Сверхъестественный Фромвилль (гет)

— Подъём, соня!

Ответом Дину стало невнятное бормотание и движение одеяла, которое окончательно накрыло Арлин с головой.

— Не-а, так не пойдёт.

Через секунду с комнаты донёсся оглушительный рёв:

— Driver picks the music, shotgun shuts his cakehole!

Арлин вздрогнула так, словно в бункере сработала тревога, резко села на кровати и сонно уставилась на Дина, стоявшего в дверях с кружкой кофе.

— Ты… ненормальный…

— Зато эффективный, — довольно ухмыльнулся он. — Семь утра. Сэм уже готовит завтрак, Кас минут десять как стоит в коридоре и смотрит на часы. Осталось дождаться только Спящую красавицу.

Арлин сощурилась.

— Когда-нибудь я взорву тебя прямо с утра.

— После кофе — сколько угодно.

— Очень смешно…

— Знаю. Давай, собирайся. Импала не любит ждать.

⸻

Запах жареных сосисок и свежего кофе встретил Арлин ещё на лестнице.

Сэм колдовал у плиты, одновременно переворачивая яичницу и поджаривая тосты.

— Доброе утро.

— Если это можно назвать утром… — пробормотала Арлин, садясь за стол.

Дин поставил перед ней кружку.

— Вот. Лекарство от ворчания.

— Спасибо.

— Не благодари. Это инвестиция в моё спокойствие.

Кастиэль с интересом наблюдал, как Сэм раскладывает завтрак по тарелкам.

— Люди действительно получают удовольствие от приготовления пищи.

— Некоторые получают, — улыбнулся Сэм. — Другие просто любят вкусно поесть.

Дин кивнул на Арлин.

— А некоторые любят только поспать.

Арлин показала ему язык.

— Очень взросло.

— Спасибо.

⸻

Спустя сорок минут чёрная «Импала» уже уверенно неслась по шоссе, оставляя за собой километры дороги.

За окном мелькали леса, небольшие городки и редкие заправки.

В салоне, как всегда, играли Led Zeppelin.

Арлин какое-то время молча смотрела в окно, потом перевела взгляд на магнитолу.

— Жалко всё-таки, что в твоей машине нельзя просто подключить телефон и включить свою музыку.

Дин даже оторвал взгляд от дороги.

— Чтобы слушать современную попсу?

— Не обязательно попсу.

— Тогда что?

— Да всё что угодно. Слушать постоянно классику рока скучно. Можно же иногда чем-нибудь разбавить репертуар Импалы.

Дин сделал вид, что глубоко оскорблён.

— Скучно?

— Иногда.

— Сэм, ты это слышал?

Сэм усмехнулся, не отрываясь от карты.

— Услышал.

— Она сказала, что рок скучный.

— Я сказала, что постоянно слушать одно и то же скучно.

Дин покачал головой.

— Вот поэтому никакого Bluetooth в моей машине нет. Импала сама знает, что нужно ставить.

— Очень демократично.

— Это не демократия. Это хороший музыкальный вкус.

Кастиэль спокойно произнёс:

— Я не вижу причин, по которым разные музыкальные жанры не могут сосуществовать.

Дин тяжело вздохнул.

К трём часам дня они въехали в тихий Камден.

Дом Генри Кавано оказался небольшим, но ухоженным. Белая деревянная веранда, выцветшие ставни и аккуратный двор говорили о том, что хозяин не забросил своё жилище, несмотря на возраст.

Дин поднялся по ступенькам и несколько раз громко постучал.

Тишина.

Он нажал кнопку звонка.

Никакой реакции.

Минут через пять постучал снова, уже сильнее.

— Генри! Мы хотели бы поговорить!

Только лёгкий ветер шелестел листьями.

Они ждали.

Десять минут.

Пятнадцать.

Двадцать.

Безрезультатно.

Сэм заглянул в окно.

— Никого. И всё заперто.

Дин обошёл дом.

— Машины тоже нет.

— Значит, хозяин куда-то уехал, — сказал Сэм.

— Или ушёл пешком, — заметила Арлин.

Дин задумался.

— Не похоже, что он переехал. Дом явно жилой. Думаю, подождём до вечера. Если не появится, ночью осмотрим дом.

— Согласен, — кивнул Сэм.

Пока остальные обсуждали дальнейший план, Кастиэль медленно подошёл к краю участка.

Его внимание привлекло необычное дерево, ветви которого были увешаны десятками разноцветных стеклянных бутылок.

Солнечный свет проходил сквозь стекло, рассыпаясь цветными бликами по траве.

Ангел долго молча рассматривал дерево.

— Любопытно…

Арлин подошла ближе.

— Что такое? Просто часть экстерьера.

Ангел медленно покачал головой.

— Нет. Люди издревле использовали бутылочные деревья как обереги. Считалось, что злые духи попадают внутрь бутылок и уже не могут выбраться.

Дин усмехнулся:

— То есть ловушка для призраков? Звучит как вещица, которую Бобби поставил бы у себя на заднем дворе.

— Только если человек действительно верил, — спокойно ответил Кастиэль, продолжая рассматривать дерево. — Большинство подобных традиций рождаются не на пустом месте.

Арлин взглянула на часы.

— Четвёртый час. Хочется поесть.

Она огляделась по сторонам, заметив вдалеке вывеску небольшого кафе.

— Я, пожалуй, прогуляюсь немного по городу. И заодно куплю чего-нибудь на вынос.

Сэм поднялся с крыльца.

— Я с тобой. Заодно осмотримся. Может, местные знают, где сейчас Генри.

— Отличная идея, — улыбнулась Арлин.

— Только без приключений, — бросил им вслед Дин.

— Это ты говоришь людям, которые путешествуют с вами? — усмехнулась Арлин.

— Именно поэтому и говорю.

Оставив Дина и Кастиэля возле дома Генри, Арлин и Сэм неспешно направились вниз по тихой улице Камдена, в сторону небольшого кафе, надеясь не только найти что-нибудь перекусить, но и узнать хоть что-то о человеке, ради которого они проделали столь долгий путь.

Арлин и Сэм неторопливо шли по тихой улице Камдена. Полуденное солнце заливало тротуары мягким светом, из палисадников доносился запах свежескошенной травы, а где-то неподалёку лениво звенел велосипедный звонок.

Несколько минут они молчали, наслаждаясь редким спокойствием.

— Странно, — первой нарушила тишину Арлин. — После всего, что мы видели, такие города кажутся… ненастоящими.

Сэм понимающе кивнул.

— Знаю это чувство. Иногда кажется, будто самые обычные места скрывают больше тайн, чем заброшенные кладбища или старые психиатрические лечебницы.

Арлин усмехнулась.

— Это профессиональная деформация охотника?

— Скорее, жизненный опыт.

Она задумчиво посмотрела на аккуратные дома.

— Думаешь, Генри действительно что-то знает?

— Думаю, он знает больше, чем понимает сам. Если его жена действительно рассказывала о городе ещё до исчезновения… значит, всё началось гораздо раньше, чем мы считали.

— А если он нас не дождётся? Или вообще не захочет разговаривать?

Сэм немного помолчал.

— Тогда придётся искать другой путь. Но я бы не стал сдаваться. Человек, который полвека ищет свою семью, обычно хватается за любую возможность узнать правду.

Арлин грустно улыбнулась.

— Даже если эта правда окажется страшной…

— Иногда страшная правда лучше неизвестности.

Они как раз подошли к небольшому семейному кафе с деревянной вывеской и столиками у окна.

Над дверью тихо звякнул колокольчик.

Внутри пахло свежей выпечкой, кофе и расплавленным сыром.

— Вот это уже гораздо приятнее, чем запах вампирского логова, — заметила Арлин.

Сэм рассмеялся.

— Планка у тебя, конечно, невысокая.

— Зато честная.

Подойдя к стойке, Арлин быстро изучила меню.

— Мне, пожалуйста, большую пиццу “Пепперони”, латте с солёной карамелью… и можно упаковать с собой?

— Конечно, — приветливо ответила девушка за кассой.

Сэм тоже сделал заказ.

— А мне сэндвич с индейкой, салатом и сыром, большой американо без сахара… и ещё три бутылки воды, пожалуйста.

— Для Дина? — улыбнулась Арлин.

— Скорее для всех. Если мы опять застрянем где-нибудь в дороге, вода пригодится.

Пока заказ готовили, Арлин облокотилась на стойку.

— Интересно, как там Дин?

Сэм усмехнулся.

— Если я хоть немного знаю своего брата, он уже трижды обошёл участок, дважды проверил все окна и один раз попытался разговорить Кастиэля.

— И?

— Кас наверняка отвечает одним предложением на каждые пять вопросов.

Арлин тихо засмеялась.

— Бедный Дин.

— Не переживай. Он сам выбрал эту судьбу.

В этот момент сотрудница кафе поставила на стойку коробку с горячей пиццей, два стакана кофе и пакет с заказом.

— Ваш заказ готов. Приятного аппетита!

Сэм поблагодарил её, взял пакет с едой и водой, а Арлин осторожно подхватила свой стакан с латте.

— Ну что, пойдём спасать голодающего Дина?

— Если не поторопимся, — улыбнулся Сэм, — он начнёт утверждать, что мы сбежали и бросили его наедине с Кастиэлем. А это, по его мнению, почти чрезвычайная ситуация.

Солнце медленно опустилось за горизонт.

Окна соседних домов одно за другим вспыхнули тёплым светом, а затем, спустя час, начали постепенно гаснуть. Район погрузился в тишину.

Дин взглянул на часы.

— Ладно. Либо Генри не хочет никого видеть… либо его здесь нет уже давно.

— Незаконное проникновение, — заметила Арлин.

— Незаконное спасение мира, — поправил её Дин, доставая из кармана отмычки.

Щёлк.

Замок поддался всего через несколько секунд.

Дверь медленно открылась.

Из дома пахнуло пылью, старой древесиной и масляными красками.

Они вошли внутрь.

Фонарики выхватывали из темноты мебель, фотографии на стенах, коробки с вещами и полки, заставленные книгами.

— Разделимся, — тихо сказал Сэм. — Ищем всё, что связано с Табитой или с тем городом.

Минут десять поиски не приносили результата.

Пока Арлин не открыла дверь мастерской.

Она замерла на пороге.

— Ребята…

В комнате стоял запах засохшей краски.

Вдоль стен были прислонены десятки холстов.

Детские рисунки.

Деревья.

Домики.

Маяк.

Люди, прижавшиеся друг к другу.

Мальчик в белом.

Старик в жёлтом.

И один и тот же город, снова и снова возникающий на разных листах, словно ребёнок пытался сохранить в памяти место, которое никто не должен был помнить.

Сэм медленно подошёл ближе, рассматривая рисунки.

— Это… невозможно.

Дин провёл ладонью по одному из холстов.

— Значит, Табита говорила правду.

Кастиэль застыл перед изображением дерева с бутылками. Его взгляд стал необычно серьёзным.

— Нет… — тихо произнёс ангел.

Все повернулись к нему.

— Это не просто рисунки. Некоторые из них… написаны человеком, который действительно видел это место.

В комнате стало настолько тихо, что было слышно лишь тиканье старых настенных часов. За окном окончательно наступила ночь.