Все не то чем кажется и не наоборот (гет)

— Мистер Чон, скажите, этот дом Вы выбирали самостоятельно или опирались на чье-то мнение?

Моника ходила по дому, и испытывала странное беспокойство. Дом был прекрасен: район, природа, экстерьер, планировка — все. Но дом никак не хотел ассоциироваться с мистером Чоном. С его брифом — да, а с реальным человеком, который сейчас был тут, рядом с ней — нет. И Моника не понимала что с этим делать.

Обычно, пообщавшись с клиентом, изучив бриф, она входила в дом и сразу видела будущий интерьер. Она ходила по дому, как в 3д-очках, точно понимая как и что тут будет. Ей оставалось только все это нарисовать. Конечно, потом вносились правки, изменения, но вот этот первый, базовый, вариант появлялся у нее в голове в первую же минуту. А сейчас у нее возникали картинки, но как только она бросала взгляд на мистера Чона, картинки начинали фонить, как в телевизоре с неисправной антенной.

— Самостоятельно, — подтвердил Чонгук. — А почему Вы спрашиваете?

— Просто уточняю.

Моника осматривалась, делала фотографии, а сама наблюдала за Чонгуком, пытаясь представить его здесь за какими-нибудь бытовыми делами, и не могла. Да и сам Чонгук не выглядел заинтересованным. Люди, приезжая в только что купленный дом, представляют как тут все будет, строят планы, мечтают, а Чонгук просто ходит. Он больше похож на риэлтора, а не на владельца.

— Вот у этого окна можно будет поставить удобную кушетку. Можно будет сидеть, смотреть в окно, мечтать…

— Мечтать? Да я как-то и не люблю мечтать, — рассеяно ответил Чонгук, а потом, как бы спохватившись, добавил. — Хотя, конечно, иногда помечтать очень приятно.

Не любит мечтать? А в брифе написал, что любит. Итак, что получается? Дом подходит брифу, но ни бриф, ни дом не подходят этому человеку. Либо у него раздвоение личности, либо…

— Мистер Чон, для концепции я предлагаю взять кабинет и спальню. Уточните, пожалуйста, у заказчика, устроит ли его это.

— Да, хорошо, — кивнул Чонгук, а потом резко вскинул голову. — Какого заказчика?

Моника смотрела на него с улыбкой, склонив голову на бок, давая понять, что он прокололся.

— Как Вы узнали? — досадливо спросил Чонгук.

— Вы сами только что сказали, — они помолчали, и Моника уточнила. — Я так понимаю, что заказчик какой-то известный человек, и не хочет афишировать покупку дома или поиск дизайнера. Имя не скажете?

— Извините, мисс Стаббс. Сейчас никак не могу.

— Понимаю. Да пока и неважно, но давайте договоримся — если мы с ним все же будем работать, то договор подпишем напрямую. Поймите меня правильно, я не хочу работать неизвестно с кем. Вдруг он разыскиваемый преступник. Меня начнут таскать на допросы, а я буду блеять, что вообще не знала на кого работаю. Кто мне поверит?

— Договорились, мисс Стаббс, — ухмыльнулся Чонгук.

— Тогда можем ехать. Как только заказчик подтвердит помещения, я начну делать концепт.

* * *

Моника ехала с осмотра и раздраженно бубнила себе под нос. Утром она, как обычно, заехала в свою любимую кофейню, но с порога увидела Ким-Чертова-Тэхена, развернулась и вышла. По дороге на встречу с мистером Чоном, как назло, больше ничего подходящего не попалось. И она до сих пор не сделала ни одного глотка кофе. А сейчас уже почти полдень! Чертов Ким Тэхен! Это же он ее терпеть не может, вот сам бы и уходил. Почему ей тогда показалось его предложение подходящим? Совсем мозги отключились. Кто бы мог подумать, что она будет так дуреть от внешности! Она же его почти не знает, а то, что знает, ну никак привлекательными качествами не назовешь: раздражительный параноик!

Моника ехала, злилась и посматривала по сторонам в поисках какого-нибудь ресторанчика. Сейчас ей сгодится любой, где подают еду и наливают кофе. Ресторанчиков-то было предостаточно, а вот парковочных мест рядом с ними — нет. Тогда Моника припарковалась на первом же освободившемся месте и пошла пешком, рассматривая вывески. Она скользнула взглядом по небольшому газетному киоску и уже было прошла мимо, но что-то заставило ее остановиться и посмотреть внимательней. На первой полосе местной газетки красовался заголовок «Известный предприниматель Ким Тэхен посетил премьеру спектакля в обществе неизвестной брюнетки. Неужели завидный холостяк попался на крючок?» Под заголовком на полстраницы размещалась фотография, сделанная в зрительном зале. Ким Тэхен в смокинге стоял в проходе в пол-оборота к камере и держал за руку миниатюрную брюнетку в вечернем платье. К сожалению, брюнетка стояла спиной, и, кроме того, что у нее стройная фигура и ростом она едва доходит до плеча своему спутнику, ничего видно не было.

«Тоже мне, сенсация! — разозлилась Моника, резко развернувшись и отходя от киоска. — Спектакль он посетил! Да еще и с брюнеткой! Просто новость века! Предприятия закрылись, заводы встали, а законопослушные граждане замерли, ожидая развития событий! И что это за фотография вообще? Нельзя было обойти их и сфоткать нормально? За руку он ее держит! Конечно, с таким ростом-то только отпусти — замучаешься искать. Ее ж из-под сидений не видно. На гномов потянуло? В сказку попасть захотел?»

Моника от злости проскочила ресторан, вернулась, яростно дернула дверь, влетела в зал и плюхнулась за первый попавшийся столик. Официантка настороженно на нее посмотрела и поджала губы: ну наверняка сложная клиентка. Сейчас будет орать, хамить, ко всему придираться. Видно же, что неадекватная. Она натянула на лицо дежурную улыбку, вежливо поздоровалась и протянула клиентке меню. Клиентка меню молча выхватила, даже не взглянув на официантку, чем только укрепила нелестное мнение о себе.

«А в ресторане она на детском стульчике сидит? — внутренне продолжала бушевать Моника. — На обычном она ж до стола вообще не дотянется! А меню? Оно ж с нее размером. Одно неаккуратное движение и все — нет гнома, придавило! А у тебя ж на нее планы, наверняка. Надеюсь, постельное белье ты хорошо разгладил прежде чем ее туда запускать? Или не додумался и полночи ее в складках разыскивал?»

В реальность ее вернул звук сообщения в телефоне. Она вздрогнула и уставилась на кожаную папку меню, которое неосознанно терзала в руках. Сначала она удивилась: это когда его успели принести-то? А потом царапнула неприятная мысль: «Это я что же, даже с официантом не поздоровалась?» Моника подняла глаза и посмотрела на официантку, стоявшую недалеко в ожидании заказа.

— Будьте добры, — позвала Моника. — Принесите, пожалуйста, отбивную, салат и кофе. И простите, что не поздоровалась. Новость одну узнала, была не в себе.

Официантка с удивлением посмотрела на клиентку. Она работала давно и в людях ошибалась редко. Но сейчас, похоже, ошиблась.

— Ничего страшного, мисс, не переживайте, — она искренне улыбнулась. — А заказ я скоро принесу.

«Ну зашибись, — опять мысленно разозлилась Моника. — Из-за него я теперь еще и невоспитанная хамка. Ким-Чертов-Тэхен!»

Все это время за соседним столиком, прямо у нее за спиной, сидел сам Тэхен. Когда она только влетела в ресторан, он сначала удивился, потом обрадовался, а потом разозлился. На себя разозлился за то, что обрадовался. Нельзя радоваться чужой невесте. Он скроил раздраженную мину, но она его даже не заметила, хотя шла именно в его сторону. Плюхнулась на стул, напряженно выпрямив спину и дергая плечами. Правда, перед официанткой все же извинилась. Интересно, что за новость ее так разозлила?

Тэхен так увлекся наблюдением, что забыл про свой собственный обед. А когда у нее зазвонил телефон, вздрогнули они оба.

— Да! — рявкнула она в трубку, но потом опомнилась. — Любимый, рада тебя слышать. Ты соскучился?

Тэхен заскрипел зубами. Слушать ее воркование с Джином он совершенно не хотел.

— Чего?! Ты уверен?

Вопль на воркование был мало похож, Тэхен воспрял.

— Стив, я сейчас посмотрю. Продолжай по мне скучать, но сам ничего не делай.

Стив?! Почему Стив? А как же Джин? Тэхен следил, как она опустила голову, явно что-то изучая в телефоне, потом со злостью смяла салфетку, тяжело выдохнула, поднесла трубку к уху и неожиданно-нежно заворковала:

— Любимый мой, я так соскучилась. Сижу сейчас в ресторане и вспоминаю, как давно мы знакомы, сколько незабываемых часов провели вместе.

— …

— Любовь — удивительная штука. Я же тебя не разлюбила, даже распаковав кухню…

Тэхен напряженно прислушивался. Еще один любимый? Это Джин или опять нет? И причем тут какая-то кухня?

— Что не так?! — воркование сменилось гневом. — Все нижние шкафы ниже на тридцать миллиметров! Ты, блять, кого менеджерами набираешь? Пятилетних детей, которые не могут из договора в техническое задание правильно списать цифры?!

— …

— Пит, ты охуел? Я, блять, у тебя заказала кухню на тридцать квадратов по цене нового дома! И ты даже не перепроверил прежде, чем его отправлять на производство?!

Тэхен впал в ступор от такого неподходящего для милой девушки лексикона.

— Ты знаешь, я тебя люблю, но ты мне, блять, переделаешь весь заказ за свой счет и возместишь каждый ебаный день просрочки! А если клиент поимеет меня в особо извращенной форме, то я с тебя еще и моральную компенсацию стрясу!

— …

— Заебись, Пит. Доки у тебя на почте.

Она раздраженно шлепнула телефон на стол, откинула волосы и посидела пару минут, уставившись в тарелку. Потом снова приложила телефон к уху.

— Стив, с Питом я поговорила. Свой косяк он исправит, конечно, но чудес не бывает, новую кухню придется ждать еще месяца полтора. Что предлагаешь делать?

— …

— То есть времени мы вообще не потеряем, просто порядок работ изменится? Гениально. Ты — бог ремонтов и повелитель стройки.

Тэхен ковырял вилкой давно остывшее блюдо и сосредоточенно обдумывал услышанное. После эмоционального объяснения Хосока, Тэхен понял, что она не сталкер и, тем более, не эскорт, но вопрос с ее любимыми не давал ему покоя. Особенно, после того, как он узнал, что она невеста Джина. А теперь получается, что любимые никакого отношения к личной жизни не имеют? Это все связано с работой? Просто такой своеобразный стиль общения? Тэхен повернул голову и задумчиво уставился в окно. Что ж… Не осталось никаких загадок, а вместе с ними и спасительных сомнений. Тех, за которые он цеплялся, чтобы убедить себя, что женщина с таким, мягко выражаясь, свободным поведением ему не подходит. Оказывается, нет никакого «свободного поведения», есть просто работа и коллеги. А еще есть жених. Тэхен прикрыл глаза и сжал зубы. Ладно, переживем. Только нанимать он ее теперь точно не будет. Не надо ему с ней общаться, не надо ничего про нее узнавать, и не надо находиться рядом. Так спокойнее.

Он уже собрался попросить счет, но у нее снова зазвонил телефон, и Тэхен обратился в слух. Хотя что еще он собирался услышать — непонятно.

— Джинушка, привет. Как дела? Давно не общались.

«А он ее вниманием не балует», — хмыкнул Тэхен и подался вперед, чтобы лучше слышать.

— Ты решился?! Серьезно?

— …

— А Дэвид понял, что это именно свидание, а не дружеские посиделки?

Тэхен он удивления округлил глаза и открыл рот. Это еще что такое?

— Я за тебя рада. Только как же должность?

— …

— Даже так? Ну что ж, я надеюсь, что он этого достоин.

— …

— Да без проблем. Если надо, я и дальше буду играть твою невесту. Только, думаю, этого не понадобится. Раскроют вас скоро, вот увидишь. Ты же выглядишь как маньяк, когда его видишь, — Моника засмеялась.

Тэхен уже почти лежал на столе, боясь пропустить хоть слово.

— Конечно, Джинушка. С удовольствием поужинаю с вами двумя. Созвонимся.

Моника положила трубку, а Тэхен откинулся на стуле, сложил руки на груди и вперил взгляд ей в затылок. Не невеста, значит… В ней вообще есть хоть что-то правдивое? То она эскортница, то невеста. То, что эскортницей она не представлялась, значения сейчас не имело. И причины, по которым она изображает невесту — тоже. Сейчас его охватила злость. Он злился на нее за все свои метания, сомнения и бессонные ночи. Ну она у него попляшет! Невеста, блять. Посмотрим, невеста, сколько ты продержишься, прежде чем САМА признаешься в своем обмане. Только перед этим я тебе, блять, устрою бессонные ночи и веселую жизнь.

Моника тем временем оплатила счет и встала. Оглянись она, и Тэхену не удалось бы спрятаться, но она не оглянулась. Тэхен проводил ее взглядом и набрал номер:

— Гук, привет. Позвони, пожалуйста, Монике Стаббс и скажи, что она должна предоставить концепцию через три дня, не позже.

— Почему вдруг такая спешка? — удивился Чонгук.

— Пусть не расслабляется!

— Другим тоже позвонить?

— Нет, то есть да. Позвони, пожалуйста, и скажи, что я выбрал дизайнера. Оплату переведу полностью, как договаривались, а концепт они могут не делать.

— Тэ, что происходит? Почему ты выбираешь дизайнера еще даже не увидев предложения? А если она не подойдет?

— Подойдет, Гук, еще как подойдет. Пусть только попробует не подойти.

— Странный ты какой-то, конечно. Но дело твое. Я все передам.

Тэхен опустил телефон и уставился в окно с хищной улыбкой. Готовься, Моника Стаббс.

* * *

Через три дня Моника сидела в ресторане, ожидая клиента. Он ее заинтриговал. Вчера она отправила ему концепт, и уже через час ей перезвонил мистер Чон и от имени клиента назначил встречу. Причем, сразу попросил принести договор. Моника, конечно, была хорошим дизайнером, очень хорошим, но все же за час принять решение — это сильно. Остальные дизайнеры совсем провальные варианты предложили что ли?

Моника оторвалась от телефона и взглянула на открывшуюся дверь. В первое мгновение она уже привычно зависла, разглядев входящего Ким Тэхена. Ну как могут мужчине настолько идти обычное поло и льняные брюки? Потом пошарила взглядом у его ног, выискивая ту брюнетку. С тех пор, как Моника увидела эту чертову статью в газете, она не переставая думала об этих двух, упорно называя девушку гномом и в воображении все уменьшая ее и уменьшая. Теперь вот ей казалось, что она реально гном, ростом примерно ему по колено и живет в домике Барби.

Моника проморгалась и демонстративно отвернулась к окну. Согласно их договору с Тэхеном, она либо уходит, либо игнорирует его. Уйти она сейчас не могла.

Тэхен, как назло, шел в ее сторону, а потом и вовсе подсел за ее стол:

— Мисс Стаббс, добрый вечер.

— Добрый вечер, мистер Ким, но я Вас за свой столик не приглашала.

— Стоя разговаривать неудобно, — хмыкнул Тэхен.

— А зачем нам разговаривать?

— Вы предлагаете проект обсуждать письменно? Тогда тем более неудобно.

Моника уже набрала воздуха, чтобы ответить, но так и замерла с открытым ртом. Тэхен наблюдал, склонив голову набок.

— Заказчик — Вы?!

— Я.

— А не Вы ли требовали, чтобы я не попадалась Вам на глаза? — первый шок прошел, и Моника начала злиться, предвидя какой-то подвох.

— Ну теперь я передумал, — Тэхен откинулся на спинку стула и расслабленно положил руку на стол.

Моника посмотрела на его длинные пальцы, сглотнула и выдавила:

— И почему же?

— Потому что Вы прислали впечатляющее предложение. Разве не понятно? — Тэхен забавлялся, наблюдая за ней. — И я хочу, чтобы именно Вы занялись моим домом.

Моника представила, как она будет с ним работать. Находиться в пустом доме, касаться плечом, когда она что-то будет показывать в ноутбуке, ездить рядом в одной машине и смотреть как его пальцы сжимают руль. Она с усилием оторвала взгляд от его руки:

— Да ни за что! — излишне эмоционально воскликнула она.

— Почему? — он приподнял бровь и от этого движения Моника вскочила со стула.

— Я не хочу с Вами работать и все, — процедила она сквозь зубы, готовая провалиться сквозь землю от своего глупого поведения и от того, что он это понимал. Стопроцентно понимал.

Она взяла свою сумку и уже направилась к выходу, когда ей в спину донеслись насмешливые слова:

— Вам придется, мисс Стаббс.

Она развернулась:

— Придется?! С какой стати?

— Если Вы откажетесь, я всем расскажу, что Вы меня подвели и работать с Вами не стоит.

— Я подвела?! — Моника сделала шаг к столу. — Мы не подписывали с Вами договор на дизайн-проект, мистер Ким, а концепт я Вам предоставила!

— Ну и кому Вы это будете доказывать? Репутация в бизнесе, как Вы знаете, это — все. И я испорчу ее Вам, если Вы откажетесь работать, — через усмешку прорезались предостерегающие нотки.

Моника опустилась обратно на стул.

— Зачем Вам это надо, мистер Ким? Кто работает с дизайнером по принуждению? Я же могу завалить весь проект.

— Не можете. Я не приму проект, пока полностью не буду удовлетворен, — последнее слово он выделил как-то особо, от чего Моника опять сглотнула. — Давайте уже подпишем договор, выбора у Вас все равно нет.

— Зачем Вы это делаете? — устало переспросила Моника.

— Потому что хочу, — пожал плечами Тэхен.

* * *

Моника ехала домой и все крутила и крутила в голове ситуацию. Что произошло? Ким-Чертов-Тэхен тогда, в кемпинге, очень ясно дал ей понять, что она его раздражает, и что он не хочет больше с ней сталкиваться. И ее тогда это устроило. Ну, то есть не то, что она раздражает, это все-таки неприятно, а то, чтобы не сталкиваться. Так и правда спокойнее. Тяжело держать себя в руках перед кем-то, кто действует как удав на кролика. А что тогда сейчас поменялось? К чему этот шантаж? Его так поразил ее концепт, что он готов пойти на все, чтобы только она его реализовала? Глупость. Она не бог дизайна. Да, грамотный, да, профессиональный дизайнер, но таких много. А с его возможностями, он даже не ограничен одной страной. Можно нанять специалиста из любой точки мира. Кто в своем уме откажется работать с Ким Тэхеном?

Дело не в доме. Дело в чем-то другом. Что-то такое произошло, что он изменил свое же требование: не общаться. Что, черт возьми, могло произойти? Даже никак идей нет. Сильно помогло бы, если бы она поняла, зачем он это делает. Его планы явно ничего хорошего ей не сулят. Но вот чем конкретно ей грозит работа с ним? И, главное, почему он нацелился именно на нее? Она не его партнер, кинувший его на бабки, не бывшая, распускающая о нем слухи, не папарацци, покопавшаяся в его грязном белье, она для него — никто. Просто случайная знакомая, невеста одного из многочисленных подчиненных, которая, к тому же, ему так сильно не нравится. Так зачем тратить на нее силы и время?

Ответов на вопросы не было, и, вполне возможно, никогда не будет. Ситуация неприятная своей неопределенностью. Хотя, стоп. А в чем, собственно, неопределенность-то? Они подписали договор. Ким-Чертов-Тэхен — клиент. Все очень определенно. Какие у него мотивы — пофигу, она их не знает и повлиять никак не может. Но она может просто выполнять свою часть договора. Клиент сложный? Пф… Она давно работает с людьми и может подстроиться буквально под любого.

У нее был поставщик, который все и всегда делал ей назло, у него была цель — испортить ей жизнь. Отказаться она от него не могла — он поставлял эксклюзивный товар. И что? Не без помощи Прю, она поняла, что выводит он ее из себя только потому, что она посмела в него не влюбиться. Есть такой тип людей, которые считают себя офигенными сердцеедами, а если кто-то смеет этому противостоять, начинают злиться и мстить. Патология, своего рода. Ну так Моника и сделала вид, что влюбилась. Ей что, жалко? Поставщик успокоился моментально. Она с ним, кстати, до сих пор работает. Смотрит на него влюбленными глазами, губу закусывает, даже несколько раз на ужин приглашала. С такими можно не опасаться переборщить, и не опасаться, что они согласятся. Их интерес не в реальном романе, а в ощущении всеобщего обожания. А еще был клиент, от которого Монику просто трясло. По какой-то непонятной причине он вызывал у нее омерзение. Даже когда он просто пожимал ей руку при встрече, хотелось срочно вымыть ее с мылом, а лучше вообще прокипятить. И что? Понял клиент, насколько он ей противен? Конечно нет. Более того, он посчитал, что у них установилась взаимная приятная симпатия. Откуда она узнала? А от другого клиента, который пришел по рекомендации этого мерзкого.

Она умеет держать себя в руках. Умеет не показывать реальные чувства, если это нужно. Неважно какие именно: омерзение или желание. Она соберется, сосредоточится и будет готова. Так что с Ким-Чертовым-Тэхеном она справится, что бы он ни задумал. Она просто будет работать, выполнять свою часть договора.