Наги и Рео: В поисках работы (джен)

Когда Наги открыл глаза, он сидел в кресле.

Вокруг гудели компьютеры. Сотни компьютеров. Экран перед ним горел синим светом — рабочий стол Windows, иконки игр, часы показывали 22:00.

На голове — наушники. Огромные, с микрофоном.

На груди — бейдж: «Сейширо Наги. Ночной администратор. Не спать!»

Рядом — стойка с чипсами, печеньем, энергетиками. За стойкой — Рео. В такой же форме, с таким же бейджем.

Они были одни.

— ...что это? — спросил Наги.

— Компьютерный клуб, — ответил Рео. — Ты администратор. Я администратор. Мы работаем.

— Сколько времени?

— Десять вечера.

— А сколько мы должны работать?

— До десяти утра.

— Двенадцать часов?

— Двенадцать.

— Рео, я сейчас умру.

— Сначала поработай, потом умрёшь.

Наги опустил голову на стол. Экран монитора засветился ярче, будто говорил: «Не спать, смотреть на меня».

— У нас есть посетители? — спросил Наги в стол.

— Пока нет. Будут, наверное, после полуночи.

— А что мы делаем, пока нет?

— Смотрим, чтобы никто не сломал компьютеры. И выдаём печеньки.

— Печеньки?

Рео показал на стойку. Там стояла банка с печеньем. На банке надпись: «Бесплатно. Но только две штуки на человека. Иначе вычтем из зарплаты».

Наги взял печеньку. Съел.

— Это ужасно, — сказал он.

— Что, печенье?

— Всё. Работа, жизнь, этот клуб, твоя идея стать самостоятельным.

— Съешь вторую печеньку. Станет легче.

Наги съел вторую. Стало чуть легче. Но не сильно.

— Рео, — сказал он, — я спать хочу.

— Потерпи.

— Я не могу терпеть. Мой организм требует горизонтального положения.

— Ляг на пол.

— Пол грязный.

— Тогда сядь ровно.

— Я не могу сидеть ровно. Я могу только лежать или стоять в режиме энергосбережения.

— Стой.

— Рео, ты невыносим.

— Я знаю. Поэтому мы здесь.

Они замолчали. Только гул компьютеров.

В 22:30 пришёл первый посетитель.

Первый посетитель был похож на зомби.

Он зашёл, пошатываясь, в спортивном костюме, с красными глазами. Остановился у стойки.

— Час игрового времени, — прохрипел он.

— Четыре сотни йен, — сказал Рео.

Посетитель протянул деньги. Рео дал ему карточку доступа. Посетитель сел за компьютер в углу, включил игру и... уронил голову на клавиатуру.

Через минуту он захрапел.

Наги посмотрел на него. Потом на Рео.

— Он спит, — сказал Наги.

— Вижу.

— Он заплатил за игровое время.

— Да.

— Но он не играет. Он спит.

— Да.

— Рео, получается, он заплатил нам за то, чтобы спать в кресле.

— Получается так.

— Это гениальная бизнес-модель. Мы сдаём кресла в аренду для сна.

— Это компьютерный клуб, Наги.

— А по факту — хостел для бессонных.

Рео задумался.

— Ты знаешь... в этом что-то есть.

— Я гений.

— Ты ленивый идиот, который нашёл оправдание своей лени.

— Это одно и то же.

Через час посетитель проснулся. Он посмотрел на монитор, где всё ещё горела заставка игры. Потом на часы на экране.

— Я проспал три часа?! — закричал он.

— Ты заплатил за час, — спокойно ответил Наги. — Ты проспал три. Получается, мы должны тебе два часа сна в подарок.

— Это не так работает!

— А как?

— Я должен играть!

— Ты играл. Во сне. Это считается? — Наги повернулся к Рео. — Считается?

— ...я не знаю, — растерянно сказал Рео.

— Я тоже. Но на всякий случай дай ему печеньку. За моральный ущерб.

Рео дал посетителю печеньку. Посетитель схватил её, выбежал из клуба и больше не возвращался.

— Один ноль в нашу пользу, — сказал Наги.

— Мы потеряли клиента.

— Мы приобрели опыт. Опыт того, что люди платят нам за сон. Это ценно.

Рео сделал заметку в телефоне: «Подумать о бизнесе „Сон в компьютерном клубе“».

В 23:15 зашёл школьник.

Лет десяти. С рюкзаком, с бейсболкой, с телефоном в руке.

— Здравствуйте, — сказал он вежливо. — Я хочу поиграть в «Майнкрафт».

— четыре сотни йен в час, — сказал Рео.

Школьник отдал деньги. Получил карточку. Сел за компьютер. Включил. Открыл «Майнкрафт».

И замер.

— Что-то не так? — спросил Рео, проходя мимо.

— Я забыл пароль от учётной записи, — сказал школьник. — Он был... — он задумался, — ...было что-то с котиком.

— Котиком?

— Ну, я люблю котиков. Поэтому пароль был про котика.

— Как именно?

— Котик123.

Рео ввёл «Котик123». Не подошло.

— Котик1234?

Не подошло.

— Самый Лучший Котик В Мире?

— Слишком длинный, — сказал школьник. — Там было что-то простое. Мурка.

— Мурка? — Рео ввёл «Мурка». Не подошло.

— Барсик?

— Барсик.

Не подошло.

— Может, не котик, а кот? — спросил Наги, который подошёл посмотреть. — Кот123?

Школьник задумался.

— Нет... был котик. Точно. Котёнок?

— Просто «котёнок»? — спросил Рео.

— Нет. Котёнок123.

— Уже пробовали.

— А если с большой буквы?

— Котёнок123 с большой К?

Не подошло.

— С двумя «ё»?

— Котёнок пишется с одной «ё», — сказал Рео.

— А если с двумя?

— Так не бывает.

— А я хочу с двумя.

— Тогда это другой пароль. Какой?

— Котёёнок123? — неуверенно сказал школьник.

Рео ввёл «Котёёнок123». Экран загорелся зелёным.

— Подошло, — сказал Рео.

— Точно! — обрадовался школьник. — Я всегда путаю, где одна «ё», где две.

— Ты специально усложняешь себе жизнь? — спросил Наги.

— Нет. Просто люблю котиков. И букву «ё». Она красивая.

Школьник начал играть. Наги вернулся за стойку.

— Я устал, — сказал он.

— От чего?

— От жизни. От паролей. От котиков с двумя «ё».

— Ты не вводил пароль. Это я вводил.

— Я морально устал.

— Съешь печеньку.

Наги съел третью печеньку. Потом четвёртую.

— Наги, на банке написано «две штуки».

— Я не умею читать.

— Ты только что прочитал банку.

— Это было случайно. Теперь я забыл.

Рео убрал печеньки на верхнюю полку, куда Наги не мог дотянуться.

— Ты жесток, — сказал Наги.

— Я заботливый. Ты объешься и уснёшь.

— Я и так усну.

— После печенек быстрее.

Наги обиженно отвернулся и уставился в монитор.

В час ночи зашёл мужчина в очках и рубашке с закатанными рукавами.

При нём — ноутбук. Дорогой. И серьёзное выражение лица.

— Мне нужен компьютер, — сказал он.

— У нас есть компьютеры, — ответил Рео.

— С доступом в интернет.

— Конечно.

— И чтобы было тихо.

— Ночью обычно тихо.

— Хорошо. На два часа.

Мужчина заплатил, сел за компьютер, подключил свой ноутбук к розетке, достал флешку и начал печатать. Очень быстро. Со страшным лицом.

Через десять минут он начал разговаривать сам с собой.

— Нет... не так... зачем ты это написал, идиот... кто писал этот код... а, это я... я идиот...

— Он программист, — сказал Наги.

— Я понял, — сказал Рео.

— У него дедлайн.

— Откуда ты знаешь?

— У таких всегда дедлайн. Если он говорит сам с собой — дедлайн через час. Если кричит — через полчаса. Если плачет — просрочил неделю назад.

— Откуда ты это знаешь?

— Я смотрел фильмы. Там программисты всегда так.

— Фильмы — не документалистика.

— А ты откуда знаешь? Ты семейный бизнес смотрел. Там вообще все носят галстуки и пьют виски.

Рео хотел ответить, но программист вдруг закричал:

— НЕТ! НЕ НАДО БЫЛО УДАЛЯТЬ ЭТУ СТРОКУ! ОНА БЫЛА ВАЖНАЯ!

Он схватился за голову. Потом быстро перепечатал что-то.

— Жив, — сказал Наги. — Дедлайн через полчаса.

— Откуда ты...

— По голосу. Уверенный стук по клавишам — всё под контролем. Нервный — проблемы. А если стучит по столу — всё пропало.

Рео посмотрел на программиста. Тот действительно начал стучать по столу кулаком.

— Всё пропало, — сказал Рео.

— Через пять минут заплачет, — сказал Наги.

Ровно через пять минут программист уронил голову на клавиатуру и издал звук, похожий на всхлип.

— Я проиграл, — сказал он. — Жизнь проиграна.

— Возьмите печеньку, — сказал Наги. — Бесплатно.

— Печенье не вернёт мне дедлайн.

— Но оно сладкое. Это поможет.

Программист взял печеньку. Съел. Потом встал, собрал ноутбук, флешку и вышел.

— Спасибо, — сказал он на прощание. — Вы плохой компьютерный клуб, но печенье хорошее.

Наги посмотрел на Рео.

— Ещё один довольный клиент.

— Он плакал.

— Но с печеньем. С печеньем легче плакать.

В три часа ночи ворвалась компания — четыре парня лет по двадцать. Очень громкие, очень весёлые.

— Нам четыре места! — крикнул один.

— В ряд! — добавил второй.

— Чтобы все видели экраны друг друга! — заорал третий.

— И чтобы мы могли орать! — закончил четвёртый.

Рео дал им компьютеры в ряд. Они сели, включили шутер и начали играть.

Первые десять минут было весело. Крики, смех, «убей его», «ты куда стреляешь», «я сейчас». Потом стало тише. Потом напряжённее.

— Ты убил меня, — сказал первый.

— Ты сам подставился, — ответил второй.

— Я не подставлялся! Это ты специально!

— Зачем мне специально убивать тебя? Мы в одной команде!

— А ты предатель!

— Я не предатель! Это ты нуб!

— Сам нуб!

— Нубище!

— У тебя рука дрожит!

— У тебя глаза кривые!

Ссора набирала обороты. Четвёртый парень попытался их помирить.

— Ребята, это просто игра...

— ЗАТКНИСЬ! — заорали на него первый и второй.

Четвёртый обиделся и подошёл к стойке.

— Дайте мне печеньку, — сказал он.

— Две штуки на человека, — сказал Рео.

— Дайте три. Я расстроен.

— Нельзя.

— Я заплачу.

— Печеньки бесплатные. Но только две.

— Тогда дайте две, но большие.

Печеньки были одинаковые. Четвёртый взял две, отошёл в угол, сел на пол и начал их медленно жевать.

— Жизнь боль, — сказал он.

— Это не жизнь. Это компьютерный клуб, — ответил Наги.

— Одно и то же, — сказал четвёртый.

Ссора за компьютерами переросла в драку. Первый и второй вцепились друг другу в воротники. Третий пытался их разнять, но получил локтем в глаз и присоединился к драке.

— Нам нужно их остановить, — сказал Рео.

— Зачем?

— Они разобьют компьютеры!

— Компьютеры крепче людей.

— Наги!

— Ладно, ладно.

Наги встал. Подошёл к дерущимся. Встал рядом. Посмотрел на них.

— Эй, — сказал он.

Никто не отреагировал.

— Э-Э-ЭЙ.

Первый и второй замерли. Третий всё ещё пытался встать с пола.

— Вы сломаете компьютеры, — сказал Наги. — За это с нас вычтут из зарплаты.

— И что? — спросил первый.

— Если с нас вычтут из зарплаты, мы не сможем купить печеньки. И вы больше никогда не получите бесплатных печенек.

Компания задумалась.

— ...он прав, — сказал третий, потирая глаз.

— Печеньки важнее, — сказал четвёртый из угла.

— Ладно, — сказал первый. — Мир.

— Мир, — буркнул второй.

Они пожали руки и вернулись за компьютеры. Доиграли спокойно, без драк.

В четыре часа утра ушли.

— Ты спас репутацию клуба, — сказал Рео.

— Я спас свои печеньки, — ответил Наги. — Я хочу их съесть завтра.

— У тебя дома есть свои печеньки.

— Дома нет печенек. Дома есть лапша и холодная вода.

Рео вздохнул. Достал банку с печеньем, отсчитал пять штук, завернул в салфетку и положил в карман Наги.

— Это на завтра, — сказал он. — Не ешь сейчас.

— А если я съем?

— Тогда завтра не будет.

— Жестоко.

— Это забота.

Наги не стал есть. Он убрал печеньки в карман фартука, рядом с утёнком.

Утёнок, кстати, всё это время сидел на стойке. И смотрел.

— Ты всё видел? — спросил его Наги.

Утёнок молчал.

— Молодец. Не жалуешься.

В девять утра, за час до закрытия, в клуб зашла старушка.

Та самая. С палочкой. С сумкой на колёсиках.

— Здравствуй, милый, — сказала она Наги.

— Здравствуйте, — ответил Наги.

— Я искала тебя. Обошла все! В ресторане пыталась найти, теперь вот компьютерный клуб зашла.

— Зачем?

— Хотела проверить, жив ли ты. Ты часто меняешь работу. Это вредно для здоровья.

— Я не меняю. Меня меняют.

— Какая разница?

— Я засыпаю на одной работе, просыпаюсь на другой.

— Звучит как проклятие.

— Возможно.

— Но тебе идёт, — старушка улыбнулась. — У тебя доброе лицо. Даже сонное.

— Спасибо.

— Дай мне компьютер.

— ...что?

— Я хочу поиграть. В тетрис. Я в молодости была чемпионкой района по тетрису.

Рео, который протирал столы, замер с тряпкой в руке.

— Бабушка, — сказал он, — вам точно нужен компьютер?

— А что, есть другой способ играть в тетрис?

— Можно на телефоне.

— Телефон маленький. Я ничего не вижу.

— Тогда компьютер. Но вы знаете, как включать?

— Я старая, а не глупая, — обиделась старушка. — Садись, покажу.

Она села за компьютер. Включила. Открыла тетрис. И начала играть.

Она играла быстро. Очень быстро. Пальцы летали по клавиатуре. Фигурки падали, выстраивались в линии, исчезали.

Наги и Рео стояли и смотрели с открытыми ртами.

— Она гений, — сказал Рео.

— Она чемпионка района, — напомнил Наги.

— Это было лет пятьдесят назад.

— Талант никуда не девается.

Старушка играла сорок минут. Набрала рекорд клуба — 280 000 очков.

— Фух, — сказала она. — Размялась.

— Вы хотите ещё? — спросил Рео.

— Нет, пора чай пить. Чайник, знаешь ли, ждёт.

Она встала, взяла палочку, сумку и направилась к выходу.

На пороге обернулась.

— Наги, — сказала она.

— Да?

— Утёнок у тебя?

— Да.

— Береги его. Он счастливый.

— Я знаю.

— И ешь больше. Ты худой.

— Я экономлю калории.

— Экономь на чём-нибудь другом. На сне, например.

— Не могу. Сон — это моё всё.

Старушка ушла. Наги достал утёнка из кармана и поставил на стойку.

— Твоя хозяйка хорошая, — сказал он утёнку.

Утёнок молчал.

— Да, я тоже так думаю.

В 10:00 пришёл сменщик. Парень лет двадцати, сонный, в такой же форме.

— Как ночь? — спросил он.

— Долгая, — ответил Рео.

— Пьяные были?

— Были.

— Дрались?

— Дрались.

— Плакали?

— Один плакал. Программист.

— Обычное дело, — сменщик кивнул. — Ладно, валите. Я тут сам.

Рео снял фартук. Наги попытался снять бейдж, но тот зацепился за утёнка.

— Не вырывай, — сказал Рео. — Я помогу.

Он аккуратно отцепил бейдж, поправил утёнка и убрал фартук на вешалку.

— Пойдём, — сказал он. — Домой.

— Домой, — повторил Наги.

Они вышли на улицу. Утро было серым. Шёл мелкий дождь.

Рео остановил такси. Наги сел на заднее сиденье, положил голову на колени Рео. Утёнок — на соседнее кресло.

Таксист поглядел на утёнка.

— Это... — начал он.

— Семейная реликвия, — сказал Рео.

— Ага, — сказал таксист. — Я уже не удивляюсь.

Такси поехало.

— Рео, — сказал Наги, не открывая глаз.

— Мгм.

— Это была последняя работа?

— Да.

— А дальше что?

— Дальше мы идём домой и спим. Три дня.

— А потом?

— А потом я устраиваюсь на нормальную работу. Куда-нибудь, где не нужно работать ночью. Где платят не печеньками.

— А я?

— А ты спишь дома. И ждёшь меня.

Наги открыл один глаз.

— Ждать — это работа?

— Нет. Это лень.

— Люблю лень.

— Я знаю.

— Рео.

— Что?

— Ты справился. Ты доказал, что можешь.

Рео покраснел.

— Мы вместе справились, — сказал он тихо.

— Нет. Это ты придумал. Ты тащил меня через все эти работы. Ты находил их. Ты нёс меня домой. Ты покупал мне энергетики. Ты был рядом.

— Это моя работа.

— Это больше, чем работа. Это... — Наги замолчал, подбирая слово, — ...это любовь.

Рео замер.

— ...что?

— Любовь. Я слышал это слово в фильмах. Там так говорят, когда кому-то не лень делать что-то для другого.

— Наги, ты несешь чушь.

— Я несу правду. Ты меня любишь. Поэтому я всё ещё с тобой.

Рео не ответил. Он смотрел в окно, на мокрые улицы, на прохожих с зонтами.

Таксист молчал. Утёнок молчал. Наги закрыл глаза.

— Спи, — сказал Рео.

— Без тебя не усну.

— Я здесь.

— Знаю. Поэтому и сплю.

Наги заснул. Рео сидел, чувствуя тяжесть его головы на своих коленях, и думал.

Он думал о том, что три недели назад не умел ничего. А теперь умел работать на кассе, разбирать коробки, жарить картошку, администрировать компьютерный клуб и врать клиентам про наличие салата.

Он думал о том, что Наги всё так же ленив. Но почему-то каждый раз вставал и шёл за ним. Даже когда хотел спать. Даже когда падал с ног.

Он думал о том, что утёнок — это, наверное, награда за все их безумные приключения.

И что он ни о чём не жалеет.

Такси остановилось у дома Наги.

Рео расплатился — последними деньгами. Вытащил Наги из машины. Затащил в квартиру. Уложил на футон.

Утёнка поставил на стол.

Потом лёг рядом.

Наги, не открывая глаз, подвинулся и прижался к нему.

— Не уходи, — сказал Наги.

— Не уйду, — ответил Рео.

— Обещаешь?

— Обещаю.

— Тогда спи.

— Ты спи.

— Я уже сплю. Это ты не спишь.

Рео улыбнулся и закрыл глаза.

Они спали долго. До вечера следующего дня. А когда проснулись, Наги сказал:

— Рео, у меня нет новой работы?

— Нет.

— Почему?

— Потому что я не искал. Мы заслужили отдых.

— А деньги?

— У меня осталось немного с прошлой жизни. Проживём.

— На сколько?

— На месяц.

— А потом?

— А потом я найду что-нибудь. Спокойное. Офис. Стул. Кондиционер.

— И меня возьмёшь?

— Тебя не возьмут. Ты уснёшь на первом совещании.

— Это дискриминация.

— Это факты.

Наги надулся. Потом достал утёнка со стола, поставил между ними.

— Утёнок, скажи ему, что я хороший работник.

Утёнок молчал.

— Он согласен, — сказал Наги.

— Он резиновый, — сказал Рео.

— Он просто сдержанный.

Они засмеялись. Сидели на футоне, обнявшись, с утёнком между ними, и чувствовали, что это правильный финал.

Не потому, что они нашли идеальную работу. А потому, что нашли друг друга.