↓
 ↑
Регистрация
Имя/email

Пароль

 
Вход при помощи VK ID
временно не работает,
как войти читайте здесь!
Размер шрифта
14px
Ширина текста
100%
Выравнивание
     
Цвет текста
Цвет фона

Показывать иллюстрации
  • Большие
  • Маленькие
  • Без иллюстраций

Undertale: Голос там, где должно быть молчание (джен)



Автор:
Фандом:
Рейтинг:
R
Жанр:
Комедия, Приключения, Ангст, Романтика
Размер:
Миди | 185 799 знаков
Статус:
Закончен
 
Проверено на грамотность
Каждый из нас хоть раз задавался вопросом или мечтал: «А что, если бы Я попал в мир Undertale?»
Представляли, как легко завели бы дружбу с Папайрусом, посмеялись над шутками Санса и обняли Ториэль... Но задумывались ли вы, как это выглядит на самом деле?


ℹ️Дополнительные жанры🎭: Приключения, Психологическая драма, Юмор , комедия, Экшн, Ангст, Слайс-оф-лайф, Философская проза, Романтика и лёгкие флирт, AU
QRCode
Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓

↑ Свернуть ↑
  Следующая глава

Глава третья: Королевский страж

Пещеры Уотерфолла встретили Алекса совсем другой атмосферой, нежели заснеженный Сноудин. Влажный камень поблёскивал в тусклом свете, повсюду росли странные светящиеся цветы — стоило приблизиться, и они начинали тихо повторять обрывки чьих-то давних разговоров, будто хранили в себе память о каждом, кто когда-то проходил мимо. Над головой, в тёмном своде пещеры, мерцали крошечные искры, издалека похожие на настоящие звёзды, хотя Алекс уже знал — здесь, под землёй, звёзд быть не может.

Он медленно продвигался вперёд, впитывая в себя красоту этого места, невольно задерживаясь у каждой группы эхо-цветов, чтобы послушать, что они нашёптывают.

Алекс продолжил путь и вскоре оказался перед очень длинными зарослями густых кустов, тянувшимися вдоль всей тропы. Раздвигая ветви руками, он осторожно двинулся сквозь них, не зная, что может поджидать его по ту сторону.

Внезапно сверху, с высокого уступа скалы, на него обрушился яркий свет — там, наверху, стояла высокая фигура в тяжёлых доспехах, с копьём в руке, освещённая мерцающим сиянием кристаллов. Она не произнесла ни слова — лишь молча метнула копьё вниз, целясь прямо в кусты, где скрывался Алекс. Он едва успел отскочить в сторону, чувствуя, как сердце бешено заколотилось в груди, а копьё с грохотом воткнулось в землю в считаных сантиметрах от него.

Подняв взгляд наверх, он успел заметить лишь силуэт фигуры, стремительно скрывшейся за краем уступа, прежде чем снова остался один среди зарослей.

Алекс замер на месте, не решаясь пошевелиться и выдать своё укрытие. Затаив дыхание, он прислушался — откуда-то сверху, с того самого уступа, донеслись обрывки разговора. Судя по всему, фигура была не одна.

— ...ДА, Я ЕГО ВИДЕЛА, — раздался резкий, властный женский голос. — НЕТ, ПАПАЙРУС, Я НЕ БУДУ С НИМ ЦЕРЕМОНИТЬСЯ. ЧЕЛОВЕК ЕСТЬ ЧЕЛОВЕК.

Голос звучал холодно и решительно, и по спине Алекса пробежал холодок. Он остался лежать неподвижно среди кустов, боясь даже вздохнуть слишком громко, пока голоса наверху не стихли окончательно.

Спустя мгновение послышался тяжёлый стук шагов — фигура спустилась вниз, прямо к зарослям, и начала методично прочёсывать кусты в поисках человека. Алекс вжался в землю, стараясь слиться с растительностью, чувствуя, как шаги приближаются всё ближе и ближе к его укрытию.

Шаги остановились в считаных сантиметрах от него. Алекс закрыл глаза, готовясь к худшему, но через несколько томительных секунд раздался раздражённый вздох, и шаги начали удаляться обратно к уступу.

— ...ТСЬФУ, НАВЕРНОЕ, ПОКАЗАЛОСЬ, — донеслось бормотание сверху, и вскоре всё стихло окончательно.

Алекс ещё какое-то время лежал неподвижно, не веря своему везению, прежде чем осторожно выбраться из кустов и, стараясь двигаться как можно тише, продолжить путь дальше по тропе.

Пройдя немного вперёд, он вдруг заметил впереди две знакомые фигуры — Папайруса и ту самую высокую воительницу, которую он видел на уступе. Они стояли неподалёку от воды, явно о чём-то споря, и Алекс, укрывшись за выступом скалы, невольно услышал обрывок их разговора.

— Так ты сама собираешься забрать душу этого человека... — донёсся до него встревоженный голос Папайруса.

— НО АНДАЙН, — торопливо продолжил он, — ТЕБЕ ЖЕ НЕ ОБЯЗАТЕЛЬНО ЕГО УНИЧТОЖАТЬ! ПОЙМИ, ОН...

Андайн резко остановилась и обернулась к нему, и даже издалека Алекс заметил, как её взгляд стал жёстче.

— Папайрус, — произнесла она тихо, но твёрдо, — я знаю, что он тебе понравился. Но у нас нет выбора. Барьер должен быть разрушен, а для этого нужны семь человеческих душ. Мы слишком близко, чтобы отступать.

Папайрус ещё какое-то время шёл рядом с ней молча, опустив голову, явно не находя, что возразить. Вскоре оба скрылись за поворотом тропы, и голоса стихли вдали.

Алекс медленно выдохнул, только сейчас осознав, что всё это время задерживал дыхание. Услышанное разом лишило его остатков спокойствия — теперь он точно знал, что впереди его ждёт не просто испытание, а настоящая борьба за жизнь.

Собравшись с духом, он осторожно двинулся дальше по тропе. Не успел он сделать и десятка шагов, как прямо перед ним в землю вонзилось копьё. Андайн стояла чуть поодаль, у ряда каменных колонн, и её взгляд не сулил ничего хорошего.

Не раздумывая, Алекс бросился бежать вдоль деревянного настила, петляющего над тёмной водой, а вслед за ним одно за другим летели копья, вонзаясь в доски совсем рядом с его ногами. Задыхаясь от бега, он наконец заметил впереди высокие заросли болотной травы и нырнул в них, скрывшись с головой.

Атаки тут же прекратились. Затаившись в траве, Алекс услышал тяжёлые шаги — Андайн подошла ближе, всмотрелась в заросли и вдруг резко потянулась рукой куда-то вглубь травы.

— Ага, попался! — воскликнула она с торжеством в голосе.

Но в следующий миг раздался возмущённый писк — это оказался вовсе не Алекс, а тот самый маленький монстрёнок, случайно оказавшийся неподалёку. Андайн, явно смутившись, поспешно опустила его обратно на землю и, что-то раздражённо пробормотав, зашагала прочь.

Когда всё стихло, Алекс осторожно выбрался из травы следом за монстрёнком, который тут же радостно затараторил, что это было самое крутое, что с ним когда-либо случалось.

Монстрёнок увязался за Алексом, без умолку болтая обо всём на свете, пока они вместе шли дальше через тускло освещённые залы Уотерфолла. Вскоре впереди показался знакомый силуэт — Санс стоял у старого потрёпанного телескопа, направленного, судя по всему, в пустую каменную стену.

— Хочешь глянуть? — с невозмутимым видом предложил он, кивнув на телескоп.

Алекс, уже наученный горьким опытом с рукопожатием, на секунду замешкался, но всё же осторожно приблизился и заглянул в окуляр — прямо на него тут же брызнула струя воды, спрятанная внутри трубы. Санс беззвучно затрясся от смеха, явно очень довольный собой.

Алекс двинулся дальше, и по пути ему то и дело встречались самые разные монстры — кто-то из чистого любопытства, кто-то в надежде подзаработать, а кто-то и вовсе спросонья принимался наскакивать на него с нехитрыми атаками. Каждый раз Алекс старался разрешить дело миром: заговаривал с противником, старался понять, чего тот хочет, шутил, извинялся, а порой просто терпеливо пережидал атаки, не отвечая враждебностью на враждебность. Раз за разом он щадил встреченных монстров, и с каждым таким решением чувствовал, как крепнет его уверенность в себе — не как в бойце, а как в человеке, способном находить общий язык даже с самыми странными существами этого подземного мира.

Дальше путь привёл его в зал с чередой хитроумных головоломок — какие-то механизмы приходилось активировать особыми семенами, пускавшими корни в нужных местах и открывавшими проход. Алекс возился с ними довольно долго, порой возвращаясь на пару шагов назад, чтобы понять принцип работы.

Посреди одной из головоломок в кармане завибрировал телефон — звонил Папайрус.

— АЛЕКС! — взволнованно затараторил он на том конце. — БУДЬ ОСТОРОЖЕН! АНДАЙН УЖЕ ЗНАЕТ, ВО ЧТО ТЫ ОДЕТ! Я НЕ ЗНАЮ, ОТКУДА, НО ОНА ТОЧНО В КУРСЕ!

Алекс невольно взглянул на свою одежду — ту самую, которую дала ему Ториэль, — и почувствовал неприятный холодок где-то внутри.

Пройдя дальше через залы, он оказался у берега подземного озера, где из воды вдруг медленно поднялась исполинская фигура — добродушный на вид морской монстр, огромный, но при этом совершенно не агрессивный. Онион-сан, как он сам представился, оказался на удивление застенчивым существом и, пока Алекс проходил мимо, лишь застенчиво поприветствовал его и поделился парой ничего не значащих, но забавных наблюдений о жизни в Уотерфолле.

Вскоре тропа снова вывела Алекса на длинный деревянный мост над чёрной водой. Не успел он сделать и нескольких шагов, как воздух вокруг пронзил уже знакомый холодный блеск — Андайн появилась на другом краю моста, и на этот раз в её взгляде не было и тени прежней нерешительности.

Копья одно за другим полетели в его сторону, и Алекс бросился бежать, петляя между досками моста. Атаки становились всё быстрее и точнее, вынуждая его двигаться на пределе сил. В какой-то момент, поняв, что не может достать его напрямую, Андайн с яростным криком метнула копьё точно в опору моста под его ногами.

Раздался оглушительный треск — доски под Алексом переломились, и он, не успев даже вскрикнуть, полетел вниз, в кромешную темноту, а голоса наверху быстро растворились в шуме падающей воды.

Приземлился Алекс на удивление мягко — под ним оказалась целая гора самого разного хлама: старые игрушки, ржавые механизмы, обрывки ткани, битая посуда, — нанесённого сюда, судя по всему, течением подземных рек за долгие годы. Отдышавшись и убедившись, что цел, он поднялся на ноги и огляделся. Место оказалось настоящей свалкой — тихой, странно уютной в своей заброшенности, освещённой тусклым сиянием, пробивающимся откуда-то сверху сквозь толщу воды.

Пробираясь среди мусора в поисках выхода, Алекс наткнулся на потрёпанный, покрытый ржавчиной медальон, наполовину зарытый в кучу хлама. Стоило ему коснуться находки, как перед глазами будто промелькнула чужая, смутная картина — детский голос, тёплый летний день, чьи-то смеющиеся лица где-то на поверхности, и почти сразу вслед за этим — холод, темнота и одиночество. Видение исчезло так же быстро, как появилось, оставив Алекса стоять неподвижно с колотящимся сердцем.

Он не мог отделаться от мысли, что только что прикоснулся к чьей-то чужой памяти — памяти того самого первого человека, что упал сюда задолго до него.

Отряхнувшись, он невольно поморщился — одежда, некогда чистая и опрятная, теперь была вся перепачкана грязью и сором со свалки, а рана на руке, так до конца и не зажившая после падения в руины, снова напомнила о себе тупой, ноющей болью под повязкой.

Почти у самого выхода со свалки путь ему преградил ещё один манекен — потрёпанный, местами рваный, но при этом почему-то шевелящийся сам по себе, будто внутри него что-то ворочалось. Едва завидев Алекса, манекен весь затрясся от негодования.

— ТЫ! — визгливо выкрикнул он неожиданно живым голосом. — Я СЛЫШАЛ ПРО ТЕБЯ! ФЛИРТОВАЛ С МОИМ РОДСТВЕННИКОМ ТАМ, В РУИНАХ, ДА?! КАК ТЫ СМЕЕШЬ ЗАИГРЫВАТЬ С МАНЕКЕНАМИ И ДУМАТЬ, ЧТО ТЕБЕ ЭТО СОЙДЁТ С РУК?!

Алекс замер в полной растерянности, не зная, как реагировать на подобное обвинение.

Не дожидаясь ответа, манекен рванулся вперёд, и воздух вокруг тут же наполнился летящими обрывками ткани и острыми осколками — самой настоящей атакой. Алекс устало выдохнул, поднимая руки для защиты.

«Я устал драться сегодня», — мысленно произнёс он, чувствуя, как силы, и без того на исходе после падения и находки на свалке, тают ещё быстрее.

Руки и всё тело ныли от боли — каждый рывок, каждое уклонение отдавались новой вспышкой в измученных мышцах, а старые раны под повязками словно вспыхивали заново с каждым движением.

Осколки и обрывки ткани то и дело задевали его, но, к удивлению самого Алекса, серьёзного урона не наносили — плотная рыцарская одежда, подаренная Ториэль, принимала на себя основную часть ударов, ощущаясь почти как настоящий бронежилет. Каждый удар отдавался лишь глухим толчком и болью от синяков, но не рассекал кожу, как это сделали бы голые камни в руинах.

В какой-то момент манекен выхватил откуда-то из своего тряпичного нутра самый настоящий кухонный нож и, взвизгнув, бросился в атаку уже вплотную. Алекс, не растерявшись, встретил его своим деревянным мечом, всякий раз отбивая или уклоняясь от выпадов. Он раз за разом обрушивал удары на манекена, но, как ни старался, урона это, похоже, вовсе не причиняло — тряпичное тело просто расходилось от ударов и тут же вновь стягивалось обратно, будто и не почувствовав ничего.

Алекс с недоумением опустил меч, начиная понимать: бить его бесполезно — этому противнику нужно было что-то совсем другое.

Манекен тем временем продолжал наступать, размахивая ножом и выкрикивая обвинения в адрес Алекса, но в разгар очередной атаки сверху вдруг закапали крупные, тяжёлые капли — будто настоящий дождь посреди свалки. Алекс поднял взгляд и увидел знакомую тень, медленно проплывающую в воздухе: тот самый призрак, которого он встречал в руинах.

— ...ой, простите... кажется, я опять кому-то помешал... — донёсся до него тихий, унылый голос.

Манекен от неожиданности замер как вкопанный, а затем, узнав в призраке своего родственника, разразился гневными визгливыми криками, полностью позабыв про Алекса. Пользуясь всеобщим замешательством, Алекс на всякий случай отступил на пару шагов назад. Не выдержав случившегося конфуза, манекен вдруг взвыл в голос и стремительно унёсся прочь, скрывшись среди груд мусора так же внезапно, как появился, оставив после себя лишь примятый хлам и повисшую в воздухе неловкую тишину.

Алекс огляделся, собираясь поблагодарить неожиданного спасителя, но призрака уже нигде не было видно — тот исчез так же тихо и незаметно, как и появился, не дожидаясь ни слов признательности, ни чего-либо ещё. Алекс невольно улыбнулся, покачав головой — похоже, это было в его духе.

Отряхнувшись от пыли, он двинулся дальше, внимательно осматриваясь по сторонам. Свалка постепенно сменялась природным пейзажем — тёмные своды пещеры расступались, открывая взгляду поросшие мхом стены, тихие заводи с прозрачной водой и редкие пучки светящихся грибов, освещавших путь мягким голубоватым сиянием. Где-то вдалеке слышался приглушённый плеск воды, а среди камней то и дело мелькали крошечные светящиеся насекомые, похожие на живые искры.

Пройдя ещё немного, Алекс наткнулся на небольшой, скромный домик, притаившийся среди камней у самой кромки воды. Табличка у входа, покосившаяся и полустёртая, указывала, что это жилище того самого призрака. Алекс на мгновение замедлил шаг, раздумывая, не стоит ли всё же зайти поздороваться и как следует поблагодарить за помощь на свалке.

Решившись, он постучал в дверь, и через мгновение она приоткрылась — на пороге, чуть смущённо, парил тот самый призрак.

— ...о. Это ты, — протянул он тихим, унылым голосом, впрочем, без всякой враждебности.

— Привет, — сказал Алекс, стараясь звучать как можно дружелюбнее. — Спасибо тебе за помощь там, на свалке. Не позволишь мне ненадолго зайти? Мне бы перевести дух, да и раны не мешало бы обновить — у тебя случайно не найдётся медкомплекта?

Призрак ненадолго замер, будто удивившись просьбе, а затем медленно отступил в сторону, пропуская Алекса внутрь скромного, слабо освещённого жилища.

Оказавшись внутри, Алекс с интересом огляделся по сторонам — простая, почти пустая комната, старенький телевизор, потрёпанный диван и странная, но по-своему уютная атмосфера полумрака.

— Крутое жильё, — искренне заметил он, оглядываясь. — Тихо, спокойно. Мне нравится.

— ...спасибо, — тихо отозвался призрак, слегка смутившись от похвалы. — Можешь... полежать на полу, если хочешь. Я так обычно отдыхаю. Или посмотреть телевизор, если тебе интереснее... хотя там, наверное, ничего хорошего.

Он неспешно проплыл к маленькому шкафчику в углу комнаты и, порывшись немного, протянул Алексу потрёпанный, но, судя по всему, вполне пригодный медкомплект.

— Держи. У меня их тут несколько завалялось... не спрашивай, почему.

Алекс с благодарностью принял находку и, устроившись прямо на полу рядом с притихшим телевизором, позволил себе несколько минут настоящего отдыха — впервые за долгое время без ощущения опасности за спиной.

Воспользовавшись затишьем, он аккуратно снял старые, изрядно потрёпанные бинты и заменил их свежими из медкомплекта. Небольшая царапина на щеке, оставленная ножом манекена во время боя, тоже нашла своё место — Алекс заклеил её пластырем прямо поверх лица, невольно вспомнив тот самый шутливый пластырь, что когда-то прилепила ему на нос Ториэль.

Закончив с перевязкой, он с любопытством взглянул на призрака.

— А у тебя есть какая-нибудь музыка? — спросил он. — Было бы неплохо немного расслабиться под что-то спокойное.

Призрак чуть оживился при этих словах и, порывшись среди старых пластинок, включил тихую, меланхоличную мелодию собственного сочинения. Алекс откинулся назад, прикрыл глаза и позволил себе просто слушать — впервые за весь этот безумный день по-настоящему ничего не делая.

Так прошёл почти час. Немного отдохнув и почувствовав себя заметно лучше, Алекс поднялся на ноги и, потянувшись, направился к выходу.

— Спасибо тебе ещё раз, — сказал он на прощание, обернувшись в дверях. — Правда, ты мне очень помог сегодня — и там, на свалке, и здесь.

Призрак лишь тихо кивнул, пробормотав что-то в духе того, что рад был помочь, и Алекс, тепло улыбнувшись напоследок, вышел за дверь, продолжая свой путь через Уотерфолл.

Двигаясь дальше и внимательно изучая окружающую местность, Алекс вскоре наткнулся на весьма необычное строение — дом, чей силуэт при ближайшем рассмотрении оказался до странности похож на рыбу, с округлыми, будто чешуйчатыми стенами и приплюснутой крышей, напоминающей плавник. Алекс замер неподалёку, разглядывая находку с любопытством, гадая, кому вообще могла прийти в голову идея построить дом в форме рыбы.

Немного постояв и так и не поняв, чьё же это жилище, Алекс решил не рисковать понапрасну и не задерживаться здесь дольше необходимого. Собравшись с духом, он тихо обошёл дом стороной и продолжил путь дальше.

Вскоре тропа привела его в небольшое поселение, вырубленное прямо в скале, — деревушку с маленькими лавками и жилищами местных монстров. У одного из прилавков восседал древний на вид старик-черепаха, торговавший потрёпанными безделушками и странными артефактами. Заметив Алекса, он приветливо помахал клюшкой, служившей ему тростью, и предложил взглянуть на товар.

Разговорившись, старик — представившийся Герсоном — с удовольствием принялся рассказывать о давних временах, о войне между людьми и монстрами, свидетелем которой он был лично. Алекс слушал внимательно, ловя каждое слово — здесь, из первых уст, история звучала куда живее и правдивее, чем со страниц библиотечных книг.

— А почему всё вообще так закончилось? — не удержался Алекс, стараясь не упустить возможность узнать больше. — Почему люди заперли вас здесь, а не... не знаю, просто прогнали или договорились как-то?

Герсон тяжело вздохнул, и в его старых глазах на мгновение мелькнула тень давней боли.

— Страх, парень, — произнёс он неспешно. — Люди боялись нашей магии, а мы — их числа и решимости. Когда началась война, обе стороны потеряли слишком много, чтобы просто взять и договориться. А потом люди нашли способ запечатать нас здесь навсегда — семью особыми заклинаниями, семью магами. С тех пор мы и сидим тут, ждём.

— Ждёте чего? — тихо спросил Алекс.

— Того дня, когда барьер наконец падёт, — ответил старик с грустной улыбкой. — Многие уже и не верят, что доживут до этого. Но кое-кто верит. Особенно теперь, когда ты здесь.

Алекс задумался над этими словами, чувствуя, как на его плечи будто ложится незримый груз чужих ожиданий.

— Погоди, — произнёс он, слегка нахмурившись. — Вы ведь уже поняли, что я человек, да? Но почему тогда никто из вас просто не напал на меня из засады, пока я тут хожу один? И ещё — как вообще люди смогли вас запереть, если магией владели именно вы, а не мы?

Герсон усмехнулся, прищурившись.

— Насчёт засады — большинство из нас просто не хочет убивать, парень. Даже сейчас, даже после всего. А что касается магии... — он на мгновение замолчал, подбирая слова. — Люди сами магией не владели, тут ты прав. Но их было слишком много, а объединившись, семеро сильнейших магов человечества смогли создать барьер, вобравший в себя силу семи человеческих душ разом. Одна душа человека сильнее, чем душа любого монстра, вместе взятого — вот в чём вся соль. Против такой мощи наша магия оказалась бессильна.

— А, понятно, — медленно протянул Алекс, чувствуя, как разрозненные кусочки мозаики наконец начинают складываться воедино. — То есть люди просто забрали души монстров и объединили их с человеческими душами тех самых семи магов...

Он замолчал на мгновение, поражённый внезапно осенившей его мыслью.

— Теперь понятно, откуда взялись все эти истории про охоту на ведьм и колдунов, — тихо произнёс он. — Наверное, всё это как-то связано. Люди, боявшиеся магии настолько, что готовы были истреблять всех, кто хоть отдалённо был с ней связан... это же не просто совпадение, правда?

Герсон медленно кивнул, глядя на него с уважением.

— Быстро соображаешь, парень. Многие люди даже не задумывались об этом так глубоко.

— Просто любопытный, — пожал плечами Алекс, но глаза его выдавали неподдельный интерес. — А что случилось с теми семью магами потом? И правда ли, что нужно ещё семь человеческих душ, чтобы разрушить барьер, — я слышал что-то такое.

Герсон задумчиво почесал подбородок клюшкой.

— Многое из этого — уже легенды, обросшие слухами за столько веков. Но, по преданиям, маги, создавшие барьер, поплатились за свою силу — кто-то умер вскоре после ритуала, кто-то бесследно исчез. А насчёт душ — да, это правда. Барьер, созданный семью человеческими душами, может разрушить лишь равная по силе противоположность — ещё семь таких же душ. Собственно, именно поэтому наш король так... заинтересован в каждом человеке, что сюда падает.

Последние слова он произнёс с явной, тщательно скрываемой тревогой в голосе.

— А кто ваш король? — с интересом спросил Алекс.

— Асгор Дримурр, — ответил Герсон, и в его голосе прозвучало сложное смешение уважения и застарелой горечи. — Правит нами с самого начала, с тех пор как нас заперли здесь. Добрый малый, честно говоря, — по крайней мере, был таким когда-то. Но и на него легла тяжесть всей этой истории с барьером и человеческими душами. Сам увидишь, если доберёшься до него, — заключил старик, многозначительно взглянув на Алекса.

— А сколько лет вообще прошло с тех пор, как вас заперли здесь? — спросил Алекс.

Герсон ненадолго задумался, будто и сам не был до конца уверен в точном ответе.

— Почти три сотни лет, парень. Даже я, старый пень, застал только самый конец войны — тогда был совсем мальчишкой. Большинство из тех, кто здесь родился, о поверхности знают лишь по рассказам да старым книгам.

— Три сотни лет... — задумчиво повторил Алекс. — Поколение за поколением, целые жизни прожиты здесь, под землёй. Наверное, каждый раз, когда падал новый человек, у вас появлялась новая надежда, да? А потом она снова угасала.

Герсон помолчал, глядя куда-то вдаль, будто вспоминая нечто давнее и болезненное.

— Именно так оно и было, парень, — тихо ответил он. — Снова и снова.

— А короли? — уточнил Алекс. — Они хотя бы менялись за эти три сотни лет, или Асгор правит всё это время безвылазно?

Герсон покачал головой.

— Нет, парень, король всё тот же. Монстры живут дольше людей, куда дольше — иные из нас способны протянуть и не одну сотню лет, если магия достаточно сильна. Асгор правил нами ещё до заточения, правит и по сей день. Такое уж это долгое ожидание.

— Понятно, — кивнул Алекс. — А какой он вообще, этот ваш король?

Герсон на мгновение задумался, будто подбирая слова поточнее.

— Большой, — с лёгкой усмешкой начал он. — Огромный козёл, выше самой Ториэль, с внушительными рогами и трезубцем в руках. Но, честно говоря, за всей этой грозной внешностью прячется на удивление мягкая душа — он больше любит возиться в саду и разговаривать со своими подданными, чем воевать или отдавать приказы. Хотя, — старик снова помрачнел, — обстоятельства порой заставляют даже самых добрых существ делать то, чего они на самом деле совсем не хотят.

— Ториэль? — переспросил Алекс, удивлённо приподняв брови. — Ту, что живёт в руинах? Так они знакомы?

Герсон бросил на него внимательный взгляд, будто оценивая, стоит ли раскрывать эту историю.

— Знакомы — мягко сказано, парень, — ответил он со вздохом. — Когда-то Ториэль и Асгор были мужем и женой, королём и королевой всех монстров. Но после случившегося много лет назад... они разошлись, и Ториэль ушла жить одна в руины, подальше от всех. С тех пор они, насколько мне известно, почти не разговаривают.

— Погоди, — нахмурился Алекс, — но выглядит она максимум лет на сорок пять. Ты же только что говорил, что монстры живут по несколько сотен лет — как это вообще совмещается?

Герсон усмехнулся, явно позабавленный вопросом.

— А, ты об этом. Монстры стареют совсем не так, как люди, парень. Мы можем выглядеть примерно одинаково веками, а потом... в один момент просто угасаем, когда магия внутри истощается. Возраст у нас куда меньше связан с внешностью, чем у вас, людей.

— Может, ты ошибаешься, — с сомнением протянул Алекс. — Я ведь видел кое-какие рисунки в руинах — детские, судя по всему. И лица на них были совсем не похожи ни на тебя, ни на кого из тех, кого я успел встретить здесь. Может, там были не только монстры?

Герсон вдруг посерьёзнел, и в его взгляде мелькнуло что-то похожее на настороженность.

— Рисунки, говоришь... — медленно протянул он, будто взвешивая, стоит ли отвечать. — Возможно, ты видел там не только работы монстров, парень. За три сотни лет здесь бывали разные создания. Не всякая история заканчивается так, как хотелось бы.

— Значит, Асгор не первый король? — тут же уточнил Алекс, ухватившись за эту мысль.

Герсон покачал головой, слегка усмехнувшись.

— Нет-нет, парень, тут ты не так понял. Асгор как раз таки один и тот же король — что до войны, что сейчас. Я говорил о другом: те рисунки, что ты видел, скорее всего, оставили не монстры и не короли. Возможно, это были другие люди — такие же, как ты, что падали сюда до тебя.

Он ненадолго замолчал, явно подбирая слова с особой осторожностью.

— Ты, парень, далеко не первый человек, оказавшийся здесь за эти три сотни лет. И, боюсь, не все из них смогли отсюда выбраться.

— Нет, — вдруг твёрдо возразил Алекс, качая головой. — Я про другое. Тот, кого ты помнишь — это точно не тот же самый король.

Герсон замер, удивлённо взглянув на него.

— Что ты такое говоришь, парень? Я знаю Асгора не первый десяток лет, я...

— И всё же, — перебил его Алекс, сам не до конца понимая, откуда взялась эта уверенность, — что-то здесь не сходится.

Старик надолго замолчал, пристально всматриваясь в лицо Алекса, будто пытаясь понять, шутит тот или говорит всерьёз.

— Странные вещи ты говоришь, — произнёс он наконец, и в его голосе впервые за весь разговор прозвучала неподдельная тревога.

— Да пойми ты, — настойчиво продолжил Алекс, — даже магия не может вечно держать кого-то молодым. Вот, посмотри на себя — ты черепаха, ты явно живёшь очень долго, и при этом выглядишь именно на свой возраст, старым. Это логично. Но если бы магия просто "не давала стареть внешне", то и ты должен был бы выглядеть лет на пятьдесят, а не так, как сейчас. Что-то тут не сходится с тем, что ты рассказал про Ториэль.

Герсон надолго замолчал, о чём-то напряжённо размышляя, и его старческое лицо впервые за весь разговор выразило неподдельную растерянность.

— Ты... ты прав, — медленно произнёс он наконец, и в голосе его прозвучало неподдельное изумление. — Клянусь Ангелом, парень, ты прав. Я никогда прежде не задумывался об этом настолько глубоко...

— И ещё кое-что, — продолжил Алекс, не давая ему опомниться. — Если монстры живут здесь по несколько сотен лет, то почти каждый взрослый монстр должен был застать солнце, поверхность, людей — своими глазами. Тогда откуда здесь вообще берутся дети? Ведь если тут, под землёй, монстры продолжают рождаться поколение за поколением, получается, что размножаться они точно умеют — а значит, и живут не настолько уж и долго поодиночке, раз возникает необходимость в новых поколениях вообще.

Герсон замер с открытым ртом, явно захваченный врасплох этим вопросом ещё сильнее прежнего.

— Об этом я тоже как-то... не думал, — признался он растерянно, потирая лоб клюшкой. — Хм. Действительно, дети рождаются, растут, взрослеют — а старики вроде меня всё ещё здесь, всё ещё помнят солнце. Странно, что раньше это никого особо не смущало.

— Значит, — подытожил Алекс, — выходит, что монстры, по сути, стареют и умирают точно так же, как люди. Вы ведь едите, пьёте воду, спите — точно так же, как мы. Никакой "магии, останавливающей время", тут явно нет. Всё это просто... легенда, которую все давно приняли на веру и перестали в ней сомневаться.

Герсон медленно опустился на свой прилавок, выглядя так, будто у него из-под ног только что выбили твёрдую почву.

— Триста лет, парень, — прошептал он, глядя в пустоту перед собой. — Триста лет я рассказывал эту историю именно так, как рассказывали мне. И ни разу, ни единого раза не задумался — а откуда мы вообще знаем, что это правда?

Алекс на мгновение задумался, вспоминая кое-что из своих же слов.

— Хотя постой, — поправился он сам себя. — Ты ведь черепаха. А черепахи и среди обычных, земных животных живут довольно долго — куда дольше многих людей, даже без всякой магии. Так что тут дело не только в магии — может, просто у разных видов монстров изначально разная продолжительность жизни, совсем как у животных на поверхности.

Герсон медленно кивнул, немного приходя в себя.

— Возможно, ты и прав, парень... возможно. Но факт остаётся фактом — я всё это время считал, что дело именно в магии, а не в самой моей природе. И теперь я уже не так уверен, что я вообще знаю наверняка.

— Вот смотри, — продолжал развивать мысль Алекс, — если бы магия действительно "поддерживала молодость", почему тогда ты не молод? И почему у некоторых монстров вообще есть дети, которые потом растут, стареют и в итоге тоже умирают? Если бы магия действительно останавливала старение, в этом просто не было бы смысла — вы жили бы вечно, и никакой нужды в новых поколениях бы не возникало.

Герсон долго молчал, обдумывая услышанное, а затем медленно, будто через силу, произнёс:

— Знаешь, парень... сдаётся мне, что дело не в магии вовсе. Просто мы, монстры, живём и умираем совсем как любые другие живые существа — каждый вид по-своему, дольше или короче, в зависимости от природы. А историю про "магию, останавливающую время" мы, наверное, просто выдумали сами, чтобы хоть как-то объяснить то, чего не понимали до конца. Легче поверить в красивую сказку, чем признать, что мы просто... стареем и умираем, как и всё живое.

— А у вас вообще есть сердце? Кровь? — с любопытством спросил Алекс, разглядывая старого монстра уже совсем другим взглядом — скорее исследовательским, чем настороженным.

Герсон на мгновение растерялся от такого прямого вопроса, но затем усмехнулся, явно оценив неподдельный интерес собеседника.

— И то, и другое, парень, хотя, наверное, устроено это у нас несколько иначе, чем у вас, людей. У большинства монстров есть что-то вроде сердца — оно поддерживает нашу магию, нашу душу, если хочешь. А кровь... да, есть и она, хотя у некоторых видов она куда гуще обычной, почти как смола, у других — почти прозрачная. Тут уж каждый вид отличается своими особенностями.

— Значит, — медленно подытожил Алекс, будто складывая последний кусочек мозаики, — вы такие же живые существа, как и мы, люди. Просто эволюционировавшие немного иначе. А магия — это, по сути, просто природная энергия, которую вы научились использовать — вроде как я видел огонь без спичек, воду из ниоткуда. Это ведь тоже силы природы, просто монстры научились управлять ими напрямую, как какой-нибудь орган или способность, которой у людей попросту нет.

Герсон медленно кивнул, глядя на Алекса с нескрываемым уважением.

— Звучит куда разумнее любой из легенд, что я слышал за свою жизнь, парень, — признал он. — Может, ты и прав. Может, всё это время мы просто были живыми существами со своими особенностями, а не какими-то мистическими созданиями из детских сказок. Забавно, что понадобился именно человек, чтобы взглянуть на нас с такой стороны.

— Знаешь, — задумчиво добавил Алекс, — мне кажется, дело именно в этом. Когда не хочется по-настоящему разбираться, как что-то устроено, проще всего назвать это "магией" и на этом остановиться. Не нужно искать объяснений, не нужно копать глубже — просто ярлык, который закрывает все вопросы разом. И люди, и, судя по всему, монстры одинаково любят так поступать.

Герсон тихо рассмеялся, качая головой.

— Похоже, ты прав куда больше, чем я готов был признать поначалу, парень. Может, вам, людям, всё же есть чему нас научить.

— Может быть, старик, — с лёгкой улыбкой отозвался Алекс. — Ярлыки вообще очень удобная штука. Вот только такая же и опасная — стоит один раз назвать что-то непонятным словом, и уже никто не пытается разобраться по-настоящему. Люди то же самое проделывали друг с другом веками — навешивали ярлыки, а потом переставали видеть за ними живых существ.

Герсон одобрительно хмыкнул, глядя на него с новым уважением.

— Мудрые слова для такого молодого парня.

— Да я просто любознательный, — пожал плечами Алекс, слегка смутившись от похвалы. — Всегда любил докапываться до сути вещей, даже если ответ никому не нравится.

— Кстати, — вспомнил Алекс, возвращаясь к прежней мысли, — насчёт вашего короля. Я всё ещё не уверен, что это именно тот Асгор, которого ты помнишь. Может, конечно, я ошибаюсь, и это просто кто-то очень на него похожий — но что-то в этой истории меня смущает.

Герсон нахмурился, задумчиво почёсывая подбородок.

— Признаю, теперь и я не могу с уверенностью сказать, что знаю наверняка, — медленно проговорил он. — Столько лет прошло... столько всего изменилось. Может, ты и прав, парень, и стоит присмотреться к нему повнимательнее, когда доберёшься до замка. Хотя одно я знаю точно — если это правда не он, то это многое объяснило бы.

— Знаешь, — задумчиво произнёс Алекс, глядя куда-то вдаль, — мне кажется, старое поколение просто передаёт новому свою ношу. Свои страхи, свои войны, свои недосказанные истории — и так по кругу, снова и снова, пока кто-то наконец не остановится и не спросит: а почему, собственно, всё должно быть именно так?

Герсон долго молчал, обдумывая эти слова, а затем тихо, почти незаметно кивнул.

— Может, именно поэтому ты здесь, парень. Может, именно поэтому.

Алекс тяжело вздохнул, опустив взгляд, и на мгновение на его лице отразилась усталая грусть — груз чужих ожиданий, судьбы и невысказанных историй давил сильнее, чем ему хотелось бы признать.

— Да, похоже, что так, — тихо согласился он. — Но я всё же верю, что смогу это изменить.

Он произнёс это тихо, почти неуверенно, но в глазах его при этом мелькнула та самая решимость, что не раз уже помогала ему пройти через самые тяжёлые моменты этого дня.

Герсон снова задумчиво почесал подбородок клюшкой, возвращаясь к прежней теме.

— Знаешь, а насчёт короля... может, ты и прав, только не совсем в том смысле, — медленно произнёс он. — Может, это вовсе не подмена, а просто потомок того самого Асгора, которого я когда-то знал. Носит то же имя, тот же титул — такое ведь бывает среди правящих семей. Раз ты видел его не так давно, а я вот уже давненько не выбирался из этой деревушки — может статься, что там теперь правит уже другой Асгор, сын или внук прежнего, а мы тут все просто по привычке зовём его так же.

— Ну ладно, старик, — сказал Алекс, поднимаясь на ноги и отряхиваясь. — Ты помог мне с парой ответов, спасибо тебе за это. Есть над чем подумать дальше.

Герсон добродушно усмехнулся, махнув клюшкой на прощание.

— Обращайся, если ещё что-нибудь взбредёт в эту любопытную голову, парень. И будь осторожен там, дальше — путь предстоит не из лёгких.

Уже развернувшись, чтобы уйти, Алекс обернулся напоследок и твёрдо произнёс:

— Вот увидишь, старик. Я вытащу вас всех на поверхность.

Герсон замер, глядя ему вслед, и на его старом лице отразилось нечто среднее между удивлением и робкой, давно позабытой надеждой.

Уже стоя в дверях, Алекс обернулся ещё раз и негромко добавил:

— Порой в отчаянии кажется, что нет правильного пути. Но когда ищешь свет в темноте, находишь даже самую малость — и порой этого оказывается достаточно, чтобы идти дальше.

С этими словами он вышел за дверь, оставляя старого черепаху одного среди его немудрёных товаров и растревоженных мыслей.

Дальнейший путь через Уотерфолл то и дело прерывался стычками с местными обитателями — кто-то нападал из чистого азарта, кто-то по привычке, а кто-то просто хотел проверить пришельца на прочность. Алекс каждый раз вступал в бой, но неизменно старался не причинять серьёзного вреда — уклонялся, парировал, выжидал, пока противник не выдохнется или не передумает. Раз за разом он щадил встреченных монстров, и с каждым таким боем его движения становились всё увереннее, а сам он — всё опытнее в этом странном, вынужденном искусстве сражаться, не желая по-настоящему ранить никого из тех, кто вставал у него на пути.

В конце концов тропа вывела его к очередному деревянному мосту, перекинутому над мелким водоёмом, из которого то тут, то там торчали острые каменные сталагмиты. Рядом, к удивлению Алекса, снова крутился знакомый монстрёнок — судя по всему, он увязался следом ещё раньше и теперь с нескрываемым восторгом предвкушал зрелище.

Едва Алекс ступил на доски, как воздух вокруг вновь пронзил уже до боли знакомый холодный блеск — на другом конце моста показалась Андайн, и на этот раз в её взгляде читалась настоящая, ничем не сдерживаемая решимость довести дело до конца.

— ДАВАЙ, АНДАЙН! — восторженно завопил монстрёнок, подпрыгивая на месте. — ПОКАЖИ ЕМУ!

Увлёкшись собственными криками, монстрёнок слишком сильно перегнулся через край моста и, потеряв равновесие, сорвался вниз. Не имея рук, чтобы ухватиться, он в последний момент вцепился зубами в один из настилов моста, повиснув прямо над водой с торчащими из неё острыми сталагмитами, и приглушённо замычал от страха.

Алекс бросился к краю моста и, крепко схватив монстрёнка за шкирку, начал осторожно тянуть его наверх, стараясь не дать зубам соскользнуть с доски.

— Держись! — выдохнул он, напрягая все силы, чтобы вытянуть монстрёнка обратно на доски.

С трудом, но ему всё же удалось затащить перепуганного малыша обратно на мост в целости и сохранности.

Андайн, уже занёсшая было руку для новой атаки, вдруг замерла, заметив, что монстрёнок стоит прямо рядом с Алексом, целый и невредимый. Она нахмурилась, явно не желая рисковать задеть его случайно, и, что-то раздражённо прорычав себе под нос, опустила оружие и отступила, скрывшись за скалами без дальнейших слов.

Монстрёнок, до этого момента не до конца понимавший, что произошло, восхищённо посмотрел на Алекса.

— Ты правда только что спас меня от Андайн, — выдохнул он с благоговением. — Это было офигенно.

Тут же, заметив приближающуюся Андайн, монстрёнок радостно замахал в её сторону, всё ещё не до конца отдышавшись после падения.

— АНДАЙН! Ты видела? Видела?! Он меня спас! — восторженно затараторил он. — Это было прямо как в тех историях про героев, которые ты мне рассказывала!

Андайн замерла на месте, глядя то на Алекса, то на возбуждённого монстрёнка, и на её лице отразилась целая буря противоречивых чувств — досада, растерянность и что-то похожее на невольное уважение.

Так и не сказав ни слова, она резко развернулась и стремительно скрылась за скалами, оставив Алекса и монстрёнка одних на мосту.

Монстрёнок ещё какое-то время смотрел ей вслед, а затем повернулся к Алексу с широкой, восхищённой улыбкой.

— Знаешь, — сказал он тихо, — когда я вырасту, я тоже хочу быть таким, как ты. Тем, кто не боится ничего и всегда приходит на помощь.

Он вдруг посерьёзнел, глядя на Алекса уже совсем другим взглядом.

— Знаешь, все вокруг говорили мне, что люди — это чудовища, что вас нужно бояться. А ты меня спас. Первый настоящий человек, которого я встретил, — и он оказался совсем не таким, каким я его представлял.

Немного помолчав, монстрёнок неловко подпрыгнул на месте и махнул Алексу на прощание, заковыляв прочь, оставляя того одного продолжать свой путь.

Алекс лишь довольно ухмыльнулся ему вслед, чувствуя лёгкую гордость от услышанных слов.

Он продолжил путь, и вскоре тропа начала подниматься вверх, а воздух вокруг заметно потеплел — где-то впереди уже угадывалась граница с Хотлендом. Подняв взгляд, Алекс заметил высокий утёс, возвышавшийся у самого входа в раскалённую местность, а на его вершине — знакомую фигуру.

Андайн стояла там, гордо выпрямившись, её силуэт чётко вырисовывался на фоне багрового зарева далёкой лавы. Завидев приближающегося Алекса, она подняла руку, призывая его остановиться, и заговорила — на этот раз без прежних заминок, твёрдым, пронизанным решимостью голосом.

— Довольно, — произнесла она. — Хватит бегать, человек. Ты прошёл через весь Уотерфолл, обзавёлся друзьями среди моего народа, даже спас того мальчишку. Но ничто из этого не меняет главного: пока барьер не разрушен, каждый человек, попавший сюда, остаётся угрозой для всех, кого я поклялась защищать. Мне жаль, что до этого дошло, но я не отступлю от своего долга.

Речь звучала твёрдо и уверенно — сразу было видно, что она репетировала её далеко не один раз, возможно, перед зеркалом, снова и снова оттачивая каждое слово. Но на середине пламенной тирады Андайн вдруг запнулась, явно позабыв, что должна сказать дальше. Она раздражённо зарычала на саму себя и, махнув рукой, отбросила остатки монолога как ненужную формальность — терять время на красивые слова ей явно надоело.

Не тратя больше ни секунды, Андайн спрыгнула прямо с утёса вниз, держа в руке светящееся копьё, нацеленное точно на Алекса. Он едва успел среагировать — рванул из-за пояса свой деревянный меч и вскинул его перед собой, отражая удар в последний момент. Раздался громкий, резкий звон.

Алекс устоял на ногах, но всё его тело тут же отозвалось острой болью от отдачи — измученные мышцы и не до конца зажившие раны явно были не в восторге от такого испытания.

— Чёрт, ты сильна, — процедил Алекс сквозь зубы, крепче перехватывая рукоять меча. — Но и я не самый простой парень.

С этими словами он собрался с духом и приготовился к следующей атаке, полный решимости выстоять, чего бы это ему ни стоило.

— Ну что, — с вызовом бросил он, коротко усмехнувшись несмотря на боль, — потанцуем?

Андайн лишь оскалилась в ответ, и в следующее мгновение воздух вокруг снова наполнился свистом летящих копий — бой разгорался всерьёз.

Бой длился, наверное, минуты две — для Алекса они растянулись, казалось, в целую вечность. Он уклонялся, парировал, отступал и снова бросался вперёд, стараясь держаться на равных, но раз за разом чувствовал, что не поспевает за скоростью её атак — то и дело копья задевали его вскользь, оставляя новые царапины поверх старых ушибов. Тем не менее держался он неплохо для того, кто впервые столкнулся с настоящим воином.

В какой-то момент, улучив удачный момент между двумя выпадами, Алекс сумел провести быстрый ответный удар — лезвие меча скользнуло по её плечу, оставив неглубокий порез. Андайн зашипела от неожиданности, на мгновение замерев, и смерила Алекса взглядом, в котором помимо ярости мелькнуло что-то похожее на невольное уважение.

Тело Алекса горело от боли — казалось, каждая мышца кричала о пощаде, а свежие порезы поверх старых ран отзывались острыми вспышками при каждом движении. Некогда светлая одежда, подаренная Ториэль, постепенно пропитывалась кровью, становясь всё темнее, почти багровой в тех местах, где копья всё же успевали задеть его по-настоящему.

Бой перешёл в куда более агрессивную фазу — атаки Андайн становились резче и быстрее, а сам Алекс уже едва держался на ногах от усталости и боли. Всё это время его не покидали страх и тревога, а где-то на фоне бушевал адреналин, единственный, кто ещё позволял ему двигаться и держать оборону вместо того, чтобы просто рухнуть без сил.

— Ха, — выдохнул Алекс сквозь стиснутые зубы, уворачиваясь от очередного выпада, — так это та самая Андайн, что, говорят, сильнее самого Асгора? А по мне так сейчас передо мной просто милашка в доспехах.

Андайн на мгновение сбилась с ритма, явно опешив от подобной наглости, а затем яростно зарычала, стиснув копьё ещё крепче.

— ТЫ ХОТЬ ПОНИМАЕШЬ, С КЕМ ГОВОРИШЬ, ЧЕЛОВЕК?!

— Да, с красоткой, — с ухмылкой отозвался Алекс.

Воспользовавшись тем, что она на пару секунд замерла от подобной дерзости, он бросился вперёд и обрушил на неё быструю серию ударов мечом. Но пробить её тяжёлую броню оказалось не так-то просто — клинок раз за разом со звоном отскакивал от металла, не причиняя серьёзного вреда, и Андайн, быстро придя в себя, вновь перешла в наступление.

«Вот оно, — пронеслось в голове у Алекса, пока он отбивал очередной выпад. — Я могу использовать это — подкалывать, флиртовать, застать её врасплох, пока она настроена серьёзно». В любом серьёзном бою, понял он, иногда лучше сыграть на неожиданности, чем пытаться в лоб превзойти противника в силе или скорости — короткое замешательство порой стоило дороже удачного удара.

Андайн тем временем начала призывать копья прямо из воздуха, обрушивая на Алекса целые волны атак со всех сторон. Он уворачивался как мог, но одно из копий всё же зацепило его по касательной, оставив свежую царапину на боку. Поморщившись от боли, он тем не менее не потерял самообладания.

— Эй, милашка, не надо так стараться пронзить мне сердце, — выдохнул он с усмешкой, уклоняясь от следующего выпада. — Я и сам его отдам, если тебе так уж нужно.

Андайн на мгновение сбилась с движения, явно не ожидав подобной наглости посреди самого настоящего боя, и разразилась яростным, полным негодования рыком.

— Но моё сердце ещё нужно заслужить, милашка, — с наглой улыбкой добавил Алекс, уклоняясь от очередного выпада. — Я же знаю, я красив, но так просто оно тебе не достанется.

Пока Андайн, пылая от возмущения, на секунду замешкалась, теряя привычный ритм атак, Алекс не упустил момента — воспользовавшись её замешательством, он рванулся вперёд и провёл быструю серию ударов, целясь в незащищённые места между пластинами доспехов.

Но не успел он толком порадоваться удачной атаке, как Андайн, придя в ярость, ответила стремительным контрударом. Алекс не успел полностью увернуться — остриё копья скользнуло по руке, оставив глубокий порез. Он тут же пожалел о собственной самонадеянности: кровь хлынула куда сильнее, чем прежде, стекая по пальцам и капая на землю, а голова начала предательски кружиться от потери сил.

Понимая, что долго так продолжаться не может, Алекс решился на последнюю хитрость. Он бросился вперёд с очередной атакой — Андайн, ожидая подвоха, тут же выставила блок, готовая отразить удар. И в этот самый момент, вместо того чтобы бить, Алекс во весь голос выкрикнул:

— Я люблю тебя, милашка!

Андайн от неожиданности замерла на месте, растерянно моргнув, и этой доли секунды Алексу хватило с лихвой — он резко пригнулся и проскользнул у неё между ног, тут же срываясь на бег со всех оставшихся сил, прямо в сторону раскалённого зарева Хотленда.

Андайн, быстро придя в себя после подобной наглости, с яростным рёвом бросилась в погоню, явно не собираясь так просто отпускать его после подобной выходки. Алекс бежал изо всех сил, чувствуя, как с каждым шагом жар вокруг становится всё сильнее, а лёгкие начинают гореть от напряжения. Вскоре впереди, у самой границы с раскалённым Хотлендом, показался старенький кулер с водой, одиноко стоящий у стены пещеры.

Не успел Алекс добежать до него, как позади раздался тяжёлый, судорожный вздох — Андайн, не привыкшая к раскалённому воздуху Хотленда, вдруг покачнулась и рухнула на колени, задыхаясь от жары и накопившейся жажды. Копьё выскользнуло из её ослабевшей руки, со звоном упав на раскалённый камень.

«Кажется, я всё-таки победил», — мелькнула у Алекса усталая мысль. Он подошёл к кулеру и, дрожащими от изнеможения руками, наполнил стаканчик, жадно осушив его залпом — прохладная вода показалась ему в этот момент настоящим спасением. Утолив собственную жажду, он бросил взгляд на обессиленную Андайн, всё ещё тяжело дышавшую на земле неподалёку, и, недолго думая, наполнил ещё один стакан, направившись к ней, чтобы помочь.

— Держи, выпей, — сказал он, протягивая стакан. — Ты же не хочешь опозориться перед своим фанатом.

Он кивнул куда-то за её спину — там, чуть поодаль, действительно обнаружился знакомый монстрёнок, который, оказывается, всё это время украдкой следовал за ними и теперь во все глаза наблюдал за происходящим.

Андайн проследила за его взглядом и, заметив мальчишку, шумно выдохнула, а затем, не глядя на Алекса, всё же выхватила стакан из его рук и залпом осушила его.

Алекс присел рядом и, понизив голос так, чтобы монстрёнок вдалеке точно не расслышал, тихо заговорил ей на ухо:

— Слушай, ты устала. Я тоже устал. Мы оба еле держимся на ногах — ни ты драться толком не можешь, ни я. Давай вернёмся назад и повторим бой, только уже понарошку. А потом ты позвонишь Папайрусу и скажешь ему, что победила меня, и пусть он заберёт меня в свою "тюрьму". Твой фанат вон там сильно расстроится, если узнает, что ты мне проиграла.

Андайн покосилась на него исподлобья, всё ещё тяжело дыша, явно взвешивая это неожиданное предложение.

— ...Ладно, — выдавила она наконец сквозь зубы, явно через силу. — Годится. Только не думай, что это что-то меняет, человек. Просто не упрямься сейчас, как упрямлюсь я обычно — сил спорить с тобой у меня всё равно не осталось.

Они вернулись немного назад, туда, где их всё ещё мог видеть монстрёнок, и разыграли короткую, наигранную стычку — Алекс картинно "отбивался" пару мгновений, а затем со стоном рухнул на землю, изображая полное поражение. Андайн, встав над ним с видом победительницы, издала торжествующий рёв на потеху зрителю, после чего, отвернувшись, чтобы скрыть кривую усмешку, полезла в карман за телефоном.

— Папайрус, — произнесла она в трубку, стараясь звучать как можно более уверенно и триумфально, — я поймала человека.

Пока Андайн разговаривала по телефону, Алекс окинул взглядом место их недавней схватки и невольно поёжился — земля вокруг была почти сплошь залита его собственной кровью, тёмными пятнами впитавшейся в раскалённый камень. Только сейчас, увидев всё это со стороны, он по-настоящему осознал, насколько близко подошёл к настоящей беде.

«Я чуть не сдох здесь», — с холодком в груди подумал Алекс, глядя на собственную кровь на камнях. Мысль эта отозвалась где-то внутри почти физической тяжестью — впервые за весь этот безумный день он по-настоящему ощутил, насколько хрупкой на самом деле оказалась грань между жизнью и смертью в этом странном подземном мире.

Минут через пятнадцать на месте появился взволнованный Папайрус, поспешивший на зов Андайн. К тому моменту силы окончательно оставили Алекса — он едва держался на ногах, а каждое движение отзывалось тупой, выматывающей болью по всему телу. Уже позволяя Папайрусу увести себя прочь, он бросил последний взгляд назад, на Андайн — та тоже выглядела совершенно обессиленной, привалившись спиной к скале, и на короткое мгновение их взгляды встретились в молчаливом, усталом понимании.

Оказавшись наконец в доме Папайруса, Алекс первым делом занялся собственными ранами. Старую повязку на руке — единственную, что оставалась у него с самого первого дня, — он осторожно размотал: она насквозь пропиталась кровью и потемнела от пота и грязи. Но помимо неё за сегодняшний бой добавилось множество новых порезов — на боку, на ноге, у колена, — которых раньше не было. Алекс, стиснув зубы, принялся обрабатывать их одну за другой, заменяя всё свежими бинтами из припасённого медкомплекта. Закончив, он с удивлением осмотрел себя — теперь повязки покрывали его от самого колена через всё тело вплоть до руки, куда обширнее, чем когда-либо прежде.

Закончив с перевязкой, Алекс почувствовал, как последние силы окончательно покидают его. Не в состоянии больше держаться на ногах, он опустился на диван в гостиной братьев-скелетов и почти мгновенно провалился в глубокий, беспробудный сон, едва успев подумать о том, каким же долгим и тяжёлым выдался этот день.

Проснулся Алекс лишь часов через восемь — тело всё ещё ныло, но сон явно пошёл ему на пользу. Он так и уснул прямо в свежих бинтах, не успев даже переодеться, и, приподнявшись на диване, обнаружил, что его собственной, некогда светлой одежды нигде не видно.

— Эм... а где моя одежда? — спросил он хриплым со сна голосом, оглядываясь по сторонам в поисках Папайруса или Санса.

Из соседней комнаты тут же донёсся звук шагов, и в дверях появился Папайрус с явно смущённым видом.

— А, ты проснулся! — воскликнул он чуть громче обычного. — Твоя одежда была вся в крови, так что я ЛИЧНО постирал её, пока ты спал. Настоящий герой должен заботиться о своих гостях, знаешь ли! Она сушится на верёвке во дворе, будет готова совсем скоро.

— Ага, понятно, спасибо, — кивнул Алекс, всё ещё немного сонный. — А есть что-нибудь пожевать? Умираю с голоду после вчерашнего.

Папайрус тут же просиял, явно обрадовавшись возможности проявить гостеприимство.

— КОНЕЧНО ЕСТЬ! У МЕНЯ КАК РАЗ ОСТАЛОСЬ НЕМНОГО ВЧЕРАШНИХ СПАГЕТТИ! — с гордостью объявил он и умчался на кухню, гремя посудой.

Пока Папайрус хлопотал с готовкой, Алекс задумался — после завтрака, обеда или ужина ему предстояло поесть, он и сам толком не знал. В конце концов, здесь, под землёй, время как будто вовсе перестало иметь привычное значение — ни солнца, ни смены дня и ночи, только вечный полумрак да собственное, сбившееся с ритма чувство усталости, подсказывающее, что пора бы поесть и отдохнуть.

Спагетти оказались, мягко говоря, весьма своеобразными на вкус, но Алекс, не желая расстраивать гостеприимного хозяина, доел всё до последней макаронины и искренне поблагодарил за угощение.

— Кстати, — сказал Папайрус, когда с едой было покончено, — я тут подумал... хочу познакомить тебя кое с кем. С другом — точнее, скорее с учителем, — которая пока о тебе ничего не знает. Думаю, тебе стоит с ней встретиться.

— Было бы здорово, если бы вы подружились, — добавил он с надеждой в голосе.

Алекс, немного удивившись такому предложению, всё же согласился. Дождавшись, пока высохнет его одежда, он оделся, и они с Папайрусом отправились в путь. К его удивлению, дорога привела их к тому самому странному дому в форме рыбы, который он уже видел раньше, — правда, тогда он так и не узнал, кто в нём живёт.

Папайрус уверенно постучал в дверь, и через мгновение та открылась.

На пороге, скрестив руки на груди, стояла Андайн. Она и Алекс замерли одновременно, узнав друг друга, и на пару секунд повисла неловкая пауза.

— Ты?! — вырвалось у неё почти одновременно с не менее ошарашенным восклицанием Алекса.

Папайрус, совершенно не замечая повисшего напряжения, радостно захлопал в ладоши.

— ВИДИШЬ, АНДАЙН, Я ЖЕ ГОВОРИЛ, ЧТО ОН ТЕБЕ ПОНРАВИТСЯ! ЗНАКОМЬТЕСЬ ПОБЛИЖЕ!

Андайн тяжело вздохнула, явно смирившись с неизбежным, и молча посторонилась, впуская обоих внутрь. Дом оказался под стать хозяйке — стены увешаны копьями и оружием, повсюду валялись спортивные снаряды, а в углу гостиной, к удивлению Алекса, обнаружилась внушительная стопка каких-то мультяшных постеров и дисков, явно припрятанных не слишком аккуратно.

— Садись, — буркнула Андайн, кивнув на потрёпанный диван, и скрылась на кухне. Через пару минут она вернулась с дымящимися чашками горячего чая паучьего производства и протянула одну Алексу. Едва пригубив, он тут же закашлялся — напиток оказался обжигающе горячим и странно острым на вкус.

Андайн, глядя на его реакцию, впервые за весь вечер позволила себе едва заметную усмешку.

Тем временем Папайрус, широко улыбнувшись при виде того, как хорошо, по его мнению, проходит знакомство, объявил, что его миссия сводника успешно выполнена, и, не тратя времени на прощания через дверь, попросту разбежался и сиганул прямиком в открытое окно, скрывшись снаружи с довольным победным возгласом.

Алекс проводил его ошарашенным взглядом, так и не успев ничего сказать.

Он снова покосился на свою чашку, всё ещё чувствуя лёгкое жжение на языке от первого глотка.

— Слушай, а чай у тебя слишком горячий, — заметил он, осторожно подув на напиток.

Он ненадолго замолчал, покручивая чашку в руках, а затем поднял взгляд на Андайн, сидевшую напротив с настороженным видом.

— Слушай, — начал он уже серьёзнее, — я хотел тебе кое-что сказать.

— Насчёт того боя... — продолжил он, слегка смутившись. — Все эти штуки, что я говорил тебе там, вся эта "милашка" и прочее — это просто был флирт. Тактика, чтобы застать тебя врасплох, не более того. Не хочу, чтобы ты неправильно поняла.

Андайн хмыкнула, отпив из своей чашки, и одарила его насмешливым взглядом.

— Да я поняла, не переживай, — фыркнула она. — Хотя, признаю, сработало неплохо. Не ожидала подобной наглости от человека.

— Ну, если приглядеться, — с лукавой ухмылкой добавил Алекс, окидывая её взглядом снизу вверх, — ты и правда милашка.

Андайн, ростом заметно возвышавшаяся над ним — примерно сантиметров сто девяносто пять, — насмешливо фыркнула, явно не зная, воспринимать это всерьёз или как очередную провокацию.

— Ты либо самый смелый, либо самый глупый человек, что я встречала, — покачала она головой, впрочем, без всякой враждебности в голосе.

— И то, и другое, наверное, — с усмешкой пожал плечами Алекс, изображая клоунский поклон прямо сидя на диване.

Андайн против воли фыркнула от смеха, едва не расплескав свой чай.

Оглядевшись по сторонам, Алекс с искренним любопытством осмотрел обстановку.

— А у тебя тут классно, — заметил он. — Дом мне нравится. Необычно, но по-своему круто.

Андайн, явно польщённая, гордо приосанилась.

— А то! Сама строила, между прочим. Ну, почти сама, — призналась она чуть смущённо. — Правда, форма рыбы вышла случайно — начинала с обычного дома, а потом просто... увлеклась.

Она махнула рукой в сторону развешанного по стенам оружия.

— Хочешь, покажу пару приёмов? Раз уж ты продержался против меня в бою дольше, чем большинство местных монстров, может, из тебя выйдет толк.

— Хорошо, — кивнул Алекс, допивая остатки чая. — Опыт лишним не будет, особенно после сегодняшнего.

Андайн довольно ухмыльнулась и, поднявшись с дивана, поманила его за собой во двор, где виднелась небольшая тренировочная площадка, увешанная мишенями и потрёпанными манекенами для отработки ударов.

— Ну что, начнём, — сказал Алекс, картинно отвесив полупоклон. — После вас, как говорится — дамы вперёд.

Андайн закатила единственный глаз, но не удержалась от короткого смешка.

— Издеваешься? Ладно, смотри и учись, человек.

Она взяла с подставки одно из тренировочных копий и с невероятной лёгкостью продемонстрировала серию стремительных, отточенных до автоматизма движений — выпады, развороты, блоки, — двигаясь настолько плавно и быстро, что Алекс едва успевал следить взглядом за каждым приёмом.

— Теперь твоя очередь, — сказала она, протягивая ему тренировочное оружие. — Повторяй, как можешь.

— Постараюсь изо всех сил, — отозвался Алекс, принимая копьё и занимая исходную позицию.

Тело тут же отозвалось острой болью в каждой мышце — вчерашние раны и синяки давали о себе знать при каждом движении, а забинтованная рука ощутимо ныла от одного лишь веса оружия. Но, стиснув зубы, он всё же попытался повторить показанные приёмы, пусть неуклюже и куда медленнее, чем хотелось бы.

Андайн, наблюдавшая за его стараниями, скептически прищурилась, но, увидев, с каким упорством он продолжает попытки, несмотря на очевидную боль, всё же смягчилась.

— Ну что, — хмыкнула она, скрестив руки на груди, — технику тебе явно ставить и ставить, но зато постарался, не буду врать.

— Хе, — ухмыльнулся Алекс, опираясь на копьё, чтобы отдышаться. — Ты меня похвалила? Уже учишься флиртовать, а?

Андайн мгновенно вспыхнула от возмущения, её лицо покрылось румянцем.

— ЭТО НЕ ФЛИРТ, ЭТО ПРОСТО КОНСТАТАЦИЯ ФАКТА! — рявкнула она, отворачиваясь, явно пытаясь скрыть смущение за напускной злостью.

— Знаю, знаю, я просто шучу, — примирительно поднял руки Алекс, слегка улыбнувшись. — Прости, не удержался.

Андайн ещё немного повозмущалась для вида, но вскоре вновь повернулась к нему, уже без прежней злости во взгляде.

— Слушай, — уже серьёзнее сказал Алекс, — а ты не могла бы правда научить меня драться? По-настоящему, а не просто показать пару приёмов. Мне бы не помешало стать хоть немного сильнее — путь ещё не окончен, и не факт, что дальше будет легче.

Андайн смерила его долгим, оценивающим взглядом, а затем на её губах медленно расплылась хищная, довольная улыбка.

— Наконец-то дельный вопрос, — сказала она, хрустнув костяшками пальцев. — Ладно, человек. Раз просишь — получай. Но учти, церемониться я не буду.

— Я вообще-то не свидание прошу, — со смехом уточнил Алекс, — а обучение.

Андайн фыркнула, закатив единственный глаз.

— Да понятно, не переживай так. Хотя, признаю, было бы забавно посмотреть на твоё лицо, если бы я восприняла это буквально.

— Чё? — Алекс приподнял бровь, слегка опешив. — На секунду мне показалось, что это ты сейчас флиртуешь со мной. А ты, оказывается, тоже умеешь — не ожидал такого от самой Королевской стражи.

Андайн замерла, явно не сразу сообразив, как реагировать на подобный переворот ситуации, а затем смущённо отвела взгляд, что-то раздражённо буркнув себе под нос.

— Эй, а чего это ты глаза в сторону отвела? — не удержался Алекс с довольной усмешкой.

— НИЧЕГО Я НЕ ОТВОДИЛА! — рявкнула Андайн, резко выпрямляясь. — Ладно, хватит болтовни. Учить я тебя буду или нет?

— Ладно, ладно, учи меня, — примирительно поднял руки Алекс, снова беря в руки тренировочное копьё.

Весь оставшийся день Алекс провёл на тренировочной площадке, раз за разом повторяя показанные движения, несмотря на то что каждое из них отзывалось новой вспышкой боли в измученном теле. Андайн не давала ему поблажек — требовала точности, исправляла стойку, заставляла повторять одно и то же снова и снова, — но при этом ни разу не позволила довести дело до серьёзной травмы. К концу дня Алекс, весь мокрый от пота и вымотанный до предела, всё же почувствовал, что его движения стали чуть увереннее, чем утром.

Попрощавшись с Андайн, он вернулся в дом братьев-скелетов и первым делом с наслаждением погрузился в горячую ванну, смывая с себя пот, пыль и накопившуюся за день усталость. Той ночью он спал крепко и без сновидений.

Утром следующего дня, собравшись с силами, Алекс заглянул к Андайн ещё раз, чтобы поблагодарить её за вчерашнюю тренировку, прежде чем продолжить путь.

— Спасибо тебе, правда, — сказал он искренне. — Это было тяжело, но полезно.

Андайн лишь фыркнула, махнув рукой, но по её довольному виду было ясно, что похвала пришлась ей по душе. Попрощавшись, Алекс наконец продолжил свой путь и вскоре снова оказался у самого входа в раскалённый Хотленд.

Глава опубликована: 16.09.2026
Отключить рекламу

Предыдущая главаСледующая глава
20 комментариев из 27
Mr_BookBoxавтор
Сансанис
Спасибо огромное за такой развёрнутый и честный оценку, реально ценю, что не прошли мимо! Насчёт замечаний по логике (Ториэль, деталь с мечом и другое) тут отчасти сознательный выбор: я не хотел делать полную копию игры с подробным описанием вообще всего, это растянулось бы на огромное количество страниц. Поэтому часть моментов оставлена как фундамент для дальнейшего сюжета почему именно так, пока раскрыть не могу, будет спойлер. Остальное про темп и лишние описания беру на заметку, это честная и полезная критика. Спасибо ещё раз, буду стараться дальше!
🥳
Желаю вам удачи в написании!
Mr_BookBoxавтор
Боргоякова Аяна
Спасибо за оценку, хочу пояснить позицию подробнее.
Алекс не замена Фриск. Это принципиально другая история, которая в каноне вообще не должна была существовать почему именно так, объяснять пока не буду, это прямой спойлер ко второй книге. Главное отличие: Фриск это, по сути, сосуд, через который игрок взаимодействует с миром, у него есть сохранения, возможность переигрывать моменты, начинать заново. Алекс живой человек, без сохранений, с одной-единственной жизнью. У него нет той свободы выбора, что есть у Фриск как у аватара игрока зато есть настоящая человеческая слабость, усталость, страх ошибиться раз и навсегда. Именно поэтому он не может одинаково легко находить подход к каждому встреченному монстру, как это получается у Фриск, он реагирует так, как реагировал бы реальный человек на его месте, вы или я, а не идеальный протагонист.
Про рюкзак и деревянный меч да, знаю, что это сейчас выглядит нестыковкой. Причина появится и будет объяснена позже по ходу истории. И да, я прекрасно понимаю, что описать всё в мельчайших деталях, как в игре, значило бы растянуть текст на огромное количество страниц поэтому многое дано конспективно, с упором на то, что важно для развития именно этой, новой истории.
(грамотность, тавтологии, детали) согласен, стоит доработать. Но сама концепция сознательный выбор. 🫡
Показать полностью
Mr_BookBox
Даже если добавить хоть немного описаний будет смотреться лучше. Если Алекс отдельная история, я посоветовала бы поставить немного иные события в некоторых местах, например в похождениях с Ториэль, или с Монстрëнком на мосту, ведь если это отдельная история, вам очень не на руку, что некоторые события из игры цитируются. Если же это как бы вместо Фриск с теми же событиями, то например, у Андайн не было кнопки Флирт. Как пример для хорошего повествования могу посоветовать почитать фанфик от первого лица Underfell: Путëвка в ад, меня он очень зацепил. Повторю, я прочитала только три главы вашего произведения. Упор на сюжет это конечно хорошо, но хотя бы небольшие описания желательно добавить, сами заметите как произведение расцветëт, если их правильно сделать. Можно хотя бы чуть-чуть описать локации и дорисовать характеры персонажей через поступки
Mr_BookBoxавтор
Боргоякова Аяна
Спасибо добавлю в будущим
А можете описать Алекса по внешности подробно (причëска, цвета, глаза, одежда, рост, фигура и т. д. ) со снаряжением. А ещё какого цвета душа. Я просто хочу нарисовать
Боргоякова Аяна
А можете описать Алекса по внешности подробно (причëска, цвета, глаза, одежда, рост, фигура и т. д. ) со снаряжением. Я просто хочу нарисовать
Вы и рисовать умеете?
Сансанис
Да, и неплохо (наверное). Я просто творческая СДВГшница
Ясно, я примерно то же умею рисовать. Неплохо но и не хорошо. В частном случе за меня рисует арты художник (точно не я).
Mr_BookBoxавтор
Боргоякова Аяна
Алекс внешность:
Рост 160–165 см, сбалансированное телосложение — ни худой, ни накачанный
Тёмные, коротко подстриженные волосы, слегка зачёсанные набок
Густые прямые брови, тёмно-карие глаза
Спокойное, немного серьёзное выражение лица по умолчанию — из тех лиц, что выглядят сосредоточенными, даже когда человек просто молчит
Черты лица прямой нос, чётко очерченная челюсть.
Душа может видеть Монстры и игроки, потому что люди не видит реальности не могут его видеть или трогать физически, а Монстр может их трогать или видеть их только в бойюу, человеческая душа это не цвет или решимость это меняется с возрастом
Mr_BookBoxавтор
Я тоже умею рисовать я могу скинуть фото но к сожелению я в учебе
Mr_BookBox
Спасибо большое
Mr_BookBoxавтор
Боргоякова Аяна
Жаль что оценила от 1 до 3 главы но всё ровно спасибо
Mr_BookBox
Я может быть ещё почитаю, но позже
Mr_BookBox
Я наверное одену его в кофту, рубаху и джинсы (ну, вот потому что потому)
Mr_BookBoxавтор
Боргоякова Аяна
Привет! Спасибо огромное, что хочешь нарисовать Алекса это очень приятно 🙌
Раз ты художница, рисуй так, как сама видишь его не нужно жёстко подгонять под текстовое описание, доверяю твоему видению. Но вот основные ориентиры, если пригодятся:
До падения кофта/толстовка, рубашка, джинсы (+ рюкзак для похода). Позже в сюжете лёгкое рыцарское облачение от Ториэль: что-то среднее между доспехом и туникой, светлых тёплых тонов
дальше — на твоё усмотрение полностью! Буду рад увидеть, что получится ♥️
(❤️ Красный — Решимость как в игре отсылка :-) )
Mr_BookBox
Спасибо! Я нарисовала и вижу вы подтвердили его, как вам арт?
Mr_BookBoxавтор
Боргоякова Аяна
Огромная спасибо вам за вашу иллюстрации и я советую кто видит это иллюстрацию оценить её работу :
Сквозь боль
Mr_BookBox
Вам спасибо большое за поддержку, я очень благодарна
Mr_BookBoxавтор
Боргоякова Аяна
🫡 Удачи 🙂
Чтобы написать комментарий, войдите

Если вы не зарегистрированы, зарегистрируйтесь

Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓

↑ Свернуть ↑
  Следующая глава
Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх