Когда мир кажется шатким... (джен)

После уроков я шёл через двор, и мир вокруг — грязный, ноябрьский, с лужами у крыльца — казался чуть менее скучным. Но эта хрупкая оболочка рухнула. На подходе к калитке меня перехватили трое. Длинный, Толстый и Рыжий. Их рожи сияли.

— Рассохин! Родя-я! — протянул Длинный. — Как уроки? Бабуля проверила?

Я шёл дальше, не отвечая. Они пошли рядом.

— Мы тут подумали, — вступил Толстый. — А правда, что твоя бабка за тебя домашку делает?

— Серьёзно, слышали, — поддержал Рыжий. — Ты ей тетрадки отдаёшь, а она, бедная, глаза над ними портит.

— Старая уже, глазами плохо видит, — с фальшивым вздохом сказал Толстый. — И пишет, наверное, коряво. Учителя, наверное, снисходят, жалеют её старую.

— Молодец, что бабушку при деле держишь, — заключил Длинный. — А то ей, наверное, кроме тебя и заняться нечем. Сидит целый день, ждёт своего внучка-недотёпу.

Я остановился и повернулся к ним. Внутри всё похолодело и натянулось, как струна. Из моей бабушки, которая всегда заботилась обо мне, они лепили жалкий и нелепый образ. И меня вместе с ней.

— Что, Родька, обиделся? — спросил Длинный, но ухмылка сползла с его лица.

Я не ответил. Медленно спустил рюкзак с плеча на мокрый асфальт. Тогда я не думал ни о последствиях, ни о том, что они втроём. смотрел на их ухмыляющиеся лица и видел просто цель. Один объект, потом другой, потом третий.

— Ну что, — тихо сказал я. — Начнём?