Сверхъестественный Фромвилль (гет)

Тусклый свет ламп бункера отражался с полированной поверхности стола. Сэм просматривал заметки о серии загадочных исчезновений на просёлочной дороге в штате Мэн, а Дин, устроившись рядом с кружкой кофе, то и дело поглядывал на Арлин Олдридж. Девушка сидела напротив, задумчиво перелистывая старинный справочник по местным легендам. Её тёмно-каштановые волосы мягкими волнами спадали на плечи, а почти чёрные глаза внимательно скользили по строчкам.

Кастиэль молча стоял у стеллажей. Арлин, как всегда, видела за его человеческим обликом величественную ангельскую сущность, и это уже давно перестало её пугать.

В рассказах о пропавших людях повторялась одна и та же деталь: посреди дороги внезапно появлялось огромное поваленное дерево, после чего путники исчезали бесследно.

Сэм поднял взгляд от ноутбука.

— Похоже, у нас новое дело.

Арлин кивнула. В её груди шевельнулось знакомое предчувствие: за этой историей скрывалось нечто большее, чем обычная охота.

Сэм развернул ноутбук так, чтобы остальные могли видеть экран.

— За последние две недели на одном и том же участке дороги пропали семь человек. И даже машин не находят, следов борьбы нет. Единственное, о чём говорят свидетели, — огромное дерево, внезапно появляющееся поперёк дороги и птицы грозно кружащие над головой.

Дин нахмурился, постукивая пальцами по столу.

— Либо кто-то очень любит устраивать засады, либо у нас дело с чем-то, что умеет морочить людям голову.

Арлин задумчиво провела пальцем по строчкам статьи. Внутри неё шевельнулось знакомое чувство тревоги.

— Если все видят одно и то же, это больше похоже на ловушку, чем на обычное наваждение. Кто-то хочет, чтобы люди свернули именно туда, куда нужно ему.

Дин скрестил руки на груди.

— Подождите. Если все, кто туда попадал, исчезали, то откуда вообще взялась эта история?

Сэм кивнул, словно ожидал этого вопроса.

— Не все пропадали бесследно. Нескольких людей находили на обочине в нескольких милях от той дороги — дезориентированных, с обезвоживанием и провалами в памяти. Их отправляли в больницы. А ещё были выжившие, которые вернулись в одиночку: они рассказывали, что ехали не одни, но их спутники исчезли, и найти их так и не удалось.

Кастиэль, до этого молчавший, слегка наклонил голову, словно прислушиваясь к чему-то далёкому.

— Это странно, — тихо произнёс он. — Словно это место… скрыто от всего, что мне известно.

В комнате повисла тишина. Каждый из них понимал: если даже Кастиэль не может распознать природу происходящего, предстоящее дело окажется совсем необычной охотой.

Сэм перевёл взгляд на Арлин.

— Как думаешь, это может быть связано с твоим отцом? С его демонами? Такое вполне в его духе.

Арлин невольно напряглась. Слово «отец» всё ещё казалось ей чужим, буквально вчера она знала его как Короля Ада. Она опустила взгляд на тонкую цепочку у себя на шее и коснулась кулона — подарка Кроули, сказавшего однажды, что с его помощью она сможет позвать его, если действительно понадобится.

В воздухе раздался знакомый хлопок.

— Ну, здравствуй, деточка, — с притворной обидой произнёс Кроули, поправляя безупречный пиджак. — Неужели соскучилась по папочке?

Дин закатил глаза, а Кастиэль настороженно выпрямился.

Кроули с привычной невозмутимостью стряхнул с рукава невидимую пылинку, обошёл стол и занял свободный стул рядом с Арлин. Он откинулся на спинку, положил ногу на ногу и сцепил пальцы перед собой, всем своим видом показывая, что готов слушать. Насмешливая улыбка чуть тронула его губы, но внимательный взгляд выдавал неподдельный интерес.

Выслушав рассказ о пропавших людях и странной дороге, Кроули на мгновение посерьёзнел.

— Не мой почерк, — сказал он. — Демоны любят сделки, страх и хаос, но не такие ловушки. Да и от моих подчинённых я бы почувствовал возню.

Он задумчиво постучал пальцами по столу.

— Это больше похоже на карманную реальность или древнее проклятие, созданное существом, которое не принадлежит ни Раю, ни Аду. Есть силы, что предпочитают жить между мирами, вдали от наших распрей.

В бункере воцарилась тишина. Чем больше они узнавали, тем яснее становилось: им предстояло столкнуться с чем-то, что стояло особняком даже для тех, кто привык иметь дело с ангелами и демонами.

Через час оружие и снаряжение были уложены в багажник «Импалы». Чёрный автомобиль плавно выехал из гаража бункера, унося своих пассажиров навстречу тайне.

Телефон Дина зазвонил, когда «Импала» неслась по пустынному шоссе. Он включил громкую связь.

— Дин? Это Рой. У меня для вас странное дело.

— Здоров, Рой. Слушаем.

— Несколько дней назад на обочине туристической тропы нашли женщину. Она была в полубессознательном состоянии, вся в ссадинах. Пока её везли в больницу, твердила что-то бессвязное о городе, из которого невозможно уехать, и о существах, выходящих по ночам.

Дин и Сэм переглянулись. Кастиэль, сидевший рядом с Арлин на заднем сиденье, поднял взгляд.

— Сообщишь адрес больницы? — спросил Дин, уже насторожившись.

Получив нужную информацию, он убрал телефон и плавно съехал на обочину, остановив авто.

— Возвращаемся в бункер, переоденемся, возьмём удостоверения и всё необходимое. Потом сразу едем в больницу и поговорим с этой женщиной, пока она ещё может рассказать, что с ней случилось, — сказал он, обводя взглядом остальных.

Сэм кивнул, а Арлин почувствовала, как в салоне привычное предвкушение охоты сменило дорожную расслабленность.

На следующее утро братья, предъявив поддельные удостоверения ФСБ, вошли в палату. На кровати сидела темноволосая женщина с усталым взглядом.

— Мы расследуем обстоятельства вашего появления на тропе, миссис Мэттьюз, — спокойно произнёс Сэм. — Вы помните, что произошло?

Табита опустила глаза и сжала край одеяла.

— Нет. Помню только, что шла по лесу… а потом очнулась здесь.

Дин заметил, как она отвела взгляд, словно тщательно подбирая слова. Сэм присел рядом с кроватью и мягко сказал:

— Послушайте, нам можно доверять. За годы службы мы сталкивались с вещами, которые трудно объяснить. Если в случившемся есть что-то… необычное, мы поверим.

Женщина подняла на него удивлённый взгляд. Казалось, она впервые задумалась о том, что, возможно, ей не придётся хранить свою тайну в одиночку.

Табита долго молчала. За окном тихо шелестели листья, а в палате мерно пищал монитор.

— Вы решите, что я сошла с ума, — наконец прошептала она.

— Попробуйте нас удивить, — с лёгкой улыбкой ответил Дин.

Табита глубоко вздохнула и начала рассказывать: о дороге, которая снова и снова приводила в одно и то же место; о маленьком городке, откуда никто не мог уехать; о людях, прячущихся по ночам за запертыми дверями и талисманами. Она говорила о детях твердивших «анкуи, о мальчике в белом, который привёл её к старому маяку, и о том, как падение с башни вдруг сменилось пробуждением на лесной тропе.

Когда она закончила, в палате повисла тишина.

— Значит, городок всё ещё там, — задумчиво произнёс Сэм, делая заметки в блокноте.

Дин поднялся со стула и сунул руки в карманы брюк.

Несколько секунд он молча смотрел на Табиту, словно пытался понять, где заканчивается бред и начинается правда.

— Ладно, допустим, — сказал он наконец. — Предположим, ты не сошла с ума, а мы сегодня побили мировой рекорд по странным историям. Тогда ответь мне вот что… Кто-нибудь ещё выбирался оттуда? Кроме тебя.

Табита медленно покачала головой.

— Насколько я знаю… нет. По крайней мере, никто не возвращался и не рассказывал об этом.

— То есть ты — первая счастливица? — Дин скептически приподнял бровь. — Не слишком обнадёживающая статистика.

— Я не чувствую себя счастливицей, — тихо ответила Табита. — Там остались мои муж и дети.

Улыбка мгновенно исчезла с лица Дина.

— Ясно, — коротко сказал он, уже без тени иронии.

Сэм закрыл блокнот, вырвал из него небольшой листок с пометками и убрал обратно во внутренний карман куртки. Затем достал из бумажника простую визитку и протянул её Табите.

— Возьми. — Он дождался, пока она примет карточку. — Если вспомнишь хоть что-нибудь. Неважно насколько странным это покажется. Любую мелочь: символ, имя, место, разговор… Позвони.

Табита опустила взгляд на визитку.

— Вы действительно собираетесь туда?

Дин хмыкнул.

— Если где-то есть город, который не отпускает людей и по ночам выпускает зубастых уродов, то мы просто обязаны вмешаться.

Сэм бросил на брата понимающий взгляд и снова посмотрел на женщину.

— Мы не обещаем, что сможем всё объяснить. Но если там остались люди, мы хотя бы попытаемся им помочь.

Табита крепче сжала визитку.

— Тогда… будьте осторожны. Этот город меняет людей. Заставляет хороших людей делать плохие вещи.

— Это всё ты накопал за пару часов?

— Часть нашёл в цифровых архивах, часть — в базе Просвещённых. — Сэм провёл пальцем по одной из вырезок. — Сначала искал рассказы о людях, утверждавших, что были заперты в загадочном городе. Почти ничего. Но потом решил искать тех, кто был связан с подобными исчезновениями.

Арлин подошла ближе.

— И?

Сэм развернул старую газетную статью.

На выцветшей фотографии стоял мужчина лет сорока с потухшим взглядом.

«Житель Камдена более десяти лет продолжает поиски бесследно исчезнувшей жены и двоих детей.»

— Генри Кавано, — прочитал Сэм. — В конце семидесятых его жена Миранда вместе с детьми — Виктором и маленькой Элоизой — бесследно исчезла во время поездки. Ни машины, ни тел, ни свидетелей. Полиция решила, что автомобиль съехал в реку или лесной овраг, но никаких следов так и не нашли.

Дин присвистнул.

— И что в этом необычного? Люди пропадают каждый день.

— Не совсем. — Сэм достал ещё одну вырезку. — Спустя несколько недель после исчезновения Генри начал утверждать, что его жена незадолго до этого рассказывала о странном городе, который ей постоянно снился. Психиатры решили, что мужчина просто не справился с потерей семьи.

Кастиэль слегка наклонился к статье.

— Но теперь мы знаем, что подобный город существует.

— Именно, — кивнул Сэм. — Если Табита говорит правду, значит, семья Генри могла не погибнуть. Возможно… они попали туда.

В библиотеке повисла тишина.

Арлин задумчиво посмотрела на фотографию.

— Он ещё жив?

Сэм развернул ноутбук к остальным.

— Судя по последним данным — да. До сих пор живёт в Камдене, штат Мэн.

Дин поставил кружку на стол.

— Значит, у нас появился первый человек, который может знать о городе ещё до рассказа Табиты.

— Или хотя бы о том, как всё началось, — добавил Сэм.

— Тогда чего мы ждём? — Дин подхватил ключи от «Импалы». — Если этот Генри десятилетиями искал свою семью, возможно, он расскажет нам то, чего не знает никто другой.

Арлин перевела взгляд на Кастиэля.

— А сколько отсюда ехать до Камдена? До дома Генри Кавано?

Сэм быстро открыл карту на ноутбуке.

— Примерно часов семь-восемь на машине. Если не задерживаться по дороге.

Дин хмыкнул, устало потер переносицу, покрутил ключи на пальце и тяжело выдохнул.

— Семь-восемь часов за рулём… Нет, ребят. Я, конечно, люблю свою детку, но после последних суток у меня уже глаза сами закрываются.

— Я как раз хотел предложить то же самое, — сказал Сэм.

— Значит, решено, — продолжил Дин. — Ночуем здесь. Все. Выспимся, соберём головы обратно на плечи, а с рассветом загрузимся в машину и двинем к этому Генри Кавано. Если у него действительно есть ответы, лишний десяток часов ничего не изменит.

Кастиэль спокойно посмотрел на братьев.

— Людям необходим отдых. Ваш организм уже давно работает на пределе.

— Слышали? — ухмыльнулся Дин. — Даже ангел считает, что мне пора в кровать. Запомните этот исторический момент.

Сэм тихо рассмеялся, закрывая ноутбук.

— Тогда утром выезжаем.

— Я пока распечатаю, сделаю копии всего, что удалось найти о Генри и его семье, — произнесла Арлин, хватая газету.

Дин поднялся из-за стола, забрал пустую кружку и направился к кухне. Уже в дверях он обернулся и, прищурившись, посмотрел на Арлин.

— Подъём в семь. В восемь — выезжаем. И это касается всех.

Арлин тяжело вздохнула.

— В семь?.. Это же практически ночь.

Дин усмехнулся.

— Для тебя любое время раньше десяти — ночь.

Сэм тихо хмыкнул, пряча улыбку.

— Неправда, — возмутилась Арлин. — Я прекрасно встаю по утрам.

— Конечно, — с самым серьёзным видом кивнул Дин. — Особенно после третьего будильника, кружки кофе и торжественных переговоров с одеялом.

Кастиэль с привычной невозмутимостью перевёл взгляд на Арлин.

— Я могу разбудить тебя ровно в семь часов.

Арлин подозрительно посмотрела на ангела.

— Почему мне кажется, что это звучит как угроза?

Дин негромко рассмеялся.

— Потому что ты уже знаешь, что Кас не станет слушать просьбы «ещё пять минут». Так что ложись пораньше, соня. Нам завтра предстоит долгий путь.

Вскоре свет в библиотеке погас. Бункер вновь погрузился в привычную ночную тишину. Лишь где-то в вентиляции негромко гудел воздух, а за толстыми бетонными стенами шелестел ветер.

— Подъём, соня!

Ответом Дину стало невнятное бормотание и движение одеяла, которое окончательно накрыло Арлин с головой.

— Не-а, так не пойдёт.

Через секунду с комнаты донёсся оглушительный рёв:

— Driver picks the music, shotgun shuts his cakehole!

Арлин вздрогнула так, словно в бункере сработала тревога, резко села на кровати и сонно уставилась на Дина, стоявшего в дверях с кружкой кофе.

— Ты… ненормальный…

— Зато эффективный, — довольно ухмыльнулся он. — Семь утра. Сэм уже готовит завтрак, Кас минут десять как стоит в коридоре и смотрит на часы. Осталось дождаться только Спящую красавицу.

Арлин сощурилась.

— Когда-нибудь я взорву тебя прямо с утра.

— После кофе — сколько угодно.

— Очень смешно…

— Знаю. Давай, собирайся. Импала не любит ждать.

⸻

Запах жареных сосисок и свежего кофе встретил Арлин ещё на лестнице.

Сэм колдовал у плиты, одновременно переворачивая яичницу и поджаривая тосты.

— Доброе утро.

— Если это можно назвать утром… — пробормотала Арлин, садясь за стол.

Дин поставил перед ней кружку.

— Вот. Лекарство от ворчания.

— Спасибо.

— Не благодари. Это инвестиция в моё спокойствие.

Кастиэль с интересом наблюдал, как Сэм раскладывает завтрак по тарелкам.

— Люди действительно получают удовольствие от приготовления пищи.

— Некоторые получают, — улыбнулся Сэм. — Другие просто любят вкусно поесть.

Дин кивнул на Арлин.

— А некоторые любят только поспать.

Арлин показала ему язык.

— Очень взросло.

— Спасибо.

⸻

Спустя сорок минут чёрная «Импала» уже уверенно неслась по шоссе, оставляя за собой километры дороги.

За окном мелькали леса, небольшие городки и редкие заправки.

В салоне, как всегда, играли Led Zeppelin.

Арлин какое-то время молча смотрела в окно, потом перевела взгляд на магнитолу.

— Жалко всё-таки, что в твоей машине нельзя просто подключить телефон и включить свою музыку.

Дин даже оторвал взгляд от дороги.

— Чтобы слушать современную попсу?

— Не обязательно попсу.

— Тогда что?

— Да всё что угодно. Слушать постоянно классику рока скучно. Можно же иногда чем-нибудь разбавить репертуар Импалы.

Дин сделал вид, что глубоко оскорблён.

— Скучно?

— Иногда.

— Сэм, ты это слышал?

Сэм усмехнулся, не отрываясь от карты.

— Услышал.

— Она сказала, что рок скучный.

— Я сказала, что постоянно слушать одно и то же скучно.

Дин покачал головой.

— Вот поэтому никакого Bluetooth в моей машине нет. Импала сама знает, что нужно ставить.

— Очень демократично.

— Это не демократия. Это хороший музыкальный вкус.

Кастиэль спокойно произнёс:

— Я не вижу причин, по которым разные музыкальные жанры не могут сосуществовать.

Дин тяжело вздохнул.

К трём часам дня они въехали в тихий Камден.

Дом Генри Кавано оказался небольшим, но ухоженным. Белая деревянная веранда, выцветшие ставни и аккуратный двор говорили о том, что хозяин не забросил своё жилище, несмотря на возраст.

Дин поднялся по ступенькам и несколько раз громко постучал.

Тишина.

Он нажал кнопку звонка.

Никакой реакции.

Минут через пять постучал снова, уже сильнее.

— Генри! Мы хотели бы поговорить!

Только лёгкий ветер шелестел листьями.

Они ждали.

Десять минут.

Пятнадцать.

Двадцать.

Безрезультатно.

Сэм заглянул в окно.

— Никого. И всё заперто.

Дин обошёл дом.

— Машины тоже нет.

— Значит, хозяин куда-то уехал, — сказал Сэм.

— Или ушёл пешком, — заметила Арлин.

Дин задумался.

— Не похоже, что он переехал. Дом явно жилой. Думаю, подождём до вечера. Если не появится, ночью осмотрим дом.

— Согласен, — кивнул Сэм.

Пока остальные обсуждали дальнейший план, Кастиэль медленно подошёл к краю участка.

Его внимание привлекло необычное дерево, ветви которого были увешаны десятками разноцветных стеклянных бутылок.

Солнечный свет проходил сквозь стекло, рассыпаясь цветными бликами по траве.

Ангел долго молча рассматривал дерево.

— Любопытно…

Арлин подошла ближе.

— Что такое? Просто часть экстерьера.

Ангел медленно покачал головой.

— Нет. Люди издревле использовали бутылочные деревья как обереги. Считалось, что злые духи попадают внутрь бутылок и уже не могут выбраться.

Дин усмехнулся:

— То есть ловушка для призраков? Звучит как вещица, которую Бобби поставил бы у себя на заднем дворе.

— Только если человек действительно верил, — спокойно ответил Кастиэль, продолжая рассматривать дерево. — Большинство подобных традиций рождаются не на пустом месте.

Арлин взглянула на часы.

— Четвёртый час. Хочется поесть.

Она огляделась по сторонам, заметив вдалеке вывеску небольшого кафе.

— Я, пожалуй, прогуляюсь немного по городу. И заодно куплю чего-нибудь на вынос.

Сэм поднялся с крыльца.

— Я с тобой. Заодно осмотримся. Может, местные знают, где сейчас Генри.

— Отличная идея, — улыбнулась Арлин.

— Только без приключений, — бросил им вслед Дин.

— Это ты говоришь людям, которые путешествуют с вами? — усмехнулась Арлин.

— Именно поэтому и говорю.

Оставив Дина и Кастиэля возле дома Генри, Арлин и Сэм неспешно направились вниз по тихой улице Камдена, в сторону небольшого кафе, надеясь не только найти что-нибудь перекусить, но и узнать хоть что-то о человеке, ради которого они проделали столь долгий путь.

Арлин и Сэм неторопливо шли по тихой улице Камдена. Полуденное солнце заливало тротуары мягким светом, из палисадников доносился запах свежескошенной травы, а где-то неподалёку лениво звенел велосипедный звонок.

Несколько минут они молчали, наслаждаясь редким спокойствием.

— Странно, — первой нарушила тишину Арлин. — После всего, что мы видели, такие города кажутся… ненастоящими.

Сэм понимающе кивнул.

— Знаю это чувство. Иногда кажется, будто самые обычные места скрывают больше тайн, чем заброшенные кладбища или старые психиатрические лечебницы.

Арлин усмехнулась.

— Это профессиональная деформация охотника?

— Скорее, жизненный опыт.

Она задумчиво посмотрела на аккуратные дома.

— Думаешь, Генри действительно что-то знает?

— Думаю, он знает больше, чем понимает сам. Если его жена действительно рассказывала о городе ещё до исчезновения… значит, всё началось гораздо раньше, чем мы считали.

— А если он нас не дождётся? Или вообще не захочет разговаривать?

Сэм немного помолчал.

— Тогда придётся искать другой путь. Но я бы не стал сдаваться. Человек, который полвека ищет свою семью, обычно хватается за любую возможность узнать правду.

Арлин грустно улыбнулась.

— Даже если эта правда окажется страшной…

— Иногда страшная правда лучше неизвестности.

Они как раз подошли к небольшому семейному кафе с деревянной вывеской и столиками у окна.

Над дверью тихо звякнул колокольчик.

Внутри пахло свежей выпечкой, кофе и расплавленным сыром.

— Вот это уже гораздо приятнее, чем запах вампирского логова, — заметила Арлин.

Сэм рассмеялся.

— Планка у тебя, конечно, невысокая.

— Зато честная.

Подойдя к стойке, Арлин быстро изучила меню.

— Мне, пожалуйста, большую пиццу “Пепперони”, латте с солёной карамелью… и можно упаковать с собой?

— Конечно, — приветливо ответила девушка за кассой.

Сэм тоже сделал заказ.

— А мне сэндвич с индейкой, салатом и сыром, большой американо без сахара… и ещё три бутылки воды, пожалуйста.

— Для Дина? — улыбнулась Арлин.

— Скорее для всех. Если мы опять застрянем где-нибудь в дороге, вода пригодится.

Пока заказ готовили, Арлин облокотилась на стойку.

— Интересно, как там Дин?

Сэм усмехнулся.

— Если я хоть немного знаю своего брата, он уже трижды обошёл участок, дважды проверил все окна и один раз попытался разговорить Кастиэля.

— И?

— Кас наверняка отвечает одним предложением на каждые пять вопросов.

Арлин тихо засмеялась.

— Бедный Дин.

— Не переживай. Он сам выбрал эту судьбу.

В этот момент сотрудница кафе поставила на стойку коробку с горячей пиццей, два стакана кофе и пакет с заказом.

— Ваш заказ готов. Приятного аппетита!

Сэм поблагодарил её, взял пакет с едой и водой, а Арлин осторожно подхватила свой стакан с латте.

— Ну что, пойдём спасать голодающего Дина?

— Если не поторопимся, — улыбнулся Сэм, — он начнёт утверждать, что мы сбежали и бросили его наедине с Кастиэлем. А это, по его мнению, почти чрезвычайная ситуация.

Солнце медленно опустилось за горизонт.

Окна соседних домов одно за другим вспыхнули тёплым светом, а затем, спустя час, начали постепенно гаснуть. Район погрузился в тишину.

Дин взглянул на часы.

— Ладно. Либо Генри не хочет никого видеть… либо его здесь нет уже давно.

— Незаконное проникновение, — заметила Арлин.

— Незаконное спасение мира, — поправил её Дин, доставая из кармана отмычки.

Щёлк.

Замок поддался всего через несколько секунд.

Дверь медленно открылась.

Из дома пахнуло пылью, старой древесиной и масляными красками.

Они вошли внутрь.

Фонарики выхватывали из темноты мебель, фотографии на стенах, коробки с вещами и полки, заставленные книгами.

— Разделимся, — тихо сказал Сэм. — Ищем всё, что связано с Табитой или с тем городом.

Минут десять поиски не приносили результата.

Пока Арлин не открыла дверь мастерской.

Она замерла на пороге.

— Ребята…

В комнате стоял запах засохшей краски.

Вдоль стен были прислонены десятки холстов.

Детские рисунки.

Деревья.

Домики.

Маяк.

Люди, прижавшиеся друг к другу.

Мальчик в белом.

Старик в жёлтом.

И один и тот же город, снова и снова возникающий на разных листах, словно ребёнок пытался сохранить в памяти место, которое никто не должен был помнить.

Сэм медленно подошёл ближе, рассматривая рисунки.

— Это… невозможно.

Дин провёл ладонью по одному из холстов.

— Значит, Табита говорила правду.

Кастиэль застыл перед изображением дерева с бутылками. Его взгляд стал необычно серьёзным.

— Нет… — тихо произнёс ангел.

Все повернулись к нему.

— Это не просто рисунки. Некоторые из них… написаны человеком, который действительно видел это место.

В комнате стало настолько тихо, что было слышно лишь тиканье старых настенных часов. За окном окончательно наступила ночь.