Монеты судьбы. Спин-офф. (гет)

— Макс, слышишь? — Рио заговорщически поманил товарища из-за угла.

— А? — тот обернулся, продолжая закручивать гайку на обшивке грузовой платформы. — Что тебе?

— Кайл пригласил нас сегодня вечером в гости. Сказал, Джину и тебе передать. Можешь прийти с Миной. Будет интересно.

— А почему шёпотом? — удивился Макс, подходя ближе. Взгляд у Рио был такой, словно он предлагал что-то очень секретное или даже противозаконное.

Парень улыбнулся.

— Гита нашла на верхних складах древний артефакт, — произнес он. — Это должно быть что-то особенное.

Работа в этот день была не особенно тяжёлой, и Максу удалось освободиться пораньше. Кайл, видимо, готовил сюрприз, потому что исчез с техэтажа задолго до ужина. Макс быстро умылся после смены, надел чистую майку и поднялся на три этажа выше — перехватить Мину, чтобы пойти вместе с ней.

— Заходи, — произнесла она, когда Макс зашёл в открытую дверь ее комнаты. — Я немного не успела. Поможешь?

Макс так до конца и не знал, из чего местные женщины пекут то, что в Зионе называлось печеньем. Но Мине оно удавалось особенно хорошо. Вся компания механиков успела это оценить еще во время работы над «Перехватчицей». Сейчас печенье, только что принесённое с общей кухни общежития, остывало на потёртом противне, а Мина перекладывала его в железную миску.

— Осторожно, не обожгись! — предупредила она, когда Макс принялся отскребать с другого конца. — Выкладывай остальное, а я пока переоденусь.

Через десять минут они шли по коридору, взявшись за руки. Мина в длинном сером платье грубой вязки смотрелась непривычно домашней после медицинского халата. Тяжелая коса струилась по спине, как канат. Рядом с ней загорелый темноволосый Макс в грубой кожаной безрукавке казался черным пятном. Они были одного роста, но разными, как инь и янь, только в железных интерьерах Зиона. Макс нёс завёрнутую в грубое полотно металлическую миску, от которой вкусно пахло чем-то сладким. И от этого ощущение дома становилось еще более сильным.

— Входите! — дверь открыла Гита, жена Кайла. Эта невысокая, смуглая полноватая женщина явно индийских кровей радушно улыбнулась, откидывая на спину тяжелую черную косу. Не такую длинную, как у Мины, но не менее толстую и ухоженную. Комната на семейном ярусе была довольно просторной и очень уютной. Гита явно вложила сюда много души. Её руки, мастерски ухаживающие за грибами в секторе гидропоники, дома творили настоящие чудеса. Плетёные коврики, яркие одеяла и подушки, связанные из остатков разноцветной пряжи.

— Садитесь, — пригласила она, указывая на низкий столик, рядом с которым уже сидели сварщик Джин и неугомонный Рио, — я сейчас принесу чай.

Пока Гита разливала чай в разномастные кружки, а Мина разворачивала миску с печеньем, из-за занавески вышел Кайл с какой-то коробкой в руках.

— Монополия! — торжественно произнёс он. — Настольная игра из старого мира. Понятия не имею, как она оказалась на складе техсектора. Видимо, что-то из трофеев с поверхности.

— Ого! — воскликнул Рио. — Я слышал про такое в Матрице от ребят. Правда, сам ни разу не играл.

— А я играл, — произнес Макс, откидываясь на подушку у стены, — у моего приятеля по полицейской академии была такая. Мы иногда собирались по вечерам, пока мир окончательно не спятил.

— Я так понял, это про деньги, — произнес Джин, разглядывая игровое поле. — У нас в Зионе этого нет, но было бы интересно попробовать.

— Я обязательно стану очень богатым! — Рио довольно потер руки. — В Матрице деньги были нормой… Вот только у меня их толком никогда не было. Мать все пропивала… Иногда не хватало даже на еду. Помню, на свой первый заработок у Дональда я купил себе много сладостей. Вот это было счастье!

Макс только пожал плечами, наблюдая, как Гита, взявшая на себя роль банкира, аккуратно раскладывает по пачкам бумажные деньги. В его мире они сперва были обычным делом, а потом вдруг стали мусором. Литр бензина ценился дороже любых бумажек.

— О чем задумался? — Мина легонько толкнула его локтем в бок. — Давай играть! Выбирай фишку.

Конечно, Макс выбрал машинку. Мина — напёрсток, в знак того, что она постоянно штопает людей. Гита взяла собаку, Рио — корабль, Джин — ботинок. Кайлу же достался утюг.

— Это из-за моей любви к порядку, — тут же пошутил он.

Игра началась.

— Деньги! У меня уже тысяча долларов! — радостно кричал Рио. — Я могу купить отель! Или виллу! Или даже улицу.

Кайл, как человек осторожный, копил деньги, словно это были запчасти на складе в техсекторе. Даже здесь в нём проснулся бережливый хозяин. Джин же, наоборот, легко расставался с деньгами.

— Все равно это игра, — улыбался он, когда приходилось платить ренту или штраф. — Пустяки.

Мина выстраивала маленькие островки по цветам. Кажется, её больше волновала красота, чем реальная выгода. Гита оказалась хитрее, поэтому очень скоро многие оказались ей должны. А вот Макс…

— Ты не купил ни одного отеля! — удивленно произнес Рио, — А мог бы! Ты же много раз попадал на…

— Зато у меня есть электростанции и вокзалы. В моем мире дома очень быстро стали ничем, а вот вода и энергия были главными ресурсами. И транспорт. Без транспорта ты никто.

— Но это не так выгодно! — спорил Рио. — Мой отель принес мне сейчас больше денег, чем тебе все твои железные дороги.

— Дома ничего не стоят. Отели — тем более, — отрезал Макс.

— Вообще-то, ты уже давно не в своей пустоши! — завелся Кайл, упрямо глядя на него в упор. — Здесь никто не отберёт у тебя воду и не убьет за канистру бензина.

— Потому что его здесь нет! — захохотал Джин. — Кстати, плати ренту! Ты стоишь на моем участке!

Макс молча протянул игрушечную купюру и снова задумался. В его мире были деньги. До того, как все рухнуло. Как и всем, их вечно не хватало, но в бытовых масштабах это было просто частью жизни. Он вспомнил, как в первый год после свадьбы они с Джесси скопили денег на нормальную электрическую плиту. И это было огромной радостью. Даже когда они тащили ее по узкой тропинке к дому, с трудом выгрузив из потрёпанного красного фургона. А как Джесси смеялась, когда он в первый же день умудрился упустить кофе просто потому, что отвлекся на новости по радио. Это было мило и очень по-человечески. Они работали, считали деньги до зарплаты, откладывали на отпуск, радовались мелким покупкам и… просто жили. Деньги были частью, фоном, но не смыслом. А для кого-то они стали самоцелью. И это разрушило целую цивилизацию.

— Макс! Ау! Ты с нами? — Мина потрясла его за плечо, выводя из оцепенения.

— А? Простите! Просто задумался. Рента… Да…

— Всё нормально? — Гита встревоженно подняла глаза.

Макс ничего не ответил, молча бросил кубики. Игра пошла дальше.

Позже, когда «Монополия» была убрана в коробку, компания перешла к чаепитию и неспешным разговорам. Выиграла, как ни странно, Гита, у которой в процессе выработалась своя стратегия ведения дел. Рио, Мина и Кайл остались с примерно равным количеством денег и имущества. Макс, на удивление, тоже. Хотя он не построил ни одного отеля или дома, но зато скупил все доступные вокзалы и энергоресурсы. А вот Джин стал первым банкротом, тем самым закончив партию.

— О чём ты вспомнил тогда? — спросил Рио, поворачиваясь к Максу.

— Да так, — тот отмахнулся, — скорее, задумался. Я подумал, что это не так уж и плохо, что я провалился к вам в Зион. Да, это подземная яма без неба над головой, но тут хотя бы никто не жрёт друг друга за ресурсы. И, тем более, за деньги. А мой мир, вероятно, был разрушен именно этим.

— Человеческой жадностью? — подсказал Кайл, тихонько вступая в разговор.

— Именно так, — кивнул Макс, — Именно так.