/«My Bodyguard and I…/« (гет)

/«Глава первая…/«Продолжение главы…/«

/«Я видела, как Сандерс профессионально передала эти книги нашему ассистенту, когда мы с ней завернули за угол и тогда я услышала, что шум той, ожидающей толпы, стал гораздо громче. Я затаила дыхание: вот он, момент истины и тот самый, момент моего личного триумфа, которого я так долго ждала. И, кажется, начинала чувствовать себя счастливой…

/«-Просто, будь счастлива и эта толпа полюбит тебя. Они всегда так делают. Теб просто невозможно не любить». —Сказала мне Сандерс и таким образом, снова поддержала меня.

/«Я ничего на это не сказала. Я просто сдержала несколько саркастических замечаний, которые были у меня на уме, потому что я тогда была слишком взволнована, чтобы произнести их должным образом, и поэтому отказалась сказать ту хорошую реплику, которая у меня могла быть, удачно.

/«Слегка подтолкнув Сандерс вперед, я отошла в сторону, когда кто-то назвал мое имя. И сначала я даже не поняла, что это произошло, а потом…

/«-Леди и джентельмены, это автор вашей новой любимой книги, прошу представить, Лилиана Саммерс! — И тогда я услышала это. То, как меня представили и для меня это был личный триумф…

/«Как только я услышала свое имя и как только Сандерс представила меня, я просто заставила себя идти вперед и двигаться быстрее — я ведь выходила на сцену, стараясь достойно себя подать и достойно выглядить со стороны. Я даже все время практиковалась в этом, чтобы сразу вспомнить, если вдруг мое тело каким-то обращом забудет, что значит двигаться грациозно и красиво. А еще и на каблуках, перед всей этой толпой и перед всеми этими людьми. И это была одна из тех немногих причин, почему я никогда не любила и не носила каблуки.

/«Вдруг неожиданно упасть и впечататься лицом в землю, да еще и на глазах у всех, всегда было более, чем достаточно, чтобы сразу отрезвить меня в своих желаниях и заставить признать, что каблуки — это и есть моя несбыточная мечта, совсем непредназначенная для тех, кто всегда, когда идет вперед, должен помнить, как переставлять одну ногу перед другой и что одна нога всегда следует за другой, когда в этот раз на меня смотрят больше одной пары глаз. О, это невозможно себе представить и такое лучше себе не представлять…

/«Поэтому неудобные каблуки я никогда не носила и даже не задумывалась. Это была не моя обувь…

/«Когда я через какое-то время поднялась на сцену, я лучезарно всемиулыбнулась и помахала рукой тем, кто пришел ко мне. Вся сцена была очень красивой, с темно-фиолетовым ковром, который был расстелен на красной ковровой дорожке, по которой я так торжественно проходила. А там, внизу, я видела яркую, осоепляющую публику и всех этих людей, свет которой был для меня ярче самой ближайшей звезды и светил прямо на меня, буквально освещая весь мой путь.

/«После того, как я поднялась на сцену и улыбнулась всем, я помахала рукой тысяче людей, которых я не могла отчетливо видеть, но которых я отчетливо слышала, потому что этот шум толпы был не просто громким. Он становился оглушительным. И я хорошо это понимала.

/«Когда я была на сцене и все это видела, мне пришлось некоторое время бороться с собой и побороть мое инстинктивное желание повернуться и убежать.

/«Я понимала, что сделав так, я тогда всем покажу свою трусость и даже несостоятельность. И я не должна была это делать. Я знала, что должна была остаться и просто не имела права убегать.

/«Я понимала, что иногда подоьные крики из толпы могли бы напугать девушек. Возможно, даже, что эти крики скорее пугают, чем возбуждают.

/«На самом деле и говоря по-хорошему, если бы я могла и имела такую возможность выйти на эту сцену с затычками в своих ушах и не выглядеть бы при этом самым странным, неблагодарным и грубым автором в мире, я бы, наверное, так и сделала. Только не сейчас, и не теперь. Сейчас я уже постепенно понимала, насколько это важно: держаться на сцене и самой держать свое лицо. И я делала это…

/«Дойдя до стола, за которым я должна была сидеть и после того, как я благополучно за него села, искренне радуясь, что мне все-таки удалось сесть за него, не упав неуклюже и даже не забывая, что я должна сидеть прямо и по-человечеаки, чтобы это выглядело красиво; я снова посмотрела туда, на сцену, увидев благодарные и восторженные лица всех этих людей и тогда мой страх сразу как рукой сняло.

/«Да, я осуществляла свою давнюю мечту стать популярным и знаменитым автором и это у меня постепенно получалось. Я была по-настоящему счастлива, находясь здесь и сейчас. Я действительно была на вершине своего собственного триумфа. И я знала, что это только начало…/«Завершение эпизода…/«Продолжение главы следует…/«