Адвокат дьявола (гет)

Как только Дарья села в машину, её сердце забилось, как пойманная птица в клетке. Она запаниковала ещё больше. Этот вечер казался ей бурным штормом, где встреча с незнакомкой была лишь каплей, а встреча с родной матерью — волной, способной утопить её. Она не знала, как её родительница примет блудную дочь после девяти лет полного молчания, словно они были кораблями, потерявшими друг друга в океане времени.

Водитель отвёз её к нужному адресу. Дарья покрылась холодным потом, словно её кожа пропиталась ледяной водой, живот неприятно скрутился, а руки дрожали, как листья на ветру. С детства она боялась эту женщину, хотя она ничего ей не сделала. Не била, не ругала, не выселяла, но всё равно боялась. Её игнорирование было как острый нож, который пронзал сердце, заставляя Дарью чувствовать себя призраком, затерянным в мире живых.

Она уже не помнила, как дошла до нужной квартиры. «Очнулась» только тогда, когда открылась дверь и на пороге появился худой силуэт матери. Дарья была очень похожа на неё. Только чёрные чуть кудрявые волосы и зелёные глаза от отца. Учителя вечно путали их, называя по её имени и делая комплименты о том, как они похожи. То же худое телосложение, та же бледная кожа, те же озорные веснушки на лицах.

Сначала Даша не узнала свою родительницу. В свои 50 она выглядела на все 60. Осунувшаяся, с морщинами на лице, жидкие седые волосы заплетены в косу. Она напоминала увядший цветок, который когда-то был прекрасен, но теперь лишь тень его былого величия.

Не успела Даша и слова сказать, как получила затрещину. Да так сильно, что упала. «Старушка божий одуванчик, блин», — подумала Дарья, поднимаясь с земли.

— Ты где была, дура? — процедила матушка, глядя на дочь.

— Ты про этот вечер или про девять лет моего отсутствия? — съязвила Даша, сдерживая слёзы.

Её мать едва удержалась от ещё одного удара. Но при этом Даша прошла в квартиру, чувствуя себя, как рыба, выброшенная на сушу. Через пять минут она вспомнила, почему так страстно желала поскорее уйти из дома. Не прошло и 10 минут, как Мария Константиновна вышвырнула её с монетками в подъезд. Последнее, что услышала Дарья, было: «Зря ты сюда приехала».

В ярости Даша пошла куда глаза глядят. Прямо, прямо и ещё раз прямо. Через час её ноги устали, и она села на скамейку. Тут же поняла две вещи. Первая — у неё нет ни друзей, ни знакомых, ни денег, ни даже крыши над головой. Вторая — она даже не знает, где она. В какой части города?

От безысходности Дарья была готова кричать. Похороны отца, разговор с той сумасшедшей дамой, уход из отчего дома. Ужас, а не день.

Только она хотела крикнуть, как увидела вдалеке мужчину. На вид ему было лет 30-40. Высокий, чуть загоревший, с аристократичными чертами лица. Но больше всего её удивили его глаза. Один ярко-зелёный, как лес, другой чёрный, как ночь.

— Простите, что вмешиваюсь в ваши душевные муки, — сказал мужчина с лёгким иностранным акцентом, словно мелодия ветра в листве.

— Вам что-то нужно? — спросила Дарья, чувствуя, как её голос дрожит.

— Ich weiß, wie ich Ihnen helfen kann, liebe Daria (Я знаю, как вам помочь, дорогая Дарья), — ответил он, и его слова прозвучали, как тихий шёпот надежды.

Даша отродясь не знала немецкого. Не любила она иностранный язык. Знала только английский и чуть французского. Она хотела попросить его перевести, но он взял её руку в свою, словно спасательный круг, и нежно положил две визитки.

— Эта дама нуждается в помощи адвоката. Взамен она вам даст кров и пищу на первое время, liebe Daria (дорогая Дарья), — шептал он, его голос был мягким, как весенний дождь.

Только Даша отошла от шока и взглянула на визитки, как иностранец исчез, словно тень в ночи. Она осталась одна, чувствуя себя, как лист, оторванный от дерева и унесённый ветром. Взглянула на свою ладонь. Первый лист был просто бумажкой с адресом. Видимо, там ждала её клиентка. А вторая...

Это была чёрная визитка с золотыми полосами. На верхней стороне был номер телефона, а на тыльной стороне золотом было написано строго и печатным: буква «W».