Гарри против тварей-3 (джен)

В традиционной войне факультетов противостояние блондина-слизеринца и вихрастого очкарика-брюнета становилось всё более заметным. Уж очень непримиримо выглядели враги, и слишком часто можно было слышать взаимные поношения, весьма интересные даже школьникам старшего возраста.

Потому что смешных рифм и забавных подробностей всё больше и больше, что-то уже и на слуху… Мелкие, а какое-то движение создают, не одним же близнецам Уизли выпендриваться. Особенно этот Поттер ловок, очень умело отругивается, да под гитару много распевает.

Ха, а маглокровочка догадалась стишки Поттера копировать, и раздаёт желающим. Нет, чтобы продавать, но так для этого настоящие мозги нужны, а не всякие грязнокровные…

* * *

Мальчишки дразнили друг друга по документальным доказательствам, из черновиков украденных Пивзом сочинений. Драко орал про домового эльфа в магловском рабстве, а Гарри — про будущего начальника над всем маго-магловским дерьмом, начиная с космического…

Поттер — жалкий полукровка,

Грязным маглам служит ловко,

Может рыться он в саду,

Считать шрамы на заду!

Если плохо вымыл пол -

Его мордой бьют об стол!

Если грязен унитаз,

Бьют об стол немало раз!..

В ответ Гарри тут же кидал обратку, на что Малфой, делая вид, что его ничего не касается, наклоном головы подавал знак телохранителям. И тройка убиралась восвояси.

Дракон кучки охраняет

И дерьмом лунным воняет!

Вырастет начальником,

Встанет к умывальнику:

Там урина голубая

И навоз трёхцветный,

Выбирай, рука блатная,

Дурень межпланетный!

…Выслушав в первый раз про стол и унитаз, Гарри заскрежетал зубами. Ему было что сказать белобрысому засранцу, и он сказал. Но как же обидно, когда и в школе напоминают про дурслятник… Чёртово сочинение, сам же дал материал врагам, и писал небрежно, раз черновик, и тот как-то по-детски выглядит, и ошибок куча!

С другой стороны, сам-то получил из этих сочинений больше сведений о врагах, намного больше. Как говорила Гермиона, успокаивая, он дал только бытовой материал, для детских дразнилок, и всё.

Сам же узнал из первых рук про быт и нравы чистокровных, очень страшные. Ведь их всех не просто бьют, а лупят страшным боем! И даже в окна выкидывают… Как диккенсовского Оливера Твиста, и даже хуже!

…Дракончика нашего тоже лупцуют, по заду благородному, предметами, как волшебники любят выражаться. Хотя, похоже, чаще в угол просто ставят, но на полдня. А это уже кое-что, когда шевелиться особо нельзя.

Потому что ноги затекают, и если несколько часов совсем не давать двигаться, теми же жалящими заклинаниями, то это уже натуральная пытка. Гарри про это слышал, а Гермиона и расспрашивала, и очень возмущалась. И много высказывала, прежде всего, самому Гарри, а тот во всём соглашался.

Потому что, действительно, страшные лицемеры эти волшебники! Дескать, плети и кнуты — это плохие слова, заставляют думать не про то! А вот мы их предметами назовём, они сразу симпатичными станут, ага.

Вон, Крэбб, или Гойл, написали, завидуя Малфою, что того бьют предметами для младшего школьного возраста. Кто-то книжки читает для младшего возраста, а кого-то — хлыстом для младшего, красота!

И плети тоже есть для разных возрастов, и только кнут, вроде, для взрослых, и отец Крэбба выглядит просто садистским исключением. Однако если хорошо поискать, так и кнут, может быть, вовсе никакое не исключение! А просто редкость, и всё.

Гермиона тогда сильно разгорячилась, кудряшками трясла, руками махала, воздух вокруг себя уплотняя, умница такая, эмоциональная… Если справедливость нарушена, она совсем терпеть не может. И хорошо ему посоветовала: раз они тебе про рабство у Дурслей, ты им тогда про домашнее насилие дуй!

Да-да, так и пиши, в ответ, что очень хорошо устроились чистокровные наследники — и задница всегда отполирована, в штанишки почти что влезла, потому что распухание среднее, до умеренного. Опять же ушки пришиты ровненько, стежок к стежочку, и до стенки немного не долетел, а хлыст вообще сломался, красота же…

Гарри тогда немного оживился. Ну да, достаётся, оказывается, этим чистокровным: регулярная порка, да разными хлестательными предметами, и до распухания половинок… От такого каникулы не больно сладкими покажутся!

Только представить, каково тем, кто слабее: в школе над ними сильные издеваются, проклинают по-разному, а потом и дома добавляется! Я так не играю, меня Вернон обычно только руками наказывает, и ногами, изредка. Падлик, правда, рад и руками, и ногами, и в составе группы лиц, по предварительному сговору, как Гермиона законы цитирует…

Девчонок тоже часто наказывают, вот, Джинни, как она жаловалась, ободрали, прямо до распухания! И Булстроуд лупят, но она толстуха, ей проще распухать. Гойлу с Крэббом тоже проще, раз такие широкие, но всё же они здорово распухают сзади, и регулярно. Про войлок в трусы Малфой же не от хорошей жизни придумал, так?

И в навоз их закапывают, и ещё из лука на них охотятся, настоящего, с последующим лечением... И тут Гарри посетила сразу ужаснувшая мысль: вот отдали бы его какой-нибудь дальней родне на воспитание, и что? Били бы предметами? До распухания… Или только хлыстиком полировали, если гламурная семья? Так себе перспективка!

Драко маглов изучил

И влюбился в войлок,

Им трусы скорей набил,

В борьбе с болью ловок!

Жесть Малфою мы подарим,

Чтобы на пальтишко,

Его сзади будут жарить,

Он и рад, плутишка!

А придурка Крэбба и кнутом дерут, и уши рвут напрочь, и башкой в стену… вот и тупой такой, и злобный. Его, например, Дурсли сколько раз за уши таскали, так только несколько раз распухали… распухало, только одно, и всё. И не так уж сильно распухало, хотя Вернон очень крепко хватает, а тётка ещё и выкручивает.

Гм, получается, это хорошо, что у тётки силы маловато, а дядька не выкручивает… Но вот когда тебя кнутом, и когда кожа лоскутами слезает, это… Он такого бы и не выдержал, когда клочьями, и если даже Винс жалуется… Да и Рон на плеть жаловался, а ведь его отец таким мирным выглядит!

Правильно подруга про них всех говорит! Вот девчонка, а прекрасно разбирается, даже в чём попало. И в наказаниях тоже разбирается, хотя её дома только по головке гладят. Она и в законах хорошо сечёт, а это важно, ведь законы тебя так высекут, если зазеваешься и не тому клятву какую-нибудь дашь…

Магический садизм на пустом месте, и всё. Нет, она добавляла ещё, про это, патриархальщину и тупик архаизации, то есть отсталости, он запомнил. Потому что отсталые эти маги, точно. И вообще непонятно, где жизнь лучше устроена, в каком из миров. Наверное, в нормальном мире и нормальной семье, как у Гермионы, лучше всего…

* * *

…Но и дурак же Малфой, у павлинов перья ворует! Ну кто бы додумался, а? Хотя они красивые, он видел в зоопарке. Неплохо это, когда ты в поместье, и павлины гуляют, а ты на метле гоняешь, да самой лучшей…

Правда, волшебные детки такие трудные бывают, не только Хагрид про это говорит, хотя сам-то бездетный. Но у него десятилетия наблюдений, не хухры-мухры. Лесник Филча не любит, но признаёт, что у завхоза трудная работа. И порка предметами — совсем не панацея, исправительный коэффициент явно так себе величина!

Вон, ведь Дракошку регулярно наказывают, а он всё равно перья ворует! Клептоман павлиновый! Наверное, это фамильная черта, раз такой цепкий. Всё время надо цепкость тренировать, у других выдёргивать, в этой семейке, наверное, так.

Или оскорбления другим придумывать, тоже сильная черта, фамильная. Вон, Малфой-старший как на него смотрел, и разговаривал, и с Артуром Уизли то же самое. Презрения вагон и малая тележка… Зато он Добби у них отбил, у павлинов надутых и шкуродёрных, приятно вспомнить!

А о том, что в Норе творится, так вообще лучше не думать! Ещё неизвестно, где хуже. Наверное, у Малфоев даже лучше. Не воруешь у павлинов — и живи себе спокойно, семейные кодексы долби, учись танцевать и кланяться непринуждённо. И гоняй на метле по всему поместью, зашибись…

А старшие Уизли какой-то неправильный быт построили, и за детьми не следят. Похоже, даже Падлик к нему лучше относится, чем близнецы к Рону, ну, немного. И их двое на одного, и старше, и колдуют, и изобретательны до ужаса.

До чистейшего и беспримесного ужаса изобретательны, Гермиона правильно ругается, пожалуй. Рону он уже не завидует, с такими-то братцами под боком. И ехать к семье Уизли летом не сильно хочется, хотя кормёжка там такая, такая...

Только Луна Лавгуд про наказания не писала, так у ней отец всегда в разъездах и, кроме дочки, никого, зачем её бить? Глупо просто… И Гринграсс не написала про наказания, да… но, возможно, её мало наказывают, вот и не нашла существенным. Зато замуж придётся выходить за кого укажут — Гермиона правильно бесилась, он бы тоже…

Получается, в большинстве волшебных семей детей бьют, и даже девчонок, и потом ещё выдают за кого попало. Нет, гнилой этот мир, неприятно подванивает, во многих местах причём, и как ему в нём пригодиться, совершенно непонятно! Кем ему быть, вот совсем непонятно…

Сам собой у Гарри получился стишок, нормальный, хорошо Дракошечку проймёт, нет сомнений. Да, при следующей встрече хорошо пошло. Да и Рон, с помощью Гарри и Гермионы, подготовился, достойно выступил.

* * *

Одним словом, с лёгкой руки мистера Поттера в Хогвартсе прозвучала тема телесных наказаний. Как распространённого вида домашнего насилия, вот. Эту новую тему Гарри открыл, для пущей убедительности, целой серией стишков, адресованных конкретно Малфою.

Судя по всему, эти послания оказались очень чувствительными для наследника. А вассалы чутко прислушивались, хотя и не комментировали. Хотя про уши их касалось ровно на пятьдесят процентов. А Драко сильно покраснел и даже на несколько секунд съёжился, незаметно для себя. Наверное, от воспоминаний.

Полируют поркой зад,

Уши рвут с корнями,

У аристократов ад -

Шкура под плетями!

Дракон перья воровал,

Чтоб пихать их в задницу,

Ему папка уши рвал,

Заживёт до пятницы!

Рон, с удовольствием отметив растерянность Драко, заорал во всё горло, развивая ту же тему телесных наказаний, но в крайне вульгарном виде. Малфой съёжился снова и демонстрировал явную растерянность. Да уж, так, чтобы про это самое, его ещё не поливали!

Драко, ты у нас воитель,

Писька чистокровная,

Да неужто твой родитель

Мало тебя говнил?

В итоге Малфой совершенно не нашёлся с ответом и бесславно отступил. Чистая победа! Наследничек запаса поношений не имеет, а наши закрома полны! А поскольку заносчивого платиноида на самом деле явно мало и неэффективно говнят, то мы тоже примем посильное участие в воспитании потомка благородного рода!

Как они с подругой хохотали, когда про использованные памперсы, привезённые прямо с Луны, читали! Вот же болваны магические… Да, тут фамильная цепкость Малфоев и проявилась: всё в дом несём, всё в дом, мы рачительные хозяева, мы по зёрнышку клюём, миллионы отберём…

Правда, потом Гермиона поджала губки и сердито сказала, что лунный грунт — величайшая редкость, а его для подсыпки в птичий туалет использовали! Ну, это же Малфои, чего с них взять, кроме анализов… магловских, из лунных памперсов, три раза ха-ха!

Вдохновлённый успехом Гарри взялся за сочинение отдельного цикла «Детство чистокоровных», где в стихах поиздевался над практикой телесных воздействий — предметами, руками и ногами. И пустил в народ.

Многие чистокровные возмущались нарушением негласных приличий, другие, машинально почёсывая поротые задницы, задумались… По школе ходили некоторые стишки, произведшие особенное впечатление.

И ушки, и коки

Лежат у стены,

Не сделал уроки,

Снимаешь штаны.

В стене отпечаток,

А в рёбрах — излом,

И в анус — початок,

Учиться раз в лом!

* * *

Если Крэбба взять за ухо

И попробовать крутить,

Это дело будет глухо,

Стенку разве что пробить.

Крэббом стенку долбят с детства,

Воспитать его хотят,

Остаётся ещё средство -

Утопить с ним и котят!

* * *

Если синий весь наследник,

Мокнет в красной луже,

Отойти тебе невредно,

Чтоб не сделать хуже.

Потому что магов нравы

Так патриархальны,

Без физической расправы

Дети не лояльны.

Нелояльны, но прочны,

Организмом крепки,

Коль не выдержат штаны,

Рассмеются детки.

Маг — особый организм,

Очень тренирован,

С детства любит онанизм,

В колдовстве подкован.

Можно резать, можно бить

Тёмного наследника,

Магию не истребить,

Лупим до последнего!

* * *

Сиятельный лорд Люциус Малфой, сидя за убывающей бутылочкой огневиски (коньячная уже опустела), пребывал в родительских раздумьях. Наследник Драко вёл себя в школе не совсем так, как подобало достойному продолжателю великого рода. Хотя получал регулярные напоминания, ибо повторение — мать учения.

Люциуса тоже учили повторениями, и мучили тоже, но он и впитал нужное, и превозмог избыточное… Как все серьёзные маги, чего-то добившиеся в жизни. А вот Драко, похоже, имеет какой-то хиловатый стержень. Педагогических усилий вложено немало, да только отдачи могло быть и побольше.

Милая Нарси слишком часто заступается за единственное чадо. А когда наказывает, довольно быстро отставляет хлыст, переходя к нравоучительным беседам. Драко в ответ, стоя носом в угол, покаянно хнычет, и супруга верит потомку. А вот лорд Малфой в последнее время скорее не верит…

Он, конечно, прибегал к патриархальным наказаниям, то есть предметами, но нечасто. Только если наследник Драко, мальчик очень способный, слишком ленился. Или портил дорогие вещи — от антиквариата до эльфов. А вот сейчас он роняет школьную репутацию, а такое чревато…

Лорд Малфой всегда считал, что воспитание не должно быть слишком жёстким, как у вассальных, к примеру, семейств. Хотя что взять с этого Крэбба, пьянчуги-солдафона и садиста, потомственного? Потому что лорд современный и хорошо помнит, насколько несовременными были его отец, дядя и дедушка.

Бывало, воспитывали юного Люци по очереди, согласно принципу старшинства. Это было и долго, и крайне, крайне неприятно. Эти плети, трости… даже и хлысты! Отец отменно управлялся с хлыстом, прямо виртуоз, особенно когда по ушам!

Лучше всего было, если экзекуцию начинал старенький и уже довольно немощный дедушка. Ругался он замечательно метко, но бил неточно, промахивался и вскоре начинал жаловаться на одышку. И норовил заправиться ещё одним стаканчиком, точно последним.

Тогда его сменял дядя, который к тому времени почти всегда бывал крайне пьян. Отчего тоже давал потачку — и мазал, и уставал, и ронял предметы, а то и падал, чтобы немедленно уснуть. Или поблевать, что всё равно. Поскольку никогда, даже очистив желудок, не возвращался к предметам, так, максимум попинать, опять же, с промахами.

И если попадал туфлей по ножке стула или кровати, то, нецензурно поминая Моргану и Мерлина, немедленно шёл утешаться новым стаканом, и уже не возвращался. А если и возвращался, то ползком, то есть в совершенно безопасном состоянии, общаясь уже больше с мебелью, чем с потомком.

А вот отец… И пил меньше, и физическая подготовка на уровне, и всегдашняя железная уверенность, что сын должен прочувствовать и предметы, и отцовскую руку, и ногу (в особых случаях). И педантизм, то есть умение помнить все вины единственного сына, и наказывать как за содеянное, так и (добавляя, когда нужно) за прошлое. А иногда и за будущее, если был в плохом настроении.

Оттого Люциус вырос очень стойким, однако внутренне не очень уверенным. И легко поддавался влиянию более сильных характером мужчин, особенно красивых. Как Лорд до своей смерти, предположительно, первой смерти, ибо не факт, что окончательной, раз метка не совсем исчезла, а что-то такое показывает…

Ох, неправильно подумал, очень неправильно! Такие великие Лорды не умирают, они всегда приходят к своим слугам, и требуют, требуют! Могут и до смерти требовать, Люциус наблюдал…