Грёбаный поцелуй (джен)

Ощущение в себе способностей к жизни ошеломило Накахару, едва он успел приоткрыть глаза. Он не мертв? Как же так, ведь все шло именно к этому! Нет, конечно же, он не хотел этого, он же не Даза...

Обрывочные воспоминания ударили в голову, и Чуя рывком сел на кровати, отшвырнув в сторону одеяло.

— Где Дазай? — спросил он непонятно к кому обращаясь. — Не мог же этот ненормальный идиот в самом деле...

— Еще как мог, — раздался с соседней кровати до боли знакомый насмешливый голос. — Но Мори-сан... Э... Чуя?

Из глаз моментально брызнули неожиданные слезы, которые Накахара, как ни старался, сдержать не сумел.

— Ты, идиот! — заорал он на всю палату. — Ты хоть знаешь...

— Как ты испуга-а-ался? — с издевательской улыбочкой протянул Дазай.

— Исключительно того, что мне влетит от босса, если ты помрешь! — отрезал Чуя, быстро вытирая лицо краем одеяла.

— Да не заливай, коротышка! Я вышел из комы на два часа раньше, чем ты, и за это время порядком успел наслушаться твоего бессознательного нытья!

— Ч-чего? — Чую пробило мелкой дрожью.

— Да ладно тебе, — ухмылка на лице Осаму стала шире. — Зато мы свои первые поцелуи не просрали! Повезло, что кое-кто засса...

— Сам ты! — Накахара почувствовал, что краснеет, и, кажется, даже раздувается от гнева. — Ничего я не...

— Да ну-у-у? — Дазай наклоняется к нему так, что их лбы почти соприкасаются. Черт возьми, и кто поставил эти больничные кровати так близко друг к другу?!

— Эй, отодвинься, — Чуя хмурится. — По-хорошему прошу!

Дазай не двигается с места, только продолжает улыбаться.

— А я говорю — за...

Накахара сам не успевает понять, как его ладонь с громким хлопком соприкасается с щекой напарника.

И тут. Происходит. Ужасное.

Вместо того, чтобы отпрянуть, этот придурок от неожиданности дернулся вперед, впечатавшись лицом прямо в ничего не подозревающего Чую. Прямо в его лицо.

— Убью... — выдохнул Накахара, яростно отплевываясь на пол. Датчики оглушительно взвыли, показывая ускоренное сердцебиение и повышение давления.

Лицо парня в эту минуту сменило цвет на ярко-красный, затем, прежде чем Дазай успел поржать по этому поводу — на пепельно-белый, и в конце-концов — на непонятный серо-зеленый, после чего Чуя со странным звуком сполз на пол.

Ему даже показалось, что за натянутой маской он впервые увидел четкий силуэт настоящего Осаму...

...перед тем, как окончательно грохнуться в обморок от стыда.

Несколько секунд Дазай ошарашенно смотрел на обмякшую тушку, свисающую с кровати вниз головой.

— Блин, Чуя, это же не из-за того, что я не чистил зубы, пока лежал в коме?!

P.S. а теперь представьте себе, как он всё это будет Мори объяснять, когда тот прибежит на рев датчиков...))