Улыбка сквозь тьму (гет)

Прошёл год.

Тамила больше не видела Аластора.

Но далеко от неё, в заброшенном театре, где не звучало ничего, кроме треска старого радио, демон стоял внутри огромного круга из алых символов.

На полу были начертаны древние знаки, давно забытые даже большинством демонов.

Аластор спокойно произнёс:

— Если чувства мешают охоте... значит, охота важнее.

Красное сияние заполнило зал.

Тени потянулись к нему, словно живые.

Они обвились вокруг его рук, плеч и шеи.

На мгновение его улыбка исчезла.

В памяти вспыхнули редкие моменты: её упрямый взгляд, её попытки снова подняться после каждого падения, её тихое «Да», когда он спросил, боится ли она.

Он резко сжал трость.

— Довольно.

Символы вспыхнули ослепительным светом.

По залу прокатился глухой, похожий на раскат грома звук.

Тени сомкнулись вокруг него плотным коконом.

Когда они рассеялись, Аластор снова улыбался.

Без колебаний.

Без сомнений.

Его взгляд стал холодным, как в тот день, когда охота только началась.

— Теперь ничто не помешает мне закончить начатое.

Несколько дней спустя.

Ночь.

Тамила проснулась от странного ощущения.

Дом был слишком тихим.

Она подошла к окну.

На улице не было ни души.

Фонари один за другим погасли.

И тогда она услышала знакомый звук.

Тук.

Будто трость ударилась о мостовую.

Тук.

Ещё ближе.

Она медленно открыла дверь.

Перед домом стоял Аластор.

Он не произнёс ни слова.

Не усмехнулся.

Лишь поднял голову и посмотрел прямо на неё.

В следующий миг весь квартал окутала густая красная дымка.

Тени поднялись из земли, словно огромные чёрные деревья.

Девушка бросилась бежать.

Но стоило ей свернуть за угол...

Аластор уже ждал её.

Она резко изменила направление.

Он снова оказался впереди.

Словно заранее знал каждый её шаг.

— На этот раз, — спокойно сказал он, — я не позволю случаю вмешаться.

Он взмахнул тростью.

Тени ринулись вперёд, превращаясь в острые когти, которые рвали стены, ломали мостовую и смыкались вокруг девушки, не оставляя ей пространства для побега.

Она едва успевала уворачиваться.

Каждый промах сопровождался грохотом разрушенных зданий.

Аластор приближался медленно, неотвратимо.

В его взгляде больше не было заметно ни малейшего колебания.

Древний обряд действительно заглушил всё, что мешало ему.

И всё же, когда между ними осталось всего несколько шагов, в глубине его алых глаз на одно короткое мгновение промелькнуло едва уловимое воспоминание.

Такое слабое, что он почти сразу подавил его.

Он крепче сжал трость и вновь шагнул вперёд, намереваясь завершить охоту, которая длилась уже долгие годы.

И все же Тамила оттолкнула его и начала бежать от него, он же лишь неспешно шел за ней.