Такая разная старость (джен)

Даже величайший мастер травологии не застрахован от досадных когнитивных искажений, которые неизбежно сопровождают почтенный возраст.

В тот вечер коридоры замка были погружены в свинцовую тишину. Невилл Лонгботтом, облачённый в свою рабочую мантию, испытывал лёгкое головокружение от избытка травяного чая. Он торопливо шёл в кабинет директора для обсуждения вопросов по охране редких видов флоры. Однако в туманном полумраке коридора восприятие реальности подвело его: тяжёлая дубовая дверь с массивной ручкой показалась ему входом в общественные помещения.

С решимостью человека, выполняющего естественную потребность, Невилл вошёл внутрь и направился к массивному креслу, стоявшему у окна. В порыве минутного ослепления он совершил поступок, который навеки останется в истории школы как акт высшего когнитивного краха: он решил облегчиться прямо на кожаное сиденье руководителя учебного заведения, даже не удосужившись снять брюки.

Мгновение спустя реальность внезапно ворвалась в его сознание. Острый запах магии и осознание того, что перед ним находится святая святых администрации, вызвали у него состояние шока. Невилл замер, чувствуя, как холодный пот прошибает кожу.

В порыве паники он выхватил палочку и попытался применить бытовое заклинание очищения поверхности. Однако из-за сильного стресса артикуляция дала сбой: вместо мягкого «Тергео» из его уст вырвалось искажённое, хриплое произношение древних формул разрушения.

В ту же секунду пространство вокруг него деформировалось. Из кончика палочки вырвалось адское пламя — первобытный огонь, неподвластный обычным средствам тушения. Огонь мгновенно охватил кресло, раздуваясь в гигантский столб и уничтожая всё на своём пути: от тяжёлых штор до антикварных фолиантов.

Когда дым начал рассеиваться, Невилл Лонгботтом стоял посреди выжженного дотла помещения. Волосы профессора были опалены, а лицо выражало смесь глубочайшего раскаяния и искреннего недоумения. В этот момент он понял: некоторые ошибки невозможно исправить даже самой сильной магией.