Чашечка послеполуденного кофе (гет)

Полин всегда мечтала открыть свой собственный магазин ручек. Долгими бесконечными вечерами, сочиняя очередное задание для бестолковых соискателей, она представляла, с какой царственной грацией будет каждое утро отпирать его дверь красивым медным ключом и изящно поворачивать табличку с надписью «Открыто». Внутри ее магазина будет уютно, но не тесно. Полин воображала, как закажет несколько застекленных стеллажей, на которых разложит самые дорогие товары, и как заполнит ручками подешевле ряд прямоугольных витрин, вроде тех, которые она видела в каком-то лондонском музее лет двадцать назад. А еще, разумеется, у нее будет старомодная касса (Полин с большим предубеждением относилась к современным аппаратам — они не внушали ей ни малейшего доверия), рядом с которой она разместит всякие безделушки вроде милых открыточек с котятами и упаковок жевательной резинки. Да, магазин был самой большой мечтой Полин, а грезы наяву о том, как хорошо она заживет, когда ей больше не придется работать в центре занятости с этими олухами, и она сама станет себе хозяйкой, были ее величайшей отдушиной. Но время шло, и с каждым новым днем становилось все очевиднее, что грезы так и останутся грезами, и что у Полин так же много шансов стать хозяйкой магазина ручек, как у Микки — получить степень бакалавра.

Микки, Микки — почему только жизнь была так благосклонна к этому олуху? Эти его кривые зубы с безобразными брекетами, омерзительные прыщи размером с колорадских жуков и жуткий акцент, из-за которого она порой не могла разобрать ни слова — все в нем внушало Полин стойкое отвращение, и она бы, наверное, окончательно его возненавидела, если бы Микки не был таким… ну, в общем-то, добрым. Особенно на фоне этого высокомерного противного Росса, готового на каждую ее фразу ответить язвительной подколкой. Да, если бы не Микки, Полин уже давно бы прикончила негодяя. Вонзила бы в его черное сердце свою самую острую ручку, и делу конец. Но Микки, пожалуй, это бы расстроило, а его жалобного рева Полин бы не вынесла. Поэтому избавиться от Росса она могла лишь ценой самопожертвования, а это, безусловно, того не стоило.

Так что Полин продолжала тянуть свою лямку, ежедневно распинаясь перед группами сонных апатичных соискателей и нередко выходя при этом из себя (но ведь за это ее сложно винить — на ее месте любой бы сорвался). А уютный магазин ручек маячил где-то вдалеке, легкий воздушный замок, который так легко рушился под натиском брюзжания вечно недовольного Росса. Вот и сегодня — не успела Полин увидеть его физиономию рядом с глуповато-добродушным лицом Микки, как ее настроение разом испортилось.

— Добрый день, соискатели, — угрюмо поприветствовала она группу вялых, небрежно одетых мужчин, один из которых дымил сигаретой прямо на занятии (впрочем, Полин не возражала). Обычно она здоровалась певучим звонким голосом, но противный Росс отбил у нее желание вести себя приветливо. Полин с грохотом уронила на стол кипу бумаг… и только тут заметила пластиковый стаканчик, судя по запаху, с горячим кофе.

— Это что еще такое? — грубо поинтересовалась она. Неужели Росс вздумал ее отравить? Нет, он бы не стал действовать открыто. Наверняка он попытался бы отвлечь ее внимание, усыпить бдительность и затем нанести сокрушительный удар. Полин так и знала, что этот гаденыш не успокоится, пока не увидит ее поверженной!

— Это кофе, Полин, — придурковато улыбаясь, пояснил Микки. — Я принес тебе — подумал, тебе понравится, — застенчиво потупил он глаза.

Росс скептически хмыкнул, но Полин впервые за долгое время не обратила на него внимания. Она смотрела на Микки, и в груди у нее как-то странно потеплело, совсем как в тот день, много лет назад, когда мама подарила ей ее первую ручку с металлическим колпачком.

— О, спа… спасибо, Микки, душка, — поблагодарила Полин, совершенно искренне и без малейшего оттенка привычной язвительности. — Это очень мило с твоей стороны, — она взяла стаканчик двумя пальцами, и на миг ее посетила скверная мысль, что Микки, возможно, не самый умелый кофевар Ройстон-Вейси, но Полин не успела ее обдумать и сделала глоток.

Как оказалось, она ошибалась. Кофе, кто бы его ни сварил, был не так уж и дурен. Полин даже назвала бы его приятным. Обычно она предпочитала класть чуть больше сахара, но могло сойти и так. Микки, похоже, очень обрадовала ее реакция — он просиял и хлопнул в ладоши.

— Я рад, что тебе нравится, Полин! Я старался! — прошепелявил он.

— И твои старания будут вознаграждены! — торжественно объявила Полин. — Соискатели, наш сегодняшний урок посвящен частному предпринимательству! Мы с вами разберем, что нужно сделать, чтобы открыть собственную кофейню. Росс!

Тот от неожиданности вздрогнул и с легким удивлением, смешанным с опаской, посмотрел на Полин.

— Да?.. — отозвался он.

— Ты будешь нашим бизнес-инструктором, — Полин взяла со стола черный маркер и протянула его Россу. — Давай-давай, раз ты такой умный, покажи, на что ты способен. Ты же наверняка все знаешь о частном предпринимательстве.

— Ну, я бы так не сказал… — пробормотал Росс. Однако, поскольку Полин продолжала протягивать ему маркер, выбора у него не осталось — он ведь не хотел выставить себя идиотом. Поджав губы, он взял маркер и пошел к доске.

— Давай, Росс, дерзай, — причмокнула Полин, с удовольствием сделав еще один глоток кофе.

И Росс дерзнул. За оставшееся время они рассмотрели порядок составления бизнес-плана, поговорили об особенностях аренды и найма работников и даже сочинили меню кофейни, при самом активном содействии Микки. К концу занятия, когда стаканчик с кофе давно опустел, Полин забрала у Росса маркер.

— Отлично, соискатели! — пропела Полин. — На сегодня все. Домашнее задание — составить собственный бизнес-план.

Со скрипом задвигались стулья — соискатели, в кое-то веки не с постными, а с почти оживленными лицами, один за другим покидали занятие. Предпоследним выходил Росс. Перед тем как уйти, он на несколько секунд задержался, будто хотел что-то сказать и даже открыл рот, но потом передумал и молча ушел, с недоуменьем качая головой. Последним был Микки.

— Сегодня был очень интересный урок, Полин, спасибо, — промычал он, счастливый, как будто только что выиграл в лотерею.

— Я рада, Микки, душка, — улыбнулась Полин, и это движение лицевых мышц показалось ей столь необычным и в то же время приятным, что она снова ощутила в груди тепло. — А тебе спасибо за кофе.

— Не за что, Полин! Я тебе еще сварю, если захочешь! Тебе кофе помогает!

— Помогает? — она моргнула. — Что ты имеешь в виду?

Микки взял ее за руки. Его ладони были слегка влажными, но почему-то обычно брезгливая Полин не обратила на это внимания.

— Мама всегда говорила, что хороший кофе помогает людям стать добрее, — простодушно сказал он. — Я сварил тебе кофе, и ты сегодня ни на кого не накричала, даже на Росса. Это все кофе помог, — он улыбнулся ей своими кривыми зубами, но Полин, кажется, впервые не поймала себя на мысли, как все-таки уродливы его брекеты.

— Да, — пробормотала она. — Помог.

Микки радостно прогудел что-то в знак согласия и, отпустив ее, попрощался и вышел из класса.

Полин медленно перевела взгляд на доску, с которой все еще не стерли написанный Россом бизнес-план. Несколько мгновений она изучала его, будто впитывая изложенную в нем информацию, а затем опустилась на стул и достала свою самую любимую ручку.

Кто знает — если кофе помог ей стать добрее, быть может, и ее мечта когда-нибудь станет реальностью.