Огранённые. Часть 2 (гет)

Центр «Восток», 3-4 марта 1981 года Третьей эры.

Обычно Рэин спал крепко, изнурённый тренировками, но в эту ночь его сон был беспокойным и чутким. Проснулся он задолго до общего подъёма. Рядом кто-то был. Рэин кожей чувствовал его присутствие. Он оглядел пустую спальню — спрятаться негде; прислушался — ничто не нарушало тишину комплекса, давно погрузившегося в сон.

Всего лишь игра воображения. Нервы шалят.

Как только Рэин убедил себя в этом, прозвучал щелчок, а потом ещё и ещё. Они были тихими, но прекрасно различимыми в воцарившемся безмолвии. Казалось, они раздавались совсем рядом, за дверью. Или даже в двери.

На полминуты всё затихло, и вдруг раздался новый звук — личинка замка сделала оборот: один, второй, третий. Кто-то отпер дверь.

Рэин вскочил на ноги. Дверь медленно открылась. В проёме показался силуэт высокого, худого мужчины. Рэин сразу понял, что никогда не видел в комплексе этого человека. Неизвестный плавно поднял обе руки, демонстрируя пустые ладони, завёл их за голову и шагнул внутрь.

Некоторое время оба неподвижно выжидали, затем незнакомец, очевидно, приняв бездействие Рэина за благосклонность, сделал ещё шаг и закрыл за собой дверь. Слабый луч карманного фонарика выхватил из темноты узкую полосу.

Человек указал на свою голову, словно предлагая воспользоваться телепатией. Рэин жестом послал его. Не хватало ещё попасться на элементарную уловку. Наверняка у этого типа была защита, как у Эрвента и Вальдау.

— Я знаю, где твоя сестра, — прошептал незнакомец.

— Откуда? — спросил Рэин, не теряя бдительности.

— Она сама ко мне пришла.

— Врёшь.

— Посмотри мои воспоминания.

— Чтоб меня добануло этой хренью?

— У меня нет блокатора.

— Раздевайся, я проверю.

Мужчина беспрекословно выполнил приказ. Рэин не понимал, почему этот человек вот так запросто, не возражая, не задавая лишних вопросов, ставил себя в уязвимую и унизительную позицию. Что-то здесь было нечисто. Рэин не мог избавиться от мысли, что ночной посетитель всего лишь притуплял его внимание.

Когда незнакомец полностью обнажился, Рэин, забрав фонарик, обошёл его по кругу — действительно ничего. Затем он осмотрел одежду и снова не нашёл блокатор, зато в карманах обнаружил пистолет, деньги, отмычки и компас.

Настала очередь рюкзака, который неизвестный принёс с собой. Внутри лежали несколько банок консервов, консервный нож, небольшой термос и пара ботинок в непромокаемом чехле. Только теперь Рэин обратил внимание, что человек вошёл в комнату босым.

— Зачем тебе пистолет?

— Чтобы защитить нас обоих. Можешь пока держать его у себя. Теперь ты доверяешь мне?

— Нет.

Не дав незнакомцу времени сказать ещё хотя бы слово, Рэин погрузился в его воспоминания.

Среди них действительно нашлась девушка, похожая на Иджи. Она выглядела заметно старше, как если бы прошло не два года, а значительно больше. Взгляд её потух, кожа вокруг глаз посерела, жёсткие чёрточки бровей упирались в морщинку на переносице, губы смыкались в волевом изгибе. В ней совсем мало осталось от той девчонки, чей звонкий смех будил Рэина по утрам. Сколько же испытаний выпало на её долю?

Рэин тут же одёрнул себя: это могла быть вовсе не его сестра и вообще не человек — фантом, созданный, чтобы его запутать. С каким бы трепетом он ни разглядывал знакомые, но разительно переменившиеся черты, его разум почти не затуманился мнимой близостью воссоединения.

Воспоминаний об Иджи у незнакомца было немного. Рэин насчитал дня два — не больше. Подозрения усилились. Эрвент не говорил о предельном объёме мыслей, который человек способен искусственно себе внедрить, но, вероятно, чем достовернее выглядели образы, тем меньше получалось удержать в голове. А эти образы выглядели очень достоверно.

Не без усилия Рэин заставил себя отвлечься от Иджи. Если зациклиться на одной детали, можно легко позволить себя обмануть. Он пригляделся к другим людям: девушка болезненного вида, тучный седой мужчина, суетливый подросток. Узнавание мелькнуло в сознании Рэина. Мелорион? Что там делал Мелорион?

Он выглядел в точности как в день перед исчезновением — ни одной неверной черты. Для такого сходства незнакомец должен был видеть Лори лично. Впрочем, могло хватить и фотографии.

Вскоре нашёлся и Даар. Рэин узнал его лишь по безжизненному взгляду. В остальном он был совершенно на себя не похож: голубые глаза, светлые волосы, бронзовый загар. Если бы Даар постоянно расхаживал в таком виде, его организм уже бы не выдержал!

Рэин не знал, что делать. Он хотел… хотел поверить незнакомцу и его воспоминаниям, но он уже доверился Эрвенту. И к чему это привело?

Образы мелькали, сменяя друг друга. Рэин не мог отвести взгляда от сестры, даже если это была не она. Он узнавал родные черты, наблюдал, как Иджи задумчиво смотрит с балкона на серые многоэтажки, спорит с болезненной девушкой, что-то объясняет Лори.

— Ой, Джина, я никогда это не пойму, — протянул тот.

Рэин насторожился. Иджи не признавала никаких других форм своего имени. Если к ней обращались не так, она заводилась с пол-оборота или демонстративно молчала. Но эта Иджи всего лишь ответила:

— Да ладно тебе, даже я разобралась.

Воспоминания текли непрерывным потоком.

— Эй, Джина! — воскликнула болезненная девушка.

— Джина, — обратился к ней Даар.

— Здравствуйте. Я Джина, — представилась она сама.

Чаша сомнений переполнилась. Рэин разорвал связь.

— Чего ты хочешь? — прошептал он незнакомцу.

Сердце колотилось отбойным молотком, ярость перехватывала горло, но внешне Рэин сохранял спокойствие. Нельзя было допустить, чтобы этот человек догадался о том, что уже пойман на лжи.

— Я отведу тебя к ней, — ответил незнакомец, одеваясь.

— А что я должен взамен?

— Ты поможешь нам. Твоя способность необходима в борьбе с Эрвентом.

Рэин едва удержался, чтобы не ответить: «У вас уже есть один телепат». Вместо этого он спросил:

— Мы возьмём с собой кого-то ещё?

— Не в этот раз.

— Тогда я отказываюсь…

— Подумай хорошо, — оборвал его мужчина. — Вас семеро. Это слишком много. Даже один лишний человек может создать значительные помехи. К тому же далеко не каждый выдержит тот путь, который предстоит нам сегодня. Идём.

Рэин кивнул, хотя внутри всё протестовало. Он не хотел покидать комплекс в одиночестве, но если выбор отсутствовал, следовало хотя бы поставить в известность Пандэлеану. Рэин ещё никогда не устанавливал телепатическую связь без зрительного контакта, но на сомнения времени не осталось — всё решалось здесь и сейчас.

Он знал, за какой дверью находится спальня Пандэлеаны; знал, что её комната выглядит точно так же, как и его; знал, где стоит кровать. Ему нетрудно было представить Пандэлеану спящей на боку, чуть согнув ноги и положив руку под голову.

— Лена! Лена! — мысленно звал её Рэин. Так было короче и звонче. — Лена, проснись!

Незнакомец забрал пистолет, погасил фонарик и осторожно вышел в коридор. Рэин двинулся следом, повторяя, как заведённый:

— Лена! Лена! Лена! Ты нужна мне!

Они поравнялись с дверью Пандэлеаны.

— Лена! Лена! Лена!

Дверь осталась позади.

— Лена!

— Рэин? — вдруг раздался в голове её голос. — Что случилось?

— Ко мне припёрся какой-то тип! — чуть не выкрикнул Рэин вслух. — Он говорит, что видел Иджи, но все его воспоминания — фальшивка.

— Нужно поднять тревогу, — в интонации Пандэлеаны прорезалась нотка паники, которую она определённо не допустила бы, если бы говорила вслух.

— Нет! Не вмешивайся.

— Почему?

— Он хочет, чтобы я отправился с ним, и я пойду.

— Это же ловушка. Он даст тебе свободы не больше, чем Эрвент.

— Но это единственный способ сбежать, — возразил Рэин, продолжая двигаться за незнакомцем по безлюдным коридорам. — Помни про видение Эмиты. Я должен выбраться отсюда, чтобы найти Иджи и Даара. Мы не знаем, как обойти барьер, а этот человек знает, раз он здесь. Сначала мы уйдём, а потом я расправлюсь с ним.

— Ты уже всё решил? — то ли спросила, то ли констатировала Пандэлеана.

— Да. Я посчитал, что ты должна знать.

— Тогда удачи.

— Лена, жди нас. Я вернусь с Иджи и Дааром. Мы вас вытащим, — Рэин помедлил. — Ну, может, насчёт Асгель ещё подумаем.

Он ощутил прилив веселья, смешанного с горечью, и понял, что Пандэлеане затея не по душе, но шутку она оценила.

— Береги себя, — ответила она. — А я позабочусь об остальных.

— Я буду скучать, — невольно подумал Рэин, прежде чем успел оборвать связь. Он не был уверен, что эта фраза случайно не просочилась в сознание Пандэлеаны.

Незнакомец тем временем остановился у одной из одинаковых дверей и достал отмычки.

— Это прачечная. Зачем нам сюда? — удивился Рэин.

Мужчина невозмутимо продолжал ковырять замок и ответил, только когда они оба оказались внутри:

— На улице минус двадцать шесть. Мне нужно, чтобы ты не помер. Где твоя одежда для тренировки на холоде?

Рэин осмотрел аккуратные стопки чистого белья и покачал головой.

— Её здесь нет.

— Значит, ищи в грязном, — мужчина раздражённо махнул рукой в сторону плетёных корзин.

Рэин подметил, что незнакомец очень хорошо ориентируется в комплексе и знает местные порядки.

— Это не моё, но размер подходящий, — сказал он, доставая из корзины брюки с начёсом и свитер. Куртку он снял с крючка поблизости.

— Теплее ничего нет? — осведомился мужчина. — Вон у неё какая подстёжка тонкая.

— Мы не тренируемся на улице в такой мороз.

— Тогда не снимай пижаму, надевай всё поверх, — скомандовал незнакомец, а затем взял пару носков из стопки на стиральной машине. Он свернул их в шар и бросил Рэину. — Не забудь. И ищи свои ботинки. Привяжи за шнурки на пояс. Обуешь перед выходом, иначе услышат шаги.

Когда Рэин был готов, незнакомец повёл его дальше по коридору. Двигался мужчина так, словно знал наверняка, куда идти; вёл себя уверенно, но осторожно; перед каждым поворотом останавливался и заглядывал за угол. Наконец, он обернулся к Рэину и прошептал:

— Стой здесь. Ни шагу вперёд. То, что я сейчас сделаю, для тебя может закончиться смертью. Я не шучу.

С этими словами он скрылся за стеной.

Прошло время. Может — минута, может — пять. От страха Рэин сделался таким же серым, как и стена, в которую он вжался. Вдруг ему пришла мысль, что все ночные события были проверкой Эрвента, и эту проверку он не прошёл. Мгновением позже в другом конце коридора раздался хлопок. В тишине ночного комплекса он показался оглушительным. Затем что-то упало, а вскоре незнакомец снова появился из-за угла.

— Вперёд. Живо, — прошипел он.

Тело Рэина повиновалось быстрее, чем разум успел возмутиться очередному бесцеремонному приказу. Оказалось неприятно признавать, что в вопросе побега Рэин всецело доверял человеку, которого сам же уличил в обмане десять минут назад.

— Стой, — прошептал незнакомец, когда оба оказались на лестничной клетке, отделённой от коридора двойными дверями.

Мужчина прислушался, и Рэин тоже. Он уловил признаки движения где-то вдалеке. Незнакомец, похоже, вовсе не был обеспокоен внезапным появлением охраны. Более того, Рэин допустил предположение, что мужчина сам его подстроил.

Наконец, убедившись, что всё идёт как задумано, неизвестный направился вниз по лестнице. Рэин поспешил за ним. Они добрались до парадного выхода. Пост охраны пустовал. Дверь в застеклённую будку осталась чуть приоткрыта, и мужчина уверенно вошёл внутрь.

— Обувайся, — скомандовал он изнутри.

Пробыл он там совсем недолго. Рэин едва успел завязать шнурки, когда незнакомец вернулся с ключами. Сам он тоже обулся, и оба вышли из комплекса.

Мужчина запер дверь с улицы, оставил ключ в замке и обломал головку.

— Это не остановит их, но хотя бы позлит и задержит, — сказал он, направляясь к забору. В его интонации послышалась лёгкая усмешка, которая напрочь пропала в следующей фразе. — Стой у стены, вот здесь, в тени. Ни в коем случае не приближайся ко мне, пока я не подам знак.

Незнакомец подошёл к воротам, которые на памяти Рэина ни разу не открывались. Он приложил ладонь к одному из столбов и застыл. Рэин плохо видел его лицо, повёрнутое вполоборота, но ему показалось, будто мужчина что-то говорил. Уверенности не было: с такого расстояния звуки не долетали, а движение губ могло быть лишь игрой теней в неверном свете луны, на которую то и дело налетала дымка ночных облаков.

Вдруг мужчина сделал два шага назад. В небе забрезжил фиолетовый свет. Рэин пригляделся и понял: он исходит от пластины на вершине столба, вернее, от кристалла, находящегося в середине. В следующую секунду сверкнула вспышка, и всё снова погрузилось во тьму. На фоне дымчато-синего неба что-то промелькнуло и упало в снег.

Незнакомец поманил Рэина жестом. Тот подошёл и разглядел у основания забора обломки камня и пластины. Мужчина тем временем занялся воротами, которые закрывались на два замка: кодовый и ключевой.

— Выдвигаемся на запад, — сказал он, прокручивая диски с цифрами. — Видишь, вон там, на горизонте, два высоких холма?

— Вижу.

— Это твой ориентир. Ночь светлая. Облака есть, но их немного. На снегу мы выделяемся, нас могут заметить. Что бы ни случилось, не меняй направление.

В этот момент оба замка поддались, и незнакомец, приоткрыв створку ворот, выпустил Рэина за периметр, а затем вышел сам. Рэин оглянулся. В том месте, где в защитном барьере возникла брешь, он видел комплекс сквозь прутья ворот. Этот участок был шириной всего несколько метров. Дальше здание растворялось в воздухе, а во все стороны простирались бескрайние снежные поля.

Только что пала преграда, долгое время остававшаяся непреодолимой. Всё вокруг выглядело призрачным, ненастоящим, и только холод, уже принявшийся жечь щёки и нос, подтверждал, что это не было наваждением.

Незнакомец запер ворота, снова обломал ключ и, утопая в сугробах, поспешил в направлении, которое указал минутой ранее. Рэин не отставал.

— Если будет погоня, если будут стрелять, иди вперёд. Если меня схватят, или ранят, или убьют, не останавливайся. Двигайся на запад, к холмам и дальше, — с этими словами человек вручил Рэину компас. — Так дойдёшь до деревни километрах в тридцати. Оттуда доберёшься до ближайшего города. Попроси местных, тебе помогут.

— А что мы будем делать, если вас всё-таки не убьют? — Рэин и сам не заметил, как перешёл на «вы».

— Будем просить помощи вместе.

План был настолько ненадёжен, что Рэин принял его за шутку. Мужчина тем временем продолжал:

— Слушай дальше. Если я умру, ты должен сам приехать в Лиман. Это на северном побережье. Там найдёшь человека по имени Гнурлщк Йохандрайзер. Он поймёт, что с тобой делать. Запомнил?

— Нет. Гну… кто? Как это вообще можно запомнить?

— Ищи чшалтианца-гробовщика. Так легче? На вот, держи.

Он достал из-за пазухи пачку денег и разделил её надвое. Половину снова спрятал, другую отдал Рэину.

— Это на дорогу. Заплати деревенским, если не захотят подвезти.

Дальше они долго шли молча. Погони не было. У Рэина замёрзло лицо, щёки раскраснелись, уши жгло, как огнём, руки зябли даже в карманах. Зато на спине выступил пот от того, что приходилось быстро идти и высоко поднимать ноги, пробираясь через снега. Мужчина постоянно сверялся по компасу. Свои перчатки и шапку он отдал Рэину. Тот принял их с неохотой. Было очевидно, что незнакомец пытается втереться в доверие и, кажется, у него получалось.

Рэин по-прежнему не сомневался, что этот человек был лживым подонком, намеревавшимся использовать его в своих целях. Во всяком случае, так говорил разум. Тело же на уровне инстинктов и бессознательных реакций хотело расслабиться, успокоиться. Рэин чувствовал себя маленьким, несмышлёным щенком в сопровождении взрослого, обученного сторожевого пса.

Небо заволокло тучами, и крупными хлопьями повалил снег, но к утру на горизонте вновь слабо замерцали звёзды. Солнце начало медленно подниматься над равниной. За спинами путников забрезжил бледно-жёлтый зимний рассвет. Теперь, когда лицо неизвестного освещалось не карманным фонариком и не бледной луной, Рэин узнал в нём чшалтианца. Как странно: анкландские террористы хотя бы фигурировали в отговорках Эрвента. О чшалтианских террористах не было ни слова.

Привал они сделали всего один раз, когда солнце поднялось высоко и немного прогрело воздух. По пути им встретилась одинокая поваленная берёза, на которой они и расположились.

— Как к вам обращаться? — спросил Рэин, пока мужчина открывал консервы.

— Шхроер.

— А я Рэин.

— Да я, вроде как, в курсе, — сказал он и рассмеялся. — Скомканное у нас вышло знакомство, не до церемоний было. Прошу прощения, что сразу на «ты». Не возражаешь?

— Нет.

— Вот и славно. Мне так привычнее.

— А что насчёт моей сестры? — спросил Рэин, желая подловить Шхроера на несостыковке. В воспоминаниях он обращался к ней на «вы».

— С Джиной всё как-то сложно, — ответил Шхроер, наливая чай в крышку термоса. — Норс, Даару и Лори я помогал сбежать точно так же, как и тебе. Ты ведь понимаешь, что сегодня ночью не только ты зависел от меня? Я от тебя тоже. Ты мог поднять шум, позвать охрану, и живым я бы уже вряд ли покинул «Восток». Обстоятельства вынудили нас сблизиться за несколько часов.

Он отхлебнул чай и передал крышку Рэину, потому что кружки у них не было. Некоторое время прошло в молчании, потом Шхроер снова подал голос:

— Джина сама выбралась из центра, где её держали. Она никогда не нуждалась в моей помощи, долго скрывалась и в одиночку вела борьбу. Мне стыдно. Моё попустительство по отношению к Эрвенту делает меня причастным к его поступкам. Я чувствую вину перед всеми вами, но перед Джиной особенно, потому что в её глазах я уже лишился первого шанса на искупление.

Остаток привала прошёл в молчании. Только в самом конце Рэин спросил:

— Мы не засиделись? Что, если нас догонят?

— Теперь уже нет. У них была возможность, пока мы ещё не ушли далеко, — ответил Шхроер, но, несмотря на это, начал готовиться к отходу.

— Почему вы так уверены?

— Ты видел с торца комплекса большие металлические двери, как ворота для грузовика?

— Да, но внутри никогда не бывал, — ответил Рэин, и оба тронулись в путь.

— Естественно. Это служебное помещение. В нём хранится крупногабаритный инвентарь, а ещё там установлен портал таких размеров, что через него пройдёт и снегоход, и внедорожник, и танк, если надо. Я повредил передатчик, тем самым разорвав связь между входным и выходным порталом. Затем я спровоцировал энергетический перегруз, и рама на этом конце вышла из строя. На втором этаже есть другой узел связи. Там установлены два портала, рассчитанные на людей. С одним из них я сделал то же самое, чтобы ухудшить снабжение и замедлить ремонт. Через последний портал они не смогут пригнать технику, и преимущества в преследовании у них не будет. Ночью шёл снег. Он скрыл наши следы, и, если за нами отправят пеший отряд, им придётся постараться, чтобы нас отыскать.

Слушая Шхроера, Рэин чувствовал, как по спине пробегают мурашки, а пальцы немеют, и холод тут был не при чём. Он не знал, кто пугает его сильнее: Эрвент, выстроивший такую цитадель для своих пленников, или этот человек, способный в неё прорваться.

— Почему вы не уничтожили последний портал?

Шхроер посмотрел на Рэина так, как разочарованный преподаватель смотрит на ученика.

— В центре нет запасов еды. К вечеру голодать начнут все, включая женщин и детей.

— Я не видел ваших следов, когда мы уходили, — заметил вдруг Рэин. — Значит, вы пришли через портал. Разве мы не могли покинуть комплекс тем же путём?

— Разумеется, нет. Или ты думаешь, мне захотелось прогуляться?

Рэин потупил глаза, а Шхроер пояснил:

— Выход находится в легальной лаборатории Эрвента. У меня есть некоторое представление о том, как она функционирует, поэтому я смог проникнуть туда днём под видом внешнего специалиста, но ночью оттуда уже не выбраться. После того, как туда вломилась твоя сестра, меры безопасности значительно повышены.

Рэин невольно улыбнулся. Пожалуй, из всей лжи, которую Шхроер ему скормил, эта больше всего походила на правду.

— А что остальные порталы? — поинтересовался он скорее из праздного интереса.

— Крупногабаритный привёл бы нас на охраняемый склад, а стандартный — прямо в дом к Эрвенту.

Рэин резко остановился, схватил Шхроера за предплечье и развернул к себе лицом.

— Тогда какого хрена вы не вломились к нему в дом и не взяли его в заложники, если так хотите искупить вину?

— Поспокойнее, пожалуйста, — осадил его Шхроер, высвобождаясь. — Я понимаю, ты взволнован, но всё-таки нужно держать себя в руках. Я позволил тебе некоторые вольности, пока мы были в «Востоке», но теперь требую соблюдать субординацию. В конце концов, я рисковал жизнью. Ты носитель способности, тебя не тронут. Меня пустят в расход при первой возможности, — он снова двинулся вперёд. — Идём. Ты, кажется, очень беспокоился насчёт погони.

Рэин не отставал.

— Простите. Я позволил эмоциям взять верх, — сказал он не потому, что чувствовал вину, а чтобы облегчить дальнейший разговор. — Но я не понимаю, что вас останавливало.

— Чтобы воспользоваться порталом, нужно знать два номера активации. Для личного портала Эрвента мне неизвестен ни один.

И хотя Шхроер не был настроен враждебно, ещё несколько часов они прошли в молчании, чтобы не тратить понапрасну силы и тепло. К вечеру они наконец добрались до деревни; жителям сказали, что потерпели авиакрушение. Оба выглядели соответствующе. Рэин почти сутки провёл в пути, и теперь от усталости еле держался на ногах. Шхроер не спал и того больше. Им постелили в доме старосты, и они уснули, едва их головы коснулись подушек.

На следующий день местные сами предложили подвезти их на тракторе до города — не пришлось даже прибегать к вескому аргументу из внутреннего кармана. Перед отъездом Шхроер снова наполнил термос горячим чаем, а жители дали им еды в дорогу.

К обеду они добрались до Йякта — населённого пункта, носившего статус города, но выглядевшего так, будто прогресс уже лет сорок обходил это место стороной. Тракторист проводил их до станции и отправился обратно, а Шхроер и Рэин остались ждать поезда.

— Слушай, Шхроер, — обратился Рэин к попутчику за несколько минут до прибытия.

— Да? Что такое? — спросил тот, но услышать ответ ему уже не довелось.

Рэин задержал на спутнике острый взгляд и провалился в его сознание.

— Отдай мне деньги и еду, — мысленно приказал он.

Шхроер, повинуясь его воле, снял с плеча сумку с провизией, затем достал из кармана припрятанные купюры. На мизинце мужчины что-то блеснуло. Рэин пригляделся и увидел кольцо из жёлтого металла, выполненное в форме ласточки, обнимающей крыльями палец. В ювелирных изделиях он не разбирался, но предположил, что украшение вполне могло оказаться золотым.

— Это тоже отдай, — велел Рэин.

Рука Шхроера дёрнулась и замерла на полпути. Рэин повторил приказ. Шхроер дрожащими пальцами снял кольцо и протянул его юноше с видимым страданием на лице. Рэин никогда не сталкивался ни с чем подобным. Ещё никто не пытался сопротивляться телепатии: ни животные, ни люди, да и сам Шхроер минуту назад безропотно ему подчинился.

Рэин колебался.

— Ладно, хрен с тобой, — неизвестно для чего сказал он вслух. — Можешь оставить.

Раскрытая ладонь, на которой покоилось кольцо, мгновенно сомкнулась.

Затрещал станционный громкоговоритель, и диспетчер что-то неразборчиво объявил. Вдалеке раздался гудок.

Оставлять Шхроера просто так было глупо. Рэин вспомнил о пистолете, который нашёл во время обыска. Заставить его застрелиться? Сразить врага его же оружием? Нет. Рэину не хватило духа даже на то, чтобы забрать памятную безделушку.

Как на его месте поступил бы Даар? Был бы он достаточно твёрд для расправы? Рэин не знал, но решение вдруг пришло само собой.

Он погрузился в последние воспоминания Шхроера. Вновь перед глазами промелькнула заснеженная деревня, долгий, изнурительный путь, тёмные коридоры, незнакомые помещения, которые, вероятно, и были той самой лабораторией, через которую Шхроер проник в комплекс. Промелькнули и исчезли навсегда.

Если бы Рэин был сильнее, он заставил бы Шхроера забыть не пару дней, а несколько последних лет. Даже сейчас его навыков хватило бы, чтобы стереть из памяти целую неделю, но это забрало бы слишком много сил, которые ещё понадобятся ему в дороге.

Рэин не решался разорвать связь, хотя уже сделал всё, что намеревался. Шхроер, словно в трансе, смотрел перед собой невидящим взглядом. В эту минуту он выглядел таким жалким и беззащитным, что Рэин на мгновение засомневался в своём решении, но было уже поздно что-то менять. Воспоминания пропали безвозвратно.

Прибыл состав, стуча колёсами и скрипя тормозами. С лязгом раскрылись двери.

Рэин поднялся в тамбур и замер. Поезд виделся ему мифическим змеем, в чьё чрево он сейчас вступал. Он обернулся и бросил последний взгляд на Шхроера сквозь сужающуюся щель между дверями: мужчина по-прежнему сидел на лавочке, неспособный пошевелиться без позволения. В этот момент Рэин и сам показался себе инфернальным существом, способным вмешиваться в чужие сознания и судьбы — именно тем, кого боялись обитатели «Востока».

Притворись сам или позволь другим обмануть тебя. Рэин так же лгал и так же наносил удар в спину, как Эрвент или Шхроер, с той только разницей, что обстоятельства вынудили его так поступать. Но разве Эрвент и Шхроер говорили себе что-то иное?

Состав тронулся. Рэин разорвал связь. Через мутное стекло, поверх надписи «Не прислоняться», он глядел на станцию: на кассу, на столбы, на одинокую скамейку. Шхроер растерянно оглядывался по сторонам, не понимая, как оказался здесь. Он скользнул взглядом по вагонам и на долю секунды встретился глазами с Рэином, прежде чем поезд унёс его.

Неизвестно, понял ли Шхроер, что парень в тамбуре и был тем самым Рэином Крэйтом, которого он искал.