Ох, тяжела ты, шляпка Мэри Сью! (гет)

В среду утром Жанна не стала причёсываться, оставив спутавшиеся пряди волос торчать во все стороны. Натянула ярко-оранжевую юбку поверх обвисших спортивных штанов и накинула на плечи ядовито-розовый кардиган. Подошла к зеркалу и в качестве завершающего штриха жирно намалевала себе брови и нарисовала огромные тени под глазами.

Ещё никогда в жизни Жанна не подходила так тщательно к составлению собственного образа, но сегодня было просто необходимо выглядеть максимально отталкивающе.

— Ой, а что это у тебя? — спросила Лаванда, заметив валяющиеся на её кровати ажурный свитер и берет. Их Жанна достала из сундука первыми и сразу отложила в сторону: если она наденет Ленкины шмотки, мальчики, чего доброго, снова в обморок попадают от восхищения.

— Если хочешь, можешь надеть, — отозвалась Жанна.

Лаванда с радостным визгом натянула на себя одолженные вещи, разом забыв про свою обиду на Жанну по поводу Рона.

— Теперь Бон-Бон точно ко мне вернётся! — самодовольно заключила Лаванда, по пути из спальни в гостиную разглядывая себя в карманном зеркальце, а Жанна понадеялась, что на фоне нарядной однокурсницы она будет выглядеть ещё ущербнее.

Рон дремал у камина; его руки, мантия, волосы и даже лицо были в муке. Услышав приближающиеся шаги девочек, он распахнул глаза и радостно вскочил:

— О, да ты сегодня в новом образе!

— Тебе правда нравится? — Лаванда поправила берет.

— Ещё бы! Вовек не видел такой красоты. Я подарок приготовил! — с этими словами он взял ухват и достал из камина глиняную форму.

Лаванда подошла поближе, чтобы посмотреть, что за сюрприз приготовил ей парень, но он обогнул её и преподнёс своё кулинарное творение Жанне.

— Спасибо, конечно, но я не голодная, — соврала Жанна, присмотревшись к изрядно подгоревшему пирогу с надписью “Звезде моей неугасимой”.

Лаванда зарыдала, размазывая текущую по лицу тушь.

А к Жанне тем временем подскочил Гарри, развернул свиток пергамента, встал в позу и без предисловий начал декламировать:

— “Ты, чудеснейшая Жанна,

Мной сердечно обожаема:

В дня лучах и тёмной ночью

Жанну в жёны себе прочу.

Что мне квиддич и метла,

Если, свет России снежной,

Ты у нас? Без Жанны нежной,

Нет, не будет мне житья!

Ночь я целую не спал

И стихи тебе писал.

Жанна, надо мною сжалься

И встречаться соглашайся.

Всех принцесс, дриад и фей

Жанна Меринофф милей!”

— Под конец рифмы ну совсем незатейливые, — не удержалась от критики Джинни. Вчерашнее её “свидание” с Гарри закончилось тем, что она резко встала ушла, наслав на него летучемышиный сглаз на прощание, но он, по-видимому, так и не понял намёка.

— Тебе понравились мои стихи? — с трепетом спросил Гарри у Жанны.

— Я не очень люблю поэзию, — покачала лохматой головой Жанна.

Не успела она договорить, как портрет Полной дамы отворился, и дверной проём заполнился огромной охапкой цветов. Охапка проникла внутрь гостиной и направилась к Жанне, выделывая по пути зигзаги и синусоиды: растения закрывали обзор тому, кто их нёс. Наконец цветы, травы и веточки упали к ногам девушки, и перед ней предстал чрезвычайно гордый собой Невилл.

— Тебе так идёт сегодняшний прикид! — сходу сделал он комплимент. — А я вот все теплицы с утра оборвал. Здесь и гудящие нарциссы, и ветки бадьяна, и рута!

— Ай! — в щиколотку Жанны впился зубками красный цветок. — А это что такое?

— Зубастая герань! — сказал Невилл, с упоением любуясь на девушку, прыгающую на одной ноге и пытающуюся отодрать от себя хищное растение. — В теплице ещё есть, и разные виды. Хочешь, пойдём вместе понюхаем?

— Нет! — твёрдо ответила Жанна, отбрасывая герань подальше.

— Тогда чего же ты хочешь? — озадаченно развёл руками Невилл.

— Тебе честно ответить?

— Честно.

— Я хочу, чтобы настала суббота, чтобы прискакал северный олень и забрал меня отсюда назад в Колдовстворец!

* * *

В среду утром у шестикурсников не было занятий, и Жанна не тратила времени зря. Сначала она попросила разрешения у Филча почистить все дымоходы, какие только были в замке. Затем отправилась к местному лесничему Хагриду и помогла ему нарубить дров (благо, на преподавателей зелье Елены Прекрасной не действовало). И на обед Жанна явилась вся перемазанная сажей и потная.

Стоило ей переступить порог Большого зала, как её окружили мальчики, осыпая комплиментами и предлагая сесть с ними рядом.

— А вас не смущает то, как я выгляжу? — с упором спросила она.

— Смущает, — ответил Симус Финниган. — Ты слишком шикарна. Слишком дерзка. Слишком обаятельна. Но мы не робкого десятка и осмелимся в очередной раз попробовать добиться…

— Да я, вообще-то, не такая уж и красивая! — протестовала студенка по обмену. — Меня в Колдовстворце знаете, как называют? “Лошадь”! “Ржанна-лошадь”!

— О! Можно мы тоже будем называть тебя лошадью? — спросил Рон.

— Сделайте одолжение! — попросила Жанна. Ей так надоели комплименты, что давняя кличка её ушам музыкой показалась.

— Какое точное сравнение нашли студенты Колдовстворца, — заметил Дин Томас. — Ведь лошадь — чрезвычайно грациозное животное! Прямо как наша Жанна. А теперь не двигайся, я хочу запечатлеть твой новый имидж, — попросил он, выхватывая из кармана блокнот с карандашом, и начал делать очередной набросок.

— А я не хочу, чтобы ты запечатлевал мой имидж, — упрямо возразила Жанна. — И ухаживаний не хочу. И подарков тоже не хочу!

— А у меня есть! Есть то самое, чего ты хочешь! — окликнули Жанну.

Она обернулась к двери, в которую только что вбежал Гарри Поттер, и успела увидеть, как он превращается в статного молодого оленя. Проскакав круг по Большому залу, отчего с краёв столов попадали вилки и стаканы, он снова принял человеческий облик и воззрился на Жанну.

Все не знали, что и сказать. Первой опомнилась Гермиона.

— Гарри, ты что, ОСВОИЛ АНИМАГИЧЕСКОЕ ПРЕВРАЩЕНИЕ?

— Ну да! Жанна утром сказала Невиллу, что хочет, чтобы к ней прискакал северный олень. И вот я олень! Не северный, конечно, но готовый увезти свою избранницу куда угодно!

— Так ты научился превращаться в животное ЗА ОДНО УТРО? — продолжала удивляться Гермиона. — Мародёры над этим три года корпели!

— Для любящего сердца нет ничего невозможного, — пылко отозвался Гарри. — Ну как, Жанна, прокатишься на мне вокруг озера по свежевыпавшему снегу?

— Может быть, в другой раз, — уклончиво ответила Жанна. — Ты пока сам там побегай, если хочешь.

О том, что северные олени Колдовстворца скачут не только по снегу, а ещё и по елям и облакам, она решила Поттеру не говорить — он ещё, не ровен час, шею себе свернёт. А она, Жанна, всё-таки не отличается жестокостью Ленкиной пра-пра-прабабушки к надоедливым ухажёрам. Да и если Поттер погибнет во цвете лет, кто же будет местного злодея Волдеморта побеждать?

* * *

Жанна торопливо заглатывала рыбу с жареным картофелем, то и дело поглядывая на толпу вокруг себя, которая всё разрасталась. Её нарочито немодный наряд вызвал среди местных парней такой ажиотаж, что многие собирались провожать её сегодня на все уроки, на ужин и в гостиную. Она же мечтала о покое.

— Мисс Меринофф! — раздался вдруг над её головой суровый голос. Она оглянулась на нависшего над ней профессора Снейпа. — Назначаю вам сегодня наказание!

— Нашей Жанне? За что? — вскинулся Невилл, забыв про свой страх перед профессором.

— Ученикам Хогвартса нельзя присутствовать в столовой без школьной формы, — ровным тоном отчеканил преподаватель.

Мальчиков как ветром сдуло: все они побежали переодеваться из мантий в маггловскую одежду, чтобы Снейп их вместе с Жанной на отработку отправил.

— Можете спокойно идти на урок, мисс Меринофф, — сказал Снейп, проводив их взглядом. — А насчёт наказания я пошутил.

— Спасибо! — искренне поблагодарила его Жанна.

— Это вам спасибо, — ухмыльнулся зельевар. — Именно благодаря вам я теперь имею полные основания говорить Поттеру: “Вы, Поттер, такой же олень, как и ваш отец!”