Ребекка (джен)

Шаги двух пар ног отдавались от холодного пола и замолкали где-то в глубине старинного дома, между оклеенными текстильными обоями и обитыми темными деревянными панелями стенами.

Человеческих созданий могло видеть только множество пар кошачьих глаз, а если бы и был здесь кто-нибудь ещё, ему на вряд ли дано было бы лицезреть два силуэта.

По одиночке каждый выглядел существом не в полной мере земным, но эта девочка...

Люди становятся по-особенному, невыразимо и завораживаще, прекрасны в гробу, одетые в белое, когда земное солнце и весь наш мир видит их в последний раз. Это подобно чарам Снежной королевы, холодная, точно ограненная красота. Ребекка обладала не таковой. Во всяком случае, не в полной мере. В ней было то хрупкое и печальное мертвое очарование, однако, вопреки всевозможной логике, было и что-то до крайности живое, спокойно-теплое.

Кевин всё никак не мог сосредоточиться на чем-нибудь одном. Все было так странно и казалось так ошеломляюще изящно. Он мог бы долго разглядывать то, что уверенно именовало себя приведением, в конце концов, и она успела насмотреться на существо, самонадеянно считавшее себя будущим хозяином дома. Но и это было бы невежливо, из-за чего приходилось всё-таки отвлекаться на вещи вокруг.

— А куда мы идём? Я уже запутался...

— В твою комнату, глупыш, между прочим, самое лучшее место в доме.

Кевин потупился. Смотря на всю красоту пробегающей перед глазами мебели, назвать его комнату лучшей можно было с большой натяжкой и немалой долей самоуверенности.

— Я бы так не сказал... Любому хотелось бы жить где-нибудь ещё, но только не там.

— Да ну, я же прямо там и отъехала, разве не здорово?

— Тем более!

По спине пробежал холодок. М-да. Чувство юмора у мёртвой девчонки на высоте.

— С..слушай, а как ты...?

— Отъехала? — подхватила Ребекка, — бог его знает! Сама не поняла, сначала сидела как-то у камина, спать хотела, собиралась встать, а перед глазами потемнело, ну вот и всё. Потом уже увидела, что труба в камине засорилась, надышалась чем-то, вероятно. Не бойся, я её с тех пор часто чищу, да вот для меня уже поздно.

— Важная деталь, — вздохнул Кевин.

Они снова спустились в подвал и прошли в самую дальнюю комнату. Какие родители поселят ребёнка сюда? А вот эти поселили.

— Тебе помочь разобрать вещи?

Не дожидаясь ответа, девочка полезла в не слишком массивное сборище сундуков и исчезла где-то в глубине вещей. Кевин несколько раз растерянно обежал глазами комнатку. Изолированную тишину подвала, свойственную для всех помещений ниже уровня грунта, теперь нарушали только приглушённые восклицания Ребекки при виде каждого нового лоскутка. Удивительно... Наконец, ему хватило смелости вновь робко поинтересоваться:

— Бекка, а... такой вопрос... а коты, всё-таки, где?

— А с какого это перепугу я должна знать? Найдёшь — будешь молодец! Где-то гуляют, поищи! — раздалось из глубины.

Информативно, так сказать. Ну, искать, так искать. Кевин осторожно вышел из комнаты исследовать свой новый маленький рай.