Ошибка, что изменила жизнь (джен)

Пыльный магазин Олливандера казался слишком тесным для семьи Майклсон. Старый мастер палочек вышел из тени, его глаза-луны расширились, когда он увидел Гарри, а затем скользнули по его спутникам. Он почувствовал холод, исходящий от Элайджи, и необузданную ярость, скрытую за улыбкой Клауса.

— Мистер Поттер... — прошептал Олливандер. — Я ждал вас, но не ожидал увидеть в такой... компании. Позвольте взглянуть!

Он перебрал десятки коробок. Остролист и перо феникса — палочка, которую он считал предназначенной для Гарри — просто взорвалась в руках мальчика, едва он её коснулся. Кол расхохотался, а Клаус лишь презрительно фыркнул.

— Ему не нужна зубочистка для слабых духом, старик! — заметил Кол, подходя ближе к прилавку. — Дай ему что-то, что выдержит силу тех, кто не умирает!

Олливандер, дрожащими руками, достал из самого дальнего угла сейфа длинную узкую коробку, покрытую слоем вековой пыли.

— Это дерево чёрного дуба, вымоченное в крови древних существ, с сердцевиной из чешуи рогатого змея и... пепла сожжённого белого дуба. Я создал её в порыве безумия и думал, что она никогда не найдёт хозяина.

Как только пальцы Гарри коснулись рукояти, по магазину пронёсся ледяной вихрь. Но это не было обычное волшебство. Шрам на лбу Гарри вспыхнул не красным, а золотым светом. В его жилах закипела кровь Майклсонов, которую он впитал за годы жизни с ними. Тени в углах магазина ожили, принимая форму волков и воронов.

Гарри почувствовал, как его чувства обострились до предела. Он слышал биение сердца Олливандера, видел пылинки, застывшие в воздухе. Палочка стала продолжением его руки, но она не просто направляла магию — она пробуждала его внутреннюю природу. Его глаза на мгновение стали такими же золотыми, как у Клауса, а клыки, налились тяжестью.

— Невероятно, — выдохнул Олливандер, оседая на стул. — Это не просто палочка. Это ключ. Она пробудила в нём то, что дремало... связь с вашей семьёй стала физической. Он больше не просто волшебник. Он — первый в своём роде.

— Мой мальчик! — Клаус положил руку на плечо Гарри, и между ними проскочил разряд тёмной энергии. — Теперь ты видишь мир так же, как и мы. Ты не жертвенный агнец Дамблдора. Ты хищник!

Гарри взмахнул палочкой, и из её кончика вырвалось не заклинание, а чистая воля. Стеллажи магазина задрожали, подчиняясь его силе. Мальчик обернулся к своей семье, и в его взгляде была такая мощь, что даже Элайджа склонил голову в знак уважения.

— Теперь я готов! — тихо сказал Гарри. — Пусть Дамблдор готовит свои уроки. Я приду в Хогвартс, но не как ученик, а как тот, кто установит там новые правила!