Сказки для Идуны (гет)

И принц в жизни Идуны всё же случился.

Началось всё — как водится — с игры.

Обычно Идуна любила играть в прятки с Джеком.

Тот, правда, жульничал, укрываясь в раскидистой кроне самых высоких деревьев или мгновенно перескакивая с одного места на другое, что его совсем невозможно было поймать!

Тогда Блум ужасно злилась, лицо её краснело, она рычала, чем очень веселила и Джека и Идуну.

Бывало и так, что, вымотавшись, девочка ложилась на груду листьев, запрокидывала голову и, посмеиваясь, наблюдала, как в небе суетиться маленький рыжий костерок, который разгорается всё жарче и жарче от того, что не может угнаться за босоногим ледяным жуликом. Уж такой была Блум — упёртой и радеющей за честность. А ещё ей явно не нравилось, когда над ней подтрунивали.

Однако в один из дней вдруг пропала сама Блум. Видимо, Джек её допёк. Не стоило ему дразнить её беспомощным мотыльком. Но крутить её ветром, а потом подхватывать на руки было так весело! И как же мило выглядело её красное как факел лицо! Пока Джек думал об этом, потерял из виду и Идуну. Да что б этих девчонок!

Он нашёл их глубоко в лесу. Чем они там занимались? Откапывали из листьев какого-то там белобрысого мальчишку!

Блум летала над ним, желая согреть своим теплом.

Кто он? Откуда взялся? И почему девчонки, которые прежде глаз не сводили с Джека, теперь обратили всё внимание к этому блондинчику? Вот о чём сперва ревниво подумал Джек, а потом пригляделся:

— Боже мой! Да это же совсем дитя! Как его сюда занесло? — воскликнул Джек.

И призвал ветер, который разворошил листья и помог Идуне аккуратно поднять мальчика.

— Я увидела какой-то чёрный силуэт, скачущий по верхушкам деревьев… Я подумала, что это Бугимен и… Я хотела его прогнать, побоялась, что он может обидеть Идуну! — встревожено говорила Блум. — Ты же помнишь, что нам говорила Мышка-Норушка?

— То, что он несколько раз приходил ночью к Идуне, чтобы похитить её добрые сны? — уточнил Джек. — Но сейчас-то она не спит! Да и разве Бугимен посмеет тягаться с такой пылкой особой вроде тебя?

Но сейчас было не до смеха. И Джек это понял. Его волшебный ветер помог Идуне донести мальчика до пустовавшего дома Матушки Готель, что стоял на самой окраине деревни.

Сама же Готель пропала одной особо чёрной ночью вместе с Хансом, и никто не мог их найти. С тех пор Идуна жила у Елены. Но нести незнакомого мальчика в её балаган Идуна побоялась.

Мальчик не просыпался до самого вечера.

Кто был этот мальчик? Принц Агнарр из Эренделла.

Эренделла??? Так это же почти на другом конце Земли! Как он тут очутился? Сам не знает!

Заплутал в своём скандинавском лесу, набрёл на поляну с кроватью. Откуда она там? Спроси, что полегче!

Но под той кроватью — глубокая-глубокая нора. В которую Агнарр и провалился. А очнулся уже здесь. Наедине с этой девочкой-волшебницей, которая могла заговаривать огонь и повелевать морозным ветром.

Агнарр подружился с Идуной сразу, как только её увидел. В груди при одном взгляде на неё словно загорелся огонёк. А перед глазами так и летали оранжевые искры. Он провёл с Идуной почти две недели, прячась в лесах и проводя время за играми. Агнарр не видел ни Джека, ни Блум, но чувствовал их и их магию на себе.

В основном, принца поднимали в воздух и крутили порывы ветра, но ему не было холодно, вероятно, потому что рядом была огненная фея. Уж такого точно с ним не случилось бы в королевском замке!

И ничего страшного, в общем-то нет, в том, что Идуна взяла моду подтрунивать над Агнарром. Вот только у кого она этому научилась?

— Чего ты грустишь, Свечка? — спросил однажды Джек у блум во время их очередного полёта. — Всё же хорошо, дети в нас верят! И этот Агнарр, я готов поспорить, что он начал нас слышать!

— Да, но… Я вижу, что он скучает по дому! Все чаще вздыхает, и даже твоя магия на него не действует! Его ничего не радует, и Идуна, смотря на него, тоже тоскует… Если бы у меня были родители, я бы тоже скучала… Или если бы рассталась с тобой…

— Я бы ни в жизнь не захотел бы потерять тебя! — вдруг воскликнул Джек. — Но как же мы поможем Агнарру вернуться в Эренделл? Он — человек, и не выдержит такого долгого полёта! А в прочем…

— Ты подумал о том же, о чём и я? Давай попросим помощи у каменных троллей! Только они такие привереды.... Ну ничего! Пустишь в ход своё очарование, Синеглазик! А ещё у меня есть хорошая идея, как их расположить к себе, но мне нужно будет твое морозное волшебство!

— Всегда к твоим услугам, мой Мотылёк!

В общем и целом, мальчик Мороз и огненная фея устроили сентиментальным троллям настоящее представление со спецэффектами: Блум чарующим голосом рассказывала историю о принце и девушке, которые чудесным образом встретили друг друга, а Джек сопровождал рассказ ледяными скульптурами-иллюстрациями.

Что поделаешь, этих троллей хлебом не корми — но подай зрелищ!

Блум знала об этом ключе к их сердцу и умело его использовала.

И тролли согласились посодействовать: открыть ход в свои волшебные подземные пещеры, которые позволяли оказаться в любом конце земли. Однако с одним не самым приятным условием…

Дети должны были отдать троллям воспоминания о всех чудесах, что случились с ними, а значит и о Джеке и Блум. Но… Зачем?

— Дети должны забывать о нас — волшебных существах. Таков закон, без этого дети не взрослеют. Посмотрите на Идуну, прошёл уже год с момента, как вы подружились, и за это время она не выросла ни на миллиметр! Когда её сверстники стали выше на голову!

— А что хорошего в взрослении? — посмеиваясь, отозвался Джек. — Одни заботы и нервы! Работа, ответственность! То ли дело наше бытьё — снежки, полёты, приключения, одним словом — веселье!

— Да, но не когда приходит первая любовь! — многозначительно протянула тролльша.

Джека и Блум словно пронзило от этих слов. Они переглянулись. С какой-то неведомой… непонятной тоской посмотрели друг другу в глаза.

— Джек…

— Я понял… Но давай им ничего не скажем. Пусть вместе отправляются в Эренделл.

— И взрослеют вместе. А мы… Мы же не перестанем быть их друзьями, верно?