Очень страшная книга (кто посмел пошутить?) (джен)

Субтитр для тех, кто любит гигиену: Чистота — залог… смерти.

После звонка убийцы прошло шесть часов.

Рэй разработал план.

План был идиотским.

— Мы разделимся, — сказал он.

— Это самое тупое, что я слышала, — ответила Тиффани.

— Я знаю. Но в фильмах ужасов так делают все. Значит, убийца этого ожидает. А мы сделаем вид, что разделяемся, но на самом деле…

— Что?

— …мы тоже разделимся, потому что другого плана у меня нет.

Тиффани закатила глаза.

Стейси доделала попкорн.

Сцена первая. Та, где Грег вспоминает о существовании.

Грег проснулся в три часа ночи.

Он спал на диване в квартире своей новой девушки, имени которой не помнил. Девушки рядом не было. Зато на столе лежал телефон с семнадцатью пропущенными от Стейси.

— Чё ей надо, — пробормотал Грег и перевернулся на другой бок.

В этот момент в ванной зашумела вода.

— Эй, — крикнул Грег. — Ты там?

Никто не ответил.

Грег встал, потянулся и пошёл на звук.

Он был в одних трусах, с взъерошенными волосами и с чувством, что жизнь — это хорошо. Особенно когда ты не помнишь имени девушки, потому что завтра можно познакомиться с новой.

Дверь в ванную была приоткрыта.

— Я зайду, ладно? — сказал Грег.

Никто не ответил.

Он толкнул дверь.

Сцена вторая. Та, где всё идёт не по сценарию убийцы.

В ванной никого не было.

Зато душ работал на полную. Вода лилась из лейки, пар клубился до потолка, а на полу валялся… тостер.

Да, обычный розовый тостер.

— Зачем тостер в ванной? — спросил Грег у воздуха.

— Это ловушка, — ответил воздух.

Грег обернулся.

В дверях стоял убийца. В маске Придурка, в чёрном плаще, с ножом в руке.

Позади него — коридор, ведущий к выходу. Впереди — Грег, душ и тостер.

— А, это ты, — сказал Грег. — А где моя девушка?

— Я её… выгнал.

— Выгнал?

— Сказал, что будет страшное кино. Она не хотела мешать. Очень вежливая, кстати. Чаю предложила.

— Она классная, да.

— Ага. Слушай, Грег. Давай без лишних слов. Ты сбил меня. Я злой. Я тебя убью. Прямо сейчас. В душе.

— В душе? — Грег посмотрел на воду. — Там мокро. Я поскользнусь.

— В том и смысл.

— А ты не поскользнёшься?

— Я в специальной обуви.

— А нож не заржавеет?

— Нержавейка.

Грег задумался.

— Слушай, может, перенесём? Я сейчас не в форме. Спал мало.

— НЕТ. СМЕРТЬ НЕ ЖДЁТ.

— А если я пообещаю, что больше никого не собью?

— Ты сбил меня. Этого достаточно.

Убийца сделал шаг вперёд.

Нож блеснул в свете лампочки, которая начала мигать (потому что в дешёвых квартирах всегда так).

Грег попятился.

Нога попала в лужу.

Он не поскользнулся. Повезло.

— Стой спокойно. Так будет менее больно.

— А более больно — это как?

— Я воткну нож, вытащу, потом воткну снова. Несколько раз.

— Несколько — это сколько?

— …не знаю. Пока не надоест.

Грег вздохнул.

— Ты не очень хороший убийца, знаешь?

— ЗАТКНИСЬ.

Сцена третья. Та, где убийца жалеет, что вообще встал с дивана.

Убийца разбежался.

Он хотел сделать эффектный выпад — как в кино: с разворота, с криком, с брызгами воды.

Он не учёл двух вещей.

Первое: на полу было мыло.

Второе: он был в носках.

— АААААААА!

Ноги убийцы поехали в разные стороны.

Нож вылетел из руки, описал дугу и воткнулся в стену.

Сам убийца рухнул спиной прямо в унитаз, дёрнулся, зацепился головой за шторку и рухнул вместе с ней в ванну.

Вода лилась на него.

Маска съехала.

Тостер упал с края и приземлился прямо на живот.

— Ой, — сказал убийца.

Грег стоял и смотрел.

— Ты как?

— …плохо.

— Ногами не двигаешь?

— Нет.

— А рукой?

— Левая, кажется, работает. Правая… не уверен.

— Тостер не включён, кстати, — заметил Грег.

— Спасибо, я заметил.

Наступила тишина.

Вода всё лилась.

— Знаешь, — сказал Грег, — я, наверное, пойду.

— Куда?

— К Стейси. Она звонила семнадцать раз. Наверное, важное что-то.

— Я ТЕБЯ УБЬЮ! — заорал убийца, пытаясь встать, но поскользнулся снова и стукнулся головой о бортик. — АЙ!

— Не убьёшь. Ты в унитазе лежишь.

— ЭТО ВРЕМЕННО.

Грег надел штаны, взял ключи и вышел из квартиры.

Убийца остался лежать в ванне.

Вода лилась.

Тостер лежал на животе.

— Ненавижу эту работу, — прошептал он.

Сцена четвёртая. Та, где Стейси теряет терпение.

Вернувшись к Стейси, Грег рассказал всё, что случилось.

— Он лежит в ванне? — переспросила Тиффани.

— Да. С тостером на животе.

— И ты его не добил?

— А зачем? Он же не убил меня. Он вообще никого не убил, кроме Брендона. А Брендон сам виноват — лез не в своё дело.

— Брендон снимал видео, — напомнил Рэй.

— Вот именно. Не надо было снимать.

Стейси сидела на кухне и смотрела в окно.

— Ребята, — сказала она тихо.

— Что?

— А где Кортни?

Все переглянулись.

Кортни не было в доме.

Её телефон лежал на столе.

Сигареты — на подоконнике.

А на зеркале в прихожей было что-то написано.

Помадой. Красной.

«Я ВАС ВСЕХ НАЙДУ. ДАЖЕ ТЕБЯ, ДЕВОЧКА С ПОПКОРНОМ. ОСОБЕННО ТЕБЯ».

— Это не его почерк, — сказал Рэй, присмотревшись. — У него был корявый. А тут каллиграфия.

— Значит, — Грег побледнел, — их двое?

Из ванной наверху раздался глухой удар.

Потом ещё один.

Потом голос убийцы (того, из унитаза):

— Я ВЫЛЕЗ! И ТЕПЕРЬ МНЕ ОЧЕНЬ БОЛЬНО! НО Я ВАС ВСЕХ… АЙ! ЧЁРТОВА ПРОБКА!

Стекло в окне разбилось.

В комнату влетел камень.

К камню была привязана записка.

Рэй развернул её.

Там было одно слово:

«ТРЕТИЙ».

— Их трое? — прошептала Тиффани.

— Их трое, — кивнул Рэй.

Стейси открыла новый пакет попкорна.

— Ну, теперь точно весело.

Послесловие от автора: убийца №1 лежит в луже на полу ванной и проклинает день, когда надел носки. Убийца №2 пишет красивые угрозы каллиграфическим почерком. Убийца №3 пока не объявился — возможно, он самый умный. Или самый ленивый. В следующей главе: вечеринка, где никто не верит в смерть, и манекен, который танцует лучше людей.