властелине войны. Между орками вспыхнули междоусобные конфликты, подтачивающие и так поредевшие силы. С самого начала войны господствующая в небе авиация орков теперь рвала себя сама. С уменьшением количества орочьих эскадрилий небо постепенно возвращалось в руки тех, кто жил на планете уже многие тысячелетия.

Император Луи Вальмон обладал высоким ростом, благородной осанкой и прекрасными чертами лица. Даже в зрелом возрасте он считался одним из первых красавцев империи. В молодости он был повесой, предпочитая общество женщин и друзей государственным делам, но после восшествия на престол новоиспечённый император полностью поменял образ жизни. Теперь Луи вставал с рассветом и перед завтраком оттачивал навыки фехтования, после углублялся в дела и проблемы империи. Поправляя галстук, неожиданно для себя, Луи вспомнил приём посланников Империума в дни прибытия на планету. Первая встреча с посланниками Империума мало произвела на императора впечатления, как впрочем и их длинная речь о объединении человечества под знаменем Терры, которые он счёл преувеличенными россказнями. Посланников мало что отличало от подданных прочих государств планеты, разве что оружие и экипировка. Однако он первым из остальных правителей планеты принял Согласие. В последующие дни, после приёма, он долго обдумывал, совещался и прислушивался к мнению близких родных. Им руководило не желание присоединиться к Терре, а чистый расчёт. Если другие представители человеческой расы смогли пересечь космическое пространство, то смогут и ксенорасы. «Как они себя поведут?»- вот эта мысль не давала покоя Луи Вальмону. И с нелёгким сердцем он дал клятву верности, приняв все условия Империума. Десятая часть доходов государства в виде товаров, акадийцы и колдуны отправлялись в назначенный день в космопорт, откуда покидали планету на всегда. Судьба их оставалось неизвестной. Временами Луи Вальмон сомневался в правильности своего решения. Роптали верующие, оскорбленные закрытиями храмов и гонениями священников. Аристократия роптала, оскорбленная капитуляцией, как они называли Согласие. Заговорщически шептались в кабаках подданные, недовольные тем, что защитники Акадийской империи отправляются завоёвывать неизвестные миры для далёкого Императора Человечества. Народ возмущался ещё и тем, что Империум признал Священную лигу независимых государств, древнего врага Акадии, первым среди равных и построил на её территории космопорт. Единственное с чем все были согласны, так это отдавать Империуму «проклятых» или «псайкеров». Недовольство медленно тлело, подогреваемое соседними государствами Теттийским блоком и королевством Дорсет. Тетийский блок — союз объединяющий океанические государств на северо-востоке континента. Армии блока были малочисленны, как и население. Чтобы компенсировать свою слабость, они сделали ставку на могучий флот и коварство. Эмиссары Блока плели интриги во всех материковых государствах, стремясь стравить их между собой. Не однократно им это удавалось, во многом благодаря тому что королевство Дорсет претендовало на власть на всём континенте. Дорсет по праву могло называться правителем западных земель континента, в то время как Акадийская империя правила восточными. Армии Дореста постоянно вторгались в Лигу независимых государств, но получали жёсткий отпор. Тетийский блок с удовольствием пользовался враждой соседей, торгуя со всеми сторонами и позволяя нанимать наёмников и каперов на своей территории. Политика Акадийской империи в основном была изоляционной. Любая попытка завоевать земли Священной лиги немедленно пресекалась союзом Дорсета и той же Лиги. Была ещё и Саамская уния — союз северных государств континента, но из-за того что территория Саамской унии находилась в «холодных» землях, где кратковременное лето сменялось продолжительной зимой, его редко брали в расчёт. А зря. Во многом предоставленное самой себе и раздираемое внутренними противоречиями, Саамская уния смогла отразить первое вторжение на свои земли ксеносов и держать свои границы на замке. Сейчас оно представляло централизованное государство и, в случае победы над ксеносами, составить конкуренцию остальным. Священная лига независимых государств гордо стояла между королевством Дорсет и Акадийской империи. Несмотря на то что лига состояла из сотен государственных образований, где каждый имел собственные законы, независимость каждого отдельного государства было условным. Каждый платил установленный сенатом налог, невзирая на обрушивающиеся бедствия или процветание. Изучив условия Согласия послов Империума, Луи Вальмону пришла в голову именно политическая структура Лиги. И это стало второй причиной принять Согласие. В самом деле он не прогадал. Империум не вмешивался во внутренние дела, пока десятину платили исправно. Единственным положительным моментом стало развёртывание промышленного комплекса по производству сельскохозяйственной и промышленной техники. Экономика планеты пошла в высь, когда крестьяне и фермеры получили минеральные удобрения и превосходящие всё что у них было сельскохозяйственные машины и небольшие, но эффективные рыболовецкие суда. Казалось процветание и стабильность государствам обеспечено, но на планету вторглись ксеносы. Гибель Священной лиги независимых государств, до этого многие века служившей сдерживающим фактором на планете. Орда зеленокожих ударила в самый центр Лиги и моментально рассыпалась, неся разрушение и порабощение. Расположенные вдоль границ корпуса и армии Священного союза смело контратаковали, но не смогли уничтожить тех с кем ещё не сражались. Так и не сумев спасти своих родных от тирании ксеносов обескровленные армии отступили под защиту королевства Дорсет и Акадийской империи. На юге континента ещё сражались остатки Лиги, но это уже не имело значения. Потери превышали воображение. Может и когда-то в своей истории некогда терранская колония и несла чудовищные людские потери, но они были забыты. Теперь человеческой расе снова преподали урок. И если бы Империум не сдержал слово, то Акидия, Дорсет и прочие, уже пали.

— «Ваше Величество. Вас что-то беспокоит?»- спросил верный камердинер.

— «Дела государства»- холодно ответил Вальмон.

— «Прошу простить покорного слугу»- учтиво промолвил камердинер.

Луи Вальмон бросил последний взгляд на зеркало и оценил свой внешний вид. Высокий брюнет. Уложенные назад волосы. Идеально выбритое лицо. Мундир сидел безукоризненно, согласно существующим армейским правилам. Луи Вальмон кивнул в знак одобрения камердинеру и вышел из покоев. Тренировка принесла чувство бодрости и император с хорошим настроением направился в дворцовый сад, чтобы позавтракать с семьёй. Семья в полном сборе уже ожидала самодержавца в просторном зале сада.

— «Прошу простить за ожидание»- сказал Луи Вальмон, как только приблизился к семье. Он с удовлетворением отметил присутствие его четырнадцатилетнего наследника Филлипа и его младшего брата Георга. Напротив них находились их сестры. Старшая своевравная Сильвия и младшая кроткая Эйлин. Между детьми сидела супруга императора Алиенора. Императрица не обладала красотой как её муж, но имела острый гибкий ум. Их брак состоялся только из-за богатой родословной рода Алиеноры. Сначала Луи предвзято к ней относился, предпочитая её любовницам. Однако чем глубже Луи Вальмон погружался в дела, тем сильнее росла привязанность к супруге. Равнодушие сменилось уважением, а уважение переросло в любовь.

— «Мы рады вас видеть, Ваше Величество»- произнесла Алиенора и сделала короткий кликсен. Дочери повторили движения матери, а сыновья коротко поклонились.

— «Присаживайтесь»- кивнул Луи, одобрительно глядя на отпрысков.

После того как все уселись, слуги поставили перед императорской семьёй блюда. С самого начала войны Луи Вальмон постановил чтобы на утреннюю трапезу подавали те блюда, из которых состоял солдатский паёк. Таким образом семья выказывала солидарность с теми кто не щадя жизней бился за империю и её народ. Приём пищи всегда проходил в молчании, пока на столе не подавался десерт. Он не входил в утреннее меню поэтому за ним дозволялось говорить.

— «Отец до нас дошли слухи о воинах Повелителя Человечества. Ростом в два метра, сильные телом и несокрушимые духом. Своим взором они способны убивать зеленокожих ксеносов десятками»- первым нарушил молчание Филлип.

— «А я многое слышала о железных воинах. Их не берут пули, а в бою совершенно неутомимы»- поддержала его Сильвия.

Сильвия была на год младше Филлипа. Двое старших детей сильно дружили между собой, в то время как Георг и Эйлин ещё не достигли десяти лет. В силу возраста младших мало интересовало происходящее вокруг, но они с упоением слушали старших, жадно ловя каждое слово.

— «Вот как и где же вы слышали о них»- спросил отец.

— «На уроках от учителей Максимилиана и Жака-Рене»- ответил Филлип.

— «А ещё о них шепчется знатные особы и вся прислуга»- дополнила Сильвия.

— «Многие верные короне аристократы сражаются на фронте и пишут разные небылицы про терранских воинов. Вот детям и интересно» — пояснила Алиенора.

Луи Вальмон тихо засмеялся и ответил:

— «Любопытство не порок. Боюсь слухи преувеличены. Да терранцы обладают специфической внешностью, но залог их побед это оружие и наука. Ваш дядя Мегрен подробно описал терранских воинов. В окружающей наш мир пустоте летают спутники, наблюдающие за всем происходящим на поверхности. Благодаря им терранцы способны видеть на многие километры и даже то что творится за горизонтом. В бою они используют разрушительное оружие. Лазеры и болтеры. Боевые машины куда совершенне наших. За один миг они преодолевают огромные пространства, а самолёты парят подобно птицам. Кстати, дядя прислал гильзы от болтов, собранные нашими солдатами на полях сражений. Капитан легиона Саламандр милостиво разрешил оставить нам их себе. Капитан Бабёф, вам пришли лазерные винтовки?».

Капитан гвардии и по совместительству начальник охраны дворца Бабёф подошёл к столу и поклонился августейшей семье:

— «Совершенно верно. Гвардейцы осваивают новое оружие под руководством магоса Феладикса на стрельбище. И надо сказать что и оружие и доспехи выше всяких похвал».

— «В таком случае сегодня проведите смотр» — велел император.

— «Будет сделано» — заверил Бабёф императора.

Дети радостно переглянулись, а супруга благодарно сказала:

— «Мы будем в одиннадцать. Нашим гвардейцам будет удобно?»

— «Мои люди будут рады приветствовать господ в любое время» — скромно отозвался Бабёф.

— «Договорились»- выкрикнула Сильвия, хлопнув в ладоши.

— «Но супруг, скажите, какие настроения присутствуют в рядах наших, м.. союзников? Не разочарованы ли они защитниками империи? И как дальше будут развиваться наши отношения?» — поинтересовалась Алиенора.

— «Капитан Аксман и магос-доминус Дана Нод отмечают храбрость и жертвенность солдат Акадии в своих докладах. Они собственноручно составили список героев. Что же до отношений, то командиры терранской армии не проявляют никакого интереса к внутренней мировой политике» — пояснил жене Луи Вальмон.

— «Молюсь чтобы было так и дальше. В их руках сейчас сосредоточена огромная сила. Не только влияние, но и армия» — обеспокоено сказала императрица.

— «Имперская армия. Вчера было принято официальное решение так его именовать. Мегрен сообщает о планах задействовать его в Великом Крестовом походе после окончания конфликта» — сообщил новость супруге Луи Вальмон.

— «В таком случае буду молится за успех наших воинов на иных мирах».

Луи Вальмон бросил взгляд на часы и поднялся из-за стола:

— «Прошу простить, но дела не ждут. И Алиенора будь осмотрительнее за пределами покоев. Повелитель Человечества не приветствует любое проявление религиозности. Не надо давать почву для разного рода слухов. По крайней мере пока его воины ещё здесь».

Алиенора кивнула супругу и Луи Вальмон покинул сад. Окончив трапезу он направился на заседание совета при Высочайшем дворе, состоящего из проверенных временем восьми высших сановников империи. Совет действовал как совещательное учреждение не только по вопросам военной и внешней, но и внутренней политики. Совет собирался раз или два в неделю и обсуждал действия правительства на ближайшее или долгосрочное время. В него входили военный министр Оноре Габриель, генерал-прокурор сената Демульен, канцлер Верньо, президент Иностранных миссий Виктюрн, президент Императорской Академии наук и художеств Клотс, адмирал флота Басерес, глава казначейства Камбон и верховный блюститель Геральдической канцелярии Неккер. Все они уже ожидали императора в конференц-зале, обсуждая события на фронте и влияние на политику государства. Как только Луи Вальмон вошёл в зал сановники прекратили все разговоры и поклонились Его Величеству.

— «Приступим» — бросил император и сановники расселись по местам.

Император воссел во главе стола, окинул всех и, убедившись что все на местах и готовы, сказал:

— «Оноре Габриель, вам слово. Каково состояние армии?».

В военной структуре Акадийской империи существовало разделение на главнокомандующего всеми вооружёнными силами и военного министр. Главнокомандующий избирался на период военных действий и, в то время как министр отвечал за состояние вооружённых сил. Должность военного министра была постоянной и возлагала огромную ответственность на сановника.

— «На сегодняшний день потери убитыми приближаются к трём миллионам человек, ранеными тремя миллионами двухста тысячам, из которых вернуться на фронт сможет лишь треть. Боевая подготовка краткосрочна. Дообучение солдат возложено на полевых командиров, хуже всего дела обстоят с офицерским составом. Из-за роста численности состава армий нам приходится повышать в званиях нижестоящие чины, не имеющих ни образование, ни навыков управления частями. Многих офицеров, прослуживших достаточно долго на фронте, приходится выводить в тыл для передачи боевого опыта. Офицерский преподавательский состав слишком мал, чтобы в корне изменить ситуацию. Я отдал приказ об отмене отпусков и выходных дней, но и этого мало. Снабжение непосредственно военной промышленностью империи сильно хромает. Войска испытывают недостаток в оружии, снарядах, технике. Наша промышленность не способна обеспечить войска всем необходимым. На сегодняшний день на передний план выходит проблема логистики. План снабжения фронта начинает буксовать. Войска и снабжение поступают на фронт с задержкой. Из положительных новостей могу сообщить, что мобилизация населения проходит в плановом режиме, а дух новобранцев высок. Единственный кто справляется с военными заказами так это магос Стронций. Храм-кузница под его руководством наладила выпуск продукции на девяносто восемь процентов своих мощностей и продолжает строится. Оружие Империума прямиком поставляется в имперскую армию, чья численность только увеличивается. Воинские контингенты Его Величества снабжаются во вторую очередь, но и без этого количество оружия велико. Я распорядился первыми в очереди поставить ударно-штурмовые батальоны. К сожалению, из-за постоянной интенсивности боёв многое оружие теряется в боях. По прогнозам военно-учённого совета полное перевооружение армии займёт около шести месяцев, при условии что мы сможем поддерживать темп производства. И тут у нас возникает новая проблема. Храм-кузница пожирает ресурсы, как голодающий хлеб. Всё чаще нам приходится отправлять необработанные ресурсы к магосу Стронцию. Соответственно это тоже приводит к задержке».

Луи Вальмон выслушал Онора Габриэля и перевёл взгляд на канцлера. Верньо моментально ответил на невысказанный императором вопрос:

— «Проблема в мобилизации. Вербовщики собирают всех мужчин возрастом от двадцати до пятидесяти. А это квалифицированные рабочие руки. Экономика в упадке. Лёгкая промышленность сократила производство на четверть. Сельскохозяйственная на треть. В городах не хватает врачей, про сельскую местность я не говорю. Также из экономики на нужды фронта изымается транспорт. Ушедших заменяют женщины и дети. Люди трудятся непокладая рук, но от них мало проку. Единственное что испытывает рост только военная промышленность и связанные с нею отрасли. Но и там не всё гладко. Железнодорожные службы испытывают недостаток в персонале. Из-за этого и возникла проблема с логистикой. Половина локомотивов стоят в депо. Ремонтные бригады не справляются с объёмом работ».

— «Финансы также требуют внимания»- сказал Камбон, как только Верньо умолк: «Дефицит бюджета достиг тринадцати процентов. Казначейство выпустило новые облигации, но без повышение налога и введении косвенных, боюсь дефицит вырастет до девятнадцати. Казначейство совместно с Иностранными миссиями провело переговоры о заёме. Торговый союз и картели промышленников согласны его предоставить. В первые за два столетия у империи появится внутренний долг».

— «Не только внутренний, но и внешний» — буркнул Виктюрн, но спохватился и прямо сказал: «Тетийский блок и Саамская уния готовы предоставить кредит деньгами и ресурсами на достаточно льготных условиях. Семь процентов годовых».

— «Заём поддержит экономику на год, может на два. Всё зависит от длительности военных действий» — поддержал коллегу Камбон.

Луи Вальмон задумчиво потёр лоб и затем кивнул:

— «Подготовьте все документы в кратчайшие сроки. Составьте перечень тыловых должностей, где присутствие мужчин не обязательно. Откройте допуск на обучение женщин в санитарно-медицинские образовательные учреждения. И объявите набор добровольцев в для службы боевых частях».

Все советники в шоке уставились на императора. Им потребовалось время, чтобы смысл сказанного достиг их разума и после этого они заговорили разом:

— «Женщин в армию?»

— «Женское дело рожать, а не сражаться!».

— «Произойдёт падение дисциплины. Я протестую».

— «Это ударит по имиджу империи».

Луи Вальмон поднял руку и резко опустил на поверхность стола, заставив всех замолчать.

— «Сейчас решается будет жить империя или сгинет. Мы сильно уступаем и только благодаря терранцам мы победили в последней битве, но до конца войны ещё далеко. Воины Повелителя Человечества наглядно продемонстрировали, что войну можно выиграть только превосходя ксеносов технологически. Всего каких-то шесть тысяч сломили хребет ордам захватчиков. Храм-кузница производит столько же оружия сколько Акадия и прочие государства вместе взятые. Кроме того вы забываете, что женщины уже сражаются на фронте. Да я говорю о сёстрах милосердия. Магос-доминус Дана Нод тоже женщина и, судя по докладам моих генералов, она смело ведёт железных воинов в бой. Сколько мужчин и женщин сражается в Великом Крестовом походе? Женщины заменят мужчин-радистов, работников полевой почты, телеграфных техников, писарей, санитаров, делопроизводителей, чертежников. Им найдётся место на административно-хозяйственных должностях. На фронте они станут связистами, пулемётчицами, снайперами. Всех квалифицированных рабочих и инженеров вернуть на заводы. Пусть трудятся круглосуточно, давая фронту необходимое. Как всё это объяснить населению, аристократии и сенату, я поручаю вам генерал-прокурор Демульен. Сделайте невозможное, а не согласных запишите в предатели. Это решено. А теперь давайте заслушаем президента Императорской Академии наук Клотса».

— «Позвольте высказаться, Ваше Величество»- опередил открывшего было рот Клотса адмирал Басерес.

Луи Вальмон кивнул, прощая вмешательство Басереса и позволяя ему говорить.

— «В условиях нынешней войны я нахожу избыточной силу военно-морского флота. Предлагаю взять пример с Священного Союза и направить часть экипажей в армию. Я не согласен с вашем решением относительно женщин, но скрепя сердце, могу согласится с тем что офицеров тыловых должностей флота временно заменят. Кадровые офицеры флота и члены экипажей не обучены сухопутному ведению боя, но переобучить их будет гораздо проще, чем обучать рекрутов. Артиллерийские офицеры и канониры не потребуют много времени, а береговые воинские части имеют нужную квалификацию. Кроме того, с линкоров и дредноутов можно снять необходимое вооружение и направить на увеличение железнодорожной артиллерии. Я подготовил все документы и списки личного состава для передачи в армию» — доложил адмирал, передав императору толстую папку.

Луи Вальмон принял её и положил рядом с собой.

— «Вы как всегда предусмотрительны. У кого-нибудь есть возражения?».

Члены Совета единогласно приняли предложение адмирала Басереса, после чего слово взял президент Императорской Академии наук и художеств Клотс.

— «Нашими инженерами изучены чертежи новых видов вооружений, предоставленные магосами. При разработке было уделено особое внимание сборке оружия, а так же возможность быстрого освоения в войсках. Всё оружие испытано как нашими военными, так и магосами. На ряде заводов производство уже налажено. Это позволит освободить мощности храма-кузницы для производства непосредственно техники. В этом вопросе магосы значительно превосходят нас. Что касается собственного производства военной техники, то предлагаю уступить пальму первенства. По расчётам Академии принятые меры позволят освободить квалифицированные кадры, нарастить производство стрелкового, ручного противотанкового оружия и траншейной артиллерии. Инженеров и технических специалистов направить на ремонт и создание локомотивов, железнодорожных составов, транспорта».

— «Хорошо. Канцлер завтра отправляйтесь в храм-кузницу и проведите переговоры с магосом Стронцием. Прежде чем начать перестройку необходимо его одобрение»- велел Луи Вальмон.

— «Отправлюсь сегодня вечером» — заверил императора Верньо.

— «Ещё вопросы?» — спросил Луи Вальмон.

— «Есть один» — ответил генерал-прокурор Демульен: «Напрямую связанный с вашим решением относительно женщин и дисциплиной в войсках. Как известно если поместить мужчину и женщину в одной комнате, то между ними неизбежно возникнет близость. Ещё до войны на фабриках управляющие пользовались привилегированным положением и принуждали подчинённых к внебрачной связи. В армии тоже так будет. И если в тылу порядок более или менее будет поддерживаться, то на фронте уследить за этим невозможно. Жандармерия также лишилась многих своих офицеров, надзор за личным составом ослаблен. Поддержание дисциплины во многом возложена на командиров. На большинство преступлений совершаемые солдатами смотрят сквозь пальцы, расследования проводятся по недостаточно пристально, а военно-полевые суды чаще выносят оправдательные приговоры. Следует учитывать, что общество, особенно деревенское, достаточно консервативно в отношении добрачного секса. Многие девушки рискуют вернутся домой после окончания войны с репутацией «испорченных»».

Все собравшиеся задумались. Проблема действительно была скользкой. Объяснить обществу мобилизацию женщин ещё можно, но изменить отношение к мобилизованным будет трудно.

— «Используем поэтов, писателей для создания самоотверженного образа. Военные корреспонденты отберут несколько случаев отваги сестёр милосердия и возвеличат их. Подвергнем жёсткой цензуре издания, любые слухи и сплетни пресечём. Любого кто из будет распространять обвиним в подрыве боевого духа. Придётся пересмотреть законы, ввести наказания. Думаю при правильном подходе за год мнение общества изменится» — предложил Клотс.

— «Что скажут остальные члены Совета?»- спросил Луи Вальмон.

— «В принципе это возможно, но будет лучше если члены императорской семьи и знатных родов первыми отправятся на фронт» — предложил Виктюрн.

— «Значит так тому и быть» — решил император с молчаливого согласия членов Совета.

— «А теперь обсудим последний вопрос» — сказал император: «Как нам всем известно Повелитель Человечества носит титул императора, а создаваемое им государство империей. Возник юридический казус. Я долго не обращал на него внимание, но пора что-то изменить. Акадия будучи империей является вассалом другой империи. Администратум Терры подавал прошение на переименование нашего государства, но не настаивал. В сложившейся обстановке когда сюзерен во исполнение своего долга оказал помощь вассалу, то есть нам, нужно принять решение».

— «Я обсуждал этот вопрос с представителями Администратума до начала войны» — сообщил собравшимся верховный блюститель Геральдической канцелярии Неккер:

«Нам позволено сохранить всю геральдику, титулы и права, за исключением имперских. Новый титул признаётся Администратумом, а правящая семья сохраняет всю полноту власти и прав на всей своей территории, целостность вассальных клятв. Возможно, хоть и маловероятно, что с началом строительства нового космопорта и поддержкой терранских командующих, наш император получит титул планетарного губернатора. Ведь, как всем нам известно, до вторжения ксеносов межпланетарными отношениями руководили представители Администратума. С гибелью представителей у нас появилась возможность увеличить влияние».

— «Будет нелегко. Нас обвинят в захвате власти на планете. Представители Администратума не только собирали десятину и следили за политикой на планете, но и служили третейскими судьями. Я переговорю с капитаном легиона Саламандр Аксманом, магосом-доминус Нод и полковником Стаутом. Если мне удастся заручиться, то правителей остальных государств можно будет склонить к сотрудничеству» — мрачно произнёс Виктюрн, представляя сложность задачи. Виктюрн встречался со всеми тремя командирами и понял, что их не интересует внутренняя политика планеты. С полковником Стаутом оказалось легко найти общий язык, но он напрямую подчинялся капитану Аксману. Сам Аксман старался держаться подальше от политических дрязг, исполняя свой долг по защите Человечества от ксеносов. Виктюрн задумался. Из разговоров с магосами Императора он понял, что их интересуют знания. Они поклоняются им и если найти то что их заинтересует, то привлечь на свою сторону будет лёгким делом. Виктюрн решил поручить агентам Иностранных миссий начать поиски любых технологий и артефактов прошлого. В случае успеха открывающееся перспективы позволили бы стать Акадии главенствующей силой на планете, путём небольшой уступки Императору Человечества.

— «Не надо забывать, что имперская армия состоит из одних лишь акадийцев. Они покинут мир для участия в Великом Крестовом походе и принесут не мало пользы. Надо попробовать» — решительно заявил Оноре Габриэль.

Совет ещё долго обсуждал последнее предложение императора и по окончанию заседания покинул дворец с чётким представлением о дальнейших действиях. Как только последний сановник исчез в глубине коридора, Луи Вальмон направился в дворцовую оранжерею. В этом месте были собраны все растения его мира. Под руководством Алиеноры садовники и биологи тщательно культивировали каждый росток. А ещё здесь было тихо. За долгие годы брака Вальмон запомнил когда жена появляется в оранжерее и вегда мог её найти или избежать. Увлечение супруги нравилось императору. Как и управление государством, труд по культивированию растений давал о себе знать через годы, десятилетия. А то и вовсе после смерти. Именно здесь Луи Вальмон ощущал родственную душу Алиеноры. Император беспрепятственно вошёл под своды оранжереи и, отогнав все мыли, сосредоточился на делах империи. Совет не впервый раз выказывал беспокойство о внутренних делах империи. Перед битвой за Аква Селек правительство сделало невозможное. Смогло мобилизовать экономику и выполнить требования воителей Повелителя Человечества. Победа потрясла всё общество. Ожесточённость и уныние сменилось надеждой и воодушевлением. Общество надеялось что их жертвы подходят к концу, но испытания только начинались. Ситуация в гражданской экономике была тяжёлой, и по этой причине экономика в целом не могла удовлетворить потребности войны. Гражданские отрасли промышленности, сельское хозяйство, инфраструктура переживали глубокий кризис. Производство сельскохозяйственных культур сократилось более чем на треть. Результатом войны стала нехватка рабочих рук, вызванная мобилизацией, тяжёлыми демографическими изменениями, потерями живой силы, оттоком рабочих на промышленные предприятия. Экономисты предрекали голод в следующем году, если вдруг возникнет неурожай зерновых культур, особенно батата. Страна уже испытывала недостаток съестных припасов, сырья, искусственных удобрений. Из-за оттока рабочих рук из аграрного сектора сократился товарный оборот внутреннего рынка. В результате падения народного потребления упал на двадцать семь процентов. Для сокращения дефицита продовольствия Сенат ввёл карточки на батат, распространившиеся затем на молоко, жиры, яйца, сахар, картофель и прочие продукты. Недостаток продовольствия привёл к введению мер государственного регулирования. Введена принудительная продовольственная развёрстка, согласно которой крестьяне и фермеры были обязаны сдавать государству все излишки. Определение норм потребления вошло в обязанность местных органов власти. Падение внешней торговли, особенно экспорта, уменьшение золотого запаса, рост государственного долга и инфляции понизили курс валюты империи на тридцать процентов. Железнодорожный и автомобильный транспорт изношен или отобран армией, а средств и сил для его восстановления не имелось. В рамках «программы Камбона» сенат принял закон «О вспомогательном патриотическом труде». По закону все категории работающих на военном производстве могли переходить на другую работу только с разрешения представителя военного ведомства. Категорически запрещалось проведение забастовок. Закон также вводил трудовую повинность для мужчин в возрасте от 16 до 60 лет. Обесценивание валюты составило сто восемь процентов. Каждый день ведения войны стоил государству сорок миллионов сестерциев. В прежние времена империю сотрясли бы множественные восстания. Солдат катастрофически не хватало. При ежемесячных потерях в сто тысяч солдат, пополнения покрывают только семьдесят пять процентов этих чудовищных потерь, а капитан Аксман и магос-доминус Дана Нод не собирались останавливаться. Они создали собственную армию и кочевали с одного фронта на другой, поглощая все накопленные запасы снаряжения и боеприпасов. Достижения достигнутые ими нельзя игнорировать, но они не давали возможности экономике передохнуть. Усилиями командиров Императора Человечества армии Акадии вернули все территории Акадийской империи и вторглись на оккупированную ксеносами территорию бывшей Священной лиги независимых государств. Освобождённые территории и бывших граждан лиги сенат признал собственностью империи. Освобождённые не возражали. Время проведённое в рабстве у ксеносов сломило многих. Бывшие рабы рассказывали ужасные истории, которые пропагандисты Акадии, а затем и остальных держав, распространяли по всем газетам и радио. Некоторые пленники нашли в себе силы и присоединились к акадийской армии. Глава остатков Священного союза курфюст-регент Дитерихс протестовал, называя освобождение оккупацией, но не мог ничего сделать. Зона «Рецианского выступа» была признана непригодной. Радиация отравила всё, даже ксеносы бежали. Огромную территорию вычеркнули на века из реестра налогооблажения. Правящие дворы Тетийского блока, Саамской унии и Дорсета увидели возможность возвышения Акидийской империи и начали плести сеть собственных интриг для сохранения статуса-кво. Канцелярия внешней безопасности докладывала о тайных договорах между мировыми государствами. Общий союз грозил сокрушить ведущую роль Акадии на планете, но пока ксеносы владели плацдармом на планете терранские командующие не позволили внутренним разногласиям вылиться в междоусобицу. Дипломаты соперничающих государств ищут встречи с терранскими командирами, но редко находят их. Аксман и Дану Нод полностью посвятили себя войне. В их отсутствие полковнику Стауту приходится постоянно отвлекаться от обязанностей и вести переговоры. Впрочем он ловко маневрирует среди политических течений, обходя ловушки или сваливая окончательное решение на капитана легиона Саламандр Аксмана. Минийский полк потерял большую часть состава и сейчас занимался только обучением вливавшихся в имперскую армию войск. Но влияние полковника Стаута ничуть не уменьшилось. Стаут полностью взял на себя все дипломатические обязанности. Пока что политические игры не выходили за установленные рамки. Луи Вальмон сделал шаг и услышал как что-то хрустнуло. Он с удивлением поднял ногу и увидел раздавленную улитку. Несчастный моллюск полз через бетонированную дорожку и попал под сапог императора. Что его заставило покинуть родные места оставалось загадкой. Луи Вальмон продолжил прогулку. Смерть ничтожного существа сменило направление его мыслей на причины вторжения ксеносов. С самого первого дня вторжения они не выдвигали никаких условий, не пытались вести переговоры и хоть как-то проявить цивилизованность. Природа орков оставалось загадкой для Луи Вальмона, как и мотивы раздавленной улитки. Планы по возвышению Акадии казались Луи Вальмону эфемерными, но упустить возможность он не мог. Император остановился и посмотрел сквозь стеклянный потолок на небо. Оно защищало от жара Солнца, но не могло остановить вторжений с других миров. Среди цветов луи Вальмон заметил скрывающегося в тени деревьев гвардейца. Он умело сливался с местностью, благодаря своему костюму. Вальмон кивнул ему и прошёл мимо.

— «Какие угрозы таит пустота межзвёздного пространства? Насколько мы готовы отразить их» — задумался император. Древние записи говорили о том что орки были не единственной межмировой угрозой. «Выхода не осталось. Объединение мира под единым началом — единственный выход» — отбросил сомнения Вальмон и твёрдой походкой покинул оранжерею.

Луи Вальмон и его правительство проявило редкую эффективность какую история Акадии не видела уже четыреста лет, но успехи стали кратковременными. Кризис становился неизбежным и грозил захлестнуть весь мир, обратив все жертвы, успехи и достижения в ничто. Орочья орда раскололась на несколько крупных объединений. Однако вместо гражданской орды зеленокожие решили проще. Претенденты схлестнулись в дуэлях. В итоге вместо одного Властелина войны стало семь, но каждый направил силы на расширение своих территорий. Фронты заполыхали. Семь армий ксеносов штурмовали оборону людских государств. Магос-доминус Нод оказалась права в своих расчётах. Орки потеряли воздушный флот и это стало подспорьем для защитников планеты. На планетарном съезде правителей капитан Аксман ультимативно заявил о объединении всей авиации под единое командование. Возразить ему никто не посмел. Собранные в одну силу управляемой одной волей авиация превратилась в мощнейший циклон разрушения. Штормовые волны тяжёлых бомбардировщиков опустошали территории, ураганные порывы штурмовиков обрушивали огненные смерчи на орды зеленокожих, авгуры-спутники срывали покров тайны с владений орков, освещая цели Светом Знания и указывая местоположение сборищ ксеносов. Космические корабли регулярно устраивали орбитальные бомбардировки. Под прикрытием воздушных налётов Сламандры и скитарии совершали диверсионные рейды вглубь владений орков. Городки сжигались, шахты и кузницы уничтожались, живая сила истреблялась. Орки мало что могли противопоставить такому давлению. У них оставались зенитные батареи, но из-за действии авиации их приходилось держать либо на фронте, либо для защиты промышленных центров. Без поддержки авиации в обороне возникли бреши. Владыка войны пошл в ва-банк и проиграл. Раздробленность тоже не способствовала противодействию людям. В рядах зеленокожих начинали вспыхивать драки за обладание боеприпасами. Единственной связующей силой оставалась главная крепость орков. В неё продолжали поступать различные материалы и ресурсы, а покидали её уже боевые машины и колонны с боеприпасами. Изучив данные поступающие из разных источников, магос Нод и капитан Аксман пришли к единому выводу. В крепости остался главный мех Властелина войны, в скорейшем будущем способный объединить орду в единое целое. Он давал вождям необходимое снабжение, от которого зависели орки. Посовещавшись оба командира двух ветвей вооружённых сил Империума — Терры и Марса, приняли решение о уничтожении вождя-меха. План начал тут же разрабатываться. Анализ местности, расписание движение колонн техники и грузовых машин, предполагаемая численность гарнизона, примерный план крепости и многое другое было изучено и анализировано. Магос Менетий предпринял попытку сканирования крепости, но её окружало непроницаемая стена неизвестного излучения. Капитан Аксман предпринял разведывательный рейд. Он смог собрать подробную информацию о внешней стене крепости и удалиться незамеченным. В итоге нападение решили отложить. Дана Нод опасалась, что сил космодесантников и скитариев было недостаточно для прорыва обороны крепости. Аксман готов был рискнуть и даже пожертвовать своей ротой ради победы, но холодная логика магоса-доминус убедила его в пользе добродетели терпения. И судьба их вознаградила. В последние дни экронской весны в систему вошёл имперский военный флот, состоящий из трёх галеонов Механикум и флотилии легиона Саламандр. В трюмах галеонов хранилось оборудование, оружие и техника для оснащения тысячи полков планетарной обороны. Галеоны прикрывали корветы и фрегаты. Рядом с галеонами скользили меньшие по размеру, но иные по назначению десантные корабли. Они несли воинские контингенты, набранные с феодальных и диких миров человечества. Миры полностью утратившие знания и деградировавшие до первобытных сообществ, но сохранивших понятия о чести, доблести и верности. Воины этих миров не отличались дисциплинированностью, но могли сравнится в кровожадности с орками. Командование Великого Крестового похода здраво рассудило, отправив на помощь этих людей. Это крепкие и прямолинейные воины, достоинством которых являлись размер и сила, что давали преимущество в рукопашной. Однако они чувствовали себя крайне неуверенно в любой странной ситуации и плохо реагировали на чудеса технологических достижений.

Потрепанную роту Аксмана пополнили неофиты легиона. Примарх Вулкан с внимательностью отнёсся к своим сыновьям и увеличил роту Только закончившие процесс преображения в космодесантников, неофиты жаждали доказать правильность выбора командование легиона.

Прибытие свежих воинских контингентов позволило увеличить ударную мощь имперской группы войск, а большое количество ресурсов предотвратило назревающий экономический кризис. Всё это позволило в кратчайшие сроки разработать план наступления на главную крепость орков и создало благоприятные условия для решающего наступления. В назначенный день и час все фронты союзников Акадии начали наступательные операции с целью отвлечь ксеносов. Они не жалел сил и средств для создания тумана войны. Зеленокожие радостно откликнулись на брошенный вызов и смело устремились в бой, не заметив как над ними навис смертоносный клинок. Считается что самое тёмное время наступает перед рассветом, но первый день лета озарили не солнечные лучи, а вспышки тысяч орудий и залпы сотен ракет. Акадийская армия перешла в решительное наступление, ставшая одним из крупнейших сражений в истории планеты как по своему размаху, так и по продолжительности. Это была единственная операция, когда все силы планетарных армий сражались согласно единому плану и управляемые одной волей. В результате орочья орда, стоявшая между крепостью и имперскими войсками, была полностью уничтожена и рассеяна. Акадийцы прошли от двухсот до пятиста километров вглубь территории орков на протяжении тысячи семисот километрового фронта. Измотанные непрерывными четырёхмесячными боями акадийские армии остановились для перегруппировки и пополнения припасов. Тогда в дело вступили имперские войска, до того стоявшие в резерве. Если целью акадийцев стояло уничтожение орды и освобождение как можно большей территории, то имперской армии суждено пробиться к крепости и взять её штурмом. Вожди орков не разгадали планы имперского командования и поспешили установить устойчивую линию фронта. С гибелью одного из них, соперничество между вождями усилилось. Каждый видел возможность возвысится, нанеся поражение акадийским армиям и собрать богатые трофеи. В какой-то степени они были правы. Армии Священного Союза, королевства Дорсет, Саамской унии и Тетийского блока снабжались по остаточному принципу. Они по прежнему воевали на то же технике какая у них была. То немногое количество оружия и техники производимое техножрецами шло на снабжение элитных войск. Армия Акадии полностью перевооружилась по имперским стандартам, но и несла основную тяжесть войны. Пользуясь неразберихой последних дней наступления акадийских войск, когда орки безостановочно контратаковали и выстроивали оборону, имперкая армия под общим руководством капитана легиона Саламандр Аксмана совершила марш-бросок к столичной крепости орков. Для прикрытия человеческой армии в воздух подняли всю авиацию, часть которой состояла из воздушных сил союзных государств. Авиация заполонила небо прикрывая фланги имперской армии. Пилоты охотились за ксеносами, истребляя ватаги, отряды и даже одиноких бойцов. Вожди не могли не оставить такое без внимания, но орды втянулись в бои с акадийцами и не могли быстро выйти из боя.

Капитан Аксман вошёл в палатку импровизированного штаба. Он только вернулся из рейда по уничтожению бронетанковой колонны ксеносов. Скрыть огромное число войск было невозможно. Орки то и дело безуспешно кидались на людей. Задержка не входила в планы и Аксман взял на легион обязательство парировать любые выпады зеленокожих, до того как они станут угрожать основным силам. Ангелы Смерти Императора с достоинством выполнили обязательство. Не нуждаясь ни во сне, ни в отдыхе, Саламандры патрулировали периметр движения имперской армии. Орбитальные авгуры сообщали местоположение орочьих групп и им навстречу устремлялись космодесантники. Там где авиации оставляла осколки ватаг орков, неизменно появлялись Саламандры и добивали оставшихся. Особое внимание уделялась разведчикам орков. Этим вопросом занялись скитарии. От сенсоров Механикум ничто не могло укрыться, а аугментированные глаза видели в разных спектрах. Любой кто пытался прокрасться к движучейся армии попадал в перекрестья лазерных указателей. Имперская армия достигла крепости согласно графику, составленных магосами. За гололитом Аксмана ожидали магос-доминус Дана Нод, секутор Нокс и полковник Стаут вместе с прочими офицерами полков имперской армии. Гололит показывал крепость орков и её характеристики. Достаточно было одного взгляда чтобы понять сложность задачи. Над сплошной стеной крепости возвышались башни и мощные надстройки с различными орудиями. Массивные батареи макроорудий усеивали стены, а турели и стволы, торчали из каждой складки обшивки корпуса астероида. Размеры крепости намекали на значительное количество ксеносов внутри, а знание о производственных мощностях подсказывало что зеленокожие не испытывают недостатка ни в технике, ни в боеприпасах. Дополнительной защитой крепости являлись потрескивающие в воздухе силовые поля, исключающие возможность орбитальной бомбардировки. Ещё одной сложностью стало хаотическое строительство орков. По опыту войн с орками Аксман знал какими извилистыми могут быть коридоры орков. Тоннели могли идти вверх и вниз, сворачивать влево и право. Следуя по ним можно было попасть куда угодно, но только не к тому месту куда шёл. Сами орки никаких затруднений не испытывали.

— «Простите за опоздание» — произнёс Аксман, подходя к гололиту.

— «Не стоит извиняться. Ваша работа крайне важна для успеха операции» — ответила магос, продолжая смотреть на гололит.

— «Раз капитан Аксман здесь, предлагаю начать» — сказал Стаут.

Аксман кивнул офицерам и ответил:

— «Не будем терять время. Магос вам слово».

— «Фронт встал. Акадийские армии окончательно потеряли инициативу и окапываются. Орки пока что сосредоточились на строительстве оборонительных линий. Авгуры регистрируют движение колонн со всех фронтов. Авиация и корабли флота сокращают численность ксеносов. Прорыв имперской армии вожди орков игнорируют, но это временное явление. Как только орки поймут, что больше боятся акадийцев не надо, они набросятся на нас. Один удар и линия снабжения будет перерезана. Поэтому необходимо в кратчайшие сроки взять штурмом крепость и уничтожить её. По моему приказу, магос Менетий приготовил термоядерный заряд для телепортации вглубь крепости. Первой задачей станет прорыв вглубь крепости. Вторая — определение ключевых целей, генераторума, мостика, обезвреживание орудийных палуб. Третье — уничтожение. Четвёртая — отступление из крепости».

— «Я удивлён, магос. Мне казалось вам хочется найти и убить Механьяка» — вопросительно сказал Аксман.

— «Сейчас это второстепенная задача. Разрушив машинные алтари, мы прекратим создание ксенотехники. Орк может погибнуть при взрыве, а если нет, то найти его будет нетрудно. На планете осталось не так много орочьих городов с фабричными цехами».

— «Что ж. Вы как и всегда прозорливы, магос» — кивнул Аксман.

— «Планы штурма я выслала каждому офицеру. Армия будет разделена на три части. Авангард, штурмовая группа, резерв. Авангард пробьёт брешь. Штурмовая группа установит телепортационный маяк. Штурм поддержат корабли флота. По моим расчётам орбитальная бомбардировка не пробьёт щиты крепости, но по крайней мере орки будут ослеплены вспышками отражающих полей. Воздушные силы планетарной обороны будут прикрывать фланги. Авиация легиона и когорты «Лантан» поддержит штурм».

— «Начало атаки?» — спросил Стаут.

— «С первыми лучами солнца. В пять часов утра. Оптимальное время для штурма составляет двадцать восемь часов. Допустимое — сорок один час. По истечению этого времени ожидается подход сил противника».

Ровно в озвученное магосом время, угрожающе взревели двигатели танков и имперская армия набирая скорость устремилась на штурм крепости. Орки уже ждали начала атаки и как только имперские силы оказались в зоне поражения крепость приветствовала отвагу противников залпами всех орудий крепости. Ровно через минуту на крепость обрушился смертоносный град орбитальной бомбардировки. Крепость озарилась светом мерцающего защитного заслона, превращающий попадания в безвредные многоспектральные электромагнитные всплески. Орочьи наводчики «слепли» от вспышек, но продолжали палить из орудий. В ответ в небо устремились потоки плазмы и противокорабельных ракет. Они тяжело набирали скорость и преодолевая гравитацию планеты поднимались всё выше выше, обещая возмездие за безрассудную смелость капитанов кораблей. Танки горели, когда снаряды находили цели. Ударные волны взрывов от выстрелов макроорудий переворачивали боевые машины. У экипажей не было шанса покинуть машины и они погибали вместе с ними, сгорая заживо или исчезая в огненных взрывах. Осколки сыпались дождём на броню танков, высекая искры и повреждая броню, но люди упорно двигались к цели. Наводчики посылали бронебойные снаряды, один за другим. Чтобы сохранить энергию защитного заслона, орки вынуждены были временно поднять щиты парируя орбитальный огонь, открыв проход для наземных сил. Миновав границу отражающих полей, танки смогли заставить ряд малых орудий крепости замолчать. Рассыпавшись в широкую дугообразную цепь танки сосредоточили огонь пушек на воротах. Ворота содрогнулись. В них появились трещины и выбоины, но этого оказалось мало. Оркам не нужно было вести прицельный огонь. Как только танки выстроились у ворот, орки создали лавину заградительного огня. Места для манёвра не хватало и как бы водители танков не старались увернуться, артиллеристы орков всё равно находили цели. Пространство перед воротами заполнялось ярко горящими кострами остовов машин. На горизонте показались стремительно мчащиеся к крепости ударные летающие машины Механикум и Саламандр. Пилоты ловко обходили зенитный огонь орков. Огненные хищники, штормовые орлы, археоптеры, бомбардировщики и истребители у самой земли поднырнули под защитный заслон и вновь воспарили. Сонм ракет, стабберных снарядов и лазерного огня обрушился на башни и зубчатые стены крепости, собрав дань с гарнизона крепости. Тектомагнитные бомбы пробили слабые места в корпусе крепости и вызвали сильные повреждение. Четыре башни медленно осели, когда несущие конструкции разрушились под ударными сейсмическими волнами. Духи машин целеуказателей Механикум и Саламандр моментально высчитывали слабые места в обороне крепости и указывали путь очищающему пламени. Орки усилили зенитный огонь, переведя часть пулемётных гнёзд и лазерных орудий на противодействие авиации. У пилотов не было пути отхода. Позади всё также мерцал плотный защитный заслон, пройди который безопасно было нельзя. Орки сполна отомстили за наглость пилотам летающих машин. В самый разгар боя, магос-доминус увидела крохотную возможность нанести пробить ворота крепости. По её команде к крепости, вычерпывая силы духов восьми двигателей, питаемых маленьким термоядерным реактором, устремилась артиллерийская платформа. Это была массивная машина, превосходящая в размерах любой танк имперской армии в десять раз. Укреплённая силовыми щитами, вооружённая лазерными пушками, под присмотром сервиторов-стрелков и управляемая техножрецом, платформа несла две переделанные плазменные торпеды, доставленные с крейсера «Огмиус». Её прикрывали Онагры, чьи силовые щиты прибавились к силовому полю платформы. Перебирая паучьими ногами-лапами, онагры не отставали от платформы. Магос Менетий, заточённый в троне корабля, засёк движение «тарана» и подал импульс на орбитальные станции-арбалеты. После окончания битвы на «Рецианском выступе», магосы принялись за планирование штурма крепости. Они искали оптимальное техническое решение задачи и молили Омниссию ниспослать своё откровение. Омниссия услышал молитвы и дал подсказку. Тщательно изучив алгоритмы и уравнения, техножрецы обрели просветление и построили новую машину, чьей судьбой стало явить мощь Бога-Машины неверующим и открыть путь для ярости воинств Императора Человечества.

Артиллерийская платформа приблизилась на расстояние выстрела и, по команде техножреца, торпеды выпустили плазменное пламя из сопл и покинули контейнеры. Не прошло и секунды как они ударили в ворота и снесли их с петель. Проведя долгие ритуалы техножрецы перенастроили реактора торпед на большую мощность и мгновение спустя бастионы крепости озарились плазменным огнём. Капониры и редуты, стоящие за воротами расплавились в раскалённый металл. На месте укреплений растеклось озеро лавы. Авгуры платформы отсканировали поверхность озера и тогда из задней части платформы вылетели два десятка меньших ракет. Они упали в центр раскалённого металлического озера. Под действием высокой температуры датчики ракет дали импульс и корпуса раскрылись, высвободив фторосодержащию пену. Тандем совместимых пеноконцентратов и пеногенераторов создали высокую кратность пены, заполнившую огненное озера и в миг превративших озеро в поле чистого металла. Поднявшийся пар от моментально остывшего металла послужил надёжной дымовой завесой. Имперские силы воспользовались растерянностью орков и не теряя ни минуты устремились внутрь крепости. Танки авангарда быстро заняли плацдарм и выстроили круговую защитную стену. Пушки, огнемёты и стабберы машин взяли на прицел каждый миллиметр пространства, ожидая контратаки орков. Вслед за ними ворвались «Носороги» Саламандр, высвободив смертоносный груз — две сотни Ангелов Смерти. Сыновья примарха Вулкана специализировались на действии в замкнутых пространствах и появившись в коридорах крепости почувствовали себя в родной стихии. Капитан Аксман не стал дожидаться подхода сил Легио Кибернетики и пехотных подразделений и повёл легионеров в глубь цитадели, оставив два отделения для защиты плацдарма.

Магос Нод вела когорту сквозь лавину заградительного огня. Список потерь отображался в её разуме. После создания бреши орки на миг прекратили огонь, но этот миг продлился недолго. Орудия крепости оставались не повреждёнными и открыли мстительный огонь, в стремлении не дать прорваться к бреши и уничтожить штурмовые колонны. Однако теперь к танкам присоединились Онагры и танки Скорпиус. Машинные духи Бога-Машины были куда прозорливее наводчиков-танкистов имперской армии. Орки ощутили на себе стройные залпы нейтронных лазерных пушек, что испускали разрушительные лучи, пробивающие самую толстую броню и выбрасывали волны электромагнитной энергии, которые в свою очередь вызывали перебои как в электрических схемах, так и в синапсах мозга орков. Обжигающие фосфорные потоки выжигали ксеносов в их бойницах. Танки Скорпиус грациозно проскользнули над полем боя на своих антигравитационных двигателях при движении создавая плотный химический туман, скрывающий движение когорты. Орудия машин войны Бога-Машины отправляли на встречу оркам расплавленными копьями снаряды с твёрдыми наконечниками. При попадании они испаряли цели в крайне высоких температурах. Скитарии пересекли полосу огня и скрылись в крепости. За ними, чуть отстав, к бреши подобрались массивные десантные машины. В едином порыве аппарели машин опустились и на поле боя вышли главные силы Легио — автоматоны Механикум. Прорываясь через огненную завесу когорта потеряла до четверти своего состава. Магос Нод горько оплакивала жертвы Механикум, но без них обойтись было невозможно. Для прикрытия когорты магос-доминус использовала части имперской армии в качестве живого щита. Пехотные подразделения понесли ужасающие потери, но выполнили свой долг без жалоб и гневливых обвинений. Имперские войска заполонили плацдарм и начали его укреплять. Теперь настенные орудия не могли достать их, поскольку имперские силы оказались в слепой зоне. Орки оставляли орудия и схватив оружие спешили навстречу штурмующим. Боковые ворота открылись и из них выскочили ватаги орочьей техники. Они описали полукруг и набросились на плацдарм. Их встретила стена из бронемашин. Полковник Стаут выстроил танки вплотную друг другу, так что орки видели лобовую броню. Снаряды отскакивали от брони, не причиняя вреда, в то время как имперские войска делали залп за залпом. Плотность огня была настолько высокой, что орки плотно устилали землю. Настал их черёд гибнуть у стен импровизированной человеческой крепости. Счёт потерь сравнялся, но и оркам всё ещё было чем ответить. Поток лёгкой бронетехники быстро иссяк. Её место заняли медленно движущиеся, но гораздо более смертоностные убойные танки, банки-убийцы и смертодреды. Безумные водители орочьих машин накатывались волна за волной на имперские позиции и если бы не присутствие боевой техники Механикум и легиона Саламандр, орки уничтожили плацдарм в кровавой мясорубке.

Магос Дана Нод отметила полную выгрузку ауксилии Легио и покинула лендрейдер. Секутор Нокс уже углубился в крепость и создал защитный кордон. По мере выгрузки к ним присоединялись боевые сервиторы. Потоки данных о разведанных маршрутах,высоте коридоров и устойчивости палуб текли разум магоса от альф скитариев. Дана Нод воспользовалась невидимой широкополосной информационной связью, тёкший от каждого воина Омниссии и взглянула на сражение глазами своих воинов. Орки атаковали повсюду, где только могли. Выстраивали баррикады, используя любой подручный материал и даже мёртвых сородичей. Подрывали тоннели в слабых участках обороны. На основе обновляемых данных логис имплант Нод рассчитал до сотни мест для засад и тысячи «огневых мешков». Незаметно для себя она усмехнулась.

— «Духи машин Воркас распалите жажду крови и ступайте. Уничтожьте всех ксеносов, не знайте жалости и пощады. Пусть воля Бога-Машины направит вас».

Глаза вораксов зажглись агрессивным огнём, когда почувствовали как цепи сдерживающие их пали, и они с энтузиазмом бросились в тоннели.

— «Трибун-инфокузнец Парис Бойл, передаю тебе управление вулкараксами и катафронами. Помоги удержать плацдарм».

— «Альфа Сигма 4-6 Харкон укрепи оборону коридоров».

— «Скитарии Легио! Флотские экипажи заплатили жизнями дабы предоставить нам шанс войти в крепость. Настал наш черёд наказать ксеносов за дерзость. Очистим орудийные палубы, прольём кровь за отнятые жизни наших союзников. Время явить гнев Бога-Машины!»

Магос-доминус Дана Нод запела боевой псалом. Его подхватило воинство Бога-Машины и Легио Кибернетика вступила в тёмные осквернённые ересью чужих тоннели.

Фигуры авангардного отделения исчезли в струе огня. Огонь исчез так же стремительно, как и появился, явив удивлённым оркам в опалённых доспехах легионеров. Авангард вскинул болтеры и открыл подавляющий огонь. Сержант Саламандр Грион отметил изобретательность орков. Зеленокожие успешно сымитировали отступление, заманив легионеров в засаду. Если бы на месте Саламандр оказались бы смертные, то

они моментально погибли. Легионеры выжили только благодаря доспехам. Секунда и с орками покончили. Грион мысленно себя выругал за то что так легко купился и поклялся быть осмотрительнее. Капитан Аксман разделил авангард на отделения и выслал вперёд для поиска пути в генераторум. Задача оказалась непростой. Тоннели представляли гораздо более разветвлённую сеть, чем показалось вначале. Кто бы не планировал, он построил настоящий лабиринт. Легионеры постоянно возвращались туда откуда пришли. Положительной стороной являлась возможность приходить на выручку друг другу. Легионеры ориентировались на кабели питания. Они змеились по стенам, потолку и палубе, временами исчезая и появляясь вновь. Орки не особо заботились, чтобы скрыть их от посторонних глаз. Тусклые лампы слабо освещали коридоры, но орки от природы в нём не нуждались, а легионерам помогали встроенные в шлемы фотолинзы. Надо отдать должное оркам. Они не бросались очертя голову на космодесантников, а устраивали засады или ждали за баррикадами. Ксеносы не предусмотрели возникновение противника внутри астероида и не выстроили никаких оборонительных постов. Отделение зачистило коридор и последовало дальше, соблюдая осторожность. Свернув за угол, легионеры подверглись очередному обстрелу. Вспыхнул выстрел из гранатомёта, поддержанный очередью автопушки. Саламандры выставили щиты. Граната ударила и взорвалась. Щит одного из легионеров треснул. Легионеры в ответ послали болты и автопушка замолчала. Позади громыхнуло.

— «Грин Вассану. Потери?» — вызвал по вокс-связи следовавшему параллельно отделению.

— «Нет. Снесли баррикаду. Успехи есть?».

— «Если считать уничтожение ксеносов, то да. Продолжаем поиск».

— «У нас тоже самое».

Отделение шло дальше вглубь и наконец путь был найден. Легионеры вышли на широкую развилку тоннелей, один из коридоров которой был закрыт тяжёлой плитой. Отделение заняло круговую оборону. Грин подошёл к плите и внимательно изучил её. Плита оказалась выдвижной и открывалась изнутри. Грин заложил мельта-бомбу и взвёл таймер. Три секунды и плита расплавилась, открыв путь вниз.

— «Грин, всем отделениям. Найден путь на нижнюю палубу. Ждём подкреплений».

— «Претек Грину. Сопротивление?».

— «Нет. Движение ксеносов не замечено».

— «Возможно второстепенный проход. Ожидайте».

В коридоре послышались приближающиеся тяжёлые шаги легионеров. Тайбер Претек привёл за собой три отделения легионеров. Он осмотрел коридор и он ему не понравился. Освещение полностью отсутствовало, тьма подсказывала очередную засаду ксеносов, но деваться было некуда. Претек доложил Аксману и приказал отделению Грина спуститься вниз. Как только отделение спустилось ярус осветился вспышками плазмы и пушечного огня. Завязалась ожесточённая перестрелка. В свете выстрелов Грин заметил, что ярус представлял обширную площадку. Орки построили стену вокруг прохода. У Грина появились убитые и раненые. Одновременно с ними из шахт вентиляции и ремонтных проходов на легионеров Претека напали гретчины. Гретчины были вооружены примитивным стрелковым оружием, неспособным пробить щиты и броню легионеров. Болты разрывали мелких зеленокожих, но они упорно лезли из шахт не обращая внимание на потери. Космодесантники бросились в рукопашную. Пиломечами и ударами щитов и кулаков, легионеры загнали гретчинов обратно и гранатами подорвали шахты. Из всех тоннелей послышались крики спешащих в битву орков. Легионеры встали у каждого прохода и принялись поливать зарвавшихся ксеносов огнём из всего оружия, что у них было.

— «Аксман Претеку. Статус».

— «Орки яростно атакуют. Отделение Грина под огнём на открытой местности».

— «Мы окружены. Похоже Грин всё таки нашёл проход к генераторуму. Нас пытаются отрезать. По возможности окажите помощь Грину и удерживайте вход. Мы будем через пять минут».

— «Принято».

Жизненные руны отделения Грина гасли один за другим. Тайбер Претек взял одно отделение и поспешил на выручку. Первыми спустились два щитоносца и огнемётчик. Орки выдали своё местоположение и огнемётчик моментально определил приоритетные цели. Поток огня заставил замолчать автопушки, превратил ксеносов в вопящие живые костры. Мельтами и плазменными пистолетами в стене проделали бреши. В них тут же полетели осколочные гранаты. Серия взрывов очистила площадку от орков. Легионеры рассыпались по площадке по двое, захватывая всё больше пространства. Но орки не желали отступать. С каждой минутой их становилось всё больше. Цепные клинки встретились с грубым холодным оружием орков. Одной численности хватило бы для уничтожения отряда Претека, но тут подошли основные силы Саламандр. Упорство орков не могло соперничать с выучкой космодесантников. Легионеры бились как одно целое, в то время как орки сражались по одному. Выстроив стену из щитов, Саламандры отразили нападение и последовали по тоннелю. Орки сменили тактику. Больше никаких отступлений не было. Они стояли насмерть. В пылу битвы Аксман заметил, что большинство орков отличались низким ростом, тощим телосложением и худшим вооружением. Топоры и мечи сменили резаки и гаечные ключи. Доспехи простая заляпанная роба. Чувствуя приближение к цели, Аксман сам возглавил штормовую группу. Стены тоннеля обагрились кровью ксеносов, а разрубленные тела устлали палубу. Вперёд вышли огнемётчики и идти стало гораздо легче. Орки по прежнему яростно атаковали из боковых коридоров, но на пути Саламандр они отступали. Через пятьсот метров легионеры вышли в генераторум. Генераторум поражал своими размерами. В огромной полой пещере стояли массивные котлы, преобразующие химическую энергию топлива в энергию теплоносителей. С фланцевых соединений труб капали жидкости, а вверх поднимался пар и, сформировавшись в конденсат, падал вниз на головы кочегарам и техникам орков. Толстые провода змеились по стенам и уходили в разные стороны. Торчащие из пола небрежно сваренные лестницы уходили далеко вниз, теряясь среди трубопроводов и прочего вспомогательного оборудования. Закопчённые кочегары не обратили на вторгшихся космодесантников никакого внимания. Надсмотрщики ревели и били подопечных, заставляя усилено работать и не отвлекаться. Потолок и стены генераторума орки укрепили сваренными между собой металлическими плитами и балками. В середине генераторума горел плазменный двигатель. Аксман дал короткую команду и в помещении началась резня. Саламандры разбились по трое и принялись очищать генераторум от заразы ксеносов, разойдясь по помещению и не теряя друг друга из виду.Подкованные в технических науках, легионеры определили местоположение электрощитовых и послали часть болтов в них. Электрощитовые вспыхнули в сонмах искр. В генераторуме взревела аварийная сигнализация и замолчала, когда токи прекратили бег по проводам. По всей крепости прошлись веерные отключения, но орочьи механьяки предусмотрели возможность короткий замыканий, а может такое было в порядке вещей, и сработали аварийные предохранители, переключив управление потоками тока на запасные щитовые. Орки-надзиратели заревели в ужасающем гневе и бросились на Саламандр, хватая что-нибудь потяжелее их хлыстов и дубинок, но угодили под прицельный огонь или удары цепных мечей. Гретчины воспользовались моментом и пытались спрятаться за оборудованием. Их быстро находили и убивали. Кто-то безуспешно пытался бежать. Кто-то сопротивляться, но у них не было оружия, способного сокрушить космодесантников. Все выходы были взяты легионерами под прицел и к каждому кто приближался попадал под гибельный огонь. Вдруг из одного прохода вылетели пара бомб. Они описали широкую дугу и взорвались, выпустив облака зелёного газа. Дух доспехов определил наличие ядовитых споров, безопасных для орков и смертельных для любой расы галактики. Если бы космодесантники были бы без шлемов, то смерть была бы не минуема. Духи доспехов запечатали респираторы и активировали системы жизнеобеспечения, что вкупе с могучими телами Саламандр защитило от заражения спорами. Вслед за ними в генераторную ворвались штурмовики орков. Каждый штурмовик нёс на себе панцирь и небольшой, но прочный щит. Орки открыли огонь из автоматических пистолетов и ручных дробовиков. В генераторуме закипел бой. Саламандры ответили на вызов. В отличии от штурмовиков, космодесантники не были стеснены ничем. В ход пошли осколочные гранаты. Острый разум просчитывал возможные углы рикошетов, что только прибавило возможности воинам Императора. Болты разбивали щиты, взрывались о оборудование и рассекали тела орков. Штурмовики понимали всю серьёзность потери генераторума и стремились сойтись в ближнем бою как можно быстрее. За штурмавиками в генераторум ворвались и бойцы орков. Все их попытки пробиться с флангов обернулись неудачей. Тогда орки перегруппировались и объединились со штурмовиками, пойдя в лобовую атаку. Аксман оценил усилия орков и отдал приказ на отход. Саламандры начали немедленное отступление. Орки заполняли генераторум и теснили космодесантников, постепенно выдавливая их из помещения. Жизненные руны начали гаснул, сообщая о потерях. Орочий клич заглушал звуки боя, однако орки рано обрадовались успеху. Как только рота собралась у входа, легионеры выстраили стену из щитов и использовали весь свой арсенал. Потоки плазменных залпов и струи огнемётов поубавили пыла зеленокожих. Теперь они были вынуждены прятаться за оборудованием, чем облегчали задачу Саламандрам по уничтожению генераторума. По команде капитана космодесантники активировали заряды и ничуть не заботясь о своей безопасности закинули взрывчатку прямо в сборища зеленокожих. Ослепительные взрывы осветили генераторум так будто в замкнутом помещении родилась сверхновая звезда. Ударные волны разошлись во все стороны круша оборудование и сжигая плоть. Оборудование начало взрываться. Цепь взрывов прошла по помещению и ушла дальше, в глубину крепости. Взвыла серена перегрева реактора. Аксман оценил разрушения и велел покинуть генераторум. Счёт пошёл на секунды. Рота побежала как можно быстрее. Оставленные для блокады роты, орки ожесточённо сопротивлялись, не давая уйти Саламандрам. Они были готовы погибнуть, но унести легионеров с собой в небытие. Космодесантники отбросили в сторону тактические уловки и шли на пролом. Арьергард просто разбегался и, понадеявшись на крепость доспехов, сминал ксеносов ударами наплечников, цепными мечами и выстрелами в упор. Плазменный реактор нагрелся до красна. Клаксоны пронзительно запищали, выпуская перегретый пар. Избыточное давления, копившееся в реакторе искало путь наружу. Заклепки вылетали из корпуса реактора, а сварные швы рвались как будто были гнилыми швами. Последней не выдержала проводка предохранителей. Как только она расплавилась, импульсы перестали поступать на предохранители и система сброса давления отказала. Реактор взорвался. Огромная сила реактора вырвалась на свободу. Противовзрывные двери упали, запечатав генераторум, но крепости брони не хватило. Двери в мгновение ока расплавились и поток огня хлынул в коридоры, сжигая всё на своём пути. Мощь взрыва была такова, что ряд палуб просто смело в единый металлом. Все кто попал под взрыв погибли. В пламени погибло треть роты и неизвестное число ксеносов. Крепость содрогнулась и обесточилось. Экранирующие щиты, доселе защищавший стены крепости, пали. Аксман собрал оставшуюся роту вокруг себя и, доверив раненых заботам апотекариев и арьергарда, направился на соединение с когортой Легио Механикум.

Магос-доминус Дана Нод царственно шествовала со своей свитой по заботливо расстеленному ковру из убитых скитариями орков. Чуть позади неё, но сохраняя дистанцию нужную для эффективного прикрытия повелительницы, следовали телохранители-протекторы Кейдж и Барисс. Рядом с Нод шаг в шаг ступал кибермастиф Даны Нод Телирус. Кибермастиф постоянно водил нос из стороны в сторону, выискивая угрозы хозяйке. Над ним парил сервочереп-страж, ревниво сканируя пространство и готовый в любой момент сразить убийцу. Последним шёл электрожрец-омнипророк Гурий. Омнипророки были особой кастой техножрецов, проповедовавших учения Бога-иашины и проповедовавших всем слоям населения миров Империума. Все вместе, они формировали отдельную стражу, защищавшую магоса Дану Нод.

Вораксы расползлись по вентиляционным шахтам и ремонтным переходам, вычистив из них зеленокожих. Это открыло возможность появляться в тылу орков и, пролив кровь, отступить в темноту, чтобы появиться снова. В передних рядах шли Кастелаксы, чьё оружие разрывало зеленокожих на части. Рядом ступали воинственные скитарии, поддерживая могучие автоматоны в их неумолимой поступи. Воины-сервиторы под пристальным надзором техножрецов следили за флангами и выступали в качестве резерва. Когда орки преодолев ураган карающего огня опасно приближались к строю Легио на них бросались сцилаксы и сикарийцы. Обрушив на орков разрушительные звуковые частоты, сикарийцы парализовали ксеносов и затем в ход пускали трансзвуковые клинки или в упор расстреливали орков. Там, где орки успевали создать баррикаду или другие оборонительные сооружения, применялись фотонные пушки «Тёмное пламя», установленные на Кастелаксы. Воющие лучи чистой тьмы разрывали плоть, броню и металл адским несветом, открывая путь для кибернетического воинства. Тяжёлая поступь Легио размеренно вышагивала по коридорам крепости. Логис импланты рассчитывали места возможных засад ещё до того как Легио приближался к ним. Кибернетические глаза воинов Омниссии видели в разных спектрах, каждую траекторию выстрела и радиус эффективного поражения гранат. Каждый выстрел был надлежащим образом рассчитан и не пропадал зря. Банки хранилища данных без устали регистрировали уничтоженных ксеносов. Легио продвигался неторопливо, неспешно вычищая дорогу перед собой. По коридорам проносились лазерные лучи и молнии дуговых винтовок. Орки отвечали тяжёлыми пулями, бомбами и гранатами, способными повредить доспехи скитариев. Тактика орков мало чем отличалась от той, что они применяли против Саламандр. Разве что атаки были гораздо свирепее. Ксеносы бросались на строй когорты, гибли и отступали для организации засады. Затем снова атаковали. Секутор Нокс провёл ряд ложных отступлений во время неистовых атак зеленокожих. Орки с радостью покупались на обман, о чём горько жалели. Медленно, но уверенно Легио покинул коридоры крепости и ступил на нижнюю орудийную палубу. На орудийной палубе размещались лазерные и автопушки, предназначенные для уничтожения штурмовых колонн врага. Вдоль неё пробегала железнодорожная ветка, по которой орки доставляли боеприпасы. Сейчас ксеносы устроили из вагонеток баррикаду и палили из неё со всех стволов. Они даже умудрились выдернуть часть орудий и развернуть на встречу когорте. Сложность наступление составило то, что теперь орки могли реализовать своё превосходство в численности. Когорта ни на секунду не остановилась. Саггитарии выступили вперёд и совместно с Кастелаксами принялись сокрушать оборону орков. Саггитарии служили отрядом тяжеловооружённой поддержки. Вооружённые мощным термическим лучевым оружием, известные как волкитные каливры, и переносными ракетными установками. Волкитные каливры обладали большей мощностью и дальнобойностью, чем любое имперское личное оружие. Технология создания волкитного оружия восходило к доимперской эре, временам Тёмной эре технологий и почиталось всеми вооружёнными институтами Империума, как реликтовое. Волкитные заряды превосходили плазменные и были способны в один миг прожечь самую толстую и надёжную броню, какую можно было встретить в галактике. Баррикада развалилась сразу же как волкит достиг её, оставив орков абсолютно беззащитными. Саггитарии выпустили осколочные ракеты и разметали строй орков. В бреши бросились сикарийцы. Оглушённые зеленокожие не смогли вовремя собраться и погибли, разрубленные клинками. Уничтожение ксеносов заняло десять минут и когорта пошла дальше, на новые уровни крепости. Следом за когортой на орудийную палубу вошли ударные отряды имперской армии. У каждого перекрёстка они создавали опорную точку и охраняли логистический маршрут для доставки боеприпасов и если потребуется путь отхода. Капитан Аксман и магос Нод передали им автоматические охранные турели «Тарантул», оснащённых спаренными лазпушками. Благодаря своей грозной огневой мощи сторожевые турели удерживали силы зеленокожих под шквальным огнём, заменяя обычных солдат, и не позволяя зайти в тыл наступающей когорте. Ударники быстро рассредоточились и провели беглый осмотр территории. Выставив охранение, солдаты поспешили вслед за когортой. К неудовольствию солдат, ксеносы подло применяли газовые гранаты. На фронтах они тоже встречались, но применялись редко. Здесь же это стало в порядке вещей. Ударники имперской армии, испытанные в прошлых боях и заслужившие честь идти вместе с когортой Механикум «Латан» на штурм, не раз восхваляли прозорливость магосов. Каждого солдата обеспечили надёжным респиратором. И пусть они быстро забивались спорами, запас фильтров был достаточно велик для сохранения жизней большинства, а скитарии полностью взяли на себя трудности авангарда.

Шаг за шагом когорта поднималась всё выше и выше, приближаясь к главному штабу крепости. Орки сражались всё неистовее, предчувствуя поражение. На пути Легио опускались немногие противовзрывные двери, отделяя помещения крепости, но задержать не могли. После того как тусклый свет помещений окончательно померк, погрузив крепость в абсолютную тьму, дикий пыл окончательно иссяк. Разум магоса-доминус установил связь с духом крейсера «Огмиос». Авгуры крейсера принялись жадно сканировать астероид, вырисовывая схему помещений и переходов. Перед взором альф скитариев появились точки, обозначающие силы Империума и ксеносов. Каждое движение, сбор и засады регистрировались должным образом и позволяли на ходу разрабатывать контрмеры. Когорта Легио Кибернетики прорвалось через толпы ксеносов и ступило в широкий тронный зал, за которым находился командный центр. В зале воинов Механикум уже ждали. Полдюжина дредов орков величественно стояли, воплощая три главных идеала военного дела орков: больший размер, огневую мощь и силу. Оснащённые визжащими пилами и клацающими клешнями, стрекочущами крупнокалибренными пулемётами, дред являлись крайне мощным инструментом в армии зеленокожих. Их натужно сипящие гидравлические конечности могли рвать людей на куски и разрывать броню танков, причём нередко одновременно. У ног дредов столпилась гвардия зеленокожих. Все в панцирной броне, с цепными топорами в руках. Броню ксеносов украшали черепа и рисунки богов зеленокожих. А впереди строя орков стоял последний вожак орды — Владыка орочьих технологий Механьяк. Он был черезвычайно высок и широк в плечах. Само телосложение говорило о недюжей силе. Посох в руках орка окружал ореол разрушительной энергии. У рукояти размещалось небольшое аккумуляторное устройство, питавшее осквернённую энергию посоха. Путь к командному центру пролегал через широкий зал, в котором Владыка войны собирал предводителей зеленокожих: боссов ватаг и вождей орд.

Дреды не стали дожидаться пока Легио в полном составе выйдет в зал, чтобы приветствовать очищающим огнём противника, и бросился в бой. Им навстречу, грубо расталкивая скитариев, вышли Касстелаксы. Болтерные пушки затрещали, пушки «Тёмное пламя» выпустили копья тёмной фотонной энергии. Три дреда упали искорёженными остовами, но два схлестнулись в рукопашной схватке с автоматонами. Скитарии вынужденно столпились в узком проходе, пока машины войны рвали друг друга на части. Дреды оказались куда лучше подготовлены для ближнего боя. Первый автоматон пал к ногам дреда, за ним второй. Оба автоматона были разрезаны моноциркуляционными пилами. Клешни парировали удары кулаков Кастелаксов и удерживали в прочном захвате, пока пулемёты разбивали броню бронебойными пулями. Магос поняла, что дреды наметили главной целью те Кастелаксы, что несли орудия «Тёмное пламя». Таких Кастелаксов было немного. Всего четверо, подарок владыки Марса генерал- фабрикатора Кельбора-Хала . Два из них оказались в переднем строю и к ужасу Даны Нод стояли под угрозой уничтожения. Духи машин Кастелаксов оценили угрозу и сделали приоритетным её уничтожение. Они смело бросились вперёд. Болт-пушки раскалились до красна посылая очереди болтов в корпуса дредов. Исполинские машины ксеносов успели сокрушить ещё три Кастелакса, прежде чем корпуса треснули и пилоты погибли, разорванные на мелкие части. Гвардия орков смело пошла в бой. Пусть они не могли противостоять болтерным пушкам, одного энтузиазма хватило чтобы поставить на колени дюжину боевых автоматонов. Скитарии пользовались любой возможностью и присоединялись к схватке. Где по одному, где по трое, они шли на ксеносов в ужасающем гневе за святотатство, творимое орками. Клинок к топору, приклады винтовок разбивались о панцири орков. Транзвуковые клинки перебирали частоты и настраивались на резонансные частоты брони, разрезая её будто бумагу. Нетерпеливо ожидавшие своего часа, скитарии одновременно расступились и в схватку устремился секутор Нокс. Ударом булавы он блокировал смертоносный удар топором орка и моментально размозжил ему череп. Следующего он со всей силы ударил в панцирь. Молнии разбежались по телу орка на мгновение заставив его трястись от разряда. Эта заминка дорого стоила зеленокожему. Булава опустилась на руку. Выбив её из сустава. Топор упал к ногам, а вслед за ним и орк. Обе стороны не жалели ни себя, ни врага. Пдстать своей гвардии, Механьяк оказался могучим воином, закалённым в многочисленных войнах шедших в темноте галактики. Он лично сразил Кастелакса, от его руки пали замертво скитарии. Механьяк безошибочно определил Нокс, как одного ведущего командиров Механикум и указал посохом на Нокса. Секутор не смог игнорировать вызов и булава соединилась с посохом в снопе искр. Оба парировали и атаковали, проводили финты и выпады. Кибернетический мозг Нокса рассчитал бой в малейших деталях и следовал плану дуэльной схватки, но в уравнении он не учёл силу осквернённого оружия Механьяка. Столкнувшись в очередной раз с посохом булава Нокса разломилась у навершия. Орк крутанул посох и перерубил ногу секутора в колене. Нокс упал и Механьяк нанёс последний смертельный удар. Навершие посоха копьём устремилось прямо в грудь секутора, но не достигло цели. Мехньяк свирепо зарычал, увидев секиру Даны Нод. Её секира горела от святой энергии Омниссии. Механьяк посмотрел в линзы шлема магоса и понял кто стоит перед ним. Орк усмехнулся и сделал шаг назад, словно приглашая Нод к барьеру и тут же ударил. Нод легко парировала и ложно атаковала. Механьяк не купился на её уловку и оба завертелись в танце смерти. Гвардия Механьяка чуть отступила от входа, формируя барьер вокруг танцующих. Но потворствовать ксеносу Нод не собиралась. Её появление на поле боя было вызвано желанием спасти секутора. Глазами скитариев она увидела опасность и сорвалась с места. Свита проложила ей путь сквозь сражающихся. Следуя танцу, Нод улучила момент дала команду. К схватке подоспели из неоткуда взявшиеся Вораксы. Они вдоль стен ловко обошли свалку и накинулись на орков с тыла. Цепными клинками Вораксы подсекали ноги орков, затем разрезая на части свои жертвы. Чаша весов резко склонилась на сторону воинства Омниссии. Орки остались в меньшинстве, их усилия оказались напрасными, а смерть предрешена. Когорта прорвалась в зал и заполнила поле боя. Стена орочьей гвардии поколебалась. Механьяк не заметил этого. Он занёс посох в намерении обрушить всю мощь нечестивой энергии на магоса и открылся. Кибермастиф проскользнул между сражающихся и впился Механьяку в бок. Орк заревел от боли и опустил посох. Дана Нод использовала отвлечение врага и ударила по рукояти. Аккумулятор рассыпался от расщепляющего поля освящённой на родине Механикум священном Марсе. Нечестивые энергии мелькнули в последний раз и исчезли. Механьяк не желал сдаваться. Он отбросил посох в сторону и бросился на Нод с голыми руками. Лезвие секиры легко вошло в плоть, разрубив тело от плеча и до таза. В водопаде крови на пол вывалились внутренности. Глаза Механьяка закатились и тело плавно осело на пол крепости. Дана Нод выпрямилась, но оставалась настороже. Битва не думала заканчиваться. Гвардию Механьяка продолжала биться, с каждой минутой уменьшаясь в количестве. К Нод никто из орков не приближался. Появление магоса в битве разожгло холодную ненависть к ксеносам и скитарии с небывалым рвением принялись уничтожать врага. Дана Нод отсчитала восемь минут до того как последний ксенос пал от клинков скитариев. Скитарии и автоматону выстраились по обоим сторонам зала, пропуская магоса к дверям командного центра. Дана Нод не торопилась отдавать приказ войти внутрь. Она подождала пока к ней присоединиться капитан Аксман с остатками роты. Дана Нод посчитала правильным вместе поставить конец в кровавом штурме крепости.

Вылазка орков не увенчалась успехом. Имперские силы стойко отражали атаки зеленокожих, пока не исчез мерцающие щиты крепости. Как только авгуры зарегистрировали падение защиты корабли флота вернулись на низкую орбиту и обрушили мстительный огонь из жерл орудий. Орды зеленокожих упустили время и не смогли скрыться за стенами, обещавших ненадёжную защиту. Орда рассыпалась при первых разрывах зарядов пушек флота. Остатки гарнизона отступили от крепости, а затем разбились на мелкие ватаги и растворились. Капитан Аксман объявил общий сбор. Армия Империума перестроилась в гигантское каре. В центре разместили раненых и повреждённую технику, которую техножрецы отказывались оставлять. Аксман уступил магосу-доминус в её просьбе задержать отход на сутки, но совсем по другим соображениям. Простые солдаты нуждались в отдыхе, раненые в помощи. Кроме этого, необходимо было собрать и погрузить снаряжение. Несмотря на все усилия отход задержался ещё на сутки. Саламандры же не знали отдыха. Они постоянно патрулировали местность, выискивая силы ксеносов. Скитариев Дана Нод направила на зачистку крепости от скрывающихся сил. Капитан Саламандр нашёл это решение лишним и подозревал, что за ним скрывается что-то ещё. И оказался прав. Магос не смогла сдержать любопытство и не изучить мостик астероида. Её интересовала навигационная система, в которой могла содержаться полезная информация. Аксман предложил ей помощь технодесантников роты, чью помощь она приняла. Технодесантники проходили обучение на Марсе и знали многие секреты Бога-Машины. Они поведали Аксману о находке. Археотех — технологии времён расцвета Человечества. Часть навигационной системы известной как космические счёты. Будучи интегрированной в ауспики и двигательные системы корабля позволяли совершать точные и безопасные прыжки в варп, за пределы нанесённых на карты маршрутов не используя навигатора. Между Террой и Марсом было заключено соглашение о передаче любого найденного археотеха жречеству Марса. В ответ Марс всегда щедро одаривал тех, кому улыбнулась удача найти его. В своём случае Аксман увидел прекрасную возможность взять клятву верности с Даны Нод и присоединить к своему флоту.

Ровно через двое суток после окончания штурма армия начала планомерное отступление. На прикрытие авиации рассчитывать не приходилось. Авианосные эскадрильи Механикум и Саламандр понесли тяжёлые потери и нуждались в переоснащении. Воздушный флот планетарных сил был сильно измотан. Тяжелораненых по возможности эвакуировали на корабли. Легионеры уступили места смертным, в то время как магос сначала вывезла повреждённые автоматоны. Аксман был недоволен её решением, но знал что спорить бесполезно. Жрецы Марса почитали машины как воплощение Бога и ставили превыше даже своих жизней. Осторожное извлечение археотеха заняло больше времени, чем рассчитывал Саламандр. Пыль поднятая армией успела улечься, когда Нод сообщила о готовности выдвигаться. Всё это время орки не тревожили своим появлением. Археотех с надлежащими ритуалами погрузили в грузовые шаттлы и вывезли на крейсер «Огмиос». За ними на орбиту отправилась когорта Механикум. Проводив последний шаттл Механикум, Саламандры отправились догонять армию. Оставлять людей Аксман не собирался и пока они не достигли основных сил, ему надлежало быть с ними. Последним актом свидетельствующим о падении крепости стал термоядерный взрыв окончательно разрушивший крепость

Война продолжалась. Орки лишились главного центра производства и более не могли противостоять бронетанковым силам планетарной обороны. Авиации людей господствовала в воздухе. Оставшиеся орды разбили поочерёдно в течении восьми месяцев. Когорта Механикум шла впереди атакующих клинов, принимая на себя контратаки орков. Саламандры совершали глубокие опустошительные рейды по тылам противника. Через год после уничтожения столицы зеленокожих во все услышание было объявлено о окончательной победе.

Луи Вальмон стоял на трибуне и провожал уходящие на погрузку полки акадийцев. Они продолжат службу в имперской армии. Их ждали неведомые планеты. Невиданные расы инопланетных существ. Космопорт гудел. Десятки грузовых лихтёров и шаттлов поднимались высоко в небо и исчезали на небосклоне, только чтобы появиться вновь. Акадия понесла чудовищные потери, но выстояла и возвысилась. Представители Администратума прибыли и изучив обстановку на планете объявили о назначении Луи Вальмона планетарным губернатором. Вся планета оказалась в его власти. Первым его указом стал роспуск армий прочих государств. Армия Акадии признавалась единственной вооружённой силой на планете. Конечно возникло недовольство, кто-то даже требовал начать войну, но висевшие на орбите планеты корабли имперского флота стали явным предупреждением о том чего не стоит делать. Акадийская армия прошла горнило войны и вышла закалённой и отточенной на более современную войну. Солдаты и офицеры обладали боевым опытом, перенятым у армии Империума. Помимо этого на территории Акадии размещался храм-кузница Механикум, готовый предоставить новейшую боевую технику. Отстроили новый космопорт, а Администратум основал представительство в столице страны. Экономика оставалась в плачевном состоянии, но Луи Вальмон чувствовал себя уверено. Межпланетарная торговля проходила через него, а значит положение можно исправить. Священная лига независимых государств распустили. Его земли разделены. На место Священного союза пришла Федерация Курфюстов, состоящая из осколков прошлого государства. Шпионы докладывали о захвате власти курфюстом Дитерихсом. Размышления Вальмона прервал канлер Верньо. К трибуне приближался командующий флотилией капитан Аксман. Вальмон кивнул Верньо и повернулся на встречу Ангелу Смерти Императора Человечества. В небе планеты Экрон ярко светило солнце, освещая новую эпоху