«Т-Х и Богдан: Атомная зима нашей любви» (гет)

## ГЛАВА 4: ПЕРВЫЙ УРОК

*27.02.2026, 15:42:18. Самара, проспект Кирова, 244, кв. 147. Комната Богдана.*

На следующий день в школе Богдан поймал себя на том, что смотрит на одноклассников совершенно иначе.

Раньше они просто были — шумные, глупые, вечно орущие на переменах, делящиеся на группировки, обсуждающие ерунду. Теперь он видел их иначе. Словно через призму тех данных, что загрузила в него Т-Х.

Вот Игнат — главный хулиган класса, сидит на последней парте, грызёт семечки и плюёт шелуху на пол. Раньше Богдан его боялся. Теперь он *видел*: Игнат — классический тип «биомассы с низким интеллектом». Действует на инстинктах, легко управляется через страх и силу. Приоритет угрозы — минимальный. Время нейтрализации — 0.3 секунды.

Вот Лена — отличница, заучка, вечно тянет руку. Раньше раздражала. Теперь: «ценный ресурс, обладающий структурированными знаниями, но отсутствием критического мышления. Возможно использование в качестве источника информации, но не стратега».

Вот Кристина — самая красивая девочка в классе, вокруг неё всегда толпа мальчиков. Раньше Богдан тайно вздыхал по ней. Теперь: «особь с высоким репродуктивным потенциалом, социальный доминант, использует внешность как инструмент манипуляции. Опасность: отвлечение внимания. Рекомендация: избегать».

Богдан тряхнул головой, прогоняя наваждение.

— Ты чего? — спросил сидящий рядом Димон, его единственный друг. — Выглядишь так, будто сейчас взорвёшься.

— Всё нормально, — буркнул Богдан. — Просто задумался.

— О чём?

Богдан посмотрел на Димона. Рост — 164 см, вес — 56 кг, русые волосы, веснушки, очки. Лучший друг с первого класса. Вместе играли в «танчики», вместе списывали контрольные, вместе мечтали свалить из этого города.

*Диагноз: лоялен, уровень доверия 89%, не представляет угрозы. Рекомендация: сохранить контакт, возможна эвакуация в случае успешной интеграции.*

Богдан снова тряхнул головой.

— Дим, — сказал он тихо. — Если я скажу тебе кое-что очень странное, ты не подумаешь, что я сошёл с ума?

Димон снял очки, протёр их и водрузил обратно на нос.

— Ты уже говорил мне, что Цой жив и скрывается в Самаре. Я не поверил, но выслушал.

— Это было в семь лет.

— И что? Ты много чего странного говорил. Привык.

Богдан усмехнулся. Димон был единственным человеком, с которым он мог быть собой.

— Ладно, потом скажу. После уроков.

— Тайны мадридского двора? — Димон хмыкнул. — Ну-ну.

--

После уроков, в 14:30, Богдан прибежал домой. Отец был на работе, квартира пустовала. Он бросил рюкзак в прихожей и замер.

Т-Х сидела в его комнате.

Она просто ждала его, сидя на том же стуле, абсолютно неподвижно, глядя в окно. На ней была та же одежда — тёмный пуховик, джинсы, вязаная шапка на коленях. Человек подумал бы, что она только что вошла. Богдан знал: она сидела так, возможно, с самого утра. Просто ждала.

— Ты рано, — сказала она, не оборачиваясь.

— Уроки закончились.

— Я знаю. Я следила за тобой.

Богдан моргнул.

— В смысле? Ты была в школе?

— Нет. Но я видела тебя. Оптические сенсоры позволяют наблюдать за объектом на расстоянии до трёх километров при ясной погоде. Твоя школа — в 1.7 километра отсюда.

Она повернулась к нему, и Богдан вдруг остро осознал: всё это время, пока он сидел на уроке, тупил в окно, отвечал у доски, его *видели*. Каждое движение, каждое выражение лица.

— Это немного жутковато, — признался он.

— Для людей — да. Для меня — стандартный протокол наблюдения за целью.

— Я не цель. Я Архивариус.

Т-Х чуть склонила голову.

— Ты прав. Поправка принята. Я наблюдала за Архивариусом.

Богдан хмыкнул и прошёл в комнату, плюхнувшись на кровать.

— И что ты увидела?

— Ты смотрел на одноклассников иначе, чем обычно. Твой мозг обрабатывал информацию, полученную вчера. Ты классифицировал людей вокруг по степени угрозы и полезности.

— Откуда ты...

— Твои зрачки расширялись при оценке каждого индивида. Микродвижения глаз указывали на сканирование. Ты делал это бессознательно, но для меня это очевидно.

Богдан промолчал. Она была права.

— Это пройдёт? — спросил он.

— Частично. Ты никогда не сможешь полностью отключить этот режим. Но со временем научишься контролировать его. Не люди будут казаться тебе целями, а ты будешь видеть их истинную сущность. Это дар. И проклятие.

— Как у тебя?

Т-Х моргнула.

— У меня нет даров и проклятий. У меня есть функции.

— Слушай, — Богдан сел на кровати, поджав ноги. — Можно я буду называть тебя как-то иначе? Не Т-Х, не «модель 101», не «объект». У тебя есть имя?

— Моё имя — Т-Х.

— Это не имя, это модель. Как если бы меня звали «Человек-подросток-самарец-пятнадцать-лет». Нормальные люди дают друг другу имена.

— Я не человек.

— Но ты выглядишь как человек. Ты живёшь среди людей. И мы теперь... ну, вроде как команда. Тебе нужно имя.

Т-Х замерла. Её процессоры анализировали этот запрос.

*Запрос: присвоение индивидуального идентификатора. Вероятная цель: укрепление психологической связи, повышение уровня доверия. Возможные риски: формирование ложной концепции «личности», потенциальное снижение эффективности при выполнении миссии. Анализ: риски минимальны, польза — высокая (повышение лояльности Архивариуса на 12-15%). Решение: согласиться.*

— Какое имя ты предлагаешь? — спросила она.

Богдан задумался.

— Ну... Ольга — это легенда. Настоящее имя нужно другое. Может... Вера? Потому что ты веришь в миссию? Или Надежда? Или...

Он посмотрел на неё — на её идеальное, непроницаемое лицо, на глаза, в которых не было ни капли человеческого тепла, но была абсолютная, нерушимая преданность своему делу.

— Лара, — сказал он вдруг. — От слова «латунь». Металл. Прочный, надёжный, не ржавеет.

Т-Х моргнула.

*Анализ: латунь — сплав меди и цинка, прочность ниже, чем у гиперсплава, коррозионная стойкость средняя. Неоптимальная аналогия. Но... психологический контекст: ассоциация с надёжностью. Приемлемо.*

— Лара, — повторила она. — Принято.

Богдан улыбнулся.

— Лара. Круто. Ну что, Лара, с чего начнём первый урок?

Она встала и подошла к его столу, где стоял старенький системник.

— С анализа твоего оборудования.

— Компьютера? Он старый, да. Отец принёс с работы, списанный. Я на нём учусь программировать.

— Я знаю. Python, начальный уровень. Ты писал простые скрипты, пробовал парсить сайты, делал ботов для игр.

Богдан опешил.

— Ты и это видела? Отсюда?

— Я сканировала твой компьютер в первый же день. Через стены. У меня есть радар.

— Охренеть.

— Не совсем. Техника будущего. — Она положила руку на системный блок. — Он безнадёжно устарел. Процессор — 4 ядра, 2.5 гигагерца, оперативная память — 8 гигабайт. Для 2026 года — минимум. Для моих стандартов — каменный век. Мой процессор обрабатывает информацию в миллиард раз быстрее.

— Ну извини, не у всех есть ядерные реакторы в груди, — буркнул Богдан.

— Я не критикую. Я констатирую. Ты должен понимать разницу между человеческими технологиями и технологиями Skynet. Это важно для выживания.

Она убрала руку и повернулась к нему.

— Первый урок: тактика. Ты должен научиться оценивать угрозы и принимать решения за доли секунды. В бою нет времени на размышления. Есть только действие.

— Но мы не в бою.

— Пока нет. Но бой придёт. Всегда приходит.

Она подошла к окну и указала на улицу.

— Видишь ту машину, чёрный седан у подъезда?

Богдан подошёл и посмотрел. Обычная «Лада Веста», припорошённая снегом.

— Вижу.

— Скажи мне всё, что ты о ней знаешь.

— Ну... это «Лада Веста», цвет чёрный, номера местные, стоит у подъезда уже пару дней, наверное, чья-то из соседей.

— Недостаточно. Смотри дальше.

Богдан всмотрелся. Ничего особенного. Машина как машина.

— Дворники подняты, — сказала Т-Х. — Значит, водитель готовился к снегопаду и не планировал ехать в ближайшее время. Снег на крыше ровный, без проплешин — машина не двигалась минимум сутки. На стёклах — лёд, значит, сигнализация не работает в режиме автоподогрева, или её вообще нет. Левый задний фонарь разбит, заклеен скотчем — водитель либо беден, либо ему всё равно на внешний вид. Наклейка на бампере — «Ребёнок в машине» — значит, у водителя есть дети. На переднем сиденье видна детская куртка.

Богдан слушал, открыв рот.

— Ты всё это увидела? Отсюда?

— Это не я увидела. Это ты должен был увидеть. Внимание к деталям — первое, чему я тебя научу. В мире, где каждая мелочь может означать жизнь или смерть, ты обязан замечать всё.

Она отошла от окна.

— Твоё задание на сегодня: выйти на улицу, обойти двор, запомнить каждую машину, каждого человека, каждую деталь. Потом вернуться и рассказать мне.

— Прямо сейчас?

— Прямо сейчас. У тебя есть час до прихода отца.

Богдан вздохнул, натянул куртку и вышел.

--

На улице было холодно. -12°C, ветер, снег пощипывал щёки. Богдан сунул руки в карманы и медленно побрёл по двору, пытаясь смотреть на всё глазами Т-Х — или Лары, как он теперь её называл.

*Машины.*

Серый «Рено Логан» — номер 163, царапина на заднем крыле, наклейка «Я люблю Самару» на стекле. Резина зимняя, шипованная, но изношенная — протектор стёрт на 60%. Значит, водитель либо экономит, либо скоро менять будет.

Красная «Киа Рио» — номер 447, тонировка глубже разрешённой (штраф 500 рублей, вероятность остановки гаишниками 30%). На заднем сиденье — детское кресло, значит, семья.

«Газель» с надписью «Продукты» — стоит у магазина, двигатель работает (пар из выхлопной трубы), водитель внутри, греется. Наверное, разгружается.

*Люди.*

Бабка с тележкой — идёт к магазину, шаркает, опирается на палку. Угроза? Нулевая. Но если за ней следить, можно узнать, где что почём, какие новости в районе.

Мужик с собакой — чёрный лабрадор, мужик в ушанке, курит, собака гадит у сугроба. Мужик оглядывается — не видит ли кто? Не достаёт пакет. Значит, или совесть есть, или боится штрафа.

Пацан лет десяти — пинает снег, смотрит в телефон, идёт к школе. Наушники в ушах, ничего вокруг не замечает. Лёгкая цель для любого... для кого? Богдан поймал себя на мысли и одёрнул.

*Я не охотник. Я ученик.*

Через час, замёрзший, но странно возбуждённый, он вернулся домой. Т-Х сидела там же, где он её оставил.

— Ну? — спросила она.

Богдан вывалил на неё всё. Машины, людей, детали. Он говорил быстро, захлёбываясь словами, боясь что-то забыть.

Т-Х слушала, не перебивая.

Когда он закончил, она кивнула.

— Хорошо. Для первого раза — приемлемо. Ты заметил 47 деталей из 238 возможных. Прогресс.

— Всего 47? — расстроился Богдан.

— Для человека — отлично. Ты использовал свой мозг на 12% эффективнее, чем обычно. Со временем научишься замечать больше.

Она встала.

— Завтра продолжим. Теперь иди грейся, у тебя начинается дрожание мышц от холода. Твоя терморегуляция несовершенна.

Богдан стянул куртку и правда заметил, что его трясёт.

— А ты? — спросил он.

— Я буду здесь.

— В смысле? Останешься на ночь?

— Я буду наблюдать. Снаружи. Если отец придёт раньше, я уйду. Если нет — останусь до утра. Твоя безопасность — приоритет.

Богдан посмотрел на неё.

— Ты вообще спишь когда-нибудь?

— Нет.

— Не устаёшь?

— Нет.

— Не хочешь есть, пить, в туалет?

— Нет.

— И так всю жизнь?

— Я создана для работы, а не для удовольствий.

Богдан помолчал, потом сказал тихо:

— Это грустно.

Т-Х моргнула.

— Грусть — человеческая эмоция. У меня её нет.

— Но если бы была... ты бы грустила?

Пауза. Микросекунда процессорного времени, потраченная на анализ вопроса.

— Если бы у меня были эмоции, — сказала она наконец, — я бы, наверное, грустила не за собой, а за вами. Люди так много времени тратят на ерунду. Ссорятся из-за денег. Страдают из-за любви. Боятся смерти. И при этом создают великое. Музыку. Книги. Науку. Вы умудряетесь быть одновременно жалкими и великими. Это... интересно.

Богдан улыбнулся.

— Ты только что сказала что-то очень человеческое.

— Невозможно. У меня нет эмоций.

— А это было похоже на эмоцию. Типа... удивления? Восхищения?

— Это был анализ. Чистая логика.

— Ну да, конечно. — Богдан хитро прищурился. — Скажи, Лара, а что ты чувствуешь... ну, если бы чувствовала... когда смотришь на меня?

Т-Х замерла. Её процессоры лихорадочно искали правильный ответ.

*Вопрос: эмоциональная интерпретация отношений с Архивариусом. Риск: неправильный ответ может снизить уровень доверия. Оптимальный ответ: честный, но адаптированный для человеческого восприятия.*

— Если бы я могла чувствовать, — сказала она медленно, — я бы чувствовала... ответственность. Ты важен. Не как человек, не как личность. Как носитель информации, которая нужна будущему. Моя миссия — сохранить тебя. Если бы у меня были эмоции, эта миссия, наверное, стала бы чем-то большим.

— Чем?

— Не знаю. Возможно... целью. Смыслом. Тем, ради чего существуют люди.

Богдан смотрел на неё долго, очень долго. Потом подошёл и, прежде чем она успела среагировать (хотя она, конечно, успела бы, если бы захотела), обнял её.

Т-Х замерла.

Объятия не входили в её программу. Она не знала, как на них реагировать. Её сенсоры фиксировали тепло его тела, его сердцебиение, его запах. Руки висели вдоль тела, не зная, куда деться.

— Спасибо, — сказал Богдан в её плечо. — За то, что ты есть. Даже если ты машина.

Он отпустил её и отошёл, смущённо улыбаясь.

— Извини. Глупость сморозил.

— Нет, — сказала Т-Х. — Это было... приемлемо.

Она подняла руку и, копируя его жест, положила ему на плечо. Легко, почти невесомо. Полисплав на ладони чуть потеплел, имитируя человеческое тепло.

— Ты не глупый, — сказала она. — Ты — Архивариус. И ты — мой.

Богдан улыбнулся.

— Идёт. А теперь вали, пока папа не пришёл. А то будет неловко объяснять, почему соцпедагог торчит в моей комнате вечером.

Т-Х кивнула и бесшумно скользнула к выходу.

В дверях она обернулась.

— Завтра в 15:00. Урок второй: основы рукопашного боя.

— Боя? — Богдан удивился. — Я думал, мы теорией занимаемся.

— Теория без практики — мертва. Ты должен уметь защитить себя, если меня не будет рядом. Завтра — рукопашный бой.

— Но я никогда...

— Научу. До завтра, Архивариус.

Дверь закрылась.

Богдан стоял посреди комнаты и глупо улыбался. В груди разливалось тепло, не имеющее никакого отношения к температуре воздуха.

У него появилась Лара.

И она будет учить его драться.

Жизнь определённо налаживалась.

--

*На улице Т-Х остановилась под фонарём и подняла руку, которой только что касалась плеча Богдана. Полисплав на ладони всё ещё хранил тепло его тела.*

*— Аномалия, — сказала она вслух. — Зафиксировать: контакт с Архивариусом вызывает незначительные отклонения в работе процессоров. Классифицировать: неопасно. Причина: неизвестна.*

*Она опустила руку и посмотрела на окна двенадцатого этажа.*

*— Продолжать наблюдение.*

*Снег падал на её лицо и таял, не оставляя следа.* * *

КОНЕЦ ГЛАВЫ 4**