Романтическая чуткость чайной ложки (гет)

К тому времени, как они вышли из чайной, Хогсмид превратился в открытку. Снег лениво кружился в воздухе, окна лавок светились золотом на фоне сгущающейся темноты, а ученики, укутанные в толстые шарфы и мантии, со смехом спешили обратно к замку.

Гарри и Гермиона шли гораздо медленнее. Ни одному из них не хотелось заканчивать этот вечер.

— Скоро надо возвращаться, — сказала Гермиона, поглубже засунув руки в карманы пальто.

— Наверное.

Никто из них не свернул к замку. Гермиона улыбнулась своим мыслям, и Гарри тут же это заметил.

— Что?

— Ничего.

— Эта улыбка что-то значит.

— Она значит, — осторожно ответила Гермиона, — что мне хорошо.

Это обрадовало Гарри до смешного сильно. Через мгновение Гермиона как бы между прочим добавила:

— Знаешь, все прошло значительно лучше, чем ожидалось.

— Чем ожидалось? — оскорбился Гарри.

— У меня были запасные планы. — Она покосилась на него.

— Ну конечно, были, — моргнул он.

— Три, если точнее.

— Всего три?

Гермиона негромко рассмеялась. От одного этого звука Гарри невольно заулыбался.

* * *

Они дошли до мостика через ручей на окраине деревни. Под ними темно и тихо струилась вода, на деревянных перилах накапливался свежий снег. Некоторое время они просто стояли рядом.

— Можно тебя спросить? — Гарри оперся локтями на холодное дерево.

— Ты столько лет терпишь мои вопросы, — пробормотала она, глядя на воду. — Будет только справедливо.

— Когда это случилось? — Он посмотрел на ее профиль.

— Что случилось?

— Мы.

— Не знаю, — после паузы призналась Гермиона. — Сначала ты был просто моим другом. Потом — лучшим другом. А в какой-то момент стал тем, кого я первым делом ищу, стоит чему-нибудь произойти. — Она опустила глаза к темной воде. — Кажется, я немного испугалась, когда поняла, как много это для меня значит.

— А я не испугался, — сказал Гарри, чувствуя, как сжимается сердце.

— Правда? — Гермиона скептически подняла бровь. — Большую часть этой недели ты выглядел так, будто готовишься к экзамену.

— Это была паника, а не страх.

— Существенная разница?

— Очень.

— Тогда когда ты понял? — Она тихо рассмеялась.

— Честно? — Гарри задумался.

— Это всегда предпочтительнее.

— Наверное, задолго до того, как сам в этом разобрался. — Гарри потер шею сзади. Гермиона посмотрела на него, и он отвел глаза. — Вчера Джинни пришлось мне объяснить.

— Вчера? — уставилась на него Гермиона.

— В свое оправдание могу сказать, что я, похоже, совсем в этом не разбираюсь.

Она обдумала его слова и заключила:

— Пожалуй, с чайными ложками я была немного несправедлива.

— Спасибо, — простонал Гарри.

— Между прочим… я пыталась делать тонкие намеки, — тихо добавила Гермиона с улыбкой.

— Правда? — Гарри повернулся к ней.

Она кивнула, и Гарри ужаснулся:

— Гермиона, я однажды двадцать минут искал очки, которые были у меня на носу.

— Да. — Она поморщилась. — Веский довод.

Гермиона шагнула ближе. В ее волосах задерживались снежинки, а Гарри совсем забыл про морозный воздух.

— Что ж, на будущее: когда девушка добровольно ходит на квиддич в отвратительную погоду, помогает тебе с предметами, которых сама не изучает, и запоминает твои любимые сладости… возможно, она к тебе что-то чувствует.

— Ты запомнила мои любимые сладости? — моргнул Гарри.

— Это было не самое важное в моей фразе. — Гермиона вздохнула.

— Фраза была очень хорошая.

— Идиот. — У нее засверкали глаза.

— Твой идиот? — улыбнулся Гарри.

Слова сорвались с языка прежде, чем мозг успел их проверить. Гермиона выглядела удивленной, потом лицо у нее смягчилось.

— Да, — тихо сказала она. — Мой идиот.

Сердце у Гарри сладко и больно дрогнуло. На секунду они оба застыли; вокруг тихо падал снег. Гарри смотрел на ее розовые щеки, на снежинки в волосах, на теплые глаза над высоко подтянутым шарфом. Она волновалась, на что-то надеялась — и была совершенно прекрасна.

— Гермиона? — Он сглотнул.

— М-м? — Она подняла глаза.

— Можно тебя поцеловать? — Гарри нервно улыбнулся.

— Да, — ответила она без малейшей заминки.

Гарри шагнул еще ближе — так близко, что теперь видел, как крошечные снежинки тают у нее в волосах, а весь остальной Хогсмид словно исчез. Гермиона не отступила. Она просто смотрела на него тепло и терпеливо, будто давно решила ждать столько, сколько ему понадобится, чтобы оказаться здесь.

— Привет, — прошептал Гарри, улыбаясь и снова робея.

— Привет. — Губы Гермионы тронула едва заметная улыбка.

Позже ни один из них не мог бы сказать наверняка, кто потянулся первым. Поцелуй был мягким и нежным — и почему-то совсем не неожиданным. Словно ему давно уже полагалось случиться; словно они просто слишком долго шли к очевидному выводу.

* * *

Когда они отстранились друг от друга, Гарри улыбался во весь рот. Гермиона выглядела подозрительно довольной собой.

— Значит, твой план сработал, — сказал он.

— Очевидно.

— И ты по-прежнему невероятно самодовольна.

— Я же сказала, что решаю проблему.

— И в чем была проблема?

Она подалась к нему и еще раз коротко поцеловала. «

— В тебе. — Ответила Гермиона.

Гарри звонко рассмеялся. Вокруг все шел снег, вдали на фоне темноты мерцали огни Хогсмида, и впервые за весь год Гарри почувствовал, будто что-то наконец встало на свое место. Не внезапно, не с потрясениями — просто тихо, естественно и окончательно.

— Идем. Если задержимся еще, все узнают. — Гермиона переплела свои пальцы с его пальцами.

— Гермиона, по-моему, все уже и так знают. — Гарри с улыбкой посмотрел на нее.

— Справедливое замечание, — признала она, подумав секунду.

Гермиона сжала его руку и пошла по дорожке к замку. Гарри последовал за ней, улыбаясь: в конце концов, ему дали совершенно четкие указания. И на этот раз подчиниться им было сплошным удовольствием.

Примечание автора

Здравствуйте, мои дорогие читатели! Вот мы и добрались до последней главы. Огромное спасибо за то, что читали «Романтическое чутье чайной ложки».

Эта история началась с очень важного вопроса: сколько Гермиона Грейнджер будет ждать, пока Гарри Поттер заметит, что нравится ей, прежде чем полностью взять дело в свои руки? Ответ, по всей видимости: полгода и одно запланированное свидание в Хогсмиде.

Мне хотелось, чтобы этот фанфик напоминал о теплых пледах, зимних вечерах, взаимной тайной влюбленности и тихом осознании того, что любовь не всегда приходит с громкими событиями. Иногда самый дорогой тебе человек однажды смотрит на тебя и понимает, что больше никуда не хочет уходить. А еще прошу прощения у всех чайных ложек: в эту историю их втянули совершенно незаслуженно.

Спасибо, что провели время с этими двумя — на их светлом, трогательном свидании, среди запасных планов Гермионы и попыток Гарри наконец усвоить то, что буквально все остальные уже знали. Если этот фанфик заставил вас улыбнуться, рассмеяться, задрыгать ногами от восторга или тихо прошептать экрану «наконец-то», будет очень приятно прочесть ваши отклики в комментариях. Они наполняют мое сердце радостью и делают день лучше.

А для тех, кто пока не готов прощаться с Гарри и Гермионой, продолжается публикация «The Architecture of Mutual Obsession» («Архитектура взаимной одержимости»). Это совсем другая история об этой паре, и мне будет очень приятно снова встретить вас там, в еще одном путешествии с ними.

До новых встреч! Берегите тепло, пейте что-нибудь вкусное, пусть книги всегда открываются на любимой странице, а вашим будущим планам требуется куда меньше запасных вариантов, чем планам Гермионы. И раз уж вы читаете эти строки, пусть что-нибудь прекрасное подарит вам сегодня улыбку.