Лили Поттер и польза бюрократии (гет)

Глава 4

На пороге стоял взмыленный молодой мужчина лет двадцати пяти.

— Слушаю вас, мистер Браун, — поприветствовала его Батильда.

— Миссис Поттер у вас? Я помощник ее адвоката, — он гулко глохнул воздуха.

Высунулась из-за спины Батильды. — Что случилось?

— Простите, что тревожу, но Сириус Блек украл вашего мужа.

-Что? Как? — вышла на ступени.

— Из Годриковой впадины он отправился прямиком в Аврорат. Оглушил эксперта с помощником и вынес тело мистера Поттера, превратив его в коробку для хранения улик, — мистер Браун перевел дух и добавил. — Мистер Стоун просит вас поспешить!

Салазорова дыра! Зубы скрипнули от ярости так, что челюсть заболела. Знала же, что Сириус горячее костра, но решила, что пара часов погоды не сделает и записку адвокату можно черкнуть позже. Вот дура!

— Идиот! — ругнулась Батильда.

— Блохастая псина! — саданула кулаком по стене.

— Оставь Гарри со мной. У меня есть аварийный портключ, — Батильда отступила в дом, пропуская нас. — Пожирателям сейчас не до тебя. Не так ли, мистер Браун?

Он озорно улыбнулся. — Камеры в Аврорате ломятся от меченных. И новые все прибывают. Кое-кто успел сбежать, но…

— Это понятно… — Батильда наклонилась к Гарри, который собирался закатить скандал для привлечения внимания.

Немного поколебавшись, я все же решила не таскать сына в Аврорат. Если там действительно полно Пожирателей, то кто-нибудь может что-то и отчебучить. Батильда еще раз заверила, что не даст Гарри пропасть, и после очередного напоминания слать Патронус в случае чего выпроводила меня за дверь. — Быстрей уйдешь — быстрей вернешься. Время к обеду. Гарри и не заметит твоего отсутствия, пока будет спать.

Аврорат походил на муравейник, который хорошенько поворошил лапой медведь. Все куда-то бежали, что-то говорили и кричали, тащили вещи, трясли бумагами и документами. Всем этим бедламом руководили усталые дежурные, в глазах которых читалась легкая ирония над суетящимися родителями глупых отпрысков, плачущими женами и требовательными адвокатами вперемешку с поверенными.

На стойке дежурного аврора стучал кулаком важный господин в шитой серебром мантии. — Это произвол! Я требую немедленно освободить моего брата! Я знаком с самой Миллисентой Багнолт! Сегодня же подам на вас жалобу!

Мы протиснулись дальше по коридору, пока не оказались у кабинета с надписью «Глава Отдела магического правопорядка Бартемиус Крауч». В кабинете, помимо владельца, присутствовал мистер Стоун.

— Добрый день, миссис Поттер, — сухо произнес Крауч. — Вам уже сообщили?

— Не скажу, что добрый. Мой ответ: «Да!». И теперь я хочу знать, как это случилось и какие конкретно шаги вы предприняли, чтобы вернуть моего мужа, — без приглашения опустилась на стул.

Мистер Стоун нахмурился, но молчал, позволяя продолжить Краучу.

— К сожалению, мы опоздали, — не меняя ни тембра, ни выражения лица, продолжил глава Отдела правопорядка.

— С чем опоздали? — нехорошее предчувствие пробежала по телу, устраивая гнездо в желудке.

— Едва мы обнаружили оглушенных сотрудников, сразу же выслали наряд к дому Поттеров-старших. Но, к сожалению, в суете мы потеряли почти час, и они успели похоронить вашего мужа так, как посчитали нужным. В результате от него осталась лишь горстка пепла.

— Горстка пела? Что это за варварство? — рявкнула я.

— Так бывает, когда родственники не хотят, чтобы к телу кто-нибудь имел доступ. Естественно, это давно не практикуется, — пояснил мистер Стоун впервые за весь разговор.

Схватилась за голову, упершись локтями в колени. Горечь захлестнула с головой. Даже попрощаться по-человечески не дали.

— Конечно же, мы проведем гражданскую церемонию прощания, — продолжил Крауч.

— И какой в этом смысл? — отрезала я. — Думаю, к вечеру только слепой и глухой не будет знать всего произошедшего. И смысла в церемонии — ноль!

Комната погрузилась в молчание. За дверью гремел человеческий рой, а мысли в голове скакали бешеными кузнечиками.

— Миссис Поттер… — подал голос Стоун.

— Я требую, чтобы Сириуса не только отстранили от должности, но и привлекли к ответственности за надругательство над телом моего мужа, — проигнорировала попытку адвоката высказаться.

— Родители мистера Поттера все же в своем праве, — потянул Крауч. — И проступок Сириуса Блека в компетенции служебной комиссии, а не…

— Нет. Не в праве. Если вы забыли, то первые, кто может распоряжаться телом Джеймса — это я и наш сын*. Гарри в силу возраста выбывает, и остаюсь одна я. И я не позволю вам закрыть глаза на преступление. Или вы расследуете дело со всей серьезностью, или… — пресс-папье на столе Крауче запрыгало на месте, — я вместо попыток заставить вас работать, выйду к журналистам, толпящимся в атриуме, — тыкнула пальцем в потолок. — И расскажу им о самоуправстве вашего подчиненного, за которого вы несете прямую ответственность. И буду плакать до тех пор, пока волны народного негодования не сметут вас с должности на радость конкурентам.

— Миссис Поттер вправе выдвигать такие требования, — оживился мистер Стоун. — Более того, действия Поттеров-старших препятствуют следствию. Они уничтожили ценные улики. А это подсудное дело.

Краучу пришлось согласиться. Хотя идея пришлась ему не по душе. Как только мы получили на руки регистрационный номер нового, только что написанного заявления, с которого адвокат тут же снял копию, мистер Крауч снова взял слово. — Миссис Поттер, в связи с последними событиями вынужден вас предупредить, что со стороны Пожирателей вам может угрожать опасность.

Не удержалась и фыркнула. С ощущением опасности, дышащей в затылок, мы жили последний год. Крауч продолжил. — За утро мы задержали больше сотни Пожарителей, но сколько еще гуляют на свободе, неизвестно. Журналисты раструбили об этой истории на все Королевство, что сделало вас главной целью фанатиков.

— Сколько понадобится Аврорату времени, чтобы переловить всех?

— Месяцы. Каждый новый допрос выявляет новых членов, а половину из задержанных сегодня еще даже не допрашивали.

— Троллья трещина! — Волдеморт исчез, но проблемы остались. Год в изоляции показался невыносимо долгим, и конца и краю этому не видно. Идея укрыться у сестры не так и плоха. Большинство магов плохо ориентируют в мире магглов, а еще меньше знают, что у Лили Поттер имелась сестра. Тревога о Гарри по новой заскреблась в душе, и я заторопилась домой.

На выходе снова встретилась толпа журналистов. И если внутрь нас пропустил без проблем, лишь проводив взглядами голодных акул, то обратно протиснуться не дали. Пришлось остановиться и выслушать.

— Вы давали согласие на кремацию мужа?

— Почему именно кремация? Вы боитесь, что Пожиратели осквернят могилу?

Вот кто бы сомневался, что эти вопросы прозвучит. И скорее всего, кто-то из авроров сливал информацию. Уж очень оперативно она попадала в чужие руки.

— Вы тоже являетесь любовницей Флимонта Поттера? И поэтому согласились?

Закатила глаза. «Сплетник» не оставлял надежды накопать «горячего».

Дождавшись кивка, мистер Стоун сделал краткое заявление. — Миссис Поттер возмущена самоуправством Сириуса Блека и Поттеров-старших. Более того, их действия нарушают… — пустился он в путаные объяснения, указывая на ту или иную статью.

На адвоката посыпались вопросы, но подоспевшие авроры помогли оттеснить мешавшую проходу толпу в сторону, и мы, наконец, покинули здание.

На прощание попросила мистера Стоуна. — Как только станет известно о каких-либо подвижках в деле Сириуса Блека, сообщите.

— Вы намерены довести его до конца?

— Если Сириус останется в Аврорате, то неприятные сюрпризы не закончатся.

Мистер Стоун пожевал щеку и согласился. — Вы правы. Несмотря на разрыв с семьей, он может сильно осложнить жизнь.

На этом мы и попрощались. Я отправилась в Годрикову впадину.

В доме царила тишина и покой. Гарри сладко сопел, свесив ногу между прутьями кроватки.

— Как вы? — спросила, выкладывая на стол карамельный пирог с патокой, прихваченный из магазинчика рядом с Министерством.

— Прекрасно. Гарри немного поплакал, но быстро успокоился и уснул. Не стоило тратиться, — она махнула в сторону пирога.

— Стоило. Вы много для нас сделали. И сегодня, и в течение года, — накинула на еду легкие чары сохранности.

— Побереги деньги. Пригодятся. Думала над тем, где остановишься?

В голове всплыла однокурсница Лиза Палмер. После одного неприятного инцидента со Слизеринцами она выбрала обычную жизнь и фактически оборвала все контакты с миром магии сразу же после пятого курса. Ее семья владела небольшой риелторской фирмой в Ньюкасле. Собственно, Хогвартс она бросила, чтобы наверстать упущенное и попробовать поступить на курсы управления в сфере недвижимости. Мне она казалась лучшим вариантом. Стоит только порыться в записках Лили и разыскать адрес. Все лучше, чем искать жилье через колонку с бесплатными объявлениями в том же приложении к «Ежедневному пророку» или «Сплетнику». Свою идею изложила в упрощенном варианте Бэгшот.

— Хороший вариант, — она задумчиво покивала головой.

— Да, стоит только выяснить, какой суммой я располагаю, а то придется занимать, а мне бы не хотелось влезать в долги.

— М-да. Первую выплату ты получишь только в декабре, а до этого еще месяц ждать.

— Вот именно, а депозит за пять недель нужен сейчас. Так что просиживать времени нет. Попью чай и пойду подводить итоги самостоятельной жизни, — улыбнулась я.

— Оставайся сегодня у меня. Диван в гостиной в твоем распоряжении. Невесть что, но, думаю, сейчас это самый разумный вариант.

День клонился к закату. Еще пара часов и на городок опуститься ночь. Искать ночлег впотьмах, разбазаривая и так небогатые средства — верх глупости. — Спасибо. Постараемся не стеснять вас.

— Ой, да не говори глупости. Я уже достаточно глуха, чтобы меня беспокоил шум.

Остаток вечера мы посвятили разговорам, развлечению Гарри и корреспонденции. Последние в основном сводились к словам благодарности и поддержки. Развернутый ответ я написала только Молли Уизли. Мы никогда не были закадычными подругами, но состояли в одной организации и имели общую тему для разговоров — дети. Лили в начале материнства не раз писала ей панические письма, спрашивая, нормально ли это или пора бежать в Мунго. Панику вызывали любые изменения малыша: и стершиеся на затылке волосы, и слишком долгий сон, и выскочивший на лбу крошечный прыщик. Как более опытная мама, Молли в большинстве случаев подробно разъясняла Лили, что все в порядке и не стоит паниковать.

Разрывать приятельские отношения я не планировала. Сколько еще раз мне понадобятся ее советы, я не знала. А в Мунго каждый раз не набегаешься. Все же счета из больницы приходят в кругленькую сумму, а у меня не то положение, чтобы сорить деньгами. Тем более у четы Уизли ребенок одного с Гарри возраста. Не то, чтобы я считала Рональда отличной компанией, но в ближайшем будущем лучшего не светит, а социализировать сына все же надо. И уж лучше довериться семье, которая, без сомнения, не сдаст меня в руки Пожирателей, чем искать приключения на свой зад.

Едва Батильда отправилась к себе, я приступила к пересчету денег. Финансы не радовали. Наличности, выкопанной из всех щелей, хватало только на оплату крошечного номера в дешевом мотеле вымирающего городка. И то в течение недели. Не более. Про еду и залог речи не шло! Положение — хуже некуда. Тут и скромному домику Эвансов обрадуешься.

Я пружиной подскочила на месте. Дом Эвансов! Ну конечно! Вот я дурында! После смерти родителей сестры попытались продать его, но ничего не вышло. Фабрику закрыли еще в 1978, что положительно сказалось на экологии, но привело к полному упадку примыкающих к фабрике рабочих районов и бешеной безработице. Люди уезжали, бросая дома на произвол судьбы, и желающих купить дом в таком депрессивном месте просто отсутствовали.

Все, что не делается — делается к лучшему. То, что расстроило обеих сестер в прошлом, стало нашим спасением в настоящем. Лили принадлежала половина дома, и никто не посмеет указать мне на дверь. От облегчения я скатилась на ветхий ковер и только сейчас обратила внимание, что Гарри запихивает себе в рот завязочки от мешочка с ключами.

Со вздохом отобрала игрушку, всучив замену. Повертев мешок в руках, все решила глянуть содержимое. Среди груды ключей три отличались особым изяществом и точно принадлежали банку Гринготс. Но соваться в него, не имея понятия, что там тебя поджидает, глупо. Поэтому я переключилась на перетряхивание бумаг. Пришлось изрядно попотеть. Три гербовых бланка нашлись между договором на поставку продуктов из лавки «Свиная рулька» и еще одной крайне занимательной бумажкой, копия которой тут же отправилась мистеру Стоуну с уставшей и явно недовольной совой.

Итак, сейф № 687 привязан к целевому ученическому фонду на имя Гарри Поттера. Сумма на счету порадовала глаз нулями. Я разделила ее на семь лет и вздохнула с сожалением. Не хватает. Но лет пять учебы в Хогвартсе Гарри обеспечены. Придется пошевелиться, чтобы скопить еще на два курса. Отложила выписку в стопку бумаг и взяла следующий листок. Сейф № 1088 на имя Лили Эванс.

Гарри в то время, пока я углубилась в чтение, дополз до оконных занавесок и дернул одну из них. Я подскочила, чтобы предотвратить катастрофу, но так и замерла в полускрюченном состоянии. В прореху между занавесками виднелось зарево. Дом Лили и Джейса горел.

*В законодательстве Великобритании (в частности, в праве Англии и Уэльса) нет жесткого юридического термина «родственники первой очереди». Однако при распределении наследства без завещания (Intestacy Rules) и в иммиграционном праве выделяется приоритетная группа ближайших родственников (Immediate Family или Next of Kin).

В эту главную категорию входят официальный супруг (или гражданский партнер) и прямые потомки (дети, внуки).

Родители и братья/сестры относятся к последующим очередям и не получают ничего, если у умершего остались живые супруг или дети.