Наш маленький комнатный мир (гет)

Остаток дня прошёл в безмолвном спокойствии: Кэббедж играла в компьютерные игры, Джей сидел в телефоне на кухне, чтобы не тревожить соседку. С каждым его действием Берроуз чувствовала: он стремится наладить контакт, заставить её чувствовать себя комфортно. Подсознание переключилось с темы возможного нападения на поиск лучшего цвета дерева для кремовых обоев на игровой кухне.

Никто и не заметил, как день закончился. Ужинали соседи отдельно, Кэббедж достался салат, недоеденный с обеда. Джей, судя по крошкам на столе, съел бутерброды. Достав из чемодана ночную одежду, Кэббедж переоделась в серую хлопковую пижаму и легла в уже готовую кровать. Её новую кровать.

— Забавно… — начала Берроуз. — Я всё ещё не могу осознать, что я больше не дома, а здесь, в Уэллстоуне.

— Это нормально. — ответил Фокс. — Ничего, пару дней поживёшь — свыкнешься. Ты, видимо, много усилий приложила, чтобы поступить.

— Да, здесь сложнее, чем в Бэннон-Спрингс… — девушка кивнула, закутываясь в одеяло.

— А ты у нас хочешь стать ботаником, верно?

— Если быть точным… Селекционером. Выводить новые сорта культур, стойкие, здоровые, более плодоносные, всякое такое…

— Это круто. — Джей кивнул, снимая чёрную толстовку и оставляя только белую майку и чёрные спортивные штаны.

— Спасибо. Слушай, Джей… А… Почему ты выбрал именно социологию? Не что-то другое?

— Это… Ну как объяснить… — лис сел на кровать и посмотрел на Берроуз. — Давай представим, что у тебя есть… — взгляд упал на Мистера Ушастика. — Допустим, машинка. Или любая другая игрушка. Ну есть она и есть, она как-то работает. Бывало ли у тебя желание посмотреть, что внутри? Робота, например, разобрать? Ну или посмотреть под лупой, что там из твоего плюшевого товарища выпало?

Кэббедж замолчала и покосилась на любимого мишку.

— Ну да. Бывало такое желание. — Кэббедж погладила Ушастика по голове, будто извиняясь за свои преступные мысли: а ведь однажды, когда у мишки оторвалось ухо, она стала вытаскивать и рассматривать плюш. — И как это связано… С наукой?

— Ну так общество — это же механизм. И я хочу посмотреть, что же таится внутри этого общества, какие шестерёнки или проводочки заставляют его жить и меняться. А если на основе этого можно будет выстроить совершенно новый механизм, где всё будет работать лучше, и, главное, где нам будет комфортнее жить?

— Интересно. То есть, ты хочешь разобраться в обществе, чтобы… Сделать его лучше? — Кэббедж покосилась на бюст дирхаунда-Ленина, сурово смотрящего на пластиковую решетку вентиляции на стене напротив.

— Или хотя бы понять. — Джей уловил взгляд соседки. — Да, вот такой у меня микс: социолог и коммунист. С другой стороны, знания об обществе помогают понять идеологию, а идеология позволяет взглянуть на обществе через конкретную призму и примерно понять, почему всё работает так, как сейчас!

— В этом есть доля правды… — Берроуз улыбнулась и зевнула. — Ой… Видимо, я уже всё — валюсь с ног. День был очень нервный. Но… — она посмотрела на Фокса. — Я рада, что мы наладили какой-то контакт.

— Я тоже рад. — Джей улыбнулся, и его хвост начал шуршать по одеялу от положительных эмоций. — Что ж, соседка… Спокойной ночи?

— Спокойной ночи, сосед.

Кэббедж улыбнулась и выключила свою лампу, после чего повернулась к стене и уснула. Джей выключил весь оставшийся свет, проверил дверь и накрылся одеялом с головой.

* * *

Дрёма уступила место полноценному сну, и спальня погрузилась во тьму. Ненадолго…

Сквозь эту тьму стали прорезаться силуэты хвойных деревьев, запах смолы, выхлопных газов и недавно подаренных духов наполнили окружающее пространство. Взгляд падает на грядки с ботвой, которая, казалось бы, тоже легла спать, как и все. Миновав территорию местного хозяйства, Кэббедж вышла на проспект и только тогда вспомнила, что рядом идёт Кэррот, поникшая от ругани учителя. Мисс Берк уже надоела со своими запугиваниями: «У вас два пути: либо высокий балл по биологии, либо побираться возле банка!».

— Да расслабься, Кэррот, всё будет окей! — Кэббедж толкнула сестру локтем. — Сдадим мы биологию. Мисс Берк смогла — и мы сможем! Умные ведь не запугивают своих учеников, не так ли?

— Шутка хорошая, но… Я не в духе, прости, Кэб… — протянула Кэррот, подтягивая юбку.

Внезапный холод пронзил тело Кэббедж. Не от безэмоционального ответа сестры. Нет… Будто что-то не так. Будто это уже было…

То, что казалось светлячками, оказалось парой глаз, отражающих свет фонарей. К этим двум огонькам добавилась женственная фигура, проявившаяся в темноте палисадника кампуса местного техникума.

Кэббедж застыла на месте. Она смотрела на эти огоньки, будто они держали её под гипнозом. Руки перестали ощущаться. Тишина оказалась вполне себе громким звуком, режущим уши.

Фигура рванула вперёд на четырёх конечностях, безумный крик разорвал тишину, а блестящие клыки и налитые кровью глаза волчицы сверкнули в сантиметрах от лица Кэббедж.

Истошный визг сестры и хруст сухожилий заставили крольчиху упасть на асфальт и прижать уши к голове, но это не помогало: клокотание разорванного горла, хохот, полный психотического экстаза, смесь рычания и визга от удовлетворённого низменного инстинкта убийцы, и Кэббедж понимает, что сейчас эта зверюга примется за неё! Волчица что-то глотает и, небрежно облизываясь, смотрит на Кэббедж, держа приоткрытую алую пасть в кровожадной улыбке. Горло Кэббедж инстинктивно сжимается, и она делает единственное, что может: визжит, с такой силой, что трахея бьётся в спазмах, а глаза резко погружаются в темноту и начинают видеть неестественно мягкий свет, появляющийся из ниоткуда…

* * *

— КЭББЕДЖ!!!

Глаза раскрываются и видят тёмный потолок, сбоку расплывается пятно мягкого света. Визг прекращается через две секунды — потому что организм больше не может. Пока слезы не навернулись на глаза, Кэббедж взглянула на источник света и увидела включённую лампу и Джея, закрывшего уши подушкой. Когда шок проходит, Берроуз начинает громко плакать: от скорби, от осознания отсутствия опасности, от стыда за шум.

— Кэббедж, это я, Джей Фокс, твой сосед, комната общежития 307. — Джей сбросил одеяло и сполз с кровати вниз, усевшись около тумбочки. — Никого нет, тебя никто не тронет, тебе просто приснился очень херовый сон…

— Я… — задыхалась крольчиха. — Я опять видела её!.. Глаза!.. Зубы!.. Она смеялась, пока убивала!.. Я ничего не могла поделать, я только смотрела, как Кэррот разрывают горло, жрут её по кусочкам!..

Кэббедж начала рыдать с новой силой. Ей очень хотелось уткнуться в подушку, но она боялась, что из-за этого она не заметит появления волчицы и не успеет среагировать на второе, финальное нападение.

Глаза Джея широко раскрылись от шока. Вот он, источник её страха. Не выдумки, не предрассудки — это кошмар наяву, жестокое убийство Кэррот, сестры или подруги Кэббедж, обезумевшим хищником. Горло сжалось от горечи скорбного кома, а сердце начало биться ещё чаще и с ещё меньшим ритмом.

— Кэб… — начал лис, стараясь найти золотую середину между «не кричать» и «перебить звон в ушах». — Ты в полной безопасности. Из хищников здесь только я. Я не накричу. Я не наброшусь. Не покалечу. Не убью. — Джей судорожно сглотнул и прокашлялся. — Давай поговорим.

— О чём?.. — рыдания крольчихи начали утихать, но слёзы литься не перестали.

— Давай я тебе помогу успокоиться. Знаешь «квадрат дыхания»? Четыре секунды — вдох, четыре секунды выдох, потом снова вдох, потом опять выдох. Дыши вместе со мной. Раз…

Кэббедж вдохнула и села на кровати, чтобы не подавиться слезами. Потом по команде соседа она выдыхает. Вдох… Выдох… Вдох…

— Мне… Мне страшно, Джей… Я чую её присутствие… Она где-то в темноте, Джей… Я боюсь, я очень-очень боюсь…

— Входная дверь закрыта на замок, окна на проветривании. Тут захочешь — не влезешь.

— А если…

— Если бы стекло разбили — я бы это услышал. Слух у меня чуткий.

— Я не могу спать… Я боюсь, что она появится из темноты… Как тогда…

Джей вздохнул и поднялся на корточки.

— Воды? Валерьянки? Может, хочешь поиграть немного?

— Да, — Берроуз всхлипнула и укуталась в одеяло. — Я не усну сама… Мне надо выпить что-то…

— Значит, вода и валерьяна. — Джей медленно подошёл к ноутбуку и включил его. — Я сейчас какой-нибудь подкаст включу для фона и схожу на кухню за водой, окей?

Кэббедж не ответила. Когда Фокс включил видео, и комната наполнилась спокойными звуками, он приблизился к кровати соседки и присел, чтобы не казаться больше для напуганного травоядного.

— Ты правда думаешь, что волчица в квартире?

— Нет… — ещё один всхлип. — Просто… Я боюсь… Всего. Боюсь увидеть её… Её горящие глаза…

— А давай… — Джей положил руку на матрас, рядом с соседкой. — Я возьму телефон и с фонариком проверю квартиру? Чтобы убедиться.

— Ты… Ты же не серьёзно?

— Нет, Кэббедж, я серьёзно. Это поможет нам обоим, ага? А потом ты попьёшь воды, и тебе станет легче.

— Только… Пожалуйста… Предупреждай, когда будешь входить… Ты… Так похож…

Когда Кэббедж поняла, что она выдала, она повернулась и увидела, как уши лиса прижались к голове.

— Я имею в виду… Силуэт. Только и всего, я не хотела тебя…

— Так, забей. Ты сейчас не в себе. Сиди, дыши. И вот тебе задание: найди и назови пять предметов конкретного цвета, пять запахов и пять поверхностей. Ну… На ощупь, в смысле. А я пока осмотрю квартиру и принесу воды. Окей?

— Угу… — Кэббедж кивнула и проводила взглядом Джея, уходящего из комнаты в тёмную неизвестность.

И комната погрузилась в тишину, будто и нет никакого подкаста. Взгляд поймал сходство вымпела в «красном уголке» Джея и флажка на столе четырёх молодёжно одетых людей из видео. Почему бы не посчитать пять красных предметов?

— Вымпел… — начала Кэббедж. — Лампа Джея… Галстук…

ГОРЯЩИЕ ГЛАЗА, КРОВЬ НА ТВОИХ РУКАХ

— Ручка… Коробка от наушников. — закончила крольчиха, мотая головой и отталкивая наваждение. — Теперь поверхности. Мой мех. Одеяло. Тумбочка. Прутья изголовья кровати, и… Коврик.

Кэббедж ненадолго опустила ногу на мягкий ковёр и тут же спрятала её обратно под одеяло. А ведь это, похоже, и правда работает…

— Запахи… Мята, что-то сахарное… Фу, пальцы теперь пахнут металлом… Пылью пахнет…

КРОВЬ, АСФАЛЬТ И ДОЖДЕВЫЕ ЧЕРВИ

— И пот. Ладно, пусть пятым запахом будет пот… — голос Кэббедж задрожал, и даже спокойный тон участников подкаста не успокаивал…

— Джей! — крикнула она, глядя на открытую дверь.

— Чего? — донеслось из кухни.

— Ты где? Мне страшно одной!

— Сейчас, кухню и ванную проверю — и к тебе!

На дверь ненадолго упал свет фонарика. Щёлкнула дверь в ванной. Ещё раз. Фонарик снова осветил вход в спальню, и из проёма показался Джей. Он шёл медленно, почти кошачьей походкой, чтобы не застать соседку врасплох.

— Вот вода, вот валерьянка. — Фокс поставил на тумбочку кружку с енотом зашуршал блистерной упаковкой. — Я сяду, или держать дистанцию?

— Садись, Джей… — выдохнула Берроуз, держа руку на сердце.

— Я проверил квартиру. Никого, кроме нас. Ни волчицы, ни других хищников, никого.

— Спасибо.

Когда Фокс сел на край кровати, Кэббедж увидела сосредоточенность на его морде. Челюсти были напряжены, глаза внимательно следили за каждой жёлтой таблеточкой, которые он выдавливал своими когтями… Для неё… Для её здоровья, а не её умерщвления…

— Три штуки, как раз суточная норма. Заведи себе несколько будильников, на всякий случай.

— Хорошо, я заведу… — Кэббедж увидела, что Джей достаёт ещё три таблетки. — Ты тоже не забудь, хорошо?

— А у меня завтра социология маркетинга, я не пойду. Нервы и так ни к чёрту, ещё эту маркетологиншу слушать… Иначе её называть язык не поворачивается — вредная.

— А… Ладно… Джей, а ты правда всё посмотрел? Все комнаты?

— Более того: все потолки глянул и обшарил шкаф-купе.

— Ты правда обыскал всю квартиру, чтобы я не боялась?

— Честно говоря… Не только ты. Я тоже немного боюсь, но… Да, в первую очередь для тебя.

Хищник боится? Нет, это логично, хищники тоже разумные, у каждого есть свои страхи… Но почему-то именно сейчас это звучит, как сенсация.

— А чего ты боишься, Джей? — пролепетала Кэббедж, глядя на виляющий хвост соседа.

— Я… Приготовься, сейчас будет очень глупый ответ. Я аниматроников боюсь. — лис невесело усмехнулся и проглотил таблетки, запив их водой из широкой кружки с рисунком листьев.

— Ух… Джей, это не глупо, я и сама их боялась долгое время, когда во FNAF играла.

— А я два года назад так «впечатлился» просмотром прохождения «The Joy of Creation», что с того момента я такие вот обходы совершаю, когда мне тревожно. На самом деле, страшна не столько их внешность, сколько поведение… Я очень боюсь темноты, резких движений, громких звуков… А если за этим ещё и насилие может последовать — всё, хана дедушке Фоксу, инфаркт обеспечен.

Кэббедж с состраданием посмотрела на Джея. Виляя хвостом, он продолжал опустошать свою кружку.

— У нас… Такие похожие страхи, да? Охотники всегда двигаются резко, атакуют из темноты…

— Постарайся об этом не думать, Кэб. Просто пей воду. Ты моё задание выполнила? Всё перечислила?

— Конечно.

— Молодец. Тебе лучше?

— Лучше. Спасибо.

Она продолжала смотреть на лиса. Непонятно, почему. Внутри таилось очень странное чувство — доверие к воплощению своего страха. Хищник, псовый, с когтями и хищными глазами… Помогал ей, потенциальной добыче, прийти в себя после кошмара… Это вызывало парадокс: она искала подвох, злой умысел, но сердце билось спокойнее от его заботы.

— Ты… Прости, пожалуйста, что я… — лис внезапно шмыгнул. — Так остро отреагировал. Я не знал…

— Я не сказала, а сразу начала биться в истерике… Я бы тоже не поняла, почему ко мне заявилась подобная особа. — невесело усмехнулась Берроуз. — Так что это ты прости… Надо было сразу объяснить тебе всё…

— Ты была напугана, мой вид пробудил в тебе реакции «беги» и «замри». Ты… Настоящая героиня, раз ты их переборола и осталась со мной в одной квартире.

В груди потеплело от комплимента, но затем Кэббедж увидела опустившиеся уши Джея и намокшую шерсть под глазами.

— Джей… Можно… Странную просьбу? Я просто не могу уснуть и… Можно спросить?

— Давай.

— Можешь, пожалуйста… Сегодня… Лечь ко мне? Я боюсь засыпать одна.

«Нихера себе,» — подумал Фокс, оборачиваясь и глядя на Кэббедж. Эта просьба заставила его буквально застыть и поднять уши в порыве тревоги. Кэббедж увидела, как плечи Джея медленно поднимались от глубокого вдоха. Она чувствовала его дискомфорт, и ей самой было очень неуютно. Просить малознакомого соседа лечь рядом, чтобы успокоить… «Это ж надо было додуматься!» — подумала девушка, слыша тяжёлый выдох.

— Хорошо, — ответил лис, вытирая потные ладони о свои штаны. — Руководи: куда ложиться, как держать руки, чтобы ты не испугалась.

— С краю, пожалуйста… — пробормотала Берроуз, прижимаясь к стене, чтобы дать Фоксу больше пространства.

— Лицом или затылком?

— Лучше… Лицом. Так я… — слова буквально застряли в горле Кэббедж. — Ну… Типа… Чтобы я понимала, спишь ты или нет. Вот. А руки — как хочешь.

— Как скажешь.

Встав с кровати, Джей закрыл ноутбук, принудительно прерывая историческую дискуссию, и взял своё одеяло. Расположившись лицом к Кэббедж, он закрыл морду тканью, чтобы не показывать зубы и зевнул, после чего снова посмотрел на крольчиху.

— Спасибо тебе, Джей. — сказала Кэббедж, глядя на него заплаканными, но счастливыми глазами. — За всё.

— На здоровье. — Ничего умнее Фокс придумать не смог. — Спокойной ночи тебе.

— И тебе, Джей…

Кэббедж положила руку поверх одеяла соседа и почти сразу же уснула. Джей очень некстати вспомнил о лампе, которую он забыл выключить…

«Ладно, чёрт с ней…» — подумал лис и, зевнув, закрыл глаза, погружаясь в обессиленный сон.