Кадзоку но тэки (яп. Враг семьи) (джен)

Гарри взялся за руку Синобу, она ухватила свою старшую сестру, та уцепилась за Канаэ. Котё-старшая мягко взяла за правую руку Гермиону. За левую уже держалась кидзё. Поттер, проследив за этим, принял протянутую ладонь Дамблдора. Фоукс слетел с хозяйского плеча, поднялся над его головой.

В следующее мгновение пространство вокруг залил свет. А ещё через секунду все шестеро стояли на городской улице.

— Идём, представлю вас Сириусу и Римусу, — произнёс старик. — А потом Сириус даст вам доступ в свой дом.

— Какой доступ? — удивился Поттер.

— Видишь ли, мой мальчик, — Дамблдор грустно усмехнулся, — не все люди были добры так же, как твои родители. Блэки всегда считались семьёй тёмных колдунов и были одержимы идеалом превосходства чистой крови. Сириус рассорился с ними на этой почве ещё в детстве и сбежал в дом твоего отца. Вот мы и пришли.

Они остановились. Напротив, у стены, стояли двое мужчин: один бледный и измождённый, с короткими усиками, одетый в помятую поношенную одежду. Второй — длиноволосый брюнет, на лице которого пробивалась неровно выбритая щитина. Руки его дрожали, но в глазах виделась неуёмная энергия. В отличие от своего приятеля одет брюнет был хоть и лучше, но как попало: на тело был надет домашний халат, а ноги скрывали от чужих глаз непомерно широкие полосатые брюки. Обувью же служили забавной формы туфли.

— Гарри, это твой крёстный Сириус Блэк и его приятель, Римус Люпин. Это Гарри Поттер, сын вашего друга Джеймса, — проговорил скороговоркой директор, накладывая на друзей заклинание многоязычия. — А теперь прошу простить. Мне нужно готовиться к важному мероприятию в международной конфедерации магов.

С этими словами он исчез, оставив Гарри, его подругу и опекунш стоять в неловком молчании. Этих людей они видели впервые и не знали, с чего начать. Первый шаг решил сделать Люпин. Он подошёл к мальчику и протянул ему руку. Тот отреагировал на жест приветствия с облегчением.

— Приятно наконец увидеть тебя после стольких лет, — сказал оборотень. — Как вы, не пострадали при взрыве?

— Нет, — помотал головой Гарри. — Позвольте представить мою семью: госпожа Тамаё, Канаэ и Синобу Котё-Поттеры. И моя школьная подруга Гермиона Грейнджер.

— Ух ты! Японки! — вскричал внезапно Блэк. — Да какие красотки! Ты везунчик, Гарри!

— Бродяга, не начинай! — Люпин закатил глаза. — Лучше открой наконец свой дом и впусти нас! Или тебя не учили правильному поведению с гостями?

— Ну ладно, ладно, — брюнет капризно надулся и хлопнул в ладоши.

Раздался скрип. Обернушись, Поттер и его спутники увидели, как между двумя домами появляется третий.

— Добро пожаловать в дом Блэков по адресу площадь Гриммо, дом номер двенадцать! — продекламировал бывший узник волшебной тюрьмы.

* * *

— Ну и свинарник, — сказал Гарри, осматривая коридор дома крёстного отца. — Будто Ивар Бескостный прошёлся. И это мы ещё в коридоре.

— Чтоб ты знал мальчишка, — произнёс один из портретов, висящих на стене. — Это дом Древнейшего и Благороднейшего семейства Блэк!

— Если здесь жили благороднейшие, то дома более невежественных мне и представить страшно.

Канаэ рассмеялась. Прикрыв глаза, она прошла вперёд и обняла брата, ненавязчиво задвигая его и Гермиону себе за спину, и бросила свой танто вперёд. Вверх тотчас взвилась с громким визгом стайка пикси, обездвиженная Гермионой.

— Давно же здесь никого не было, — протянула она.

— А, я сбежал отсюда на втором курсе, — махнул рукой Сириус. — Мне было противно видеть и родственников и их мерзкие проклятые артефакты... Не обращайте внимания. Пойдёмте лучше комнаты покажу! У моего крестника самая лучшая!

— Там больше всего проклятых вещей? — спросила Синобу. — В тюрьме их, видимо, не было, и вы от них отвыкли.

— Там были дементоры! — ответил Сириус. — Это страшные существа! Они выпивают из людей всё, кроме самых плохих воспоминаний. Повреждают разум...

— Это многое объясняет, — отозвалась младшая Котё. — В особенности ваше невнимание к опасным вещам. Полагаю, будет лучше, если нас всех на время поселят в одной комнате.

— Не нужно так шутить, — произнёс Римус. — Дементоры и правда очень опасны. Они способны высосать саму душу из человека, к этому приговаривают совершивших особо тяжкие преступления. Артефакты мы уничтожим, а Гарри достанется самая очищенная от них, верно, Сириус?

— Ну конечно! Он займёт мою спальню. Мать после моего бегства оттуда почти наверняка всё выбросила. Так что там ничего нет.

— Вот видите. И потом... — оборотень замялся — Зачем вам спать в одной комнате? Он и сам справится со всем.

— Ой, да ладно тебе Римус, — рассмеялся Блэк. — Пусть спят там, где хотят! Им так, верно, привычнее. И подумай: неужели есть на свете люди, способные отказаться от женского тепла?

* * *

Ужин проходил в тишине. Но сравнивая её с той, что стояла в отеле, Гарри сказал бы, что в этот раз она была более давящей. Его семья, крёстный и друг отца то и дело переглядывались, перешёптывались между собой. А он и Гермиона не знали, куда себя девать. Пока все молчали, всё было относительно хорошо, но всему однажды приходит конец.

— А чего это госпожа Та... Как там её? Ничего не ест? — поинтересовался Сириус. — А, Гарри?

— Матушку зовут Тамаё, — ответил Поттер. — Не такое уж и сложное имя.

— А почему не ест?

— Благодарю, я сегодня уже ела, — спокойно ответила óни. — Мне вполне хватило этой порции.

— Надо же... И где это Дамблдор взял такую японку, которой одной порции в день хватает?

— В Японии, надо полагать.

— Сириус, да отстань ты от них, — Римус потёр виски. — Они ведь заботились о Гарри. Заботились хорошо, если он называет её матушкой.

— Да мне просто интересно, откуда это они взялись? — вскричал мужчина. — Почему они появились только сейчас? Ладно я, идиот, а где они были? Нежели Дамблдор не мог их найти?

— Этот же вопрос можете задать своему оборотню! — лицо Канаэ потемнело. — Не было нас в вашей стране до этого времени! В этом мире вообще! А ваш Римус?! Где он был? Почему ни единого разочка не пришёл навестить сына своих друзей? Но вы об этом его не спрашиваете, вы прицепились к нам!

Она вскочила из-за стола, стремительно выбежала из кухни. Все остальные, включая Гарри, поднялись и последовали за ней. Мародёры остались сидеть на местах. Кухня вновь погрузилась в тишину.