Кокон (гет)

Пока Мэйфилд постепенно приходила в себя, Стив дважды успел сбегать до машины и теперь, как ни в чём не бывало, разбирал пакеты, напевая себе под нос музыку из «Назад в будущее». Макс узнала её мгновенно, потому что Дастин и Лукас таскали её на этот фильм два раза, и ещё трижды сами ходили вместе с Майком. Она закатила глаза, но губы всё равно дрогнули в усмешке.

Зябко поведя плечами, она вдруг осознала, что сидеть в мокром полотенце — удовольствие сомнительное. Чистая одежда была в её комнате, но добраться туда без посторонней помощи не представлялось возможным, ведь эта чёртова коляска всё ещё стояла около душевой.

Звать же Стива она не хотела.

В голове царил сумбур, и с каждой секундой в ней росло раздражение — на себя, на героя-Харрингтона, на эти чёртовы ноги, которые отказывались её слушаться. Даже руки снова дрожали, из-за чего она чувствовала себя ещё более ничтожной. Ей хотелось встать и сделать хоть что-то самой, да просто одеться! Но тело словно приросло к дивану.

Макс сжала зубы и ухватилась пальцами за край дивана, пытаясь удержаться на этой зыбкой грани, где она ещё могла что-то контролировать. Но трясущиеся руки не слушались, перед глазами всё плыло, и единственным якорем был голос Стива, который всё ещё напевал что-то на кухне, не подозревая, что она снова вязнет в пучине своих больных мыслей.

Сквозь пелену самобичевания Макс разобрала вопросительную интонацию и резко вскинула голову, отгоняя прочь навязчивые мысли.

— …будешь сидеть в одном полотенце? Не скажу, что я против, да и твои синие губы теперь неплохо сочетаются с глазами… — Стив стоял в проходе с кухонным полотенцем через плечо и смотрел на неё с лёгкой усмешкой, не заметив срыва, который он невольно предотвратил. — Я говорю, принести тебе одежду?

Макс незаметно перевела дыхание и показательно закатила глаза, но от помощи в этот раз не отказалась. Стив кивнул и на несколько секунд скрылся в коридоре. Она слышала, как он зашёл в её комнату и затем громко ругнулся.

— Чёрт, чёрт! — девушка услышала хлопанье створок шкафа и подозрительные хлюпающие звуки. — Да быть не может!

— Я, конечно, понимаю, что моя спальня не образец чистоты, но чтобы настолько… — проговорила Макс, недоуменно вглядываясь в сторону ушедшего парня.

— Всё пропало, Мейфилд. — Стив вернулся и с кислым видом показал мокрую тряпку, которая, на проверку, оказалась её футболкой. В этот момент она осознала, что вчера, свалившись в люк, он затопил не только её матрас, но и всё вокруг. — Дверца шкафа была открыта, и в общем… Сухих вещей я не нашёл.

Вид у него был виноватый и одновременно какой-то растерянный. Макс смотрела на его физиономию и футболку, с которой медленно срывались капли воды, и почему-то вместо злости её накрыло неуместное веселье. Сначала она медленно выдохнула, затем фыркнула, и, не выдержав, звонко рассмеялась, от чего Стив опешил и изумлённо на неё уставился.

— Ты чего? — спросил он, хотя сам уже улыбался в ответ.

— Ты… — Макс попыталась вздохнуть, но хохот снова вырвался наружу. Она не была уверена, был ли это истерический смех, но демоны вокруг вновь отступили, дав ей небольшую передышку. — Ты затопил мою комнату!

— Ну… технически, я просто забыл закрыть люк, — он пожал плечами, но от неё не укрылось, как он восторженно наблюдает за ней. — А дождь сам пошёл. Это обстоятельства непреодолимой силы.

— Сам ты обстоятельство непреодолимой силы, Харрингтон. — хмыкнула Макс, успокаиваясь. — Больше у меня шмоток нет, так что тащи сюда свою новомодную куртку.

— Ну-ну, Мейфилд, ты уж палку-то не перегибай, — он скрестил руки на груди, а в глазах плясали смешинки. — Ты, конечно, ничего, но я эту бомберку у Робин с таким боем отбирал, что тебе придётся попотеть, чтобы её получить.

Стив хохотнул от собственной шутки, закинул полотенце, которым вытирал руки, обратно на плечо и двинулся к спортивной сумке, которую Макс заметила только сейчас.

— Так, это не то… А это как сюда попало?… Ага, вот, — в следующее мгновение в Макс прилетела серо-зелёная толстовка с какими-то вставками. Не оборачиваясь, парень продолжил рыться в сумке и достал оттуда мешковатые штаны на подвязках и огромные шерстяные носки. Стив положил вещи на диван около девушки и слегка склонил голову, глядя на свою толстовку в её руках.

— Это моя любимая, между прочим, так что я буду следить за тобой.

— Твоя любимая? — она приподняла бровь. — И ты отдаёшь её мне?

— Только потому, что ты замерзаешь, — он скрестил руки на груди, но не мог сдержать хитрой ухмылки. — Ну и, возможно, на тебе она будет неплохо смотреться.

— Это с чего ты взял?

Он не ответил, лишь пожал плечами. Макс чуть сжала ткань, отмечая мягкость и лёгкий запах одеколона Харрингтона, от чего захотелось зажмуриться и уткнуться в толстовку носом. Но Стив продолжал на неё смотреть, и она раздражённо приподняла бровь.

— Ты дашь мне одеться или так и будешь пялиться?

— Неужели Безумная Макс смущается? — он беззастенчиво поиграл бровями.

Подушка прилетела ему в лицо быстрее, чем он успел среагировать.

— Всё-всё, понял, ухожу, — он поднял руки в примирительном жесте, но улыбаться не перестал.

— И не подглядывай, — пригрозила она, сжимая вторую подушку. — А то в следующий раз я тебя пну.

— Ага, только есть нюанс, — он уже развернулся к кухне, но на полпути обернулся, сверкнув улыбкой. — Ты, пока что, меня не догонишь. Так что твои угрозы — пустой звук.

— Пошёл вон! — рявкнула она, но Стив уже скрылся за углом, и подушка в её руках так и осталась не брошенной.

Макс невольно усмехнулась и быстро скинула с себя мокрое полотенце. Натянув одежду на голое тело, она с наслаждением втиснула ледяные ноги в носки и для верности накрылась колючим пледом. Толстовка Стива висела на ней мешком, штаны пришлось перевязать практически под грудью, но от этого стало только теплее. На секунду она уткнулась носом в рукав и глубоко вдохнула слабый запах парня. Ей вдруг стало так спокойно, что глаза начали слипаться сами собой.

И тут к ней пришло осознание, от которого весь сон мигом пропал.

— Кхм, Харрингтон? — нарочито спокойным голосом позвала Макс.

— Ты уже оделась? Пару минут, я заканчиваю делать маринад, — его голос доносился из кухни, перемежаясь со звоном посуды.

— Зачем ты привёз сюда свои шмотки?

Во всём трейлере резко стало так тихо, что Макс впервые за эти пару дней различила звуки капающего крана на кухне.

Стив показался в проходе. Усмешка исчезла с его лица, от чего Макс подозрительно прищурилась. Он прислонился плечом к косяку, засунув руки в карманы, и смотрел на неё так, будто решал, сказать правду или снова отшутиться.

— Думал, ты уже догадалась, — сказал он наконец.

— Догадалась о чём?

— О том, что я не собираюсь уезжать.

Лицо Макс вытянулось, и её рот слегка приоткрылся от шока. В обычное время Стив нашёл бы это забавным, но в данную секунду он пристально наблюдал за её реакцией.

— Совсем крыша поехала, да? Не нужна мне тут нянька! Я спра…

— Только не начинай, — он поднял руку, останавливая её. — Не говори, что ты справишься сама.

Она открыла рот, чтобы возразить, но он продолжил, и его голос стал жёстче, чем он сам ожидал.

— Хочешь правду? Не справишься. Ты уже пыталась, и что? Три месяца топишь себя в этом трейлере, отгоняешь друзей, отказываешься от их помощи. А я ещё, идиот, слушал Дастина всё это время и говорил себе: «Они всё разрулят, зачем там моё присутствие?».

Макс молчала. Её лицо застыло, и Стив заметил, как она с силой сжала ладони в кулак. Она хотела что-то сказать, но он не дал прервать себя.

— Я не собираюсь быть твоей нянькой, Макс. Но, как бы ты ни хотела снова завернуться в свой кокон из обид и самобичевания, я не уйду, пока не пойму, что ты действительно в порядке. Не могу я тебя оставить, понимаешь?

Он замолчал, тяжело дыша, чувствуя, как слова выплеснулись наружу и теперь повисли в тишине, оставляя после себя только пустоту и её испуганный взгляд, от которого у него самого сжималось всё внутри.

— Ты не можешь просто так взять и… — начала она, но голос её дрогнул.

— Могу, — он опустился на корточки перед диваном, чтобы видеть её лицо. — И, честно говоря, мне плевать, что ты об этом думаешь.

Она долго всматривалась Стиву в лицо, пока он терпеливо ждал. Все её доводы — логичные и не очень — разбивались об его упрямый взгляд, не обещающий ничего, кроме одного: он не отступит. Спустя несколько секунд её плечи медленно опустились, и Макс признала своё поражение.

А в голове тут же возник непрошенный вопрос: «Был бы это Лукас, согласилась бы она на такое?»

Горький ответ пришёл мгновенно, не оставляя места сомнениям.

Нет.

Но почему? В какой момент её самый близкий и родной человек перестал быть в её голове 24/7? Почему вместо его помощи она позволила этому… придурку Харрингтону ломать свои стены?

— Ещё минута, и ты прожжёшь дыру в моём лбу, Мейфилд. — Стив напомнил о себе, мягко щёлкнув её по носу, от чего она рефлекторно отбросила его руку и хмуро потёрла нос. Лукаво ей улыбнувшись, парень резко подскочил и пошёл в сторону кухни.

— Ты хотя бы готовить умеешь? — спросила она, всё ещё держа ладонью кончик носа.

— Оскорбительно, что ты спрашиваешь это после моего утреннего шедевра, — вместе с иронией в его голосе прозвучало облегчение, от которого у неё кольнуло в груди. — Ну и маринад для курицы я делал не для того, чтобы устроить поминальную сауну бедной птичке.

— Тогда иди готовь, — она махнула рукой в сторону кухни. — А то я умру с голоду раньше, чем ты успеешь меня достать. И да, если ты взорвёшь мою кухню — будешь убираться там своей зубной щёткой.

Стоило хохочущему Стиву скрыться из виду, Макс вновь погрузилась в свои мысли. Сейчас, когда голос в голове, твердивший последние несколько месяцев о том, какая она никчёмная, наконец приутих, она снова могла трезво мыслить.

Она так долго жалела и ненавидела себя, что упустила из виду свои чувства к Лукасу. Точнее — их отсутствие.

Эта мысль не пришла внезапно. Она зрела где-то на задворках сознания всё это время, прячась за её болью и за привычным «я того не стою». Но теперь, когда внутри стало тише, а из кухни доносился запах еды и приглушённое пение Стива-мистера-Волосатика (спасибо, Дасти-бан)-Харрингтона, она больше не могла притворяться.

Лукас был самым лучшим человеком, которого она знала. Он был рядом буквально каждый день, после того как они подружились. Находил причины встретиться, устраивал ей сюрпризы, спорил до хрипоты из-за того, кто лучший персонаж в ДнД, но спокойно признавал поражение и ходил ей за клубничным мороженым, которое она так любила. Он защищал её от брата, даже если сам дрожал как осиновый лист, и не бросил, когда она отталкивала его после смерти Билли…

И он был с ней, когда она умерла.

Воспоминания кружили в её голове, и к горлу подкатил ком. Лукас всегда был невероятно преданным и терпеливым к ней, а она предала его. Как она могла просто взять… и перестать любить его?

Наверное, в душе она давно это поняла. Ещё тогда, когда в последний раз выгнала его и друзей, а потом заперлась в своём аду, будто наказывая себя за что-то. Потому что с момента, когда она очнулась из комы, она мучительно ждала, что к ней вернутся те чувства, которые Лукас вызывал в ней когда-то. Что однажды она проснётся и снова будет скучать по его улыбке.

Но не дождалась.

…И всё-таки она любила его. Как самого близкого ей человека, как лучшего друга и ту самую опору, благодаря которой она вырвалась из кошмарного мира Генри. Но любить — это не всегда значит быть влюблённой, и Макс наконец-то позволила себе это признать. Однажды, когда она сможет взять себя в руки, им придётся это обсудить. Потому что Макс Мэйфилд никогда не умела врать тем, кто по-настоящему был ей дорог.

— Макс? — голос Стива вырвал её из мыслей. — Ты там не заснула?

Она вздрогнула, от чего плед скатился на пол, и посмотрела на парня. Свет, льющийся с кухни, затемнял его лицо, превращая знакомые черты в силуэт, но она чувствовала, как он озабоченно на неё смотрит. Взяв себя в руки, Мейфилд смахнула волосы с лица и ответила:

— Нет, — ответила она, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Что, уже спалил мне кухню?

— Стараюсь избежать этой участи, а то у меня только одна зубная щётка, — он аккуратно поставил две тарелки с ароматным ужином перед ней на стол и сел рядом.

— Будешь хорошо себя вести — выделю тряпку. Ты и так уничтожил мой гардероб, возьми оттуда.

— Всего-то подмочил немного, — закатил глаза он и, чуть придвинувшись, на автомате накинул ей на колени слетевший плед. — Всё, давай кушать. Слушай, а давай посмотрим «Назад в будущее»? Его сегодня по телику показывают!

Она забавно скривила лицо и фыркнула, но ничего не сказала. А спустя несколько минут после ужина уже сладко спала, уткнувшись носом в плечо Харрингтона. Устраиваясь поудобнее, он приобнял её одной рукой, закинул ноги на стол и спокойно продолжил смотреть фильм.

В эту ночь Макс впервые за три месяца спала без сновидений.