Тени Алого Ветра (джен)

Недели проходили за бесконечными тренировками, на протяжении которых Джек замечал, что начинает лучше чувствовать Кракена. Его сознание и сознание чудовища становились одним целым, и мальчик даже научился видеть глазами монстра. Демон, наблюдавший за этим, был рад подобным изменениям, но всё же опасался, что присущая Джеку человеческая сентиментальность может всё испортить, и незаметно выжигал из души мальчика всё то, что придавало ему человечности, оставляя лишь холод, безжалостность и безразличие.

Джек замечал происходящие с ним самим изменения, но считал их нормальными, поскольку думал, что они являются следствием единения с Кракеном.

Вместе с тем начал меняться климат острова. Ранее тёплый и сухой, он сменился на холодный и ветреный. Было понятно, что эти изменения связаны с появлением Кракена, однако стражникам это было неясно, и они связывали всё со сменой сезона.

В один из вечеров Джек после очередной тренировки прогуливался вдоль берега и увидел небольшой деревянный сундук, по-видимому, принесённый волнами с места крушения какого-то корабля. В сундуке среди всякого рваного тряпья и ненужных бумаг было три заинтересовавших мальчика предмета: красивая капитанская треуголка с вышитой на ней серебристой птицей, длинный чёрный плащ с серебристым подбоем и перстень из белого золота с изображением всё той же птицы.

Джек поднял кольцо. В тот же миг внутри головы отозвался эхом холодный смех сущности:

— Альбатрос… Птица, которая приносит морякам надежду, а следом — смертоносный шторм. Разве не этого ты жаждешь, малец? Стать штормом для тех, кто растоптал твою жизнь?

Да, Джек желал именно этого. Натянув плащ и надев шляпу, оказавшиеся ему лишь слегка великоватыми, он залюбовался птицей, изображённой на перстне. Наконец, надев его, мальчик подошёл к воде. В отражении он увидел уже не ребёнка, но юношу, готового расправиться с любым, кто встанет у него на пути.

— Джека больше нет. Он умер тогда, в горящей хижине, вместе со своими родителями! — тихо произнёс он, глядя на ту самую роковую пещеру. — Остался только Альбатрос!

Демон внутри удовлетворённо заурчал, чувствуя, как угасают последние человеческие сомнения его сосуда. Остров ещё не знал, что мирный торговый порт доживает свои последние часы.