Песнь Льда и Огня. "Ветра Зимы" (джен)

Холод был живым существом. Он имел зубы — острые, ледяные иглы, которые впивались в обрубки пальцев на руках и ногах Теона, пробирались под грязные лохмотья, грызли его кости.

Теон висел, прикованный за запястья к несущему столбу каменной сторожевой башни. Его дыхание вырывалось облачками белого пара. Каждое движение отдавалось болью, но он всё равно шевелился, чтобы не дать крови замерзнуть.

Я Теон, повторял он про себя. Теон Грейджой. Наследник Железных Островов. Но стоило ветру завыть в щелях между камнями, как звук напоминал ему лай собак. Собак Рамси. Красные глаза, слюна на клыках, сдираемая кожа. И тогда он снова становился Вонючкой. Вонючка, который должен слушаться. Вонючка, который заслужил боль.

Дверь башни со скрипом отворилась, впустив вихрь снега. Внутрь шагнула фигура, закутанная в тяжелые меха.

— Он жив? — спросил хриплый женский голос. Аша. Его сестра.

Она подошла ближе, откидывая капюшон. Ее лицо было обветренным, нос покраснел от мороза, но в глазах горел тот же непреклонный огонь, который Теон помнил с Пайка. Она смотрела на него не с жалостью, а с суровым, почти гневным состраданием.

— Жив, — каркнул Теон, пытаясь облизать потрескавшиеся губы. — Пока король не решит сжечь меня.

— Станнис не станет тратить дрова на костер для тебя, — жестко сказала Аша, доставая из-под плаща кусок черствого хлеба. Она поднесла его к лицу Теона, и он впился в горбушку сломанными зубами, давясь сухими крошками. — В лагере едят мертвых лошадей. Вчера сожгли еще четверых людей Писабери за людоедство. Королевские люди поют своему красному богу, чтобы он растопил снег, но богу, похоже, плевать.

Теон проглотил хлеб, чувствуя, как он царапает горло. — Рамси придет, — прошептал он, озираясь по сторонам, словно бастард Русе Болтона мог прятаться в тенях башни. — Он ищет свою невесту. Он ищет свою Арью. Он не простит мне, что я ее украл. Он сдерет с меня оставшуюся кожу, Аша. Он заставит меня есть собственные пальцы.

— Прекрати, — Аша ударила его ладонью по щеке. Не сильно, но достаточно хлестко, чтобы он вздрогнул. — Рамси Сноу здесь нет. Здесь армия Баратеона.

— Они умирают! — истерично всхлипнул Теон, зазвенев цепями. — Посмотри наружу! Снег завалил деревню. Лошади падают каждый день. Северяне ненавидят Станниса, Станнис ненавидит южан. А впереди Фреи. Я слышал, как говорили стражники. Фреи и Мандерли идут из Винтерфелла.

Аша нахмурилась, стирая снег с плеча. — Идут. Их авангард в нескольких лигах отсюда. Поэтому я пришла, братик. Король зовет тебя.

Теона сковал ужас. — На костер?

— В шатер. — Она отступила на шаг, когда в башню вошли двое стражников с гербом в виде огненного сердца на груди. — Вспомни свое имя, Теон. Если хочешь умереть мужчиной, не скули перед ним.

Стражники отперли кандалы. Теон рухнул на колени, не удержавшись на обмороженных ногах без нескольких пальцев. Его грубо подняли под мышки и поволокли к выходу.

Снаружи бушевала метель. Деревня, расположенная между двумя замерзшими озерами, превратилась в кладбище сугробов. Из снега торчали крыши лачуг и почерневшие остовы сгоревших деревьев. Люди Станниса напоминали ходячих мертвецов — бледные, изможденные, закутанные во что попало, они сбивались вокруг тусклых костров. Воздух пах гарью, мочой и отчаянием.

Его притащили к самому большому зданию в деревне — длинному дому, крыша которого частично обвалилась под тяжестью снега.

Внутри горел очаг, но тепла почти не было. Станнис Баратеон стоял у грубо сколоченного стола, на котором была расстелена карта, прижатая по углам кинжалами. Король выглядел не лучше своих солдат. Его лицо превратилось в обтянутый кожей череп, челюсти плотно сжаты, в голубых глазах не было ничего, кроме холодного, безжалостного железа. Рядом с ним стояли сир Джастин Масси и Ричард Хорп, оба мрачные, положившие руки на рукояти мечей.

Теона бросили на земляной пол. Он съежился, ожидая удара. — Поднимите его, — скрежещущим голосом приказал Станнис.

Теона поставили на ноги. Он не смел поднять глаза на короля, уставившись на потертую кожу его сапог.

— Твоя сестра говорит, что ты можешь быть полезен, Грейджой, — произнес Станнис. Каждое слово звучало так, словно ему было больно говорить. — Я сомневаюсь. Ты предатель. Перевертыш. Ты убил сыновей Эддарда Старка, человека, которого я не любил, но уважал. Северяне в моем лагере требуют твоей крови. Мейдж Мормонт и Алисанна Мормонт хотят скормить тебя своим медведям.

— Я не убивал их! — слова вырвались раньше, чем Теон успел подумать. Ужас перед костром оказался сильнее страха перед королем. — Это были дети мельника! Я... я приказал, но это был не Бран и не Рикон!

Станнис замер. В длинном доме повисла мертвая тишина, прерываемая лишь треском поленьев. Ричард Хорп нахмурился. — Он лжет, ваша милость. Чтобы спасти свою шкуру.

— Молчать, сир Ричард, — Станнис перевел взгляд на Теона. Его челюсти сжались. Скрип, скрип. — Дети мельника. Это не возвращает тебе честь, Грейджой. Но это меняет политику. Если мальчики Старков живы, Север не принадлежит ни Болтонам, ни мне, пока я не найду их. Но это дело будущего. А сейчас у меня есть более насущная проблема. Подойди к столу.

Стражники толкнули Теона вперед. Он уперся руками без пальцев в край стола. Карта показывала деревню и два озера.

— Лорд Русе Болтон сидит за крепкими стенами Винтерфелла, — начал Станнис, водя худым пальцем по пергаменту. — У него тепло, есть еда и свежие люди. Но вместо того, чтобы ждать весны, он отправляет на нас лорда Мандерли, который потерял сына на Красной Свадьбе, и Фреев, которых Мандерли ненавидит. Болтон хочет, чтобы его враги убили друг друга в снегах.

Теон закивал. — Да. Русе... он умный. Он пиявка. Он высосет из них кровь и останется чистым. А Рамси... Рамси придет за мной. Он пустит своих девочек по моему следу.

— Его собак? — Станнис презрительно фыркнул. — Пусть пускает. Собаки не умеют брать замки и держать строй. Мне нужны не твои страхи перед бастардом, Грейджой. Мне нужны числа. Сколько людей у Хостина Фрея?

— Около двух тысяч, — Теон попытался сосредоточиться, заставляя свой расколотый разум работать. — Рыцари. Тяжелая конница. Они горды. Хостин Фрей глуп и гневлив. Рамси говорил, что Хостин первым рвется в бой.

— Конница, — Станнис переглянулся с Джастином Масси. В уголках рта короля появилось подобие мрачной улыбки. — В три фута снега. Против лагеря, защищенного озером. Они злы и слепы.

Внезапно с улицы донесся протяжный, вибрирующий звук. Рог. Затем еще один. Звук, от которого у Теона сжалось сердце. Они здесь.

В дом вбежал заснеженный дозорный. — Ваша милость! Огни на горизонте! За ледяным озером. Авангард врага.

Ричард Хорп обнажил меч. — Они нападут прямо сейчас. Мы должны строиться, ваша милость. Мы встретим их сталью.

— Нет, сир Ричард, — спокойно ответил Станнис. В его голосе больше не было усталости. Он звучал как сталь, только что вынутая из горна. — Мы не пойдем к ним. Мы заставим их прийти к нам.

Король указал на карту. На маленьком острове посреди озера была нарисована точка. — Прикажите разжечь маяк на башне острова. Пусть горит как можно ярче. Пусть Фреи думают, что это наш главный лагерь.

Теон посмотрел на карту. Озера. Он вспомнил, как последние несколько дней люди Станниса рубили лед. Он думал, они ищут рыбу. Но они рубили сотни лунок, ослабляя замерзшую поверхность.

Боги, подумал Теон, чувствуя странную дрожь, которая не была связана с холодом. Он не собирается с ними биться. Он собирается их утопить.

Станнис Баратеон посмотрел на Теона. — Заприте его обратно в башню к сестре, — приказал король. — Если мы проиграем, Фреи убьют его. Если выиграем... посмотрим. Уведите.

Теона снова потащили к выходу. Когда его вывели на морозный воздух, он увидел, как на маленьком островке посреди замерзшего, покрытого снегом озера вспыхнул огромный костер. Пламя рванулось в черное небо, бросая длинные, изломанные тени на сугробы.

Сквозь вой ветра Теон услышал шум наступления. Хостин Фрей вел свою конницу прямо на свет.

Теон остановился, заставив стражников дернуть его за цепи. Он посмотрел на свет костра, затем на снежную пустошь, где скрывалась невидимая ловушка. Впервые за долгое время он не думал о Рамси. Он думал о Роббе Старке. О Красной Свадьбе.

Теон Грейджой улыбнулся. Его губы треснули, на подбородке выступила кровь, но он этого не заметил.

— Идите, — прошептал он в метель. — Скачите быстрее. Лед уже ждет.