Наги и Рео: В поисках работы (джен)

Квартира Наги

Квартира была маленькой, тёплой и очень личной. На полу валялись подушки, на столике — пульт от приставки и пустая кружка из-под чая. Футон был кое-как застелен, но на него всё равно было приятно упасть лицом вниз и не двигаться.

Наги лежал именно так — лицом в подушку, раскинув руки и ноги, словно его сбил невидимый поезд лени.

В дверь постучали.

Наги не пошевелился.

Стук повторился. Настойчивее.

— Наги, открывай. Я знаю, что ты дома, — раздался знакомый голос. Чёткий, уверенный, с лёгкой ноткой раздражения.

Наги приоткрыл один глаз. Потом закрыл.

— Наги!

— Дверь открыта, — пробормотал он в подушку.

Ручка дёрнулась. Рео Микаге вошёл в квартиру, стряхивая с дорогого пальто капли дождя. Его волосы были собраны в низкий хвост, на плече висела небольшая сумка. Он оглядел комнату, вздохнул, повесил пальто на единственный стул и подошёл к футону.

— Ты мог бы хоть раз убраться.

— Зачем? — голос Наги звучал приглушённо. — Я всё равно всё разбросаю снова.

Рео сел на край футона. Посмотрел на Наги, который так и лежал лицом вниз.

— Наги, сядь. Мне нужно поговорить с тобой.

— Говори. Я слушаю ухом.

— У тебя одно ухо в подушке.

— А второе свободно.

Рео вздохнул. Потом легонько толкнул Наги в плечо.

— Сядь, пожалуйста.

В голосе Рео появилось что-то непривычное. Что-то серьёзное. Наги это почувствовал даже сквозь свою вечную полудрёму. Он перевернулся на спину. Посмотрел в потолок. Потом повернул голову к Рео.

— Слушаю.

Рео помолчал секунду. Собирался с мыслями. Обычно он не колебался — говорил, что думал, и точка. Но сейчас слова давались ему труднее.

— Наги, — начал он, — я тут подумал...

— Это опасно.

— Не перебивай. — Рео посмотрел ему прямо в глаза. — Я устал.

— От чего?

— От себя.

Наги приподнял бровь. Это было неожиданно.

Рео откинулся назад, опираясь на руки. Его взгляд ушёл куда-то в сторону окна, за которым мигал огнями ночной Токио.

— Ты знаешь, сколько мне лет?

— Девятнадцать.

— Девятнадцать, — повторил Рео. — Девятнадцать лет я живу на всём готовом. Еда появляется в холодильнике сама. Вещи сами висят в шкафу выглаженными. Деньги сами приходят на карту. Я никогда не держал в руках швабру, никогда не стоял за кассой, никогда не знал, сколько стоит буханка хлеба.

— Стоит? — спросил Наги.

— Вот именно. Я тоже не знаю.

Рео повернулся к нему. В его глазах горел тот самый огонь — не злость, не отчаяние. Желание. Желание доказать что-то не отцу, не миру, а самому себе.

— Я хочу научиться, Наги. Не ради кого-то. Ради себя. Я хочу знать, что могу заработать деньги своими руками. Что могу прожить день без того, чтобы кто-то делал за меня мою жизнь.

Наги молчал. Он слушал. Это было редкостью — чтобы Рео говорил так открыто.

— Ты когда-нибудь чувствовал, — продолжил Рео тише, — что ты просто... декорация? Что без денег, без имени, без связей от тебя ничего не останется? Я хочу узнать, кто я на самом деле. Без всего этого.

— Ты Рео, — просто сказал Наги.

— Этого мало.

Наги сел. Впервые за вечер — сел по-настоящему, свесив ноги с футона. Посмотрел на свои руки. На длинные пальцы, которые умели только играть, листать ленту и держать кружку.

— Я тоже ничего не умею, — сказал он.

— Я знаю.

— Я засыпаю через два часа после пробуждения.

— Я знаю.

— Я даже лапшу нормально сварить не могу.

— Наги, — Рео улыбнулся. Краешком губ. — Я пришёл не потому, что ты умеешь. Я пришёл потому, что с тобой мне не стыдно не уметь.

Наги моргнул.

— Это... странный комплимент.

— Это правда.

Повисла тишина. Дождь за окном почти стих. Где-то далеко проехала машина.

— Рео, — сказал Наги.

— Что?

— И что ты предлагаешь?

Рео выпрямился. Взял свою сумку, расстегнул молнию и достал... распечатки. Листки с объявлениями о работе. Кассир, курьер, уборщик, ночной сторож, помощник пекаря.

Наги уставился на бумаги.

— Ты серьёзно?

— Абсолютно.

— Рео, мы ничего не умеем.

— Научимся.

— Я усну на рабочем месте.

— Я буду тебя будить.

— Ты тоже ничего не умеешь.

— Научимся вместе.

Наги взял один листок. Прочитал. Положил обратно.

— Это идиотизм, — сказал он.

— Возможно.

— Мы продержимся три дня.

— Два, — поправил Рео. — Но мы попробуем.

Наги посмотрел на Рео долгим взглядом. На его решительное лицо, на чуть взлохмаченные волосы, на то, как он сжимает край футона — нервно, но упрямо.

— Зачем я тебе нужен? — спросил Наги тихо. — Ты мог бы пойти один.

Рео отвернулся.

— Потому что... — он замолчал. Потом сказал почти шёпотом: — Потому что если я пойду один, я сломаюсь. А если ты будешь рядом... мне кажется, я смогу.

Наги долго молчал. Потом лёг обратно на футон. Закрыл глаза.

— Ладно, — сказал он.

— ...ладно?

— Ладно. Я пойду с тобой. Но ты будешь покупать мне энергетики.

— Если будут деньги.

— Жестоко.

Рео рассмеялся. Тихо, но свободно. Он убрал распечатки обратно в сумку и посмотрел на Наги, который уже наполовину спал.

— Спасибо, — сказал Рео.

— Мгм.

— Я завтра зайду в восемь.

— Слишком рано.

— В девять.

— В полдень.

— В десять, и это моё последнее слово.

— ...тиран, — выдохнул Наги.

Рео встал, накинул пальто. Подошёл к двери, обернулся.

— Наги.

— Мгм.

— Ты правда считаешь, что я справлюсь?

Наги открыл один глаз.

— Рео, — сказал он сонно. — Ты самый упрямый человек, которого я знаю. Если ты что-то решил — ты сделаешь. Даже если это будет глупо. Даже если ты ничего не умеешь. Ты просто... делаешь. Поэтому я с тобой.

Рео замер. Его лицо дрогнуло — на секунду, всего на секунду. Потом он улыбнулся.

— Спи, дурак.

Дверь закрылась.

Наги лежал в тишине. Слушал шаги Рео в коридоре. Как они затихают. Как хлопает дверь подъезда.

— ...справлюсь, — прошептал Наги сам себе. — Мы оба справимся.

Он закрыл глаза.

Заправка

Когда Наги открыл глаза, он не лежал на своём футоне.

Под ним был продавленный диван в тесной комнатёнке. Воняло кофе, бензином и дешёвым освежителем воздуха. За решётчатым окном горела неоновая вывеска: «PetroStar — 24 часа».

На груди у Наги висел бейдж.

«Сейширо Наги. Ночной кассир. Смена 23:00 — 07:00».

Рядом на столе стояла банка холодного кофе и записка, сложенная треугольником.

Наги развернул её. Почерк Рео — аккуратный, каллиграфический, чуть дрожащий на конце букв, будто он волновался, когда писал:

«Я нашёл нам первую работу. Я буду рядом, даже если ты меня не видишь. Просто знай: я где-то здесь. Не усни без меня. Пожалуйста. — Р.»

Наги сжал записку в пальцах. Потом аккуратно сложил и спрятал в карман джинсов.

— Рео, — позвал он в пустоту.

Тишина.

В дверь подсобки постучали. Грубо. Нетерпеливо.

— Эй, новенький! — крикнул мужской голос. — Твоя смена началась. На кассе очередь. И какой-то мужик в пижаме требует вернуть ему золотой ключик. Разбирайся сам. Я ушёл.

Шаги удалились.

Наги встал с дивана. Поправил бейдж. Посмотрел на себя в мутное зеркало на стене — сонный, растрёпанный, но почему-то спокойный.

— Ладно, — сказал он. — Первая работа. Поехали.

Он вышел в зал.

Наги открыл глаза.

Он лежал на продавленном диване в тесной комнатёнке. Воняло кофе, бензином и дешёвым освежителем воздуха. За решётчатым окном горела неоновая вывеска: «PetroStar — 24 часа».

На груди у Наги висел бейдж.

«Сейширо Наги. Ночной кассир. Смена 23:00 — 07:00».

Рядом на столе стояла банка холодного кофе и записка, сложенная треугольником.

Наги развернул её. Почерк Рео — аккуратный, каллиграфический, чуть дрожащий на конце букв, будто он волновался, когда писал:

«Я нашёл нам первую работу. Я буду рядом, даже если ты меня не видишь. Просто знай: я где-то здесь. Не усни без меня. Пожалуйста. — Р.»

Наги сжал записку в пальцах. Потом аккуратно сложил и спрятал в карман джинсов.

— Рео, — позвал он в пустоту.

Тишина.

В дверь подсобки постучали. Грубо. Нетерпеливо.

— Эй, новенький! — крикнул мужской голос. — Твоя смена началась. На кассе очередь. И какой-то мужик в пижаме требует вернуть ему золотой ключик. Разбирайся сам. Я ушёл.

Шаги удалились.

Наги встал с дивана. Поправил бейдж. Посмотрел на себя в мутное зеркало на стене — сонный, растрёпанный, но почему-то спокойный.

— Ладно, — сказал он. — Первая работа. Поехали.

Он вышел в зал.

Наги вышел из подсобки и сразу попал в мир жёлтого неонового света, запаха кофе и бензина. Пол был липким. На стойке кассы стоял забытый кем-то пончик в глазури — глазурь уже затекла на бумажную салфетку.

За стеклянной дверью, на улице, под козырьком стоял мужчина в пижаме с жирафами.

Он стучал пальцем по стеклу.

— Наконец-то! — крикнул он, когда увидел Наги. — Я тут уже полчаса!

Наги подошёл к кассе. Посмотрел на мужчину. Посмотрел на кассовый аппарат, который выглядел как пульт от инопланетного корабля.

— Добрый вечер, — сказал Наги ровным, сонным голосом. — Чем могу помочь?

— Золотой ключик! — мужчина чуть не подпрыгнул. — Я вчера покупал здесь молоко. Положил ключ в четвёртый отдел. А сегодня его нет!

Наги медленно моргнул.

— У нас нет четвёртого отдела.

— ЕСТЬ! — мужчина ткнул пальцем в сторону стеллажа с закусками. — Вон там, где чипсы!

— Это третий отдел.

— А ГДЕ ЧЕТВЁРТЫЙ?

Наги задумался. Почесал затылок.

— ...может, вы его дома оставили?

— Я ДОМА ВСЁ ОБЫСКАЛ!

— А в холодильнике?

— ЗАЧЕМ КЛЮЧУ БЫТЬ В ХОЛОДИЛЬНИКЕ?

— Вы сказали, что покупали молоко, — спокойно ответил Наги. — Могли положить ключ в холодильник вместе с молоком.

Мужчина замер.

Его лицо вытянулось.

Потом он медленно развернулся и побрёл к выходу с заправки, бормоча под нос:

— Холодильник... надо проверить холодильник...

Дверь закрылась. Пижама с жирафами исчезла в ночи.

Наги выдохнул.

— Один ноль в мою пользу, — сказал он пустому залу.

23:40

Заехала фура.

Большая, громыхающая, с надписью «Ивамото Фрешт» на боку. Фура припарковалась у дальней колонки, и из кабины выпрыгнул водитель.

Наги не сразу его узнал.

Потому что водитель был в кепке, клетчатой рубашке и грязных рабочих ботинках. Волосы собраны в низкий хвост, но несколько прядей выбились и падали на лицо. Щетина — настоящая? нарисованная? — покрывала подбородок.

Это был Рео.

— Заправка полный бак, — сказал Рео, заходя в помещение. Голос был ниже обычного, чуть хриплый. Он положил на стойку карту лояльности. — И две банки чёрного кофе без сахара.

Наги уставился на него.

Рео сделал вид, что не замечает этого взгляда.

— ...ты, — сказал Наги.

— Я клиент, — отрезал Рео. — Обслуживай.

— Ты водитель фуры.

— Сегодня — да.

— У тебя щетина.

— Это хайп.

— Рео, ты не умеешь водить фуру.

Рео бросил на него быстрый, чуть виноватый взгляд. Потом снова надел маску уверенности.

— Я учился. По ютубу.

— По ютубу?

— Там есть уроки. Для начинающих.

Наги представил, как Рео Микаге, наследник миллиардной империи, смотрит на своём айфоне видео «Как переключить передачу в фуре для чайников». И зачем-то арендует фуру.

— Ты арендовал грузовик? — спросил Наги.

— Да.

— На какие деньги?

— У меня осталась наличка. От прошлого дня рождения.

— ...сколько?

— Достаточно, чтобы арендовать фуру на неделю.

Наги медленно опустил лицо на стойку.

— Ты идиот, — сказал он в пластик.

— Я целеустремлённый идиот.

— Это не лечит.

Рео вздохнул. Оглянулся — в зале никого, кроме них. Ночная тишина, только гул холодильников и далёкий шум трассы.

— Наги, — сказал он тише. — Я же сказал: я буду рядом. Даже если ты меня не видишь. Я просто... не мог оставить тебя одного в первую ночь. Поэтому я придумал этот план. Фура, водитель, кофе. Я буду заезжать сюда каждый час. Проверять, как ты.

Наги поднял голову со стойки.

— Каждый час?

— Каждые полчаса.

— Ты с ума сошёл.

— Возможно.

— Ты не выспишься.

— А ты?

Наги замолчал.

Рео улыбнулся. Устало, но тепло.

— Дай мне кофе, Наги. И себе налей. Нам обоим эту ночь не спать.

Наги посмотрел на кассовый аппарат. Потом на Рео. Потом на банки с кофе за стеклом.

— Я не знаю, как пробить чек, — признался он.

— Я тоже.

— Мы умрём на этой заправке.

— Возможно.

— Рео, это ужасная идея — твоя самостоятельность.

— Знаю, — сказал Рео. — Но мы уже начали. Не отступать же.

Наги вздохнул. Потом взял две банки кофе, положил их на стойку и ткнул пальцем в кассу.

— Показывай, как это работает.

— Я не знаю.

— Ты нашёл мне эту работу!

— Я нашёл. Но инструктаж проспал. Я же водитель фуры, а не кассир.

Наги посмотрел на Рео долгим, очень долгим взглядом.

— ...я ненавижу тебя, — сказал он без злости.

— Неправда.

— Ненавижу.

— Ты меня любишь.

— Ещё больше ненавижу за то, что это правда.

Рео рассмеялся. Громко, свободно. Эхо разнеслось по пустому залу заправки.

Они простояли у кассы двадцать минут, пытаясь пробить две банки кофе. В итоге Наги просто положил деньги в карман фартука и сказал:

— Я разберусь с отчётом завтра.

— А если проверка?

— Скажу, что банки упали и разбились.

— Ты врёшь.

— Я учусь выживать.

Рео забрал свой кофе. На пороге он обернулся.

— Я вернусь через полчаса. Не усни.

— Не могу обещать.

— Тогда я разбужу тебя криком.

— Ты не умеешь кричать.

— Научусь.

Рео вышел. Фура зарычала двигателем и уехала к колонкам.

Наги остался один.

В 00:15 зашёл полицейский.

Высокий, усатый, в форме. Он купил пончик и чашку чёрного кофе. Потом посмотрел на бейдж Наги.

— Сейширо Наги, — прочитал полицейский. — Случайно не тот Наги, что... — он запнулся. — Хотя нет, обознался.

Наги обрадовался, что его не узнали. Но радость была недолгой.

Полицейский достал телефон и показал фото. На фото был... Рео. В кепке дальнобойщика. Стоящий у фуры с открытым капотом и растерянным лицом.

— Вы не знаете этого парня? — спросил полицейский. — Он уже два часа кружит вокруг заправки. Остановился на аварийке. Говорит, что «учится водить фуру по ютубу». Это не противозаконно, но подозрительно.

Наги посмотрел на фото. Потом на полицейского.

— Это мой друг, — сказал он ровно. — Он... немного странный. Но безобидный.

— Он сказал, что ищет золотой ключик.

Наги закрыл глаза.

— Конечно, сказал.

— Вы знаете, где ключ?

— В холодильнике у мужика в пижаме, — ответил Наги. — Я уже разобрался.

Полицейский допил кофе, кивнул и ушёл, бормоча что-то про «странную ночь».

01:00

Рео вернулся.

Он зашёл в зал заправки и увидел Наги, который сидел на полу за кассой, прислонившись спиной к стене. Глаза закрыты. Дыхание ровное.

— Наги, — позвал Рео.

Тишина.

— Наги, вставай.

Наги не пошевелился.

Рео сел рядом. Взял его за руку.

— Ты обещал не спать.

— Я не сплю, — пробормотал Наги, не открывая глаз. — Я просто... экономлю энергию.

— Это называется сон.

— Это называется медитация.

— У тебя слюна течёт.

— ...это техника расслабления.

Рео вздохнул. Потом аккуратно притянул голову Наги к своему плечу.

— Отдыхай, — тихо сказал он. — Я посижу. Покараулю.

— А твоя фура?

— Стоит на парковке. Я сказал, что у меня перерыв.

— Ты врёшь клиентам.

— Я учусь быть начальником сам себе.

Наги почти улыбнулся.

— Рео.

— Мгм.

— У нас получится?

Рео посмотрел в потолок заправки. На мигающую лампу. На вывеску «PetroStar».

— Не знаю, — честно ответил он. — Но мы попробуем.

— Это страшно.

— Знаю.

— Но с тобой... чуть меньше.

Рео сжал его руку.

— Спи, Наги. Завтра будет новая работа.

— Откуда ты знаешь?

— Я уже нашёл. Пока ты спал в подсобке.

— ...ты ненормальный.

— Спасибо.

Наги провалился в сон. Глубокий, тёплый, с запахом кофе и бензина.

Рео сидел рядом, слушал его дыхание и смотрел на пустую трассу за окном.

05:00

Приехала смена. Женщина в такой же жёлтой форме посмотрела на двух парней, сидящих на полу: один спит, второй смотрит в стену с пустой банкой кофе.

— Вы кто? — спросила она.

— Никто, — ответил Рео. — Мы уже уходим.

Он поднял Наги на плечо — тот даже не проснулся — и вывел его на улицу.

Фура стояла на парковке. Рео посадил Наги на пассажирское сиденье, пристегнул ремнём и завёл двигатель.

— Куда теперь? — пробормотал Наги, не открывая глаз.

— Домой. Спать.

— А завтра?

— Завтра новая работа.

— Какая?

Рео улыбнулся.

— Ты увидишь.

Фура выехала на трассу. Первые лучи солнца золотили горизонт.

Позади осталась первая ночь. Впереди — много других.

Фура громыхала на кочках. Рео вёл аккуратно — слишком аккуратно для дальнобойщика, но Наги это даже успокаивало. Тёплый воздух из печки дул в лицо. За окном проплывали огни утреннего Токио — жёлтые, размытые, сонные.

— Рео, — пробормотал Наги, не открывая глаз.

— Мгм.

— Если я сейчас усну... ты меня разбудишь?

— Когда приедем домой.

— А если я усну так сильно, что не проснусь дома?

Рео покосился на него. Наги уже наполовину сполз с сиденья, голова болталась в такт тряске.

— Тогда я найду тебя, — тихо сказал Рео. — Даже если придётся объехать все работы в этом городе.

— Слишком драматично, — выдохнул Наги.

— Это ты слишком ленив.

— Это мы друг друга дополняем.

Рео хотел ответить, но Наги уже заснул.

Дышал ровно. Ресницы не двигались. Рука безвольно лежала на колене.

Рео выключил радио, чтобы не мешать.

Фура ехала в темноту, увозя их домой.

Но Наги проснулся не дома.

Фастфуд ресторан "Бургер Круто"

Утро

Наги открыл глаза.

Вокруг пахло маслом. Горячим маслом. И картошкой. И ещё чем-то сладким, приторным, похожим на дешёвый сироп.

Он стоял за стойкой. На нём был фартук. Красный. С надписью «Бургер Круто» и логотипом — улыбающийся бургер с неестественно белыми зубами.

На голове — кепка. Тоже красная. Сдвинутая набок.

Рядом — касса. Сенсорная, с огромным меню, где бургеры назывались «Крутяк», «Мегакрутяк» и «Абсолютный Крутяк с беконом».

За спиной — кухня. Шипели грили. Кто-то кричал: «Две картошки, три наггетса, один „Крутяк“ без лука!».

Перед стойкой — очередь. Человек пять. Все смотрят на Наги.

— Эй, новенький! — рявкнули из кухни. — Ты тормозишь всю смену! Принимай заказ!

Наги моргнул.

— Я... — начал он.

— Побыстрее!

Наги посмотрел на кассу. Экран горел яркими картинками. Бургеры, картошка, напитки. Всё подписано странными названиями.

Первый клиент — мужчина в деловом костюме — нетерпеливо переминался с ноги на ногу.

— Мне «Комбо дня», — сказал он. — И кофе.

Наги ткнул в экран. Экран не отреагировал. Он ткнул сильнее. Экран показал сообщение: «Выберите размер картошки».

— Какой размер? — спросил Наги у клиента.

— Обычный.

Наги ткнул в «обычный». Экран спросил: «Выберите соус».

— Соус?

— Кетчуп.

Наги ткнул в кетчуп. Экран спросил: «Выберите напиток».

— Напиток?

— Кофе, я же сказал.

Наги ткнул в кофе. Экран спросил: «С сахаром?».

— Сахар?

— Два куба.

Экран: «С молоком?».

Клиент начал злиться.

— Без молока! Просто дайте мне уже поесть!

Наги нажал «без молока». Экран показал итоговую сумму. Наги назвал её. Клиент расплатился картой.

— Номер вашего заказа — сто один, — прочитал Наги с экрана.

Он обернулся на кухню.

— Заказ сто один! — крикнул он.

С кухни никто не ответил.

— Заказ сто один! — повторил он громче.

— Слышим, — донёсся голос. — Жди.

Наги повернулся обратно к очереди. Она выросла до восьми человек.

— Так, — сказал он себе под нос. — Где Рео...

Рео нашёлся в зале. Он сидел за столиком в углу. В обычной одежде — без фартука, без кепки. И пил кофе из бумажного стаканчика.

— Ты не работаешь? — спросил Наги, подойдя к нему (очередь подождала бы).

— Я слежу за процессом, — ответил Рео. — Дегустирую продукцию. Проверяю качество обслуживания.

— Ты просто пьёшь кофе.

— С молоком. И двумя сахарами.

Наги сел напротив.

— Ты бросил меня одного на кассе.

— Ты справишься.

— Я не знаю, где кнопка «картошка».

— На экране.

— Там их три.

— Выбери среднюю.

— А если клиент хочет большую?

— Тогда выбери большую.

— А если он хочет без соли?

— Скажи, что соль закончилась.

— Рео, это ужасный совет.

— Я учу тебя выживать в сфере обслуживания.

Наги хотел ответить, но с кухни раздался крик:

— Сто один готов!

Наги встал, забрал поднос с бургером, картошкой и кофе, отдал клиенту в костюме.

Клиент посмотрел на бургер.

— Я просил без лука, — сказал он.

— А, — сказал Наги. — Простите.

Он взял бургер, открыл его, вытащил лук пальцами и положил обратно.

— Вот. Теперь без лука.

Клиент побледнел.

— Вы... вы только что голыми руками...

— Я мыл руки, — соврал Наги. — Утром.

Клиент забрал поднос и ушёл в самый дальний угол зала.

Рео, наблюдавший со стороны, закрыл лицо ладонью.

Наги вернулся за кассу.

Очередь выросла до десяти человек.

— Следующий, — сказал Наги.

Вперед вышел подросток. Худой, в толстовке с капюшоном, с телефоном в руке.

— Я хочу заказать... — он задумался, — ...всё.

— Что значит «всё»? — спросил Наги.

— Всё, что есть в меню. По одному. Для челленджа.

Наги посмотрел на меню. Там было сорок семь позиций.

— Вы серьёзно? — спросил Наги.

— Абсолютно.

— Это будет стоить...

Наги не умел считать в уме. Экран тоже не умел складывать сорок семь позиций сразу.

— Шестнадцать тысяч йен, — сказал он наугад.

— Дороговато, — сказал подросток.

— Тогда берите не всё.

— А если я возьму половину?

— Восемь тысяч.

— А треть?

— Пять тысяч триста.

Подросток задумался.

— Я лучше возьму один «Крутяк» и картошку.

— Мудрое решение, — сказал Наги.

Он нажал «Крутяк», картошку, попросил деньги. Подросток ушёл. Следующий клиент — пожилая женщина — смотрела на Наги с уважением.

— Вы быстро считаете в уме, — сказала она.

— Это врождённое, — ответил Наги.

Рео из-за столика мысленно записывал: «Наги врёт клиентам про цену. Надо с этим что-то делать. Завтра».

В 11:00 в «Бургер Круто» случился аврал.

Пришла группа школьников. Человек пятнадцать. Все заказывали разное. Наги тыкал в экран, как обезьянка, пытаясь угнаться за голосами.

— Мне «Мегакрутяк»!

— Две картошки!

— Наггетсы!

— Колу без льда!

— Мне с ананасом!

— У нас нет ананаса, — сказал Наги.

— А на картинке есть!

— Это реклама. В реальности ананас не кладут.

— Это обман потребителей!

— Добро пожаловать в ресторан, — сказал Наги.

Школьники возмущённо загудели. Наги вздохнул. Он хотел спать. Он хотел домой. Он хотел, чтобы кто-нибудь заменил его на этой кассе.

И тут с кухни раздался крик.

Крик был такой, что зал затих.

— КТО ПОЛОЖИЛ СОЛЬ В КОЛУ?!

Из кухни выбежал повар — огромный мужчина в фартуке, с бритой головой и татуировкой дракона на руке. В одной руке он держал стакан с колой. В другой — солонку.

— Я спрашиваю! — заорал он. — Кто?!

Наги посмотрел на стакан. Потом на повара.

— Это не я, — сказал Наги.

— Ты единственный новенький! Ты и твой друг с длинными волосами, который пьёт кофе уже час!

Рео, сидевший в углу, сделал вид, что не слышит.

— Я не был на кухне, — сказал Наги спокойно.

— А кто был?!

— Может, вы сами положили? По привычке.

Повар побагровел.

— Я кладу соль в еду! В КОЛУ ЕЁ НЕ КЛАДУТ!

— А вы попробуйте, — сказал Наги. — Может, это новый рецепт. «Кока-кола с солью». Провокационный вкус. Молодёжь любит провокации.

Повар замер. Потом медленно поднёс стакан к губам. Отпил.

Его лицо вытянулось.

— ...это... — он сделал ещё глоток, — ...это не отвратительно.

— Видите? — сказал Наги. — Вы гений. Вы только что изобрели новый напиток.

Повар посмотрел на стакан. Потом на Наги. Потом на школьников, которые смотрели на него с восхищением.

— Кола с солью! — крикнул один школьник.

— Кола с солью! — подхватили остальные.

Повар улыбнулся. Впервые за день.

— Запишите это в меню, — сказал он Наги. — С завтрашнего дня. Твоя идея.

— Я пас, — ответил Наги. — Я увольняюсь сегодня.

— Не увольняйся. Ты гений.

— Я знаю.

Повар ушёл на кухню. Школьники заказали «Колу с солью» (на вкус она была ужасной, но все делали вид, что им нравится).

Рео подошёл к кассе.

— Ты только что создал новый пункт меню, — сказал он шёпотом.

— Я спас свою задницу, — поправил Наги.

— Это было гениально.

— Или идиотски. Я ещё не решил.

В обед пришла девушка с огромными серьгами и в футболке с надписью «Я не ем живое».

— Мне веганский бургер, — сказала она.

Наги посмотрел в меню. В меню не было веганского бургера.

— У нас нет, — сказал он.

— Как нет? У вас есть хотя бы веганская булочка?

— Булочка есть.

— А котлета из нута?

— Из нута... — Наги задумался. — У нас есть наггетсы. Они из курицы.

— Курица — это живое.

— Ну да.

— Я не ем живое.

— А мёртвое? Курица уже мёртвая. Её убили до того, как сделали наггетсы.

Девушка покраснела.

— Это не смешно.

— Я не смеюсь, — честно сказал Наги. — Я пытаюсь понять логику.

Рео, стоявший рядом, влез в разговор:

— У нас есть картошка фри и салат.

— Салат? — девушка оживилась.

— Да. Без заправки.

— Без заправки — это сухая трава, — сказала девушка.

— Это полезно, — ответил Рео.

Девушка заказала картошку и салат без заправки. Когда она ушла, Наги повернулся к Рео.

— У нас есть салат?

— Нет.

— Ты сказал, что есть.

— Я сказал, что он без заправки. Это правда. У нас нет заправки.

— Но и салата тоже нет.

— Она ушла с картошкой и счастливая. В чём проблема?

Наги посмотрел на Рео долгим взглядом.

— Ты учишь меня врать клиентам?

— Я учу тебя давать им то, что они хотят. Она хотела чувствовать себя веганом. Картошка — это веганский продукт.

— А салат?

— Она забыла про салат. Когда получила картошку.

— Рео, это этически сомнительно.

— Это ресторан быстрого питания, Наги. Здесь всё этически сомнительно.

Наги задумался. Потом кивнул.

— Справедливо.

Забавный случай №4: Заказ на вынос для таксиста

В три часа дня в ресторан зашёл мужчина в форме таксиста. Уставший, красный, с огромным платком на шее.

— Мне нужно десять бургеров «Крутяк», десять картошек, десять кол и десять яблочных пирожков, — сказал он. — На вынос. У меня такси стоит на аварийке, пассажиры голодные, я опаздываю, давайте быстро.

Наги посмотрел на экран. Десять бургеров. Десять картошек. Десять кол. Десять пирожков.

— Это будет... — он попытался умножить в уме, но мозг закипел, — ...много.

— Я знаю, что много. Называйте сумму.

— Сумма, — сказал Наги.

— Что?

— Сумма. Вы просили назвать. Вот. Сумма.

Таксист замер.

— Молодой человек, я не понял.

— Вы просили назвать сумму. Я назвал. Сумма.

— Это не сумма!

— Это слово «сумма».

— Я ЗНАЮ, ЧТО ЭТО СЛОВО! — заорал таксист. — Я ПРОСИЛ НАЗВАТЬ ЦИФРУ!

— А, — сказал Наги. — Тогда... — он ткнул в экран. Экран показал 12 400 йен. — 12 400.

— ПРИНИМАЙТЕ ЗАКАЗ!

Наги принял заказ. Крикнул на кухню. Повара засуетились.

Через пятнадцать минут всё было готово. Таксист схватил пакеты — пять огромных пакетов — и побежал к выходу.

На пороге он споткнулся.

Пакеты разлетелись. Бургеры выпали. Картошка рассыпалась. Кола открылась сама собой и начала фонтанировать.

— А-А-А-А! — закричал таксист.

Зал замер.

Наги посмотрел на лужу колы, на раздавленные бургеры, на картошку, которая медленно впитывала напиток.

— ...соль, — сказал Наги.

— Что?! — крикнул таксист.

— Посыпьте солью. Это впитает влагу.

— ЗАЧЕМ МНЕ СОЛИТЬ КАРТОШКУ, КОТОРАЯ УЖЕ В КОЛЕ?!

— Эксперимента ради, — пожал плечами Наги.

Рео, который уже бежал с кухни с мокрой тряпкой, толкнул Наги локтем.

— Не помогаешь, — прошипел он.

— Я помогаю морально.

— Немедленно возьми швабру!

— У нас есть швабра?

— Не важно!

Наги взял швабру. Подошёл к луже колы. Начал водить шваброй туда-сюда. Кола не впитывалась. Она просто размазывалась по полу.

— Швабра — бесполезна, — сказал Наги.

— Швабра — для мытья пола, а не для впитывания колы!

— А для впитывания колы что?

— БУМАЖНЫЕ ПОЛОТЕНЦА! — заорал таксист.

— А они у нас есть?

Рео закрыл глаза. Сделал глубокий вдох.

— Я сейчас вернусь.

Он ушёл на склад, нашёл рулон бумажных полотенец, вернулся. Они втроём — Рео, Наги и таксист — начали собирать рассыпанную еду.

Через пять минут пол был кое-как вытерт. Бургеры — заново упакованы (некоторые пришлось пересобрать: Рео пытался вспомнить, какой соус куда). Картошка — частично заменена на новую.

Таксист ушёл, бормоча проклятия.

— Я не приеду сюда больше никогда, — сказал он.

— Это мудрое решение, — ответил Наги.

Рео уронил голову на стойку.

— Наги, — сказал он в пластик.

— Мгм.

— Это был наш самый страшный клиент.

— Пока да.

— Что значит «пока»?

— У нас ещё есть время до закрытия. Может прийти кто-то страшнее.

Рео поднял голову. Посмотрел на Наги с ужасом.

— Пожалуйста, не каркай.

— Я не каркаю. Я прогнозирую.

— Это одно и то же!

— Нет. Карканье связано с воронами. Я к воронам не отношусь.

Рео закрыл лицо руками и ушёл в подсобку пить успокоительное.

Наги вернулся за кассу.

Забавный случай №5: Старушка снова здесь (и снова чайник)

В 18:00 в «Бургер Круто» зашла старушка.

Та самая. С палочкой. С сумкой на колёсиках.

Наги узнал её.

— Здравствуйте, — сказал он.

— Здравствуй, милый, — ответила старушка. — Ты не в том месте работал в прошлый раз?

— Я часто меняю работу, — ответил Наги.

— Понимаю. Молодёжь ищет себя. Вот я в вашем возрасте искала себя в мужчинах. Потом поняла, что себя надо искать внутри.

— Мудро, — сказал Наги.

— Да, я мудрая. А теперь дай мне чай.

— У нас нет чая.

— Как нет? — старушка расстроилась. — В прошлый раз у тебя был чай.

— Это был пункт выдачи. А это ресторан.

— Какая разница?

— Разница есть. Здесь бургеры.

— А чай?

— Нет.

— А чайник?

— Тоже нет.

Старушка задумалась.

— Тогда дай мне бургер. Но чтобы он был мягкий. И тёплый. Как чай.

Наги подумал, что это странный запрос, но решил не спорить.

Он заказал «Крутяк» без всего лишнего — просто булка и котлета. Положил его в бумажный пакет. Протянул старушке.

Старушка открыла пакет. Понюхала бургер.

— Пахнет не чаем, — сказала она.

— Он и не чай.

— Но ты сказал, что он как чай.

— Я сказал «мягкий и тёплый». Как чай. А не то, что он чай.

Старушка посмотрела на Наги долгим взглядом.

— Ты странный, — сказала она.

— Я знаю.

— Но мне нравится. — Она укусила бургер. — О, это вкусно. Что тут внутри?

— Котлета.

— Из чего?

— Из... не знаю. Из того, что обычно кладут в котлеты.

— Ну и ладно. В моём возрасте уже не до разборов. Главное, чтобы зубы не сломать.

Старушка доела бургер. Потом достала из сумки утёнка — того самого, жёлтого, с короной — и поставила его на стойку.

— Твой друг, — сказала она. — Он путешествует со мной.

— Я вижу, — сказал Наги.

— Забери его. Он просился к тебе.

Старушка развернулась и ушла, оставив утёнка на кассе.

Наги взял утёнка. Посмотрел ему в глаза.

— Ты вернулся, — сказал он.

Утёнок молчал.

— Я знал.

Наги сунул утёнка в карман фартука. Утёнок выглядывал оттуда, как маленький жёлтый начальник.

Вечер. Закрытие

В 21:00 ресторан закрылся.

Повара ушли. Уборщик мыл пол. Наги сидел за столиком, положив голову на руки. Рядом — утёнок. Напротив — Рео, который держал кружку с чаем (честно принёс из дома — в ресторане чая не было).

— Сегодня было... — начал Рео.

— Адски, — закончил Наги.

— Ты создал новый напиток «Кола с солью».

— Забавно.

— Ты обманул веганку.

— Она была счастлива.

— Ты сказал таксисту, что «сумма» — это число.

— Я пошутил.

— Он не понял.

— Его проблемы.

— И ты снова получил утёнка.

Наги достал утёнка из кармана. Поставил на стол.

— Он вернулся ко мне, — сказал Наги. — Это судьба.

— Это старушка, которая ходит за тобой по всем работам.

— Может, она ангел? В пенсионном возрасте.

Рео посмотрел на утёнка. Утёнок смотрел на Рео.

— Ладно, — сказал Рео. — Пусть будет талисман.

— Я же говорил.

— Заткнись.

— Не затыкайся.

Они сидели в пустом ресторане. За окном зажигались огни торгового центра. Утёнок стоял между ними, маленький и важный.

— Рео, — сказал Наги.

— Мгм.

— А следующая работа будет?

— Да. Я уже нашёл.

— Какая?

— Не скажу.

— Опять секрет?

— Ты сам говорил, что секреты — это единственное, что заставляет тебя не спать.

— Я вру.

— Знаю. Но это работает.

Наги зевнул. Прислонился головой к плечу Рео.

— Я устал, — сказал он.

— Знаю.

— Ты всегда это говоришь.

— Потому что это всегда правда.

Рео обнял Наги за плечи. Тот уже наполовину спал.

— Наги.

— Мгм.

— Ты молодец. Сегодня. Серьёзно.

— Ты врешь.

— Никогда.

— Ты врёшь каждые пять минут. Клиентам.

— Это другое. Тебе я не вру.

Наги приоткрыл один глаз.

— Скажи, что завтра я не проснусь на стройке.

— Не скажу.

— Почему?

— Потому что проснёшься.

— ...я ненавижу тебя.

— Ещё как любишь.

Наги закрыл глаз и провалился в сон.

Рео посидел ещё минуту. Потом поднял Наги на плечо (утёнка прихватил) и пошёл к выходу.

— Пока, «Бургер Круто», — сказал он пустому залу. — Мы ещё вернёмся. Может быть. Если будем совсем безнадёжны.

Они вышли в ночь.

Когда Наги открыл глаза, он сидел в кресле.

Вокруг гудели компьютеры. Сотни компьютеров. Экран перед ним горел синим светом — рабочий стол Windows, иконки игр, часы показывали 22:00.

На голове — наушники. Огромные, с микрофоном.

На груди — бейдж: «Сейширо Наги. Ночной администратор. Не спать!»

Рядом — стойка с чипсами, печеньем, энергетиками. За стойкой — Рео. В такой же форме, с таким же бейджем.

Они были одни.

— ...что это? — спросил Наги.

— Компьютерный клуб, — ответил Рео. — Ты администратор. Я администратор. Мы работаем.

— Сколько времени?

— Десять вечера.

— А сколько мы должны работать?

— До десяти утра.

— Двенадцать часов?

— Двенадцать.

— Рео, я сейчас умру.

— Сначала поработай, потом умрёшь.

Наги опустил голову на стол. Экран монитора засветился ярче, будто говорил: «Не спать, смотреть на меня».

— У нас есть посетители? — спросил Наги в стол.

— Пока нет. Будут, наверное, после полуночи.

— А что мы делаем, пока нет?

— Смотрим, чтобы никто не сломал компьютеры. И выдаём печеньки.

— Печеньки?

Рео показал на стойку. Там стояла банка с печеньем. На банке надпись: «Бесплатно. Но только две штуки на человека. Иначе вычтем из зарплаты».

Наги взял печеньку. Съел.

— Это ужасно, — сказал он.

— Что, печенье?

— Всё. Работа, жизнь, этот клуб, твоя идея стать самостоятельным.

— Съешь вторую печеньку. Станет легче.

Наги съел вторую. Стало чуть легче. Но не сильно.

— Рео, — сказал он, — я спать хочу.

— Потерпи.

— Я не могу терпеть. Мой организм требует горизонтального положения.

— Ляг на пол.

— Пол грязный.

— Тогда сядь ровно.

— Я не могу сидеть ровно. Я могу только лежать или стоять в режиме энергосбережения.

— Стой.

— Рео, ты невыносим.

— Я знаю. Поэтому мы здесь.

Они замолчали. Только гул компьютеров.

В 22:30 пришёл первый посетитель.

Первый посетитель был похож на зомби.

Он зашёл, пошатываясь, в спортивном костюме, с красными глазами. Остановился у стойки.

— Час игрового времени, — прохрипел он.

— Четыре сотни йен, — сказал Рео.

Посетитель протянул деньги. Рео дал ему карточку доступа. Посетитель сел за компьютер в углу, включил игру и... уронил голову на клавиатуру.

Через минуту он захрапел.

Наги посмотрел на него. Потом на Рео.

— Он спит, — сказал Наги.

— Вижу.

— Он заплатил за игровое время.

— Да.

— Но он не играет. Он спит.

— Да.

— Рео, получается, он заплатил нам за то, чтобы спать в кресле.

— Получается так.

— Это гениальная бизнес-модель. Мы сдаём кресла в аренду для сна.

— Это компьютерный клуб, Наги.

— А по факту — хостел для бессонных.

Рео задумался.

— Ты знаешь... в этом что-то есть.

— Я гений.

— Ты ленивый идиот, который нашёл оправдание своей лени.

— Это одно и то же.

Через час посетитель проснулся. Он посмотрел на монитор, где всё ещё горела заставка игры. Потом на часы на экране.

— Я проспал три часа?! — закричал он.

— Ты заплатил за час, — спокойно ответил Наги. — Ты проспал три. Получается, мы должны тебе два часа сна в подарок.

— Это не так работает!

— А как?

— Я должен играть!

— Ты играл. Во сне. Это считается? — Наги повернулся к Рео. — Считается?

— ...я не знаю, — растерянно сказал Рео.

— Я тоже. Но на всякий случай дай ему печеньку. За моральный ущерб.

Рео дал посетителю печеньку. Посетитель схватил её, выбежал из клуба и больше не возвращался.

— Один ноль в нашу пользу, — сказал Наги.

— Мы потеряли клиента.

— Мы приобрели опыт. Опыт того, что люди платят нам за сон. Это ценно.

Рео сделал заметку в телефоне: «Подумать о бизнесе „Сон в компьютерном клубе“».

В 23:15 зашёл школьник.

Лет десяти. С рюкзаком, с бейсболкой, с телефоном в руке.

— Здравствуйте, — сказал он вежливо. — Я хочу поиграть в «Майнкрафт».

— четыре сотни йен в час, — сказал Рео.

Школьник отдал деньги. Получил карточку. Сел за компьютер. Включил. Открыл «Майнкрафт».

И замер.

— Что-то не так? — спросил Рео, проходя мимо.

— Я забыл пароль от учётной записи, — сказал школьник. — Он был... — он задумался, — ...было что-то с котиком.

— Котиком?

— Ну, я люблю котиков. Поэтому пароль был про котика.

— Как именно?

— Котик123.

Рео ввёл «Котик123». Не подошло.

— Котик1234?

Не подошло.

— Самый Лучший Котик В Мире?

— Слишком длинный, — сказал школьник. — Там было что-то простое. Мурка.

— Мурка? — Рео ввёл «Мурка». Не подошло.

— Барсик?

— Барсик.

Не подошло.

— Может, не котик, а кот? — спросил Наги, который подошёл посмотреть. — Кот123?

Школьник задумался.

— Нет... был котик. Точно. Котёнок?

— Просто «котёнок»? — спросил Рео.

— Нет. Котёнок123.

— Уже пробовали.

— А если с большой буквы?

— Котёнок123 с большой К?

Не подошло.

— С двумя «ё»?

— Котёнок пишется с одной «ё», — сказал Рео.

— А если с двумя?

— Так не бывает.

— А я хочу с двумя.

— Тогда это другой пароль. Какой?

— Котёёнок123? — неуверенно сказал школьник.

Рео ввёл «Котёёнок123». Экран загорелся зелёным.

— Подошло, — сказал Рео.

— Точно! — обрадовался школьник. — Я всегда путаю, где одна «ё», где две.

— Ты специально усложняешь себе жизнь? — спросил Наги.

— Нет. Просто люблю котиков. И букву «ё». Она красивая.

Школьник начал играть. Наги вернулся за стойку.

— Я устал, — сказал он.

— От чего?

— От жизни. От паролей. От котиков с двумя «ё».

— Ты не вводил пароль. Это я вводил.

— Я морально устал.

— Съешь печеньку.

Наги съел третью печеньку. Потом четвёртую.

— Наги, на банке написано «две штуки».

— Я не умею читать.

— Ты только что прочитал банку.

— Это было случайно. Теперь я забыл.

Рео убрал печеньки на верхнюю полку, куда Наги не мог дотянуться.

— Ты жесток, — сказал Наги.

— Я заботливый. Ты объешься и уснёшь.

— Я и так усну.

— После печенек быстрее.

Наги обиженно отвернулся и уставился в монитор.

В час ночи зашёл мужчина в очках и рубашке с закатанными рукавами.

При нём — ноутбук. Дорогой. И серьёзное выражение лица.

— Мне нужен компьютер, — сказал он.

— У нас есть компьютеры, — ответил Рео.

— С доступом в интернет.

— Конечно.

— И чтобы было тихо.

— Ночью обычно тихо.

— Хорошо. На два часа.

Мужчина заплатил, сел за компьютер, подключил свой ноутбук к розетке, достал флешку и начал печатать. Очень быстро. Со страшным лицом.

Через десять минут он начал разговаривать сам с собой.

— Нет... не так... зачем ты это написал, идиот... кто писал этот код... а, это я... я идиот...

— Он программист, — сказал Наги.

— Я понял, — сказал Рео.

— У него дедлайн.

— Откуда ты знаешь?

— У таких всегда дедлайн. Если он говорит сам с собой — дедлайн через час. Если кричит — через полчаса. Если плачет — просрочил неделю назад.

— Откуда ты это знаешь?

— Я смотрел фильмы. Там программисты всегда так.

— Фильмы — не документалистика.

— А ты откуда знаешь? Ты семейный бизнес смотрел. Там вообще все носят галстуки и пьют виски.

Рео хотел ответить, но программист вдруг закричал:

— НЕТ! НЕ НАДО БЫЛО УДАЛЯТЬ ЭТУ СТРОКУ! ОНА БЫЛА ВАЖНАЯ!

Он схватился за голову. Потом быстро перепечатал что-то.

— Жив, — сказал Наги. — Дедлайн через полчаса.

— Откуда ты...

— По голосу. Уверенный стук по клавишам — всё под контролем. Нервный — проблемы. А если стучит по столу — всё пропало.

Рео посмотрел на программиста. Тот действительно начал стучать по столу кулаком.

— Всё пропало, — сказал Рео.

— Через пять минут заплачет, — сказал Наги.

Ровно через пять минут программист уронил голову на клавиатуру и издал звук, похожий на всхлип.

— Я проиграл, — сказал он. — Жизнь проиграна.

— Возьмите печеньку, — сказал Наги. — Бесплатно.

— Печенье не вернёт мне дедлайн.

— Но оно сладкое. Это поможет.

Программист взял печеньку. Съел. Потом встал, собрал ноутбук, флешку и вышел.

— Спасибо, — сказал он на прощание. — Вы плохой компьютерный клуб, но печенье хорошее.

Наги посмотрел на Рео.

— Ещё один довольный клиент.

— Он плакал.

— Но с печеньем. С печеньем легче плакать.

В три часа ночи ворвалась компания — четыре парня лет по двадцать. Очень громкие, очень весёлые.

— Нам четыре места! — крикнул один.

— В ряд! — добавил второй.

— Чтобы все видели экраны друг друга! — заорал третий.

— И чтобы мы могли орать! — закончил четвёртый.

Рео дал им компьютеры в ряд. Они сели, включили шутер и начали играть.

Первые десять минут было весело. Крики, смех, «убей его», «ты куда стреляешь», «я сейчас». Потом стало тише. Потом напряжённее.

— Ты убил меня, — сказал первый.

— Ты сам подставился, — ответил второй.

— Я не подставлялся! Это ты специально!

— Зачем мне специально убивать тебя? Мы в одной команде!

— А ты предатель!

— Я не предатель! Это ты нуб!

— Сам нуб!

— Нубище!

— У тебя рука дрожит!

— У тебя глаза кривые!

Ссора набирала обороты. Четвёртый парень попытался их помирить.

— Ребята, это просто игра...

— ЗАТКНИСЬ! — заорали на него первый и второй.

Четвёртый обиделся и подошёл к стойке.

— Дайте мне печеньку, — сказал он.

— Две штуки на человека, — сказал Рео.

— Дайте три. Я расстроен.

— Нельзя.

— Я заплачу.

— Печеньки бесплатные. Но только две.

— Тогда дайте две, но большие.

Печеньки были одинаковые. Четвёртый взял две, отошёл в угол, сел на пол и начал их медленно жевать.

— Жизнь боль, — сказал он.

— Это не жизнь. Это компьютерный клуб, — ответил Наги.

— Одно и то же, — сказал четвёртый.

Ссора за компьютерами переросла в драку. Первый и второй вцепились друг другу в воротники. Третий пытался их разнять, но получил локтем в глаз и присоединился к драке.

— Нам нужно их остановить, — сказал Рео.

— Зачем?

— Они разобьют компьютеры!

— Компьютеры крепче людей.

— Наги!

— Ладно, ладно.

Наги встал. Подошёл к дерущимся. Встал рядом. Посмотрел на них.

— Эй, — сказал он.

Никто не отреагировал.

— Э-Э-ЭЙ.

Первый и второй замерли. Третий всё ещё пытался встать с пола.

— Вы сломаете компьютеры, — сказал Наги. — За это с нас вычтут из зарплаты.

— И что? — спросил первый.

— Если с нас вычтут из зарплаты, мы не сможем купить печеньки. И вы больше никогда не получите бесплатных печенек.

Компания задумалась.

— ...он прав, — сказал третий, потирая глаз.

— Печеньки важнее, — сказал четвёртый из угла.

— Ладно, — сказал первый. — Мир.

— Мир, — буркнул второй.

Они пожали руки и вернулись за компьютеры. Доиграли спокойно, без драк.

В четыре часа утра ушли.

— Ты спас репутацию клуба, — сказал Рео.

— Я спас свои печеньки, — ответил Наги. — Я хочу их съесть завтра.

— У тебя дома есть свои печеньки.

— Дома нет печенек. Дома есть лапша и холодная вода.

Рео вздохнул. Достал банку с печеньем, отсчитал пять штук, завернул в салфетку и положил в карман Наги.

— Это на завтра, — сказал он. — Не ешь сейчас.

— А если я съем?

— Тогда завтра не будет.

— Жестоко.

— Это забота.

Наги не стал есть. Он убрал печеньки в карман фартука, рядом с утёнком.

Утёнок, кстати, всё это время сидел на стойке. И смотрел.

— Ты всё видел? — спросил его Наги.

Утёнок молчал.

— Молодец. Не жалуешься.

В девять утра, за час до закрытия, в клуб зашла старушка.

Та самая. С палочкой. С сумкой на колёсиках.

— Здравствуй, милый, — сказала она Наги.

— Здравствуйте, — ответил Наги.

— Я искала тебя. Обошла все! В ресторане пыталась найти, теперь вот компьютерный клуб зашла.

— Зачем?

— Хотела проверить, жив ли ты. Ты часто меняешь работу. Это вредно для здоровья.

— Я не меняю. Меня меняют.

— Какая разница?

— Я засыпаю на одной работе, просыпаюсь на другой.

— Звучит как проклятие.

— Возможно.

— Но тебе идёт, — старушка улыбнулась. — У тебя доброе лицо. Даже сонное.

— Спасибо.

— Дай мне компьютер.

— ...что?

— Я хочу поиграть. В тетрис. Я в молодости была чемпионкой района по тетрису.

Рео, который протирал столы, замер с тряпкой в руке.

— Бабушка, — сказал он, — вам точно нужен компьютер?

— А что, есть другой способ играть в тетрис?

— Можно на телефоне.

— Телефон маленький. Я ничего не вижу.

— Тогда компьютер. Но вы знаете, как включать?

— Я старая, а не глупая, — обиделась старушка. — Садись, покажу.

Она села за компьютер. Включила. Открыла тетрис. И начала играть.

Она играла быстро. Очень быстро. Пальцы летали по клавиатуре. Фигурки падали, выстраивались в линии, исчезали.

Наги и Рео стояли и смотрели с открытыми ртами.

— Она гений, — сказал Рео.

— Она чемпионка района, — напомнил Наги.

— Это было лет пятьдесят назад.

— Талант никуда не девается.

Старушка играла сорок минут. Набрала рекорд клуба — 280 000 очков.

— Фух, — сказала она. — Размялась.

— Вы хотите ещё? — спросил Рео.

— Нет, пора чай пить. Чайник, знаешь ли, ждёт.

Она встала, взяла палочку, сумку и направилась к выходу.

На пороге обернулась.

— Наги, — сказала она.

— Да?

— Утёнок у тебя?

— Да.

— Береги его. Он счастливый.

— Я знаю.

— И ешь больше. Ты худой.

— Я экономлю калории.

— Экономь на чём-нибудь другом. На сне, например.

— Не могу. Сон — это моё всё.

Старушка ушла. Наги достал утёнка из кармана и поставил на стойку.

— Твоя хозяйка хорошая, — сказал он утёнку.

Утёнок молчал.

— Да, я тоже так думаю.

В 10:00 пришёл сменщик. Парень лет двадцати, сонный, в такой же форме.

— Как ночь? — спросил он.

— Долгая, — ответил Рео.

— Пьяные были?

— Были.

— Дрались?

— Дрались.

— Плакали?

— Один плакал. Программист.

— Обычное дело, — сменщик кивнул. — Ладно, валите. Я тут сам.

Рео снял фартук. Наги попытался снять бейдж, но тот зацепился за утёнка.

— Не вырывай, — сказал Рео. — Я помогу.

Он аккуратно отцепил бейдж, поправил утёнка и убрал фартук на вешалку.

— Пойдём, — сказал он. — Домой.

— Домой, — повторил Наги.

Они вышли на улицу. Утро было серым. Шёл мелкий дождь.

Рео остановил такси. Наги сел на заднее сиденье, положил голову на колени Рео. Утёнок — на соседнее кресло.

Таксист поглядел на утёнка.

— Это... — начал он.

— Семейная реликвия, — сказал Рео.

— Ага, — сказал таксист. — Я уже не удивляюсь.

Такси поехало.

— Рео, — сказал Наги, не открывая глаз.

— Мгм.

— Это была последняя работа?

— Да.

— А дальше что?

— Дальше мы идём домой и спим. Три дня.

— А потом?

— А потом я устраиваюсь на нормальную работу. Куда-нибудь, где не нужно работать ночью. Где платят не печеньками.

— А я?

— А ты спишь дома. И ждёшь меня.

Наги открыл один глаз.

— Ждать — это работа?

— Нет. Это лень.

— Люблю лень.

— Я знаю.

— Рео.

— Что?

— Ты справился. Ты доказал, что можешь.

Рео покраснел.

— Мы вместе справились, — сказал он тихо.

— Нет. Это ты придумал. Ты тащил меня через все эти работы. Ты находил их. Ты нёс меня домой. Ты покупал мне энергетики. Ты был рядом.

— Это моя работа.

— Это больше, чем работа. Это... — Наги замолчал, подбирая слово, — ...это любовь.

Рео замер.

— ...что?

— Любовь. Я слышал это слово в фильмах. Там так говорят, когда кому-то не лень делать что-то для другого.

— Наги, ты несешь чушь.

— Я несу правду. Ты меня любишь. Поэтому я всё ещё с тобой.

Рео не ответил. Он смотрел в окно, на мокрые улицы, на прохожих с зонтами.

Таксист молчал. Утёнок молчал. Наги закрыл глаза.

— Спи, — сказал Рео.

— Без тебя не усну.

— Я здесь.

— Знаю. Поэтому и сплю.

Наги заснул. Рео сидел, чувствуя тяжесть его головы на своих коленях, и думал.

Он думал о том, что три недели назад не умел ничего. А теперь умел работать на кассе, разбирать коробки, жарить картошку, администрировать компьютерный клуб и врать клиентам про наличие салата.

Он думал о том, что Наги всё так же ленив. Но почему-то каждый раз вставал и шёл за ним. Даже когда хотел спать. Даже когда падал с ног.

Он думал о том, что утёнок — это, наверное, награда за все их безумные приключения.

И что он ни о чём не жалеет.

Такси остановилось у дома Наги.

Рео расплатился — последними деньгами. Вытащил Наги из машины. Затащил в квартиру. Уложил на футон.

Утёнка поставил на стол.

Потом лёг рядом.

Наги, не открывая глаз, подвинулся и прижался к нему.

— Не уходи, — сказал Наги.

— Не уйду, — ответил Рео.

— Обещаешь?

— Обещаю.

— Тогда спи.

— Ты спи.

— Я уже сплю. Это ты не спишь.

Рео улыбнулся и закрыл глаза.

Они спали долго. До вечера следующего дня. А когда проснулись, Наги сказал:

— Рео, у меня нет новой работы?

— Нет.

— Почему?

— Потому что я не искал. Мы заслужили отдых.

— А деньги?

— У меня осталось немного с прошлой жизни. Проживём.

— На сколько?

— На месяц.

— А потом?

— А потом я найду что-нибудь. Спокойное. Офис. Стул. Кондиционер.

— И меня возьмёшь?

— Тебя не возьмут. Ты уснёшь на первом совещании.

— Это дискриминация.

— Это факты.

Наги надулся. Потом достал утёнка со стола, поставил между ними.

— Утёнок, скажи ему, что я хороший работник.

Утёнок молчал.

— Он согласен, — сказал Наги.

— Он резиновый, — сказал Рео.

— Он просто сдержанный.

Они засмеялись. Сидели на футоне, обнявшись, с утёнком между ними, и чувствовали, что это правильный финал.

Не потому, что они нашли идеальную работу. А потому, что нашли друг друга.