По дюнам — вслепую (гет)

Альфре был для Крея гораздо больше, чем просто слуга.

Этот пожилой иностранец с лёгким северным акцентом появился в его жизни, когда Крею исполнилось четырнадцать — сразу после того, как страшная болезнь навсегда забрала его зрение. С того самого дня Альфре стал его глазами, голосом разума, защитой и, пожалуй, единственным человеком, который никогда не жалел принца. Он был добр к нему без слащавости — строго, но с глубокой, почти отцовской теплотой. Никогда не повышал голос, никогда не лгал из жалости. Если Крей падал — Альфре помогал встать и учил, как больше не падать. Если Крей отчаивался — Альфре молча сидел рядом, пока тот не находил в себе силы продолжать.

С четырнадцати лет Альфре сопровождал Крея везде, где тот покидал пределы замка. На переговоры, на лечебные поездки по оазисам, на редкие официальные визиты. Он был его тенью, его опорой, его самым близким человеком после погибших родителей.

Именно поэтому Крей так обрадовался, когда узнал, что Альфре вернулся из Вобоша.

--

Альфре вернулся из Вобоша на рассвете, когда первые лучи солнца только окрашивали белые стены Аль-Харима в нежно-розовый цвет. Он был там по личному поручению короля Ганосa — проверял старые договоры, собирал документы о торговых пошлинах и улаживал мелкие пограничные споры. Узнав, что Крей отправляется на свадьбу в Бас-Илим, Альфре сразу попросил разрешения сопровождать его.

— Я здесь, ваше высочество, — сказал он, едва переступив порог покоев, и крепко обнял Крея. — Больше не оставлю вас одного.

— Наконец-то… — тихо ответил Крей, пряча лицо у него на плече. — Без тебя всё кажется… слишком большим и слишком пустым.

Альфре улыбнулся уголком губ и потрепал его по волосам, как делал, когда Крей был ещё подростком.

— Теперь я с вами. Весь день.

--

Однако на самой свадьбе всё сложилось иначе.

Король Ганос почти сразу после прибытия отозвал Альфре в сторону — ему понадобился опытный и discreetный человек, чтобы обсудить некоторые тонкие вопросы с послами Вобоша. Альфре не мог отказать. Эйден, едва поздоровавшись с гостями, почти сразу увёл свою невесту в центр зала под громкие аплодисменты — начались первые танцы молодых. А Марианна… Марианна просто исчезла.

Она растворилась в толпе гостей, словно никогда и не стояла рядом с мужем. Крей слышал её смех где-то вдалеке — лёгкий, почти счастливый, — когда она разговаривала с другими принцессами и знатными дамами. Она ни разу не вернулась. Ни разу не взяла его за руку. Ни разу не предупредила об опасности.

И Крей остался один.

Посреди огромного, шумного, ярко освещённого зала он стоял в полной тьме.

--

Свадьба Эйдена была поистине грандиозной. Музыка играла со всех сторон — барабаны, флейты, литавры и струнные инструменты сливались в оглушительный, торжественный гул. Гости смеялись, переговаривались на разных языках, бокалы звенели, факелы горели так ярко, что даже воздух казался золотым. Зал был огромен, роскошен, переполнен жизнью.

Но для Крея всё это было лишь тяжёлой, давящей тьмой.

Шум обрушивался на него со всех сторон, словно океанские волны. Он не видел ни дорогой посуды, ни белоснежного платья невесты, ни счастливого лица Эйдена. Он просто стоял, пытаясь угадывать шаги слуг по звуку и голоса по интонациям. Каждый новый всплеск смеха или резкий хлопок резал уши.

Один из гостей случайно толкнул его плечом. Крей споткнулся, едва не упал, хватаясь рукой за воздух.

Грусть накрыла его тяжёлой, холодной волной. Марианна стояла рядом с ним всего несколько минут в начале вечера — красивая, в изысканном платье, с идеальной причёской. А потом просто исчезла. Она разговаривала с другими принцессами, улыбалась, смеялась… но когда Крей спотыкался, когда ему было тяжело — она даже не повернулась. Просто оставила его одного посреди чужого праздника.

Ему стало холодно внутри. Не от злости к ней — а от глубокого, пронзительного одиночества посреди сотен людей.

--

Крей медленно двинулся вперёд, прижимаясь плечом к стене и выставив руки перед собой. Он пытался обходить толпу, но люди всё равно натыкались на него. Кто-то обнимал в порыве пьяной радости, кто-то пролил вино — резкий запах ударил в нос. Он оказался то у одного стола с едой, то рядом со скамьёй музыкантов. Никто не останавливал его. Никто не спрашивал, куда идёт слепой принц.

— Альфре! — позвал он наконец громко, выставив руки вперёд. Голос дрогнул. — Альфре! Проведи меня до Эйдена, пожалуйста!

Альфре услышал его сквозь шум. Он тут же пробился сквозь толпу, лицо его стало серьёзным и встревоженным, когда он увидел, как растерянно стоит Крей посреди веселящихся гостей.

— Я здесь, ваше высочество! — громко и чётко ответил он. — Держитесь за меня.

Он быстро подошёл, взял Крея за локоть одной рукой, а второй прикрыл его от возможных толчков. Они двинулись вдоль стены, избегая основной массы гостей.

— Осторожно, ваше высочество… два шага вперёд… теперь чуть правее… здесь небольшой порог, — тихо предупреждал Альфре, ведя его уверенно и бережно.

Крей почувствовал тёплую, надёжную ладонь и впервые за вечер немного расслабился.

— Спасибо… — тихо прошептал он. — Я уже думал, что останусь здесь совсем один.

— Я не оставлю вас, — мягко ответил Альфре. — Никогда.

Он подвёл Крея прямо к Эйдену. Крей осторожно протянул руку и коснулся лица жениха — пальцы медленно скользнули по скуле, подбородку, виску. Он изучал черты, которых никогда не увидит.

— О, это вы, Эйден, — сказал он тихо и искренне. — Рад вас слышать.

Эйден замер от неожиданного прикосновения. Никто раньше не касался его лица так бережно и внимательно.

— Рад вас слышать?.. — переспросил он тихо, почти неуверенно. Потом на его лице появилась робкая улыбка — впервые за весь разговор.

Крей продолжил мягко:

— Я ведь не вижу, но рад слышать ваш голос. Особенно после того случая в нашем королевстве.

Эйден замер ещё сильнее. Эти спокойные, искренние слова ударили его прямо в сердце. После той дуэли, после поражения, когда Крей мог убить его на глазах у всего двора… а вместо этого проявил милосердие. С тех пор в душе Эйдена что-то изменилось. Гордость отступила. Появился настоящий страх смерти и новое, непривычное благородство. Он больше не хотел быть тем заносчивым принцем. Он хотел жить достойно.

— Я… тоже рад вас слышать, ваше высочество, — тихо и почтительно ответил Эйден. Сам протянул руку и нежно коснулся плеча Крея.

Крей улыбнулся.

— Ой, да что вы, мы же ровесники. Зовите меня просто Крей. Какая у вас шикарная свадьба… столько музыки и запахов.

В этот момент музыка взревела с новой силой. Барабаны, флейты и литавры забили в ритме танца молодых. Эйден взял невесту за руку, и они под восторженные крики гостей направились в центр зала.

А Крей снова остался один.

Шум стал невыносимым. Голова закружилась, сердце забилось часто и тяжело. Звуки слились в сплошной гул, от которого невозможно было отделить ничего знакомого. Руки онемели.

Он начал хаотично хватать людей рядом — за плечи, за руки, за лица — в отчаянной попытке найти Альфре.

— Что он делает?! — ахнул кто-то рядом.

— Эй! Отойди отсюда! Ты что творишь, слепой ублюдок?! — грубо крикнул один из придворных Эйдена.

Крей, дрожа всем телом, ответил сдавленным голосом:

— Извините! Я просто… я ищу своего друга. У него усы и шрам на брови!

Толпа начала понимать, что происходит. Кто-то уже хотел помочь, когда рядом раздался знакомый голос:

— Я здесь, ваше высочество!

Альфре схватил Крея за обе руки — крепко, как якорь в штормящем море.

— Пойдёмте… — прошептал он с болью в голосе. — Я уведу вас отсюда. Держитесь за меня крепче.

Они пробирались вдоль стены, обходя танцующих. Гости расступались — кто-то с жалостью, кто-то с недоумением. За спиной всё ещё гремела музыка свадьбы, но они уже почти вышли в тихий сад.

— Почему ты сегодня не весь день со мной? — тихо спросил Крей, когда они оказались на свежем воздухе. — Я ведь ничего не знаю об этом месте… не понимаю, где я. Король дал тебе другие указания?

Альфре опустил голову, чувствуя глубокую вину.

— Простите меня, ваше высочество… Король действительно отозвал меня почти сразу. А потом… я думал, что принцесса Марианна будет рядом. Что она поможет вам. Она же ваша жена…

Крей долго молчал, прежде чем ответить.

— Кажется… я совсем не нравлюсь Марианне.

Альфре вздохнул.

— Она… очень гордая. И да, кажется, она действительно вас не любит. Но это её ошибка, а не ваша вина, мой принц.

Крей кивнул и тихо сказал:

— Я посижу здесь. Приведи, пожалуйста, Эйдена — хочу попрощаться. А потом отвези меня домой.

--

Через несколько минут Альфре вернулся вместе с Эйденом.

Крей поднялся и спокойно произнёс:

— Я был рад посетить ваше торжество, Эйден, но из-за самочувствия вынужден откланяться. Прошу меня простить.

Эйден посмотрел на бледное лицо Крея и понял — ему действительно плохо.

— Я понимаю… — ответил он тихо, без прежнего высокомерия. — Спасибо, что приехали. И простите меня за этот шум.

Крей улыбнулся уголком губ.

— Я поздравляю вас от всей души со свадьбой.

Эйден протянул было руку, но, вспомнив, что Крей не видит, просто мягко коснулся его плеча.

— Спасибо… Крей. Ваши книги я оставил у себя на столе. Каждый день перечитываю.

--

Карета тронулась в обратный путь поздней ночью. Крей сидел в углу, укутавшись в плащ. Альфре молча наблюдал за ним.

— Вам лучше? — тихо спросил он. — Или всё ещё плохо?

— Звенит в ушах немного… — ответил Крей устало.

— Скоро будем дома.

--

Дома Крей уснул в своих покоях тяжёлым, измученным сном.

Проснулся он от тишины и сразу ощутил чужое присутствие.

— Кто… здесь? — спросил он, беря с тумбочки чёрную повязку.

— Это я, — холодно ответила Марианна. Она сидела в кресле, сложив руки на коленях. На ней было лёгкое утреннее платье, волосы слегка растрёпаны.

Крей завязал повязку на глазах.

— Слушай… Может… нам лучше развестись?

Марианна замерла. Её золотистые глаза расширились.

— …Почему?

— Ты меня не любишь. Холодна ко мне. Возможно, твоё сердце принадлежит другому.

— Моё сердце… принадлежит другому?.. — повторила она тихо. — Я никого не люблю. Просто… ты мне неинтересен. Ты слепой… слабый…

— Я знаю, — спокойно ответил Крей. — Поэтому и предлагаю развод. Я тебе не нужен.

Марианна резко встала.

— Ты… просто так сдаёшься?!

— Я не сдаюсь, — сказал он. — Я и сам не то чтобы люблю тебя. Но мне нравился твой голос, твой запах. Я был готов влюбиться. Но ты считаешь меня слабым даже после того, как я победил Эйдена в поединке.

Марианна застыла. Слова ударили в самое сердце. Вся корона болтала об этой истории. И теперь перед ней стоял тот самый мужчина — благородный, терпеливый, — который предлагает ей свободу.

Тишина длилась долго.

— Я… против развода, — наконец прошептала она.

— Ладно, — ответил Крей. — Тогда я пойду займусь своими делами.

Он встал, повернулся к двери и вышел в коридор.

У самого выхода он случайно столкнулся с кем-то. Тело показалось пышным, а запах — приятным, лавандовым.

— Я прошу прощения, — сказал он. — Кто вы?

Девушка слегка ахнула, но не рассердилась.

— Ой… извините меня! — ответила она тихим, приятным голосом. — Я Лилит… я одна из горничных принцессы Марианны.